Желязны Роджер
История коммивояжера

Lib.ru/Фантастика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Желязны Роджер (перевел Иторр Кайл) (jerreth_gulf@yahoo.com)
  • Обновлено: 30/12/2007. 26k. Статистика.
  • Рассказ: Фэнтези, Перевод Переводы
  •  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Первый из пяти "пост-амберских" рассказов. Позднее был издан и в официальном перерводе, но на момент попадания ко мне в руки существовал только по-английски.

    1

  •      Роджер ЖЕЛЯЗНЫ
    
         ИСТОРИЯ КОММИВОЯЖЕРА
    
    
         Roger Zelazny, _The Salesman's Tale_, (c) 1994
    
    
         Хорошо,  что  я  собирался задержать Мерлина в  хрустальной пещере на
    длительный срок. Хорошо, что он не остался там до конца.
         Я прервал козырной контакт,  опрокинув пинком свой бокал ледяного чая
    и воскликнув "Вот черт! Пролил...". И одновременно открыл Козырь Рока.
         Лесосвалка. Неплохой выбор. Хотя это и не имело значения, пэтому-то я
    и попросил Мерлина повернуть карты рубашкой вверх и взял одну втемную. Это
    было просто шоу, чтобы надурить Образ. Все они вели в места, от которых до
    хрустальной пещеры рукой подать -  что и являлось истинной причиной самого
    факта их существования.  Их целью было вывести Мерлина на орбиту пещеры, в
    радиус действия системы предупреждения голубого кристалла. Получив сигнал,
    я уже сам должен был поторопиться туда и на месте найти способ загнать его
    в ловушку.
         К  сожалению,  система  не  сработала,  когда  Мерлин  воспользовался
    Сфинксом, сматываясь от моей мамочки. Ее нейротоксин исказил излучения его
    нервной системы.  В который раз она помешала моим планам - мимоходом, даже
    не  пытаясь ничего сделать.  Ну  неважно,  по  большому счету.  Я  все  же
    заполучил  Мерлина,   как  и   хотел.   Вот  только...   после  этого  все
    переменилось.
         "Люк!   Ты   дурак!"   -   взорвалось   послание   Образа,   подобное
    заключительному пассажу рок-концерта.  Но Лесосвалка уже обретала ясность,
    и  я козырнулся туда еще до того,  как Образ сообразил,  что по нему течет
    чай со льдом, а не моя кровь.
         Когда видение Образа исчезло,  я  поднялся на ноги -  среди кустов из
    ржавых напильников и  ножовок,  деревьев из скрученных радиомачт и  весело
    разукрашенных клумб из битых бутылок.  Я побежал, кровь по-прежнему капала
    из пореза на левой ладони.  Времени на перевязку не оставалось: как только
    Образ преодолеет шок  и  сообразит,  что  с  ним ничего не  случилось,  он
    немедленно примется сканировать Тени  в  поисках меня  и  всех  остальных.
    Они-то вне досягаемости у  второго Образа,  а  вот я...  Стены хрустальной
    пещеры блокировали все виды парафизического воздействия, на которые только
    я их проверял,  и я сильно подозревал,  что от ока Образа они меня укроют.
    Вопрос был в том, чтобы добраться туда до того, как он прочешет достаточно
    Теней.
         Я  увеличил скорость.  Да,  я еще сохранил форму и мог хорошо бежать.
    Оставляя позади ржавые машины и  завитки диванных пружин,  битую черепицу,
    сломанные ящики... Вниз по аллее праха, вверх по тропе бутылок и счетов за
    выпивку... Тревога. Надо ждать. Ждать океана нервного тика и дрожи, ждать,
    пока торжествующий глас Образа провозгласит: "Попался!"
         Я  обернулся и поймал вдали отблеск синевы.  Лесосвалка,  возникшая в
    результате древней теневой грозы,  резко оборвалась,  когда я  соскользнул
    вниз по склону, вознагражденный видом более естественной растительности.
         Здесь  я  услышал птичьи крики,  почувствовал шевеление насекомых под
    землей,  что давала твердую опору моим ногам. Небо было чистым, но на бегу
    я не мог определить ни ветра, ни температуры.
         Мерцающая синяя гора увеличивалась. Я сохранял прежний темп.
         Остальные должны быть сейчас вне опасности,  насколько это вообще для
    них  возможно.  Черт!  Они должны быть сейчас хорошо вне опасности.  Время
    идет здесь значительно медленнее,  чем  в  главной линии.  Они давно могли
    просто устроиться где-нибудь,  закусить и  обменяться шуточками.  А  то  и
    вздремнуть...  Я  проглотил проклятье,  сберегая дыхание.  Это могло также
    значить, что Образ ищет меня куда дольше, чем кажется...
         Синяя громада все росла и росла.  Я решил проверить, насколько хорошо
    сохранился мой финишный рывок, и перешел на высокие обороты.
         Воздух и  земля вибрировали от  того,  что  казалось раскатами грома.
    Возможно, это реакция разгневанного узора, который наконец обнаружил меня.
    А возможно, и просто гром.
         Дыша  как  насос,  я  наконец  вынужден  был  затормозить,  чтобы  не
    расплющится об  основание хрустального утеса.  Молний пока не было,  и  я,
    цепляясь  руками  и  ногами,   полез  вверх.  Никогда  раньше  не  пытался
    вскарабкаться с этой стороны. Легкие раздувались как меха, выступивший пот
    смешивался с  начавшим  капать  дождиком.  Я  оставлял кровавые потеки  на
    камнях, но их скоро смоет.
         Добравшись до вершины,  я  на четвереньках дополз до отверстия,  влез
    ногами  вперед,  повис  на  руках,  затем  спрыгнул в  темноту,  игнорируя
    лестницу.  Быстрота решала все.  И  только когда я  очутился в  сумеречной
    голубизне,  все  еще  отдуваясь,  я  наконец ощутил себя  в  безопасности.
    Переведя дыхание,  я  наконец позволил себе рассмеяться.  Я сделал это!  Я
    сбежал от Образа!
         Я прошелся по камере.  Вкус такой победы незабываем,  я просто не мог
    ее не отметить.  Я смотался на склад,  нашел там бутылку вина, откупорил и
    сделал глоток.  Затем переместился в боковую пещерку, где до сих пор лежал
    спальный  мешок,   расположился  на  нем  и  продолжил  радоваться  жизни,
    вспоминая все,  что узнал там,  у  Про-Образа.  Моя леди Найда была просто
    великолепна. Да и Мерлин тоже.
         Интересно,  злопамятен ли  Образ?  В  смысле,  сколько  мне  тут  еще
    торчать,  прежде чем  можно  будет  вылезти наружу,  не  рискуя немедленно
    нарваться? Никак не узнать. К сожалению. Однако Образ должен помнить очень
    и очень многое, как и те, кто постоянно крутятся вокруг него - то есть те,
    в ком течет кровь Амбера. Не так ли?
         Я сделал еще глоток. М-да, так я могу застрять тут надолго.
         Использую чары и  сменю внешность,  решил я.  Когда я уйду отсюда,  у
    меня  будут  темные  волосы  и  борода (поверх зачатков настоящей бороды),
    серые глаза, прямой нос, скулы повыше и менее массивный подбородок. Я буду
    выглядеть более высоким и тощим.  И вообще стану не столь яркой личностью,
    уйдя  в  более  темные  тона.   И  это  не  будет  какое-то  поверхностное
    косметическое заклинание;  тут нужно кое-что посильнее,  с воздействием на
    глубинную суть и плоть.
         Я  нашел консервированное мясо  и  бисквиты,  подогрел банку с  супом
    маленьким заклинанием.  Нет,  это  не  нарушение физических законов  этого
    места. Хрустальные стены блокируют вход и выход любого воздействия, но мои
    заклинания исходят от меня и работают здесь, внутри, как обычно.
         За едой я  снова подумал о Найде,  Мерлине,  Корал.  Что бы с ними ни
    произошло, хорошего или плохого, время играло на них. Даже если я останусь
    тут очень ненадолго,  разница во  времени несоизмерима из-за  замедленного
    его  течения здесь.  А  какой счет времени ведет Образ?  Все существующие,
    вероятно,  -  а значит,  свой собственный, - но мне думалось, что особенно
    хорошо он  настроен на  главный его поток,  по  Амберу.  Фактически я  был
    уверен в  этом,  ведь  именно там  главная игра.  И  если  я  хочу  быстро
    вернуться в игру, я должен остаться здесь просто пока не заживет рука.
         Но  если серьезно,  насколько сильно я  нужен Образу?  Много ли  я  в
    действительности для  него значу?  Что я,  с  его точки зрения?  Правитель
    небольшого королевства из Золотого Круга. Убийца одного из принцев Амбера.
    Сын человека,  который однажды пытался его уничтожить...  Тут я вздрогнул,
    но вспомнил,  что Образ позволил мне прожить всю мою жизнь вплоть до этого
    момента без всяких репрессалий за действия моего папочки. А в текущем деле
    мое участие было минимальным.  На первом месте стояла Корал, затем Мерлин.
    Возможно,  я  перестраховщик.  Может быть,  он вовсе выкинул меня из своих
    основных планов в тот момент,  когда я исчез.  Я,  однако,  не собирался и
    шагу делать отсюда, не замаскировавшись.
         Я прикончил еду и вино.  А когда я сделаю этот шаг?  Чем в точности я
    тогда буду?  Множество возможностей крутились у меня в голове... Я зевнул.
    Спальный мешок выглядел так притягательно.
         Сверкали молнии,  голубые волны пробегали по  стенам;  потом грохотом
    прибоя отозвался гром. Завтра. Подумаю об этом завтра...
         Я  заполз в  мешок  и  устроился поудобнее.  В  следующее мгновение я
    отключился.
         Понятия не имею, сколько я спал. Поднявшись, я по привычке обошел все
    вокруг, проверяя надежность защиты, проделал энергичную утреннюю разминку,
    умылся и  неторопливо сьел завтрак.  Чувствовал я  себя лучше,  чем вчера,
    рука потихоньку подживала.
         Затем я  сел и  пялился на стену,  наверное,  несколько часов.  Каким
    будет лучшее направление действий?
         Я  мог  вернуться в  Кашфу,  где  меня ждал трон.  Я  мог попробовать
    отыскать друзей.  Я мог просто залечь на дно, наблюдать и не высовываться,
    пока не вникну,  что происходит.  Тут вопрос приоритета. Что я мог сделать
    наиболее важного, что затрагивало бы всех? Я размышлял об этом до ленча.
         Поев,  я  достал свой маленький блокнот-этюдник и  карандаш,  и начал
    набрасывать образ одной леди,  добавляя черту за чертой.  Я возился с этим
    до вечера, просто чтобы заполнить время, хотя знал, что помнил ее верно. К
    ужину план завтрашних действий уже оформился.
         Наутро порез почти затянулся.  Я  выколдовал себе зеркало из гладкого
    участка  стены.  Воспользовавшись масляной лампой,  чтобы  не  расходовать
    освещающее заклинание, я вызвал в зеркале высокий, темный, худощавый образ
    поверх своего отражения,  наложил его  орлиные черты на  мои  собственные,
    завершая бородой;  и я посмотрел на свою работу, и увидел, что это хорошо.
    Затем я  изменил вид  своих одежд,  чтобы они соответствовали новому мне -
    это  потребовало  лишь  одного  заклинания.   При  первой  оказии  достану
    настоящие вещи,  ни  к  чему расходовать мощные воздействия на нечто столь
    тривиальное.  Все это я сделал первым делом,  потому что планировал носить
    личину весь день.  Пообвыкнуть,  а заодно проверить,  нет ли какой скрытой
    слабины в моей работе. И спать буду в ней, по той же причине.
         После  полудня я  снова достал этюдник.  Внимательно изучил вчерашний
    набросок,  затем перевернул страницу и  нарисовал Козырь.  Он чувствовался
    точно таким, каким следовало.
         Утром, после обычной процедуры, я как следует осмотрел свое отражение
    в  зеркале  и,  удовлетворенный,  установил лестницу,  чтобы  выбраться из
    пещеры.  Рассвет был сырым и  холодным,  с  несколькими разрывами синевы в
    облачном покрове высоко  над  головой.  Дождь  может  сорваться снова.  Но
    какого черта меня это должно заботить? Меня тут, считай, уже нет.
         Я  достал свой блокнот,  но  остановился.  Вспомнил другие Козыри,  с
    которыми имел дело за  эти годы,  и  кое-что еще.  Я  раскрыл свою колоду.
    Медленно перетасовал карты,  пока не нашел грустную -  папы.  Я хранил его
    Козырь из сентиментальных побуждений, не намереваясь использовать.
         Папа выглядел в  точности как в  моих воспоминаниях,  но  я  искал не
    воспоминаний. Мне нужно было то, что он носил на боку.
         Я  смотрел на  Вервиндл,  клинок,  магический по всем статьям,  неким
    образом связанный с  Корвиновым Грейсвандиром.  Вспомнил рассказ Мерлина о
    том,  как  его  отец  призвал Грейсвандир из  Тени после своего бегства из
    Амбера.  Была  какая-то  связь между ним  и  этим оружием.  Теперь,  когда
    события развивались гигантскими шагами,  в  преддверии новых  приключений,
    было бы разумно встретиться с ними, приготовив соответствующую сталь. Папа
    был мертв,  но Вервиндл -  по-своему жив.  Я не мог добраться до отца,  но
    быть может,  я смогу добыть его клинок -  по последним сведеньям,  укрытый
    где-то во Дворах Хаоса?
         Я  сфокусировался на  нем,  взывая внутри моего  разума.  Кажется,  я
    что-то  почувствовал,  и  когда я  дотронулся до  этого,  карта дрогнула и
    похолодела.  Я  потянулся.  Дальше,  тверже.  А  потом  пришла  ясность  и
    близость, и ощущение холодного, чужого разума вознаградило меня.
         - Вервиндл, - сказал я мягко.
         Если  только может существовать эхо  звука при  отсутствии собственно
    звука, то как раз это я и услышал.
         "Сын Бранда," - пришел отклик.
         - Зови меня Люк.
         Тишина. Потом провибрировало: "Люк."
         Я  потянулся,  поймал эфес и  потянул на себя.  Меч был в  ножнах.  Я
    отступил,  держа его обеими руками,  и  обнажил клинок.  Узор на  нем сиял
    расплавленным  золотом.  Поднял  над  головой,  вытянул  в  выпаде,  нанес
    короткий  режущий  удар.   Он  был  прекрасен.  Он  был  идеален.  Он  был
    средоточьем огромной мощи в каждом своем движении.
         - Спасибо, - сказал я, и смеющееся эхо пришло и ушло.
         Я открыл блокнот на нужной странице,  надеясь,  что выбрал подходящее
    время для  звонка.  Лицо леди было тонко очерчено,  рассеянный,  невидящий
    взор  передавал необычайную ширину и  глубину ее  зрения.  Через несколько
    секунд  страница  похолодела,  мой  набросок  обрел  трехмерность  и  чуть
    зашевелился.
         "Да?" - прозвучал ее голос.
         - Ваше  Величество,  -  начал  я,  -  хотя  вам  может показаться это
    несущественным,  я  хотел  бы  известить вас,  что  я  сильно изменил свою
    внешность. Я надеялся, что...
         - Люк, - молвила она, - конечно, я тебя узнаю. Ты ведь теперь и сам -
    Величество. - Ее взгляд по-прежнему был рассеянным. - У тебя непроятности.
         - Это точно.
         - Хочешь пройти?
         - Если это возможно и удобно.
         - Разумеется.
         Она протянула руку.  Я потянулся,  осторожно касаясь ее руки своей, и
    ее студия стала реальной, вытеснив серое небо и хрустальный холм. Еще шаг,
    и я был там.
         Я  тут же опустился на колено,  расстегнув пояс и  протягивая ей свой
    клинок. Где-то вдали раздавался стук молотка и визг пилы.
         - Встань,  - коснулась она моего плеча. - Иди и садись. Выпей со мной
    чаю.
         Встав,  я  последовал за  ней  к  столику  в  углу.  Она  сняла  свой
    запыненный фартук и повесила на крючок на стене.  Пока она готовила чай, я
    заметил небольшую армию статуэток выстроенных вдоль одной стены,  а  также
    разбросанных  тут  и   там  по  всей  комнате  -   большие  и   маленькие,
    реалистические и импрессионистские,  прекрасные и гротескные. Она работала
    в основном с глиной,  но парочка маленьких были каменными; в дальнем конце
    помещения стояла печь для обжига, сейчас холодная. Несколько металлических
    конструкций необычных форм свисали с потолочных балок.
         Когда она  присоединилась ко  мне,  она  взяла мою левую руку,  сразу
    нащупав кольцо, которое дала мне.
         - Да, я дорожу защитой Королевы, - заметил я.
         - Даже  сам  будучи монархом из  страны,  которая находится с  нами в
    дружбе?
         - Даже тогда,  -  кивнул я.  -  И дорожу настолько,  что хочу вернуть
    старые долги.
         - О?
         - Я не совсем уверен, что Амбер в курсе некоторых недавних событий, в
    которых  я  лично  принимал  участие  или  о  которых  знаю,   -  событий,
    затрагивающих его благополучие. Если только Мерлин недавно не связывался с
    вами.
         - Мерлин не  связывался,  -  ответила она.  -  Если  у  тебя  имеется
    информация, жизненно важная для королевства, возможно, тебе лучше передать
    ее непосредственно Рэндому.  Сейчас его здесь нет,  но я  могу связаться с
    ним для тебя, по Козырю.
         - Нет,  -  проговорил я.  -  Я  знаю,  что он недолюбливает меня и не
    доверяет мне,  убийце своего брата и  другу человека,  который дал  клятву
    разрушить Амбер.  И  уверен,  что он  просто счастлив узреть меня на троне
    Кашфы,  куда он уже определил свою марионетку.  Полагаю, в один прекрасный
    день я буду иметь с ним дело,  но не сегодня.  Мне еще слишком многое надо
    сделать прямо сейчас.  Но  эта  информация выше пределов местной политики.
    Она затрагивает Амбер и Дворы Хаоса, Лабиринт и Логрус, смерть Свайвилла и
    возможное восшествие Мерлина на престол во Дворах...
         - Ты серьезно?
         - Можете пари держать.  Я  знаю,  вас он  выслушает.  И  даже поймет,
    почему я  сообщил именно вам.  Позвольте мне  избежать его  внимания таким
    способом, от этого многое зависит.
         - Рассказывай, - молвила она, поднимая свою чашку.
         Так  я   и  сделал,   включив  все,   что  поведал  мне  Мерлин,   до
    противостояния в  Про-Образе  и  моего  бегства  в  хрустальную пещеру.  В
    процессе беседы мы осушили полный чайник,  и  когда я закончил,  некоторое
    время просто сидели в тишине.
         Наконец она вздохнула.
         - Ты взвалил на меня очень важные сведения.
         - Знаю.
         - Однако, боюсь, это лишь малая часть куда большего.
         - Это еще как? - спросил я.
         - Несколько мелочей,  которые я услышала, знала, предполагала и, быть
    может,  видела во сне -  и несколько других,  которых я,  полагаю,  просто
    боюсь.  Вряд  ли  связанных  логически.  Но  достаточно,  вероятно,  чтобы
    вопросить силы земли,  с которой я работаю.  Да.  Я уже думала об этом,  и
    сейчас должна попробовать. В такое время.
         Она медленно поднялась, сделала паузу, указала ввысь.
         - Сие да будет Языком,  -  проговорила она, и порыв ветра тронул одну
    из металлических конструкций, исторгнув из нее сразу несколько тонов.
         Она пересекла студию,  подойдя к  правой стене,  -  маленькая,  вся в
    сером  и  зеленом,  волосы  цвета  каштана  спадают до  середины спины,  -
    пробежала пальцами по  стоящим там скульптурам.  Наконец,  выбрав статую с
    широким лицом и узким торсом, она начала толкать ее на середину комнаты.
         - Позвольте мне, Ваше Величество. - Я уже стоял рядом с нею.
         Она покачала головой.
         - Зови меня просто Виала.  Нет, я должна разместить их сама. Имя этой
    - Память.
         Она установила ее под Языком,  к  северо-западу от него.  Затем вновь
    вернулась к  фигурам  и  выбрала тоненькую,  с  чуть  раздвинутыми губами,
    которую поставила к югу от компаса Языка.
         - А это - Страсть.
         Быстро найдя третью - высокую, косоглазую фигуру, - она разместила ее
    на северо-востоке.
         - Осторожность, - добавила она.
         Дама с гордо вытянутой правой рукой встала на западе.
         - Риск, - продолжила она.
         На востоке она установила другую даму, с широко раскинутыми руками.
         - Сердце.
         На юго-западе встал философ с высоким челом и сросшимися бровями.
         - Глава.
         И на юго-востоке -  улыбающаяся дама;  невозможно сказать, поднята ее
    рука в приветствии - или готовится нанести удар.
         - Шанс,  -  завершила она,  встав в середине круга,  напомнившего мне
    одновременно Стоунхендж и остров Пасхи.
         - Принеси два стула,  -  попросила она, - и поставь их сюда и сюда, -
    указав позиции к северу и к югу от ее круга.
         Я  так  и  сделал,  и  она  села на  северный стул,  позади последней
    установленной фигуры - Прозрения. Я занял свое место за спиной Страсти.
         - Сейчас - тихо, - приказала она.
         Затем она несколько минут сидела неподвижно, сложив руки на коленях.
         - Что нарушило равновесие - на глубинных уровнях?
         Слева от меня заговорила Осторожность, но металлический голос исходил
    сверху, от Языка.
         - Перераспределение древних сил.
         - Каким образом?
         - Сокрытое стало известным и перемещается, - ответила Риск.
         - Это касается и Амбера, и Хаоса?
         - Верно, - ответила Страсть передо мной.
         - "Древние силы", - повторила Виала, - насколько древние?
         - Они были до появления Амбера, - молвила Память.
         - Они были до появления Камня Правосудия - Глаза Змея?
         - Нет, - ответствовала Память.
         Она резко вдохнула.
         - Сколько их?
         - Одиннадцать, - ответила Память.
         Она побледнела, но я хранил молчание, как было приказано.
         - Те, кто ворошит прах былого, - проговорила она затем, - чего желают
    они?
         - Возвращения славы былых дней, - молвила Страсть.
         - Этот исход возможен?
         - Да, - ответило Прозрение.
         - Этого исхода можно избежать?
         - Да, - сказало Прозрение.
         - Но это опасно, - добавила Осторожность.
         - Как следует начать?
         - Спроси хранителей, - молвил Глава.
         - Насколько плохо положение?
         - Все уже началось, - ответил Глава.
         - И угроза уже реальна, - сказала Риск.
         - Как и благоприятная возможность, - вставила Шанс.
         - Какая? - вопросила Виала.
         По комнате прошел лязг,  когда мой клинок в ножнах соскольнул на пол,
    там, где я прислонил его к стене. Виала повернула голову.
         - Мое оружие, - объяснил я, - только что упало.
         - Что за оружие?
         - Это был меч моего отца, зовущийся Вервиндл.
         - Я знаю о нем.  -  Потом:  -  Этот человек,  Люк,  -  сказала она, -
    существует нечто,  связанное с его клинком и парным к нему оружием, нечто,
    связанное со всем этим. Мне, однако, неизвестна их история.
         - Они связаны, - подтвердила Память.
         - Как?
         - Их создали по единому образцу,  в одно время, и они являются частью
    сил, о которых мы говорили.
         - Здесь будет столкновение?
         - Да, - сказало Прозрение.
         - В каком аспекте?
         Прозрение молчало, Шанс издала смешок.
         - Я не понимаю.
         - Шанс смеется, когда нет уверенности, - пояснил Глава.
         - Люк примет участие в столкновении?
         - Да, - ответило Прозрение.
         - Ему следует искать хранителей?
         - Он должен попробовать, - решила Сердце.
         - А если он не преуспеет?
         - Уже теперь приближается Принц,  которому известно больше,  - сказал
    Глава.
         - Кто это?
         - Освобожденный узник, - ответил Глава.
         - Кто?
         - Он носит серебряную розу, - молвил Глава. - У него второй клинок.
         Виала вскинула голову.
         - У тебя есть вопросы? - спросила она меня.
         - Да. Но сомневаюсь, что получу ответ, если спрошу, победим ли мы.
         Шанс рассмеялась, когда Виала встала.
         Она позволила мне помочь ей вернуть статуи по местам. Затем, когда мы
    вновь сели, я спросил:
         - "Искать хранителей"?
         - Есть страж, возможно, их двое, - объяснила она. - Самоустранившийся
    принц Амбера и  его сестра с давних пор стерегли часть этой силы.  Было бы
    неплохо проверить, живы ли они, блюдут ли еще свой обет.
         - Самоустранившийся? Почему?
         - Личные причины. Это связано с прежним королем.
         - Где они?
         - Не знаю.
         - Тогда как мы можем их найти?
         - Существует Козырь.
         Она поднялась, подошла к шкафчику, достала ящичек с колодой. Медленно
    отсчитала несколько карт сверху и сдала одну.
         Вернувшись, она передала мне карту, изображавшую стройного человека с
    волосами цвета ржавчины.
         - Его зовут Делвин, - сказала она.
         - Думаете,  я  просто должен вызвать его и  спросить,  есть ли у него
    по-прежнему то, что у него там было?
         - Быстро объясни,  что ты  не  из Амбера,  -  проговорила она,  -  но
    упомяни  свое  происхождение.   Спроси,   контролирует  ли   он   спикарты
    непрерывно.  Попытайся узнать,  где  он,  или  пройди  прямо  туда,  чтобы
    обсудить все это лично - если сможешь.
         - Ладно,  - согласился я, не желая сообщать, что как-то уже говорил с
    ним (очень коротко),  когда искал союзников против Амбера. Тогда он просто
    сбросил мою карту,  но я  не хотел ворошить воспоминания Виалы о тех днях.
    Так что я просто кивнул: - О'кей, попробую.
         Я  решил заговорить с  ним  первым,  поскорее -  чтобы дать ему время
    сообразить,  что я  не  один,  и  не  позволить упоминать ничего из нашего
    прошлого разговора.  Моя  измененная внешность также должна была  помочь в
    этом.
         Я потянулся, ища контакт.
         "Кто это?"  -  Я  услышал вопрос еще до  того,  как возникло ощущение
    жизни и глубины.
         - Люк  Рейнард,  иначе известный как Ринальдо,  -  назвался я;  карта
    сразу  ожила и  я  почуствовал его  движение.  -  Король Кашфы и  бакалавр
    делового управления,  Калифорнийский Университет,  Беркли.  - Наши взгляды
    пересеклись.  Он не был ни агрессивен,  ни дружелюбен.  -  Мне хотелось бы
    знать, контролируете ли вы спикарты непрерывно.
         - Люк-Ринальдо,  -  сказал он, - что тебе за дело до этого вопроса, и
    как ты вообще о нем узнал?
         - Сам я не из Амбера,  -  ответил я,  - но мой отец был оттуда. И мне
    известно,  что  скоро этот  вопрос будет беспокоить там  всех,  потому что
    Мерлин,  сын Корвина,  является непосредственным кандидатом на  престол во
    Дворах Хаоса.
         - Кто такой Мерлин, я знаю, - молвил Делвин. - Кто твой отец?
         - Принц Бранд.
         - А мать?
         - Леди  Ясра,  бывшая  королева Кашфы.  Теперь мы  можем  вернуться к
    нашему вопросу?
         - Нет, - сказал Делвин. - Не можем.
         И поднял руку, намереваясь прервать контакт.
         - Погоди! У тебя есть микроволновая печка?
         Он остановился.
         - Что?
         - Ну,  такая  штуковина  вроде  ящика,  которая  может  в  два  счета
    разогреть обед.  Я  разработал чары,  которые  позволят ей  работать почти
    повсюду в  Тени.  Как  насчет проснуться посреди ночи от  аромата горячей,
    парной запеканки из тунца?  Просто достаешь одну из холодильника, снимаешь
    упаковку и суешь внутрь.  Что такое холодильник?  Хорошо, что спросил. Еще
    один ящик,  а внутри вечная зима.  Хранишь там жратву,  вынимаешь порцию и
    разогреваешь   в   микроволновке,   когда   только   вздумается.   Кстати,
    холодильники я  тоже поставляю.  Не хочешь говорить о  спикартах -  ладно,
    поговорим о  бизнесе.  Я  могу  организовать тебе выгодную сделку с  этими
    штуковинами,  и такую партию,  чтобы в момент сбить цену у любого другого,
    кто бы был способен поставлять их -  и я не думаю, что окажется так просто
    найти  другого поставщика.  Но  это  далеко  не  все,  что  я  хотел  тебе
    предложить...
         - Извини,  -  проговорил Делвин.  -  Никаких агентов-оптовиков. - Его
    рука снова поднялась.
         - Погоди!  - заорал я. - Я сделаю тебе предложение, от которого ты не
    сможешь отказаться!
         Он прервал контакт.
         - Вернись,  -  я устремил свою волю в его образ, но рисунок оставался
    плоским, и карта снова нагрелась до комнатной температуры.
         - Извините, - сказал я Виале, - я сделал все что мог, но он ничего не
    покупает.
         - Сказать по правде,  я даже не думала, что тебе удастся удержать его
    так долго.  Но могу сказать,  что он был заинтересован в тебе,  пока ты не
    упомянул свою мать. Это что-то изменило.
         - Не впервой,  -  произнес я.  -  Думаю, может, позже попробовать еще
    раз.
         - В таком случае оставь Козырь у себя.
         - Мне он не нужен, Виала. Я сделаю свой, когда придет время.
         - Ты - художник и Мастер Козырей?
         - Ну, я рисую. Иногда кое-что получается.
         - Тогда ты  должен посмотреть все  мои  работы,  пока ожидаешь.  Твое
    мнение для меня ценно.
         - С удовольствием, - сказал я. - Но вы имеете в виду, пока ожидаю...
         - Корвина.
         - А, так. Благодарю.
         - Ты можешь стать первым,  кто вселится в новые покои. Мы тут провели
    серьезный ремонт и  кое-какие  реконструкции после  столкновения Логруса и
    Образа.
         - Я слышал об этом,  -  промолвил я. - Очень хорошо. Интересно, когда
    он прибудет?
         - Чувствую,  что скоро,  -  сказала она.  - Я вызову слугу и прикажу,
    чтобы тебя немедленно разместили.  Другой приведет тебя вечером, пообедать
    со мной, и мы побеседуем об искусстве.
         - Это будет чудесно.
         Интересно,  куда все  это  заведет?  Кажется,  основной расклад снова
    круто менялся.
         Хорошо,   впрочем,   что  Делвин  не  заинтересовался  микроволновыми
    печками. Над этими чарами еще работать и работать...
    
         (c) Kail Itorr, перевод, 2000, ред. 2007

  • Оставить комментарий
  • © Copyright Желязны Роджер (jerreth_gulf@yahoo.com)
  • Обновлено: 30/12/2007. 26k. Статистика.
  • Рассказ: Фэнтези, Перевод
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.