Виноградов Павел
Счастье белое

Lib.ru/Фантастика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Комментарии: 1, последний от 28/04/2012.
  • © Copyright Виноградов Павел (pawel.winogradow@gmail.com)
  • Обновлено: 28/04/2012. 7k. Статистика.
  • Миниатюра: Проза
  •  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Я не знаю, кто я. Но это меня совсем не беспокоит

  •   Белые стены, белый потолок, опрятная белая постель. Тихо. Покой. Хорошо.
       Встаю, сую ноги в мягкие светлые тапочки, подхожу к окну. Роскошные тёмные ели кутаются в снежные тоги. Снег, белый снег кругом. Ни следа на нём, ни души. Ели, снег, фактурное жемчужное небо.
       Вздыхаю полной грудью и ложусь снова.
       Я не знаю, кто я. Но это меня совсем не беспокоит.
      
       - Он увидел тебя на улице, ты шёл, ничего не замечая. Он окликнул, ты не реагировал. Он взял тебя за руку, спросил, что с тобой...
       - А я?
       - Ответил, что не знаешь. И глядел, как на незнакомого.
       Женщина красива и взволнованна. Глядит обеспокоенно и серьёзно. Под белым халатом - изящная блузка.
       - Мы на "ты"?
       - Да, конечно же.
       Она нравится мне, и я не хочу, чтобы надежда рушилась так скоро. Потому медлю со следующим, очевидным, вопросом. Вместо него роняю:
       - Не помню, как сюда попал.
       - Врач говорит, это естественно, - похоже, она тоже не решается о главном. - Он больше не надеется, что ты всё вспомнишь сам, потому разрешил мне поговорить с тобой.
       Чёрт возьми, но ведь придётся!
       - Мы были с вами... с тобой... мы близки?
       Тянутся мучительные секунды. Как я хочу, чтобы она ответила...
       - Да.
       Словно бы решилась и выстрелила. Да, это звучит, как выстрел.
       Я облегчённо откидываюсь на подушку.
       - Мы собирались пожениться, - добавляет она.
       Господи, как хорошо!
       Тут я вспоминаю, что не спросил ещё о многом. Теперь, правда, это уже не имеет значения.
       - Послушай... дорогая, - мне неудобно произносить это слово, - а кто я вообще? Чем занимаюсь?
       Она легкомысленно машет рукой.
       - Да ничем, в общем-то. Так, всякие увлечения возникают, потом проходят. Ты обеспеченный человек. Раньше был... - она чуть медлит. - Журналистом. Потом получил наследство от какого-то родственника, ушёл из газеты...
       - А ты?
       - Что я?
       Мне кажется, она сразу поняла вопрос.
       - Ты чем занимаешься?
       - Я литературный агент. У меня несколько авторов, некоторые очень известны. Мы с тобой познакомились в газете... Знаешь, у тебя чудесная усадьба в лесу. Там так же тихо, как в этой клинике. Ты обещал, что, когда мы поженимся, поселимся там.
       - Да, дорогая.
       Я беру её за руку и ощущаю какое-то напряжение. Где-то в самой её глуби. Да, конечно, она волнуется за меня.
       Кажется, я счастлив.
      
       - Как ты могла?!
       - А что я должна была ему сказать? "Ты всемирно известный писатель, во время работы над очередным романом сорвавшийся и ушедший неведомо куда. А когда тебя нашли, оказалось, что ты начисто забыл, кто ты такой". Так что ли?
       - Хотя бы так...
       - А то, что врачи установили у него органическое повреждение мозга, и это значит, он никогда не восстановит память и никогда больше не напишет ни строчки - это мне как ему объяснить?..
       - Но зачем ты сказала, что вы собирались пожениться?
       Она закуривает длинную сигарету и несколько секунд выпускает дым, глядя в одну точку.
       - А сама бы ты как поступила?
       Голос её ровен, но в нём - туго стянутая пружинка истерики.
       - Я убила на него пять лет жизни, я вытащила его из ямы, из газетки, где он писал за гроши дурацкие статейки. Я лбом пробивала издательства, таскала туда его романы, убеждала этих надутых идиотов, что он гений. И добилась своего, теперь его переводят во всём мире, каждый паршивый журналюга мечтает взять у него интервью, только никому из них это ещё не удалось. Он получает бешеные гонорары. А я...
       - Ты тоже получила немало.
       - Да не о деньгах я!
       Она почти кричит. Нервно давит в пепельнице наполовину выкуренную сигарету.
       - Я... В влюбилась в него! Втрескалась, как дура! А он... Я для него - прекрасный рабочий инструмент, вроде компьютера, на котором он пишет свои дурацкие романы. Он...
       Слезы катятся из её глаз, она, кажется, совсем их не чувствует.
       - Он просто не видит меня. Полностью утонул в своём творчестве. Ему не нужна я, понимаешь! Вообще женщины не нужны.
       Неожиданно сквозь слёзы проблёскивает улыбка, загадочная улыбка, делающая её похожей на заплаканную Мону Лизу.
       - А теперь заметил. Я поняла это, как только он взглянул на меня, там, в больнице. Я нравилась ему, он хотел меня. И обрадовался, когда я сказала, что мы поженимся. Он хотел этого! Что я могла ему сказать? Что?!
       Подруга молчит, потом спрашивает совсем о другом:
       - И что теперь будет? Он же рано или поздно узнает правду.
       - Да всё будет прекрасно! - её глаза разгораются, словно торжествующее солнце подсвечивает витражи. - Ничего он не узнает. Он всегда хотел убежать от людей и этот особняк в лесу потому построил. Будем жить там.
       - Но ведь о его пропаже трубят везде.
       - Врачу я дала достаточно, чтобы не проболтался. Полицейским тоже заплатила. Друг, который его нашёл, будет молчать - он знает ситуацию.
       - А если он сам увидит, в интернете где-нибудь?
       - Ну и что? Не такое уж у него редкое имя, чтобы ему не быть полным тёзкой великого писателя.
       - А фотографии?
       - Да их нет, вообще нет! Он всегда ненавидел фотографироваться, а я считала, что такая таинственность хороша для продвижения. Потому у журналистов нет ни единого его фото. И никто не знает, где он живёт. С его делами я сама разберусь - имею право подписывать счета и распоряжаться гонорарами. Мы ведь совсем-совсем разучились читать... И больше никогда не научимся, доктор говорит. Всё, пропал наш гений, зато его книги теперь будут переиздаваться, как Библия! И ты знаешь, мне кажется, он сам хотел, чтобы так случилось - очень трудно шёл новый роман, стал подозревать, что исписался... Теперь... мы будем жить. А я... я счастлива!
       Слёзы вновь бегут из её глаз.
      
       Я счастлив.
       Огромные сосны на участке держат тяжёлые пласты снега покорно и самозабвенно, как Атлант. Бесшумно мелькает между тёмных стволов белка - огненный зигзаг на белом ковре. Жемчужное небо беременно обильным ласковым снегопадом. А я в тёплом доме. Потрескивает камин, дымится трубка, в хрустальном графинчике янтарно искрится хороший бренди. Меня ничто не угнетает, на горизонте ни облачка. Тишь и покой. Сейчас любимая позовёт обедать.
       - Дорогой, к столу!
       Я радостно вздыхаю, отпиваю глоток бренди, выбиваю трубку и иду.
       Почему у меня чувство, что я чего-то не сделал?..

  • Комментарии: 1, последний от 28/04/2012.
  • © Copyright Виноградов Павел (pawel.winogradow@gmail.com)
  • Обновлено: 28/04/2012. 7k. Статистика.
  • Миниатюра: Проза
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.