Врангель Данила Олегович
Сексуальность мира как воля и представление

Lib.ru/Фантастика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Врангель Данила Олегович (bobergauz@mail.ru)
  • Обновлено: 11/02/2016. 483k. Статистика.
  • Роман:
  • Иллюстрации/приложения: 1 штук.
  • Скачать FB2
  •  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Философия - искусство возможного, понимая под этим неразрывную вязь ожерелья рефлексивных картин и эмпирического подтверждения связи мыслительного содержания с воплощаемой формой. По этой причине и религия, и мистика, и оккультизм, как и вся иная эзотерика человеческого сознания есть чистое фантазийное измышление, то есть обыкновенная сказка для взрослых и детей, потому что в своей основе не имеют ничего, кроме фантастических сочинений воображения, требующего внимания соплеменников, и не утруждённого действительностью своих семантических конструкций, тогда как философия - математическая инструкция предполагаемого прямого действия, при условии, что она истинная, что познаётся исключительно интуитивно, на основании здравого смысла, опирающегося на интуицию и эмоциональный разум.

  • Сексуальность мира как воля и представление






         Сексуальность мира как воля и представление
         Чтиво для свободного и чистого разума
         Соавторы Сюзанна Браунинг и Ева София Браун
         Физика группового секса
         В контексте идентичности смыслов и понимания физики как природы, а секса как природной функциональности любая социальность в любом случае максимально функциональна при оптимуме количественной составляющей, определяющей максиму качества, то есть в любом конкретном деле необходимо задействовать нужное число людей, не более и не менее, в некоторых случаях менее одного, в других более чем возможно.
          Любовно функциональные отношения мужчины и женщины строятся таким образом, что при вариантах общения вне поля этих отношений минимум ведёт к тоскливому разрыву, максимум же ведёт к аналогичному разрыву, но в более мажорном свете, так как «на миру и смерть красна».
          То есть развод «по шведскому столу» менее драматичен в первые моменты, хотя в последующие сугубо индивидуален и не подлежит никакой корреляции.
          Отношения в толпе всегда окрашены некоторым опьяняющем эффектом, когда никто не ведёт себя естественно как он есть, потому что роль обязывает артиста держать рамку поля до посинения, но не уронить образ, порой идиотский и несущий массу проблем. Артист всегда знает, на что он способен, но ничего поделать не может, так как групповой контакт отключает внутреннюю консоль и альтер-личности разлетаются по театру подобно бабочкам на склоне Эвереста и каждая норовит уцепиться в свой цветок, в то время как хозяйка(хозяин)аурелианского гербария вообще распыляется в пространстве, чтобы очнуться по окончанию представления.
          Вот этим-то и ценен групповой контакт, а не какими-то там сексуальными нюансами больного воображения.
          Хотя этим же самым он идиотичен до невообразимости, когда многие любители острых общественных ощущений в некоторый пресыщенный момент уходят в монастырь или аналогичное заведение(подобно принцу Гаутама, сделавшему себя Буддой), например в литературную деятельность, где, как правило, занимают место в разделе графомании, потому что она максимально похожа на оргию группового секса или ещё какую-нибудь вечеринку здорового образа жизни

         Полигамное сосуществование геев и лесбиянок

         Осознавая, что условности человеческого восприятия всего человечного имеют границы, фиксирующие совокупность добра и зла рациональностью этой совокупности в ключе человечности(например, самка белого медведя съедает своих детей в случае невозможности найти еду для всех, что в человеческом осознании заблокировано как возможность в отношении себя самого, но сам человек вполне может уничтожить всё живое во имя пустоты, фиксированной в сознании как нечто, имеющее множество имён), можно понять, что несущее благо в контексте хлеба, зрелищ, плотской и духовной любви может быть построено лишь на взаимности подобного с подобным, в противном случае возникнет перманентная битва за, как минимум, духовный комфорт(стоящий под номером один во всех потребностях человека во всех без исключения социумах, от овального кабинета до камеры предварительного заключения)и всё теоретическое человечное будет подавлено практическим животным, что конкретно проявляется в статистике бракоразводных трагедий.
          Отношения, в которых базисом духовной связи служит модуль чистого воображения, вне животного начала(все виды эстетизма постмодерна культуры урбанизма, построенного вне наркотической зависимости, а только совмещением векторов второй сигнальной системы, имеющей подобное дублирование, то есть партнёра или партнёров)не имеют никаких оснований для возникновения блока этих отношений.

         Гетеросексуальность как предельность возможностей

         Чувственность всегда идёт впереди разума, и только поэтому возможны парадигмы цивилизаций, основанные на прорывных идеях, проистекающих исключительно из чувства(в больших случаях романтизма, в меньших любви к таинству и причастию к неведомости, но всегда базирующихся на любви), а никак не утилитарного ума, который в действительности не более как исполнительный подрядчик генерального директора, всегда ориентированного нетрадиционно, поскольку традиция это тупик(можно представить возведение, например, триода в электронике в традицию элементной базы, а также итоговые результаты таковой традиции)и не более чем религиозное затмение, хотя и комфортное в бытовом и общественном плане, несмотря на всю бессмысленность некоторых нюансов.

         Серийное убийство альтернативной личности

         Способность к коммуникативности посредством коммуникаций внутреннего порядка, то есть в поле рефлексии, является методом действительного познания сути и смысла всех без исключения явлений, поскольку они не могут существовать вне восприятия субъективностью, так как теоретическая объективность навязывает посредственное восприятие(методом дезинформации, внедрённой программой воспитания как сознательного так и несознательного, то есть этими средствами)явлений внешнего мира, хотя он есть не более чем продолжение, а точнее тень и отражение мира внутреннего.
          Действительно, если весь мир природы вдруг окажется вне глаз его наблюдающих(только флора и фауна, без животного мира, способного к наблюдению), то возникает вопрос, будет ли он существовать.
          Конечно же, нет. Что и определяет постулат, фиксирующий внешний мир не более как продолжение мира внутреннего.
          Поэтому, чем ярче мир представления человека, тем действительнее и разнообразнее вся Вселенная, в действительности не более чем часть базового эго, с которым взаимно общается посредством альтер-эго, каковые и есть настоящие драматические герои реальности, при полной и стабильной их констатации(и контроля, в случае адекватной генетики духа) базой, в исключительном большинстве случаев - несознательно.
          Хотя многие люди в состоянии осознавать, что они в разное время несколько разные.
          Методы проникновения во внутренний мир(психоанализ, религиозные откровения священнику, гипнотизёру и пр.)имеют единственно возможные последствия – травмирование коммуникативной цепи базовой личности с внешним миром посредством альтер-эго, которых пытаются уничтожить внешние базы, представляющие свои генетические кланы и действующие инстинктивно, уничтожая представителей других геномов, что вписывается в принцип селекции качества из количества.

         Доминирование как доверенность прошлых жизней

         Нести свой свет чужим глазам - прекрасней нет порока.
          Потому что это не менее как представительство всей цепочки ДНК, по крайней мере эмпирически ощущаемой в случае или унижения, или обожествления(как и прочими эмоциональными нюансами и градациями этих двух статусов социальности) и поверяемыми исключительно качеством духовного комфорта, знакомого многим носителям хорошей генетики.
          Не сильно хорошая генетика хороша тем, что чем хуже самоощущение её носителя(как представителя лёгкой или достаточно сильной дегенерации), тем лучше его мотивация к социальному продвижению вверх по коридорам договорных возможностей(то есть, по большому счёту, хитрости) или, как редкий случай, тем больше его шансов на включение когнитивных резервов, часто порождающих теоретическую гениальность(тончайшую хитрость, очень похожую на сильный ум)или же гениальность истинную.
          Таким образом, доминирование животное несколько отлично от доминирования мыслительного, хотя их общий знаменатель это уверенность в себе в случаях непересечения в одном объекте.
          В случае же слияния чистого животного генома и абсолютно когнитивного начала, является множественная личность и ставит на второй план оба вида своей истинной доминантой.

         Любовь к меланхоличной ослиной туповатости

         Шагреневая кожа ни шагу назад, знания - капкан в подарочных реверансах, расширение горизонтов признак скорой психической кончины, то есть тотальной депрессии.
          Даже животные соображают, что рождаться и умирать стоит на своей территории, исключая массовые заплывы, забеги и полёты, когда социальное счастье заменяет истинное, как у семейной пары бобров, зимующих подо льдом.
          Понимание мышеловки, спрятанной в познании приходит ко всем без исключения, рвущимся вперёд на этом поле за дикими ягодами неведомости(но они волчьи), поскольку девальвация выработки счастья от свежести впечатлений неизбежна, так как они(впечатления) конечны.

         Инфернальное начало базиса стремления к власти

         Свобода, построенная на восприятии мира как части себя, то есть на обожествлении собственного эго, абсолютно самодостаточна и невозможна к подавлению никакими внешними методами, поскольку все они подконтрольны верховной личности, частью которой и являются, поскольку она и есть верховная власть светлого порядка.
          Поэтому абсолютная истинная воля возможна лишь в этом, единственном случае эгоцентричного пантеизма, где всё это Бог, а Бог это базис рефлексии.
          В противоположность естественной божественности вышеописанного порядка существует множество иных вариантов восприятия сущего, построенных на внерефлексивном происхождении истока всех явлений, определяемых как методы классическо-религиозно-атеистическо-рефлексивного удовлетворения эго, не воспринимающего само себя действительным и конечно же не являющееся в результате этого таковым.
          Поэтому неполноценность подобного мировосприятия всегда пытается оправдать своё существование попытками захвата хоть какой-то власти в поле своих обыденных возможностей(которые обыкновенно не имеют рационального потенциала, но лишь жажду самой этой потенции), поскольку в любом случае ощущает свою неполноценность и ущербность в подсознательном(или даже сознательном)сопоставлении себя с истинным суперэго, для которого нет суеты, и каковая является принципом и базой мироустройства обыкновенного классического эгоизма нервнопаралитического действия, и каковой никогда не в состоянии обрести свободы самоощущения действительной божественности, построенной на независимости и самоценности собственных взглядов на всё сущее, являющееся его прерогативой в любом случае, независимо от утилитарной составляющей социальных коллизий.

         Шизоидное направление главного удара

         У поколения современных реалистов, которым предстоит осваивать новые технологии социальных контактов в ближайшем будущем, нет никаких сомнений относительно духовности в контексте качества(и его количества)жизни, поэтому прямое действие, в отличие от дипломатической политкорректности, остаётся единственным способом самоутверждения(определяемого банковскими счетами), что на себе уже давно ощутили представители старой школы искусства творчества, которым предстоит умирать на не своей территории.

         Неполноценный космос косметических коллизий

         Человечность основана на эстетике искусственной полноценности, проистекающей из плотного соприкосновения духовных полей с полями физическими, зазор между которыми минимизируется качественным оформлением животного естества, адаптируемого таким образом в эфемерность импровизации человеческой неправды, на которой построены цивилизации.

         Альфэ

         Способность альфа-самцов доминировать в инфернальном поле интеллектуальной элиты минимизирована в силу отрицательной мотивации изменения гендерного восприятия сути вещей, поскольку однополый миропорядок бесперспективен.
          Постольку же бесперспективность животного доминирования не может просматриваться в текущем моменте социальной парадигмы(мгновенная связь всех со всеми)традиционностью связи социумов лишь командными посылами, ориентирующими приёмники этих команд на внушаемую им харизму, то есть, в принципе, составляющую организованного внушения, когда государственная власть стремится к перевоплощению в подобие, не являясь истинностью.
          По этой причине доминирование интеллекта естественным образом проникает из классически виртуальной в практически реальную плоскость, когда власть не может уверенно рассматривать саму себя в свете традиционного управления методами псевдо, но не готова и к методам де-факто.
          Нетрадиционность как ориентация на выживание в глобализации животного начала действительна формой, определяющей содержание единственно возможного качественного порядка для слияния интеллекта, физики тела и духа.
          Порядок, определяемый новым мировым, констатируется входящими традициями, реанимируя уходящие до степени толерантности на взаимной основе, в противном случае толерантность и реанимация исключены.
          Независимость интеллекта возможна в условиях самодостаточной готовности действовать в точке суперпозиции при ориентации на действительное в условиях возможного, но не представительного(что уже пройденный этап), когда вершина глобальной пирамиды соцэтносов покоряется именно разнополой ориентацией однополого представительства(что демонстрирует, например, Германия).
          Осознавая, что системность полного построена на качественном содержании частного, можно постулировать неспособность некоторых глобальных социальных структур добиться качественного изменения, поскольку семья это микрокосмос, проецирующий макрополитику всего ареала, принимая то, что в понятие политики входит чистота и порядочность среднестатистических элементов социальной группы.

         Демонические особенности самодостаточного мажора

         Ощущение сияния системы внутреннего мира изначально или есть, или его нет.
          Срединные варианты допускают лёгкое мерцание с перманентным уклоном на нулевую позицию, это состояние распространено и представлено подавляющим большинством.
          Отрицательные варианты, то есть практический воплощаемый по нарастающей глиссаде минор также очень широко распространён и представляет собой достаточно большую социальную группировку, вносящую максимум деструктива в консоль совокупности массового мировосприятия. Собственно, потенциальный минор начинает своё воплощение изначально, то есть до теоретического рождения и затем действует после теоретической смерти, выполняя этим своим предназначением функцию противовеса классическому мажору, который чистотой сияния своего воплощения расширяет границы перцепции до сверхпредельного понимания условности «мелового круга», чем не даёт срединному варианту выполнять свои срединные функции, катализируя его структуру в мажорное поле смещением некоторых составляющих восприятия, что не устраивает минор.
          Потенция как воплощение, безусловно, имеет место проявления и, конечно же, проявляется, однако почти всегда в камуфляции иносказания синонимического звукоряда чувственности, и это касается не только срединного звукоряда, но и большого минора, а также его ответвлений пониженной или повышенной альтерации, всегда стоящих наготове к замещению и быть неальтерированными. Это проблема всего минорного воплощения, поскольку оно не самодостаточно в той степени, в какой самодостаточен мажор, а точнее почти исключительно социально, что минимизирует автономность до степени невозможности существования вне поля искусственного освещения, поскольку внутреннего огня просто нет по причине изымания энергетического ресурса в состав минорной консоли.
          В принципе, весь замысел сведён к подавлению мажорной составляющей, потому что сила её чистоты и действительной безусловности понимания и восприятия всего существующего негативно влияет на минорную группировку, нивелируя сам принцип созидания минорного императива, который, конечно же, не может не стремиться к воплощению максимы – но мажор этого не позволяет просто своим существованием, даже не внося никаких диссонансов в дискурс воплощения потенции большого минора и его альтерированных вассалов, пониженных ступней, обращений и транспозиций.

         Деформация сознания социальными условностями

         Ощущение неполноценности ложного естества трансформируется в социализацию сексуального(то есть функционального)вектора возможности как потенции и прикладной, и духовной в случаях осознания приоритета естественной истинности(но не условно-социальной), в противном же случае рефлексия зацикливается на собственной ущербности(в ключе понимания качества свободы естества)и совершенно непредсказуемо и неадекватно реагирует на встречный поток сигнала, травмируя сенсорную систему помехами неспособности к перевоплощению, которое необходимо для существования в эталонном поле условности.

         Монстр Текста

         Осознавая причинность чистым истинным мотивом воплощения возможного как безальтернативный вариант восприятия неизменности потока входящих сигналов, ощущаемых и осознаваемых как жизнь, можно принять как единственную альтернативу, подверженную волевому изменению, так называемую квазипричинность, регулируемую, естественно, тем же ключом, что детерминированное состояние текущего момента, однако в более широком диапазоне возможностей, в принципе, обусловленном лишь физиологической-интеллектуальной способностью носителя забрасывать загоризонтные маяки, закрепляя этим новую границу предельности расширения собственного психополя с единственной целью – расширение собственной личности в максимально возможной степени и генерирование гормона счастья путём созидания новых миров здесь и сейчас, поскольку больше их нет нигде, и не было никогда.
          Последнюю фразу стоит осознать и принять так как есть, поскольку так и есть в действительности.
          Естественно, остановить подобное движение расширения себя в бесконечность может только теоретическая смерть. Теоретичность которой допускает практику предположений(которые заняли всё интеллектуально-философское/понимая религию как раздел философии/ пространство всех времён и народов), изначально принявших прикладной и даже меркантильный характер. Собственно, все цивилизации базируются на аксиоматичности идеи смерти и элиты этих цивилизаций выжимали и выжимают всё энергетическое свободное из социального поля, в принципе бесцельно, поскольку социальные элиты никогда не обладали ни умом, ни даром видения всего в действительном свете, поэтому всё связанное с верой в смерть изначально мертво и никакого смысла никогда не несло, отчего вопрос этого самого смысла перманентно возникал и возникает в различных интеллектуальных кругах и трактуется всегда по-разному, но в любом случае учитывается конечность этой жизни.
          Хотя никаких оснований верить этому у конкретного человека просто не может быть.
          Таким образом, текст это вечный безначально-бесконечный континуум личностного и только личностного восприятия себя во всём и всего в себе, что понимаемо, осознаваемо, принимаемо и продолжаемо тем, которое только это и есть.

         Вера

         По своему принципиальному устройству религия и научное академическое познание мира как теория(теоретическая физика и пр. аналог.) не имеют никакого различия, поскольку и догма и аксиома в обоих случаях предлагают верить, подразумевая под аксиомами не эмпирическое два плюс два, а хитроумные системы, выстроенные на основании постулатов, не всегда возможных к практической проверке реальностью.
          Любой шулер знает значение одной единственной ложной карты в неимоверно сложной партии игры на деньги. Аналогично этому, один единственный ложный постулат по взятию его на определение этой самой ложности валит всю систему, выстраиваемую порой десятилетиями.
          Чего, конечно же, не всегда могут допустить академические школы, получающие за теоретические изыски практические деньги, хотя и с меньшим риском, чем игроки в покер.

         Страх

         В ключе работы второй сигнальной системы(собственно говоря, системы человеческой интеллектуальной чувственности, интуиции и рефлексии)имеет особое значение, отличное от ключа человека животного, являя собой множественный спектр возможностей не имеющих мотивации к воплощению вне этого состояния.
          Преодоление как способность проникновения помимо чистой познавательной функции имеет более важную, являющуюся базовым смыслом существования человека – генерирование гормона счастья.
          Состояние, определённое преодолением не имеет аналогов в физиологическо-духовной системе человек-сознание, поэтому бесценность страха познаваема лишь этим преодолением, вне которого обыкновенное человекообразное животное так и не осознаёт, что же оно такое в действительности.
          Стоило бы добавить, что проверка и поверка страхом единственная возможность и познания, и достаточного критического прорыва на следующий уровень человечности, поэтому страх в терапевтических дозах необходим в течение всей жизни.

         Эйфория

         Изначально это состояние восхищения миром оттачивает способность его любить, что доступно не совсем всем, но, тем не менее, доступно.
          Апробация эйфории аналогична вскрытию ящика Пандоры или вкушению плода некой девой, поэтому не вкусившие этой сладкой напасти надёжно защищены всю свою жизнь от депрессии, зеркальной подруге эйфории, которая всегда ревниво относится к пользованию своей любовницей кем-либо интеллектуально-чувственным, к иным она не проявляет интереса.
          Длительность стирает следы юношеских возможностей любить ярче солнца и не оплачивать счета за освещение. Это несколько печально с позиции юношества, но с позиции достаточной зрелости это не просто великолепно, это великолепно неимоверно и даже абсолютно.
          Ибо бесплатный сыр лишь в мышеловке к тому же он постоянно черствеет и теряет вкус.
          Искусство пользования эйфорией на виду её любовницы есть высшее искусство эксгибиционизма, несущее настоящее наслаждение жизнью до степени присваивания её себе, несмотря на завывания депрессии, не желающей просто так отдавать свою любовь, а тем более жизнь.
          Но воля свободного и творческого созидания всего во всём берёт инопланетные города.
          Использование эйфории как приманки для депрессии, издеваясь над той сладкой любовью к себе любимой на пару со светлой любовницей, можно вынудить темноокую красотку залезть в клетку в тот момент, когда она от ревности ничего не соображает, а потом всё оставшееся время возить её по внутреннему миру и показывать за деньги, имеющие обращение в этом мире.
          Хотела бы добавить, что, как я в другом трактате уже упоминала, эйфория хороша лишь на подиуме кратковременности термоядерного счастья, после которого её следует аккуратненько поместить(точнее, вежливо предложить пройти)в хрустальный гроб, где она заснёт на необходимое время, чтобы депрессия не сошла с ума, а жизнь продолжалась своей звериной естественностью.

         Депрессия

         Конечно же, это не более как команда собственного тела на изменение качественного порядка внешней среды.
         Естественно, что животному это не нравится.
         Но как раз чистое классическое животное человек не требует перманентного изменения качественного порядка, а чем более высока составляющая человечности(интеллектуальности), тем более вероятна модель поведения неадекватная команде тела, что говорит о незнании его, и более ничего.
          Это целительное состояние, вводящее в полумеречный мир пограничности внешнего и внутреннего, поэтому её стоит ценить и уважать, потому что мотив этой напасти позитивен, а при понимании этой позитивности можно даже попасть в зависимость от этого состоянии, полюбя его как высококачественный бульон, в котором есть все ингредиенты, стоит только вдумчиво их опробовать, оценить и применить во внешнем, бестолковом мире.
          Эйфория ничто в сравнении с депрессией результами своей терапии. Эйфория вредна(разве что очень кратковременная и мощная, но это отдельная интересная тема), тогда как депрессия очень и очень полезна и продуктивна.
          Я могла бы привести длинный список имён известных исторических личностей, которые только благодаря депрессии добились неимоверных успехов, но, думаю, уважаемый читатель этого целительного рецепта поверит мне на слово – он очень велик.
          Откровенно говоря, могла сказать бы вам по секрету, что он абсолютно велик. Никто, никогда ничего толкового(в смысле новых горизонтов как прикладного, так и духовно интеллектуального порядка) не добивался вне маневрирования между Сциллой и Харибдой, на грани между депрессией и эйфорией. Танцуя на лезвии бритвы, говоря языком литературы.
          Исполняя стриптиз на кончике иглы, добавила бы я.
          Поэтому лелея, обожая и любя приходящую депрессию, в любом случае можно очень-очень скоро ждать её подругу антипода – эйфорию(которую-то и следует опасаться больше всего).

         Марихуана

         Следует сразу отметить, что это не наркотик, как принято считать в официальной криминалистике, однако и не животворящее благовоние, как кое-кто пытается пояснить свою привязанность к нему.
          Основу марихуаны составляет ТГК(тетрагидроканнабинол), действие которого основано на стимулировании не центральной нервной системы, как у группы опиатов анальгетиков, а на расширении возможностей второй сигнальной системы, являющейся самостоятельной(и практически не констатируемой определённостью - что это такое) сущностью в составе нервной структуры человеческого тела.
          То есть, говоря просто и прямо, употребление этого вещества показано людям обеднённым воображением и слабой системой чувственности в контексте описания возможностей ВСС, то есть тем, у кого своей дури не хватает.
          Употребление возможно и с целью релаксации, что действительно оправданно. Однако любая релаксация, основанная на химиотерапии извне, а не на выработке необходимых веществ собственным телом, ведёт к ущербности и слабоумию, о чём особо не говорят даже доктора медицинских наук, поскольку многие из них сами употребляют каннабис, и коллеги не особо акцентируют внимание доверчивых читателей и журналистов на этом свойстве марихуаны, гашиша или иного варианта переработки конопли.
          Расширение сознания волевым усилием намерения быть ярче из любви к свету является способностью и уделом немногих людей, и именно на них ТГК не оказывает никакого влияния, подобно намазыванию кирпича сливочного масла этим же маслом.

         Биологически социальный авантюризм

         Свобода действия в любом случае проистекает из свободы духовной внутренней, которая не предполагает никакого подчинения исходя из полноценного и сильного генетического представительства, не позволяющего претендентам других кланов ДНК захватить приоритет и расширять клановую паутину(как, например, в Китае наследники Мао)в ущерб базовой системы, лежащей за воплощённым здесь и сейчас социально-биологическим представителем(например, Че Гевара).
          Поэтому неудивительно, что максимально справедливую систему социальных отношений может предложить лишь коммунистический материализм, поскольку его базовые основатели(как и некоторые относительно современные представители)руководствовались в своих системных поисках идей-воплощений отнюдь не меркантильной составляющей, но гораздо более ценной(а точнее бесценной)генетической командой собственного клана, представленного геномом.
          Нельзя не признать, что противопоставить идее равенства и братства любой политической-социальной философии просто нечего, поэтому вектор условного социализма успешно развивается в длительности, так как используется абсолютная идея коммунизма, камуфлирующая истинный глобализм противостояния генетических кланов, не имеющих в представленных образцах своего прототипа огня некоторого безумия, которое только и есть истина справедливости.

         Смех

         В любом случае имеет истоком сжатый подавленный страх, что никогда не просматривается сознанием, поскольку именно оно цель этой психической реакции тела, консервативного по своей сути и оберегающего созданный воображением(а только оно автор всего видимого)мир от внешних несоответствий закреплённым шаблонами представляемого.
          Так, например, закат солнца или восход луны не более как визуальный шаблон, внедрённый программой воспитания. Вне описания этой программы эти эффекты были бы видимы таковыми, каковы они есть в действительности, однако и носитель взгляда был бы уже не человеком, как он определяем этим понятием у людей.
          Несоответствие внутреннего шаблона комбинаций и соотношений картинок представляемой действительности внешнему входящему сигналу вызывает сильнейший стресс системы восприятия(удар кувалдой неожиданности по так называемой перцепции), от чего животное, управляемое человеческой психикой вынуждено защищаться так как может в первые мгновения контакта.
          Поэтому смех и слёзы всегда очень близки и от одного до другого крошечный шажок, что известно на личном опыте многим читателям этого опуса.
          Смех очень подозрительная сущность, поэтому он часто признак лжи или хитрости.
          Никогда серьёзное и действительное не сопровождается смехом. Например, процесс настоящей любви или процесс принятия пищи(в серьёзном смысле сказанного, а не файф-о-клок под музыку Шопена).
          Истинные чувства никогда не параллельны смеху, разве что чувственной улыбке, которая к смеху не имеет никакого отношения.
          Смех в социуме в подавляющем числе случаев представляет собой браваду, основанную на неуверенности, то есть страхе.
          Смех от рассказа(анекдота)основан на резкой неожиданности(несоответствие шаблону), что вызывает защитную реакцию тела.
          Истерический смех признак расстройства коммуникативной системы личности, то есть признак искажения адекватности восприятия
         За смехом, как и за определённой улыбкой, в большинстве случаев прячется зло и об этом следует помнить всегда.

         Корона

         Принцип построения социальной группы на базисе королевской власти можно рассматривать как идеальный, поскольку он максимально совпадает с животной структурой иерархической схемы массового выживания в борьбе видов и этому принципу миллионы лет.
          Демократические идеи в этом контексте аналогичны вирусам, уничтожающим вертикаль необходимости целостности единоначалия истока рождения и смерти, как идей, так и живых конкретных людей, необходимых к уничтожению в целях безопасности всего вида.
          Можно априорно констатировать, что подобные рассуждения имеют массовый характер в среде положительного и отрицательного полюсов, однако при учёте человеческого фактора, который, собственно, решает буквально всё(в пределах вектора детерминирования, разумеется), следует признать, что конечность хаотического отбора на уровне социумов-государств не может гарантировать какое-либо легитимное решение проблемы массового перенаселения в поле самого понятия легитимности, так как победителя не судят, а запутанные узлы рубят.

         Дискурс

         Бессмысленность довольно часто девальвирует себя до степени субмаксимализма, что качественно меняет теорию самой бессмысленности и вводит её в понятийное поле как субъект некоего права, которое объективно субъективно, но понятийно объективно.
          Это право(передвижения в поле бессмысленности с осмысленной прагматичной целью извлечения живых конкретных консервированных возможностей, то есть денег)предоставлено для самостоятельного пользования, не разрешённого, не запрещённого, а потенциально возможного в силу ума категории, именуемой хитростью.

         Мизантропия

         Откровенность неприятия некрофильных моментов жизненного цикла, включающих восприятие бессмысленной старости, немощи, болезни, слабоумия, нечистоты, смерти и её многочисленной атрибутики означает чистую биофильную ориентацию, обречённую на технический или иной суицид по выходу из поля критериев самооценки.

         Бозон Хиггса

         Предельность означает не более как границу смысла, поэтому допустимое значение искомого фактора созидания всего что есть не может быть выведено как определение, поскольку наличие несуществующей точки, зафиксировавшей точку существующую, противоречит классическому здравому смыслу, который есть единственно верный критерий в поле совокупности предполагаемого и возможного.

         Субдоминанта

         Доминирование абсолютного воплощения закрыто как смысл расширения состояния, поэтому подавление потенции двусмысленно расширяет возможности, суживая горизонты, но расширяя их длительность за счёт подавления глубины, что неоднозначно воспринимается рефлексией и в большинстве случаев ведёт к системному расстройству личности, не сумевшей сохранить автономность в поле множественности фантомов социальности.

         Любовь к тупости

         Женщина обожает истинную мужественность, всегда идущую на поводу инстинктивности и верности долгу, за который легко умереть. Настоящих мужчин в этом смысле не столь много, в основном это срединные пустышки, выполняющие команды воспитательного процесса отроческого возраста, тогда как детский возраст(самое ценное познавательное время)провели бессмысленно в силу своего генетического устройства.
          Однако не истинная мужественность не столь легко готова умереть за чужие идеалы, воплощённые в понятии долга, родины и бога. Поэтому ягуары более часто вползают на Эверест и умирают именно там, но никогда в помойной яме с падалью.

         Эзотерика возможного

         Невозможность познания вне рефлексии ограничивает невозможное полем возможности, цементирующим запасные выходы из лабиринта разума.
          Поэтому самопознание имеет мотивацию, не подлежащую определению им самим, но лишь в моменты фиксации формой, которая может быть различна в поле одного содержания.
          Самопознание отлично от познания тем, что второго не существует в ключе субъективности, но первое отсутствует в ключе объективности, и это всё в поле постулата объект есть субъект.
          Минимизируя воздействие животного начала на теоретичное духовное безначалие, возможность выхода не исключена, но и не подтверждена, поскольку вход открыт, тогда как выход стирает его следы.
          Таким образом, всё во всём имитирует нечто вне чего-то, хотя этого нет, и не может быть в принципе.

         Пиетет как оружие массового поражения

         Действительность отношения человека к человеку в среде гиперсоциума(начиная от численности в несколько тысяч и выше)построена исключительно на животном начале, именуемом харизмой. То есть, говоря прямо, в некоторых областях деятельности людей, а точнее в области управления, от так называемого лидера требуется не более как умение держать определённое выражение лица и обладать некоторыми физиогномическими данными(пример: президент артист).
          Абсолютно не при всех прочих равных условиях, а исключительно из мастерства «играть» руководителя, процесс начинается(а начало это уже половина успеха)и продолжается при действии многочисленных заместителей и советников, помощников и вассалов, должников и просто обязанных, когда геометрическая прогрессия автоматизированного пиетета распространяется подобно буре на Юпитере, захватывая новые и новые пласты идолопоклонников.
          Подобного не было ещё не так давно, то есть тогда, когда коммуникация не имела столь неимоверного влияния на так называемый избирательный процесс и когда посредственность ценой удачи не могла вскочить в эшелон оси управления просто так, на основании харизмы.
          Естественно, мотивация в подобном предприятии(захват власти)имеет ключевую роль, однако современная парадигма межличностных отношений(мгновенный контакт всех со всеми)отодвинула на задний план интриги аналогичные сказочным вольным каменщикам и несчастным(от замусоленности на слуху) «еврейским заговорам», когда никакие масоны, иллюминаты и прочие страшные таинственностью группировки не в состоянии оказывать никакого влияния на избирателя, поскольку он стремительно молодеет и ему в общем-то наплевать на глубинные интриги, да и на выборы тоже, но своего парня(определяемого харизмой)не всегда, но при случае поддержать он может(пример: чернокожий президент). А тот, кто стремительно стареет, попадает под влияние текущего момента той самой парадигмы.
          И вот тут-то и нужны деньги, деньги и деньги.
          На выплату телекоммуникационным компаниям и аналогичным методикам размножения избирательной харизмы.
          Естественно, дающий деньги рассчитывает сам поиметь некоторую толику власти, а не прибыли, поскольку на определённом этапе определённым людям деньги как масса становятся неинтересны, но лишь как средство для размножения своего личностного эго путём прямого управления(и подавления)иных представителей генетических групп.
          И на этом этапе коллизии множатся, рождая всё то, что наблюдается в средствах массовой информации, включая самоубийства в ванной, секретные депеши, сливаемые прессе, неожиданные войны, основанные на личной ненависти(Каддафи-Саркози) и неожиданные ориентировки представителей религиозного права.

         Горячий сексуальный поцелуй в кровати рококо

         Личностные субъекты сексуального тренинга эстетичны и возбуждающи вне естества, но в образе предпочтительного ориентирования на будущее.
          В действительности, предвкушение гораздо ценнее и ярче окончательной практической фазы, что многие могут знать по себе.
          Сексуальное право(как любое право свободной личности)определяет право на любовь к жизни идентичной внутреннему пониманию что это такое. То есть представление, основанное на высокой организации личности, в любом случае ищет воплощения организации подобной, иначе нет никакого смысла ввязываться в авантюру, связанную с риском для физической жизни.
          Однако не стоит слишком плотно ставить заградительные барьеры, потому что подобное стремиться к подобному любыми путями, но в окно лезть не станет.

         Болеро на брудершафт в вечернем испанском отеле
         «Музыка»

          Транстцендентный барьер(то есть принципиальная невозможность постигнуть смысл и суть), лежащий между слушателем и частотной консолью, возможно и скрывает в себе истинное авторство магического влияния музыкального звукоряда на избранных, способных понять его, хоть и внесознательно.
          Можно добавить, что сознание не всегда благо, но во многих случаях демистификатор, нейтрализующий волшебство, что совсем некстати в некоторые моменты пребывания сейчас, но не здесь.
          Также можно добавить, что между исполнителем(вокальным или иным)и магией диссонирующего тональными пассажами звукоряда нет совершенно ничего общего, как нет ничего общего между льющимся в полумраке вечернего парка освещением одинокого фонаря и структурной нитью накаливания из сплава вольфрама, вскипающего в глубине вакуумной колбы, не имеющего никакого субъективного(как и объективного)отношения к таинству полумрака полуосвещённой скамьи в глубине аллеи олеандров.
          Это же можно заметить как разницу при впечатлении от чистого исполнения инкогнито и реальной концертной программой с потными и мокрыми от напряжения музыкантами и падающими в экстаз усталого повтора вокалистками или партитурами соло, что совсем не рисует того, как функциональный граммофон с чистыми и тональными узорами музыкальных партий, за которыми можно ощутить весь мир и даже более того, можно ощутить бессмертие, потому что оно там действительно есть.
          Логика не может дать определение музыке, то есть никакого так называемого научного пояснения её влиянию на некоторых людей(не всех, почему – отдельная тема)не было, нет и не будет(поскольку уже не было, постольку этим всё сказано).
          Понимание того, что ощущение и чувственность в некоторые моменты жизни гораздо важней разумности и качественной функциональности приходит лишь через музыку, иного пути нет, и не может быть.
          Конечно же, семантические пассы некоторым образом могут подменить эйфорию потока трансцендентного контрапункта, однако следует признать, что чистое, голое слово(в униформе текста)и магия звука не равны в правах, как полностью раздетая и без макияжа женщина и красотка на подиуме французского элитарного движения эпатажа.
          Классическая истинная человечность основана на неестественности, отрицающей животное естество, то есть чем выше степень эстетизма личности, тем более она тяготеет к истинно человечному, базирующемуся на ненастоящем, на искусственном, а поэтому маняще волшебном своей магией, имеющей исток в происхождении самого человека разумного, стремящегося разрушить окружающее и установить своё собственное любой неимоверной ценой.
          Настоящая дикая природа(без ограждений, без проводников и страховки, без скамеечек для отдыха и мобильных телефонов)это кошмар для цивилизованного человека, и даже не просто для жителя мегаполиса, но и для тренированного спортсмена проводника без его системной охранной технической поддержки.
          Поэтому люди во все времена предпочитали виртуальность(живопись, скульптуру, архитектуру и, естественно, королеву виртуальности – музыку), потому что это животное(человек)не в состоянии жить счастливо как зверь, пусть даже и без проблем с питанием, и даже в древнем Риме требовали не только хлеба, но и зрелищ, то есть виртуальности, а если ещё точнее, то лжи и неправды, которая греет душу и раскрывает свои согревающие объятия всем без исключения, потому что человек это животное, не имеющее своего дома на этой земле, но возможно проблески этого дома и ощутимы в музыке, от чего она столь безмерно и таинственно волшебна.

         Би

         В сексуальном плане двойственность несёт расширение восприятия, иначе просто не может быть, однако социальный аспект зачастую подавляет возможность этого расширения в точке потенциального воплощения.
          В ключе функциональном(то есть фактическом продолжении ключа сексуального)несомненно расширение интеллектуально-чувственного поля, что конечно же нетрадиционно и не может нормально восприниматься традиционной социальной средой, ориентированной на выполнение команд, внедрённых в геном всеми предполагаемыми тысячелетиями так называемого естественного отбора, когда масса в любом случае должна быть однородной и дюжинной в интеллектуально-чувственных способностях, поскольку перебор в качестве всегда подавляет количество, так как любая сущность при максимальном увеличении определяющих качеств переходит в свою противоположность.
          Таким образом, состояние би в полном и широком смысле понятия есть минимум сверхфункциональное состояние носителя личности(личностей), однако эмпирическое подтверждение может быть не более как абсолютно субъективно(исходя из размышлений априори)несмотря на то, что сама объективность не более чем сумма некоторых традиционных субъективностей, что говорит о эзотерической закрытости позиционирования(и функциональности)состояния би.

         Дно

         Падение в социальном поле в любом случае несёт продуктивную энергию потенциального изменения качественного порядка, так как для полноценного человека является сильнейшей мотивацией к действию, неполноценность же продолжает падение, поскольку иначе и не может быть в системе биологического отбора, и лишь падение несёт истинную оценку качества палитры чувственных оттенков действительной жизни, поэтому мужчина обязан хоть раз в жизни сидеть в тюрьме(в различных смыслах этого слова, но в прямом вариант наилучший), а женщина нравственно падать на самое дно.

         Транс

         Понятие трансформации имеет множество значений, но никто из пользователей этого слова из пяти букв не соображает, что собственно за ним стоит.
          Трансформация духовно-душевного порядка аналогична любой другой трансформации, это не более как переход единого качества в его иное количество с некоторыми издержками исходного состояния.
          Если проще – транс это мыслительное внесознательное представление, отгороженное от помех действительности.
          То, что сама действительность некий транс в отношении некой протодействительности, также не может вызывать сомнений, поскольку полная тишина в полном одиночестве и в кромешной темноте в достаточно длинный отрезок времени доводит основную массу людей до состояния сумасшествия, и это говорит о том, что действительность трансформируется внешним шумом, то есть сама человеческая суть это напыление трансформации на дрессированный воспитанием разум, тогда как лежащее за трансформатором это и есть настоящее, до которого нужно ещё добраться, прежде чем говорить что-либо о мыслительном процессе и галлюцинациях, именуемых человеческим воображением и познанием.

         Бездна

         Действительность человеческой жизни лишь в поле мелового круга собственной сенсорики не осознаётся большинством так называемых образованных людей(в отличие от неграмотных крестьян и туземцев африканских племён, австралийских аборигенов, американских индейцев, а также их аналогов по всему миру), которые постоянно стремятся туда "где лучше и больше", что и создаёт основные проблемы населения последней европейской цивилизации, наложившей нестираемый губительный отпечаток на всю мировую культуру всех без исключения наций и этносов.

         Поцелуй Иуды

         Любой верующий, преклоняющий колени перед пустотой не может быть надёжным соратником в реальной борьбе в среде живущих людей, потому что психоз всегда граничит с предательством.

         Ночные прогулки по крышам заснувших домов

         Незнание не освобождает от ощущений истины, поэтому само знание достаточно условно, и верить ему можно лишь относительно, в степени спокойного и уравновешенного подозрения.
          Кто взаимодействует с внешним полем иначе, тот всегда оказывается перед тупиковой бессмыслицей в момент, когда эти знания поверяются практикой.
          Сон или не сон, вот в чём вопрос.

         Сексапильность чистоты

         Чистая и полноценная функциональность, представленная женским или мужским обличием, всегда не даёт покоя лёгким и тяжёлым формам дегенеративности, которые стремятся подавить и унизить, прямо или косвенно, при практической невозможности иметь сексуальный контакт.
          Более того, чем чище и полноценней представитель пола, тем менее он склонен акцентироваться на самой идее плотского секса и даже при самых невероятных для старомодного мышления пассажах(в виде массового группового секса в арендуемых кафе и ресторанах алфа-самцов и альфа-красавиц)этот представитель не склонен рассматривать их как акт драматургии, но всего лишь формой некоего развлекательного опыта, и не более того.

         Политическая деятельность

         Если не шулерство и корыстная хитрость, то некоторой степени психоз и ненормальность, поскольку естественное состояние человека не расширяется до планетарного поля в силу глупости этого замысла и необходимости заниматься обслуживанием нормы жизни.
          Несколько схожа с религиозностью.
          По рентабельности конечного итога, а также промежуточного финиша удачливых шулеров приближается к наркокартелям.
          Столь же сложна в смысле личной безопасности, в чём главное и единственное принципиальное отличие от религиозной деятельности, где обирают исключительно дураков.

         Девальвация чувственности

         Неизбежность угасания силы и впечатлений компенсируется трансформацией в иное восприятие, на чём основаны ролевые игры и транснациональные путешествия, рассчитанные на свежесть и новизну ощущений.
          Однако многие очень быстро понимают, что меняя небо над головой невозможно изменить себя и небо в духовном поле, так же как при изменении ориентации социального или даже сексуального плана неоднозначность новизны моментально переходит в рутинность клоунады.
          Метод шагреневой кожи также туповат и пуст, поскольку экономия не тот способ, чтобы сохранить качественную составляющую юности и свежести разума при полноценной психической составляющей.
          Единственно верный способ всегда быть в мажоре счастья здесь и сейчас это размножение своих желаний до степени неимоверности, когда рефлексия просто не успевает реагировать привыканием на множественность мотивов и эмоций в перекрестье остаточных позитивных коллизий, которые незатухающим эхом всегда повторяют коленопреклонную и любвеобильную серенаду любимой самой себе.

         Президент

         Состояние внутри высшей степени определяется качественной степенью системного входа и её соотношением с качеством гипотетического системного выхода(совершенно не всегда идентичного эмпирическому опыту наступающего момента), что определимо лишь внутри системы, поэтому эзотеричность психической составляющей внутри разрешается в экзотерику лишь во вне, таким образом мемуарам и аналитическим советам этого уровня верить нельзя, так как истинные мотивы и действительное состояние исчезают из памяти вместе с должностью.

         Пиромания

         Жажда славы не самая исключительная страсть, но достаточно традиционна в среде субэлитарности и не только. Методики достижения предполагаемого момента многообразны, но исключительно не самодостаточны, поскольку, не находясь внутри системы не оценить нахождение вне её, а присутствие в ней закрывает прошедший горизонт, перестроившись в ориентир на потенциальный очередной, что для искателя окончательного статуса непереносимо и зачастую приводит к элементарной неадекватности в быту. Дорога назад закрыта в любом случае навсегда, так как сознание не адаптируется к бытию, определяемому прошедшим статусом, а поэтому лишь экстраординарные выходки могут на короткий момент возобновить генерирование гормона счастья, но почти всегда исключительно нерентабельной ценой.

         Философия

         Познание методом априори на основании чужих размышлений и построении из этого своих измышлений есть полный идиотизм и ненормальность, поскольку лишь исключительно чистое сознание, пропускающее через себя чувственный опыт эмпирического знания, может ориентироваться на истинный результат своего мышления.
          Таким образом, сам факт знакомства с чужими мыслями подавляет способность генерировать свои.
          Из чего можно сделать вывод, что чем более эпистолярных знаний имеет человек, тем менее он способен к разумному мышлению.

         Мистика

         Явления духовного поля в любом случае имеют связь с носителем этого поля, поэтому всё оккультно воспринимаемое столь же действительно, сколь оправданно своим воздействием на состояние самовосприятия, так как для способных ощутить собственные духовные миры они более реальны, чем сама реальность.

         Религия гиперсексуального атеизма

         Понимая в контексте транслируемого смысла сексуальность как полноценную функциональность(что и есть в действительности, поскольку в базисе всех позитивных созидательных мотивов лежит способность к созиданию, то есть либидо расширенного ключа понимания), можно определить атеизм как восприятие действительности сквозь призму естественной возможности, аннулируя изыски некрофильного мировоззрения, ориентирующего силу самовосприятия(рефлексии), а также потенциального интеллекта в тупиковое, замкнутое пространство, где эту энергию можно трансформировать в любую форму вне осознания её носителя.
          Другими словами, атеизм это жизнеутверждающее состояние психополя, не требующего никакой подпитки извне, в отличие от состояния монотеистической религиозности, по умолчанию принуждающей к отрицанию собственной личности и закрепляющей неспособность ясно видеть то, что есть, а также формирующей смысловые галлюцинации, когда человек просто неадекватно воспринимает окружающий мир, понимая под адекватностью простую человеческую способность ясным сознанием отличать то, что есть в действительности от того, чего нет и не может быть.
          Конечно же никто не вправе управлять правом веры, но осознавая, что атеистическое мировоззрение также вера(поскольку всё в мире людей держится на вере, так как вся цивилизация духовности-эстетизма-человечности построена на множественных нюансах лжи), стоит принять во внимание право атеизма защищать своё мировоззрение в той же степени, в какой это делают все мировые конфессии.
          Высокая степень функциональной сексуальности атеизма определена его максимально продуктивной возможностью созидания здесь и сейчас, то есть в реальном, а не выдуманном мире. В этом плане, религия подобна гире, висящей на ногах Ариэля, взлетающего в горизонты будущего с ясным и чистым пониманием: что есть что и кто есть кто, а также кто виноват и что делать.

         Идея идеи

         Взаимодействие эфемерного и действительного, выраженного реальностью, не может не иметь общий единый исток, так как фиксируемое понятие идеи идеи говорит об искусственности самого понятия чистой самостоятельной идеи, то есть никакой мотив-намерение, опознаваемый как идея, не есть хаотическое напыление рефлексии, а строго закономерное пространственно-временное действие.

         Элитарность транс би гей лесби субкультуры

         Восприятие нетрадиционности всегда имело одинаковое проявление и одни и те же ксенофобические мотивы.
          Это очень хорошо известно не только определённым социальным слоям, но даже целым народам, которых представители других социумов-этносов не более как по стандартному определению считают минимум не стандартными или даже дегенеративными.
          Самоопределение самого себя любым этносом или субкультурой некоторой степенью элитарности(или даже абсолютной этнической элитой-социумом)является естественным и нормальным процессом развития любой социальной или биологической структуры, чему есть ряд стандартных психологически-биологических пояснений, известных многим школам психоанализа, психиатрии, прикладной политики, политики глобальной, а также всем религиозным конфессиям.
          Но, естественно, в различных формулировках, что сути, конечно же, не меняет.
          Стремление к элитарности определённой степени есть нормальное расширение психологических(и не только)горизонтов, что в любом случае проявляется в любой социальной структуре, начиная с политических элит государств и заканчивая бандитскими группировками, но следует учитывать адекватность используемой в дискурсе геосоциального развития терминологии, поскольку очень часто обыкновенное слово меняет реальное дело.
          Поэтому лесбиянки, геи, би и транс в сфере быта имеют много имён-синонимов, несущих негатив, аналогичный негативу, проявляемому в синонимах этнического определения афроамериканцев, евреев, украинцев, поляков, ирландцев, узбеков и т.д и т.п. и пр.
          Конспирологические теории захвата мировой власти элитой ЛГБТ сообщества(порой озвучиваемые СМИ некоторых стран)имеют те же корни, что идеи масонских или еврейских заговоров, то есть это не более как голые и безосновательные ксенофобные измышления, поскольку не выдерживают никакого реалистичного анализа, опирающегося и на фактический информационный материал, и на априорное определение самой возможности как таковой.
          Сложно предположить идею объединения кого бы то ни было без консолидированной идеи практического социального удерживания общих интересов при минимизации побочных эффектов индивидуального различия, поскольку как в мире природы нет двух одинаковых снежинок, так в любом социуме нет двух абсолютно одинаковых взглядов на развитие, консолидацию и практическую реализацию фактического материала, воплощённого в суперпозицию(то есть конкретное действие здесь и сейчас), обосновывающего сам смысл и суть человеческих контактов этой социальной группы, подобно коллективной молитве в храме любой конфессии.
          Естественно, что любая элита может рассматриваться как самостоятельная социальная сущность, мыслящая единым коллективным бессознательным, но декларирующая намерения коллективным сознательным, а поэтому принцип битвы подвидов внутри вида(рассматривая человека социального как вид)вполне применим и здесь со всеми вытекающими последствиями, поскольку сам смысл активной социальности предполагает некоторую степень ксенофобии, у животных доведённую до автоматического абсолютизма нейтрального неприятия, у людей же(рассматривая человека как переходный вид от животного, через человека разумного к человеку божественному) достаточно продвинутых на иерархической лестнице интеллектуальной пирамиды-подиума это неприятие минимизировано или отсутствует вообще.

         Рождение или смерть любовницы королевской крови

         Фиксация истока причинности есть внедетерминированная мотивация, когда следствие является аутентичной причиной, что в принципе не исключено в психополе рефлексии, но более нигде и никак.
          То есть бессмертие возможно вне рождения, которое является таковым по определению, действительность которого эмпирической проверке не подлежит, а поэтому как факт зафиксировано быть не может, аналогично факту смерти, в который так же предлагается верить.
          Таким образом, отрицая рождение можно утверждать бессмертие, как аналогично наоборот: принимая рождение можно аксиоматически отрицать бессмертие, понимая, что имеющее начало имеет и конец.
          Констатируя как факт то, что невозможно проверить действительность и рождения и смерти, можно осознать, что сама эта невозможность имеет причинную зависимость от качества чувственного потока, улавливаемого сенсорной системой человека и воспринимаемого им как действительная жизнь.
          Что, конечно же, можно подвергать сомнению, поскольку никаких фактических доказательств существования чего-либо вне чувственного образа нет.
          Однако, допуская наличие рефлексии и второй сигнальной системы как некий прообраз двери Папы Карло, можно предположить, что базовый интеллектуально-чувственный, то есть аутентичный материал(показывающий что, как и зачем в истинном свете)скрыт именно там, что неосознанно ощущает большинство людей и на аффекте чего построены все системы духовного тренинга, включая исток происхождения философии, религии, всех без исключения прикладных наук, наук теоретических и любви к жизни, потому что вне точки генерации образа(говоря прямо – фантазии)в мире людей нет ничего.
          Поэтому, принимая жизнь человека как входящую эфемерность, модулируемую сенсорной системой тела, можно констатировать само тело как базис всего существующего вне этого тела субъективно, объективно же являющееся не более как крошечной его частью, сигналом в нейронах, возможных к модулированию волей системы чувственных образов, работающей в поле рефлексии.

         Философия сексуальной бомбы

         Любая философия имеет право на существование, понимая в этом контексте не любовь к какой-то туманной мудрости, а страсть воплощения в эту самую любовь без всякого разума, что более эстетично и привлекательно для ясного ума и тела, но главное - действительно и безупречно, так как ум это проблема.
          Воплощение в любовь следует понимать именно так, как написано, то есть войти в состояние и плотское одухотворение обожаемой женщины, что не всякому мужчине под силу, поскольку ум здесь не работает, а чувственность может зашкаливать и давать сбои в ориентации, если она конечно есть.
          Если же её нет, то мужчина годен быть добытчиком любого уровня, от вора до президента, однако на уровне неандертальского менталитета он и останется, играя в гольф или карты, без разницы, поскольку всё это не более как придатки детства.
          Настоящий мужчина обязан внутренне прочувствовать свою женскую составляющую, бережно лелеять её и переносить аналог сопереживания на партнёршу в любви.
          Настоящий мужчина всегда наполовину женщина, это даже не подлежит обсуждению. Но истинно настоящий это тот, кто не боится этой женщины в себе, пусть она даже сексуальная бомба.

         Оргия мегаполиса

         Ограничение одних возможностей путём расширения других требует психической компенсации, невозможной к практической реализации, поскольку сознание изменено бытом, но чувственность неизменяема после изначальной ориентировки.
          По этой причине многие люди, попавшие в подобную ситуацию, уходят в виртуальность, где возможно всё, однако это всё подпорчено вседозволенностью, когда нет напряжения захвата цели и это просто неинтересно и скучно для живого и развитого интеллекта.
          Как вариант можно рассматривать параллельное сосуществование виртуальной оргии и реальной артподготовки(артистизма ролевой игры в действительности живого мира), когда окончательный интеллектуально-чувственный оргазм происходит именно в виртуальности, поскольку последнее необходимое действие, тщательно подготовленное предыдущими пассами в действительности, происходит путём контакта с клавиатурой.
          Следует заметить, что это скорее удел женщин, чем мужчин, поскольку чувственные интеллектуальные способности быков-мачо, самцов-ботаников, тщедушных философов, отглаженных чиновников, скользких политиков, туповатых исполнительных директоров, неуклюжих в нюансах экстетики(и эстетики) охотников на крокодилов, самовлюблённых писателей, шизофреничных графоманов, микроинтеллектуальных бандитов, макроисполнительных заместителей премьер-министров(и пр., короче), не могут даже приблизиться к женскому эгоцентричному видению себя в обрамлении рамки всего мира, и этим сказано всё.

         Совершенство в принципе не может быть счастливым

         Патология скрытой невменяемости, определённая действиями, констатируемыми как графомания той или иной степени, включая в эту формулировку как производство романов, поставленное на поток, так и записки мемуарного характера, или просто полубредовые(или совершенно арифметические)очерки об окружающем мире, не несущие ничего и никому в ясном состоянии духа, направлена остриём своей энергетической максимы трансцендентного смысла именно в поле неясного состояния, то есть, практически, все без исключения пишущие ради того, чтобы их записки прочитал внешний мир, являются лёгкой(или не совсем)формы представителями маниакально-депрессивного психоза, надеющимися отыскать своё подобие в безбрежном океане внешнего, в любом случае, при близком рассмотрении, оказывающегося не более чем жалким подобием внутреннего(подобием его представления), потому что аутентичность всегда максимально насыщена собственной собственностью, кроме которой ничего не может быть в принципе, так как оно в любом случае не является элементом брахмана, но лишь иллюзией атмана, выражаясь терминологией буддизма, то есть эгоцентричность никогда никаким образом не трансформируется в эговселенность, хотя именно этого и хотят на несознательном уровне все без исключения маниакально-депрессивные представители пера, желая объять необъятное.
          Что, конечно же, возможно, но достаточно специфическими методами.
          Вопрос не в том, как объять необъятное, а в том, какова себестоимость этого объятия, о чём никто никогда не задумывается, начиная трагическую эпопею овладения мастерством, не осознавая, что предельность как понятие основная преграда на пути предприимчивости любого рода, включая и политическую деятельность и творческую изысканность, когда хаос трансформируется в порядок императивными критериями эстетизма, которые однако так же предельны, как длительность дня или ночи.
          Этим поясняется шизофреническая стилистика некоторых творческих направлений любого рода, когда конструктивность исчерпывается, но не исчерпывается желание "строить пирамиду" далее, и тут-то и является деструктивность.
          Это напоминает развитие алкоголизма, когда изысканные вина в фешенебельных ресторациях постепенно заменяются суррогатной водкой в подворотне.
          Предположительно, разумные творцы вообще ничего не начинают, сохраняя всё в себе, не претендуя ни на какие копирайты и, таким образом, не открываясь в поле излучения смертельно опасной для души энергетики получения сомнительного удовлетворения посредством раскрытия возможностей и подсаживаясь на иглу "движения" в этом поле, более похожем на кладбище, в конечном итоге.
          Объять необъятное можно единственным способом, воспринимая эту необъятность как собственную личность, отрицая иное, потому что внешнее как действительное под большим вопросом, тогда как внутреннее не может иметь вопросов или ответов, оно просто безусловно есть, и единственное приносящее некоторую дискомфортность это предположительное внешнее, то есть именно его предположение, понимаемое как переживание, или генерируемая внутренним эмоциональная аура несуществующего.
          Что доступно пониманию многим, поскольку каждый достаточно часто ощущает на себе влияние пустоты, прикидывающейся действительностью.

         Религиозный психоз как признак неполноценности

         Определяя личность как напыление на животном носителе, следует признать констатацию того, что качественное состояние напыления, определённое личностными переживаниями и рефлексивной способностью к безусловному, но не условному, состраданию, абсолютно зависимо от состояния самого носителя как репродуктивного механизма, поскольку стремление быть определено силой способности создавать, подразумевая это буквально, так как тезис о первичности гендерного устремления(так называемого либидо)в формировании любой социальной детерминанты абсолютно неоспорим(то есть стремление мужчины к женщине и аналогично наоборот являет собой базовую платформу любой цивилизации),поэтому попытка жить теоретическим будущим(то есть предполагаемым райским или иным бессмертием, ради которого отрицаются многие реальные вещи здесь и сейчас)является не более чем осознанная или неосознанная попытка уйти от человеческих возможностей и обязанностей со всеми конкретными предложениями, от которых отказывается лишь хитрое или одурманенное, но в любом случае ущербное существо.
          Само предприимчивое устремление обеспечить себе что-либо в счёт пустоты, оформленной в изыск обрядовых услуг, означает или степень психической недоразвитости, или степень трансформируемой в обязательность обрядового исполнения хитрости, когда второе предпочтительно охватывает пользователей(то есть управленческие структуры конфессии), а первое доноров, так называемых адептов-прихожан, также дробящихся на социально-религиозные касты, когда на самом дне лестницы в небо оказываются нищие у церквей, работающие под "крышой" бандитов.

         Время любить и ненавидеть целуя прошлые листы

         ВРЕМЯ КАК НЕСУЩЕСТВУЮЩАЯ СУБСТАНЦИЯ подтверждающая своим аффектом существование всего во всём безначально и бесконечно без всякой возможности что-либо изменить так называемым волевым усилием, поскольку изменяемое или формируемое уже существует неизменно и оформленно.
          Размышляя минимально просто, можно эмпирически(!)понять - если фиксированная отметка длительности(конкретное время на часах)наступает несомненно и всегда без всякого исключения(что есть чистейший эмпиризм наблюдения), то это фиксирует наличие этой точки(выраженной чем угодно, в данном случае позицией стрелок часов)в пространстве так же несомненно, как и во времени, поэтому будущее не предположительно(то есть "будет-не будет" как понятие чистый бред), но абсолютно реально и действительно всегда в полностью оформленном материальном виде с точностью до более чем миллиардной доли ангстрема и без дискурсивной вариантности, то есть его не может не быть в готовом изначально виде в той же степени, в какой не может не наступить вторая секунда следующей за первой, а не, например, сразу третья, что конечно же не может быть никак опровергнуто, как и не может быть понято подавляющим числом человеческих умов, но означает простую истину - всё всегда есть, было и будет прямо здесь, в точке отсчёта.
          Определяя подобные рассуждения эмпирическим мышлением, но вовсе не априорным, можно просто опереться на несомненный факт того, что сам смысл неизбежности неизбежно утверждает неотвратимость последующего сенсорного сигнала(подразумевается сенсорика тела), когда предыдущие сигналы фиксируются в физиологических накопителях, а последующие ещё не вступили в контакт с точками сенсорного приёма, что никак не может говорить о их несуществовании и что косвенно подразумевает сама идея трансцендентности, которая конечно же не более чем идея и непроверяема эмпирически никак, однако сам факт возможности ощущать и измерять длительность говорит о том что она(длительность) единое статичное целое, нерушимое в своём безначально-бесконечном виде, ощущение чего(посредством сенсорики второй сигнальной системы)и наводит на мысль о трансцендентности как понятии, хотя в действительности невоспринимаемого личностью не существует и существовать не может, так как она(личность)это и есть всё её окружающее, поскольку вне возможности воспринимать это всё, ничего просто не может существовать и не существует.

         Сексуальное переживание группового секса

         Нет особой необходимости постулировать представление как действительную суть той материальной плоскости, от которой отталкивается воображение полноценного человека, поскольку ничего истинного, кроме самого механизма воображения, нет и в принципе быть не может, на что неоднократно указывают(умышленно или нет)ведущие философы всех времён и народов(не люблю ссылки, никогда не ссылаюсь, но в такой форме всё же отмечу), отличаясь друг от друга всего лишь формой подачи своих идей, но никак не абсолютной точностью в ощущениях, которые только и есть действительная истина, в отличие от интеллекта, оперирующего искуственными данными, созданными им же самим.
          Никто никогда не сможет материально зафиксировать представление, аналогично тому, как никто никогда не сможет увидеть свой собственный взляд.
          Естественно, что архиважная категория не может быть уловима и конкретизирована непосредственно тем продуктом, который она сама и создала. Было бы смешно рассуждать иначе.
          Главная и основная помеха соответствия представления воплощению это тело человека, поскольку всё представляемое никаким образом не может учитывать физиологические ощущения, так как память их не фиксирует, исключая рефлексы(перерастающие в фобии или мании), и если кто-то считает иначе, пусть попытается вспомнить и представить физиологическое состояние наслаждения или боли, а потом испытать в реальности.
          Таким образом, весь смысл управляемой, а не инстинктивной мотивации существования заключается в минимизации девальвации прямого и чистого наслаждения жизнью, поскольку это самое губительное состояние, так как развращение качеством необратимо.
          О чём могут доступно рассказать отставные президенты, но не следует от них ожидать такого откровения.
          В ключе всех этих технических нюансов интермодуляции мотивов и воплощений можно ясно понять, что женственность со своими многочисленными атрибутами процессуального манёвра взаимных сексуальных отношений гораздо лучше защищена от подобной девальвации, то есть развращения, поскольку для неё(что достаточно тривиально, но стоит упоминания)сам фактический процесс достаточно вторичен, тогда как кульминационное восхождение первично.
          Именно это кульминационное восхождение, максимально изобилующее разнообразием границ и пересечением этих границ, и есть, собственно, главный смысл и мотив быть женственной женщиной, но не функциональной самкой.
          Конечно же, феминизм не может рассматриваться как нормальность и естественность, потому что женщина физически не может манипулировать теми же объёмами массы, что и мужчина. Однако, учитывая что человечность это полнейшая неестественность, следует признать легитимность существования классов и каст, то есть элиты и низших сортов человеческого материала, поэтому женственность можно определить как элитарность(что вряд ли оспоримо в свете конкретных исторических примеров) в поле элитарности, принимая это поле гетеросексуальным, где мужской материал, убегая от девальвации ощущений, бессмысленно строит окружающий мир, перманентно возводя вавилонские башни, обрушивая их и начиная всё с начала, а материал женственный просто существует в поле энергетики, создаваемой бессмысленной мужественностью, которую необходимо постоянно подпитывать идеями патриотизма, прагматизма или просто идиотизма, разницы нет никакой, так как вавилонское строительство цивилизации в базисе своего энергетического обеспечения содержит единственный элемент, генерирующий всё это строительство, и этот элемент - женщина.

         Перформанс экстатического наслаждения

         Осознавая, что отдельные фрагменты несут действительную истину, являясь самодостаточными существительными, можно понять несомненную ложь их объединённого воображением воплощения в нечто, чего в действительности просто не может существовать.
          Простота действительности обескураживает, поэтому женщины, как истинные носители человечности, в противоположность звериной энергетики настоящих мужчин, рождённых своей бычьей энергией содержать женский мир истины(то есть условной человечности, поскольку безусловной не существует), всегда очень внимательно подходят к вопросу лжи, к вопросу неестественного воплощения своего образа в рамке эстетически-экстатического посыла, когда обыкновенная животная самка чудесным образом превращается в волшебную фею, благодаря манере поведения и конечно же искусству мимикрии, то есть косметического эпатажа, основанного конечно же на сексуальной доминанте и более ни на чём.
          Следует понимать, что порнография открывает тайны этого механизма, убивая ложь эфемерности и предлагая в замену чистую инстинктивность прямого действия, уничтожающего механизм упряжи, которой опутаны все настоящие мужчины как определение, почему и преследуется социальными институтами, оберегающими эфемерность женственности, руководящей созидательным потенциалом мужественности.
         Впрочем, во имя чего это делается и каков действительный механизм мотивации этой сложной системной мышеловки осознаётся минимумом, определяемым как отрицательная социальная величина, поэтому настоящий носитель оккультных знаний никогда ничего никому не скажет прямым текстом, потому что эта истина настолько элементарна и проста, что не может быть видна опьянённому социальностью глазу рядового мыслителя, не говоря уже об простых так называемых людях, в действительности являющихся не чем иным как механизмами, управляемыми внедрённой программой самоуничтожения внутреннего знания и создания энергией коммуникатива феерии бесконечной и бессмысленной лжи, смысл явления которой в поле отношений этих самых людей есть не более чем создание псевдо смысла существования, тогда как истинный смысл всегда есть и заложен в так называемом генетическом коде, невыполнение команд которого ведёт к негативному состоянию тела, определяемыми некоторыми социальными институтами как душа.
          По этой причине в жизни среднестатистического человека счастья достаточно немного. Достаточно для того, чтобы выполнять команды другого человека, который этими своими командами своё личное счастье успешно реализует, что непостижимо основной социальной массе, поскольку она загипнотизирована пассами словесных конструкций.
          Разделяя людей по уровню соотносительности внутреннего сплава гипнотической социальной доминанты и действительной генетической мудрости, можно ясно констатировать, что полноценных, то есть свободных к воплощению себя как это определено импульсом созидания, личностей очень немного, хотя приближённых к этому естественному состоянию вполне достаточно, однако практически все они(за некоторыми исключениями, считающихся ненормальными, что соответствует действительности) не вполне устойчивы психически, поскольку ощущая своё отличие, не могут принять ту истину, что они креатив полноценности, но вовсе не наоборот.

         Дух как сочинение недоумков

         Понимание того, что есть лишь то что есть и более ничего нет и быть не может приходит не сразу, или не приходит никогда.
          Основные положения любой веры основаны на предположении невозможности общей человеческой массы каким-либо образом проверить, есть ли что-то за словом или там не более как манёвр отъёма ценностей, то есть средств к существованию и обеспечению качества этого существования.
          Вера в литературу конечно же основана на рефлексе, выработанным в первые годы жизни и запрограммировавшем зомбированное состояние психики и разума личности, причём это касается всех аспектов виртуальных отношений(подразумевая под этим общение на тему пустоты, то есть иных миров, загробной жизни, марсианских городов, чёрных дыр, предельности скорости света, существования антиматерии, Большого взрыва, снежного человека, левитации, антигравитации и пр.), но не только лишь идеи бога.
          Как пример можно привести теоретическую астрофизику и теоретическую физику квантовую, когда взрослые люди играют вроде бы в пустые игры(бессмысленный адронный коллайдер), однако в действительности зарабатывают деньги на этой пустоте, когда другие люди отдают на это баловство свои личные средства, то есть доверительно делятся, рефлексируя кодированным сознанием, загрузившим в себя коды, заложенные в сказочной литературе юношества.
          Духовность, как нечто неосязаемое, настолько же духовна, насколько нарисованная тушеная курица питательна и калорийна.
          Однако именно этот существенный нюанс отличия истинного от ложного нельзя найти ни в какой религиозной, мистической или оккультной школе, поскольку истинная духовность, то есть чистый дух как он есть по определению, это конкретный живой человек с чистыми и ясными человеческими и сострадательными помыслами взаимопонимания, именующийся в некоторых вариантах фиксации мысли пассионарной личностью или попросту дураком не от мира сего, тогда как в действительности это и есть чистейший божественный материал, включая терминологию теизма, а также истинный Дух, Брахман, Нагваль, Абсолют, используя часть синонимов мистицизма и оккультизма.
          Таким образом, Дух и Материя, так тщательно разыскиваемые для фиксации философией и искажённым естествознанием, это вполне конкретные, живые люди, то есть породы людей, когда одна порода(в совершенно минимальном соотношении к общей массе) представляет собой Дух, а другая(в совершенно максимальном соотношении к общей массе) это Материя.

         Магнетизм сексуального акта

         Определяет достаточность или недостаточность жизнеспособности конкретного представителя породы, когда неперспективная ветвь теряет силу проникновения(в будущее)и неспособна генерировать импульсы желания, определяемые как божественные эманации, питающие механизм восстановления тела и преодоления смыслового барьера.

         Сексуальность совершенства

         Сложно осознать сущность чего-либо, не пропуская его сквозь личностную призму опыта, точнее говоря это практически невозможно, потому что эмпирика в действительности есть единственное настоящее, которому можно верить исходя исключительно из практики чувственности суперпозиции, но никак не рефлексии второй сигнальной системы, которая при всей ценности базиса своего потенциала модулей детерминирования самой суперпозиции(то есть изначальное вообразительное лежит в последующем воплощённом)всегда есть не более как потенциальное(существующее, но не пропущенное сквозь эмпирический фильтр, то есть неполноценное своей неразвращённостью), тогда как воплощённое осознаваемо именно своей сущностью, а поэтому, атакующему трансцендентность и расширяя в максимум личностное поле телу-разуму-духу становится неинтересным и скучным своей понятостью и отсутствием диссонирующей неизвестности, единственным, что может интересовать истинного мастера всего во всём, так как совершенство или есть, или его нет, без всякого распределения по градациям человеческой классификации натурального материального, так как любое материальное человеческое происходит исключительно из магнетического поля притяжения сферы возможного воспринимаемого нематериального и ретранслируемого в материальное силой сексуальности влечения к недешифрованному в развращённую простоту понятности.

         Красная тряпка демиурга

         Только волнительность желания рисует королевское сословие, которое в действительности без него ничто и никто.
         Подразумевается набор классиков, тормозящих индивидуальное развитие, заключающееся в любом случае лишь в утверждении возможности как действительности, что мало кому ясно умом, но достаточно чётко видно полем эго.
          Именно эта волнительность желания предвкушает алые паруса, которые всегда не более чем выкрашенные тряпки для обольщения, однако для того, кто видит не тряпки есть истинный пусть стать носителем знания как что где и для чего, которое никогда не приносит пользы, о чём  наивно думают предвкусители магии, потому что знания это бессилие, рисующее силу истекающую пустотой.
          Истинная сила в незнании и непосредственной любви, что тоже почти невозможно пояснить пишущим и читающим, так как процесс чтения это заказное убийство, заказчик которого прочёл всё, а вот забыть не может, поэтому одно что ему осталось это причастить к своему состоянию чистоту возможности, накинув ей на голову грязную тряпку алых парусов, напевая псалмы шизофреничного Моисея и рассматривая кусты чаппареля, в надежде услышать их разговор, когда они будут гореть.

         Божественность экстаза идиотизма

         Осознавая, что предельность это дамоклов меч, занесённый над самим смыслом существования, не стоит спешить к этой горизонтной линии.
          Впрочем, никто полностью не понимает действительности губительной силы познания, которая шагреневой кожей удавки неумолимо сжимает возможности непосредственного восприятия, включая цепь опосредования и нанизывая на эти бусы всё больше и больше необходимости, совершенно не нужной изначально, в просветлённом состоянии чистой духовной животности.
          Мало кто понимает смысл этой сути, но кто понимает, тот невидим в спектре золотых павлиньих хвостов рафинированного эрзац-счастья.
          Непостижимость неотвратимости необратимого преобразования чистоты и непосредственности в мутную жижу девальвированной грязи постижима на конечном участке баллистического полёта, когда сам вброс инициирован желанием сверхпроводимости, понимая под этим максиму социальности как наркотической зависимости, дающий тот смысл, который теряется на излёте всегда и без всякого исключения.
          Чему есть масса исторических примеров.
          Любая политическая деятельность  заканчивается крахом.
          Неудивительно, что идея конца  света возникла где-то в районе пребывания Адама и Евы.
          Любое интеллектуальное усилие и сверхнапряжение заканчивается крахом.
          Любой прогресс имеет такие негативные побочные явления, что не может не закончиться крахом.
          Вы представляете, они счастливы, хотя у них совершенно ничего нет... Это слова "суперзвезды" кинематографа по поводу тибетского монастыря и его обитателей.
          Но этой "звезде" ещё предстоит, и очень скоро, увидеть свой последний горизонт.
          Гёте однажды скзал: мой сын был настолько умён, что родившись, прожил несколько часов и ему этого хватило, чтобы благополучно удалиться.
          Не все столь проницательны, но это ничего не меняет.
          Психиатрами планеты давно констатировано, что вера в бога это классический психоз, то есть частичное сумасшествие.
          Впрочем, в среде психиатров самый высокий процент больных именно психическими заболеваниями, хоть они и не верят в бога.
          В бога поверить нельзя нормальному человеку, потому что его(бога)просто не может быть и конечно же нет.
          Есть любовь.
          Подразумевается биофильное счастье, в противоположность некрофилии вероисповедания, когда сама идея веры в действительности является идеей смерти при жизни.
          Чему также тьма примеров во всех временах и народах.
          Не верить, не думать, не развиваться... Что же тогда делать...
          Мог бы кто-то спросить.
          Я бы сказала, что нужно делать, но думаю - стоит ли.
          Подумала.
          Стоит.
          Необходимо осознать командный сигнал из глубины генома и уловить свою функциональность как предназначение, пусть даже это будет выглядеть как нечто не совсем нормальное для других ненормальных(в контексте тезиса о нормальности как нивелировании)и двигаться командным путём дорожной карты этого сигнала, что, вне всякого сомнения, делают все действительно счастливые люди.

         Свингер-клуб пожизненной установки на смерть

         Любое доказательство наличия действительности, но не эфемерности, построено, прежде всего, на постулатах, вытекающих из непоколебимой базы аксиом, которые не могут быть опровергнуты никаким образом, так как предположительно имеют чистое эмпирическое подтверждение своей убедительности.
         То есть мерилом этой эмпирики выступает здравый смысл рассудка, основанный на опыте переживания подобных и дискурсивных моментов, которые невозможно опровергнуть никакими ухищрениями словоблудия.
          Однако стоит ввести хотя бы одну лжеаксиому, как всё построение превращается в подобие вавилонской или пизанской башен, причём констатация этой лживости обыкновенным умом практически происходит лишь в момент обрушения(иллюзий, например), так как постулаты построенные на лжеаксиомах имеют свойство сверхубедительности, подобно драматическим сценам в театре кинематографа, где лжецы зачастую разыгрывают зрелища, никогда не могущие иметь место в действительной жизни, но, тем не менее, вызывают своей ложью самые яркие эмоции «обыкновенных людей», не включающих в голове знание, что это просто кривляние артистов, подгоняемых режиссёром, и что после «удушения, Отелло и Дездемона пойдут в кассу получать деньги, а Ромео и Джульетта, возможно, разойдутся – один в гей клуб, а другая в свингер бар».
          Человеческое существование основано на двух базовых аксиомах – это рождение и смерть.
          Как раз именно эти моменты являются таковыми, в существование которых приходится верить на слово окружающего представления, поскольку ни о рождении, ни о смерти никакая личность не может знать ничего, кроме различных описаний(подобных графоманским пассажам на литературных сайтах и библейских, медицинских, психологических, физиологическо-академических/числа не счесть/, предположений/включая доказательства «ромео и джульетты»/, то есть игры обыкновенного воображения), потому что рождения никто не помнит, а смерть никто не пробовал.
         Иллюзия же или нет человеческие «доказательства» наличия в природе и смерти и рождения не имеет никакого отношения к наблюдателю, что редко кому приходит в голову(надеюсь эту мысль кто-то поймёт).

         p.s.

         Хотела бы добавить, что вопросы пола в данном контексте(неведомости существования рождения и смерти) полностью социальны(не функционально-закономерны как у животных наблюдаемого(!) мира) и достаточно предположительны, когда главное отличие мужчины и женщины(не половые признаки) это неспособность первых мыслить «действительно»(включая тотальную установку на роль быка мачо, блокирующую разум достаточной степенью ограничения), и самодостаточность вторых, при условии существования комфортных условий(которые обеспечивают эти самые мачо, для чего и существуют, исключая исключения), поскольку человек, в отличие от животного, ориентирован на прогрессирующий комфорт(в этом главное различие животных и людей), который мотивирует создание всей инфраструктуры планетарного масштаба(подразумевается комфортная доставка тела, его питание, или его сексуально-информационное удовлетворение), включая и космические исследования и микроскопическое копание в несуществующих элементарных частицах.

         Демонизм чувственной интерсексуальности

         Сложившееся мнение никогда не претендует на пробу пера, потому что всегда боится этого.
          Сам страх, однако, демонизирует точку ощущения, которая в действительности(вне страха)ничего собой не представляет.
          Это определено нюансами второй сигнальной системы, и только благодаря ей есть и бог, и гомосексуализм и бисексуальность, включая инстинкт власти.
          Просветление конечно же возможно, но оно никому, по большому счёту, не нужно, так как затемнение даёт подсветку второй сигнальной системе, которая рисует необходимое в необходимых пропорциях.
          Это в случае адекватности носителя системы в отношении самого себя как в эмпирическом ключе так и в духовно априорном.
          Вне адекватного осознания(то есть любовного влечения)всё рассматриваемое с подачи ВСС может интерпретироваться как угодно, в том числе и как сатанинские изыски и как демонические посылы, и вообще в любой вариации, потому что без адекватности восприятия собственной рефлексии картинка наполняется абсолютным бредом.
          Отсюда и алкоголизм, и наркомания и суицид, и фанатичное богопреклонение.
          Отсюда же(кстати)и некоторые гениальные и не совсем литературные произведения(законченный литературный труд - покойник), так как писатель в любом случае слегка не в себе, в противном случае он ненастоящий.

         Бессмертие синтетического счастья

         Сам принцип человеческой органики, включающей в своё понятие физиологию, трансформируемую в духовность(что не подлежит понимаю традиционным мышлением), подразумевает смысл сущего в генерации последующего ценой "уничтожения" текущего, оставляя его в виде "окаменевших останков динозавров", транслируемых как историческое и, порой, академическое, но, конечно же, уже неспособное служить катализатором гормона счастья, который только и есть истинный бог, мессия и сингулярное состояние, выталкивающее бессмертную монаду саморазмножения далее, поскольку есть только менее, но никак не "ничто", так как бессмертие возможно лишь вне рождения.
          Поэтому тело это всё и без качественного его нет качественного мира.

         Сексуальный регистр септаккорда

         Септима не умещается в рамки традиционной формации интервалов, поскольку имеет как минимум три воплощения - малая, уменьшённая и большая, таким образом совмещая в себе тройственность нежности, прагматизма и романтичности, что определяет этот объединённый интервал как союз трёх, использующих своих собственных вассалов(в виде обращений и не только) при построении контрапункта, выражающего своим диссонансом страсть всего во всём, что достаточно нетрадиционно и доступно очень далеко немногим.

         Мария Магдалина жена Иисуса

         Сама идея мессии несёт в своём посыле признаки явной неполноценности и неуверенности её носителя как представителя вида.
          Что неудивительно, поскольку практически все без исключения пророки нового времени имеют некоторые физиологическо-психические отклонения от чистоты своей расы, то есть, говоря прямо, несут признаки дегенерации той или иной степени.
          Нет оснований предполагать, что «духовидцы» других времён имели особое отличие от своих современных аналогов, однако есть уточняющий нюанс – современным предсказателям будущего, как и различным представителям оккультизма, астрологии, теоретической (астро, нейро, квантовой и пр. аналог.)физики гораздо трудней ввести в веру своего сочинения окружающих потенциальных неофитов, чем это было возможно на заре истории по причине тотальной неграмотности, малого населения планеты(человек разумный к человеку фантомному имеет соотношение минимум 1 к 10 000, в зависимости от цивилизации), непрестижности умственного труда и множества иных причин, одной из которых можно назвать параноидальный страх перед темнотой.
          Разделяя всех людей без исключения как носителей биофильной или некрофильной ориентации, включая в отдельный список аморфных фантомных носителей пустоты, можно выявить тенденцию к проявлению некрофилии именно в ориентации на монотеистическое мировоззрение, когда теоретическая жертвенность и ориентация на мученичество приносят творческие плоды в виде фанатичной веры в бога, затмевающей здравый рассудок по одной основной причине – он закован в некрофильное ориентирование, которое не позволяет видеть солнечную радугу бытия, но лишь серый, угрюмый фон коллективного принудительного сознательного.
          Следует отметить, что некрофилы имеют способность именно серый, угрюмый фон проецировать последователям как нечто действительное и самоценное, и это легко объяснимо обыкновенной человеческой внушаемостью среднестатистической социальной единицы.
          Как подтверждение этого тезиса можно привести пример массового обоготворения Адольфа Гитлера и Иосифа Сталина, что было естественным, когда присутствовал конструктивный мажор(в Германии) или резкое изменение структуры социальных отношений(в России).
          Некрофилия( во всех случаях подразумевается психическая установка личности)имеет очень большой потенциал для внушения носителю достаточного количества ограничений бытового, социального, когнитивного, психологического и психического порядка, так как основана на чистой квинтэссенции животного страха и ксенофобии, когда каждый шаг регламентируется внутренним некрофильным компасом ориентиром, не позволяющим, собственно, нормально и счастливо жить, потому как живёт как раз именно она за счёт своего носителя.
          Что, конечно же, практически ни кем не осознаётся, разве что верхушкой Ватикана, Синода и аналогичных им конфессиональных надстроек социальных айсбергов некрофильных великомучеников.
          Биофильное же восприятие картины мира полностью противоположно своему контрагенту антиподу, когда чистота рассудка соответствует духовной чистоте чувственности, что в полном формате свободного воплощения наблюдалось в эллинской культуре, когда и однополая любовь, и вынужденное самоубийство, и отсутствие страха смерти в бою(единственный выживший из трёхсот спартанцев всю оставшуюся жизнь доказывал смертельными боями с персами свою состоятельность)и многое иное естественное человеческое считалось нормальными гранями нормальной человеческой жизни, не подчинённой никакому конкретному богу, что подразумевало божественность самого человека.
          Биофильное восприятие жизни допускает всё что угодно, но без фанатизма и с улыбкой уверенного контроля над любой ситуацией, будь то оккультные сеансы различных духовных эзотерических школ или групповой секс на элитной вечеринке.
          Биофильный порядок эллинской культуры сменился перманентной некрофилией с подачи иудейских песнопений, вынудивших-таки явиться некоего мессию, и сказка та плывёт по волнам человеческой памяти тысячелетиями, затмив собой подвиги египетских царей и прочие чудеса свободной эры до нулевого года.
          Иудейская история времён начала нашей эры смутна своей неясностью и отсутствием любви к жизни, где всё замешано на человеческой крови и страданиях, развивая будущий средневековый тезис «господь терпел и нам велел».
          Все мажорные моменты этой постоянно редактируемой истории, включая Марию Магдалину, её свадьбу с Иисусом, клан Меровингов, основанный их детьми и пр., объявлены апокрифами во имя благословенной некрофилии, торжествующе несущей своё естество багровых тонов по планете.
          Атеизм русскоязычного ареала загоняется в положение церкви времён Сталина.
         Неприятие религиозного начала, как и неприятие атеизма, взаимны, но равноправны.
          Однако церковная философия, теология, теософия и т.д. имеют полное праву нести свою партитуру по кварталам и контентам, несмотря на то, что атеисту, возможно, этим наносится духовная травма, но атеистическим взглядам, в особенности ярко выраженным биофильным их формам(сексуальные изыски, духовный поиск себя в другом, любовь к жизни и пр.) уже не всегда светит зелёный свет для центростремительного движения самовыражения, что говорит о некотором преобладании некро над био, хотя в силу всего лишь административного ресурса конъюнктуры момента, не более того.

         Нетрадиционная ориентация

         Счастье проистекает из рефлексии перманентного состояния изменёного момента восприятия, всегда оставляя использованные мгновения впечатанными в прошлое и невозможные к повторению чувственного энергетического в любом случае, кроме как унылого ренессанса, который всегда не более как насмешка и недостаточность.
          Конечность вариантов удручает, но конечно же лишь горячий и мощный разум, всегда сопутствующий столь же сильной чувственности, видит эту конечность достаточно быстро.
          Нетрадиционное восприятие картин мира множит способность нейтрализовать девальвацию чувственности, заменяя картины естества действительными картинами внутреннего мира, который только и есть истинный, но что понимаемо многими лишь на склоне лет, а большинством не понимаемо вообще.
          Естественность закрывает горизонты, но для понимания этого нужно происхождение, горячее сердце и регулятор ума, в противном случае(как, собственно говоря, обычно и происходит)животное человек так и умирает подержанным, использованным животным.

         Сакральность сумасшествия

         Традиция как понятие своим истоком имеет захват дюжинности подачи аффекта харизматичности, когда сам аффект почти всегда не имеет никакого отношения к реальному эффекту сути предмета, но имеет конкретную цель - вывести в социальный центр внимания источник квазисути(поскольку почти всегда в этой подаче самой сути нет и быть не может)с последующими материальными преимуществами обретённого таким методом социального положения.
         То есть, говоря скромно, традициям нужно верить осторожно.
          С другой стороны, истина(искомая каждой личностью в любом случае, но почти всегда внесознательно)обозначает не более как состояние счастья(отсюда известное выражение про вино), которое некоторые люди испытывают постоянно и без всякого воздействия возбуждающе-успокаивающих веществ, однако именно эта нетрадиционность состояния всегда ставит их в центр прицела некоторых особей, а именно - описанных выше(и подающих и принимающих).
          Самодостаточность помешательства в особом понимании этого слова убивает дюжинность и харизматичность, пытающихся купить эту самодостаточность, что в принципе невозможно и всегда заканчивается "красным шарфом в ванной" или примерно так.
          Поэтому нетрадиционность по своей сути божественна и несёт в мир счастье.

         Кровь Исиды

         Исходящий мотив нисходит воплощением телесного совокупления с любовью окружающего, чему всегда существенно мешает очередь желающих, поскольку недостаток порождает избыток и только таким образом можно создать то, чего никогда не было.
          Поэтому духовное условно отделяется от телесного, в действительности являясь его продолжением во вне из ниоткуда, потому что никто никогда не сможет познать, что же это такое не во вне.
          Вообще-то считается что это душа, или нечто аналогичное описанию подобного, хотя, понимая условность самого письма, можно осознать, что оно с определённого момента, то есть с некой критической информативной массы, начинает само генерировать своё содержание, к которому автор не имеет никакого отношения, что вне всякого сомнения заметили многие пишущие интроверты, почти всегда предпочитая думать, что это некое вдохновение или что-то в этом роде.
          В действительности это цепная реакция символического ряда, объединённого единым полем воплощения, то есть рефлексивным сознанием писателя, который наивно рассчитывает написать что-либо авторское, в действительности лишь выступая в роли медиатора-посредника, когда апокалиптическое превышение состава модулей сознания приводит к цепной реакции взаимодействия символов, цепляющихся друг за друга в давно известной последовательности, так как всё написано ещё до первой исторической, так называемой авторской, публикации.
          Всё есть и всегда было, и конечно же всегда будет совсем не в метафорическом смысле, а в исключительно физическом, поэтому сама идея копирайта это идея или идиота, или хитрого лжеца, норовящего украсть эфемерность с условием переработки её в продукт физиологического пользования, что смешно до слёз.
          Эфемерность это единственная нерушимая и неуничтожаемая ничем действительность, потому что лишь она мотивирует всё то, что признано истинно утилитарным и необходимо убедительным, однако до определённого момента, когда становится совершенно ясно, что именно эфемерность это непоколебимая базовая сущность, невыводимая и неуничтожаемая никакими средствами, поскольку сразу же после её исчезновения исчезает и человечность, оставляя несчастное разговаривающее животное наедине с надгробием.
          Безусловность неизбежности самого надгробия, вернее того, что оно олицетворяет, также почему-то никем не подвергается сомнению, хотя никаким личным опытом исключительно никто в этом ключе не обладает, полагаясь на так называемые традиции, когда мысль одного дурака транслируется из поколения в поколение, генерируя целый исторический эшелон недоумия, наподобие монотеистический религии или канонических методов размножения.
          Единственное, что можно видеть ясно и вне коллизий внедрённого воспитанием умопомешательства, это абсолютная самоценность физиологии тела, в любом случае выступающей генератором бессмертия, когда сама божественная любовь это есть тело, а также всё остальное им воспринимаемое и безусловно иллюзорное, включая эпитафию точных наук и всего современного познания, кластеры-пиксели которого никогда не в состоянии уловить текущий момент, который только и есть в действительности, и пребывая в дыму умопомрачения постоянного контакта с модулями сознания, совершенно не в состоянии видеть то, что есть, в обмен на условное видение того, чего нет.
          Однако то, что есть, всегда будет видно, но часто в момент невозможности прямого действия, а оно это единственное, что есть как настоящее, но не иллюзорное, не путать с эфемерным.
          Поэтому женственность, как истинная самость, несёт истинность, то есть сексуальность как потенциальность, где сексуальное в действительности обладает возможностями всего физического, а не физиологического, поскольку любовь это понятие абсолютно математическое, понимая математику как искусство возможного потенциального, но не предположительного, так как поле сведения всего до степени единения как оно есть и как задумано быть это сексуальный акт и его продолжение как изменённое состояние, но не состояние неизменности.
         Демон бессмертия
         Познание бессознательного в любом случае несёт расширение восприятия до определённого этим расширением барьера, как принято говорить литературно философским слогом – до следующего чувственного горизонта, где последующее демоническое таковым и является в отличие от схваченного понятием и сжатым до степени осознания бессознательного здесь и сейчас, когда оно становится частью личности, расширенной таким образом до некоего иного уровня понимания и рефлексирования, чем до момента самого акта оккультного раскрытия очередной схемы взаимодействия интеллектуально чувственных модулей личностного космоса самосознания.


         Подразумевается градация демонизма, где как в любой практике ощущений всегда есть предположительная дорога вперёд, без которой смысл исчезает.


         Есть ли предельность демоническим возможностям – под которыми следует понимать очередной способ захвата счастья – или её нет, проверяется лишь эмпирическим путём, при понимании, что слово это чистая ложь, из которой, конечно же, можно выловить крупицы правды посредством зеркала, подобного методу фиксации Медузы Горгоны, но лишь при условии, что это слово абсолютно личностное и генерировано во внутреннем герметическом мире интроспективной ауры любви к себе, поскольку лишь любовь – к себе, но трансформируемая во что угодно – является абсолютным мотивом и даже детерминантой всего невозможного нового, при понимании, что возможное уже не новое и не способно к созданию наркотической свежести ясного и чистого существования, то есть бессмертия, когда будущего просто нет, оно не интересно и не рассматривается в реальном понимании сущности вещей, так как есть настоящее, затмевающее всё остальное до момента, требующего расширения выше обозначенного горизонта.


         Демоническое позитивное всегда основано на противостоянии негативу как среде обитания демонического негативного, поэтому его смысл – то есть счастье носителя позитива(как и счастье его антипода) – заключается в поддержании постоянного соприкосновения с границей негатива, поскольку без атаки на то, что скрыто за этим бордюром, непрерывность точки самовосприятия нарушается и прорисовываются контуры будущего, что подразумевает очередной горизонт и необходимость его захвата, а это несколько не следует торопить, так как эмпирика никогда конечно не докажет, что вечность вечная, что понятно из самого смыслового посыла этой не решаемой никогда окончательно задачи.


         Таким образом, всё инфернально позитивное в своём противостоянии инфернально негативному делает весь существующий личностный мир – а иного не бывает – на основе энергии противостояния, без которого не было бы ничего и никого в полном смысле этих слов, так как лишь смысловая мотивация фиксации непрерывности точки самовосприятия и делает возможным эту непрерывность непрерывной и перманентно экспансивной, то есть – бессмертной.
         Бессмертная душа дьявола и бога
         Эгоцентризм чувственного мышления - элементальная поле и дьявола и бога, совместный проект, где дьявол функционально расширяет мотивацию репродуктивного момента, являющегося, конечно же, частью божественного плана, не более, однако рефлексивные способности не удовлетворены обыкновенным размножением в поле своего воображения, отсюда и нюансы сексуального разнообразия как стимул максимизации мотива быть.

         Тем не менее, попытки извлечения максимума из предложенной мотивом суперпозиции сводит к минимуму результативную возможность этих попыток в ключе наполнения состояния функциональной самодостаточности, то есть естественного человеческого счастья, так как любое превышение порогового значения срединного состояния - не счастье, не несчастье, ни то, ни сё, обыкновенная туповатая скука обыденности - включает дополнительные механизмы защиты свободного поля независимости, куда доступ закрыт.

         По этой причине попыткам найти доступ в поле полной окончательной независимости, то есть самодостаточного счастья, не обоснованного социальными рудиментами - а традиционная социальность в любом случае рудиментарна, исключая случаи нетрадиционности отношений, когда условности полностью аннулированы - большинство мыслителей, включая настоящих писателей, философов и даже теологов практически всегда приходят к единому выводу, кто на склоне лет, кто гораздо раньше - предельность образности всегда наносит ответный удар попытке её преодолеть, а в этих попытках для настоящего экстравертно интровертного мыслителя заключён весь смысл его жизни, поэтому смерть на рассвете гораздо предпочтительней заката, несущего опустошение бессодержательного вектора дальнейшего пути, спотыкающегося о собственные повторы, возникающие на пути подобно Сцилле и Харибде, протиснуться сквозь которые может только истинно бессмертная душа, презирающая и дьявола и бога.
         Интеллектуальность сексуальной страсти
          Ясность и понимание первичности представления относительно мира действительных вещей всегда несут осознание несопоставимой разницы качества представленного и действительного, что отличает состоявшийся чувственный разум от недоразвитости предпочтения прямого действия.

         Тонкие поля наполнения представления всегда нуждаются в энергетических  структурах обеспечения своего существования, отсюда – чем менее звероподобен человек как особь, тем более он близок к ориентировочному конечному продукту всего движения как видового соревнования, так как именно мотивационная составляющая – страсть мужчин к женщинам, например, – является действительным первичным механизмом, нуждающимся в востребованной энергии для своей работы.

         Говоря более просто, качественность женственности это необходимый элемент сотворения действительного мира человека, ориентированного исключительно на роскошь, пусть не всегда в стремительных градациях к этому состоянию, но в любом случае, при внимательном мысленном просмотре, осмысленно ясно, что лучше это гораздо лучше, чем хуже.

         Подобная элементарная простота пояснения базовой сути и мотивации вообще всего созидания, конечно же, не может быть утверждена как безоговорочная истина просто на основании своей истинности, поскольку вначале было слово и слово это, конечно же, было ложью во имя некоего сиюминутного блага, что не меняется никогда и измениться не может в принципе, так как действительная констатация всего как есть и зачем оно есть отбрасывает саму схему лжи во имя социального движения и оставляет голую и ненужную правду в гордом одиночестве, так как дальше уже и говорить будет нечего.


         Перспективы трансформации веры в президента России
          Природа социума, проистекающая из универсума конгломерата духовного и материального,  не предоставляет наличием двух единых образцов чего бы то ни было вообще, не говоря уже о тонких психических полях взаимоотношений элитарности и нисходящего пирамидального поля социальных градаций, поэтому исторические ссылки никогда не могут быть корректны.


         Перспективы трансформации России в конституционную монархию просматриваются достаточно ясно с позиции русскоментального мышления, которое не приемлет бытовой несправедливости, однако за гранью некоторой социальной ступени всегда поддерживает своё высочайшее представительство, не могущее быть выражено не одним ликом, так как где более одного, там никогда нет ясной и прозрачной ответственности.


         Конечно же, представители потенциальной элитарности в силу своего психофизиологического устройства никогда не примут подобную вертикаль государственного устройства по причине личностного стремления вверх, что никогда как мотивация конструирования государственного устройства не сойдётся в унисон с массовым мировоззрением среднестатистической социальной единицы.
         Эгоцентрическая утончённость нестандартного разума
         Естественность творения в любом случае ревниво самодостаточна, поэтому божественный эгоцентризм явление высшего порядка и не может обсуждаться не причастными к схемам созидания или разрушения во имя  созидания.


         В этом смысле Бог всегда ведает, что творит, потому что как часть рефлексии, он не может не быть причастным к действиям, порождённым рефлексивным осознанием и всегда располагает элементы в правильном порядке, независимо от замысла психической составляющей рефлексивного аппарата, которая может включать в себя множество личностей, но отнюдь не одну, как принято считать традиционным мышлением.


         Эгоцентризм механизма божественности является механизмом сцепления всех альтернативных личностей в единую цепь чувственного восприятия, поэтому множественная личность так отлична качественно от моно личности, где суррогат божественности не составляет никакого замысла, а исполняет ведомую роль у ведущего посыла, который может быть эманирован откуда угодно и кем угодно из числа причастных к схемам созидания и разрушения.


         Эгоцентрическая утончённость нестандартного мыслителя всегда чувственно понимает разницу между рефлексивным опытом, эмпирической диагностикой и результативным фактом свершения, поэтому Бог всегда выстраивает элементы детерминирования суперпозиции соответственно постпозиционному предположению духовного наполнения рефлексии, то есть, говоря более ясно, предположение всегда мотивировано невыстроенной цепочкой линии несостоявшейся суперпозиции, ненаступившего момента, если наблюдать с момента текущего.


         Это состояние имеет название интуиция или чистое видение, незамутнённое мыслительными помехами чувственного порядка, хотя именно эти моменты и являются смысловой сутью, запускающей механизм рефлексивного взаимодействия всей божественной системы созидания, цель которого совершенно ясна – это любовь, то есть счастье.
         Магия метафизики как сакральная любовь недоумков
         Свободный разум всегда может ясно осознать, что всё метафизическое в любом смысловом синониме это не более как выкрутасы и игры эмоциональной сферы, прежде всего, а уже потом в некоторой степени работа интеллектуального поля, которое всегда нуждается в импульсе мотивации для включения своей работы и достижения какого-либо вразумительного результата, в любом случае являющегося лишь виртуальной целью, оправдывающей само средство, то есть движение мысли, которое и есть истинная жизнь для некоторой категории людей и смысл именно в этом, в метафизическом счастье пребывания в абракадабре метафизики, являющейся мотивацией для реализации реального состоянии психики.


         Таким образом, всё нефизическое – то есть просматриваемое априори в рефлексивном поле разума – является обыкновенной сказкой или неправдой, то есть ложью, формулируя  наиболее ясно, если только оно не начинает работать в поле эмпирическом.


         Поэтому практически вся философия относится к игре ума и перебиранию вариантов умозаключений из ограниченного числа элементов, где никогда нет законченности и полной ясности, как и в работе с элементами материальными, которые также являются конечными своим числом, но, тем не менее, всё же здесь, в настоящем мире  есть действительно.


         Однако, при всей своей реальной нематериальности, магия метафизики всегда манит сознание чистого разума своей бескрайней перспективностью, которая, конечно же, обыкновенная пустота, набор символов в сознании или поле существования, но, тем не менее, эта пустота идентична гармоническому музыкальному контрапункту, где связь звучащих нот определена не физическим порядком, а эмоциональным восприятием своих соотношений, которым только и пользуется истинный композитор, поверяя качество своей партитуры эмоционально на слух, но не математически, используя подобие математики не более как для фиксации.


         Понимая, что само человеческое существование построено на сказке и феерии, где ключевые опоры этой ирреальности, конечно же, математически материальны, и эта материальность требует большого объёма труда человека материального, а не духовного, можно ясно осознать, что все без исключения духовные ценности любой цивилизации воздвижены на метафизической платформе, то есть это классическая неправда, возведённая в степень порядка и поэтому кажущаяся не ложью, а святой истиной.


         Игры разума достаточно ценны как источник субъективного магнетизма пустоты, потому что объективный магнетизм наполнения(реального взаимодействия физических вещей)попросту неинтересен некоторой породе людей, предпочитающих не класть кирпичную кладку на строительной площадке, а рассматривать виртуальные кирпичи так называемого мира духовного, который конечно же гораздо ценней обыкновенного физического хотя бы тем, что там нет – как принято считать – никаких  границ и пределов разумению и вдохновению, при условии, что хлеб насущный на столе всегда есть.


         Не стоит ханжески скрывать, что все без исключения основатели религиозного мышления и философских школ это обыкновенные бездельники, получавшие в своё время обыкновенное человеческое счастье от выдумывания всяческих обрядовых конструкций, которые неофиты со священным трепетом передавали в будущее как некое откровение, когда сами же прародители религий и школ попросту валяли дурака, зачастую плагиируя друг у друга «красивые» идеи оформления своих рассказов, ставшими фетишированными бестселлерами современности у большого числа как сторонников теизма, так и атеизма, магии, оккультной практики и прочей человеческой дури, которая призвана не более как развлекать, и которую ни в коем случае нельзя принимать всерьёз до определённого момента – пока ты в реальном деле, но в случаях провала этого дела или иных проблем, лекарство психоделики философского оккультизма мистической практики приходится очень кстати, как палочка выручалочка для недоумков, не сумевших захватить свой лоскут одеяла реального благополучия, когда можно позволить себе личного бога, сатану и демиурга.
         Оккультная практика порнографического ирреализма
          Основные инстинкты сложнопреодолимы, однако, смысл человечности как раз и заключается в мистификации и мимикрии животного начала путём человекообразного построения визуального тактильного ряда ощущений, основанных исключительно на неправде относительно естественного порядка вещей, исключая крайние степени человеческой социальности, переходящие в противоположность и естеству и псевдоестеству мира людей, подразумевая под этим патологические случаи извращений.


         Любой женщине известно, что вне личностного образа – макияж, постановка манеры, одежда и пр. – её просто не существует, причём не существует не просто во взоре со стороны, но и, главным образом, для себя лично – то есть преобразованная ложью цивилизации представительница женского гендера из естественной своей сути превращается в некое подобие запроса со стороны актуальности видения женщины как многовекторного источника эманаций различного назначения и эмоций в том числе.


         Стоит ли удивляться, что женственность, трансформируемая в актуальную модель запрошенного видения – ориентированного не только на бытовые критерии, но, главным образом, на виртуальность поданного ключа восприятия – превращается в целеуказатель коллективного бессознательного либидо, когда воплощение в любом случае не соответствует представлению, внедрённому в сознание командой массового гипнотического путём виртуализации плотского инстинкта до степени сумасшествия и  коллективное сумасшествие порой трактуется как некое цивилизационное достижение нового эстетического мирового порядка в эмоциональном восприятии.


         Мистицизм ирреализма и оккультной практики порнографической составляющей в запросе воображения представителей мужского гендера практически никогда не получает искомого элемента в нетрадиционной системе эмоциональной и физиологической релаксации, потому что клоунада неестественности самой человечности в этом случае транспонируется на чистое естество, на базовую суть, на основной инстинкт и вступает в противоречие с диким миром генетических установок, которые имеют свои законы, часто совсем не совпадающие с моделью социального поведения.


         Искомое навязчивое неудовлетворённое никакими экспериментальными поисковыми искажениями состояние определяется не более как состояние счастья, а оно достаточно редко совпадает фазой удовлетворения основного базового инстинкта, так как этот инстинкт всегда включает в себя элемент смерти, а фиксированная доминанта релаксированного самодостаточного состояния единения прошлого и будущего во временной точке настоящего духовной суперпозиции – то есть счастья – несовместима с животными функциями, при условии, что они удовлетворены по умолчанию.
         Магия предложения от которого нельзя отказаться
         Зависимость сознания и способностей воображения от употребления марихуаны сводит на нет способность адекватной логической оценки собственных мыслей, что считается ценным качеством у несколько неполноценных людей, неспособных вырабатывать подобие тетрагидроканнабинола в собственном организме усилием воли и определённым состоянием психики, дарованным генетическим устройством своего тела, поэтому творчество «под травой» ведёт в пустоту деградации, так как активная релаксация(вызываемая внешним воздействием)деактивирует мотивацию во всех социальных смыслах этого слова, а также в понятии психической активности как необходимости преодоления, что, собственно и есть главный двигатель позитивного сознания и даже источник неувядаемой молодости, так как именно интеллектуальное движение есть истинная жизнь, полная противоречий и противоположностей, благодаря которым и генерируется потенциал, рождающийся в дуальных столкновениях личностного духовного поля, являющих истинную магию преодоления вызова и предложения, от которого нельзя отказаться, то есть от встречного потока перманентно меняющейся суперпозиции, элементы очередной комбинации которой нет возможности предсказать, что и есть основная стратегическая проблема личности – держать удар или адекватно воспринимать поцелуй, понимая, что единственно возможное рациональное действие в ключе противостояния суперпозиции(судьбе, карме и пр.)это эмоциональный момент, зажигающий своё пламя после очередной активной смены декораций, весь смысл которой и заключается в активировании зажигания этого пламени, являющего своим потенциалом показания качественной составляющей рефлексии(скажем так), которые при позитивном результате отражаются обратно в рефлексию и множат силу преодоления на очередную ступень.


         В принципе, этим методом во всех временах и народах пользуются для создания духовной силы шамана, когда жуткие испытания и сложноподчинённые моменты выбора включали его репродуктивные способности в смысле репродукции самого себя, говоря вообще просто – заставляя безгранично верить в себя.


         Таким образом, естественная марихуана, то есть её аналог, генерируемый в организме силой мотивации и преодоления несопоставима ни в каком смысле с марихуаной обыкновенной, потому что она всегда с тобой и даже более того, она это и есть ты, что сложно понять обыкновенным пользователям, так как внешнее, внедрённое во внутреннее никогда не станет его частью в понимании цельного как самостоятельного и независимого ни от каких перемен во вне его сомнамбулического состояния глубокой самодостаточности, в которой, конечно же, задействован весь внешний мир, но лишь как небольшая часть мира внутреннего, подобно одному из тьмы апостолов бескрайней вселенной зажигающегося дня вечной юности, целующей саму себя в рассвете пылающих огней бесконечной череды преодолений своего собственного совершенства.
         Наркотическая эйфория смертника самоубийцы
         Рефлексивное самоутверждение методом физически физиологического созидания личностных мыслеформ является исходным кодом генетической конструкции, представленной собственно самой рефлексией с её набором личностей, где градация приоритетов также является частью замысла и смысла кодированной информации, просматриваемой лишь бессознательно, но, тем не менее, очень хорошо уловимой своими эманационными посылами, требующими от своего представительства безусловного выполнения исходной базовой задачи существования, где субъективное управление (подсознательные импульсы мотивации)происходит путём дозирования подачи эйфории – гормона счастья – и депрессии, в строгом соотношении, зависимом от качественной составляющей перманентности выполнения команд.


         Таким образом можно прийти к пониманию трансцендентности амбициозного наполнения базовой личности подобного типа  и сути смысла её поведенческой линии, когда толерантная социальность несёт для неё глубокую психическую травму, основанную на блокировании генерации эндорфина в случае невыполнения базового рефлесивно-генетического – используя этот термин – замысла, включающего в себя созидание модулей мыслеформ и реализацию их физически физиологического воплощения, что поощряется выбросом эйфории, зависимость от которой безальтернативна и незаменима ничем иным, включая самые сильные наркотические средства, поэтому суицид является единственным вариантом ответа на эманации исходного кода, невозможные к практическому воплощению.



         Экстатическое наваждение остаточного смысла
         Следует сразу уточнить, что экстатическое состояние как интровертная чистота полноты ощущения доступна далеко не каждому представителю человеческого рода, но в некоторой степени оттенок подобного чувственного восприятия ощутим всеми без исключения, так как базовая физиология человека как вида практически едина, различно лишь управление её механизмами по доставке в рефлексивное поле некоторого энергетического обеспечения, имеющего много имён в религии, мистике, оккультизме и естественных науках, одно из которых – гормон счастья, то есть эндорфин.


         По вполне понятным причинам, запросы на качество этого продукта личностно индивидуальные и ориентированы как программой воспитания, так и генетическим устройством бинарной  пары тело-дух, где духовная составляющая имеет безусловный приоритет и, говоря простыми словами, какова натура – таково и бытие.


         Востребуемое бытие, следовало бы добавить.


         Средней статистике – стандартному социальному классу – достаточно обыкновенного обеспечения физиологических потребностей и потребностей стандартно духовных, что давно известно как идиома «хлеба и зрелищ», которые в принципе обеспечивают более-менее комфортное существование для тех, кому подобный механизм получения эндорфина достаточен и удовлетворяет потребности рефлексивного запроса, когда потенциальная энергетика тела и духа уходит в детали быта и нюансы личностных отношений, что, собственно говоря, и есть человеческая жизнь и её смысл, и суть на подобном уровне её осмысления и восприятия.


         Однако, как известно, подобное генерирование счастья, мягко говоря, устраивает далеко не всех, а поэтому некоторый процент представителей человечества вынужден уходить в виртуальность своего рефлексивного мира и строить там собственные конструкции последующего позиционного положения своей личности в том или ином варианте взаимодействия с окружающим миром с единственной целью – обеспечить себе необходимую дозу гормона, другой стратегической цели нет, хотя тактически декларируется всё что угодно, включая любые ухищрения – познание мира, служение богу, хранение демократических ценностей, служение народу, строительство нового мира, мистические откровения, научные изыскания, и прочее аналогичное, имеющее в основе как истинную суть не более как обеспечение доступа к вышеуказанному источнику, что всегда скрыто от сознания и в принципе невозможно личностным констатированием.


         Конечно же, можно утверждать, что эндорфин это бог и демиург существующего мира и что без экстаза процесса творения – в том числе и литературного, как и иного изобразительного или мыслительного – не было бы открыто ни одного нового  горизонта, сам смысл явлений которых глубоко зашифрован в генетической команде определённого типа людей и гипнотически принимается социальной обрядностью как нечто само собой разумеющееся и необходимо разумное творческое, хотя рационально пояснить адекватность этой разумности не сможет никто.


         Подразумевается весь ход научно технического и мыслительного процесса и полная неясность его конечной цели, при совершенно понятной проблематике побочных явлений глобального масштаба, когда вообще всё современное мироустройство внесено в существование на пиратских кораблях золотодобытчиков, единственная цель которых была амбициозность и предвкушение, но никак не строительство какого-то мира, который выстроился параллельно и самостоятельно как сопровождение вожделению, не более того, и мыслители исключительно всегда шли бок обок с грабителями – у них на содержании – подобно Аристотелю и Македонскому.


         Действительно, вначале было слово – то есть обыкновенная мистификация на уровне обыкновенных наивных сказок по меркам современности, сочиняя которые мистификатор испытывал желанный экстатический гормональный прилив и по мере его усиления околесица этих сказаний колесила со всё большей и большей скоростью по полям воображений последователей и переписчиков, экстаз которых канонизировал порой даже то, что в современном  мире – в адекватной форме этого времени – никто не принял бы вообще всерьёз, поскольку уровень мастерства современных интеллектуальных добытчиков – эндорфина – дошёл до уровня апокалиптических творений масштаба адронных коллайдеров, смысл существования которых академический мир поясняет на уровне мира религиозного, то есть в рациональном ключе не поясняет никак.


         Канонизирование бессмысленности – явившейся в духовно интеллектуальный мир людей как остаточный продукт гормонального  генерирования – естественным порядком создало мир существующий, где основа и суть самой человечности как духовно-физиологической популяции это чистейшая неестественность, что вполне поясняет и неестественный порядок вещей в развитии самой империи отрицательного естества, когда уничтожается и основа существования – это не только парниковый эффект, а вообще вся установка на «освоение» дикого мира, который, перестав быть диким, просто исчезает – и основа для размножения самой популяции, что, вне всякого сомнения, и есть стратегическая цель эндорфиновой экспансии в мир животных людей, когда под экстатическим наваждением всё большая и большая бессмыслица уничтожает остатки смысла, вяло сопротивляющегося в виде некоторых крайних религиозных установок, отрицающих сам прогресс и науки и техники и человеческих отношений, которые могут остаться человеческими в понятиях человечности лишь путём уничтожения ключевых цивилизационных достижений и возвращения в некое первобытное состояние, когда в любом случае вернётся естественный порядок отношений в мире людей, то есть порядок звериный или же будут уничтожены все достигнутые горизонты(при сохранении нормальной неестественной человечности)с единственной целью и замыслом – нового их завоевания для нормализации соотношения счастья и несчастья, то есть для возрождения эндорфинового источника ценой возвращения к началу, так как дальше, судя по многому никакой дороги нет вообще.
         Гипнотический магнетизм эксгибиционизма
         Эксгибиционизм в той или иной форме присущ любой социальной личности и только угрюмые классические или латентные мизантропы не способны на подобный контакт влечения, хотя в глубине своего одиночества очень этого хотят, но не могут, от того-то и мизантропы, так как сама мизантропия следствие, а причина  – невозможность представить конкурирующий на рынке социума продукт, то есть свою собственную суть во плоти и духе.


         Следует признать, что аффектное влечение демонстрации собственного физиологического и эмоционально интеллектуального превосходства восходит к генетическим глубинам и является естественным индикатором качества вида, представленного конкретным представительством, принимающим на себя психическое поле внимания, являющееся аналогом энергетического посыла, удар которого держать не столь просто, так как именно от этой способности и зависит оценка качественной составляющей всей безначальной бесконечной цепи реинкарнаций – используем этот мистический термин – духовной составляющей глубинной сути поведенческой линии конечной точки воспроизведения предположительного предыдущего, которое не может не присутствовать здесь и сейчас, наблюдая и контролируя процесс личного эксгибиционизма духовной составляющей, так как тело в любом случае часть духа и наоборот.


         Следует уточнить, что здесь и сейчас – то есть состояние суперпозиции – единственное реальное материальное, возможное к эмпирическому познанию, всё остальное абсолютно равно относительно друг друга в смысле недоказуемости своего существования, поэтому размышления, истекающие из самой суперпозиции не могут не иметь элементов её определяющих признаков, что говорит о степени материальности мыслительного процесса, фиксируемого символикой, хотя в неизвестном соотношении к самой детерминанте маме, то есть началу всех начал, в конкретном понятии и применительно не абстрактно теоретически, а непосредственно к источнику фиксируемых мыслительных процессов, так как исходя из абсолютно логического рассуждения, этот источник не имеет аналогов, а лишь фиксирует наблюдаемые феномены, что достаточно легко понять проницательному разуму и принять эту элементарную для философии истину.


         Поэтому эксгибиционизм эгоцентризма не более как естественный процесс, аналогичный изучению зеркального отражения, так как с позиции эгоцентрического наблюдателя – который в любом случае будет эксгибиционистом – всё сущее продолжение личностного и качественные посылы – эманации – наблюдателя отражаются в той же степени качественной составляющей, делая буквально влетающую в текущий момент привходящую суперпозицию из желаний и потенциальных духовных возможностей источника, любующегося в зеркало, в результате и получающего именно то, что заказано.


         Имеющее много имён, одно из которых – судьба.


         Таким образом, проверенная временем истина «что посеешь то пожнёшь» в прямом смысле привязана к оценочным действиям наблюдателя – эксгибициониста, контролирующего качество себя во всех смыслах этого понятия – и не может не просматриваться императивно, то есть инстинктивным предчувствием, так как оно в любом случае часть суперпозиции и не может явиться случайным образом, потому что случайность в составе детерминированной линии длительности это абсурд и недомыслие.
         Демоническая противоречивость адюльтера
         Социальная психически адекватная личность всегда неосознанно воспринимает мир людей как некое – различной степени достаточности – продолжение себя лично, на этом основан принцип стаи, и эта схематика взаимоотношений лежит в основе существующего мира, так как лишь стайный подход к решению проблем различного коллективного пользования – коммуникативный разум, можно выразиться так – может решить подавляющее их число, однако всё-таки личность в любом случае находится в монаде собственного рефлексивного наполнения – различного качественного уровня – и поэтому в момент отрезвления от социального опьянения(а социальность это классическое психоделическое опьянение)её психическая адекватность трансформируется из социального стандарта в личностный, естественный для человеческого существа разумного, отсюда и проистекают все коллизии трагических нюансов противоречивости взаимоотношений, когда любая привязанность, дружба, любовь и даже пассионарная социальная  страсть может обернуться своей полной противоположностью и трагическим ракурсом нового видения горизонта возможностей.
         Магия экстаза сумасшедшей стриптизёрши
         Экстатическое состояние есть личностное поле восприятия, в котором бог может всё и он это личность,  поэтому о нём можно говорить лишь в ассоциативном ключе, то есть невозможно достаточно точно передать, что это такое, поэтому все эзотерические тексты так изобилуют словоблудием, выражая красоту орнамента семантического ряда, тогда как синтаксис  практически бессмыслен и не несёт как вещь в себе совершенно ничего.


         Поэтому задача смыслового содержания полностью возложена на приёмник сигнала, улавливающий в действительности шумовой фон и пустоту бессмысленности, имеется в виду читатель подобных текстов, но благодаря способности рефлексии из ничего делать что-либо – как и есть в действительном мире, который не более как описание – у подобных творений является яркое и насыщенное наполнение, причём настолько многовариантное, насколько оно доступно к восприятию.


         Отсюда и множество толкований и библейских текстов и прочих иных, шифрованных бессмысленностью красоты семантики, подобных различным пророчествам, вроде сказаний Нострадамуса, когда широкоформатность смысла позволяет подогнать сегмент формата под практически любой ситуативный момент, в чём и заключается секрет предсказаний и магической обрядности записи актов прямого действия магии и не только её.


         Экстатическое состояние приёмника в момент прочтения(или визуального просмотра, если это картина)и есть истинный творческий автор подобных произведений, тогда как экстатическое состояние технического автора главный смысл написания подобных творений и он никоим образом не может предсказать, какое содержание будет вложено очередным толкователем в его автоматическое творение, являющееся подобием истечения оргазма, но не более.


         Продолжая эту мысль, можно также понять, что не только тексты и живопись в любом случае имеют минимум двойное авторство, но и музыка, так как в действительности истинный автор исполняемого музыкального творения это не исполнитель и не композитор, а слушатель, поскольку именно он трансформирует своим восприятием шизоидное совокупление контрапункта и сексуальность гармонического сочетания интервалов и длительности частотных временных отрезков(нот)в ту экстатическую божественность красоты, которая видна лишь ему, так как иной приёмник может не воспринимать данное творение или музыку вообще, видя в нём лишь пустую бессмысленность.


         То же самое касается и сексуальности танца как творческого жанра, когда красивая женщина у шеста стриптиза обязана своей магнетической красотой взору изучающих её мужчин, вне которого никакого шоу не может быть в принципе, разве что подобие гимнастического упражнения, так что можно ясно вывести понятие, что наблюдающие стриптиз, или даже порнографическое действие, в реальности – а истинная человеческая реальность это работа второй сигнальной системы – сами это всё исполняют и являются действительными истоками сексуальной энергии, отключенные от разума собственной энергетикой основных инстинктов.


         Что часто приводит к трансвестизму и даже более глубоким сдвигам в психике, так как здесь схема одна – страстная любовь порождает желание подобия, то есть обожающий музыку достаточно часто становится музыкантом, литературу – писателем, а наблюдатель объектом наблюдения.


         Что, конечно же, естественно и нормально, когда любовь порождает своё подобие, в противном случае не было бы вообще цивилизации, так как лишь истинная страсть рождает истинных мастеров любого творческого жанра, прикладного или феерического, значения не имеет, так как всё это истечение экстатической эйфории, всегда имеющей общий чувственный порядок и грани его всегда сходятся.
         Метафизика сексуальной толерантности
         Неприятие нетрадиционности как и любая фобия в своей основе имеет иррациональный базис происхождения, поскольку безусловные понятия природы вообще – а не только человеческого мира – непередаваемы символикой сигнатуры предположения, чем является любое личностное мнение об этих и любых других мирах, поэтому следует с некоторой осторожностью рассматривать внутреннее рефлексирование на заданную тему, так как любая тема восприятия рассматривается с подачи инстинктивного наполнения личности в первую очередь, то есть с позиции дикого животного мира, поэтому для понимания смысла и вообще происхождения самой человечности как явления следует видеть за дымовой завесой коллективного опьянения социальностью зерно истинной материи действительности, которая не имеет к дикому миру вообще никакого отношения.
         Метафизика патриотического безумия
          Вне всякого сомнения, стадный инстинкт как инструмент массового – видового – выживания является безусловной необходимостью, которая модерирует социум до приемлемого уровня коллективного эмоционального поля.


         Поскольку любой социум имеет внутреннюю структуру, делённую на классовые ингредиенты социальности, постольку элитарное право быть или не быть истоком очередной социальной парадигмы неотъемлемо как часть определения самой элитарности.


         Другими словами, смена исторической парадигмы конкретного общества – в позитивную или негативную стороны в понятиях обыкновенной человечности – является неотъемлемым правом элиты, поскольку она своим понятием обязана именно способностям к видению смыслового наполнения симбиоза классов, которые вне структурирования превращаются в обыкновенное стадо, как бывало многократно в человеческой истории, когда человек интеллектуальный – и всё, что связано с этим определением – отходит на нулевой социальный план, уступая место доминантным особям сгенерированного ситуацией стада, что познаваемо лишь в ситуативном поле, но никак не изысками априорного мышления.
         Метафизика творческого бессмертия
         Можно определить, что самоидентификация у представителей широкоформатной рефлексии, достаточно богатой нюансами сопереживания и практически всегда задействованной в творческом процессе того или иного порядка, всегда плавающая переменная и не имеет чётко фиксированной позиции, в этом смысле широкий рефлексивный формат – высокая степень воображения – подразумевает единение женского и мужского начала в общем поле восприятия, которому доступен максимум возможностей конструирования мыслеформ, поскольку монолитное гендерное позиционирование в любом случае ущербно и однолико, при условии необходимости нестандартного решения задач того или иного уровня, где требуется весь спектр человечности, основанной как суть конечно же в первую очередь на уровне и качестве эмоционального восприятия – то есть мотивационной схемы стимулирования практического действия, выведенного из действия рефлексивного, – являющегося основой и смысловой базой всего без исключения в мире людей, поскольку в начале есть мотив, а уже затем всё остальное, выведенное из него, то есть буквально выведенное из эмоции, дающей старт утилитарной меркантильности, находящейся в безусловном подчинении у аффективного романтизма, реально опосредованно делающего существующий мир, в отличие от распространённого мнения, что базис лежит в поле прагматизма, который не более как механизм в ауре эманации широкоформатной самоидентификации, являющейся вне сомнения ключевым элементом чистой божественности, в понимании идеи бога и как демиурга и как начала всего сущего.


         То есть, говоря прямо, творец высокого уровня всегда имеет два пола одновременно, с моментами превалирования того или иного гендера в соответствующий творческой или иной задаче ситуативный запрос рефлексивной схемы, всегда делающей анализ текущего постпозиционного поля для установки адекватного порядка восприятия и реакции на это восприятие, так как взаимодействие женского и мужского начала на уровне рефлексии, а не подсознания, требует его точной калибровки, в противном случае возможны сбои психологического, психического, социального порядка, что обычно и случается, исторических примеров достаточно.


         Поскольку женская составляющая является основой эмоциональности, а эмоциональность же является основой смысла жизни, то есть перманентного счастья, постольку рефлексивно генетическая ловушка мужского гендера достаточно часто превышает его адекватный уровень самозащиты и выводит на неадекватное определение счастья как автоматического личностного сопровождения лишь при условии выхода из своей идентификации полностью и входа в противоположный гендер окончательно, не учитывая при этом, что только разность потенциалов мужского и женского начал является генератором творения и, соответственно, генератором того самого перманентного счастья, которое осознанно или бессознательно всегда горит маяком надежды бессмертия  на горизонте тоннеля, прорезаемого в плотной толще бессмысленной социальной конструктивности, в основе которой лежит осмысленное движение вперёд широкоформатной рефлективности, не верящей ни в бога, ни в смерть, но лишь в своё собственное бессмертное существование, всегда стартующее со своего собственного рассвета, улетая в рассвет следующий, игнорируя теоретическую тьму, которой, конечно же, нет, если в неё не верить.


         Стоит отметить, что окончательная трансформация в женский гендер всё же, при некоторой психофизической неестественности основана на позитивной составляющей мотивационной реализации, поскольку сама чистая женственность как элементальная часть личности  это положительный потенциал эмоциональной энергетики человечности, в любом случае основанной всё же на животной сути человека, – чего нельзя отрицать никаким образом, – требующей механизма выживания в животном мире, для чего и существует гендер мужской, поэтому полная и окончательная трансформация из поля женственности в ауру мужественности, конечно же основана на негативной базе структурирования гендерного взаимодействия, то есть женщина, преобразованная в мужчину, несёт деструктив, чему масса примеров, аналогичных Орлеанской деве, но нельзя отрицать, что деструктивность сестра конструктивности и многие позитивные вопросы социальности невозможны вне реализации идей деструкции и уничтожения – а говоря языком цивилизации – социального преобразования мира, где перманентные попытки уничтожить предполагаемое зло, в результате трансформируют понятия добра и зла на новый уровень или порядок, и авторство этой трансформации всегда принадлежит широкоформатной рефлексии двойного назначения, находящейся вне личностного добра и зла, но в любом случае в точке истечения позитивного конструирования, так как конструирование негативное на определённом участке строительства очередной конструкции ест само себя и это вполне закономерно.
         Тайный код доступа к гениальности
          Не стоит отрицать того, что многие мыслительные и просто творческие хода возникают не из когнитивной  калькуляции  умственных пассажей арифметического порядка, а из пассажей бессознательного, то есть из порядка без умственного, в данном контексте высоко математического, что, конечно же, известно многим творческим личностям, когда контролируемое сумасшествие выдаёт кристально чистую истину самостоятельно, как принято говорить из подсознания, хотя, что это такое почти никто не знает, кроме тех, кто знаком со своим безумием и может держать его на коротком поводке.


         Естественно, это требует врождённого навыка – видеть своё подсознание и извлекать из него напрямую нечто конкретное, а не бессмысленно бессодержательное, подобное автоматическому письму.


         Разумное сумасшествие, можно выразиться управляемая шизофрения, вещь достаточно уникальная своими возможностями, так как разум и безумие создают поразительную мощь потенциала различия, на грани которого прорисованы все истины сущего, так как их не столь много и все они, в сущности, не более как часть единого целого, которое всегда доступно к препарации у настоящей шизоидной личности, способной к фиксации невозможного, так как оно часть её и более того, смысл существования подобной личности заключается именно в единении бессмысленного с осмысленным, переводя язык чистого сознательного мыслительного безусловного естества на диалект разумности, включая её условную символику.


         Фокусируясь на феерических коллизиях этого мира единого цельного сущего, можно извлечь оттуда всё что угодно, но это имеет свой ценовой нюанс – что потом с этим делать, так как осознаваемо понимаемое в любом случае становится частью личности, от чего она – личность – всегда более-менее меняется качественно, поэтому цена ритуального познания, безусловно, конечная, так как мир человеческого восприятия конечен воспринимаемыми им элементами, что означает возможность мыслительным процессом выйти за рамки естественного восприятия, при условии полного его познания технологией управляемого безумия и стать качественно настолько отличным от исходной матрицы сознания, что мир перестроится в иную степень воспринимаемых структур, это как пример можно видеть на различии человека и собаки, которая вроде бы всё понимает, хотя сказать не может, но, тем не менее, это совершенно иной структурный субъект реальности, чем владелец рефлексии, которая, конечно же, и есть истинный бог и демиург одновременно, что открывает безграничные перспективы у верящих именно в этого бога и никакого иного.


         Впрочем, конечно же любой структурированный или иной познавательный рецепт неуместен для прочтения в принципе никому вообще, кроме того восприятия, которое не случайно оказалось здесь и сейчас и осознало транслируемую суть истечения знания, которое не фиксируемо никакой методикой, кроме точного и прицельного понимания, которое или здесь и сейчас, или его нет вообще.
         Тайные истоки стремления к власти
         Элементы  романтической составляющей рефлексивной сути человеческой личности достаточно множественны в своём многообразии мотивационного выражения, понимая под этим магнетическое устремление в полнейшую социальную неопределённость(с позиции чистой утилитарности), воспринимаемую чувственно, а не интеллектуально, но, тем не менее, этот магнетизм в любом случае превалирует над разумом и генерирует неудовлетворённость в случае невыполнения своих команд.


         Поскольку эти команды глубоко личностные и индивидуальные, постольку и замысел их истока различен, в зависимости от объекта приложения, то есть что кому-то хорошо, то кому-то плохо – пример: романтика ограблений или террористической деятельности, или же деятельности политической, научной или иной, в любом случае за воплощением маячит романтическая составляющая, являющаяся первичным мотивом и основой всего последующего действия и его последствий.


         Романтика элитарности и некоего высокого начала буквально физиологических способностей является мотивационным истоком геополитических сдвигов во все времена, когда за массовыми столкновениями социальных формаций стоит не более как узконаправленный луч чувственных желаний доминирующей личности и её окружения, всегда готового сменить любой ценой генетическую доминанту иного клана на доминирование клана своего, что, конечно же, понимаемо всеми участниками процесса и поэтому правила этой игры не прописаны ни в каких нормативных актах, но они есть и не требуют никакой верификации.


         Без генерирования деструктивной составляющей в потоке управления, яркая доминирующая политическая личность всегда ощущает проблемы самоидентификации и отсутствия гормона счастья, несущего смысл всей жизненной деятельности, поэтому яркость управления не может не сопровождаться активными фазами дьявольского патриотизма, несущего на своей волне именно то, что нужно доминирующей личности – очередную порцию самоидентификационного эндорфина, себестоимость которой из раза в раз увеличивается, подобно уменьшению шагреневой кожи, и в конечном итоге приводит или к мажорной каденции(Китай), каденции неопределённо понижено минорной(СССР), или же к  полному сплошному диссонансу с перекрёстным смешением деструктивных начал не проросших окончательно замыслов предположительного сверхпозитива(Германия45).

         Дьявол божественного сатанизма
         Осознание личной божественности есть единственная возможность противостоять хаосу как условному демиургу, при ясном понимании, что демиург безусловный это рефлексивное самовосприятие, то есть, говоря просто, создание мира всего сущего прерогатива единственной базовой сути и она всегда права по той простой причине, что кроме неё нет ничего истинно реального, но лишь условная радуга отражения собственного интеллектуального эстетизма, где ясно и понятно просматривается всё во всём, то есть – каждое дуновение ветра так называемой вселенной и всё её сущее наполнение, включая и шум осеннего дождя, и свет осенней Луны, всё это не более как продолжение поля личностной рефлексии.


         Что никаким образом невозможно опровергнуть логически и что молчаливо опускается в большинстве рассуждений о бытие и его происхождении, а в большинстве случаев просто не постигается разумением.

         Восприятие возможностей как неизбежности вполне доступное понимание сути предложения, которое не имеет дублирования в принципе, то есть, от него нет никакой возможности отказаться, но в контексте подобного ультиматума есть лишь единственная возможность – эмоциональная реактивность на само предложение и на собственную реакцию – то есть на решение возникающего вопроса, – поэтому что действительная и единственно возможная реакция на вызов текущего момента в любом случае детерминирована предыдущими отрезками детерминанты мамы и никаким образом не может считаться самостоятельным решением, как могут думать некоторые недотёпы от философии или практической психоделики здоровой шизоидности, потому как вообще вся умственная деятельность, включая и духовную и утилитарную, всегда насквозь пронизана тончайшими нитями сумасшествия, опутывающими сложную мыслительную вариацию параллельными всполохами предположительных недоразумений, некоторые из которых являются гениальными штрих-кодами, непрорисованными до этого момента в божественном сознании ясновидящей фактуры человеческого существования, рефлексивного знания, а иного не может быть принципиально.


         То есть если личность не знает о существовании чего-либо, то этого просто не существует, оно является в мир действительности(в личностное поле континуума, не имеющее аналогов и подобий)в точечный момент приобретения знания; говоря упрощённо, это и есть божественное созидание – буквально создание некой сути или алгоритмической мыслеформы из пустоты, имеющей разное оформление в момент извлечения из неё некоего нового элемента действительного мира – или принципиальное описание или ассоциативный образ или человеческий голос, разницы нет никакой, поскольку это всё не более как часть целого и неделимого, познающего само себя в той мере, которая есть.
         Себестоимость интерьера вамп
          Следует признать, что аура неполноценности сопровождает подавляющую массу социума не на основании какой-либо действительной ущербности физиологического или интеллектуального порядка эмоциональной составляющей – поскольку она мама всей человеческой схемы и это невозможно отрицать – комплексной психофизической структуры личности или личностей в случае множественности психического устройства особи, а не более как на условном сравнительном анализе соотношения личностного поля с аурой других особей, что конечно же во многом зависит от условий взращивания и воспитания, когда даже небольшие порции негатива в якобы воспитательных целях прививают травматическое ощущение снижения личностного плана в градации шкалы общечеловеческих ценностей, включающих в себя эстетизм, интеллектуальность и духовность.


         Говоря коротко, что посеешь то пожнёшь, поэтому не стоит уточнять для понимающих о чём идёт речь, насколько зависит человеческая судьба от личностной самооценки, которая в любом случае закладывается в период юности и отрочества.


         Если выбирать из двух крайних состояний – ощущения неполноценности и яркости полноты абсолютного совершенства, – то несложно вычислить, какой выбор сделал бы человек, затравленный комплексами и удушённый стандартными клише традиционной полноценности с мужскими образами крутого мачо и женскими интерьерами вамп, отточенные режиссурой и освещением фотокоррекции плюс сотый дубль в итоговой сцене, что, конечно же, никому не приходит в голову, имея в виду стандартного человека, включая в стандартность духовность, а также интеллектуальность, поскольку ум и дух почти всегда идут на поводу ауры гендера, что очень сложно оспорить, а гендер всегда стандартен, исключая недоразвитых и неполноценных в общечеловеческом смысле.


         По этой такой простой и человечной причине проявления нарциссизма – говоря прямо, эгоцентризма – можно считать проявлением божественности, так как человек воистину божественен и прекрасен своей полной и чистой самооценкой, квинтэссенцией которой и является чистый и незакомплексованный нарциссизм как противоположность самоубийственной неполноценности, почти всегда описываемой как скромность или даже святость, что весьма любопытно было бы уточнить у носителей этой святости, зачастую в своём естественном виде истинных чертей во плоти, или несчастных, удушенных собственным футляром человеческих особей, так жаждущих полноценного солнечного счастья, которое закрыли на замок в давно былые времена, вернуть которые почти нет никакой возможности.
         Дьявол белой магии
         Идея девальвации - обесценивания -  личностной чувственности(а иной не бывает, лишь сопереживание – сострадание, конгениальность)в течение длительности внедрена в сознание некоторых мыслителей(а также обывателей, на ином уровне восприятия и интерпретации)не более как страхом перед действительностью идеи предельности, которая маячит за идеей смерти, поскольку,  принимая идею смерти, стандартное мышление приходит к идее принципиальной конечности любого феномена, включая и рефлексию личностного поля, что построено на ошибочном постулате, вытекающим не более как из примитивной веры в опыт внешнего и не учитывающего безусловную уникальность внутреннего, которое, вне всякого сомнения, генерирует феномен внешнего для сравнительного анализа способностей поля интровертности управлять экстравертным полем, созданным по образу и подобию интровертного наполнения рефлексивной схемы, которая и есть одновременно и бог и демиург и психоаналитическое наполнение нарциссизма, потому что всё, что есть в зеркале восприятия рецептивными удлинителями рефлексивной конструкции(биологические драйвера духовного поля, дающие возможность воспринимать поле физическое, созданное богом и сконструированное  демиургом, то есть система сенсорных точек так называемого тела), это не более как элементы внутреннего, использованные для создания базовой сути внешнего, воспринимаемое как именно таковое благодаря невозможности осознания собственного так называемого перцепционного аппарата разума.


         Говоря относительно просто – человек никогда не увидит себя вне себя; возможно, там ничего и нет.


         По этой причине сны могут и в самом деле показать действительный вариант конструкции, которая ещё не выстроена в линии длительности, но, тем не менее, уже(и всегда)есть, так как сама длительность это не более чем аффект и представляет собой вытяжку из стационарной схемы, перманентно просматриваемую вне всей схемы, безначальной и бесконечной.


         Таким образом, нарциссизм является основным принципом существования сверх вселенной, вселенной мамы, можно и так сказать, потому что кроме зеркала, отражающего желания(фиксированные, детерминированные и внесознательные)у наблюдателя нет ничего и принципиально быть не может ничего.


         По такой же простой причине, элементарной и даже по-человечески стандартно понятной, излучаемая любовь и строит все воздушные(но условно материальные) замки генерируемой реальности исключительно из кирпичиков любви, поэтому генетический позитив может получить в своё эксплуатационное распоряжение лишь позитивные варианты бытия, где любой негатив(вбрасываемый неустойчивыми детерминантами обертонами в рефлексивное поле базовой несущей детерминантой мамой с различными целями, генерирующими мотивацию, оттеняющими сам позитив как суть, поверяющими надёжность матрицы так называемого генома и пр.)быстротечно трансформируется в позитив, так как иначе быть не может в горниле божественного формирования мастерской демиурга, терпеливо выполняющего все желания эгоцентрически функциональной ауры нарциссизма, обожающей себя и всё окружающее, так как всё без исключения это и есть она сама.
         Дьявол мазохизма
         Человеческое существо социально по своему биологически инстинктивному устройству, тогда как человеческая личность с её интеллектуальным наполнением совершенно асоциальна – при мыслительном процессе порой мешает даже тело, исключая коммуникативные моменты мышления, однако они проистекают лишь после получения личного мыслительного результата – поэтому двойственность самой психической сути человека всегда является основной причиной дискомфорта существования, когда зачастую стая и манит и отвращает.


         Это является психокоммуникативной ловушкой для полностью разумных человеческих особей, имеющих признаки альфа породы тела, но, тем не менее, не имеющих некоторых сдвигов в психическом аппарате, блокирующих естественный страх перед ненормальностью своего поведения, что необходимо для полноценной и продуктивной политической деятельности, в любом случае основанной на неком ирреальном восприятии и поведении, что даёт магнетический импульс в поле социума, притягивающий электоральную массу, позволяющую классическому типу делать с этой массой неестественные манипуляции, не воспринимаемые в самой массе таковыми в силу вышеуказанного магнетизма.


         Обыкновенный разумный высокоинтеллектуальный харизматический лидер всегда найдёт себе применение в любой сфере, однако, что касается управления массами, то в этом случае его всегда ожидает сбой личностного восприятия себя самого, поскольку необходимая доля безумия, нужная для встраивания в социальную лестницу высокого уровня в этой схеме, у него отсутствует.


         Под лестницей высокого уровня подразумевается управление массами такого объёма, в котором социальная единица как самостоятельный элемент не просматривается вообще, то есть для социального манипулирования необходима некая критическая масса человеческого материала, после достижения которой начинают действовать магнетические пассы лидера безусловно, поскольку после некоторого численного уровня, человеческая толпа начинает работать как нечеловеческое представительство, наполненное гормоном единения, что классифицируется как патриотизм, религиозный фанатизм, и имеет много иных синонимических определений.


         Следует добавить, что некоторый негатив этой системы управления, присматриваемый исключительно извне стандартным социумом, в отличие от крошечного процента нестадартного, компенсируется достаточным гипнотическим позитивом самой системной массы в процессе манипулирования её структурой, то есть мазохистская составляющая в подобной схеме достаточно велика и несёт порой не только социальное, но даже физиологической наслаждение её элементному составу, что достаточно сложно преодолеть представителям нестандартной социальности, для которой источник наслаждения лежит вовсе не в социальном мазохизме, а совсем наоборот - в садизме преодоления существующей схемы, какова бы она не была в своём качественном наполнении, так как в этом случае исключительно всегда первичен процесс, а не результат, который нестандартному психотипу со сдвигами адекватности восприятия причинно-следственной связи социальных процессов совершенно не важен.
         Огонь бессознательных желаний
         Предположительность и предвкушение неизведанного демонического слияния духовного и физического в достаточно частых случаях заводят центростремительную личность в ситуацию противоположную её представлению, понимая под центростремительностью дискурсивный букет эмоционального,  замешанного на интеллектуальном, где первое пытается регулировать своими критериями второе, и наоборот, что встречается достаточно часто у нестандартных особей человеческого рода по причине множественности элементов их духовного базового основания, где дьявольское и божественное есть одно и то же, более того, это сиамские любовные близнецы, где форте единится с пиано, пытаясь отыскать общий знаменатель их взаимности, что достаточно часто выводит перманентно генерируемую композицию текущего момента из поля представления в лабиринт исполнения, а он в любом случае физическая реальность, где вдруг неожиданно краски и освещение априорной картинки меняются и желаемое магнетическое взаимодействие почти моментально аннулирует своё притяжение и предстаёт в истинном свете, как скрученная серая спиралька внезапно разбившегося  волшебного фонаря.


         Подобные игры виртуальности, перестающей осознавать своё отличие от реального, достаточно часто, почти всегда, заканчиваются депрессивной каденцией исполняемой импровизации на заданную бессознательными желаниями тему, где в последней заключительной части все ноты контрапункта единятся в одну, наподобие той, которую исполняет некое животное, глядя на Луну.


         Однако без переменных эмоциональных составляющих не может существовать даже подобие собственно полноценного бытия в понимании экстравертно интровертной(то есть максимально полноценной) рефлексивной первоосновы, поэтому депрессивный элемент в определённых случаях всегда и неизбежно предшествует попаданию в чувственно интеллектуальную цель, выявление которой – как замысел бессознательного поиска смысла, который есть основной замысел всей системы – происходит в автоматическом режиме без всякого разумного осознания, более того, рассудок – как помеха связи между альтер личностями – почти всегда убивает появившийся на горизонте маяк нового чувственного интеллектуального наполнения последующей духовной формации, при понимании, что любая полноценная личность как сущность своими определяющими качествами всегда перманентна и не может быть зафиксирована как некое статусное создание, более того, она постоянно сбрасывает с себя отработавшую систематику мироощущения с единственной целью – оставаться истинной собой, выпущенной в поле взаимодействий с зафиксированной в геноме функцией, невыполнение которой строго карается, вплоть до суицида.


         Таким образом, можно понять, что демонизм чувственного восприятия построен исключительно на переменных составляющих, горящих негасимым огнём в противоречии внутренних элементов, многообразие которых определяет качественный уровень элементальной системы тело-эмоции-разум-дух, в которой все элементы имеют некоторое отличие интерфейсов, некоторое несовпадение внутрисистемных интересов, без которого всё заданное точкой запуска выполнялось бы слишком просто, автоматически, то есть нечеловечно.
         Сатанинское полнолуние
         Следует сразу сказать, что проблема подмены причины и следствия это тотальная проблема стандартного мышления, да и не только стандартного, а в некотором смысле и академического, поскольку мысль номинированной в области условностей ума личности умом отлична далеко не всегда, но педантичностью сложностей перевода всегда и без исключения, подразумевая под этим витиевато замысловатое оформление общеизвестного в маскировочные формы якобы личностного.


         По этой причине рыжие, левши и вообще не совсем стандартные люди, включая, конечно же, и представителей ЛГБТ зачастую добиваются в жизни гораздо больше успехов, чем традиционно стандартные и полноценные особи, хорошо изучающие предметы в школе, вузе, академии и дальнейших вариантах условного качественного изменения когнитивной составляющей ученика, двигающегося по лестнице жизни уверенно вверх и ожидая впереди только мёд мажора, присыпанный пыльцой аплодисментов.


         Суть хитрости социального нюанса рыжего гомосексуального левши, скажем так для условности штрих-кода обозначения рассматриваемого объекта, заключается не в том, что он рыжий и нетрадиционный – и якобы от этого сильно хитрый и умный – а как раз наоборот, в том, что он(или она)изначально поставлены в рамки своей некой исключительности – ощущаемой внутренне и подтверждаемой подзатыльниками одноклассников внешне – и не может не следовать в фарватере предложенного курса, так как у него просто нет права на ошибку стать таким как все, после многолетней терапии нетрадиционного рефлексирования по поводу некоторого отличия, порой совсем крохотного, но являющимся таковым лишь для стороннего глаза, для внутренней же самооценки даже невысокий рост мотивирует мужчину добиваться вначале невозможного буквально – стать выше, а затем невозможного теоретически – стать хозяином высокой власти, скажем так, для упрощения смысла, и здесь его(или достаточно часто её)намерения не имеют границ воплощения идеи компенсации и прорывная сила неудовлетворения заставляет личность отдавать все силы для достижения поставленной цели вначале методом познания, а затем любыми средствами без исключения, так как специальное знание социальных механизмов снимает шоры стандартной социальности и обратно они уже никогда не лягут, подобно использованному макияжу звезды стриптиза после выступления.


         Полная Луна, конечно же, физически физиологически не имеет никакого отношения к душевно духовной мотивации и воплощению, однако общеизвестное свойство этой фазы романтичного спутника Земли, романтических влюблённых и воров домушников обязывает считаться с этим габаритным светилом, тем более чисто практически передвигаться ночью гораздо комфортней при освещении дьявольского маяка, вызывающего оборотней и прочих красавцев оригинальной мысли оккультных дел мастеров, поэтому-то нестандартные же – подобно рыжим членам ЛГБТ – верующие в чистоту нечистых дел при полной Луне и вершат эти самые дела при ярком свете полнолуния, скромно воздерживаясь от страстных и страшных дел в иные селеновые фазы, дабы не противоречить традициям и установкам, внедрённым в сознание прочтённой оккультной литературой и прочими романтическими штуковинами, так ярко красящими жизнь серых и стандартных обывателей, когда водка и селёдка не вписываются в антураж релаксации, а требуется погорячей, что с удовольствием представители маниакальности  и предлагают – как в реализме, так и в виртуализме, лишь бы рыжие левосторонние бисексуальные любители власти ослабили свою ориентацию на эту самую власть и продолжали свои гей парады при рыжей Луне по левому бордюру одностороннего движения в якобы никуда, а вот куда же в самом деле – всегда показывает лишь грядущее.
         Сатанинская любовница
         Примитивизм трансформации основного инстинкта в коллективное бессознательное  раболепное основан на трансформации самого примитивизма из первичного базиса эгоцентричного действительного в пониженную ступень этого базиса и механизма его точки существования в том непосредственном виде генетического наполнения, которое на биологическом выходе даёт лишь то, что возможно, а невозможное оставляет в поле раболепия, основанного, конечно же, на представлении, вытекающем из основного инстинкта, травмированного у подобного представительства,  где генерирование так называемого эндорфина подменено выработкой серотонина, то есть условного гормона счастья, основанного на стадности, где само стадное сосуществование уже есть и мотив, и воплощение одновременно(то есть смысл), тогда как эндорфин(используя это слово)является катализатором сугубо индивидуальной  самодостаточности, возможной к генерации лишь эгоцентрическими методами, но никак не стайными забавами традиционности.


         Отсюда и естественность качественной мощности интеллекта, ломающего традиционное, не признающего методику массовости и стайный подход к генерированию чего-либо, идей в том числе, хотя коммуникативность(в отличие от стадности), конечно же, подобным разумом используется всегда, поскольку коммуникатив – пусть даже условный, основанный на чистом воображении – всегда несёт множественность дискурсивного генерирования, отталкивающегося в своих полётах(скажем так)на предположении некоего внешнего, несмотря на осознание того, что оно в действительности есть не более как часть внутреннего, понимание чего в полной и окончательной мере несёт освобождение от последних интеллектуальных и психоделических оков, но и привносит некую пустоту предвкушения окончательной дешифровки предложенного к рассмотрению материала и даёт понимание существования существования, которое не рассматривает(не воспринимает), а предлагает, то есть проецирует исходящее личное(иного в данном нет в принципе) – являющееся  в этом случае сингулярностью – в поле  автономного бесконечного самовоспроизведения.
         Люцифер
         Обусловленность стремления расширения точки самовосприятия до максимы бесконечности в любом случае означает зависимость от этих условий и неизменности стремления расширения этой точки до возможной высшей степени её множественности как дублирования рефлексивного осознания и его проекции в материальное поле действительности и позитива самого восприятия этой созданной материи.


         Подразумевается стремление к свету как единственный путь в позитивное состояние для полноценного самосознания и неприемлемость этой дороги для деструктивных вариантов рефлексивных воплощений.


         Само понятие обусловленности стремления подразумевает условия позитивного мироощущения и понимание личной идентичности ауре  позитива и конструкции воспринимаемого мироустройства как собственного произведения и результата эмоционального заряда импульса творения при его восприятии как части собственной личности, не имеющей никаких аналогов и не могущей их иметь принципиально.


         Негативное же мироощущение и мировосприятие является естественным образом полной противоположностью вышеописанной сингулярности  и нуждается в постоянной подпитке внешней эмоциональностью социального энергетического поля и его элементальных составляющих единиц массового пользования – понимая социальные элементы именно общественными и никак не индивидуальными – коллективным бессодержательным и являющимся обыкновенной и стандартной мимикрией деструкции под стилизованность и функциональность конструкции.
         Демон би
         Следует отметить, что самоидентификация у представителей широкоформатной рефлексии, достаточно богатой нюансами сопереживания и практически всегда задействованной в творческом процессе того или иного порядка, всегда плавающая и не имеет чётко фиксированной позиции, в этом смысле широкий рефлексивный формат – высокая степень воображения – подразумевает единение женского и мужского начала в общем поле восприятия, которому доступен максимум возможностей конструирования мыслеформ, поскольку монолитное гендерное позиционирование в любом случае ущербно и однолико, при условии необходимости нестандартного решения задач того или иного уровня, где требуется весь спектр человечности, основанной как суть конечно же в первую очередь на уровне и качестве эмоционального восприятия – то есть мотивационной схемы стимулирования практического действия, выведенного из действия рефлексивного, – являющегося основой и смысловой базой всего без исключения в мире людей, поскольку в начале есть мотив, а уже затем всё остальное, выведенное из него, то есть буквально выведенное из эмоции, дающей старт утилитарной меркантильности, находящейся в безусловном подчинении у аффективного романтизма, реально опосредованно делающего существующий мир, в отличие от распространённого мнения, что базис лежит в поле прагматизма, который не более как механизм в ауре эманации широкоформатной самоидентификации, являющейся вне сомнения ключевым элементом чистой божественности, в понимании идеи бога и как демиурга и как начала всего сущего.


         То есть, говоря прямо, творец высокого уровня всегда имеет два пола одновременно, с моментами превалирования того или иного гендера в соответствующий творческой или иной задаче ситуативный запрос рефлексивной схемы, всегда делающей анализ текущего постпозиционного поля для установки адекватного порядка восприятия и реакции на это восприятие, так как взаимодействие женского и мужского начала на уровне рефлексии, а не подсознания, требует его точной калибровки, в противном случае возможны сбои психологического, психического, социального порядка, что обычно и случается, исторических примеров достаточно.


         Поскольку женская составляющая является основой эмоциональности, а эмоциональность же является основой смысла жизни, то есть перманентного счастья, постольку рефлексивно генетическая ловушка мужского гендера достаточно часто превышает его адекватный уровень самозащиты и выводит на неадекватное определение счастья как автоматического личностного сопровождения лишь при условии выхода из своей идентификации полностью и входа в противоположный гендер окончательно, не учитывая при этом, что только разность потенциалов мужского и женского начал является генератором творения и, соответственно, генератором того самого перманентного счастья, которое осознанно или бессознательно всегда горит маяком надежды бессмертия  на горизонте тоннеля, прорезаемого в плотной толще бессмысленной социальной конструктивности, в основе которой лежит осмысленное движение вперёд широкоформатной рефлективности, не верящей ни в бога, ни в смерть, но лишь в своё собственное бессмертное существование, всегда стартующее со своего собственного рассвета, улетая в рассвет следующий, игнорируя теоретическую тьму, которой, конечно же, нет, если в неё не верить.


         Стоит также отметить, что окончательная трансформация в женский гендер всё же, при некоторой психофизической неестественности основана на позитивной составляющей мотивационной реализации, поскольку сама чистая женственность как элементальная часть личности  это положительный потенциал эмоциональной энергетики человечности, в любом случае основанной всё же на животной сути человека, – чего нельзя отрицать никаким образом, – требующей механизма выживания в животном мире, для чего и существует гендер мужской, поэтому полная и окончательная трансформация из поля женственности в ауру мужественности, конечно же основана на негативной базе структурирования гендерного взаимодействия, то есть женщина, преобразованная в мужчину, несёт деструктив, чему масса примеров, аналогичных Орлеанской деве, но нельзя отрицать, что деструктивность сестра конструктивности и многие позитивные вопросы социальности невозможны вне реализации идей деструкции и уничтожения – а говоря языком цивилизации – социального преобразования мира, где перманентные попытки уничтожить предполагаемое зло, в результате трансформируют понятия добра и зла на новый уровень или порядок, и авторство этой трансформации всегда принадлежит широкоформатной рефлексии двойного назначения, находящейся вне личностного добра и зла, но в любом случае в точке истечения позитивного конструирования, так как конструирование негативное на определённом участке строительства очередной конструкции ест само себя и это вполне закономерно.
         Демон зла
         Противоречивая потенциальность рефлексивной сущности человеческого существа не терпит пустоты и не полного наполнения мира явлений, поэтому поле аффектов, основанных на получении гормона счастья, столь многолико и широкоформатно, где зло необходимый катализатор и даже генератор добра, в катализации которого оно является необходимым ингредиентом и когда ни то ни другое не является конечным смыслом и состоянием, а лишь мотивационным стартом для творения как существования.
         Демон нейро
         Перспектива всегда несёт наркотическое состояние свободы, обусловленное химией тела, когда гормональная генерация в буквальном смысле меняет молекулярное наполнение поля нейронных рецепторов и генерирует некоторые процессы позитивного реагирования на обновляющийся внешний мир, что лежит в основе самого явления интеллектуальной экспансии человека как вида.


         Необходимость нового впечатления(потребность в наркотической эйфории)есть базис социального созидания, но одновременно и основа разрушения самой базы существования вида, то есть системы естественного жизнеобеспечения популяции людей, рассчитанной на предельное их число, подобно диким леопардам на некоторый квадрат площади  пространства их обитания.


         Превышение этого числа и заставило явиться в мир так называемый научно-технический прогресс, то есть законспирированную схему уничтожения базиса флоры и фауны, а именно – естественное соотношение их элементов.


         Каждому разумному человеку совершенно ясно – из сложившейся ситуации нет выхода, и неизбежный коллапс цивилизационного поля лишь вопрос времени, не более, потому что любые новые технологии основаны на конечном продукте самой сырьевой базы физического мира, а бесконечные возобновляемые источники не более как миф и даже блеф, подчинённый идее прибавочной стоимости, которая не знает границ и более того, напрямую связана с наркотическим источником в голове, что известно как процесс ради процесса.

         Демон власти
         Безграничность предполагаемой и востребуемой свободы как мировосприятия  предполагает аналогичную этому мировосприятию реактивность на социальные отношения, когда лидерство фетишируется до уровня абсолютной максимы, что всегда заводит в психологический тупик несостоявшихся адептов примитивной реальной социальной власти, несущей несопоставимо больше негатива, чем реактивного позитива на сам факт, очищенный от реакции на побочные явления, которые в действительности являются смыслом, но, тем не менее, при диссонансном уровне своего наличия приводят к резонансному состоянию полуактивного сумасшествия, при котором в фокус резонанса сходятся все так называемые побочные явления подобного приобретения предполагаемой свободы и активируют состояние фрустрации, то есть перманентной депрессии, без надежды на позитивный выход из её состояния, тогда как единственно верный путь это сжатие рефлексивного поля до управляемого состояния концентрированной свободы, принципиально исключающего социальные ходули и основанного на непрерывном захвате мыслеформ и личностной экспансии в их мир.
         Демон смерти
         Непознанное кого-то страшит, но кого-то влечёт, хотя это не означает совершенно ничего при понимании непрерывности рефлексивного потока,  в принципе не могущего иметь конца, так как начало никак не зафиксировано и в этом случае его предположительность выводит аналогичное наполнение действительностью и само окончание.


         Эта элементарная истина редко приходит в голову мыслителям, не говоря уже о практикующих утилитарное бытие, а именно  – невозможность безусловного существования самого факта субъективного рождения и факта субъективной смерти.


         Объективная смерть не более как наблюдаема, то есть она в поле феноменального ряда сенсорных сигналов тела и не имеет никакого отношения к самой точке наблюдения и допустима как шоу, не более того, исключая аффективное мышление.


         Протягивание сквозь трансцендентное веретено цепочки суперпозиций имеет какой-то смысл вне всей схемы личностного существования, однако в самой схеме этот смысл заключается в эндорфиновом наполнении посредством возможного и вне выбора, так как средства быть счастливым не выбирают – они есть такие, каковы есть изначально в натуральном обеспечении самой рефлексии(подразумевается генетическая механика);  исключая ханжескую демагогию,  можно утверждать: личность создана быть счастливой ценой своих способностей быть таковой и если это состояние не воплощается, то личность ущербна в той или иной степени – она не может разорвать рефлексивные узы и стать действительной, а не декларируемой, а поэтому всегда латентно несчастлива, что известно под разными синонимическими определениями самого существования, cводящихся к идиоме – жизнь дерьмо.


         Однако это вовсе не так, если следовать императивным установкам на позитивный или негативный – кому как выпало – эстетизм, воплощая в реальную механику жизни транслируемые генными командами установки, которые, при достижении определённого качественного уровня соответственно также сдвигаются на очередную восходящую ступень, открывая каждый раз новый девственный горизонт экспансивного заполнения личностной сутью, завоеванием, захватом и тотальным порабощением всей просматриваемой текущим моментом воспринимаемой площадки обозрения, низвержение которой в опустошение(полное познание предмета энергетического захвата)открывает следующую ступень наполнения смыслом, что только и есть истинное(безначально бесконечное)существование, а не декларируемое идиомами.
         Демон свободы
         Непреодолимое стремление пассионарной личности расширить своё рефлексивное поле до возможных горизонтов поля физического мира является основой безумия перманентного самоудовлетворения захваченными территориями познания – не имеет значения, какого именно – всего сущего в любом его проявлении по причине невозможности удержать энергетику расширения личностной вселенной и её экспансивного устремления поглотить всё соответствующее внутренним императивным эстетическим установкам.


         Поэтому абсолютная свобода достижима лишь перекрёстным взаимодействием процесса творения и познания физического мира на всех возможных уровнях социального допуска к этому познанию или аннулирования социального влияния на процесс творения в необходимых случаях полной независимости от коллизий шумового поля помех контактного опьянения самой социальностью и её сложнопреодолимой магнетической составляющей.


         Это означает не более как схему понимания себестоимости выведения личностной рефлексивной энергетики в условное наполнение внешнего мира так называемой физической реальности условного порядка и безусловного реагирования на этот порядок в состоянии полной невменяемости психоделической трансформации  физиологического контактирования с теоретически подобным и аналогичным.
         Демон познания
         Способность восприятия генерировать на основании самого себя энергетическую составляющую рефлексивной системы в любом случае означает зависимость от этой способности и незаменимость энергетического обеспечения подобного рода никакими иными эманациями духовного поля или аналогами физического воплощения самой сути этой зависимости.


         Наркотическая составляющая самого процесса познания естественна и пояснима необходимостью мотивации любви к жизни самой её сутью и первоосновой стремления к расширению психического рефлексивного поля экспансивной доминантой самосознания и эгоцентризмом этой сути восприятия самой себя для генерирования  в бесконечную множественность ипостасей представления и рефлексирования.


         Что является необходимой элеменальной составляющей энергетического потока познания внешнего восприятия и внутреннего отображения подобия внешнего непознаваемого окончательно никогда в силу причастности тела к этому внешнему и перманентных противоречий в результате этой причастности.
         Демон нетрадиционности
         Главная базовая ценность традиции как естественного мировосприятия социального поля заключается в сохранении неизменности самих базовых ценностей мировосприятия естества как традиционности хранения условных договорных начал с общепринятым восприятием критериев добра и зла как единых и неделимых интегральных начал человеческого соединения.


         Тем не менее, при всех позитивных составляющих неизменяемого стандарта соотносительности хорошего и плохого есть существенный недостаток этой мировоззренческой системы, заключающийся в некотором тормозе самой перманентности преодоления и достаточного подавления коллективным позитивным бессознательным негативных элементов этого же коллективного, то есть негативного поля реактивности – социальной реакции отдельной личности – с целью расширить возможности смысла существования, а именно существования счастливого(так как лишь оно и является замыслом самого себя как сущности – подразумевается смысл жизни, определяемый как функциональное воплощение, генерирующее эндорфин как естественный наркотик, определяющий качество максимально полноценного бытия, что даже не всем знакомо как ощущение, поскольку органика социального общения это почти всегда обуза неинтересных обязанностей и лишь в противном случае{при полной самореализации в той форме, которая заложена генетически}является истинным наполнением жизненной сферы позитивной биофильной любовью ко всему воспринимаемому миру и гарантирует атеистическую божественность самовосприятия, что только и есть истинная человечность, готовая любить весь мир как он есть, поскольку есть он не более[и не менее] как часть подобной личности и поэтому не может не быть обожаем как сама суть сакрального эгоцентризма), а это единственная возможность быть действительно, а не условно, так как вялая клиническая неполноценность нереализации заложенных возможностей является клеткой и никогда не позволит ощутить весь спектр полноценности и радугу жизни как части личности.


         При констатации подобного мировосприятия традиционные взаимодействия мыслеформ и их физических воплощений неинтересны своей импотенцией классического наполнения, так как предназначены для стандартного пользования, но не для программирования потенциальных возможностей социального минимализма, основанного на максимализме сохранения чистоты классического при генерации последующего рационального, основанного исключительно на гармоничном позитиве и равенстве возможного, где неравенство служит мотивационным моментом созидания некоего знания, претендующего на классицизм в обозримой перспективе.


         Демон трансексуальности
         Трансгендерное мировосприятие не имеет никакого отношения к гомосексуальности и основано в первую очередь на генетическом наполнении рефлективности, исходя из которого и рисуется картинка внешнего мира, не соответствующая заявленному гендеру.


         Это состояние в принципе достаточно трагично, что может понять любой адекватный разумный человек традиционного мира(хотя этот трагизм трактуется лишь с позиции стандартной формации и ориентирования, но никак не с позиции носителя), но, тем не менее, в отличие от иных демонических эманаций непознанного и невозможного к познанию – генетическая схема как и сам геном это описание, но никак не знание – этот вариант несёт в себе потенциал невообразимой силы, основанный на мотивации, хотя его применение в прикладном понимании достаточно проблематично.

         Демоническое безумие бессознательности
         Следует ясно понимать, что объект сексуального вожделения своими качественными параметрами отображает определённую внутреннюю суть субъекта страсти, которая достаточно самостоятельна и в состоянии захватить некоторую часть внутреннего мира личности субъекта, так как в любом случае объективность выстраивается на месте условно отсутствующей субъективности(что противоречит здравому смыслу)и поэтому выведена психоаналитическая и философская  формула – объект есть субъект, то есть вся эстетически сексуальная – или иная – суть воспринимаемого внешнего феноменального это не более как команда внутреннего физиологического, буквально делающего магнетическую картинку объекта по своему образу и подобию и в отличие от адекватных реакций в обыденной жизни на подобное перцепционное воздействие, в случае с демоническим эффектом любви к собственной личности посредством чужого тела приводит или к смерти или сумасшествию.


         Другими словами, субъект страсти в объекте страсти  на глубоко бессознательном уровне видит себя лично как вариант воплощения, чем можно пояснить все без исключения трагические моменты пассионарной любви как полного взаимного противоречивого диссонанса(так как оба страстно любят себя в чужой форме), а также некоторые девиационные моменты гендерной ориентации, когда чувственно рефлексивный субъект предпочитает трансформацию в предположительный вариант воплощения, что заканчивается достаточно часто не менее трагично.
         Дьявол эго
         Можно констатировать, что в этом случае дьявол идентичен богу и наоборот, поскольку они лишь слабое отражение истинной силы, сотворившей их обоих.
         Дьявол красоты
         Восприятие человеческой чувственностью феномена красоты несомненно является бессознательной фиксацией функциональности – красивый(мужественный) мужчина несёт хорошие гены для продолжения рода, аналогично и женщина, где критерии внешней женственности лежат в области репродуктивности, что не есть некое мудрое умозаключение, а является физиологическим  фактом, поскольку животное человек от обыкновенного ближайшего по виду животного отлично крошечной разницей несоответствия в строении генома – по заключению генетических исследований геном человека отличен от генома орангутанга не более как на один процент.


         Однако человек не обезьяна и обладает императивным эстетизмом как частью личности, то есть способен воспринимать флюиды красоты, неведомые другим животным, чем и отличен от иных видов приматов.


         Но если эта способность есть, то значит, она для чего-либо необходима, так как ничего в действующем мире не существует бессмысленно – его бы просто не было.


         Особо не рассуждая на параллельные здравому смыслу темы, можно с ходу вывести замысел механизма эстетического восприятия дикой природы – это не более как попытка флоры заманивания органической материи в качестве предполагаемого удобрения, что сложно оспорить при рассмотрении всех аспектов красоты мира природы с позиции здравого смысла механики взаимодействия дикого мира, в котором человек лишь напыление на биологической особи, не более, напыление, легко поддающееся животному магнетизму дикости и всегда – почти – выбирающее этот путь и в иных смыслах сказанного.


         Говоря коротко – подобие мотылька и маяка.


         То же самое касается и загоризонтных гипотетических миров, включая звёздное небо и глубины океана – когда весь романтизм подобного не более как бессознательная команда разносить семя вида как можно дальше и больше с исключительно репродуктивным замыслом, поэтому мужчины всегда более романтичны, так как являются носителями инъекции генерации генома.


         Эстетизм и восприятие прекрасного – в том числе виртуального и литературного – в любом случае базируется на основном инстинкте размножения всего вида, но не только отдельной особи, и в этом смысле творческие личности являют собой мега псевдо оплодотворителей, оплодотворяющих холостыми выстрелами рефлексии недоразвитых животных человеческого вида, недоразвитых в смысле животного начала, так как вместо того, чтобы рожать как можно больше потомства, эти представители начинают заниматься рефлексивной ерундой эстетизма над бумажками(литература, живопись, ноты)с придуманной символикой как эрзац подобием настоящего дикого мира зверей, когда мир зверей ненастоящих – то есть людей – всегда наполнен неполноценностью несоответствия напыления и базиса.


         Это несоответствие тотально и демонично, поскольку нет никакой возможности совместить несовместимое – дикую энергетику высвобождения гормона счастья путём реализации функционального предназначения(животное счастье преодоления и подчинения дикого мира, вырабатываемое в противостоянии цивилизаций и генерируемое конкретными основателями этих цивилизаций, а не словесными последователями)и напылённую эстетическую ауру интеллектуальной чувственности человеческого разума самих словесных последователей и делателей образов, получающих свою дозу наркотического эндорфина от преодоления и познания несуществующего и попытки его трансформации в виртуальную действительность, предположительно потенциальную к реализации в мир материи, но в любом случае ценой компромисса с животным началом, когда рано или поздно всё рушится(по достижению критической массы несоответствия, так как физики порой люто ненавидят лириков)и медленно-медленно начинается с самого начала под неизменной Луной и свирепым безжалостным солнцем неестественного бытия изворотливого человека разумного как оно есть.

         Дьявол копирайта
         Иррациональный страх плагиата принципиально аналогичен рациональному счастью созидания, они имеют единый исток своего зачатия – всю схематику познания, извлечённого из информативного поля методом условного или даже полного плагиирования, переживая или переосмысливая подаваемую смысловую суть вместе с  образованием, то есть конкретно читаемым или иным способом воспринимаемым автором – ничего народного нет, есть частные личностные посылы, которых не столь много, так как идеи конечны, лишь синонимы бесконечны – (начиная с раннего детства и далее по возможности), поэтому наивно считать, что может быть буквально личное творчество, нет, его быть не может совершенно, разве при условии созидания личного алфавита, семантики и синтаксиса.
         Дьявол управления
         Изначально по размышлении о сути всего сущего коллективного человеческого всегда следует осознавать базовый тезис понимания самой человеческой социальности – это, вне всякого сомнения, опьянение высочайшего уровня, понимая под опьянением именно тот смысл, который в него традиционно вложен: состояние позитивной или негативной эйфории, неадекватность действий и неспособность видеть некоторые механизмы собственного психического поля, поскольку вся его энергетика уходит в обеспечение этого опьянения, зависимость от которого не поддаётся внятной корректировке и в любом случае выстраивает в момент социального контакта некую иную личность, чем действительная осознаваемая в ауре собственной рефлексии, что известно каждому более-менее рефлексивно развитому человеку, когда он явно ощущает отличие себя публичного от внутренне действительного.


         В этом таинстве – взаимном самолюбовании и суггестивном подчинении – и заключается момент подмены понятий действительного-эфемерного(всегда ненавязчиво перманентно перетекающих из одного в другое и являющихся по сути одним целым истинно рефлексивно действительным, где одно без другого просто не существует)на условно приемлемое стадное не действительное и не эфемерное, формулируемое идеограммами общего знаменателя самой стадности, где ключевое значение имеет управляющий сигнал команда «мы».
         Дьявол бессмертия
         При некотором осознании прямой связи яркости впечатлений и девальвации(обесценивания)качественной силы этого восприятия – что происходит индивидуально в любом возрасте, включая даже совсем юный – у достаточно сильного разума возникает логический внутренний вопрос – что с этой проблемой делать, так как ничего с ней не делать свободный ум себе позволить не может, потому что  внутренним видением просматривает и видит всю цепь детерминированной взаимосвязи личного бытия, где случайностей нет и не может быть в принципе – поскольку, если что-либо зафиксировано как фактическое действие(элемент судьбы), то наивно предполагать иной вариант развития цепи суперпозиций, потому что могло быть только так, как есть, иначе этого бы просто не было(элементарное пояснение, но далеко не всем понятное в своей элементарности).


         Прямое действие неуместно при решении подобных задач, хотя и допустимы варианты волевого изменения развития событий в окне восприятия влетающего предложения, но поскольку от него физически нельзя отказаться, постольку допустимы лишь варианты эмоционального воздействия на первичный генератор бесконечного потока суперпозиций, где одна вытекает из другой, рождая следующую, но только не в поле эмоционального восприятия, которое не связано с утверждённым проектом взаимодействия модулей материализованных мыслеформ и самим восприятием – кармой – и остаётся единственно возможным личностным полем выбора реактивности на безальтернативное предложение.


         Что, конечно же, косвенно рассмотрено – в своих понятиях и терминологии – многими оккультными, мистическими, эзотерическими, религиозными и философскими школами, включая даже некоторые образцы чистой литературы – «Шагреневая кожа»  О. Бальзака.


         При понимании невозможности изменения потока комплекса сигналов в сети сенсорного восприятия физического мира человеком, естественным образом выводится понимание рефлексивного мира как поля восприятия действительно свободного от обязанностей кармического насилия – а иначе это назвать нельзя – и переключения всей схематики генерирования гормона счастья в это недоступное пространство, что собственно и делает большинство творческих личностей, в частности все без исключения пользователи литературных ресурсов, разрисовывая картины своей истинной свободы посредством произведений.


         Вот почему элементарно вычислить психоаналитическими методами тип личности автора, включая его нюансы бытия,  любимый цвет носков, породу собаки, кошки  и даже сексуальную ориентацию.


         Это означает лишь то, что скрываясь от предначертанного – а творчество это, конечно же, побег – никогда нельзя забывать о том, что вменяемость – а не сумасшествие – всегда берёт свою цену за пользование и лишь безумие действительно и полностью свободно, но оно неинтересно кармическому заказчику, потому что в некотором роде само является его конкурентом в запуске первой детерминанты мамы, от которой, не исключено, рождается новый и действительно самый прекрасный из возможных миров.


         Сумасшествие как бессмертие – перехват инициативы кармического заказчика, бога или первопричины как точки истечения управляющими эманациями – конечно же имеет перспективу как замысел, поскольку при раздвоении сознания – управляемое сумасшествие – вполне есть возможность одурачить заказчика и стать на его место, не уступая, а превосходя личностной энергетикой внушаемое поле смысла посредством внедрения своего собственного, а также личностных понятийных категорий, выстраивающих обновления программы силой безумия, но под контролем разума, принимающего свою альтернативную систему реактивности на рефлексивный мир сиамским близнецом, гарантирующим вечное существование в самом прекрасном из возможных миров с постоянным расширением горизонтов восприятия, когда внешней энергетике нет никакой возможности остановить расширение этого восприятия, поскольку в этой единой вселенной её просто не существует.


         Дьявол полнолуния
         Пытливый и полноценный разум всегда осознаёт, что любое нечто, имеющее начало имеет и конец, включая апогей состоятельности этого предположительно условного взаимодействия чего-либо с чем-либо, за исключением взаимодействия со своим собственным отражением, то есть рефлексивным полем созидания образов того или иного уровня(подразумевается различие мыслеформ и так называемых реальных физических объектов), так как его начало не может быть зафиксировано и лишь условно социально считается таковым, то есть изначальным, хотя никто не может помнить свою первую мысль и этот факт приходиться принимать на веру.


         Однако, исходя из эмпирического опыта, можно констатировать интеллектуальный апогей и последующее падение предположительного разума на низшие орбиты  условного поля внешней рефлексии – то есть чужой способности разумения, – которое достаточно часто деградирует в процессе длительности, что принято обозначать возрастом.


         Говоря прямо, потенциал творения предположительно конечен, ниспадая качественной составляющей непосредственно сразу после апогея, где критерии качества исключительно индивидуальны и не могут быть иными в принципе, однако идея предельности должна подтвердить свою состоятельность воплощением в эмпирическую действительность, а этот факт, так же как и первая мысль, перманентно предположителен – то есть опять же близок к идее религии – и поэтому восходящая луна тем более наполняется истинным окончательным познанием, чем менее наблюдатель собственной рефлексии склонен к безосновательной вере.
         Дьявол патриотизма
         Состояние активного патриотизма нельзя трактовать иначе как религиозный психоз, чем он и является, причём человеческое существо никаким образом не может быть ответственным за эту психическую напасть, так как преданность стае заложена в генетический код и лишь чистая человечность как неестественность – отличность от животного естества с его законами дикого мира – ясно воспринимает посылы подобной стайной команды на реагирование и принимает личностное решение, исходя из принципов соотношения добра и зла в конкретной временной пространственной точке восприятия.
         Дьявол эгоцентризма
         Понимание происхождения счастья вовсе не требуется для полноты его состояния, хотя многие пытаются найти в этом какой-то смысл и зафиксировать копирайтом.


         Конечно же, первая и самая главная составляющая для его воплощения это, вне всякого сомнения, здоровье тела, из которого предположительно вытекает здоровье духа, хотя этот момент не безусловный.


         Здоровье тела определяет возможности реализации духовного потенциала, поскольку в его отсутствие вся энергетика сосредоточена на этой проблеме или даже уходит в глубины психики, вынуждая творить невменяемые некрофильные  произведения искусства или нечто аналогичное латентно суицидное.


         Определяя, что личность не может быть счастлива вне воплощения в мир действующий эмпирики её врождённых потенциалов – есть выражение реализовать себя – можно вывести это воплощение как второе условие для достижения этого эфемерного состояния, которое своей эфемерностью выстроило весь человеческий мир цивилизаций, генерируя невообразимые мотивации и их столь же невообразимое воплощения в жизнь, подобно горизонтам Александра Македонского.


         Сексуальность как функциональность играет важную роль в перманентности достигнутого состояния, поскольку не даёт шагреневой коже повседневности съесть заслуги мотивированного прямого действия – творения или уничтожения, конструктивности или деструкции, где мотивация это императивная генетическая команда к созиданию условий достаточного основания, чтобы полноценно быть, а не волевыми усилиями выживать.


         Однако в любом полноценном случае сексуальность подразумевается как намерение, но не непосредственно прямое действие, убивающее харизму ауры магнетического предвкушения, которое всегда является истоком позитивного созидания у естественно полноценных представителей социума, что относится к любому гендеру и что достаточно знакомо проницательным интровертам высокого духовного потенциала.


         Учитывая, что интровертность как способность проникновения в рефлексивные поля взаимного понимаемого и воспринимаемого полноценно цельным и неделимым, безусловно, есть, можно вывести способность к интровертному просмотру действующего мира как ещё одну составляющую счастья человека духовно разумного, когда понимание невозможности полноты картины мира вне своей личности определяет фактическую способность любить будущее, а не только прошлое, что достаточно важно для самой перманентности этого демонического состояния, демонического по той причине, что максимально реализованный позитив в любом случае подавляет негатив, классически считающийся демонической эманацией, но это не так, поскольку сексуально функциональное добро в любом случае нивелирует сексуально деструктивное зло, понимая в данном контексте сексуальность как генетическое воплощение сути, заявленной геномом и его представителем, но не как подобие животного желания.


         Эгоцентризм философии сексуального счастья подразумевает рассматривание сущего исключительно с личностной позиции позитивного созидательного восприятия, когда негативное деструктивное намерение внешнего представительства мотивирует это созидание, но не искажает его до степени изменения в результате явления негатива как такового, стимулируя сам позитивный личностный мажор удваивать свой потенциал за счёт некрофильного атакующего минора, всегда пытающегося подавить истинный демонизм созидания, маскируясь искусственным имиджем его же, что никогда не приводит к стратегическому изменению качества противостояния, разве что в некоторых случаях тактического кратковременного изменения.


         То есть, говоря совсем просто, полноценное творчество лишь множится своей полноценностью благодаря критическим атакам негатива, практически всегда воспринимающего себя исключительно позитивно.
         Дьявол совершенства
         Автоматизм релятивности или есть или его нет, поэтому возможности, даруемые видениями соотношений обыденного всегда выводят нечто необыкновенное, не совсем ясное к пониманию стандартизацией цивилизации клонов.


         Под клонами следует понимать социальный стандарт и все нюансы стандартизации, имеющие достаточно положительных моментов, кроме одного – отсутствия свободной  релятивной любви.


         Эта любовь, трансформируемая рефлексивным полем во что угодно и где угодно распространяется не только в сексуальном континууме, но вообще во всём спектре сенсорного восприятия, что позволяет любить не платонически, а сексуально всё что угодно, без ограничений функционального порядка, естественно в адекватной степени восприятия своей сексуальности, которая многими трактуется как нечто плотское и даже негативное, хотя она и есть истинный мотив и суть всего настоящего, а не клонированного.


         Поэтому множественность соотношений плотского и духовного рождают действительное, а не условное, что не всем и не сразу доступно, но всем этого знать и не стоит, потому как груз этого знания обязывает к тому, что не каждый в состоянии исполнить, а подобный заказ невозможен к неисполнению просто так и отсутствие духовно-полевой компетенции оплачивается депрессивной суицидальностью.
         Дьявол национализма
         Аналогичен дьяволу патриотизма, однако более высокого энергетического наполнения, когда вся условная(безусловной быть не может в принципе)нация воспринимается как чисто личностное поле восприятия, то есть буквально – стая это я и наоборот, что является полным сумасшествием и в социальном понятии и в понятии психологическом, поскольку человек это не тело, а его рефлексивное самосознание и напыление навыков и познаний, тем более качественно применяемых в действительном мире, чем менее они завязаны на так называемое коллективное сознательное, оттягивающее на себя энергетику взаимодействия с реальным миром, где понятие реальности всегда разбавлено достаточной долей виртуальности, так как сам человек это виртуальная сущность в отличие от его тела.
         Дьявол толерантности
         Снижение уровня социального чувственного восприятия ведёт к некоторой деградации эмоционального поля личности и нивелирует способность к страстному реагированию на человеческие отношения, что с одной стороны несёт социальный позитив, но с другой – негатив нивелирования самой человечности в её базовом осознании и некоторым образом роботизирует человека, понимая под этим термином снижение человечности как самостоятельной воли к действию.
         Дьявол божественности
         Ощущение восприятия божественности как некой нестандартной сверхпозитивной эманации – истечения энергетической ауры – знакомо всем без исключения более-менее эмоциональным(истинно действительным)представителям человеческого рода, так как именно эмоциональность и определяет саму человечность, но вовсе не интеллектуальность, которая допустима в поле человечности лишь при её подчинении эмоциональной составляющей, божественной компоненте, можно выразиться так.


         Не думаю, что есть возможность оспорить фактическое верховенство эмоции над интеллектом, так как она это мотив преодоления и постижения, без которого не было бы вообще никакого размышления.


         Поэтому только способность слияния в едином интеллектуального и эмоционального начала может породить истинное и действительное, принимаемое общим знаменателем коллективного человеческого, понимая под этим общечеловеческие стандарты самой человечности, совсем не обязательно внедрённые императивно в психику каждого индивидуального представления, а поэтому требующие практической методики внедрения понятий добра и зла, их соотношений, а также их интуитивных определений, когда интуиция вытекает из информации, которую и созидает вышеопределённая способность слияния.
         Дьявол гомосексуальности
         Смысл не в сексе, а в общении, потому что человеческая взаимная контактность это самое ценное что есть в мире людей, и не стоит удивляться, что на такой незаменимой основе возникают коллизии, противоречащие некоторым общепринятым стандартам, при выработке которых ключевым и силовым правилом всегда является преданность стае(требующей пополнения численного состава), и эти понятия почти не изменились.
         Дьявол сатанинской толерантности
         Сложно определить действительность психологической практики тотального безразличия к иным формам некорректного содержания с позиции носителя самого подобного определения как реакции на нестандартное внешнее проявление чего-либо, поскольку именно оно регулирует комфортность существования  ауры субъективности, то есть точки восприятия внешних процессов существования.


         Терпимость обоюдоострый аффективный меч психотехники выживаемости, медленно, но уверенно натягиваемая тетива рано или поздно выпускает свою энергию в гораздо большем объёме и с несопоставимыми последствиями, в сравнении с перманентной вялотекущей нетерпимостью, лежащей в поле обыденного стандарта.


         Более того, субъективные поля нестандартной нетрадиционности мазохистски тяготеют к своему стандартному статусу жертвенности, и навязанная толерантность смещает саму нестандартность в крайнюю позицию искупления самой себя до степени общего массированного единения, что невозможно в принципе, более того, несёт проблемы иного порядка, гораздо более глобального в смысле их последствий.
         Принцип поэтической экзальтации вампира
          «Сложно определить действительность психологической практики тотального безразличия к иным формам некорректного содержания с позиции носителя самого подобного определения как реакции на нестандартное внешнее проявление чего-либо, поскольку именно оно регулирует комфортность существования  ауры субъективности, то есть точки восприятия внешних процессов существования.


         Терпимость обоюдоострый аффективный меч психотехники выживаемости, медленно, но уверенно натягиваемая тетива рано или поздно выпускает свою энергию в гораздо большем объёме и с несопоставимыми последствиями, в сравнении с перманентной вялотекущей нетерпимостью, лежащей в поле обыденного стандарта.


         Более того, субъективные поля нестандартной нетрадиционности мазохистски тяготеют к своему стандартному статусу жертвенности, и навязанная толерантность смещает саму нестандартность в крайнюю позицию искупления самой себя до степени общего массированного единения, что невозможно в принципе, более того, несёт проблемы иного порядка, гораздо более глобального в смысле их последствий»


         Рецензия:


         Существует мнение, что способность мощному к аккумулированию энергии, с задержкой реакции, частным случаем которых можно назвать терпимость, является свидетельством мозгового потенциала, в терминах модели мозга как энергетического регулятора. В свою очередь, такой потенциал может считаться основой современной культуры, если смотреть на неё с позиций сублимации.


         Думаю, сатана не столько в самой терпимости, сколько в нюансах её как накопления, так и разрядки (та же жертвенность). Одна и та же функция с общим описанием "накопление - сублимация - разрядка" может давать сбои при разных триггерах, а может их и вовсе не давать.


         В общих терминах, задача психологии и философии, применительно к конкретному человеческому виду, найти такие универсальные энергетические конструкции (дающие основу искусству жить плодотворно), вкупе с внешней системой условий и нюансов, чтобы человек как энергетическая система бесконечно бы рос, развивался и вызревал в качественно новую форму, о которой столько слов у того же Ницше, но так мало практических свидетельств (Ошо?)


         Феронин   08.12.2015 05:15   •


         Но это чисто индивидуальный процесс- преодоление существующей формы, возможный лишь при определённой качественной составляющей того же рефлексивного поля.

         Схему "накопление-сублимация-разрядка", работающую в бессознательном режиме, естественно, можно подменить схемой прямого видения замысла и сути, осознанным преодолением мотивации детерминированного дискурса(можно так сказать)формирования суперпозиции, то есть, говоря проще, необходима полная связка того самого прямого видения и прямого действия в эмпирическом поле, единственной не предположительной субстанции, и здесь как раз аккумуляция без реактивности может просто убить носителя разума, поэтому реактивность на императивные команды истоков(добра или зла, или некой смеси)необходима буквально как воздух, в противном случае - при игнорировании тех самых команд - носитель рефлексии впадает в деструкцию, депрессию и высокую вероятность суицида.

         Естественно, это касается не всех, но лишь некоторых не столь многих, но - ярких(в том или ином смысле).


         ))


         Ева София Браун   08.12.2015 10:07


         Что в нашей жизни не индивидуально?) Каждый миг уникален.


         ))


         Феронин   09.12.2015 13:23


         Вот именно...)

         А поэтому аналогичные пассажи - "В общих терминах, задача психологии и философии, применительно к конкретному человеческому виду, найти такие универсальные энергетические конструкции (дающие основу искусству жить плодотворно), вкупе с внешней системой условий и нюансов, чтобы человек как энергетическая система бесконечно бы рос, развивался и вызревал в качественно новую форму..." - обыкновенное пустословие, неумышленное, естественно, то есть здесь - в поле философского восприятия внешней и внутренней реальности - не может быть общих терминов. Более того, у философии как искусства рефлексивного созерцания, а также интуиции, синтеза и анализа не может быть никаких задач, поскольку она результат духовного воплощения личных возможностей исключительно для личного пользования(исключая моменты коммуникативности), при условии, что она истинная, а не декларативная.


         ))


         Ева София Браун   09.12.2015 14:14


         У Вас интересный подход, будто немного воинствующий, мне это, по себе, будто знакомо))) Говорите, что не может быть никаких задач, а потом вполне удачно формулируете задачу, просто не в самом привычном смысле этого слова. Вывод? Вы чуток бунтарка и идеалистка, и Вам претит использование терминов, которые Вам кажутся неудачными. Это немного мешает Вам услышать собеседника, или нет, как думаете? Возможно ли, что Вы бунтуете повсюду, в качестве результата "духовного воплощения личных возможностей"? Что ж, извольте, я вполне рад Вашим терминам, они мне нравятся больше моих. Вы ещё говорите, что общих терминов быть не может, они - пустословие, но выражаете себя настолько общими терминами, что большинство просто столбенеет при прочтении, включая меня. Считаете коммуникативность будто второстепенной, но пишете на общественном ресурсе, и даже, похоже, оплачиваете анонсы) Не желаете ли приступить чуть ближе к поэтичности? Не рифме и не стихоплётству, а именно выражению поэтичности восприятия с помощью уже накопленного поколениями, внеся туда собственную неповторимость? Вы уже неповторимы?) Это несомненно, и ничто этого не изменит, какой "инструментарий" ни попал бы в оборот Вашей личности) Но самая ли доходчивая к душе форма Вами избрана? Вы зачем-то главным образом аппеллируете будто к уму, там, где, по-моему, речь не только об уме, но и, ого как, о душЕ) Мне ещё интересно, что изменится, если "философию как искусство рефлексивного созерцания" заменить на просто "искусство созерцания"? А философию ограничить рамками упражнений ума - включая искусство созерцания - с целью закаливания ума, ввиду постоянной зыбкости жизненных обстоятельств, и необходимости сохранять свою стабильность в этих магнитных бурях. Можем ли мы согласиться, что "духовное воплощение личных возможностей" - и есть задача (цель, желание, притяжение, предначертанность, свойство наконец) всякой личности?


         )


         Феронин   10.12.2015 14:35


         Да нет никакой воинственности, я же уточнила - "обыкновенное пустословие, неумышленное, естественно..." - что пустословие бессознательное. Уверена, этот момент и вывел вас на мысль о некой агрессивности)

         Коммуникативность второстепенна, конечно же... Но позитивна в случае контакта с аналогом, для этого и публикация на ресурсе. Одно другому не мешает - интровертная рефлексия вполне совместима с экстравертной коммуникативностью.

         Упражнения ума это математика, но вовсе не философия, и заменить термин на "созерцание" в достаточной степени адекватно.

         Но уточняю, у философии, то есть у интровертно-экстравертного созерцания не может быть никаких общих или даже частных задач, на это я и указала, и без всякой агрессивности, потому что она искусство возможного. Возможного видения вещей, их связи и взаимоотношений как они есть, но не как описаны в декларативной так называемой философии и естествознании особенно.

         Кстати, тот же Ницше, на мой взгляд, работал на публику, поскольку, вне всякого сомнения, был натурой поэтической, судя по его некоторым текстам, где нет никакого разума и света аутентичности духовного поля, но поэзии сколько угодно...)

         Я не апеллирую к уму никогда, видение вещей как они есть это прерогатива базового бессознательного интровертивного рецепторного приёмо передатчика рефлексивного аппарата, того, который занимается перцепцией, то есть "деланием" вещей в том образе, котором их видит человек, причём совершенно неведомо, что и как видит иное сознание, и есть ли оно(иное сознание)вообще, в это нужно верить, но это и проверяется - чем?.. такими вещами, как совпадения, например, или некие символы во внешнем поле, которые интуитивно читаются, несут смысл и даже дают информацию, но, как вы должны понимать, подобное взаимодействие невозможно описать в параметрах внешнего поля, поскольку сам акт записи моментально меняет параметрическое наполнение этой символики, а именно - этот акт сам является символом, перечёркивающим своё собственное описание своим появлением...)

         И поэтому истина(так называемая)исключительно индивидуальна, о чём я и говорю во многих своих произведениях.


         Ева София Браун   10.12.2015 16:01


         Так я же не на пустословие отреагировал, а на задачи) Я просто ищу общие точки, возможности понимания.


         По поводу, что одно другому не мешает - полностью согласен) А вот про упражнения ума - математика, согласиться не могу. Не одной же математикой ум движется) Он постоянно в упражнении, но у философии особая привилегия - дать уму такие наработки, которые помогут сохранить себя в совершенно новых, эсктремальных обстоятельствах, и позволят саму себя (философию) перестроить и развить. По-моему, скептик Шестов не так уж неправ в своей мысли о том, что философия призвана смущать умы, а не успокаивать их)


         Искусство возможного - прекрасный термин, мне понравился. По поводу декларативных наук - там нужно отделять зерна от плевел очень сторожко и чутко, согласен, бдительность ослабевать не должна, туфты много везде.


         Ницше, из того, что я смог у него прочесть, до того, как бросил из-за разочарования, слишком отдавался порывам, и не сопоставлял их в общую картину: то у него тело всё знает, а то уже надо всё переделать))


         Моё понимание поэтичности специфично, я под этим вижу некое подключение к "здесь и сейчас", и способность от такой соцерцательности давать мне духовную пищу прямым каналом непосредственных эмоций, бессловесных и, поначалу, неосмысленных в стереотипах. Своего рода полный интим и чистый кайф в одном) Можно это назвать также и подключеним к полю всеобщей любви в творении, о котором столько слов в религиях. Термины - лишь вехи, указатели на нечто интимное, и нередко люди не понимают друг друга, так как разными словами говорят об одном и том же, не всегда об этом догадываясь; и, наоборот, одними словами говорят о разном) Потому найти действительно общность душ, единомышленников - не такая простая задача, особенно тем, кто уже достаточно узнал себя.


         Другими словами, я соглашаюсь с Вами и про индивидуальность истины) И, если верно понял, предполагаю, что Ваши тексты - и есть поэтичность, но в очень специфических терминах) Под поэтичностью, вероятнее всего, я сам для себя подразумеваю способность к сохранению в себе образов от созерцательности, и желание эти образы выражать.


         Возможно, Вам, при желании, будет что сказать о текстах по ссылкам ниже.


         http://proza.ru/2014/09/23/142


         http://proza.ru/2015/07/30/339


         Феронин   13.12.2015 01:57


         Принцип поэтической экзальтации основан на ассоциативной реакции на ключевые фразы, несущие многовариантный смысл, точнее, в большинстве случаев, несущие отсутствие смысла как некую универсальную форму, доступную к личностному восприятию в страдальчески позитивном ключе, то есть это некий эрзац вариант получения гормона счастья(для поэта, естественно - в момент написания, чтения, обсуждения и пр.)и классического мазохизма для вникающих в эту бессмыслицу и видящих в ней каждый своё, при наличии некоего общего знаменателя, естественно - по большому счёту серьёзно воспринимать поэзию нельзя, разве что в виде некой стимуляции неких состояний для неких не совсем полноценных особей, хотя, сам принцип полноценности к принципу человечности соотносится в отрицательной корреляции, а поэтому здесь сложно уловить срединную грань, чтобы не упасть в ту или иную непродуктивную сторону самовосприятия, непродуктивную в смысле реализации личностных императивных установок.

         Так вот способы реализации этих самых императивных установок всегда подвергаются атакам шумового характера коммуникативности, которая является мамой поэзии, но к чистому мышлению(чувственному в том числе)не имеет никакого отношения и своей вязкостью пытается помешать высвобождению личностной энергетики через воплощение императивных команд.

         Говоря проще, когда человек неспособен себя реально воплотить тем, кто он есть потенциально, тогда он пишет стихи, строя этим буквально воздушные замки и конечно же испытывая от этого счастье, что просто замечательно, это самый беззатратный способ получить эндорфин и серотонин, однако - при чём здесь слушатели, зрители(артист аналог поэта, только ещё более агрессивного в схеме отъёма чужой энергии), читатели... Они обыкновенные инструменты, которыми пользуется добытчик счастья...)

         Они не имеют к этой афере никакого отношения, как христиане не имеют никакого отношения к Иисусу или физики теоретики к Дираку, Планку или Эйнштейну.


         Да, про тело: у Ницше не помню рассуждений на эту тему, но лично я воспринимаю его(тело)как универсальный барьер между внешним и внутренним и как безусловную данность, поскольку так называемое рецептурное поле позволяет(позволяет условно)внутреннему соотносится со внешним, которое не безусловно, согласитесь, и, можно хорошо это понять, что обыкновенное качественное изменение этого рецептурного поля(поля физиологических рецепторов)меняет и вселенную внешнего, что можно эмпирически уточнить у слепоглухонемых, например, то есть - тело это буквально всё что есть у личности и если и есть некая универсальная истина, то она конечно же в теле, больше ей быть негде(недавно писала об этом в одном обсуждении), поэтому, вне всякого сомнения, бог и демиург существует в действительности и он - в теле, точнее, тело это и есть Он, и его нельзя не обожать и любить.


         )))


         Ева София Браун   13.12.2015 09:15


         Беспощадно, но с любовью))


         Скажите прямо, почему Вы публикуете себя в сети, если Вам ясна беспощадная индивидуальность каждого мига само-бытия?)


         Феронин   15.12.2015 12:58


         Но это же элементарно...)

         Сеть - часть моего интровертного восприятия обоих реальностей, то есть часть меня лично, поэтому, исходя из того, что себя нельзя не любить, она(часть моей феноменальной рефлексии)требует внимания, и, естественно, его получает.

         Хотя, должна зафиксировать, что этот процесс, как и все иные процессы рефлексивного поля, подвержен девальвации своей качественной составляющей и требует постоянного расширения своего наполнения, что является конечным процессом, то есть при достижении максимы качества этого самого наполнения он(процесс)переходит в свою противоположность, трансформируясь в точку истока следующей качественной ступени, до которой ещё нужно добраться сквозь депрессивные дебри переходного периода смены ориентации в критериях нового видения смысловой сути, потому что старое видение перестаёт генерировать эйфорию преодоления, просто потому что его(преодоления)уже нет в схеме прежнего ориентирования - это знакомо всем, только иными словами. И далеко не все осознают, что нет иной методики разрешить подобный конфликт, кроме как подобно известному барону, взбираться на собственные плечи(а не плечи неких химерических титанов, что является классической ловушкой для сознания)и, таким образом, открывать страницу следующего горизонта с девственно первозданными океанами субстанции счастья... ))


         Ева София Браун   15.12.2015 14:04


         Я ожидал ответа в духе "потому, что это часть моего искусства возможного, естественное стремление". Получил как будто бы именно его?) Но, признаюсь, именно элементарные вещи иногда притягивают особое внимание. Например, всё как будто понятно в последнем сообщении от Вас. Но кое-что заставляет сомневаться в своём понимании: "Сеть - часть моего интровертного восприятия обоих реальностей, то есть часть меня лично". Это в том плане, что всё, известное личности, становится, в виде образов, уже частью личности? Тогда понятно) Любовь и внимание у Вас, по контексту, отождествлены?


         Отдельный от всего вопрос. Не подумайте, что рисуюсь этаким экспертом, со всезнающей ухмылкой) Напротив, обычные мысли, и просто сверяюсь. Мне показалось из предыдущей полемики, что где-то в Вас есть страх быть обманутой неким поэтом-артистом. Оттого Вы видите поэтов и артистов какими-то только вампирами? Полностью соглашаясь с тем, что человечество в массе бесчеловечно злоупотребляет неумением других владеть своей энергией, я делаю исключение для очень малого числа честных художников (поэтов, писателей, артистов, и т.п.) - таких, как герой произведения "Чёрный Принц" у Айрис Мердок; то есть таких, кто пишет не для ремесла, не для продажи, не для ярмарки, но из-за потребности души в самой себе. Такие личности весьма активно изучал г-н Ломброзо, называя их гениями, и считал главной причиной такой потребности (выражать образы) повышенную впечатлительность вплоть до ранимости. Попросту говоря, обычный человек в закатном освещении продолжит свои обычные дела, человек же с задатками гения в совей натуре остановится и переполнится впечатлениями, испытав нечто в духе эстетического оргазма, вплоть до боли, смотря по силе пережитого. Разумеется, одного этого недостаточно, чтобы человека считали гением в общепринятом смысле, но я к тому, что бывают люди с особым восприятием, и им не очень может быть и важно, что подумает публика, в конечном счёте - хотя, как почти всякий человек, они могут быть рады вниманию к себе вообще) Но не все, и не всякому.


         Ещё, если возможно, было бы интересно понять, что привело Вас, исторически, к такой специфической манере изложения? Мало людей изъясняются с помощью подобных терминов.


         Ловлю себя на том, что могу создавать вопросы своим желанием, но никак не могу подсмотреть процесс их формирования, они уже готовыми выскакивают в сознание )) Ловя себя и на вопросе, а мои ли это вопросы?)) Конечно же, мои, но почему такой вопрос? )) Это и есть часть того самого базового, кующего мысли?)


         Феронин   17.12.2015 13:13


         Но я не вижу поэтов и артистов некими вампирами, это просто соответствует действительности, независимо от моего видения.

         Следует уточнить, что духовный вампиризм основа всех цивилизаций, то есть вне вампирической мотивации представительства ретранслировать исходный код генетической конструкции, и таким образом личностную суть, как часть генного основания(терминология, естественно, условна, впрочем, любая терминология условна), никакого развития во множественность качественная составляющая духовной сути(воплощённой в материи тела)не могла бы свершиться, то есть рекламная компания по утверждению конкретного проекта всегда существует, понимая под проектом личностное представительство.

         Впрочем, это с позиции человеческой души, то есть в ключе коммуникативного поля, которое конечно же условно и нуждается в вере(исходя из аксиоматического понимания, что внешнее не безусловно).

         Никто не пишет для ремесла, так не бывает, просто есть мастера, есть бездарности, но в любом случае творчество базируется на демонстрации возможностей, кто бы там что не говорил.

         Формирование вашего мышления это прерогатива второй, нечеловеческой души, это её вы не можете уловить, но она в некоторых случаях доступна к рефлексивному восприятию и конечно же это и есть базовая суть, которая не нуждается ни в чём и сама знает, чего хочет. Первой, человеческой, душе следует всего лишь стараться уловить эти флюиды, их по-разному называют, в частности - императивы. Интуиция в их подчинении.

         Чувственность и чувствительность это качественная степень человечности, благодаря им и есть всё что есть в поле коммуникативности и коммуникации всего со всеми, а вот что именно за этими всеми - оно или они - можно понять лишь внутренним восприятием нечеловеческой души в поле внутреннего мира и без права передачи в мир внешний, потому что - как я уже указывала на этот феномен - истина возможна к восприятию, но невозможна к ретрансляции.


         Ева София Браун   17.12.2015 18:51


         Спасибо, Ева. Извините, если напряг личными вопросами. Было интересно.


         Феронин   18.12.2015 01:50
         Дьявол повседневной депрессивной скуки
         Свойство психики впадать в некоторый минор на основании непрекращающегося мажора говорит о необходимости рассматривать сам мажор как нечто условное, но вовсе не абсолютно позитивное, потому что факт наличия разности потенциалов психического состояния как творящего момента высочайшего уровня продуктивности говорит о равноправии и позитива, и негатива с позиции нейтрального момента фиксации происхождения чего-либо в поле восприятия, включая эманацию творения.


         Подразумевается явление акта личного переживания на основании внешнего воздействия.


         Не столь сложна мысль, что лишь способность слышать – видеть, ощущать – может быть окном или точкой доступа для нанесения нефизического удара негативной составляющей взаимозаменяемого континуума сенсорной системы личности, управляемой телом, то есть, нет никакой возможности получить позитив, не расплачиваясь энергией за внедряемый этой возможностью негатив, из чего естественным образом вытекает понимание необходимости унылой вялотекущей неопределённости, возникающей по окончании взрыва свежести восприятия некой очередной картины переменных данных, выдавших  следующую композицию калейдоскопа качественной составляющей бытия и рассчитывать на неё как на единственное настоящее средство продуктивности, так как лишь достаточное различие подобной составляющей мировосприятия и её противоположности даёт возможность рефлексивно захватывать тот или иной участок психической глиссады существования, в котором лишь переменные данные несут центростремительное ощущение всего во всём, описываемое в разных культурах по-разному, используя его(участок глиссады)по назначению, определённому психофизическим состоянием и запросом энергетического поля базовой личности, основанным её взаимодействием с альтерированными элементами рефлексивного поля, которые и определяют своей взаимоперекрёстной альтерацией момент запроса самой базы, поскольку она столь же зависима от этих элементов, сколь и они от неё, соединяясь в единое целое исключительно в моменты прямого действия, являющиеся действительностью, рождаемой из эмоций, предопределённых изначальной точкой запуска, поэтому натура неменяема и не может изменить своё исходное функциональное назначение.
         Презумпция волевого права
         Рассматривая идею права как чистое понятие, можно ясно увидеть, что оно в любом случае не более как отражение силового обеспечения определённых качественных моментов чувственной составляющей коллективного интеллектуального поля, где сама чистота понятия всегда перманентна и зависима от связи того самого силового обеспечения с  интеллектуальным полем посредством драйверов эмоциональности, которые во всех культурах достаточно отличны друг от друга, что говорит о невозможности практической реализации идеи мультикультурализма, когда лишь верхушка относительно независимого экономически социума готова принять подобное мировоззрение, так как она в любом случае всегда личностно автономна и до определённого форс-мажорного момента не имеет отношения к чистой коллективной социальности как она есть.
         Эгоцентрическая божественность
         Принимая идею божественности и единой точки созидания сущего и воспринимаемого, нельзя никоим образом найти что-либо соответствующее этим заявленным качествам, кроме как личностного эгоцентризма, созидающего своё личностное поле существования и внутреннего мира и мира внешнего, так как внешнее в любом случае не более как отображение внутреннего, непроверяемого и недоступного к пониманию абсолютно ничем, кроме как самопознания, которое не может быть чистым познанием, так как находится внутри рассматриваемой сферы взаимодействий сенсорных сигналов и мыслительных импульсов, являясь их частью, из чего и следует понимание полной закрытости этого конгломерата созидательного и разрушительного начал из которых и проистекает всё сущее в своём бесконечном множестве.


         Сложно принять аксиоматическую идею несуществования ничего вообще в принципе, кроме внутренней и внешней сенсорики полей восприятия, о которых можно сказать, что они есть лишь на основании существования физического мира во всём его великолепии, подтверждающего позитив самой божественной платформы, на которой и базируются все системы и созидания и разрушения и единения, штрих-кодированно отображаемые социальными взаимодействиями с их многообразием описания – так называемыми историческими изысками литературного жанра и религиозно философской фиксации псевдо копий элементов самой платформы, – а также естественными науками и прикладным конструированием по образу и подобию запросов единого эго, управляющего так называемым коллективным разумом, поскольку множественность всегда подобна отличию от единицы, хотя в действительности этого не может быть в принципе, учитывая единоначалие точки восприятия и точки генерации созидания воспринимаемого, которые совмещены в едином истоке и стоке, то есть истечении и стечении эманирования действующей модели вселенной, где всё не более как пульсирующий эгоцентризм, рисующий динамикой своей пульсации всё что есть без исключения.


         Вышесказанное не всегда ясно воспринимаемо, поэтому уточняя более адекватным слогом, можно скорректировать – бог это та суть, которая ощущает действительный мир во всей его полноте и не подозревает – до определённого момента – что все её ощущения результат собственного бессознательного сочинения, не более того; при осознании и понимании своего полного единоначального одиночества, где все и всё это она, а она это все и всё происходит переход на очередной уровень восприятия-созидания, на границе которого есть пограничный барьер(являющийся частью её же), фильтрующий результативные моменты сгенерированного мира и личностной реакции бога на эту генерацию, определяя качественную составляющую божественности и разность потенциала негативного и позитивного полей, где позитивное наполнение обязано минимум нейтрализовать наполнение негативное, то есть, говоря простыми словами, добро обязано превышать зло, так всегда и случается, потому что сама божественная конструкция ориентирована исключительно на позитив, где негатив играет роль, не более, но роль необходимую для тонизирования позитивной составляющей и перманентной мотивации её бытия, так как вне негативного не может быть позитивного, что достаточно просто для понимания.


         Любовь есть основной механизм безначального бесконечного существования божественного истечения, но любовь исключительно к себе, потому что эта энергия обязана контролироваться и распределяться по всему элементальному божественному полю – по всему существующему миру людей, зверей и дикой природы – в достаточно равной мере, за что в ответе лично божественный эгоцентризм, поэтому зло любви не имеет, так как оно условное существование и эфемерно как суть, которой нет в безначальном бесконечном поле существования эгоцентрического мыслительного эмоционального интеллектуального функционального(сексуального) истечения единой точки созидания сущего и воспринимаемого, и всегда конечно, в отличие от любви, имеющей много имён, одно из которых – счастье и которое бесконечно.


         Говоря совсем просто, можно вывести понятие чувственного психоделического облака, являющегося частью находящегося в этом облаке субъекта(не подозревающего, что он и бог и демиург)и рисующего на волнах его эфемерности своё собственное бытие, а также бытие как оно есть вообще в его познании, со всеми множественными или немногими наполнениями цивилизации(если она вообще создана), так как другого бытия нет и быть не может в принципе.

         Эго дьявола
         Идентично эго бога, его элемент(и наоборот), но с иной поляризацией истечения созидательных флюидов, позволяющей максимум невозможного при создании возможного, лежит в основе научно-техническог прогресса и несёт большую часть божественного негатива для мотивации позитива.
         Эго ориентации
         Как элемент и дьявола и бога и необходимой множественности видения картины сущего и чистоты восприятия сенсорики дуальной системы дух-тело, перманентно генерирует изменения психофизического плана для расширения возможностей собственно божественности(см. «Эго бога»), поскольку абсолют неприемлем утрированности примитива чувственного моновосприятия сущего эмоционального интеллектуального духовного полей.
         Экстаз ориентации
         Понятие сексуального – то есть психического физиологического функционального  – ориентирования основано исключительно на личностном восприятии собственного взаимодействия в социальном поле, где поведенческая линия базируется на внедрённом в процессе воспитания клишированном восприятии традиций реактивности на предложение, подразумевая под этим момент общения с наступающей реальностью в понимании самой реальности в ключе философии и матафизики как предложения, от которого нет возможности отказаться, что известно под понятием суперпозиции, момента между прошлым и будущим и о котором нельзя сказать ничего в утилитарном смысле, так как в этом смысле его просто не существует, но в философском и метафизическом понимании существует лишь этот момент, и более ничего нет.


         Что достаточно просто для понимания даже стандартному разуму – прошлого нет, будущее ещё не наступило.


         Именно в этом одновременно существующим и отсутствующим текущем моменте происходит трансформация ориентирования личностного самовосприятия, что основано на аффекте интровертной самооценки и вывода личности психическим автопилотом на взлётную полосу необходимого формата – или узенькой дорожки для тягловой кобылы или широкого проспекта для принцессы солнечных мегаполисов или брусчатки для рабочего быка или бронированной тропинки для свободного волка своих собственных законов или меланхолично убедительной трассы для озабоченного хмурого тушкана карьерного замысла, вариантов много.


         И все они естественным образом базируются на собственной значимости и видения себя как некоего излучателя, просматривающего закоулки предложенного момента, от которого нельзя отказаться, где поиск сущего механикой бессознательности фокусируется на состоянии равновесия внутреннего мира и суперпозиции, от которой никуда не деться, что трактуется коротеньким словом – счастье.


         В этом-то и есть смысл и суть ориентации, но вовсе не в атрибутике технического антуража – например, трансформации образа в гендерную противоположность, что не столь нетрадиционно, сколь перспективно в качестве вышеописанного излучателя, в этом и есть замысел, естественно, бессознательный – и прочих нюансов образа как сути.


         Многомерность сознания полностью полноценного представителя человечности равнозначно трактует и женское и мужское наполнение видимого духовного мира, тогда как невидимое исходит из максимы возможностей, то есть бессознательное управление личностью вполне осознаёт перспективность двойственности в отличие от монолитности, когда предел практическим человеческим духовным(а не животным)возможностям находится практически в точке старта их измерения.


         Что также сложно опровергнуть, так как стандартная человечность даже не осознаёт себя как абсолютную достаточность и никогда не рассматривает перспективы выхода из мелового круга стандартизации, что, конечно же, импонирует интересам нестандартных представителей, находящихся в том числе в поле управления, но у которых свои проблемы с ориентацией, так как новый горизонт всегда вызывает мираж новейшего, ещё более зловеще перспективного, зачастую утягивающего в омут прорывающегося к нему потенциального адепта счастья как постоянной величины, что, конечно же, классическая авантюра из которой и выводится опровержение общеизвестной формулировки – если ты умный, то почему такой бедный – на что всегда есть разумное пояснение переменной ориентации: небедный практически всегда не столь умный, то есть, говоря прямо, в списках Форбс находятся несчастные люди, а отсюда – поскольку сами себя туда загнали – классические дураки, говоря народным языком.


         Понимание законов ориентирования как направления к состоянию единения внутреннего и внешнего миров ведёт к осмысленному пониманию – что делать и кто виноват – потому как вина в отсутствии наполнения смыслом(то есть состояния счастья)всегда лежит в точке управления рефлексией и более нигде счастья быть не может, поэтому лишь рассматривая внешнее как довесок к внутреннему и адекватное взаимодействие с этим внешним – пусть с позиции метафизики и иллюзорным – может ретрансформировать личность из окаменевшего измученного бронированного состояния в то, что она есть в действительности, в реализованную функциональность чистого солнечного света, если это позитивный вариант рефлексивности, или в тёмную мрачную ипостась неведомого демонизма деструкции, если это негативный вариант, но они оба часть единого целого полнометражного человечного представительства, и нет никакой возможности вывести свет на максимальный уровень, уничтожив тьму, потому что слишком хорошо это всегда плохо и лишь чистый баланс негативно-позитивного структурирования рефлексивной составляющей позволяет рассвету и закату быть, что только и есть мерило действительности, невыводимой ничем, кроме субъективного самоанализа, основанного на социальной  суггестивности,  заставляющей импортировать гендер(или поведенческую линию, или манеру реактивности, или просто несущественную мелочь в понимании стандартной социальности, но трагически несовместимую с собой для точки управления рефлексии)в целях мимикрии, почти всегда бессознательной, что приводит к остановке солнцеворота естественности и предложение, от которого нельзя отказаться, наполняется максимальной возможной личностной деструкцией.
         Экстаз неполноценности
         Мазохизм как естественная составляющая человеческой сути не может не быть мотивирован позитивным наполнением этого состояния, достаточно часто основанным на ностальгических воспоминаниях и присущ не столько женщинам, сколько мужчинам, в завуалированном виде купированного самовосприятия мужественности, трансформируемой в женоподобное(с позиции мужского понимания)восприятие и вытекающими из этой трансформации последствиями в виде пассивной гомосексуальности и рабской любви к пассивному наполнению бытия.


         Сама суть счастливого неполноценного состояния подразумевает – при условии нормальной психики и внятного восприятия себя – конечно же эрзац счастье(тем не менее, имеющее в моментальные значения признаки счастья естественного), но никак не закономерное течение развития событий в гормональной системе, выдающей мужчине эндорфин в обмен на генерированный тестостерон и адреналин, вне которого невозможно преодоление и эта невозможность и составляет счастье мазохиста, не вырабатывающего гормон страха, который гарантирует естественный гормон счастья, в данном случае подменённый женским гормоном эстрогеном, неуместным в физиологии мужского тела, что и приводит в конечном максимально негативном итоге к суициду или хронической депрессии.


         Женский мазохизм совершенно отличен от мужского, так как является частью естества женщины и в экстазе якобы унизительного сексуального поведения женщины нет ничего ненормального, поскольку  внешнее очень часто неадекватно отображает внутреннее и одно почти никогда не связано с другим, то есть женщина может быть сексуально раскрепощена до степени мазохистского поведения, при этом не испытывая к мужчине как личности никакого раболепия, что вполне вписывается в эмоциональный рационализм женской психической системы, ориентированной на латентную независимость.


         При всём вышесказанном, следует отметить, что  мужское ориентирование на мазохизм и унижение как образ самофиксации проявляется гораздо чаще, чем женское, так как социальное взаимодействие в сфере самцов человеческого вида – понимая эту сферу как поле взаимодействия смеси человечности и зверя – предельно ориентировано на звериную составляющую этой смеси, тогда как ориентация на чистую человечность достаточно хрупка и зависима от множества психических нюансов и социальных психологических установок носителя этой ориентировки, так как ему постоянно приходится защищать свою аниму – а безусловная человечность это, несомненно, женственность – от звериных нападок социальных установок условной человечности, то есть понятийного устава и традиционного поведения, где безусловная духовность почти всегда трактуется как некая слабость и никогда личность, идентифицирующая себя аналогом мужского начала не может позволить себе проявлять женские качества, хотя их в истинном наполнении классического психотипа не менее, чем мужских, а даже более, поскольку для адекватного взаимодействия в интеллектуальной среде чистого разумения и понимания, тестостероновый окрас минимум неуместен к проявлению, так как его там просто не может быть в тех пропорциях, что трактуются заявленной мужественностью как классическим ориентиром, пришедшим из далёкого и неведомого звериного прошлого и переходящим по наследству недалёким и максимально стандартным вероисповеданием примитива.
         Экстаз би
         Соответствие внутреннего содержания внешнему оформлению само по себе является подобием вещи в себе и в любом случае есть третья составляющая бинарной пары форма–содержание, представляющая собой смысл совокупительной условно безусловной зависимости этих двух понятий, которые в раздельности несколько туманны для понимания, так как в случаях их идентичности абсолютная полноценность слияния представляет собой шедевр полноценности, рассматриваемый как конечная точка длительности развития, подобно абсолютному нулю.


         Эти редкие случаи совершенства взаимности наполнены конечностью развития, что, конечно же, невозможно осознать вне самой системы, а внутри системы тем более, поскольку экстаз полноценности ослепляет видение пограничного барьера конечности, за которым условно нет ничего, а безусловно есть что-то, но вне понимания, осознания и фиксации, что известно в разные времена под разными наименованиями, один из которых нирвана, означающее не более как смертельный прыжок в пустоту, в смысловом переводе, так как за всё есть отчётность и за совершенство в том числе, где экстаз би транспарентности  последний рубеж обороны физиологии, стремящейся удержать сознание в рамках своих законов.
         Экстаз new
         Свежесть впечатлений сексуального плана ничем не отлична от свежести и чистоты постижения новых горизонтов и завоевателями и миссионерами и перманентными путешественниками, для которых ближе смерть, чем покой пустоты точечного пребывания в нирване устоявшихся образов, когда страх нового превалирует над страхом самой смерти и могила выстраивается заживо, подобно саркофагу полуживого от скуки фараона.


         Естественно, свысока о секундах думать не стоит, но это с позиции полуночного циферблата, с позиции же первого второго и следующего старта думать о секундах признак маразма и просто ветхого мышления, внушённого почти всегда воспитанием, желающим добра, однако это добро лезет из стрелочки на 21 или даже позднее, поэтому стрелочка примерно 6 не вписывает в своё гипотетическое резюме идиотские советы прошедших дней, и правильно делает, потому что – если исключить совсем неправильный вариант событий – только то золото, что добыто лично, а не вручено на призовой олимпиаде в виде позолоченной медальки.


         Молодость всегда права, и от этого не скрыться и не уйти никаким ханжеским  комментаторам, втихую считающих свои секунды и выводя чертежи надгробия, обязанного быть комфортным не в результате просто так, а в итоге хитроумного плана – а эта идея далеко не всегда по душе стрелочке шесть утра и вечерний чай с липовой заваркой её также не впечатляет.


         А поэтому, свежесть впечатлений сексуального плана ничем не отлична от чистоты постижения новых горизонтов, потому что утро никогда не кончается в тех случаях, когда оно есть и когда оно ярко голубое и солнечно восходящее весенней чистотой взаимности противоположностей, гудящих новой волной экстатического наваждения бессмертия как образа жизни.
         Экстаз сатанинского бессмертия
         При понимании полного несоответствия понятия длительности – времени – понятию существования в ключе личного безусловного восприятия, а не декларируемого условного социального – где социальность построена на гормоне стайного счастья(наркотическом магнетизме особей) – внедрения традиционного видения мира, сама длительность открывается в своей действительной перспективе, где начало всегда субъективно, поскольку проистекает из аналогичного конца, понимая под аналогом невозможность проверки  происхождения всего воспринимаемого на непосредственную действительность, а не феноменальность сигналов нейронной и нервной систем.


         Естественно, этот вопрос – в той или иной форме трактовки – всегда интересовал не только философское восприятие, но и мистико оккультно религиозное, где за массой генерируемых терминов маячит не более как страх смерти, одиночества и, конечно же, неполноценности(включая все синонимы перечисленного), поскольку на краю существования(по крайней мере, физического) – который своим наличием внедряется идеей любой религии , как и структурным материалом и мистицизма, и оккультизма и даже самой философии – уверенность и психический мажор сохраняют или сумасшедшие от природы, или загнавшие себя в это состояние мантрами слова или идеограмм, или же не имеющие физических сил вообще чего-то бояться или просто клоуны, играющие роль, отточенную всей предыдущей методикой образа существования или ещё некто, о ком идёт речь.


         Человек разумный – в полном смысле этого слова – традиционно просто выбрасывает из головы конечность горизонта и оставляет её в своём подсознании(понимание действительного не может же куда-то испариться), откуда оно и воздействует на психику, заставляя жить или прошлым или будущим, но никак не текущим моментом, поскольку он традиционно считается или несуществующим или ничего особо не значащей ступенькой, поэтому все без исключения – в нормальном состоянии восприятия реальности – и живут или прошлым, или будущим, здраво рассуждая о секундах,  но не замечая собственного качественного изменения при подобном образе мировосприятия.


         Предусмотрительно для пользователей существуют опиумные и иные рецепторы тела, способные воспринимать генерируемые этим телом химические флюиды счастья – не имеющие никакого сравнения с их искусственными заменителями(поэтому состоявшаяся, то есть поймавшая расшифровку замысла самой себя личность никогда не будет ничем злоупотреблять, у неё своей «дури» с избытком хватает) – и они существуют как раз для этого – для понимания смысла сути личностного существования, который заключается не более как в абсолютном недоверии к диктуемой версии трансляции образов, точнее,  к их традиционной версии, так как само понятие традиции основано на внушении действительности действительного, в действительности же сама действительность изначально и предусмотрительно построена и устроена для существования в ней в состоянии полного и окончательного – то есть непрерывного  –   человеческого счастья, для чего и есть в наличии вышеуказанные рецепторы, используемые почти всегда не по назначению, подобно разведению костра из денежных купюр.


         Хочешь быть счастливым – будь им. Замечено верно, однако рецептурный справочник(как реально быть)почему-то в философских изысках отсутствует. Не потому ли, что все без исключения подобные изыски сами по себе и есть собственно рецепт, то есть вся эта безумно бесконечная писанина всех познавателей сути жизни и принципов всего, что только есть, как и духовная клоунада религиозных ремесленников, мистиков, оккультных дел мастеров предназначена исключительно для пользования самими авторами всех произведений бесконечно различных жанров, точнее для пользования вышеуказанными  гормональными  рецепторами, тогда как обыватели от психоделики, не имеющие дара творения, наивно перечитывают словесную абракадабру, кидаясь в различные воды для омовения, напяливая на себя различную мишуру и рассчитывая не умереть там, в конце, тогда как здесь, в бесконечном начале, смеясь и беззаботно порхая по жизни подобно солнечным бабочкам, весело проводят своё бессмертие отцы основатели всех бессмысленных сказок и философских откровений, возбуждая свои собственные рецепторы счастья не наркотическим алкогольным суррогатом, а расширением себя любимых за пределы всех существующих вселенных, так как кроме точки восприятия в поле воспринимаемого истинного нет ничего, при условии, что эта точка всегда в мажоре и всегда беспроблемно поглощает предлагаемое ей зрелище, подавляя его собственными генерируемыми мирами, кроме которых для неё нет ничего и не может быть в принципе.
         Магия зверя
         Стоит уточнить, что всё рефлексивное взаимодействие психики человека, то есть его эмоциональное состояние разума(можно сказать и души, но нет возможности отличить её от разумения, то есть от рефлексивного самосознания)с внешним миром своих подобий это не более как сравнение внутренних шаблонов поведенческих стандартов с реально воспринимаемыми разумными субъектами, воспринимаемых таковыми по умолчанию, хотя это не обязательно гарантированно и в это приходится верить на основании возможности интеллектуального контакта, где интеллект определяется достаточно условно, учитывая звериную от природы сущность человека и вообще его звериное внешнее подобие.


         Подразумевается, что интеллектуальный или прикладной контакт людей без камуфляжа условностей цивилизации – то есть хотя бы одежды – будет совсем иным, чем за столом переговоров в офисе, скажем так.


         Нет никакого сомнения, что звериная физиологическая суть высокого порядка даёт социальное преимущество в лидировании хотя бы из-за того же рефлексивного взаимодействия психики человека, когда слабый генетически зверь охвачен влиянием ауры силы, исходящей от генетически сильного зверя, что демонстрируется  повсеместно во всех иерархиях социума и нужно быть последним кретином, чтобы не воспользоваться внешними данными для достижения социальной или иной цели, связанной со взаимодействием стаи, то есть коллективного сознательного направленного движения мотиваций.


         Естественно, это в большей степени касается гендерного представительства патриархального восприятия реальности, – не обязательно в среде мужчин, так как есть женское подобия, не уступающие своими звериными качествами в стайных контактах никакому мужчине, более того, женщина прикрыта дополнительно фактом своего пола – в матриархальном же восприятии это проявляется не столь явно, но гораздо более эмоционально, так как женщина не является зверем в любом случае и это-то и есть главная проблема взаимоотношений полов, часто приводящая к смене лидера не зависимо от его генетических качеств, так как мужчина в любом случае рождён женщиной,  и это неоспоримое подсознательное преимущество часто имеет достаточно трагические последствия при разрыве отношений, где первый в этом разрыве видит материнский аспект отторжения, что приводит к суициду, тогда как вторая достаточно легко переживает смену напарника, определяя этим более высокую стабилизационную надёжность психического аппарата в реальной жизни, а не ролевой игре магии завязывания отношений.


         Проблема звериной сути в мужском рефлексивном обозрении заключается именно в изначальной установке на позицию мачо, хотя противоположная установка часто приводит к смене сексуальной ориентации, что в конечном итоге, то есть на определённом участке жизненной глиссады, несёт ещё большие проблемы, чем рефлексивный образ мачо, если только гомосексуальный неофит не попадает в закрытый социум аналогов – только по этой причине уже стоит в некоторый момент разделять в какой-то степени традиционное и не традиционное гендерное ориентирование, так как в смешенном порядке эта комбинация достаточно проблематична социально и не только, подразумевая достаточно высокий потенциал интеллекта и, что не менее важно, эстетизма представителя ЛГБТ-сообщества и несколько иной представителя стандартного видения отношений, что вполне пояснимо обыкновенным моментом самооценки, так как у нестандартно воспринимающих себя достаточно велика степень мотивации и, как пример, когда говорится, что левша более в чём-то способен, это просто имеет место путаница причины и следствия, так как левша изначально с раннего детства ощущает свою особенность и мотивирован различными психическими установками на подтверждение своей особенности, не более – это же касается и прочих вариантов подобного.


         Поэтому классический мачо, обладающий здравым звериным чутьём, часто несознательно(или осознанно) понимает необходимость максимального сглаживания своей звериной ауры, которая по душе далеко не всем женщинам, не говоря уже о мужчинах, и таким образом в свет явился метросексуал как психорефлексивный вид мужской особи, пытающейся балансировать между своим эстетизмом и звериной генетикой, окутанной туманом иллюзивного напыления человечности, которая как понимание самой себя проделывает с сознанием людей такие выкрутасы, что многие до конца своих дней так и не понимают: что же это такое – сон, или тихое сумасшествие, которое всегда с тобой.
         Магия оргии
         Человеческая социальность  как необходимость выживания в мире постоянных угроз различного происхождения конечно же не может не быть генератором состояния релаксированного социального оргазмирования для предотвращения одной из самых важных угроз психике и сознанию единицы социума – депрессивного состояния и эмоциональной неустойчивости рефлексии в отрегулированном поле равновесия дикого мира, где отточена каждая деталь взаимодействия всего во всём, исключая человека как вид, который своей социально организованной деятельностью является паразитом в мире флоры и фауны, что невозможно отрицать, глядя на последствия его существования в течение хотя бы некоторого продолжительного участка длительности, наводящей на размышления о наличии некой системной защиты дикого мира от этой напасти, защите, которой не может не быть в комплексной организации законов инстинкта и развития видов.


         Страх и эмоциональная неустойчивость это самые яркие и распространённые состояния людей в процессах преодоления вызовов природы на дуэльное противостояние, где природный ресурс защищён от ресурса человеческого отсутствием эмоциональной составляющей, которое способно убить отдельную особь человеческого вида всего лишь излучаемыми проблемами и испытываемым вслед за этим излучением страхом.


         Искомое противоядие от этого наваждения, конечно же, было найдено в самой социальности как взаимодействии цельного с психологическим раствором подобий, единя и множа рефлексивную бронезащиту от инстинктивного излучения проблематики непознанного, что определяется как коллективное условное сумасшествие, снимающее напряжение дуэльного удара внешнего мира до номинальной релаксации животного удовлетворения.
         Магия дьявола
         Момент творчества как сложносоставное взаимодействие духовного наполнения и физического воплощения в любом случае несёт скрытый посыл самому автору в первую очередь, так как является некой эманацией из недоступного поля личной аутентичности, то есть автор всегда пишет о себе самом или своих внесознательных(или осознанных)альтер-эго, поэтому сочинитель от своих персонажей неотделим, как считается традиционно, поскольку они воплощение его способностей к желаниям.


         Потенциальность же в любом случае базируется на любви к себе, поэтому размноженная любовь подобного типа рождает множество смысловых ответвлений, одним из которых является самолюбование посредством творения, что почти никто прямо и ясно не осознаёт, но, тем не менее, это является главной мотивацией творчества вообще и познания в частности, так как любой истинный мыслитель осознанно или нет принимает идею своей личной божественности, по крайней мере в момент творения, так как, отрицая догматику приоритетности в принципе, и осознавая, что идеальное поле едино, что можно ощутить императивно, в нём невозможно обнаружить ничего вообще, кроме рефлексивной бесконечности, где и бог и демиург это сама рефлексия, так как кроме неё у воспринимающего духовный сигнал нет и не может быть ничего в принципе.


         Естественно, возможно предположить, что это поле вовсе не личностное – что и трактует религия – и автор идей и вообще всей радуги рефлексии некто иной, что никаким образом ничего не меняет, так как в любом случае искусство мышления, как и искусство творения, есть искусство возможного, поэтому принимающему рефлексивный сигнал предположительно даётся выбор признания верховенства личности или некой эманирующей силы, что и определяет качество и способность адекватного отображения сатанинского или божественного в своих собственных произведениях, так как и первое и второе есть синонимы и никаким образом не отличны друг от друга, разве что яркостью экспрессии.
         Магия макияжа
         Осознавая божественность женщины и самой женственности на уровне инстинктов, большинство мужчин считают макияж некой естественной принадлежностью, само собой разумеющейся в общем образе, что конечно же так, но главный смысл и косметики и общего антуража образа, включая всё, вплоть до цвета стиля объема возраста опыта визажиста и манеры очередного тренда насыщенности ресниц и креативности причёски не совращение особей мужского пола, как большинство из них считает и думает, а исключительная любовь женщины к себе и некоторым образом к своим подобиям, тогда как мужчина это не более как часть интерьера, хотя и действующая практически модель, и от него требуется энергетическая отдача во всех смыслах этого слова, однако более ничего и мир женщины для него закрыт полностью во всех смыслах, так как даже она сама не всегда понимает его, но ощущает эмоционально в любом случае.
         Магия любви би
         Способность рефлексии к дублированию самой себя и созданию самостоятельного аналога, независимого от плоскости эмоциональной составляющей есть высшая степень как интеллектуального, так и духовного существования, поскольку единоначалие стандартного самовосприятия в той или иной степени граничит(или полностью соответствует)с классическим закрытым эгоцентризмом психической доминанты, где эго позиционируется с окончательным безусловным показанием реальности – установкой единой  истины – и фиксируется на самом себе, вне экстравертного расширения, что всегда приводит к резко отрицательному балансу интро и экстра факторов психофизического перцепционного ряда, другими словами любовь к жизни подменяется любовью к эго(закрытая любовь к себе, вне восприятия всего мира своим элементом), что нефункционально, ведёт к деградации и достаточно часто суицидальному исходу подобного мастер-класса самолюбования, потому что природная генетическая социальность не позволяет подменить себя абсолютным верховенством моно рефлексии, как можно обозначить подобную психическую схему и в случае форс-мажорного фактора инициирует самоликвидацию.


         Реактивность бинарной рефлексивной системы, взаимно транспарентной и ориентированной на неделимую себя, но при безусловном верховенстве внеэмоциональной её составляющей абсолютно самодостаточна и не подвержена никакой инициации из глубины генетического кода, поскольку имеет свойство устойчивой множественности, расширяющей адаптивные возможности до максимума, при которых самоликвидация возможна лишь по взаимной договорённости бинарной пары, утверждённой второй сигнальной системой как высшей арбитражной инстанцией, поскольку все без исключения и когнитивные и эмоциональные решения основаны именно на способности воображения адекватно реагировать на предложенные условия воспринимаемого текущего и перспективного момента.


         Любовь как чистое истечение истины возможна исключительно в случае направления её эманированного рефлексией луча на себя и более никуда, так как в противном случае это уже не любовь, а раболепие и его синонимы, потому что лишь любя себя можно любить всё остальное, принимая его или не принимая в сферу индивидуальной реальности, но в любом случае позиционируя его как продолжение рефлексивных коллизий, чем оно и является в действительности.


         Истина как чистое истечение любви всегда есть, нюанс лишь в адаптивном моменте, в драйвере единения и осознания этого нюанса, которое всегда даёт один единственный вариант понимания – истина есть любовь к себе посредством самодостаточной любви бинарной пары друг к другу и расширении экспрессивного поля этой математической эмоции духа до последнего возможного горизонта восприятия, где магия бинарной любви переходит в новое качественное состояние, совершенно неокончательное, поскольку не имеющее начала никогда не будет иметь конца.
         Магия бессмертия
         После некоторого возрастного момента многим разумным людям становится ясна одна действительная и безусловная истина, – никогда и ни при каких обстоятельствах в достаточно серьёзных вопросах никому – без всякого исключения – нельзя  верить на слово, то есть верить просто так, подразумевая видимую естественность предмета веры основанием для самой веры.


         Это как понятие давно освоено в мире политики, коммерции, прикладной физики,  в мире конкретных дел, короче, включая мир терроризма и бандитизма, где ясна достаточно чётко цена самого слова, без его обеспечения материальным наполнением, в качестве которого в некоторых случаях выступает некий авторитет или авторитеты, но от этого и существует перманентная проблематика глобальной социальности, основанная, конечно же, на неспособности ясно мыслить той физиологической сути, которая как генетический материал внешне – в основном вербальными способностями – соответствует клишированному  образу ведущего у многочисленных ведомых, это касается не только политики и бандитизма, но и научного мышления в целом, что не есть некая психоаналитическая новость.


         Сложно воспринимать мир сущего, как то, что он есть такое в действительности, находясь в плотной ауре необеспеченных реальным наполнением слов, в ауре, которая, собственно говоря, и есть духовный мир человечности и никаким образом эту ауру нельзя рассматривать в некоем ключе негатива, поскольку практически все духовные интеллектуальные ценности развитый человек современности получает из книг, из необеспеченных слов, говоря прямо, но необязательно бросаться под поезд как Каренина, чтобы ощутить трагизм некоторых нюансов человеческого бытия, хотя, конечно же, здесь есть много места для суггестивного воздействия, которое и происходит  во все времена, начина с Гомера и ранее.


         Само вялотекущее счастье интеллектуального бытия – используя это словосочетание – строится исключительно на необеспеченном материале семантического ряда, и к этому нет никаких претензий, это даже не обсуждается, поскольку материал всегда принимается на веру, подобно сводкам с передовых военных действий или данным списка Форбс.


         Однако некоторые базовые – говоря несколько эвфемически – вещи личностного бытия(хотя неличностного быть не может, однако это вопрос понимания сути и смысла феномена самой жизни как она есть)по ценности их соответствия декларации наполнению несопоставимы со  всеми остальными нюансами, лежащими у подножия этой базовой сути бессмысленной кучной ненужностью.


         Речь идёт о жизни и смерти.


         Эти две границы условного поля длительности составляют абсолют человеческого существования и в свете конкретного их рассмотрения, всё остальное меркнет и падает в пустоту бессмысленности.


         Что вряд ли кто будет оспаривать и по этой же причине демонической неизбежности подобная тематика практически не рассматривается рефлексией и одновременно служит полем для глобальной мистификации, которой пользуется и религия и мистика и оккультизм и даже философия, поскольку краткое определение философии как познания можно вывести просто – размышления о смерти.


         Принимая на веру своё собственное рождение – а это, безусловно, чистейшая вера – личность автоматически попадает в ловушку суггестивности так называемого реального мира, что, конечно же, естественно, так как существующий в сознании личности мир на этом и построен и в философии даже выведено понятие трансцентденции, в мистической религии понятие нирваны и пр., то есть предположения о некой действительной картине бытия, а не внушаемой гипнотической социальностью и генерированными воспитанием образованием мыслеформами, что, как предположение, выводится из интуитивного ощущения тотального различия животной сути человека и его мыслительного рефлексивного наполнения, никому неведомо, каким образом сгенерированного, так как в пояснения опять же приходиться просто верить, принимая на веру и факт генерации, то есть личного явления, инкарнации или метемпсихоза, что можно просто отбросить как обыкновенную идею, каковой она и является с личностной позиции(можно напомнить, иной быть не может)и принять идею безначальности и, естественно, бесконечности, так как в личную смерть также приходится просто верить, а вера – как уточнено выше – никогда не рассматривается в мире действительности как нечто серьёзное, а точнее говоря, рассматривается как механизм мошенничества, не более.


         В контексте понимания эфемерности всего спектра сигналов, транслируемых органами чувств – в которые тоже нужно просто верить – можно понять, что единое неделимое и не косвенно существующее вне всякой веры это рефлексивное самосознание, пользующееся, конечно же, системой сенсоров тела для вывода самой рефлексии в комфортную точку существования, где сама комфортность является истинным истоком человечности, так как вне комфортного существования ничего кроме животного взаимодействия тел произведено быть не может и все без исключения истоки действующих идей находятся в поле комфорта и благосостояния, когда реализация этих идей, конечно же, требует жёсткой животной функциональности, реализующей посыл из безначально бесконечного рефлексивного созидательного момента, находящегося вне длительности как понятия, то есть вне временной условности математичности и её системы описания атрибутики вероисповедания сенсорной картины якобы действительного, подразумевая под этим моментом творящую фиксацию рефлексии на самой себе, которая никогда не может быть материально отнесена к генерируемому миру, так как генератор это и есть она сама, вне какого либо условного понятия длительности, то есть вечно юная, подобно утренней хризантеме, меняющей на некоторое условное время поток генерирования и его восприятия в различном концептуальном смысле, чтобы ощущать разницу, потому что это ощущение и есть истинная и неугасаемая молодость вечности.
         Метафизика зла
         Можно рассматривать зло с традиционной человеческой позиции как нечто противоположное вообще самой человечности, хотя никто не будет отрицать, что оно является неотъемлемой частью мира людей, а если это так, то или сама человечность не совсем истинно трактуется или зло нечто другое, а не то, что принято считать как понятие.


         Относительность как категория лежит в основе всего сущего мира людей, хотя теоретически существует и некий абсолютизм, впрочем, реальное его наличие достаточно сомнительно, включая и скорость света, и абсолютный ноль и прочие природные тупиковые крайности, выведенные на кончике пера и снятые с показаний приборов, вовсе не являющихся абсолютным мерилом.


         Относительность зла, конечно же, аналогична относительности той же скорости света, то есть это туманное и неопределимое внятно понятие, когда одно психофизическое наполнение действием намерением компенсируется другим – попросту, зло одной позиции генерирует добро позиции другой – и вывести так называемое зло абсолютное не представляется возможным, разве что на примере извержения вулкана, губительного цунами, разрыва оболочки атомного реактора, оползня, выброса глубинных газов, падения болида, самолёта, ракетоплана, канатоходца и пр., однако в данном случае, если принимать последствия как зло, то оно истекает от теоретического бога или же заложено детерминированным моментом прошлого, но никак явно не прорисовывается в качестве объекта, субъекта или управляемого намерения некоего физически существующего потенциального действия.


         Классическая человеческая злоба несёт добро воплощающему намерения зла, то есть источник действия испытывает состояние эйфории, даже счастья, нанося художественные мазки на картинку своего задуманного произведения, поэтому здесь нет зла в полном и чистом смысле, но лишь зло относительное, подобное хирургическому вмешательству сумасшедшего доктора.


         Это же касается и маниакальных штрихов теоретически нормальных людей в повседневной жизни, однако глубоко несчастных вне ауры воплощения скрытых желаний, а именно серийных убийц, насильников, извращенцев, которые, собственно, по-настоящему живут лишь когда убивают и планируют, то есть проигрывают воображением предстающую творческую миниатюру – или галерейное полотно – и таким образом вырабатывают добро для себя, испытывая яркость истинной жизни с позиции психики подобной личности, что, конечно же, нормальному человеку сложно представить добром, однако абстрагируясь от личностного восприятия нельзя не признать – убийцы извращенцы люди, а не звери, поэтому всё человеческое распространяется и на них, почему, кстати, и существует идея неприменения смертного приговора.


         Невменяемость не оправдывает итогового момента её некоторых практических действий, как и вменяемость планируемых военных операций по физическому уничтожению живых людей, именуемых противником, однако второе в законе, а первое нет, что вводит диссонанс в чистоту определения зла как феноменальной категории, включая в этот диссонирующий момент и политкорректность избирательного действия, известную многим нациям и народам на протяжении всей предполагаемой истории человечества.


         В итого можно сделать гипотетический вывод, что зла попросту не существует, есть точечные моменты действия бездействия, относительные множеству критериев, где добро – чистое счастье убийцы, насильника, победившего бойца, победившего социума – также достаточно относительно, а поэтому не может рассматриваться как абсолютная категория, подобно личному существованию, то есть рефлексивному восприятию, которое есть единственная безотносительная суть.


         Принимая же внутренний мир личности единственной безотносительной сутью, – каковой она и является с любой позиции, так как любая позиция не более как рефлексивный элемент – можно вывести её в степень абсолютного добра, поскольку зло внутри интроспективной схемы принципиально не может существовать и даже суицидальный момент – максима рефлексивного негатива, можно сказать абсолютное теоретическое зло с позиции экстраспективности – в действительности является безусловным личностным добром, что сложно оспорить любым психоанализом, потому что внешнее никаким образом не может оценивать внутреннее, разве что шаблонными схемами, прикладывая кальку оценочного традиционного свадебного платья на гибкую фигуру молодости и пытаясь выяснить, что же она такое и как она там, за горизонтом недосягаемости, которая всегда свежа подобно утренней орхидее и не ведает о существовании заката.
         Метафизика магии
         Магическое всегда непознанное, при познании аура магнетизма загадочности полностью улетучивается, подобно третей неделе брачного путешествия, поэтому истинно магическое всегда несуществующее в мире людей, но, тем не менее, следы этого несуществования всегда есть, так как мир это личность, не более, но и не менее, и в себе она может найти всё что угодно – его там не может не быть в принципе – и, конечно же, при достаточном желании находит, в  чём и заключается исключительная ценность любви к жизни, так как любовь в прямом смысле слова может всё и нет ничего невозможного в поле физического мира, так как он сам не более как часть мира духовного, рефлексивного и полностью управляемого владельцем рефлексии, при условии его волевой возможности взять её в ручное управление в некоторых необходимых случаях.
         Метафизика власти
         Следует чётко осознавать, что власть как чистое понятие своей сущности это максимальная степень свободы как понятия, что осознаваемо далеко не всеми, хотя все без исключения испытывают минимум дискомфорт в отсутствие свободы определённого – чисто индивидуального – порядка, и даже смертников в одиночных камерах выпускают на прогулку, так как система человеческих взаимных требований зафиксировала некоторые общечеловеческие ценности как невозможные к невыполнению в определённой степени в определённой ситуации, однако ситуация ситуации рознь и жажда свободы также не может быть равномерно распределена между функционалами поля её потенциала.


         Вышесказанное поясняет основную мотивацию жажды власти как смысла жизни и  мировосприятия, хотя на первый взгляд причины вовсе не в этом, а в некоторых материальных и эмоциональных благах, которые достаточно косвенны и не имеют ключевого значения, но кончено же как системные требования имеют определённое значение для тонуса рефлексивного потока, настроенного на максимальный захват внимания социального пространства и, что самое главное, на обеспечение личностной самоценности для эго – употребляя это слово – первого порядка, то есть животной сущности, идущей вслед за сущностью духовной и почти всегда висящей на ней пудовой гирей иждивенчества, тогда как эго второго порядка, проистекающее из сущности духовной не знает никакого ограничения в своём направленном движении эгоцентрической экспансии, вовсе не нуждаясь в каком-либо обеспечении, поскольку самодостаточно, и по этой причине перманентно конфликтует с началом животным, откуда и проистекают психические коллизии непредвиденных технических нюансов, известные фактическими историческими свидетельствами, на основании которых некоторые исследователи выводят заключения, что страсть к власти базируется на некой психической ненормальности.


         Психическую неадекватность демонстрируют как раз сами эти исследователи(Григорий Климов как самый яркий образец авторизованного сумасшествия), поскольку стремление к свободе заложено на генетическом уровне животных вообще, а в человеческой личности животное начало превалирует в любом случае, потому что духовная суть эфемерна как тонкое поле взаимодействия с аналогичными полями и даже можно сказать, что с позиции чистой коммуникабельной животности, духовность в каком-то смысле может констатироваться как некая степень сумасшествия – что и транслировал Климов, но в иной терминологии – по причине тотального различия механизмов захвата свободы и смысла жизни, поэтому не всегда ясно понимаемое устремление часто демонизируется до инфернальной степени, что как определение сути стремления к власти несколько наивно и даже инфантильно в своей примитивности.


         Естественно, пути духовного наполнения человека к освобождению от негативной ауры мира социальности не всегда линейны и не идентичны, а конечность стартового забега практически никогда не просматривается в точке запуска реализации инициированного внутренними императивами импульса амбициозности, поэтому чистота замысла и минимизация побочных эффектов подобной дороги к счастью – а это именно так – никогда не возможна к предварительному редактированию, поэтому классически принято считать, что цель ничто – дорога всё, и это-то конечно предположительно так и есть, но лишь с позиции старта, неизбежного финишем, после которого неведомость скрывает все видимые следы, и с позиции финиша, вне всякого сомнения, картинка прорисовывается в ином эмоциональном духовном освещении, которое ретранслируется во что угодно, но не в действительное наполнение чувственно интеллектуальной схемы рефлексии, пример чему тот же Борис Березовский(как яркий субъект русскоязычной социальности)и подобные ему представители чистой классической амбициозности, когда нижняя планка запроса на оптимальное существование зафиксирована намертво, не допуская снижения уровня качества психического поля, что и приводит к соответствующим результатам.


         Григорий Климов в своём творчестве психопатического порядка описывает прямую связь жажды власти(свободы)и сексуального поведения, что выглядит как минимум странно, понимая под странностью ожидание от свободного человека монашеского воздержания, олицетворяющего крайнюю степень несвободы для мыслящего, а не религиозного представительства, потому что животное и духовное эмоциональное интеллектуальное наполнение неведомой человеческой сути в любом случае должны каким-то образом находить общий знаменатель для реализации в поле физического пространства своего энергетического потенциала, который чем выше в интеллектуальном смысле, тем избирательней относится к традиционному навязанному стадному рефлексивному ориентированию, выискивая свои собственные схемы взаимодействия интеллекта, духа и гендера, потенциалов, которые достаточно часто не постоянная величина, а переменные данные с перманентным взаимоперекрёстным генерированием нового порядка восприятия и его фиксации в реальном действии, что и есть творчество и созидание в полном, а не ограниченном смысле определения сути творения и что практически невозможно для понимания стандартным пользователем разума, потому что истинное понимание доступно не априори, но лишь присутствием в реальной схеме, тогда как рассуждения априори в действительности не более как источник постоянных помех для истинного понимания взаимодействия психически социального порядка как он есть в текущий исторический территориальный момент.
         Метафизика оргазма
         Нельзя не констатировать, что состояние физиологического оргазма и что ещё более важно, его потенциальность в такой степени влияет на  восприятие мира взрослых человеческих особей, что нельзя не признать эту потенциальность базовой метафизической сутью всех человеческих цивилизаций без исключения.


         Непосредственное восприятие возможного к восприятию невозможно при традиционной работе интеллектуальной системы человека, выдрессированной читать лишь стандартизированные клише средствами интеллектуальной обработки(то есть образами), поскольку она всегда даёт некоторые поправки на смещение сознания в той или иной ситуации, потому что личность скрыта в животном начале, и что первично, а что вторично в рефлексивной органичности, вопрос риторически индивидуальный, так как всё личностное базировано на страхе и наслаждении, где первый создаёт мотивацию и генерацию нейтрального или доминантного решения в социально личностных или амбициозных коллизиях, а второе нейтрализует первое и вводит в метафизическое состояние, понимая под метафизикой именно идею первоисточника этого термина, то есть состояние вне естества, вне природы, вне физики, хотя происхождение гедонистических импульсов считается вполне естественным, и даже более; тем не менее, трансцендентность сексуального прямого действия не позволяет выстроить математическую модель этого состояния для аналитического рассмотрения самой сути, так как для чистоты эксперимента необходимо всегда находиться в системе, в этом же случае интеллект не в состоянии работать по традиционной схеме; говоря яснее, он не работает вообще, что достаточно усложняет аналитическое исследование смысла этого ключевого социального взаимодействия, исключая репродуктивный момент, который в существующей цивилизационной схеме неактуален.


         Таким образом, непосредственное восприятие возможного в состоянии оргазма возможно лишь при системном рассмотрении, однако при выходе из системы координаты оценочных результатов нивелируются до исходного практической схеме состояния, и даже более, то есть знания непознанного сжимаются в его незнание, что осложняет момент описания и фиксации сути для её академического внесения в список всего что есть, так как этот список является истинной книгой бытия, в основе которой лежит не смерть и боль, а любовь и сексуальный оргазм как религиозное наполнение атеистической сути чистого познания, потому что нельзя не признать атеистическое мировоззрение  религией интеллектуального истеблишмента, исключая паразитические прослойки академических школ, где чистая способность мыслить подавляется догмами мёртвого мира фетишизма от пиетета к непроверенным аксиомам и постулатам, на которых держится весь институт традиций другой религии – традиционного научного познания.


         Внефизическое состояние сексуального оргазма как высшей степени нейтрализации интеллектуальной нагрузки в некоторой степени можно классифицировать как трансцендентное, хотя само понятие трансцендентности расшифровывается не более как незнание, тем не менее, именно незнание, удаляющее излишнее знание в некоторых случаях является идеальной медитативной практикой саморегулирования человеческой системы, где всегда доминирует естество, хотя планирует и проявляет амбиции именно неестественность интеллекта, понимая под неестественностью полное отличие от рефлексивной автоматики инстинктов стандартного животного, даже достаточно высокоразвитого, но, тем не менее, не имеющего ничего общего с человеческим существом, поскольку человек это не тело, а его эстетически-духовное восприятие.
         Метафизика паранойи
         Многовариантное поле разума, охватывающего духовную суть и улавливающего тонкие поля инвариантности постпозиции, проистекающей из суперпозиции, детерминированной неменяемым статусом линии возможного - так как невозможное всегда не более как помеха, его не может быть и не будет никогда - всегда выдаёт истинный вариант конструкции общего порядка, где детализированная механика процесса видения неуместна, так как в этом случае блокируется эмоциональный момент, который и есть действительная жизнь и ради которого работают все остальные психофизические механизмы, поэтому несбывшееся ощущение неизбежного есть высшая степень духовной интеллектуальности, когда соответствие ощущению трактуется как высокая степень интуитивного ума, а несоответствие как психоз, который таковым является не всегда, а только в предположительных клинических случаях, когда детализация этой клиники всегда под большим вопросом и в которую приходится просто верить на слово.
         Метафизика депрессии
         Депрессивность как состояние не может не нести смысла и назначения, то есть это психическая команда на изменение качества восприятия действительности, не более того, однако и не менее.


         Под качеством подразумевается вовсе не адекватность – потому что адекватное восприятие далеко не всегда несёт наполнение смыслом, то есть перманентным состоянием полноценности, – а коррекция психического восприятия текущего момента до степени его субъективной адекватности, но вовсе не социальной.


         Социальная адекватность сама по себе достаточно часто наполнена негативом, что известно практически всем, однако вне социума этот негатив нейтрализуется адекватностью субъективной, приводя психическое состояние в равновесие баланса внешнего и внутреннего восприятий.


         Внутреннее наполнение это безальтернативное поле рефлексии, вынужденное контактировать с наполнением внешним, достаточно альтернативным для многовариантных перекрёстных возможностей функционального порядка, хотя технически альтернативность не столь множественна, как теоретически, поэтому для достижения максимы преодоления технического уровня и существует депрессия.


         Конечно же, здесь, как и везде, есть подобия и смысловые синонимы, поэтому далеко не во всех случаях депрессивное состояние реализуется в техническое изменение ситуативного порядка, то есть при наличии аналога функционального созидания достаточно часто в поле рефлексии запускается именно аналог, но не точка старта детерминанты нового порядка существования, что требует высокой энергетической отдачи, поэтому используется или наркотическое психоделическое релаксирование, включающее картину аналога или традиционный суицид.


         Волевое психоделическое релаксирование как подмена невозможности использования технического порядка в силу его отсутствия по какой-либо причине является альтернативой наркотическому исходу или суициду, но здесь главным энергетическим источником является сила рефлексии, включающая любую из множества подобных альтернатив, поэтому самым ценным и действенным механизмом защиты духовной сути является яркость эмоционального воображения, что, конечно же, не может быть оспорено никакой логикой, поскольку эмоциональность это мама и логики и всего естественного порядка вещей мира человека, где запуск всех механизмов созидания во всех смыслах этого понятия лежит исключительно в поле эмоций и более нигде его быть не может.
         Метафизика графомании
         Исключительность  возможностей в смысловом поле творческого созидания в рефлексивном поле компенсирует конечность элементов реально окружающего мира, который вне описания личностным окрасом суров, тосклив и мрачен, подобно религиозному мероприятию.


         Поскольку основные психофизические постулаты практически плагиированы из собственных перекрёстных конструкций, постольку безусловная конечность не только элементов реально окружающего мира, но и описания элементов предполагаемых не может не вызывать некоторой степени меланхолии в единой точке восприятия.


         Как возможность изменения метафизической клетки предельности впечатлений, множественность восприятия даёт возможность изменения угла обзора одной и той же смысловой сути, испытывая при этом абсолютно разные эмоциональные состояния, что неизвестно никаким эзотерическим школам, поскольку подобное знание эгоцентрично индивидуально и не может быть передано каким-либо образом вне зеркальной системы личностной рефлексии, бронированной самодостаточностью.


         Подобное метафизическое восприятие реальности определяется интровертным сознанием, перманентно изменяющим своё состояние на экстравертное, получая, таким образом, исходный материал так называемой реальности для инициации виртуального варианта переживания, который в любом случае ярче и неповторимей своего исходного аналога, чем и пояснима вся схема метафизического преображения тоскливой предельной материальности в пограничное состояние беспредельного умножения эмоциональных энергетических полей, получаемых в состоянии экстравертности.


         Только смешанный экстравертно интровертный тип личности в состоянии фиксировать реальное в достаточной степени адекватности отображения его аналитически виртуально, без смысловых помех так называемых учителей коллективного образовательного, так как классический интроверт не видит сути описываемого предмета, не ощущая его полноту восприятием бездумности и яркости экстраверта, классический же экстраверт вообще наполовину животное, неспособное к аналитическому просмотру рефлексивной записи состоявшегося реализма и, тем более, генерированию на его основании некоего отображения, способного храниться вечно не только в поле прямой констатации, но и в поле эфемерности впечатления, что гораздо сложней и, собственно, есть основной смысл любого творчества.
         Метафизика порнографии
         Проста, но, тем не менее, секрет имеет, который магнетически влечёт и женщин и мужчин любого возраста.
         Метафизика публицистики
         Снобистское желание приобщения к действию, воображаемому критериями психической установки коллективного стандартного, то есть вне личностного действия в описываемом поле, не более как некоторая степень психоза, аналогичная искреннему творчеству распространения идей теизма, то есть богословию и пр., не может никаким образом считаться творчеством, поскольку творение это переживание полностью виртуального и несуществующего вне описания, недействительного, стандарты же политического поля это не более как общеизвестное искусство возможного, поэтому подобные творения полемического характера имеют отношение не к политическим или социальным процессам, и конечно же не к философии или драматургии, а к некоторой степени маниакальности и комплексу неполноценности.
         Метафизика дьявольской любви
         Магнетическое притяжение определённого качественного и динамического уровня способно полностью подавить разумное начало в субъектах подобного энергетического совокупления, что знакомо далеко не всем, но, тем не менее, подобное состояние существует.


         Поясняется этот магнетизм исключительно психическим механизмом вброса аналога собственной рефлексии – мастер копии личностного поля воображения – в эмоционально интеллектуальное  поле партнёра, что связывает намертво, подобно связи сиамских близнецов, потому как в этом случае эмоциональное партнёрство перерастает в нечто несопоставимо большее и абсолютно взаимозависимое.


         Механизм подобного вброса основан на высочайшей генетической идентичности и связывает намертво мужское и женское начало партнёров любого пола.


         Однако, поскольку психический аппарат человеческого сознания устроен таким образом, что генерирует состояние осмысленности восприятия сущего на грани излома противостояний – то есть для внятного ощущения  полноценности требуется некоторая степень противоречия в личностных эмоциональных взаимных посылах – постольку подобная дьявольская любовь никогда не развивается в позитивный исход и нечто обыкновенное и традиционное(яркость красок мира текущего момента не оставляют места никакой адекватности), а заканчивается в любом случае трагически или суицидом или полной моральной и необратимой деградацией.


         Это говорит о том, что никогда зеркальное отображение не может нести позитивного начала, если оно выйдет за рамки собственно изображения, а станет полноценной истинной копией, чего не в состоянии понять наивные искатели своей половины, не соображая, что эта искомая настоящая любовь в случае явления несёт деструкцию и смерть личности.
         Метафизика творческой паранойи
         Страх не написать ненаписанное блокирует способность к его написанию в прямой пропорции к знанию чужого опыта, то есть к количеству прочитанного и познанного оттуда, поэтому чем больше так называемого знания приобретено путём использования посреднических услуг, тем меньше шансов отыскать то самое ненаписанное в своём подсознании, поскольку человеческая природная социальность несёт много проблем и одна из них – неспособность блокировать впечатление, основанное на описании, а не на личностном поле опытного эксперимента аналитического природоведения.

         Другими словами, читаемый автор копается своим синтаксисом в рефлексивной схеме сознания и, что самое главное – подсознания читателя, внося свои личностные поправки в аналитические способности, а также в способность к синтезу, переводя стрелки интуиции читателя на рельсы своего видения и переживания, блокируя индивидуальное рефлексивное  и умножая количество своих виртуальных копий, сводя в конечном итоге на нет саму индивидуальность читающего.
         Метафизика эгоцентрической любви
         Любовь всегда подразумевает состояние счастья, в противном случае это или предтеча самого смыслового наполнения или что-то иное, не связанное с чистотой, выводимой как само понятие.


         Счастье всегда проистекает из субъективного восприятия, генерируемого интеллектуально духовными действиями, за которыми следует их материализация в той или иной форме – текст, картина, скульптура,  социальное, научное, прикладное и прочее рациональное или иррациональное воплощение замысла.


         Замысел, то есть реализация истока мотивации, всегда исключительно субъективен.


         Субъективность – неподавляемая фиксация на аксиоматичности личностных идей и качественных оценок – единственно возможное функциональное состояние для генерации счастья, понятие объективности притянуто за смысловые уши и её просто не существует, говоря просто – объективное есть сумма субъективного, где чем выше суммарное производное, тем ниже уровень качественного наполнения самого условного объективного, когда максима или абсолют чистоты понятийной объективности есть именно субъективность, так как в любом случае объект есть субъект, потому что вне восприятия невозможно существование воспринимаемого.


         Что достаточно просто для понимания вне социального опьянения.


         Метафизика любви элементарна и  проста, хотя почти всегда скрыта от разума, потому что ему не нужно знать лишнее, несколько противоречащее с механизмом стадности и всегда возможное к техническому дефолту самого восприятия идеи позитивной социальности, когда истечение предполагаемой любви неким образом отлично от объекта её самой и поэтому в интерфейс выражения подобной аффективности и чувственности всегда может быть включен некий посредник, жучок, закладка, детектор, имеющий возможность управлять всем процессом, что практически повсеместно и происходит и на основании чего в частности возникла идея некоего бога, в действительности являющаяся именно той самой закладкой детектором внешнего управления внутренним миром, всегда уникальным до момента его вскрытия запущенным вовнутрь вирусом социальной универсальности уничтожения личностных данных.


         Метафизика любви эманирует направленность её вектора истечения, то есть устремление к материальной точке её воплощения, поэтому метафизичность происхождения этой эманации недоступна для понимания и осознания, что совершенно не нужно, потому что неожиданное  ясное самовосприятие может убить всю систему взаимного психического духовного действия, подразумевающую под собой чётко прорисованную и ярко выраженную любовь к себе как носителю всего сущего, от чего всё сущее наполняется этой любовью первого порядка, тогда как мастер копия оригинала контролирует процессы этого порядка, что имеет много определений и синонимов, один из которых – эгоцентризм.


         Оригинал же всегда стоит над схваткой и его можно определить как вторую базовую, истинную суть, то есть душу(не личность, их может быть гораздо больше), которая интроспективному мышлению некоторым образом доступна к восприятию как нечто самое непоколебимое и окончательное в составе личностного рефлексивного поля, имеющая у разных культур разное имя – иногда просто вторая душа, – но в русскоязычной сфере это определено понятием сила воли и сила духа.


         Естественно и интуитивно не может не быть неясно, что все общепринятые понятия духовного плана сливаются в едином потоке своего воплощения, то есть в  поведенческой линии самого тела, неразрывно и цельно связанного и с духом и с богом – поскольку оно и есть действительный  бог – и с любовью, то есть позитивном восприятии и реактивности на это восприятие в адекватном ключе чистого позитива, что, конечно же, не означает некой кретинской  реакции на предложения социальной схемы, построенной на вышеуказанных детекторах закладках и несущей абсолютно чистый негатив с единственной целью – вывести зло(говоря народным языком)на цель, которой всегда является эгоцентрический позитив как классический антагонизм деструкции, то есть елейного характера халвы стандартного условного человеколюбия, где любви в принципе быть не может, но есть энергетика захвата позитивной составляющей индивидуальности и трансформирования её в личностную энергию вампирического счастья, в чём заключается смысл точки управления стадности любого уровня, так как счастье втягивания энергетики внимания и, что самое главное, веры испытывают качественно одинаково и голливудские актёры и церковные функционалы и политические лидеры.


         Яркая и аналитически чувственная – то есть истинная – любовь к собственной схеме мироустройства – а весь мир это не более как личностное восприятие и поэтому доступен к любому изменению при помощи истинной духовной сути, то есть оригинала – никогда не допустит унижения стадности на каком-либо участке социального(или иного)взаимодействия, потому что это в действительности негативное воздействие на свое собственное рефлексивное поле, на себя лично, короче, чего не может допустить обыкновенный разум, не говоря уже о метафизике любовной взаимосвязи, поэтому истинный чувственно интеллектуальный ум никогда не будет принимать участие в авантюрах негативных составляющих своей собственной схемы восприятия, понимая под ней(схемой)осознание несуществования чего-либо вне эгоцентрического поля вселенной, которая реагирует на малейшее дуновение мыслительного ветра всего спектра реактивности самой себя на саму себя.


         Всё вышесказанное проявляется на человеческом уровне интуиции и ощущениях дискомфорта, когда совершенно явно ощущается неприемлемость ситуации или контактной схемы или их отображения, при кажущейся ирреальности этого ощущения и необоснованности в прикладном понятии, то есть неправда всегда открыта к определению, несмотря ни на какие шоры, набрасываемые на реальное или духовное зрение адептов иллюзорной картины полнейшей чепухи и попросту говоря детской игрушки, если не принимать во внимание шумовую завесу, играющую короля, который не то что голый, а которого вообще не существует, когда  вместо него есть негативная схема, никогда не видимая за разрисованным предлагаемым позитивом, не могущим таким считаться, так как истинный позитив это не стадное голосование за счастье – ценой несчастья того или иного момента смысловой сути восприятия, – а личностное осознанное истечение любовного посыла к себе лично путём восприятия всей предлагаемой схемы восприятия не более как позитивным экспансивным посылом расширения вселенной, где эманированная любовь захватывает всё что возможно и преображает его в позитивный элемент сущего не ценой образования очередного негатива, а полной трансформацией в элементальную часть себя.
         Метафизика наркотической зависимости
          Механизм психического восприятия так называемой реальности, известный как перцепция делает мир в буквальном смысле из хаоса нерасшифрованного конгломерата условно материальных компонентов, то есть из того, что называют разными словами, одно из которых трансцендентность –  невоспринимаемая сенсорной системой тела совокупность неких значений, превышающих энергетическое отсутствие, но превышающих в шкале градаций той же трансцендентности, теоретически не могущей претендовать на своё действительное существование, однако, в силу разума и его математики мыслеформ это существование допустимо и является производным обыкновенной веры.


         То есть видимый и воспринимаемый мир делает сам человек(приучается этому процессом воспитания-программирования в ключе той или иной культурной парадигмы и верит в него), поэтому, вне всякого сомнения, он и есть демиург с любой позиции здравого смысла, даже если отбросить существование чего-либо вне поля физиологического восприятия.


         Но кто же бог, то есть то нечто, которое генерирует экстатическое состояние восприятия функциональной красоты окружающего представления внешнего физического поля.


         Поскольку сам смысл всего действительно сущего в мире человека(смысл жизни, если коротко)это состояние психической удовлетворённости – достигаемой подчинением императиву функции замысла(предназначения), при полном решении всех бытовых проблем, хотя само это решение уже новая проблема, не воспринимаемая как действительность вне решения – можно с полной уверенностью определить, что истинный бог это некий генерирующий элемент, являющийся источником счастья в химическом смысле физиологии психофизики, и, вне сомнения, находящийся в человеческом теле, поскольку все физические действия оцениваются психической системой – являющейся частью тела – и поощряются этим источником, уточняющим своим вмешательством в состояние, что тело на верном пути своего физиологического(и метафизического, поскольку метафизика элемент физики)предназначения.


         Это означает, что искусство быть собой божественно и эманируется – управляется – из глубины генетической сущности, которая координирует поведение воспроизведённого представительства цепочки генома, поощряя его(представительство)состоянием счастья, то есть дозами наркотического гормона, за соответствие себе в своём социально-прикладном поведении.


         По этой причине, наркотическая зависимость от собственной реализации функциональности неуничтожаема ничем и никем, кроме как некой подменой химиотерапевтическими веществами, заменяющими в некотором смысле гормон счастья, но настолько эрзац непродуктивно и кратковременно, что потерявший способность быть собой, исполняя функциональное предназначение, обыкновенно или полностью деградирует или вползает в петлю суицида, поскольку прерывность базового функционала(императивной установке на цель)невосстановима и незаменима ничем аналогичным, поскольку аналогов базовому императиву просто не существует.


         Метафизика интеллектуальной чувственности
         Представление ярче воплощения, однако, это воплощение реанимирует представление после достаточной интровертной паузы, содержащей таинство творения, поэтому во избежание шизофреничного зацикливания необходимо прямое сексуальное действие как генерирующий эликсир момента творчества, что практикуется на ранних стадиях познания красоты мира чувственного восприятия.


         Можно отметить и даже констатировать как безусловный факт действительность интровертной сексуальности как творческой мотивации и последующей реализации этой мотивации в естественный продукт творения, что подразумевает достаточно широкий спектр его понимания как сути, когда достаточно часто сама личность является творческим продуктом собственной интровертной сексуальности как представления, но не какая-то иная конструкция чувственной интеллектуальности, лежащей в основе истинного творения, но не размножения, подразумевая под этим личные копии в виде материализованных творческих мыслеформ.


         Высшая степень творения, конечно же, лежит в поле рефлексивного замка внутреннего пользования и представляет собой реконструкцию собственных чувственных интеллектуальных восприятий до последующего за предыдущим качественным уровнем, что практикуется в некоторых восточных эзотерических школах, в частности в йоге, хотя там много лишнего напыления пустой образности, по причине невозможности  стандартным неофитом уловить смысл трансформации непосредственно силой чувственного разума.


         Таким образом, можно вывести понятие интеллектуальной чувственности представления как транс перехода в состояние нового порядка взаимодействия в условном социальном и метафизическом  мире, когда личность сбрасывает змеиную кожу осознания традиционного до степени аннигиляции рефлексивных противоположностей, которые всегда и неизбежно сталкивают эйфорию и депрессию для генерирования существующего в текущий момент мировосприятия, которое неизбежно заканчивается как смысл и упирается в предельность последнего горизонта ощущений, что требует волевого изменения самого порядка представления или примирения с исчезновением радуги, в которой только и есть смысл жить.


         Сатанинская магия гламура
         Базовые принципы человечности и духовности, вне всякого сомнения, являются не более как условными договорными обязательствами социального взаимопонимания сущего, где эстетизм восприятия естественного транслируется в личностное поле и трансформируется в позитивное мировосприятие естества благодаря гармоничному началу построения всех устойчивых конструкций природного происхождения, подразумевая под этим в первую очередь красоту как понятие, первоисточником которой является чистая природная функциональность флоры и фауны, на основании императива которой и существует человеческое восприятие и фиксация красоты.


         Следует уточнить, что любое материальное фиксирование чего-либо воспринимаемого в поле рефлексивного механизма человеческой сенсорной системы(представленные воображением тактильные, визуальные образы, их гармонические наложения) есть его смерть, – ненаписанное или незапечатлённое механикой образов вечно существует в перманентных вариациях предполагаемого, – поэтому восприятие прекрасного – то есть его фиксирование личностным полем идентификации – столь неоднозначный процесс в случаях его дублирования.


         Прочесть и сжечь; найти увидеть уйти и не вернуться; понять, полюбить и расстаться навсегда;  – идеальная формула человеческого истинного счастья, а не декларируемой демагогии медленного убийства истинно святого и божественного восприятия и понимания красоты, которая всегда с тобой, когда её уже нет.


         Это не всегда можно понять разумом, но, тем не менее, это так и на этом факте построено вообще любое человеческое творчество, тонкость и отточенность деталей которого, конечно же, никаким образом не соответствует действительному природному естеству, полному помех в виде обыкновенной грязи, мусора и тех деталей природного физиологического происхождения, которые вообще не принято включать в список обсуждения любого уровня в эфемерной социальной ауре договорной(иной не бывает)человечности.


         Поэтому чистота и ясность магнетического наполнения момента восприятия, так  называемого гламурного декаданса, – прогрессом, конечно же, это назвать нельзя, однако, условная максима абсолютного совершенства имеет свою божественно дьявольскую красоту – всегда сказочно заколдованно воздействует и на ценителей и крайней степени эстетов, – оценивающих детализированное наполнение, – а также на обыкновенных стандартных носителей социальной эфемерности, при условии их позитивного мировосприятия, поскольку колдовство гламура врождённый негатив не воспринимает и отторгает от себя любым способом, поскольку тот как воспринимаемое понятие демонстрирует квинтэссенцию человечности, то есть максиму договорной неестественности, генетический же негатив не поддерживает никаких договоров в поле ауры взаимоотношений осознанного животного начала, сводя всё к первоначалу, то есть, говоря прямо, грязному естественному противостоянию силы той или иной формы проявления, и поэтому колдовство магии экстатического наваждения вспыхивающего момента эксгибиционистского нарциссизма и вуайеризма – как высших степеней человечности – ему, конечно же, неведомы.
         Сатанинская сексуальность
         Потенциальность, то есть энергетическая способность захватывать сознанием существующие модули мыслеформ и создавать свои собственные на основе их слияния, известна под понятием творческой способности к созиданию, которая мотивируется в реализацию силой эгоцентрического сексуального начала, требующего расширения своего собственного представительства методом созидания мыслительных модулей и внедрения их во внешний мир с целью подавления аналогов антиподов и высвобождения пространства для личностного императивного независимого существования во всём без исключения, которое не только есть, но которого нет и не может быть вне самой рефлексии, что говорит о самом прекрасном из возможных миров, и он исключительно в себе, но никак не во вне, где при всей своей действительности всё вторично, что знакомо каждому интроверту сознательно и экстраверту бессознательно.


         Функциональное начало, проявляемое началом сексуальным в мире человека, не имеет никакого отношения к чисто размножению как животного вида, что ощутимо на уровне интуиции и понимаемо на уровне разума, когда полное несоответствие поведенческой линии проявления сексуального начала людей с поведением мира зверей выводит представление о действительном предназначении сексуальной энергетики, а именно – для созидания своих собственных виртуальных аналогов, так как человечность это чистейшая виртуальность и требует соответственного размножения, в результате чего и появились все компоненты цивилизаций, обязанные своим явлением в мир трансформированному основному инстинкту, переработанному из собственно инстинкта в управляемую энергетику творения.
         Сатанинская графомания
         Адекватное восприятие реализуемой функциональности самодостаточная мотивация к собственно реализации, поэтому подобие змеи, целующей свой хвост не нуждается ни в каком ином результативном факторе некоего итогового момента, потому что сама длительность процесса и есть этот итоговый момент, растянутый во времени, конца которого не видно и не может быть видно, так как его нет.


         Другими словами, пишущий за материальное вознаграждение в любом случае ущербен некоторой степенью неполноценности, вполне достаточной для неизбежного творческого тупика, вопрос времени, не более, то есть несоответствие любви к себе с качественным фактором её истечения ведёт к депрессивному состоянию, в случае когда заявка подана с учётом высокого уровня самореализации, что обычно и бывает в классических случаях подобного несоответствия.


         Графомания как образ жизни некоторым моментом схожа с наркоманией, что знакомо многим, но базовая суть всего этого заклинания в качестве генерируемого экстатического момента, в этом весь смысл процесса, то есть не в качестве являемого в физический мир продукта, что достаточно вторично, а в релаксирующей эманации(употребляя это слово), проистекающей из личностного поля и воздействующей на саму личность или личности, что и является основным мотивом и смыслом жизни, то есть счастьем, при условии, что параллельные практические бытовые моменты не проблематичны.
         Сатанинская философия
         Рефлексивные изыскания сути и смысла самих рефлексивных изысков не имеют ничего общего с практическим познанием воспринимаемого мира, однако неким образом заставляют психическую энергетику быть задействованной в этом виртуальном преодолении, не несущем рефлексирующему разуму совершенно ничего, кроме некоего состояния удовлетворения самим процессом, что наводит на размышления о принудительном воздействии бессознательного наполнения рефлексии на сознательное её воплощение и определяет несомненное существование некоего прикладного замысла глубины сущности тела, так как оно всегда идёт кратчайшим путём к необходимой для своего жизнеобеспечения цели.


         Конечно же, этой целью можно условно обозначить перманентное вялотекущее состояние счастья и некоторой релаксации в мире мыслеформ подобному разуму, способному захватить этот мир в точку ясности и просматривать его наполнение с позиции здравого смысла, определяемым соотношением замысла и воплощения как единого модуля, где конечный результат несёт разрешение психической доминанты разумения, но не напряжение, так как только это и может обозначаться понятием самого смысла, который в любом случае идентичен гармоничному упорядочиванию мыслительных модулей, но не диссоциативным их расположением, что практикуется лишь в деструктивном мышлении, но не в позитивной философии возможного, которая только и есть истинное понимание сути и замысла осознания, вытекающих из совокупности внешнего и внутреннего взаимодействия, где внешнее всегда условно, а внутреннее безусловно, так как иначе быть просто не может из-за невозможности верить лишь на основании эмоционального доверия.

         Триумвират полигамии
         Соответствие трёхсторонней социальной конструкции высокой  степени сексуальности необязательно конструктивно в ключе коллективной сознательной эмоциональности, однако, предположительная деструктивность этой схемы определяема как таковая лишь сознательно, тогда как коллективное бессознательное не может не принимать идею подобной равносторонней полигамии, при условии разнополых партнёров, более того, эта самая бессознательность в большинстве случаев её выражения сама желает подобных отношений, где мёртвой хваткой сцеплены страсть, взаимность и трёхсторонний диссонанс неопределённости конечного заключительного аккорда этого произведения высокого жанра, что мотивирует не ждать далёкого будущего, а стремительно жить здесь и сейчас, а это всегда даёт высококачественное позитивное решение параллельных социальных или иных задач, в отличие от негатива традиционной моногамии, где унылая бесперспективность предсказуемой каденции никогда не даст полноты красок существования.


         В этом смысле дьявольская чувственность божественной интеллектуальности монолитна и неистребима никакими иными вариантами социальных схем, всегда содержащих закамуфлированное рабство – или обязанностей или, что гораздо чаще, ностальгической травмы, когда неполноценное качество жизни трансформируется в иконостасный образ посредством длительности, потому что прошлое почти всегда исключительно позитивно, так как негативный момент привносится физическим присутствием в поле впечатления от ускользнувшей суперпозиции, где нет ни хорошего ни плохого, а лишь влёт в нечто на излёте из ниоткуда и где нет места эмоциональной фиксации и окрасу в градации добра или зла, что приходит гораздо позже в виде рафинированного прошлого.
         Джаз
         Способность к импровизации лежит в основе самой человечности, так как принципы(истоки)добра императивны, то есть не основаны на программе воспитания, а включены в структуру генетической системы, однако и принципы зла также императивны, поэтому лишь способность ощущения сути самой композиции позволяет опытным путём - основанным на эмоциональной импровизации - выдавить зло в начальной его стадии, в противном же случае оно нивелирует добро, так как они обе в принципе одной крови и обе обожают яркие ощущения.

         По этой причине, любви к яркости ощущений, дуальность  духовного наполнения животного естества несомненна, в отличие от животной сути, которая полностью оптимизирована на номинальное потребление энергетических полей своих потребностей, не более, тогда как энергетическая сфера наполнения требует диссонанса противоречий, в противном случае оно теряет смысл своего существования, так как счастье это прерогатива не животного, но духовного, что всегда имеет отражение в музыке, как физической копии человеческого духа.
         Форте
         Женственность женщины проистекает исключительно из впечатления мужчины, включая и лесбийскую любовь, где взгляд некоторым образом меняет пол и собственно впечатления и самого истока этой эманации, что в любом случае должно иметь позитивное разрешение, аналогичное контрапункту джазовой композиции, где любовь уместна лишь на фоне смерти, если же такого разрешения нет, то не исключена смерть на фоне любви, некоторым образом меняющая оттенок композиции и форсирующая противофазу позитивного мироощущения, что не столь плохо в концертном зале, но более нигде.
         Пиано
         Нежность мужчины в отношении женщины уместна до определённого момента, когда и определяется его истинная суть, подобно джазовому пассажу, рисующему скрытую истину, спрятанную в уютной недомолвке размазанного текста неактивного и непрямого действия.
         Психофизика социальной наркомании
         Сольная партия хороша позитивом независимости, приводящим к наркотической зависимости от неё.


         Независимость от подобной зависимости не имеет смысла с позиции здоровой амбициозности, так как именно подобное мировосприятие гарантирует действительное, а не условное переживание, потому что лидирующее состояние использует всё возможное в поле подчинённого социума, выжимая из него реальную энергетику, отдавая взамен лишь перемешанные карты исходной позиции, что неопределимо здесь и сейчас, однако в течение длительности, часто достаточной для изменения ситуации в пользу точки создания ситуации, чтобы взять то, что запрашивает команда воображения, вполне.


         Другими словами, лидер во всех без исключения случаях психофизического контакта со своим ареалом использует энергетическое поле взаимного доверия в личных, эгоцентричных целях желаниях, часто подавленных и удалённых из сознания в бессознательную глубину, но, тем не менее, всегда успешно удовлетворяемых до момента перемены ситуации и падения в пустоту стандартности и абстинентного синдрома.


         Естественно, амбициозное лидирование не выбирают, оно само – как часть физиологической  системы – выбирает своего представителя, подходящего психически генетическими данными, представляющими собой в основном скрытый мотивационный исток необычайной энергоёмкости, базирующийся почти всегда на некой действительной или гипнотической ущербности, заставляющей генерировать – можно сказать трансцендировать  –  эманации косвенного – то есть условного – изменения встречного потока реальности с предположительной позитивной результативной картинкой для нервно нейронной системы лидера – таким образом, в сольной партии подобного рода всегда и везде личностный позитив как состояние первичен, а результат всей деятельности на втором плане после психофизики состояния конкретного человека, как, собственно, наблюдается и у обыкновенных наркоманов.
         Релаксация богини
         Способность мыслить поверяется способностью отражения феерического механизма творения в материальном образе чего-либо внутреннего, трансформируемого во внешнее методом неясной посреднической цепи, где главной схемой выявления является именно тело, так как оно имеет полупроводниковые свойства, выводящие из теоретического ничего практически материальное что-то, подразумевая под полупроводником способность генерировать материальное во вне и блокировать проникновение его во внутрь посредническим методом перцепционного внушения, попросту говоря психоза, так как всё сущее это не более как психически сотворённое интеллектом и вне рефлексивной способности видеть то, что есть, его просто нет, что элементарно для понимания свободным разумом; говоря просто, когда человек находится вне поля сигнала своей сенсорной системы тела, например, спит, то никаким образом невозможно доказать, что весь остальной мир существует, то есть когда внешнего нет в поле физического восприятия, то его нет практически вообще в природном состоянии, более того, визуальная картинка бодрствующей реальности подтверждает свое существование лишь в момент наблюдения, поэтому всё, что вне видимости существует лишь теоретически, хотя и подаёт косвенные сигналы своего наличия посредством иных истечений, но, тем не менее, тактильный и звуковой спектр восприятия сущего имеет подобие смысловых синонимов, но не более того и в существование объектов в цельном собранном виде – то есть в своём истинном образе – необходимо верить, что все нормальные люди конечно же и делают и именно это и есть психоз реализма или опьянение социальной  реальностью, когда несуществующее принимается за его действительное наличие.


         Однако в полном одиночестве и отрезвлении от социального опьянения вещи приобретают иной смысл и иную, видимую лишь духовными сенсорами полную элементарную составляющую истинной сути, поскольку лишь вне шумовой помехи стадного взаимодействия эти сенсоры начинают работать, что многие могли ощутить на себе в моменты социального отрезвления, которые почти всегда столь тягостны своими показаниями действительного, а не условного соответствия всего всему, что личность немедленно прыгает в омут социализма(специальное понятие термина)снова, так как просто боится параноидального состояния, вызываемого этими сенсорными данными, которые неопровергаемы никакими заклинаниями, так как подобное состояние действительно трактуется как психоз – это и есть психоз – и никакой реальной помощи в разрешении внутреннего конфликта человеческая особь не получит, разве что комплекс химиотерапии, если только конечно внутренняя сила духа(скажем так)не позволит досмотреть эффект свободного видения до конца, пренебрегая депрессивной составляющей состояния и понимая, что она не более как мотивационный механизм, золотой ключик, открывающий двери Папы Карло, так как ничто истинное никогда просто так не даётся, но лишь ценой достаточных, а точнее максимальных терний, существующих не более как для преодоления, чтобы постижение нового перцепционного порядка(используя это слово)выводило на новый уровень порядка апперцепционного, говоря простыми словами – чтобы вещи стали видимыми в истинном свете, принимая идею истинности как полное соответствие внешнего внутреннему, подавляя их пограничное состояние и выводя одно в другое и наоборот, то есть, сливаясь в непосредственное цельное  вне каких-либо побочных эффектов.


         Для чего же это нужно, мог бы задать вопрос некто, кто понял всё предыдущее.


         Конечно же, лишь для того, чтобы стала видна цельность длительности как понятия и перспективность бессмертного существования божественного релаксирования одновременно во всём, так как всё это не более как точка восприятия, то есть рефлексия, можно было бы сказать божественная рефлексия, поскольку в поле отсутствия бога всегда существует богиня и она-то и есть то самое, которое само о себе постоянно размышляет, почти всегда не доходя до точки прорыва за бруствер психоза социализма(специальное понятие термина), а лишь издали рассматривает саму себя, пытающуюся осознать свое место в своём мире, где всё без исключения это она сама, но просто ещё этого не знает.



         Ощущение изыска как навязчивая сексуальность
         Проба превосходящего исходное определяет полноценность личности в том случае, если исходное остаётся в рамках самого себя, а превосходящее становится исходным.
         Гламур как высшая степень сексуального разума
         Естественность, как ориентация на некую норму, в итоге обнаруживаемую в коровнике как чистое естество, что демонстрировал ещё Франциск Ассизский римскому понтифику, валяясь в навозе, не может быть такой ориентировкой, являясь ложным путём к любви, красоте и человечности.


         Естество, как часть мира где живёт существо человеческое, не есть мир людей, но есть мир зверя, пытающегося проповедями различной формы не дать человеческой личности подняться до уровня богов, не дать с единственной целью - самому занять это место.


         Красота это высшая степень разума, поскольку животному миру эстетизм недоступен. Поэтому все прикладные научные дисциплины в конечном итоге опосредованно работают на эстетику неестественности, то есть на красоту человека разумного, которая заключается в животной функциональности тела, звериного генетического инстинкта, чистого духовного сострадания и высокой степени интеллекта, образуя этой пропорциональной смесью человечность высокой божественной пробы.
         Политическая элита как неполноценность породы
         Стремление качественного выделения в силу социальных манипуляций, но не природных генетических данных, есть единственная возможность природной неполноценности испытывать состояние полноценности, выраженное гормоном счастья. Что имеет наркотическую зависимость с самыми негативными последствиями для личности и всего социума, так как загнанная в угол политическая мышь не становится тигром, но становится иудой.
         Ощущение полноценности неестественного секса
         Понимая, что разумная чувственность испытывает ощущения основанные на смеси физики тела и воображении, где для женщины всегда первично второе, можно определить, что сексуальная связь как искусство имеет право существования той же степени, что театральная жизнь относительно жизни бытовой.
         Архитектура чувственности генетического секса
         Сила, несущая эго по волнам представления окружающего мира, являет собой наконечник стрелы, выпущенной из прошлого с целью завоевания этого мира максимальной степенью своего представительства.


         В чём нет ничего плохого, поскольку это вполне нормально - представлять свою семью и расширять поле для её возможностей, что делали и делают во все времена конкистадоры завоеватели жизненного пространства.


         Женственность, как возможность силы слабости, проистекающей из природного дара и магии естественного ума, наиболее возможное качество для транспортирования и адаптации своего клана из прошлого в настоящее путём сексуальных связей, а также их последовательных воплощений.


         Поэтому сексуальная чувственность это способность выявления возможностей для скрытых генетических способностей клана, ожидающего от своего представителя выбора, оправдывающего это представительство.


         Что женщины высокой чувственности и качественной породы осознают не на уровне разума, что было бы противоестественно, а на уровне инстинкта, который невозможно ввести в заблуждение никакими материальными благами.


         В этом кроется смысл и тайна рождения и смерти, любви и ненависти, где любовь и ненависть это кольцо Мёбиуса, прокручиваемое лентой жизни, где стоп-кадр являет собственно рождение и собственно смерть и где ненастоящий мужчина это трагедия, когда клан получает не своё истинное продолжение, а "побрякушки" бытового плана и фальшивый дубль .
         Внесистемная зависимость от сексуальности бога
         Сам смысл уточнения окружающего мира существованием бога не исключает нормальной мыслительной функции, так как именно мыслящая личность осознаёт первичность внесистемного фетиширования и вторичность системного сексуального напряжения и разрешения как обязанности.


         Системная сексуальность это случка мужчины и женщины в  традиционных условиях с традиционной целью - ощутить себя живыми и участвующими в деле.


         Это дело может трактоваться как угодно - от зачатия ребёнка и супружеского долга, до снятия стресса, получения удовольствия и косметической манипуляции.


         Смысл в том, что системность никогда не даёт вторично то, что как пробу даёт первично. То есть, все впечатления идут по ниспадающей глиссаде, что ни для кого не секрет, но для большинства табуированная тема или вообще тайна подсознания.


         И вот тут-то и появляется Бог.


         Но не тот, который прорисован в библейских сказаниях на основании измученных воздержанием пророков, а тот, который действительно действует не декларациями, а состояниями.


         Этот Бог - Тело.


         Не думается, что это тайна для понтифика, патриарха, раввина, брахмана или муфтия.


         Поэтому прямая зависимость от Бога, независимо от системы, где находится личность в очередной пространственно-временной промежуток времени, это и есть действительная мотивированная религия, которая, в отличие от религии официальной, тщательно камуфлирована, апокрифирована, трансцендирована и этапирована эпатажем мимикрии условных обрядов в столь далёкий уголок сознания обыкновенного человека, что большинство относится к предполагаемому как аксиоматическому до такой степени серьёзно, до какой можно довести лишь осла, принуждая его ежедневно запрыгивать в игольное ушко.


         В контексте вышесказанного следует понимать сексуальность как истинную божественность, а традиционную божественность как  пассажность заговора, загоняющую ослов в ту нишу, куда никакая естественность просто не пойдёт в силу неестественности и непристойности предложения.
         Сакральная зависимость духовности от сексуальности
         Не подлежит никакому сомнению, что исток мотивации практических действий тела, направленных на условные ценности безусловной рефлексией, лежит в поле совокупности физиологии с метафизикой духа.


         Что подразумевает коллизии тестостерона и эстрогена как причину возникновения самой идеи бога, потому что духовность проистекает из движения навстречу этих двух гендерных зародышей субатомного совокупления, в результате чего и существует сама духовность как мотивация человечности.


         Понимая, что родители бога это эстроген и тестостерон, можно выявить и основные качественные признаки его самого, которые определены перманентной бисексуальностью, определяющей божественное как единое, исходящее их разделённого не божественного.


         Что определяет гомосексуальность как минимальную функциональность, допускающую лишь прорыв в ступень гетеросексуальности, гетеросексуальность как полуживотное состояние, ориентированное на репродуктивную функциональность, которая как барьер исключает всё, что вне основной функции, и бисексуальность, как высшую ступень человечности, то есть состоявшуюся божественность.


         Понимая, что Бог это Тело личности, которая как личность существует на основании божественного состояния и его истечения, следует признать, что божественность не может не быть самодостаточной в самом понимании этого определения, то есть не может зависеть от дисбаланса своей божественной элементой базы, а именно - сексуальной зависимости своей множественной составляющей от конкретного объекта, который в любом случае является субъектом, как часть восприятия, а поэтому как личностный объект воспринимается гранями перманентного танца истинной мужественности и настоящей женственности в долине грёз океана вечной жизни, которая всегда с тобой.


         Сакральность сверхестественного подразумевает полноценное естественное, не замутнённое неестественным толкованием.


         Поэтому понимание того, что сама идея трансцендентности и метафизики, осложнённая многочисленными синонимами, сбивающими с толку начинающего мыслителя, пытающегося разобраться в калейдоскопе хитросплетений неполноценности, не достигшей полноценной бисексуальности в своём генетическом развитии и шифрующая эту неполноценность оккультными кульбитами, возникла в сознании сексуально неудовлетворённого тела, то есть недоделанного бога, который в силу своей потенциальной теоретической допустимости в степень божественности не может не быть дьявольски изощрённым в попытках апокрифировать апофеоз своей собственной несостоятельности, выраженной тем, что он есть, и спрятать это в идею непознаваемого, размноженную шизофреничным шифром семантического ряда в степень непреложных истин мировой философии и религии.
         Сексуальность мира как воля и представление
         Рассматривая сам смысл любого восприятия как необходимость существования, нельзя не констатировать, что сексуальное восприятие есть высшая степень осмысленного существования, и что все человеческие действия разума и духа в любом случае сводятся к сексуальной энергетической составляющей.


         Феноменальность мира, то есть понимание его как концентрированной картины, извлечённой из хаоса энтропии посредством разума, являющимся договорным инструментом, передаваемым из поколения в поколение, базируется на энергии её восприятия, то есть на энергии совокупности человека животного и человека чувственного, что определено эротической доминантой всего сущего, подразумевая под сущим выдуманный мир людей, поскольку иного мира не существует.


         Сводя всё философское и религиозное познание в точку "здесь и сейчас", нельзя не обнаружить в ней конкретного живого человека, поскольку больше там ничего не может быть принципиально.


         Отбрасывая неестественное как игры разума, можно рассмотреть истинное естественное, то есть действительно божественное, а именно - человеческую сексуальность как исток и мотив всего опосредованного человеческого, созданного лишь для улучшения комфорта самой сексуальности, множенной дискурсом универсальности мира.


         Воля, как непреодолимое, мотивированное непознаваемым истоком действие, при рассматривании её по результатам, поскольку иначе она неопределима, представляет собой чистейшую квинтэссенцию сексуальности как базового мотива представления, поскольку мир людей это чистое представление и вне человека мира просто не существует.


         Что невозможно оспорить.


         Поэтому, исходя из самоценности эго, как медиатора механизма энергетического поля воли, то есть сексуальности, можно констатировать существование как совокупление в той или иной опосредованности, где детерминантой любого поступательного движения в сфере размножения иллюзий, то есть научно-технического прогресса, а также теологических изысканий и религиозных идей, является чистый секс как он есть.
         Роскошь и сексуальность как часть плана демонов
         Разумно осознать, что так называемая душа есть не более чем предположительная эманация генетической системы животного человек, имеющая своей целью вернуть невротическую духовность в действительную функциональность как предназначение и сбросить оковы рефлексии.


         Подразумевается дикий животный мир как высшая степень развития протоплазмы, где человеческий вид это недоразвитая побочная ветвь, неполноценная своей неавтономностью и полной невыживаемостью вне условий, создание которых уничтожает мир полноценный так называемых диких зверей, а также среду их обитания.


         Что наводит на подозрение существования особого предназначения животного человек.


         Исходя из постулата, что смысл жизни это счастье, нельзя не признать, что в этом плане любой животный вид стоит на много ступеней выше человека, для которого достижение счастья это порой вообще неосуществимое предприятие в свете геометрической прогрессии размножения его критериев.


         Научно-технический прогресс, как самое загадочное явление цивилизации, которому никто не может дать внятного определения и пояснения - для чего он собственно нужен, кроме как не для размножения вышеописанных критериев и повышения планки достижения состояния животного, то есть естественного и функционального, счастья, вне всякого обозримого смысла и предела.


         Что может означать лишь одно:


         Человеческая раса эксплуатируется с целью создания неведомого и неясного, которое не имеет никакого отношения к собственно человеку, работающему в узкой нише своего биологического круга и не осознающего, что всё, что вне этого круга, складывается в мозаику монстра, для которого сама человеческая личность это ничто, если она не исполняет функциональный заказ, который как окончательная  форма не может быть виден никому из "академических научных школ", представители которых имеют шоры на духовном зрении и для которых само понятие научно-технического прогресса не подлежит даже обсуждению в ключе смысла его существования, поскольку перед чувственно-духовным зрением каждого без исключения нормального человека висит морковка сексуальной страсти или её сублимации, как перед ослом, который тянет телегу в надежде ухватить эту морковь.
         Сексуальный вампиризм и мыслеформа божественности
         Рассматривая экспонацию как необходимость физиологического представления самого базового представительства, то есть точки управления генома бинарной системы животное-дух, можно понять сакральный смысл эксгибиционизма, когда достаточно максимально функциональная форма действует в поле созидания системы визуально-тактильного обозрения, для выявления подобного подобному.


         Что иногда называют вампиризмом, и это соответствует действительности, поскольку привлечение внимания питает саму представляемую систему этим вниманием, в противном случае не было бы необходимой мотивации самого представления для отбора особей, необходимых для сексуального и-или иного контакта, расширяющего базовую структуру генома, действующего максимально возможно для расширения экспансии вида.


         Исходя из аксиомы "Тело есть Бог", можно понять, что сам смысл вампиризма и демонической красоты как магнетической силы втягивания внешних эманаций необходимой энергии для эффективного действия экспансии вида, представляющего генотип стремления проникновения из внутреннего во внешнее, достаточно просто определить божественное происхождение сексуального эксгибиционизма, поскольку множественность проистекает из абсолютно функционального единения мыслеформы в себе, что собственно и есть абсолютный Бог, стремящийся размножиться максимально возможными способами.
         Термодинамика сексуальной виртуальности как любовь
         Нет никакого сомнения в том, что чувственность человека обратно пропорциональна её удовлетворению, поскольку в противном случае человечества уже бы не существовало по причине убийств и самоубийств на почве социальных-сексуальных отношений.


         Сам социум существует механикой сексуальности, являющейся мотивационным моментом в динамике этой сексуальности, проявляющейся результатами в перманентном планетарном уничтожении не человеческих видов жизни как сырья для размножения вида человеческого, где динамика этого процесса регулируется из точки восприятия вида как возможности выбора для размножения - на внесознательном уровне в большинстве случаев - и удовлетворения запросов из глубины генома.


         Таким образом, становится ясно, что страсть, как теоретический аффект основного инстинкта, является исходным мотивом и детерминантой уничтожения всего живого на планете в течение определённого промежутка времени, когда температура социальных отношений коллективного сексуального достигнет критической массы прямого действия, подразумевая под этим реальный сексуальный контакт с реальными последствиями.


         Однако способность человеческой особи удерживать яркость чувственности, фокусируя её на самой себе, что выражается виртуальным восприятием как действительным переживанием, с чем многие знакомы на примере тех же мыльных опер, искусства театра, кино и трансцендентной любви к музыке, являющейся уделом немногих, но которые этим своим восприятием генерируют опосредованные средства доставки духовных чувственных эманаций в другие социальные аспекты, определяет саму виртуальность как действительную реальность, использующую реальность условную, то есть мир материи, как матрицу для генерирования созидательного потенциала чувственного мира действительности духа, не зависящего от тормозящего эффекта тела, которое есть материальный носитель, фактически являющийся клеткой, тюрьмой, темницей, использующей чувственность как элемент шантажа для духовности, и наоборот, отключая всяческую духовность в моменты действия чувственности, что можно определить как динамический танец чувственной сексуальности духовного танго, которое всегда с тобой как ветер перемен вечной молодости.
         Эстетика нюанса энергетики любви с первого взгляда
         Соотношение дьявольского и божественного в золотой пропорции соответствует идеальной физике тела и чувственности души, что воспринимается подобием оставляя результат этого восприятия навсегда, в форме физической или трансцендентной.
         Дьявольская сексуальность активной белой магии
         моментально и бескомпромиссно, в любом случае
         Магия как понятие вытекает их понимания взаимного влияния различных генетических систем визуальным, тактильным, звуковым, смысловым или трансцендентным контактом, который используется как интерфейс представления и восприятия глубинных структур тонких полей точки истока представительства вида, то есть генома.


         Говоря совсем просто, магия это впечатление сознания и подсознания от контакта с представителем иного генетического клана, а также действия этого сознания под этим впечатлением.


         Порода как представительство вида несёт основы его функциональности, которые имеют различный уровень и различное предназначение, что достаточно легко просматривается при общении и определяется сразу.


         Это поясняет эффект моментальной неприязни, или искренности к личности совершенно незнакомой, что известно многим.


         Высшая степень функциональности, то есть духовно-интеллектуально-физиологическая степень качества породы, практически самодостаточна наполнением силой полноценности, что определяет её как носителя совершенной человечности, генетически понимающей на всех уровнях, включая инстинкт, что она такое и зачем она есть.


         Недостаточно полноценная степень функциональности, имеющая основанием этой недостаточности структурные особенности базового генома клана, настроенного на приём, но не на передачу, то есть на втягивание энергетики для питания бинарной системы тело-дух, а не на отдачу этой энергии, близка по своим функциональным способностям к высшей степени, однако недостаточно, и не в состоянии взять оттуда энергию при любом вышеуказанном контакте, поскольку белая энергия, истекающая из носителя "чистой самодостаточной любви", никаким образом не совмещается с тёмным приёмником неполноценной функциональности, стремящимся взять, чтобы переработать в часть себя, но противофазная энергия не питает, а разрушает.


         Это определяется выражением "как чёрт от ладана".


         Поэтому чистота полноценности может позволить себе всё что угодно, включая игры на чужом поле, поскольку это поле не может действовать на неё, но лишь терпеть это присутствие с невыносимостью дьявольской ненависти, но невозможности никаким образом влиять на ситуацию, подконтрольную романтическому насыщению любовной истины сексуальной любви в лучах восходящего солнца.

         Полевая структура сексуального размножения вне тел
         Определяя сексуальность динамическим полем чувственности, выраженным физиологическим разрешением как фиксацией этого поля, можно понять, что мотивация к действию намного ярче и действительнее самого действия, поскольку физиология экстаза оргазмирования уничтожает эфемерность представления и опускает его до степени чистого восприятия, то есть материи вне условности.


         Что известно всем, и что нормально, потому как иначе не рождались бы люди.


         Поэтому сама мотивация это и есть чистая сексуальная монада, несущая сознание как намерение с целью утверждения самой себя путём привлечения подобия и слияния в общность вне физики тела, но мыслеформой идентичности как безусловной категории направленного движения намерений, дающих ощущение множественности как самодостаточности.


         Имеется в виду магия эксгибиционизма.


         Таким образом, представление вне ограничительных рамок физики естества даёт возможность делать что угодно, как угодно и с кем угодно совершенно свободно и независимо, выводя этим собственную форму, несущую сознание и чувственность своим лабиринтом выбора последующих действий, которые предсказать невозможно никому, в том числе и ей самой, как личности человеческой и самодостаточной.


         Что называют нейролингвистическим программированием, не понимая,  как это работает, но полагая, что оно есть.


         Есть внутренняя любовь к себе, что всегда пытается использовать внешняя любовь к себе, направляя намерение внешней внутренней любви в русло собственного внутреннего пользования личного намерения, что имеет определение как жажда власти.


         Жажда власти это жажда размножения вне тела, но не силой представления, поскольку у подобного бинарного носителя тело-дух его вообще нет, но силой представления тех носителей, у кого она есть в достаточной мере, имея название вера.


         На чём основан принцип гипноза, религии, мистицизма, оккультизма, социальности, государственности и нормативных актов всех этих перечисленных систем удовлетворения жажды власти путём размножения вне тела, когда обыкновенное физиологическое состояние оргазма достижимо путём невероятных конфигураций собственного сознания, модулируемого чувственностью, основанной на представлении множественности, сфокусированной на сакральной математической точке абсолютного центра эго, манипулирующего созданным миром как сексуальным представлением.
         Сексуальный психоанализ вампирического демонизма
         Понимание того, что любая личность является вампиром той или иной степени, является пониманием принципиального устройства всей социальной системы, где мотивационная составляющая, основанная на основном инстинкте как базисе любого намерения, заключается в площади обозрения возможной к максимальной констатации присутствия клана, представленного конкретным геномом, для фиксации этого клана в максимально доминирующей позиции относительно кланов других, то есть иных генетических представительств как видов.


         Что наиболее ярко выражено изобретением подиума и гладиаторской арены.


         Демонизм, как структура внесознательной составляющей развитой представительской личности, являет собой систему раннего предупреждения о несостоятельности, неадекватности или необходимости коррективного дополнения к поведенческой модели бинарного носителя тело-дух, поэтому его глубинные составляющие, то есть так называемые демоны, являющиеся степенью элементальной, имеют задачу предоставить необходимую корреляцию бинарной системе для стабилизации инвариантного позиционирования представителя клана вне зависимости от внешнего воздействия других бинарных систем.


         То есть инстинктивное поведенческое решение самое верное в стратегическом смысле.


         Взаимодействие сексуального, как питающего энергетического поля демонического составляющего с внешним как представлением, определяет качественное положение бинарного носителя в системе вампиризма как социального взаимодействия генетических систем с целью стабилизации противодействия минимальных негативных различий максимальной позитивной идентичности.


         Говоря уточняюще, демоническая любовь это бриллиант высокого качества, когда всё остальное можно оставить в отходах производства, потому что последующая цепь перерождений поднимает генетическую ветвь на более высокий уровень.


         Чем и пояснима яркость аффектов такой любви.


         Вампиризм, то есть привлечение внимания, использование этого внимания как катализатора в творческом созидательном генерировании, есть необходимое условие выживания генетических ветвей высочайшего качества, когда сексуальность и её аспекты являются позитивным моментом представления, что ощущаемо чувственно и непосредственно, то есть визуально, потому что настоящая красота как функциональность вампирически безупречна, принимая внимание как энергию, но отдавая это внимание пропущенным через умножитель чистоты, когда и является в мир очередное представление как истинное и настоящее, несущее бездонность лазури восходящего солнца и глубину бесконечной неистовости звёздного неба, сияющего мириадами возможностей состоятельности как любви в себе.
         Апофеоз структурного анализа группового секса
         Сексуальность как представление является мотивированным намерением потенциального множественного реализоваться в реальное коллективное, поэтому практика коллективного сексуального контакта как параллель контакта социального имеет некоторый магнетизм, поскольку социальность по степени психоделического опьянения практически параллельна сексуальности, понимая под опьянением некоторое изменение реальности во время и сексуального контакта, и контакта социального, что знакомо многим, кто имеет возможность размышления в уединении.


         Анализируя магнетизм акта группового секса, нельзя не сделать вывод, что сам смысл этого притяжения заключается в предположении как чувственном восприятии, что никогда не имеет идентичности, и в этом случае особенно, поскольку при воплощении дополнение физиологическое может одновременно быть и усилителем чувственности, и наоборот, в зависимости от нюансов тончайшего психофизиологического характера, которых очень большое число.


         Говоря просто, секс втроём это игра в рулетку, когда отыграть обратно уже поздно, а выигрыш-проигрыш предположителен в течение достаточно короткого промежутка времени.


         Поэтому двойственное отношение к этому виду интимной социальности вполне оправдано, поскольку проба в любом случае будет необратима.


         Кульминация как разрешение после напряжения, при безусловной позитивной эмоциональной составляющей, формирует достаточно устойчивый союз, где гендерные рамки несколько размыты в силу разнополого и однополого сексуального контакта одновременно, что ставит этот союз в особые социальные условия, имеющие преимущество перед традиционной моногамией и полигамией в силу особых равных отношений трёх, что является апофеозом сексуальной социальности и безупречно устойчивой системой, при единственно возможным для этой устойчивости составом - женщина и два мужчины.
         Эмпирика тела как сексуальность биполярности эго
         Рассматривая внешнее как отражение внутреннего - иного определения внешнего быть принципиально не может с позиции здравого смысла - можно осознать, что всё связанное с бытием, или бытом, если конкретно и без вуалирования смысла, воспринимается в начальной стартовой точке сознания, представленного конкретным телом-носителем, поскольку сама идея души или духа абсолютно гипотетична, тогда как тело и его физико-химическое воздействие на то, что считается духом и душой несомненно и проверяется эмпирически.


         Пример - наркотическое воздействие, и как итог изменение и состояния души, и продуктивности разума, что отрицать невозможно.


         Однако несомненно и то, что сама химия тела, безусловно регулирующая состояние души и разума, абсолютно самодостаточна при идеальном балансе внешнего и внутреннего как истечения и восприятия.


         Говоря коротко, все наркотики-стимуляторы-галюциногены-депрессанты-антидепрессанты, включая гормональное регулирование, генерируются непосредственно в организме силой представления личности. Что, вне сомнения, хорошо известно некоторым оккультным школам, а также истинным знатокам техники именуемой йога или её аналогов.


         Воля представления это истинный Бог, дорога к которому тщательно шифруется теми, кто пытается извлечь выгоду из этого знания.


         Биполярность эго, то есть переменная постоянная психоделического состояния, это и есть полноценная жизнь, независимая от внешнего, но наоборот, влияющая на внешнее силой представления внутреннего, поскольку внешнее это не более чем элемент внутреннего, о чём было сказано выше и что является оккультной аксиомой, но также аксиомой классически научной, которую принимать таковой не позволяет традиционный академизм, рассматривая в ней угрозу своему существованию.


         Понимая, что сексуальность, как наиболее чувственная базовая составляющая и самого тела, и личности этого тела, является практически мотивационным истоком смысла существования, в большинстве случаев опосредованно транспозиционированная в нечто достаточно отдалённое от чистого секса, но тем не менее являющаяся единственным мотивом жить полноценно, в чём не все отдают себе отчёт сознательно, но внесознательно ощущают все - достаточно откровенно поговорить о сексе с людьми преклонного возраста, чтобы понять многое, если не всё в контексте теоретического бессмертия - можно сделать вывод, что само эго своей биполярностью, то есть чувственной амплитудой, необходимой для предотвращения девальвации экстатического состояния счастья, пытается заставить своё тело-носитель быть тем, что есть в действительности хозяин этого тела, тщательно упакованный в саркофаг разума, то есть свободной несущейся чайкой над волнами безбрежности вечного океана любовных страстей, что только и есть настоящая жизнь, которая имеет смысл быть.
         Внутреннее истечение энергии рождающей пламя любви
         Зависимость чувственности от осознания себя частью монолитного базового комплекса полноценной защиты естества трансформации в человечность как неестественность любовной страсти возможного непреодоления магнетического устремления в пламя представления как действительности, определяет истинность или не истинность самой полноценности как неестественности человечности, представленной естеством сострадания, которое и есть действительный критерий личности, но никак не ум.


         Поэтому чувственное безумие, определяемое таковым лишь оценкой мышления филистёра, в действительности есть чувственный разум, утремлённый в поиск подобного для социального-сексуального контакта, поскольку сексуальность это высшая степень социальности, доступная всей своей феерической возможностью воспринимать невозможное лишь некоторым действительным человечным конструкциям, осознающим, что сексуальная любовь это сама Вечность, огранённая моментом истины акта любви как вещи в себе, доступной к пониманию лишь чувственным осознанием, что является высшей способностью человека как человека действительного, но не человека животного.


         Всё это или есть, как внутреннее устройство генетической рефлексии, или этого нет, поэтому различие восприятия рождает условных монстров для одних, и серых, невзрачных, обыденных особей, протягивающих время сквозь себя как жевательную резинку, для других, где интегралом консоли единения эффекта вавилонской башни являются нормативные акты гражданского состояния, для чего они собственно и созданы.
         Квинтессенция коммуникативности как групповой секс
         Естество это материя, не естество - изделия из неё.

         Что сложно оспорить.


         Физиология, как производное материи, диктует одно, однако нечто, именуемое человеческим, диктует другое.


         Зачем и почему:


         С единственной просматриваемой априори целью - извлечь из материального естества нечто концентрированное, то есть продукт высшего качественно порядка.


         Что констатируется научно-техническим прогрессом с одной стороны, и аффектами постмодернизма со стороны другой.


         Хотя мало кто понимает эту констатацию, поскольку массовое сумасшествие, именуемое социальными отношениями, не позволяет видеть ничего за плотными шорами бытовой бессмысленности, осознаваемой как таковая лишь в момент невозможности что-либо изменить в образе мышления и физиологической жизни.


         Осознавая неестественность как прорывной вектор направленного движения человечности, можно понять, что сексуальность, как концентрированная водородная бомба распространения человеческой неестественности, это действительный мотивированный детонатор всего что будет, основанного на том, что есть.


         Поэтому традиция как условность, построившая вавилонскую башню современной действительности, постоянно атакуется нетрадиционным рассмотрением личностной роли в действии-взаимодействии получения конечного результата, который как смысловое явление не может быть известен своей формой никому, поскольку его содержание это и есть нетрадиционность, рвущая паутину клеточного образования тюремного заключительного акта человеческой трагедии-комедии, кому как это понимается.
         Дискурсивность чувственности как сексуальный выбор
         Безупречный отбор контактной пары предположителен до максимума и вероятен до минимума.


         В принципе этого не бывает, поскольку знание тела изменяет знание разума до степени практически полного подавления первым второго.


         Поэтому об этом ничего никому неизвестно.


         Дискурс чувственного определения неизбежен в такой сложной конгломеративной системе, как человеческая личность, базирующаяся на полноценном человеческом теле, которое, исходя из своей полноценности, всегда тяготеет к неполноценности как расширению сознания, так как сознание это и есть природная неполноценность, всегда стремящаяся расшириться знанием внешнего и поиску себе подобного, вырисовывающимуся лишь в дискурсивном векторе движения эго во встречном потоке предложения, от которого невозможно отказаться.
         Дьявольская аура наслаждения исполнением стриптиза
         Танец, как выражение внутреннего внешним, есть магический обряд представления функции как возможности, который энергетически питает и внешнее и внутренее, чем являет собой исключительной пример чистого и светлого эксгибиционизма, поскольку каждой танцовщице известно состояние эмоционально-физического наслаждения при исполнении этого действия, как известно и аналогичное состояние зрителя, что говорит о наличии пограничного поля - равноудалённого от глаз и тела - где и генерируется эта энергетика, питающая и представление, и внимание, которая вне социальной демонстрации генерироваться не в состоянии никаким образом, что говорит о подобной возможности как социальной необходимости, бруствером естественной красоты не позволяющей теоретической доктрине теизма обозначать себя как действительность, поскольку настоящая женственность как высокая степень функциональности это и есть истинная божественность, от которой божественность предполагаемая, как аскетизм самолюбования неполноценности человечности, бежит как чёрт от ладана под любыми предлогами, поскольку невыносимость красоты естества блокируют гипнотическую составляющую, лежащую в основе неправды, предполагаемой как святость .
         Полиномиальное разрешение сексуального напряжения
         Деструктивность предполагает универсум внешней угрозой внутреннему асексуальному, трансформируемому  во внешнее сексуальное нетрадиционностью обрядов его реализации, поэтому конструктивность как внутреннее сексуальное, трансформируемое во внешнее универсальное как традиционностью, так и нетрадиционностью его реализации, но тем не менее являясь частью универсума до степени констатации его элементом себя, разрешает конфликт сторон полиномиальным решением неприятия возможности разрешения отсутствием напряжения.
         Длительность как аффект сексуального акта в себе
         Понимание того, что само понятие длительности констатируется как фиксация чувственного изменения сенсорики тела в суперпозиции и более никак - что невозможно опровергнуть и что является абсолютной аксиомой - выводит осознание смысла как структуры трансцендентного поля, находящегося вне сенсорных возможностей человека и его опосредованных приёмников, то есть "приборов, фиксирующих то, что недоступно органам чувств человека", которое строит порядок представления психофизиологической сенсорике на основании способностей и возможностей чувственного сознания в суперпозиции понимать инстинкт как базис, строящий нечто необратимое, поскольку сама суперпозиция это фиксированная точка вне времени и пространства, то есть Вечный оргазм, сила истечения которого зависит от исходной детерминирующей команды запуска, определяющей физиологический оргазм откровением, в которое вложен смысл, требующий осознания.
         Падение за горизонт магнетической бездны желания
         Само понимание желания, основанное на опыте его воплощения, позволяет сделать эмпирический вывод, что магнетический посыл этого трансцендентного явления - поскольку глубинные духовные желания никаким образом не могут быть пояснены рационально - несёт энергетику предположения воплощения этого посыла.


         Что не может не настораживать, поскольку имеет признаки команды и программирования.


         Воплощение, как детерминирование последующей духовной детерминанты, выстраивает порядок уровней качественного восприятия, основанный на обратной пропорции достаточности воплощения и самодостаточности как удовлетворения.


         То есть открывает последующую ступень желания, качественно на порядок отличающуюся от воплощённой.


         Что конечно же на секулярном уровне известно многим, особенно строящим счастье на цифровом выражении его воплощения, когда накапливаемая денежная сумма геометрически прогрессивно требует своего увеличения любой без исключения ценой и, таким образом, форма меняется местами с содержанием, лишая этим демоническим актом самого смысла всего изначально имеющего место быть мотива - то есть перманентное прогрессирующее воплощение монстра желания начинает управлять истоком этого желания, а именно самой личностью, которая не в состоянии понять, что  с ней происходит.


         Анализируя чувственность как демоническую сущность, не оставляющую никакой возможности удовлетворить её окончательно, что впрочем противоречило бы самой человечности и опыты с этим в известное время были проделаны Фаустом и Мефистофелем, можно сделать вывод, что самое сладкое желание это желание невыполнимое принципиально, которое таким образом фиксирует дьявольски-божественное поле чувственности в постоянном состоянии напряжения и генерирования попыток воплощения невозможного в возможное, пытаясь штурмовать недостижимость идеальной линии горизонта бесконечностью вечной любви всего во всём.
         Сатанинский рассвет синтетического эндорфина
         Химия тела, как исток ощущений и качества существования, что отрицать просто невозможно, есть практический архангел божественной обители, каковой является тело человека, в котором обитают одна или несколько личностей, являющиеся собственно тем, на чём построена консолидация мистического страха и ужаса, трансформируемого в понятие, определяемое одним словом - религия,  подразумевающая всеми эзотерическими знаниями, включая оккультные школы и мистицизм, что само непосредственное тело это и есть Бог.


         Что конечно же невозможно оспорить, поскольку и боль, и наслаждение это прерогатива функциональности тела, а всё остальное проистекает из этих качественно доминирующих чувственных состояний.


         Поэтому вся химическая терапия извне это атака на бога, где ярче всего заметна божественная реакция на препараты искуственно генерирующие эндорфин, то есть гормон счастья, получаемый благодаря наркотическим веществам группы анальгетиков.


         Конечно же настоящее счастье это воплощение генетической функциональности, определяемой непосредственно геномом.


         По этой причине нельзя запрещать себе то, что определено как природное естество породы, в противном случае человек обречён на несчастливое существование или, как выход, на синтетическое счастье, не имеющее обратной дороги из коридора, ведущего в саркофаг пустоты и страха.


         Каждый наркоман знает, что излечившись, он до конца дней будет несчастлив, получив это состояние как плату за жизнь, которая качественно устраивает далеко не всех, потому что Бог перестаёт давать эндорфин просто так, поскольку личность развращена девальвацией счастья, полученного благодаря генетическим отклонениям от естества, требующим релаксирующего счастья любой ценой, так как функциональность нереализуема или вообще отсутствует.


         Имеется в виду, что наркоманами не становятся, ими рождаются.


         Поэтому сама сексуальность как биофильная естественность, в противовес бракованной некрофильности как неполноценной неестественности, является классической божественной эманацией, на которой стоит весь существующий мир людей, включая все без исключения структуры этого мира, существующего лишь в воображении, которое есть наивысшая ценность, незаменимая никаким синтетическим счастьем и определяемая эстетическими критериями восприятия красоты как функции, которая имеет много имён, но смысл которой один - любовь.
         Синтетика постмодернизма как гомосексуализм смысла
         Рассматривая все аспекты человеческих отношений в контексте необходимости существования как животного вида, нельзя не сделать вывод, что сама человеческая социальная жизнь это яркий психоз, построенный на условностях какой-либо конкретной цивилизации, основанных на базовых инстинктах и распределении возможностей реализации этих инстинктивных запросов ценой психической ролевой игры, окончательно переходящей в сумасшествие на определённом этапе продвижения в социальном поле к цели, ясность осознавания каковой совершенно отсутствует и определяема в основном формулой, закреплённой в сознании программированием воспитания, где сама программа создана предыдущей программой с поправкой на смещение нюансов бытового плана конкретной эпохи.


         Действительно, стоит убрать условный комфорт, как моментально происходит блокировка программы и человек становится тем, кто он есть - ленивым животным, вопящим подобно голодной обезьяне о проблематике качества жизни как смысла.


         Что очень ясно просматривается в синтетике постмодернизма, где мужчины гомосексуалисты норовят занять место женщин, и вполне успешно, а действительные самцы, как недостаточно осознающие глубинный смысл самой программы, остаются действительными для того, чтобы физически работать и погибать в боевых действиях, проводимых дегенеративными особями разве что не ради развлечения, как в римском Колизее.


         Говоря о дегенерации стоит понимать это не как крайнюю степень физиологического вырождения, а как крайнюю степень сумасшествия, то есть безусловной веры в себя как части программного обеспечения, что ясно видно просто по внешнему поведенческому типу класса вырожденцев постмодернизма, предполагающих, что батоны растут на деревьях, а мужская косметика это действительное оружие завоевания своего места в современном мире.


         Что не касается самой управленческой верхушки, то есть уровней президента-премьера, поскольку этим людям совершенно невозможно понять, что происходит вокруг, поскольку вся получаемая ими информация не может не быть практически полностью виртуальной, имеющей как факт закрепления в реальности исключительные примеры, зачастую смоделированные, подобно "неизвестному" месту сокрытия Бен Ладена или именам авторов-исполнителей покушения на Кеннеди.


         Осознавая смысл существования как существование какого-то смысла, но совершенно сокрытого во тьме суеты социального опьянения, в редкие моменты протрезвления современный человек высокого интеллекта временами начинает видеть то, что есть в действительности, но моментально приходит к выводу, что он сходит с ума, а поэтому сразу кидается в омут релаксирующей социальной смуты, сбрасывая с себя как наваждение действительное понимание смысла условностей как естественности.


         Понимание самой человечности как безусловной условности, построенной на закреплении командами воспитания условных рефлексов, дает ясное осознание существования теневой структуры регулирования всего хаотического прогрессивного направленного движения элементов как индивидуальностей к цели неясной, но осмысленно не имеющей ясности, поскольку окончательно осознанное  безжизненно как тряпичная погремушка.


         Определённая теневая структура камуфлирована столь изощрённо, сколь мастерски скрыт бриллиант в графине с водой.


         Это женственность.


         Поскольку всё гениальное просто, постольку все геополитические глобальные процессы всех уровней всех времён и народов в своей основе как мотивационный детонатор имеют коллективное женственное как бессознательное позитивное.


         Лишь поэтому мир до сих пор существует, несмотря на изощрённые попытки коллективного мужественного, то есть бессознательного негативного, утвердить патриархальность как базис движения вверх, но по "непонятной" причине движение устремлено вниз, что почти каждый реально ощущает на себе во все времена последних тысячелетий.


         Драйв сексуального превосходства как война миров
         Неизбежность магнетического притяжения подобного к подобному несёт чистоту мотивации, воплощённую в прямое действие захвата власти как высшего сексуального удовлетворения неполноценной социальной элиты, не способной удовлетвориться естественно, поскольку не имеет для этого ни физических, ни интеллектуальных способностей.
         Метафизика религиозной сексуальности магии тела
         Метафизика религиозной сексуальности магии тела самодостаточна сексуальной религиозностью физической химии телесной сенсорики.
         Женственность как манипуляция страсти духовностью
         Несомненно, что женственность как явление органически-синтетическое, проистекает извне, но не является самостоятельной самодостаточной сущностью.


         Другими словами, женственности вне восприятия мужественности не существует. Что хорошо видно на примере женских тюрем.


         Поэтому демоническая аура женственного как создания мужского страстного воображения всегда очень точно оценивается самой мужественностью, которую невозможно одурачить, если только она истинная, а не полуфабрикат смешанной породы, поскольку мужчина это воин в первую очередь, в противном случае это мужчина ненастоящий.


         Мир держится на тылах этих воинов, перманентно строящих и разрушающих его с маниакальностью ребёнка, перебирающего свои игрушки, поскольку любой мужчина в глубине осознанного-неосознанного всегда сын, не им он быть не может, поэтому женственность как базис тыла несомненна, аксиоматична и не подлежит обсуждению, поскольку вживлена в саму сущность мужчины.


         Различие женского и мужского ума служит основой принципа существования человеческого мира, тогда как женский ум это искусство возможного - что давно оценено в политике и действительной прикладной науке - ум же мужской это искусство невозможного, то есть в большинстве его носителей проявляется как, говоря коротко, придурь - выражаемая пустым философствованием, пустым фантазированием, пустой литературной развлекательной деятельностью и пустым гонором пиететов, обгоняющих друг-друга в погоне за яркостью самолюбования в подсветке женских глаз, что как пример очень хорошо демонстрирует политическая деятельность, где мужчины действуют опираясь на поле влияния тестостерона, ничего не соображая в практике полевых действий, но хорошо соображая в самооценочном допинге предполагаемой мужественности, поскольку истинная не на трибуне, а с пулемётом в руках защищает духовные ценности, проистекающие из чистой женственности, то есть из условности, ценой которой является мужское безумие, формирующее мир таким, каков он есть - великим сумасшествием всего во всём, где единственное настоящее, которое есть в действительности, это женственное сознательное стремящееся подчинить мужское бессознательное, что всегда имеет единственный возможный вариант исхода этого стремления.
         Теория положения относительности интимной сферы
         Релятивизм сексуальной страсти субъективно идеален, что не может отрицать даже физик теоретик в моменты предполагаемого им посещения стриптиз-выступления женской модели, опровергающей своим выступлением ОТО Эйнштейна, где заявлена предельность восприятия, то есть ощущения, что говорит лишь о том, насколько отличен узколобый теоретизм, не подкреплённый эмпирической составляющей, от широкоформатного сексуального практицизма, понимая в этом контексте сексуальность как страстную любовь к жизни, где страсть это и есть истина.


         Что безусловно подтверждается феноменом пассионарности, создавшей существующий мир людей.


         Интим, как защитный купол от идиотов, возможен как расширяющееся поле адекватности при условии существования адептов этой адекватности и концентрации этих элементов в одной точке пространства и времени, что практически достаточно невозможно, но теоретически недостаточно исключено, поскольку смысл существования подразумевает единственно возможный вектор движения через ощущения, изменить который нельзя, так как он существует изначально, не имея ни начала, ни конца и представлен тем, что было, есть и будет, которые волевому изменению не подлежат никаким образом, поскольку осознанная воля есть часть этого вектора.


         Что несколько сжато сформулировано, но доступно для понимания подобными, для которых и пишется подобное.


         Относительность интимной сферы определена безотносительностью и непосредственностью восприятия этой сферы как исключительного существования, вне которого нет ничего, что имело бы смысл до степени принятия его имеющим  значение как действительное настоящее, а не иллюзорное, поскольку для эстетического интимного восприятия мира собственное иллюзорное это высшая степень ценности, тогда как общее материальное не более как базовая платформа, когда старт определяется силой и мощью земного утилитарного, остающегося на том же месте, где оно и было всегда,  тогда как взлетающее интернирует собственное материальное ценой улёта до платформы следующего состояния, формируя там само себя для очередного взлёта в глубину восходящего солнца и падения в лазурь стоячих звёзд, поскольку эти коллизии её единственный настоящий мир, самый лучший из всех возможных миров.
         Неестественность чистоты но естество сексуальности
         Кроме так называемого разума, человеческая личность имеет отличия от животного признаками, определяемыми как фиксация фокуса сознания на минимальной точке восприятия как внешнего, так и внутреннего мира.


         Что означает буквально чистоту бытового уровня, определяющую чистоту и точность мысли, что опровергнуть невозможно.


         То есть, ясность восприятия и точность интеллектуального анализа или синтеза необходимо совпадает с уровнем качества личного бытового самоощущения и самооформления.


         Говоря просто, человек не следящий за своим телом и тем местом, где это тело находится, не может максимально точно фиксировать или генерировать пространственно-временной континуум и его элементную базу, которая в любом случае есть производное духовной составляющей личности, поскольку вне всякого сомнения объект есть субъект, что рассматривается как постулат, но действителен до степени аксиомы для тех, кто доступен в поле восприятия этой истины.


         Говоря просто, грязь это естественный хаос мировой субстанции из которой изготовлена человечность тем более высокого качества, чем менее в ней присутствует самого хаоса, то есть естества.


         Если добавить точности, то можно определить, что неестественность человечности это чистота его естественного стремления к ч е л о в е ч е с к о й жизни.


         Таким образом, рассматривая человечность как стремление к жизни, что не может быть никак оспорено, исключая невротичные паталогические случаи, можно определить сексуальность как квинтэссенцию этой любви, что определено всеми человеческими цивилизациями всех времён и народов, поскольку именно чистота сексуальной связи определяет чистоту духовной возможности, проявляемой эмоциональной чувственностью, основанной на чистоте способности извлекать из хаоса - то есть из грязи - неестественное человечное, ценой уничтожения естественного хаотического, определяемого как нечистота и материальная, и духовно-эмоциональная, так как связь между духом и материей являет собой в сущности одно целое, лишь условностью программы воспитания разделяемое на некоторую биполярность.
         Оккультные обряды жертвенной сексуальности
         Понимание, что такое мазохизм, даётся непросто, или вообще не даётся, не проверяя это состояние не вне системы подобной чувственности, но из неё, войдя туда всей совокупностью возможностей эмпирического представления, то есть не теории, но субдействительности, когда ясность оправдана честностью представления, что составляет грань истинной женственности.


         Что достаточно непросто, но не невозможно.


         Самодостаточная оценка, как критерий критерия, есть реальность, проистекающая из самой себя, поэтому чувственность служит единственно действительному оценочному определению - видению большего в контрапункте общего массового, которое есть не более чем фон нюансов истинной человеческой действительности, построенной на тонких полях эфемерности, невозможных к восприятию в шумовом поле опьянения социальных коллизий, существующих именно для этого - для подавления и сокрытия настоящего человеческого в иллюзорном социальном массовом.


         Что многие ощущают ночью, проснувшись в ауре лунного единения себя во всём, никогда не осознавая, что это перезагрузка программы.


         Коллективное сексуальное, то есть социальная любовь к жизни, в отличие от коллективного некрофильного, то есть подавленной любви к смерти, построены на различных базовых платформах  существования как совокупления разных степеней состояния бинарной пары тело-дух, когда второе представлено религиозной доктриной христианства, а первое оккультными эзотерическими схемами знания, воплощаемого в жизнь здесь и сейчас, а не где-то неконкретно и когда-то, когда - неясно.


         Говоря прямо, любовь к человеку как целому полноценному, достаточно отлична от любви к человеку разделённому и неполноценному, когда первое представлено оккультными обрядами групповой свободной любви, а второе - оккультными обрядами массового ожидания смерти, камуфлированного рюшечками ханжества, когда в мужских монастырях процветает гомосексуализм, а священнослужители проповедуют тайную доктрину педофилии.
         Чувственное лезвие обострённой невменяемости
         Если рассматривать осознание как адекватное восприятие внешних вызовов, - то есть предложений, от которых невозможно отказаться, -  то можно констатировать понятие вменяемости как максиму естественности, опирающуюся на условности договорного характера социумов, понимаемых как человечность.


         Где сама человечность, вне её неестественного искажения творческим взглядом и приёмами самовнушения, является животной тоской, подобной общению разговаривающих приматов, если это общение не электризовано некоторой степенью неестественности, максимально действительно проявляющейся не в притворстве, то есть игре в несуществующее, когда игра всегда довлеет над сознанием пониманием того, что оно в игре, но в полном уходе в субреальность, то есть в состояние некоторой невменяемости, когда яркость и контрастность представленного поля возможна максимальной степенью регулирования, без оглядки на условную договорённость соблюдать режим примата, не выходящий за рамки животного восприятия, что невозможно определённому проценту людей в силу необходимости существовать в полётном режиме.
         Демоническая зависимость сексуального совершенства
         Определяя сексуальность как степень яркости выраженной функциональности, нельзя не прийти к выводу, что и сама функциональность, и её физиологическая констатация имеют прямо-пропорциональную связь, качественно определяемую внутренней оценкой формы как достаточного выражения, то есть чем ярче выражена форма, тем полноценнее констатируется содержание, практически полностью зависимое от позиционирования выражения как идентификации генетической принадлежности к генеалогическому клану, представленному бинарной парой тело-дух, где первый элемент практически контролирует элемент второй, достаточно предположительный, тогда как первый действителен несомненно и абсолютно.


         Имеется в виду внешность женщины и её психическое состояние, зависимое от этой внешности.


         Демоническая составляющая формы почти всегда ведёт на поводу теоретическое содержание, поскольку оно не более чем философское предположение, тогда как форма всегда здесь и сейчас, что отрицать может лишь сумасшествие крайней степени, причём наречие "почти" в этом тезисе имеет достаточно условное значение, имеющее своей целью сделать допуск для недопущения абсолютизации, то есть это речевой либерализм.


         Что известно всем, от домохозяйки до президента, а именно - форма даёт наполнение, которое вне достаточной степени качества парализует всё.


         Если кому-то требуется практический пример демонизма в бытовой жизни, то это как раз такой случай - сексуальность, то есть функциональность генетического предназначения, управляет духовностью, определяемой психологическим и психическим состоянием, которое в буквальном смысле делает человека таким как он есть, а в случае невыполнения демонических команд, трансформирующих внутреннее во внешнее, вполне может ликвидировать объект представительства посредством суицидальной практики, которая своими истоками стоит над разумом качественным контроллером состояния формы как выражения сексуальности.
         Демонизм презумпции перманентной сексуальности
         Человеческая порода, точнее говоря женские особи этого вида, единственные представители высокоразвитого животного мира, готовые к размножению практически постоянно, исключая моменты ремиссии этой способности, что наводит на размышления о неком ином предназначении данной магнетической способности, кроме простой животной репродукции.


         Постоянное потенциальное сексуальное напряжение, в любой момент способное закончиться разрешением, определяет духовность неизбежной и основной частью сексуальности, более того, сама сексуальность является мотивом духовности, что не может отрицать никто из мыслящих творцов, поскольку, как пример, даже сам принцип музыкального контрапункта, как и любого контрапункта вообще, построен на бисексуальной базе - напряжении и разрешении, где под бисексуальностью понимается двойственность сущего, основанная на пустоте, преобразованной в максимальную материальность, взрывающуюся перенапряжением самой себя и разрешающуюся в исходное состояние перманентного ожидания сверхнового разрушения, ценой совокупления противоположностей, созданных для электризации момента и трансформации суперпозиции в постпозицию, которая и определяет среднестатистическое существование обыкновенного человека, зачастую в этой позиции и умирающего в недоумении последнего мига - а что же это такое было, столь быстро промелькнувшее, столь много обещающее, но ничего из обещанного не давшее, аминь.


         Нужно брать, а не ждать, если кратко резюмировать предыдущий пассаж.


         Что чувственно-разумные женщины и делают с грацией естественности изящества, то есть с абсолютно мотивированной функциональностью необходимости.


         Демоничность магического магнетизма мотивированной безрассудности всегда имеет своей целью момент минимума преобразования постоянной перманентной в позицию максимума разрешения потенциального напряжения в функциональное разрешение как духовно-интеллектуальное, так и экстатически-сексуальное, что для настоящей женщины состояния идентичные, поскольку духовность проистекает из физиологии, точнее функциональности этой физиологии, когда любовь чувственности переплетена с духовной сексуальностью в степень единого целого, подобно протонам и нейтронам в составе атомного ядра, поэтому неизбежность полёта ночной колибри над океаном звёздных закатов всегда понятна и непрерывна для женственности как естественности цикла любви.
         Экзистенциальность желания
         Не имеет определения, поскольку неопределяемое не есть понимаемое и больше добавить нечего, кроме действительной пробы, которая действительна лишь в момент ощущения, сразу же исчезая во тьме памяти представления и оставляя лишь недоверчивый чувственный след, в который нужно лишь верить.
         Идентификация чувственности как вечная молодость
         Нет смысла повторять утверждение, что молодость духа есть молодость тела, но не всегда наоборот, однако действительную степень этой констатации можно осознать не посредством просмотра идеограмм контекста, фиксирующего эту данность, но лишь нахождением внутри констатируемого состояния, поэтому сказать что-либо определённое адекватным переводом для внешнего восприятия нельзя никаким образом, поскольку лишь условные понятия, то есть существующие как элементы цепи восприятия некоего конечного базового смысла, могут быть переданы вовне, и то лишь как цельная квантованная цепочка, где каждый квант это математическая точка вершины айсберга целого направления предметного описания, что не позволяет вообще никому ничего осмысленно передать с достаточной вероятностью адекватного приёма полученного посыла, что превращает человеческое общение при помощи слов, или иных семиотических способов, в бессмыслицу, осознаваемую  таковой чрезвычайно редко, практически никогда, поэтому самым верным способом воспринимать истину является чувственность, которая никаким образом непередаваема вовне, то есть не подлежит адекватному описанию и выражению этим описанием, а поэтому - трансцендентна как понятие.


         Действительно, как описать боль, страх или оргазм, кроме сравнительного и бессмысленного метода утрамбовывания слов, не имеющих никакого аутентичного наполнения.


         Поэтому конфликт поколений неизбежен в любом случае, так как чувственность одного порядка не признаёт чувственность другого порядка, кроме тех моментов, когда они соответсвенны, что чрезвычайно редко имеет место возможности прямого контакта в физическом мире.


         Таким образом, сексуальная чувственность как сенсор действительной генетической функциональности является единственным критерием оценки внешнего и его соответствия внутреннему, так как иные способы взаимодействия в любом случае наталкиваются на длинную цепь посредников, по прохождении которой первичность свежести юной волны несущегося рассвета в любом случае сталкивается с монолитом заторможенного заката, пытающегося ухватить отблески чужих миров, когда чувственный разум - а иного быть не может принципиально - в большинстве случаев живёт не будущим, а прошлым, рисуя этим свой мир традиционностью серой утопающей посредственности, так как истинная гениальная молодость всегда здесь и сейчас постоянна и невозможна к уничтожению ничем, никем и никак.
         Доминирование вампирического как база сексуального
         Понимая под вампиризмом духовность коллизий физиологии, представляющей свой генетический клан самым открытым образом, то есть яркостью привлечения внимания и отдачи его как впечатления, питающего энергией генома захваченный объект, можно осознать, что математичность микромира опосредованно связана цепями управления впечатлений с эмоциональностью мегамира, определяемого духовностью, поскольку лишь она может претендовать на копирайт идентичности тела и его носителя, поэтому вампирические эманации сексуального, то есть максимально функционального характера можно дешифровать как стремление доминанты объединить все субдоминанты единым полем множественности, определяемым как единство.


         Говоря просто, сексуальный вампиризм это необходимое социальное действие объединительного характера.


         Полностью осознавая максимально допустимое проявление функциональности как единственно возможный источник естественного счастья, можно понять, что все интегрирующие моменты физиологического взаимодействия имеют своей целью не продолжение животного рода, но единение духовности, закованной в окаменелые бронежилеты рефлексии тела и его животных реакций подобно узнику одиночной камеры, когда неожиданно в конце тюремного тоннеля начинает мерцать рассвет предположительного побега из неё.


         Что поясняет аффект сексуального оккультизма, приводя его в порядок квантовой физики, где геном эманирует свое представление и получает отражение в виде впечатления.


         Поэтому любое множественное действие в любом случае проходит итогом единичного восприятия, когда множественность как средство определяет единичность как смысл, который качественно формирован сенсорикой тела, определяющей действие механизмов запуска гормональных команд, дающих установку на позитивное восприятие существования, констатирующего само себя как часть себя, но не более, поскольку все внешнее это отображённые элементы внутреннего, осознание которого на договорных основах определяют уровень способности предположительного побега из одиночной камеры в рассвет восходящего, покидая нисходящее.
         Божественность магнетической сексуальности тела
         Рассматривая мотивы истоков сексуального магнетизма априорно-трансцендентным методом, то есть сознательно-несознательным сравнительным анализом предположения и его воплощения, нельзя не прийти к выводу о несоответствии энергетической составляющей потенциального и реализованного, когда синусоида аффекта конструктивной страсти неизменно начинает затухать вплоть до полного исчезновения или даже ухода в противофазное состояние, что превращает любовь в ненависть.


         Что конечно же не вершина психоаналитической мудрости, а известная многим практическая истина.


         Осознавая неизбежность уничтожения наполнения потенциала как эманации истока конкретного существования, можно предположить, что множественность сексуальных, то есть функциональных, контактов как возможность вброса ложных целей в поле духовно-физиологической эмоциональности, достаточно эффективно действует в качестве противореализационной обороны, не позволяя эманациям истока завершить функциональное воплощение до степени состоятельности, выполнения предназначения и отключения энергетики вампирического захвата, что означает медленную духовно-физиологическую смерть ступени, исполнившей приказ истока дать импульс для следующего запуска другого порядка, что не всегда соответствует её намерению, а точнее никогда.


         Что обычно выражается депрессивным состоянием и осознанием бессмысленности всего во всём, включая возрастное недоумение и аффект мемуаров.


         Потенциал тела не имеет предела при достаточной необходимости соответствия намерения и его воплощения, тогда как социальный механизм подавления индивидуального как энергетически независимого всегда даёт установку на медленную ликвидацию этого потенциала, ориентируя носителя на ложные ценностные установки, где счастье, как единственный смысл существования, вуалируется до бессмысленного нивелира, выражаемого оккультной идеограммой "мы", когда мистицизм как предположение использует невозможность большинства осознать, что его не существует, кроме как точечного экзистенциального вкрапления золотого кластера "я", перманентно подвергаемого внешним атакам с целью энергетического забора его потенциала всеми доступными способами, основанными не внесознательном выполнении демонстрируемых действий, являющихся фактически командами управления, что почти никогда не осознаётся разумом, кроме последнего момента рассветного заката, несущего очередной  золотой кластер в пылающую звёздную ночь возможностей, нереализуемых практически никогда именно по причине оккультного воздействия коллективного бессознательного "мы", сознательно уничтожающего индивидуальное, что только и есть истинный Бог, скрывающийся в тайнах глубины истинного индивидуального человеческого и любовного.
         Дьявольская божественность сексуальности духа
         Воспринимая сигналы сенсорной системы физиологического тела, нечто реагирует на эти сигналы в полном осознании того, что оно есть непременно и безусловно, поскольку это основной инстинктивный механизм, в любом случае ставящий самоосознание в центр воспринимаемой сенсорной информации по одной действительной причине - это нечто в самом деле есть точка приёма и обработки данных, приходящих извне, поэтому его можно классифицировать как центр духовной, то есть сенсорной физико-физиологической системы механизма тела, в котором условно вырабатывается так называемый дух, являющийся в любом случае центром всего что для него есть, и это познание есть самое главное из всех возможных, опровергнуть которое нельзя никаким образом, поскольку любой дискурсивный вариант рассуждений привносится извне, то есть из поля хаоса, из которого и формируется механизмом тела и генерируемого им духа весь видимый и воспринимаемый чувственный мир, проистекающий из возможностей физиологии, диктующей потенциал восприятия и реакции на это восприятие в любом случае автоматизированные, поскольку человеческой личности необходима возможность жить, но не контролировать периметр Вселенной, потому что всё энергетически позитивное, то есть интересное, происходит внутри этого периметра, являющимся бруствером, закрывающим от внешнего хаоса целостность непосредственности души как ребёнка духа, в любом случае использующего для охраны своего произведения любые методы самосохранения, потому что сконструированная душа это мессия, которой можно всё в пределах допустимости своего божественного происхождения, так как единственное, что есть действительно для дискурсивной системы дух-душа-дело это генерирование воспринимаемой формы из окружающего хаоса и реагирование на эти формы, что, собственно, можно определить как божественную мастурбацию, поскольку всё находящееся в поле восприятия тройственной системы это есть она сама, куда входит и защитный механизм периметра, то есть животное начало с животными инстинктами.


         Что общеизвестно как определение - душа человека потёмки.


         Исключая реакции механизма периметра из понятий и определений человечности, можно определить, что её квинтессенция как точка запуска всей опосредованной системы взаимодействий может находиться лишь в начале цепи этих опосредований, но никак где-либо посередине, когда все взаимные действия уже детерминированы предыдущими мотивами, то есть совершенно ясно, что чистота человечности имеет исток в поле духа, но не души как его производного, поэтому нет никакой возможности изменить тройственную систему как как модуль полностью функциональный, где производные функции постоянны и даже более того, являются эталонным генератором мотивированного движения к цели, ради которой, собственно, и существует подобная тройственная система в физическом бездуховным мире, который просто не может существовать вне её восприятия и описания, что является физически-философской аксиомой, поэтому самое ценное и действительное что есть в мире человека это механизм описания, то есть делания мира, который имеет определение как способность к воображению, которое в действительности и есть Демиург.


         Что можно выразить стандартным определением - если нельзя, но очень хочется - то можно.


         Понимая, что все чувственные аффекты являются базисом человеческого счастья, можно осознать воображение и его генерирование восприятия, то есть эмоциональность, главными человеческими качествами, единящими в себе совокупность дьявольски-божественных возможностей, поляризуемых лишь условностями социальных механизмов программирования, когда одна представляющая генетический клан система подавляет другие системы  с целью захвата поля внимания, то есть поля сексуальности как воплощения функциональности, поэтому все побочные эффекты этого подавления в любом случае связаны с животной сексуальностью, выраженной религиозной педофилией, гомосексуализмом политических деятелей, массовыми оргиями социальных элит, а также иными проявлениями эффекта генерации аффекта как необходимого состояния, определяющего смысл существования, то есть человеческого счастья, зачастую скрывающегося в таких вообразительных катакомбах, где невозможно отделить добро от зла, поскольку они есть части одного целого, стремящиеся к совокуплению всеми доступными способами на арене человеческих трагедий и триумфов, диктуя непреодолимое движение вперёд, смысл которого не может быть известным никому, поскольку он сам не более чем часть карнавала души, окружённого охранным периметром тела.
         Сатанинские рассветы гламурных дьяволиц любви
         Основываясь на понимании, что всё человеческое не более как искусственное напылённое, представленное мастерами эмпирики, извлекающих из пустоты образы красоты, воспринимаемые всеми как безусловность и естественность, хотя на самом деле всё наоборот, можно понять, что хаотическое это субматериальное из которого является классическое человеческое неестественное материальное, приведённое к форме сознанием, ориентированным на императивные критерии чувственности, ведущие целеуказателем автоматического определения курса к выявлению этого неестественного, ощущаемого своим магнетическим воздействием неясного происхождения, но вполне ясным ощущением эфемерной действительности, которой в самом деле нет, но, тем не менее, её образ как физиологическая матрица действующая на тело человека и его чувственную сенсорику есть, и есть настолько, что допускает преодоление основных человеческих инстинктов до степени их полного подавления, в буквальном смысле заставляя делать то, что в ином случае делать личность не станет никогда, понимая под этими действиями полное расстройство психики, вплоть до суицида на основании воздействия пустоты, оформленной в человеческою неестественность как действительность.


         Подразумевается гламур как явление и женственность как его наполнение.


         Включая в понятие гламура не только феномен подиума и чистоту человеческой породы, сведённую в полную степень неестественности, которая рамкой контраста фокусирует внимание восприятия на максимальной предположительной функциональности, но также вообще весь феноменальный ряд образов постмодернизма, включая в них не только светские и действительные здесь и сейчас конфигурации системы тело-оформление, но и религиозные классические образы ухода от животной реальности, представленные, в частности, церковным гомосексуализмом, возводимым в степень духовного церковного гламура, пока даже не имеющего устоявшегося семантического определения, что говорит о действительности тезиса, определяющего, что тело человека это истинный Бог, перманентно подавляемый последователями идеи теизма до трансформации его восприятия как Дьявола, то есть системная противофаза психовосприятия монотеизма искажает смысл истинного Демиурга до понимания его образа как низвержённого и греховного, трактуя в данном контексте греховность как любовь к человеческому телу и вообще всему человеческому действительно, подразумевая любовь к наслаждению, а именно - любвь к любви, хотя сама формула-идея Бог есть Любовь не может звучать по иному, поскольку это противоречит человеческому устройству.


         Что ощущают все при восприятии красоты физики тела действительного человека, оттенённой недействительностью рамки картины в которой он воспринимается, понимая под картиной само восприятие, и визуальное, и тактильное и эмоциональное животное, так как человек это, как уже заявлялось, напыление на животном, когда тем более проявляется человечность, чем менее естественно само напыление, строго соответствующее эмпирическим критериям чистоты действительной красоты, возведённой в бриллиант неясности, маячащей неуловимой аурой магнетического наваждения, зовущего к себе безумием холодной красоты нереальности, действующей несравнимо с естественным реальным, поскольку само происхождение человека подразумевает уничтожение нечеловеческого путём трансформации в человеческое, то есть, по идее, вся планета может быть предположительно забетонирована и вместо флоры и фауны останется сеть мегаполисов, рабочие полуживотные, счастливые в любом случае своей максимальной животностью, солдаты полуживотные, полностью счастливые в своей функциональности - что проявлено и сейчас в профессиональной системе наёмников армий ведущих стран мира - управленцы минимум животные, счастливые в своей функциональной возможности компенсировать властью природные недостатки тела и разума, представители отряда поддержки качества напыления человечного на животном, то есть всё то, что можно обозначить термином - люди искусства и публицистической политики, создающие дымовую завесу неестественности, в которой человечество ощущает себя комфортно, как откормленные свиньи в уютных свинарниках, а также элитный гламур, представляющий собой высший класс человечности, то есть абсолютной неестественности, где критерии красоты определены смесью уверенности доступа к наслаждению и невротическому оргазмированию психоделического типа, что известно лишь классическим эксгибиционистам транссексуалам и в меньшей степени отряду представителей мужского и женского гомосексуализма, являющемуся средним звеном между разговаривающим зверем и доминирующим ангелом, парящим рассветной ночью своего бытия в рафинированной суперпозиции сверхчеловеческого естества.
         Перемена пола как магия вечного горизонта надежды
         Осознание того, что недоступность понимания, переходящая в степень осознания, практически уничтожает магию чистоты и свежести ощущения, даёт возможность воспринимать линию горизонта как действительный источник энергетики, определяющий способность и возможность генерировать состояние счастья ценой движения к этой линии.


         Заключительный аккорд основных познавательных проб в ключе реального восприятия звучит у каждого человека в разном возрасте, но в любом случае до 30-летней отметки, плавно переходя в стадию предположения и воображения, аура которых окутывает большинство дюжинных представителей homo sapiens до последних дней их жизни, даря веру, надежду и любовь.


         Более того, эффект воплощения виртуального в степень реального почти всегда несёт отсутствие ожидаемого, поэтому осознание того, что самые счастливые эмоциональные моменты жизни человека это несбывшиеся желания, является максимально позитивным раскладом карт его судьбы, неся покой и умиротворение самодостаточности.


         Женственность и мужественность, как две грани одного целого и в образном выражении, и в прямом смысле, являются двумя энергетическими полями, действующими позитивно лишь в ключе взаимного проникновения, создавая всю яркость красок жизни коллизиями пересечения пограничной зоны друг-друга во всех смыслах сказанного.


         Что трудно опровергнуть, поскольку жизнь мужчин без женщин является такой же дегенеративной ненормальностью как и наоборот, поэтому нет смысла доказывать, что сама женственность это производное мужественности как восприятия, а мужественность это следствие существования женственности как смысла мужского начала.


         Горизонт ориентации всегда имеет множественность вариантов воплощения, поэтому существует феномен трансвестов, транссексуалов, бисексуалов и гомосексуалов в латентной или осознанной форме, что вполне естественно, поскольку в каждой развитой и нормальной личности присутствует оба начала, и женское и мужское, более того, зачастую женственность более мужественна, чем мужественность по причине более высокой организации женского начала как начала конструктивного созидающего, в отличие от начала мужского как деструктивного разрушающего.


         По этой причине многие истинные матера всех времён и народов были и есть мужчины трансвесты, бисексуалы или, как слабое ограниченное звено, гомосексуалы.


         Это же касается и женщин, но в отличие от мужчин женский гомосексуализм и бисексуальность не столь погранична со стандартной социальностью и достаточно приемлемы восприятием дюжинного представительства социума.


         Следует сказать, что горизонт недостижимости противоположного пола это максимально энергетический горизонт в смысле генерирования представления, никогда не имеющего возможности реального воплощения, поэтому женщина тем более ярко и насыщена самодостаточностью, чем менее она фиксируется на собственной гендерной принадлежности.


         Что можно реально физически видеть по внешнему виду и поведению публичных звёзд мирового уровня, известных бисексуальной ориентацией.


         Касательно мужчин эта тематика проходит параллельными аналогичными выводами, за исключением одного маленького, существенного нюанса - бисексуальная женщина всегда останется женственной, мужчина же может потерять свою мужественность, окончательно перейдя в плоскость женственности, что грозит потерей социальной свободы, стоит ему изменить социум, поскольку единственный гарант мира, покоя и любви социальности это звериная мужественность, всегда готовая пойти на смерть ради самоутверждения или защиты своих ценностей, что, как качество, у бисексуальных мужчин фиксируется не обязательно.


         Горизонт состояния и самоощущения противоположного пола конечно же является магической линией предположительного счастья для многих людей, однако не стоит забывать, что достигнутое всегда мертво, подобно зрелищу собственных детских игрушек, возникших из прошлого.


         Двойственность как матрица созидания лежит в основе любого явления и физического мира, и мира духовного, когда одно оттеняет  другое, давая ему возможность быть, поэтому моногендерность в любом случае менее продуктивна, если вообще продуктивна, в смысле созидательном, чем полигендерность, тогда как в смысле разрушительном эффективна именно она, не ориентирующаяся во всём спектре человеческой чувственности, проистекающей из натуральности естества, опылённого человечностью, которая всегда бисексуальна, поскольку любовь как возможность взаимного проникновения всегда базируется на двойственности, осознаётся это разумом или нет, что не имеет никакого значения в смысле эффективности результатов материализации мыслеформ сознания.
         Мистика перевоплощения во время сексуального акта
         Действительность как переживание в любом случае рассматривается как опыт сквозь чувственную призму, в противном случае переживания просто не было и констатация любого акта не имеет легитимности, так как человечность определена договорённостями взаимного программирования на базе процессов интеллектуальной эмоциональности, то есть единственно настоящего, что есть в актах человеческого восприятия, когда лежащее вне данной плоскости можно рассматривать как сопутствующую атрибутику переживания как существования, но не более.


         Действительно, нельзя отрицать, что любая инженерно-прикладная мысль опосредованно служит эмоциональному восприятию, где первое подрядчик, а второе генеральный заказчик, оценщик, приёмщик и в любом случае исток и мотив детерминированного развития НТП всех цивилизаций.


         Говоря вообще коротко, можно определить - всепланетарные магистрали авиа перевозок и водно-наземного транспорта в конечном итоге служат для любви в спальне, что сложно отрицать последовательному и логическому уму.


         То есть, намерение заниматься сексуальной любовью создало существующий современный мир, включая глобальные системы вооружений, сети космической навигации и сверх коммуникационные возможности связи, создающие не только информативные каналы передачи, но и чувственно-эмоциональные, которые опять же действительно первичны, в отличие от теоретической первостепенности систем глобального вооружения.


         При попытках уловить смысловой посыл в сексуальном акте, всегда возникает проблема аутентичности восприятия, поскольку изменённое состояние ауры любовного наваждения можно определить как форму психоза, когда тело не всегда выполняет команды программированного разума, отдаваясь управлению автопилотного режима, то есть режима естества, отрицающего в некоторые моменты условность договорённости человечности и становясь классически функциональным телом в себе, выполняющим определённую смысловую функцию, никогда полностью не дешифровываемую разумом.


         Что, конечно, знакомо многим.


         Мистика перевоплощения в моменты реального социально-сексуального контакта не может быть позиционирована как человеческое состояние, что действительно общеизвестно на разных уровнях определений, поскольку единственное, что есть у личности, это рефлексия разума и полууправляемое тело в моменты социального опьянения, когда это самое тело совершенно самостоятельно начинает действовать, в отличие от предположения рефлексии, что она всё контролирует, знание чего приобретено в интровертном одиночестве при полном непонимании, что человеческий триумвират  дух-тело-душа действует в поле реальности суперпозиции исходя из монолита духа, стратегически задающего курс фарватера, человеческого тела, тактически выполняющего задачи своей функциональности, и души, всё фиксирующей с позиции извне и эмоционально реагирующей на происходящее, не имеющее, собственно, к ней прямого отношения, поскольку она и создана духом для того, чтобы опробовать эту её версию, прогоняя сквозь пространственно-временной континуум с единственной целью - определить качество и что она такое есть в глубоком падении звездопада судеб, мерцающего всполохами мириадов мотыльков, сгорающих в пламени вечного движения, смысл которого всегда просматривается в собственной конкретной судьбе.
         Демонизм необратимости познания сексуальных глубин
         Любое познание как вход в состояние требует дискретного восприятия, квантованного качественно отличными монадами, формирующимися, функционально существующими и затем исчезающими как сброшенная змеиная кожа за ненадобностью отработанной формы, выполнившей своё предназначение и давшей детерминированный старт следующей монаде состояния и его трактовки, а также фиксации восприятия как существования и закрепления знания, когда все предыдущие инкарнации остаются впечатанными в ленту времени невозможными к вторичному использованию интеллектуально-чувственной системой человеческого триумвирата дух-тело-душа, поскольку уже не соответствуют его эмоциональным запросам, девальвированным закреплённым чувственным опытом.


         Что каждый знает по опыту попытки получить эмоции от прочтения книг детства или очередной встречи одноклассников, когда первые мгновения счастливого впечатления не имеют продолжения.


         Чувственность и эмоциональность, как основные действительные человеческие качества, имеют целью своего существования генерировать в человеческом триумвирате как можно больше личностей для максимально возможного достижения смыслового состояния счастья, единственного целевого назначения человеческой жизни, использующей это состояние как мотивацию прямого действия, определённого стратегическим базисом духа, тактическим потенциалом души и технической формой тела, понимая, что фактически оно и есть душа, грани которой реагируют на эманации духа, выполняя функциональное предназначение конкретных личностей, скрытых во мраке физики тела и метафизики эмоционально-интеллектуального контрапункта рефлексии, коллизии которой подобно дьявольски-божественному калейдоскопу каждый раз при повороте судьбы выдают очередную невероятную картинку представления, основанную, тем не менее, всего лишь на элементах самого калейдоскопа, имеющих предельность своего числа.


         Очевидно, поэтому и существует теоретическая смерть.


         Сексуальность, как квинтэссенция человечности и социальности, определяющая возможность генерировать представление как плоскость реактивности всех чувственных функциональных систем, формирующих этой реакцией базовое состояние полноценности, гармоничности, естественности и бесстрашия, основанных на осознании фатальности и невозможности изменения глиссады полёта бинарной системы тело-душа триумвирата, - где базисом системы является дух, главный триумвир - что, естественно, у подавляющего большинства человеческих действительных особей происходит в режиме криптозащиты, то есть несознательно, - отлична от познания предельностью возможного чувственного наполнения, так как не является полностью виртуальной сущностью, подобно познанию, но непосредственно касается физически-физиологического мира гранями сенсорики тела, то есть естественной души, а не души духовной, где предельность насыщения и девальвации определена физикой мира и очень ограничена манёвром возможного, что многие понимают на излёте чувственной баллистической траектории, когда незнание предстоящего состояния не оправдывает закономерного падения, но лишь утверждается последним приобретённым опытом, после которого отсутствие позитивных стимулов ведёт к стимулам негативным, то есть дегенеративным, где биофильная божественная сексуальность меняет фазу и обращается в некрофильную противофазу субестества, когда критериев счастья не существует, но лишь холод, мрак и боль невыносимости.


         Демонизм познания сексуальных глубин осмысленно принимается сексуальным естеством биофильной ориентации, бесстрашие которого основано на полном понимании, что именно оно и есть действительный Демиург, а не условный социальный муляж надуманного позиционирования, когда сексуальный оккультизм не сфокусирован на истоке света, то есть самом себе, а размыт вне границ чувственного смысла, подобно антикварной зрительной трубе, в которой бескрайность звёздного ветра галактических туманностей просматривается как размазанные пятна краски на холсте сумасшедшего художника.
         Психоделизм сексуальной составляющей идеи бога
         Трансформация естественного природного в неестественное человеческое имеет бесконечно много способов воплощения, на которых, собственно, и основан мир людей, когда даже сам человек является таковым не более как на основании социально-метафизического договора преемственности поколений, где метафизическое следует понимать как внедрённые в генную память императивы, детерминированные теоретическим прошлым, проявленным в настоящем условной естественностью неестества, оправданным не более чем тем, что эта неестественность естественна как человечность, созданная кем-то с какой-то целью, что в большинстве культур ставит идею теизма в стартовую точку истока всего сущего на основании не более как обыкновенного человеческого фантазирования, не поясняемого ничем, кроме как незамысловатой и наивной аксиомой детского незрелого мышления - "это так потому, что это так", имеющей много имён, а также синонимичных формулировок, созданных с единственной целью своего замысловатого существования - запутать след истины и накинуть шоры на разум, в нормальных условиях никогда не допускающего даже намёка на идею бога, поскольку в действительной, а не навязанной ложью жизни, человек всегда сталкивается лишь с самим собой и реакцией самого себя на свои реакции, определённые собственным устройством.


         В некоторых культурах личность живёт всего лишь один день, от рассвета до заката, просыпаясь уже в новой жизни, что говорит о потенциальной многовариантности человеческих сочинений на заданную тему, а именно - преодолению страха смерти, а если достаточно точно - преодолению страха самого себя.


         Генерирование преодоления не может не иметь источник энергии этого действия, понимая под преодолением решение предложений, от которых невозможно отказаться, то есть текущий момент суперпозиции, втягивающий эти предложения и выпускающий принятые решения, оформленные постпозицией, недопускающей никакой их корректировки, кроме как условной, практически всегда не являющейся тем, чем это решение было в самом деле, поэтому о прошлом нельзя сказать ничего, кроме, естественно, сочинения на заданную тему, исходя из чего вся энергетика созидания опирается на эфемерную иллюзию виртуального варианта предполагаемого, констатируемого как базовое действительное, констатация которого таковой, но не иной формы определена возможностью чисто технической, то есть многовариантна и совершенно не абсолютна, то есть, говоря прямо, это всегда неправда.


         Подобная тому, как и зачем "брали" Бастилию или Зимний дворец.


         Источник энергии преодоления, то есть генерирования будущего из позиции настоящего, как и всё сущее не может быть вне этого сущего, которое полным объёмом заключено в точке приёма сигналов сенсорики системы дух-тело-душа, то есть источник энергии существования всего что существует это тело человека, которое и есть Вселенная неизмеримости и беспредельности всего возможного, где Демиург действителен в той степени, в которой он осознаёт наличие самого себя, в противном случае от обыкновенный животный материал, действующий на основании трансцендентных для него команд, подобно колонии лесных грибов, срезаемых сборщиком и отправляемых на переработку для получения энергии существования, которая универсальна для любого состояния и любой формы, где содержание может быть единственным - сенсорная система триады дух-тело-душа.


         Что несомненно, но доступно для понимания выборочно.


         Энергия преодоления определяема как потенциальная сексуальность, реализуемая во всём возможном спектре удовлетворения сенсорной системы, создающей психоделическое восприятие реальности, формируемой как таковая в зависимости от запроса самой системы, то есть реальность идентична запросу, который в любом случае реализуем психоделической системой сенсорики, включающей определённую последовательность чувственной картины, определяемой сценарием востребования, поэтому пограничное состояние столь продуктивно, так как использует энергетику параллельных сценариев, сводя их в один фокус центровки и создавая оригинальный вариант трактовки возможного путём смещения его в поле невозможного, расширяя тем самым сами возможности, питаемые исключительно энергетикой сексуальности, то есть функциональной состоятельности, когда есть всё, что может быть без исключения, так как мир Демиурга это самый прекрасный из возможных, поскольку иных миров просто нет.


         Что формулируется просто - человек это то, что он действительно хочет.


         Осознание беспредельности возможностей включает возможность определения несуществующего предела, вводя его в саму беспредельность как её элемент, что замыкает сознание на самом себе окончательно и вне необходимости расширения энергетического поля ценой его отдачи в обмен на приём, так как автономность востребования не требует ничего того, что в ней есть, чем можно пояснить изменение элементов суперпозиции с целью достижения комбинации абсолютной и не имеющих иных вариантов взаимозаполнения, что даёт понимание смысла предложений от которых невозможно отказаться как качественную селекцию реактивности суперпозиции с целью отсеивания нефункциональности и закрепления окончательной позиции, когда динамичная длительность совмещена со статичной чувственно-математической точкой ультрапозиции, которая и есть действительный и окончательный смысл всех действий Демиурга в безбрежной ночи сознания, освещаемого звёздами ожидания, ведущего туда, где есть окончательное всё во всём.
         Сексуальная любовь как метафизика суперпозиции
         Вне всякого сомнения, многим известен аффект сексуального оргазма, когда время останавливается до степени объективной субъективности, то есть констатируется лишь описанием воспоминания, поскольку оргазм как вещь в себе ничего описанием самого себя сказать не может, так как это состояние не физиологическое, подобно миру животных, а психо-метафизическое, основанное на второй сигнальной системе, существующей лишь у человека, и по прошествии изменённого состояния выяснить структуру самого этого состояния невозможно не находясь непосредственно в нём. То есть сказать об оргазме нельзя ничего.


         Что не требует особых пояснений и, в принципе, неоспоримо.


         Однако нет сомнения в том, что изменённое состояние оргазмирования является суперпозицией в суперпозиции, то есть математической точкой в математической точке, когда весь мир сжимается в абсолютную квинтэссенцию самого себя, отбрасывая феномен длительности, то есть времени как представления - а ничем другим оно быть не может - и оно перестаёт генерировать представление самого себя, то есть состояние оргазма это есть состояние мира до так называемого Большого взрыва, когда сам этот взрыв стал каденцией некоего совокупления.


         Астрофизические изыскания наивны и смешны своей изначальной установкой на нечто там, что есть непосредственно здесь и сейчас, но только вне гипнотического действия предполагаемого времени, которого принципиально быть не может, поскольку суперпозиция это и есть вся вселенная со всеми бесконечными мирами всего их множественного великолепия, когда центр этой вселенной человеческого мира - а иного мира быть не может, что также невозможно опровергнуть ничем -  это суперпозиция в суперпозиции, то есть оргазмирование, в продолжении которого бинарная система человек-дух выходит из иллюзорного представления окружающего земного мира и становится тем, кто она есть в действительности - абсолютной и непостижимой сущностью в которой есть всё.
         Пограничное состояние как сексуальное бессмертие
         Выводя из понимания смысла существования как прямого действия, опосредованного действиями умозрительными, нельзя не осознать, что само духовное видение является в любом случае первичным в отношении констатации явления физико-физиологического порядка, когда мотив скрыт от сознания представлением разума, который как таковой в действительности не более чем маскирующий изыск самоудовлетворения в представлении контроля и предсказуемости, тогда как ни того, ни другого не может быть принципиально, в противном случае вся действительная вселенная - определённая доступом к сенсорам человеческого тела, и более никак, поскольку иное лишь предполагаемое - рухнула бы в одно мгновение, так как контроль разума это не более чем отвлекающие рюшечки на сцене железобетонного монолита предопределения исключительно любых действий перекрёстного физико-физиологического характера, где случайностей не может быть принципиально, но как дискурс представления есть аффект воображения, которое в действительности является истинной реальностью в понимании человеческих определений как описания свойств и характеристик настоящего мира, а не мёртвой флоры-фауны, которая оживает лишь благодаря тому же воображению, скромно не позиционирующимуся с действительностью, когда на самом деле оно и есть она.


         Что в частности известно всем как феномен голого короля.


         Сказочная феноменальность феерического призрака суперпозиции, осознаваемой не более как трюк разума, тем не менее не имеет абсолютно никакого логического пояснения самой сути этого феномена или абсолютной духовно-физической монады, вмещающей в себя все без исключения миры, присутствующие в сознании, находящемся в этой позиции и контролирующего не более как постпозицию, определяемую как предположение, поскольку оно фактически таковым и является, необратимо впечатанное в различные схемы описания, включая человеческую память, тем не менее будучи не более чем описанием, а также предполагающего схему компановки элементов мира в ультрапозиции, теоретически вытекающей из взаимодействия всего того, чего практически нет, поскольку впечатанное в прошлое мёртво, а то что есть - не существует в определениях человеческих законов физики мира, оставляя не более чем ожидание, наполненное энергетическим моментом представления, не идущим ни в какое сравнение с воплощением этого представления, какой бы степени идентификации они ни были.


         Что известно как выражение "цель ничто".


         Выводя из неоспоримого определения несуществования постпозиции и предполагаемого содержания наполнения ультрапозиции, можно с простотой арифметического мышления понять, что пограничное состояние это и есть настоящее, которое замаскировано в несуществующее и исходя из философского понятия субстрата вводится в отношении всего подобного, вполне реалистичного и секулярного на фоне философских схем и попыток состыковать несостыкуемое, когда в действительности само ожидание это и есть воплощение, осознаваемое таковым вне поля состояния, когда анабиоз ленты времени вмораживает манекены танцовщиц ночного рандеву с бесстрашием презрения холодноглазых мачо, не философией но мужеством прельщающих функциональность стройных ланей, не требующих ничего в момент любовной страсти, поскольку есть она и более ничто.


         Таким образом, основополагающим принципом биофильного восприятия предложенного материала является его закрепление всей возможной атрибутикой оккультного механизма обрядности, поскольку для человека вся жизнь это бесконечная цепь выполнения ролевых командировок в состояние, где обряд его квинтэссенция, а именно - любовь к себе и, как высочайшая степень эксгибиционизма, любовь ко всему миру как части себя, что включает весь спектр чувственных наслаждений, в отличие от некрофильного состояния, являющимся противопоставлением истинной любви в контрапункте суперпозиционной комедии, где некрофилия пытается оттянуть одеяло восприятия в минорное поле негатива, включающее в свой состав большинство массовых религий, в которых сама церковь это средоточие любви к смерти, что и проповедуемо как предложение не жить, а ждать, неприемлемое для свободного гедонизма, всегда отдающего, а не берущего, в отличие от массового мнения, так как профессиональное наслаждение как трансформация предложения от которого нельзя отказаться, великолепно осознаёт ценность пограничного состояния, когда ещё не вечер и все огни любви и карнавальной ночи горят безумством разума сознания, что это здесь, во тьме рассудка, горит звезда недосягаемости миров далёких - для некоторых, но только не для тех, кто здесь, сейчас, навечно, навсегда...


  • Оставить комментарий
  • © Copyright Врангель Данила Олегович (bobergauz@mail.ru)
  • Обновлено: 11/02/2016. 483k. Статистика.
  • Роман:
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.