Шенгальц Игорь Александрович
Баллада о рыцаре. Цена верности

Lib.ru/Фантастика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Шенгальц Игорь Александрович (igor_schonhals@list.ru)
  • Обновлено: 29/03/2019. 271k. Статистика.
  • Фрагмент: Фэнтези Баллада о рыцаре
  • Скачать FB2
  •  Ваша оценка:
  • Аннотация:

  •   ИГОРЬ ШЕНГАЛЬЦ
      
      БАЛЛАДА О РЫЦАРЕ - 2
      ЦЕНА ВЕРНОСТИ
      
      Глава первая
      Поселок Безнадега
      
       Очнулся Джек от холода - нестерпимого, пробирающего до костей. То была не прохлада летней ночи, когда и обычного стеганого одеяла хватало, чтобы спокойно почивать на сырой земле, а наутро даже не кашлять. Эта стужа сводила с ума, леденила суставы, заставляла судорожно сжимать челюсти и мечтать о чашке горячего чая.
       Он с трудом разлепил заиндевевшие ресницы, поднялся на ноги и только тогда смог оглядеться. Вокруг - снег, очень много снега! Глубокие сугробы повсюду, куда ни кинь взор. Сугробы, деревья и голые кусты - вот и все, что парень смог разглядеть.
       "Лес, зима, поляна", - сделал вывод Джек. Куда же его занесло на этот раз?
       Принцесса! Она ведь должна была отправиться следом за ним!
       С огромными усилиями он выбрался из своего сугроба и тут же вновь провалился по пояс. Где же принцесса?..
       - Ваше высочество! - от холода голос Джека прозвучал неестественно, как скрипящая на ветру калитка. - Я здесь!
       Никто не отозвался на его зов, ни один кустик не шелохнулся. Неужели она под снегом и просто не может ответить? Что же делать? Как ее отыскать?
       Его взгляд скользнул обратно, на тот сугроб, из которого только что с таким трудом удалось выбраться. В нем, точнехонько в центре, виднелся ровный круг - как раз такой, чтобы там поместился Джек. Но тело парня не смогло бы растопить снег, а это значит, что при перемещении высвобождалась некая сила, которая и помогла Джеку не пропасть окончательно. Вывод прост: надо искать нечто подобное - там-то и найдется Дарина!
       Мальчик с трудом побрел вперед, зыбко ежась на ветру. В прошлый раз, при перемещении в мир девочки Оли, он и его друзья оказались рядом друг с другом. Поэтому, если принцип действия сундука не изменился, не стоило далеко уходить от точки переноса. Нужно лишь взобраться повыше и осмотреться. Но это оказалось проще сказать, чем сделать. Попытавшись сделать шаг, парень провалился по пояс.
       Дерево! Нужно забраться на какое-нибудь и сверху осмотреть полянку: наверняка принцесса тут же отыщется. Возможно, она нуждается в помощи!
       Эта мысль придала Джеку сил. Он упорно пробивался вперед и вскоре выбрался на край поляны. И здесь его постигло новое разочарование. Окружавшие его деревья, как выяснилось, были такими толстыми, что он не смог бы обхватить ствол, и даже самые нижние ветви слишком высоко вздымались над его головой. Да и кусты мешали, не давая пройти, цеплялись за одежду колючками и оставляли на руках глубокие царапины.
       Наконец паренек приметил небольшое деревце - в самый раз! Руки дрожали от холода, пальцы едва слушались, но Джек упорно лез вверх. И, наконец, забрался достаточно высоко, чтобы осмотреться вокруг.
       Ни единого следа принцессы! Свой сугроб он приметил сразу - ровный круг по центру и колея. Ее еще не успело замести: ветер стих.
       Значит - Джек не побоялся посмотреть горькой правде в лицо, - Дарина по каким-то неведомым причинам не смогла последовать за ним. Он переместился один, Крис погиб, а принцесса, скорее всего, в руках врагов. И отныне он может рассчитывать лишь на свои силы.
       Джек заплакал бы от бессилия, но побоялся, что слезы замерзнут на пронизывающем до костей ветру.
       Итак, он один, неизвестно где, вокруг зима, лютый мороз. Такой, какого никогда не было на его памяти в родной деревне. Со всех сторон глухой лес, и выбраться из него, не зная местности, невозможно. Одежды у него чуть, а значит, он замерзнет насмерть и останется навсегда под одним из кустов, если только звери не сожрут раньше.
       Эх, сундук! Ну почему ж ты не забросил в более теплые края, где был бы хоть какой-то шанс на спасение?..
       С дерева нужно слезать. Пальцы слабели.
       Он полез вниз, опасаясь, что если вдруг сорвется, то уже не встанет.
       Джек заметил вдруг краем глаза столбы дыма где-то вдали, но тут заледеневшие руки не выдержали, пальцы разжались, и парень полетел с дерева.
       Ему сильно повезло: глубокий снег смягчил удар. Джек поспешно поднялся и побрел в ту сторону, где приметил дым. Вероятность, что там он встретит местных обитателей, была высока, но он не исключал и того, что дым образовался по естественным причинам.
       Тогда конец...
       Парень шел и шел сквозь зимний лес, едва передвигая ноги, увязая в сугробах, но выбираясь из них вновь и вновь, и шагал дальше.
       Сколько продолжалось его путешествие, он не смог бы сказать. Джек потерял всякое представление о времени, осталась лишь цель, до которой обязательно нужно было добраться.
       Он не знал, верно ли идет. Те дымовые столбы он заметил лишь мельком, а повторить свой подвиг и вновь залезть на дерево он уже не сумел бы. Оставалось лишь надеяться, что инстинкт не подведет и выведет к жилью...
       И за все это время Джек так никого и не встретил: не услышал пения птиц, не заметил следов зверей. Мертвый лес вокруг, словно никого здесь нет и быть не может. А вдруг это загробный мир, которым пугали священники? Но какие грехи могли привести сюда? Справедливо ли подобное наказание?
       Джек споткнулся о корень, притаившийся под снегом, и упал. Судорожно хватая воздух обмороженными легкими, глухо закашлялся. Встать не получилось.
       - Помогите!
      Вместо крика изо рта вылетел едва слышный стон.
       Никто не поможет, никто не услышит его.
       Встать! Нужно попытаться подняться на ноги и идти, только в этом спасение. Без движения он замерзнет через несколько минут. Ну, давай же, сделай усилие! Он умолял свое тело, такое послушное прежде и столь чужое сейчас. Бесполезно...
       Джек закрыл глаза и приготовился умереть.
       - Ба! А это еще что такое? Неужели новенький?
       Парню показалось, что он слышит чей-то голос, но такого просто не могло быть в этом мертвом, безжизненном лесу. Что-то темное склонилось над ним, разглядеть подробнее Джек уже не мог. Да это же морок! Он знал, что подобные существа часто являются людям перед гибелью.
       - Сгинь! - прошептал парень.
       - Сгинуть? Не дождешься! - ответил настырный морок. - А ну-ка!..
       Джек почувствовал, что его поднимают на ноги. Но сил стоять уже не было, и он чуть не свалился обратно в снег.
       - Э, нет, так не пойдет, приятель! Помереть тут решил, пасть смертью храбрых? Только не при мне!
       Морок никак не отставал. Он неожиданно поднял Джека еще выше, так, что ноги оторвались от земли, и забросил себе на плечо. Морок оказался высоким и крепким. Впрочем, только такие и должны служить в мертвом царстве!
       - Не бойся, дотащу, тут недалеко, ты почти и сам дошел...
       Слова уже не достигали сознания. Джек внезапно понял, что уже не мерзнет. Тепло и уютно стало в лесу, захотелось немного вздремнуть.
       - Не спать!
       Подлый морок остановился, развернул Джека и залепил ему изрядную оплеуху. Голова парня дернулась, но сил ответить он в себе не обнаружил, зато сразу проснулся. А морок опять забросил его на плечо и продолжил свой путь.
       Он упорно тащил и тащил Джека куда-то, изредка ругаясь. Внезапно Джек заинтересовался. Он видел лишь спину морока и его ноги. Вот ноги-то и показались крайне примечательными. К ним были приделаны широкие, плоские дощечки, на которых морок плавно и быстро скользил по снегу, нисколько не проваливаясь вглубь.
       Да это же снегоступы, наподобие тех, что использовали деревенские охотники, если зима выдавалась снежной! Джек и сам как-то раз попытался соорудить себе подобные, но опыта не хватило, и его изделие сломалось при первой же попытке прокатиться.
       А морок знай себе легко скользил вперед, нисколько не тяготясь грузом на своей широкой спине.
       - Держись, приятель, - подбодрил он Джека. - Мы уже почти на месте!
       Джек держался. Сбежать от жителя мертвого царства он все равно не мог, оставалось только надеяться, что при таком холоде у морока не окажется жуткой раскаленной сковороды, на которой все мороки жарят грешников. Хотя, с другой стороны, такая сковородка пришлась бы сейчас весьма кстати...
       - Вот мы и прибыли, - заявил похититель через некоторое время. - Сейчас тебя согреем!
       Рядом проплыл частокол, затем несколько строений. Джек не успел рассмотреть их внимательно. Морок внезапно остановился.
       Джек вновь почувствовал, что его переворачивают и куда-то несут. Скрипнула дверь и тут же пахнуло теплом.
       - Эй, благородный дон! Принимайте новенького! Едва жив...
       Рядом раздался еще чей-то голос, сильные руки ловко раздели Джека, и через минуту все его тело стали растирать и мять, но он ничего не чувствовал.
       - Совсем окоченел, как бы обморожения не случилось...
       Джеку приоткрыли рот и влили изрядную порцию питья. Он глотнул и тут же зашелся кашлем: напиток кипятком ошпарил горло и желудок.
       - Это бренди, в самый раз для тебя! Пей!
       Несмотря на неприятные ощущения, Джек почувствовал, что ему становится теплее. Он глотнул еще обжигающего зелья, потом еще.
       С каждой минутой становилось все теплее, но заныло все тело, как будто в него вонзили целую тысячу иголок. Джек заорал от резкой боли.
       - Терпи, это нормально! Скоро станет хорошо! - подбодрил морок, чей голос он уже хорошо запомнил.
       Морок не обманул, через несколько минут боль прошла и накатило полное расслабление. Сильно захотелось спать.
       - Не бойся, отдыхай, здесь ты в безопасности! - угадал его желание вездесущий похититель. - Ты под нашей защитой, крафтеры тебя не получат. Лишь бы не заболел, с лекарствами у нас напряженка, особенно с жаропонижающим.
       Джек хотел было спросить, кто такие эти самые "крафтеры", а еще ему было крайне любопытно, когда его начнут жарить на сковороде, но уснул, едва приоткрыв рот.
      
       *****
      
       Спал он долго. А когда наконец пробудился, то почувствовал себя полностью отдохнувшим и совершенно здоровым.
       И тут же вспомнил все: замок лорда Бейзила, подслушанный разговор, смерть оруженосца, жуткий холод, мертвый лес и загадочного морока.
       Джек лежал на удобной постели, укрытый с ног до головы теплыми шкурами. Свет пробивался сквозь узкие окна, больше смахивающие на бойницы. Рядом никого не было.
       Он потянулся и сладко зевнул, но тут же нахмурился. Крис! Верный друг! Ты пожертвовал собой, дав госпоже возможность уйти. И все зря... Что-то, видно, помешало Дарине, знать бы только, что?.. Она осталась в руках предателей. Лорд Бейзил - каков негодяй! Так ловко поднять на уши весь континент, развязать несколько войн, привлечь на свою сторону пиратов и даже чудовищ! И как только это ему удалось?
       А принц Калеб? Как искусно он втерся к Дарине в доверие! Даже Джеку он нравился, и лишь Крис что-то подозревал, но его никто не слушал. И вот друг мертв, принцесса в плену, а сам Джек неизвестно где...
       - Проснулся? Завтрак на столе, твоя одежда уже высохла, я ее на стул сложил, - в комнату заглянул давешний морок, на поверку оказавшийся худощавым мужчиной лет сорока на вид, с едва начавшей проступать сединой на висках и твердым взглядом серых глаз.
       - Где я?
       - Ты в нашем доме. Дом на острове. А вот где находится сам остров - понятия не имею. Кстати, меня зовут Виктор. А тебя?
       - Джек. Мне нужно домой, обратно. Туда, откуда я пришел.
       - Друг мой, поверь, все, кто здесь обитает, желают того же самого. Но скажу сразу - это невозможно. Одевайся! Все разговоры после.
       Он вышел, а Джек поспешно последовал совету и как можно скорее оделся. Остров! Вот ведь не повезло!
       Из соседней комнаты доносились аппетитные запахи. Парень вошел в помещение и поклонился присутствующим.
       В комнате за широким столом сидели трое - Виктор, седой аристократ в некогда богатом камзоле, расшитом серебром и каменьями, и высокий, широкоплечий здоровяк с абсолютно лысым черепом и крупным носом, больше похожим на орлиный клюв.
       Вся компания с удовольствием ела из глубокого котелка ароматную кашу с мясом. Виктор, приметив Джека, призывно махнул рукой.
       - Присоединяйся, пока не остыло. Вот тебе ложка. Стесняться не нужно, все свои!
       Джек, несмотря на скованность и неопределенность своего положения, дважды просить себя не заставил. Остров - островом, но кушать хотелось дико!
       Каша была что надо! В меру рассыпчатая, душистая, сдобренная маслом. Мяса в ней оказалось немного, лишь для вкуса, но Джек обрадовался и этому. Дома он редко едал мясо, лишь по большим праздникам... да еще когда у отца случались удачные заказы. А в последнее время, путешествуя с принцессой, настолько им пресытился, что такая вот простая каша пришлась в самый раз.
       - Жрет отменно! - похвалил лысый. - Значит, не заболел, а вы, дон Карло, боялись... Пацаны - они народ крепкий!
       - Должен признать, что ваше наблюдение верно, уважаемый сэр Носорог. Молодой человек с удовольствием завтракает, что развенчивает самые худшие мои опасения. Как мне напомнил вчера сэр Виктор, препаратов почти не осталось, и, случись несчастье, помочь мы ничем не сумели бы. Так что все только к лучшему!..
       - Да, пилюли кончились - дело дрянь.
       - Его зовут Джек, - представил парня Виктор.
       Тот вскочил на ноги, чуть не подавившись кашей, и глубоко поклонился.
       - Кушайте-кушайте, молодой человек. Мое имя, как вы уже могли услышать, дон Карло, граф Кушанский, барон Шеронский, виконт Нерербуржский. Но вы можете звать меня по-простому - дон Карло.
       Джек, привыкший за последнее время к именам знати, нисколько не удивился. Он еще раз учтиво поклонился и перевел взгляд на лысого.
       Тот ухмыльнулся с самым разбойничьим видом и заявил:
       - А парень-то не так прост, как кажется на первый взгляд. Не испугался титулов, значит, крутился в определенных сферах. А меня зови просто - Носорог. Уловил?
       Джек кивнул. Носорог так Носорог. Не удивительно, учитывая феноменальные размеры его носа.
       - Вот и молодец, жри дальше.
       - Эх, сэр Носорог, - дон Карло недовольно покачал головой. - Когда же вы порадуете меня и начнете общаться более учтиво?
       - Боюсь, никогда! - лысый расхохотался. - Поздно мне меняться. Да и не к чему. А крафтеры мой язык понимают лучше всего. С этим-то вы согласны?
       - С этим согласен. Тут не поспоришь. Крафтеры - сами почти звери, и нормы приличия им чужды. Но ведь есть и сторонники Желтого!..
       - Только их с каждым днем все меньше и меньше, - невесело парировал Носорог. - Если не крафтеры прикончат, то драконы утащат на ужин.
       Тут уж Джек не выдержал.
       - Драконы? - его глаза восторженно разгорелись. - Самые настоящие?
       - Да уж не игрушечные, - усмехнулся Носорог. - Черт их дери...
       - Но ведь... я слышал, что драконов не существует... что они исчезли много-много лет назад...
       - Вот сюда они и отправились, как видно, - дон Карло грустно улыбнулся. - Драконы - это напасть, с которой мы не можем бороться, хотя и пытаемся всеми силами. Они охотятся редко, еще реже - на людей. Но спастись от них невозможно!..
       - Надо же... драконы! - Джек все не мог поверить. - А можно на них взглянуть? Ну, хоть одним глазком?
       - Упаси тебя от этого Создательница! - дон Карло был крайне серьезен. - Если увидишь дракона - беги, прячься, хоть в землю заройся, но молись, чтобы он тебя не приметил, иначе конец! Понял, юный Джек?
       - Понял, - парень оставил драконов в покое и решился задать волнующий его вопрос. - А не могли бы вы сказать, куда же я все-таки попал? И как мне вернуться обратно?
       - Для начала скажи, откуда ты? Как называется твоя страна?
       - Керидат. Сам я из маленькой деревушки, которую мы зовем Смородиновая. Потому как смородины у нас каждый год урождается столько, что лишь собирать успевай!..
       - Керидат... - прервал его дон Карло. - Как же, знаю! Получается, мы с тобой почти что земляки! Вот так новость...
       - Правда? - обрадовался Джек.
       - Истинная. Мои земли находятся в королевстве Данадан, что на самом юге материка.
       - Я знаю, где это! Точнее, слышал, что такое королевство существует. Но оно далеко от нас, много недель пути. Я читал! Чтобы попасть к вам, нужно пересечь пустыню.
       - Да, до нас добраться непросто, - согласился дон Карло. - Но некоторым все же удается это совершить, будь они неладны! Ты хотел знать, куда попал? Я расскажу. Ты на острове, с которого не выбраться. Остров этот находится не в нашем мире. Ты, наверное, не знаешь, но миров много. Каково их точное число - неизвестно. Знаю лишь, что не меньше тридцати. По крайней мере, здесь, на острове, компания из тридцати миров подобралась. И не все похожи на наш. Есть такие места, где человеку не выжить. Ну, да об этом после... Так вот, остров наш окружает безграничный океан. Может быть, остров - единственная суша в этом мире, точно не знает никто. Многие пытались покинуть это место. И способы выбирали самые различные: кто строил корабли, кто летучие машины, только вот все смельчаки до единого погибли, причем гибли страшно, мучительно. Мы только недавно выяснили, что со всех сторон, и даже сверху, остров окружает купол. Ты не увидишь его обычным зрением, купол этот магической природы. Кто приближается к нему на определенное расстояние - начинает стареть, и чем ближе подходит к куполу, тем быстрее стареет. А через несколько мгновений только ветер разносит прах смельчака по ветру... Кто создал сей купол, нам неведомо. Возможно, драконы, их магия всегда была одной из самых сильных, а может - они сами пленники здесь.
       - Но ведь сюда как-то попадают? - Джек слушал старого дона, и ему становилось жутко от безнадежности, пронизывающей рассказ. - Может, так же и обратно можно выбраться?
       - Самое скверное, что магия здесь отсутствует. По крайней мере, под тем куполом, что накрыл остров. Мы пытались, ничего не выходит. А все, кто попал сюда, сделали это непреднамеренно. Вот, к примеру, я бежал через сундук от одного страшного человека, в чем до сих пор раскаиваюсь. Нужно было принимать бой и драться до конца! Ведь я был силен, очень силен, хотя больше в теории, чем на практике... но тот человек был еще сильнее и хитрее. А сэр Виктор и сэр Носорог прибыли на остров с помощью одного крайне любопытного артефакта, который, впрочем, оказался здесь так же бесполезен, как и мои умения. Кстати, они совсем из другого мира!
       - Я понял, вы с Земли, правда? - Джек и сам не знал, почему принял их за соотечественников девочки Оли, но что-то подсказывало ему, что он не ошибается.
       Дон Карло опешил, Виктор расхохотался, а Носорог гулко вторил ему.
       - Вот так новичок! Ну, удивил! Бедняга дон Карло! Вы-то ведь хотели потихоньку начать образовывать паренька, не правда ли? - едва выговорил Виктор, вытирая выступившие на глазах слезы. - Миров много, говорили вы, а парень с легкостью вычислил, кто мы такие! А что ты еще знаешь, а, Джек?
       А Джек внимательно посмотрел на него и смело ответил:
       - Вы - Виктор Савельев!
       Тут пришел черед Виктора замолчать, широко распахнув глаза. Носорог настороженно уставился на Джека, буравя его взглядом.
       - Откуда ты меня знаешь?
       - Я увидел ваше кольцо - тот перстень, что вы носите на указательном пальце - с головой дракона. Я слышал об этом перстне от одного человека. Его зовут Хранитель. Он рассказал мне о вас.
       - И что же он рассказал?
       - Что ваше кольцо обладает многими возможностями. Что вас называют Игрок, потому что вы очень любите риск. Что вы пропали много лет назад...
       - А ты популярен, командир, - Носорог повел широкими плечами. - А обо мне ничего этот твой Хранитель не говорил?
       Джек молча покачал головой.
       - Ну да, куда мне, я - фигура незначительная, не то, что шеф, - язвительно усмехнулся здоровяк. - Мы вместе с ним влипли в ту заварушку, еще бы чуток, и конец пришел бы обоим. Он-то особо не переживал, я только потом, уже после, понял, почему... На перстень надеялся, думал, вынесет... Впрочем, он и вынес. И даже меня сумел зацепить с собой, чему я, честное слово, рад. Вот только попали мы в место, на которое даже он не рассчитывал. А здесь его игрушка совершенно бесполезна. Так что застряли мы тут до конца дней своих, к счастью, они будут не слишком уж долгими...
       - Угомонись, - оборвал его Виктор. - Завыл, как девка перед свадьбой. А ты, парень, садись-ка удобнее и рассказывай нам все с самого начала!
       И Джеку ничего иного не оставалось, как повиноваться. Он говорил долго, стараясь не упустить ни одной подробности. Что-либо скрывать от этих людей он и не думал. Если все правда и с острова не выбраться, то он уже никогда не вернется домой, не обнимет отца, не пробежится по знакомому лугу, не вдохнет утреннюю свежесть полной грудью, а сгинет здесь, в забытом всеми богами месте, которого нет ни на одной карте.
       Его перебивали, задавали множество вопросов, что-то постоянно уточняли, заставляли вспоминать разговоры, события, даже выражение лиц каждого из тех, с кем Джеку довелось общаться. Наконец, когда рассказ был окончен, Виктор подытожил:
       - Да, парень, не знаю даже, повезло тебе или нет. Смерти ты избежал, но, возможно, участь твоя будет гораздо страшнее быстрой гибели. У нас тут нет секретов друг от друга. Уважаемый дон Карло, а не кажется ли вам, что наш Джек попал сюда косвенно благодаря вам?
       - Кажется, сэр Виктор. Я и сам это понял.
       - Как так? - Джек, в отличие от него, не понимал ничего.
       - А вот так, мой юный друг. Сундук, через который ты совершил свое последнее путешествие, принадлежал мне. А хозяин Замка на Скале - лорд Бейзил, которого я знал под совсем иным именем, выкрал его из моих владений и чуть не убил меня самого. Это он - тот враг, от которого я едва успел бежать. Наши судьбы в чем-то схожи. Много лет назад он появился в моих землях, представившись собирателем историй и знатоком прошлого. У меня в замке обширная библиотека, и я, обрадовавшись, что нашел, наконец, родственную душу, пригласил его пожить у меня, позволив заниматься изысканиями сколь угодно долго. Я не знал тогда, что его интересует лишь сундук - только ради него он проделал столь далекий путь. Когда я понял, в чем дело, было уже слишком поздно. Моих слуг подкупили, я должен был умереть. Я пытался сопротивляться, ведь я всю жизнь занимался изучением магии и достаточно сильно преуспел. Но с ним совладать я не смог. Да, в наших землях магов всегда уважали. Я знал, что у вас, на севере, их много лет назад почти полностью истребили, но нас сия напасть не коснулась. Мы занимались волшебством так же свободно, как и раньше. Наших магов никто не уничтожал, но мы и не стремились прыгнуть выше головы. Мы были сильными теоретиками, но крайне редко практиковали, в чем я теперь искренне раскаиваюсь. В общем, история грустная. Мне ничего не удалось поделать с Бейзилом, силы оказались неравны, и я бежал. Я настроил сундук второпях, надеясь лишь попасть в спокойное, безопасное место. И попал сюда... А ты, Джек, последовал по моему пути. Как видно, после меня сундук не использовали, оставили до лучших времен. И ты переместился в то последнее место, на которое он был настроен. На наш остров. Надеюсь лишь, что проклятый Бейзил последует за тобой, и я смогу еще раз сразиться с ним...
       - Вряд ли он настолько глуп, - возразил Виктор. - Как я понимаю, планы у этого вашего Бейзила весьма и весьма масштабные. Я ведь вчера вечером еще раз ходил на то место, где появился парень. Осмотрел там все внимательно. Джек, ты говорил, что твоя госпожа - принцесса Дарина - должна была переместиться вслед за тобой? Так вот, говорю откровенно, ее нет на острове. Что-то или кто-то помешало ей. Ты прыгнул один.
       - Это все браслеты, - задумался дон Карло. - Я слышал об их свойствах. Браслеты Нерло. Они блокируют любое магическое проявление, направленное как извне, так и на их носителя. Принцесса просто не смогла воспользоваться сундуком, он не пропустил ее.
       - Скверная история... Значит, она в руках Бейзила, а уж этот тип постарается разыграть такой козырь с максимальной выгодой для себя. Боюсь, Джек, что твоя принцесса вскоре выйдет замуж... Ну, да это уже для тебя не важно. Обратно не вернуться! Лучше запомни это сразу и не терзайся понапрасну...
       Джек был подавлен. Он понимал, что его новые знакомые ничем не смогут помочь, они сами пленники острова. Вот Дарина - уж она-то придумала бы, как выбраться домой, он не сомневался. А что может сделать он? Молодой деревенский парень, волею судьбы влезший в игры сильных...
       - Мой совет тебе - не думай ни о чем! Устраивайся в комнате, где ночевал - теперь она твоя. Раньше там обитал наш товарищ, но он погиб. Надо жить дальше!
      
       *****
      
       Джек постарался внять совету. Почти весь первый день он отсыпался, восстанавливая силы. Хотя мальчишка и чувствовал себя здоровым, но путь по морозному лесу еще сказывался, временами накатывала слабость, а сон всегда был лучшим лекарством.
       Дон Карло принял на себя добровольные обязанности няньки и потчевал Джека горячим чаем с медом диких пчел. Дон притащил множество шкур, которыми завалил постель парня, и готовил вкусную мясную похлебку.
       На многочисленные вопросы Джека он отвечал охотно, стараясь рассказывать обо всем подробно, без утайки. И когда Джек на следующий день вышел наконец во двор, то уже знал в общих чертах об особенностях быта и жизни местных обитателей.
       Дом, где его так гостеприимно приютили, стоял на самом краю поселка, на отшибе, недалеко от частокола.
       Сам поселок был невелик, домов на тридцать, да и населяло его лишь около ста-ста пятидесяти человек - почти все приверженцы Желтого, лидера и старосты поселения.
       Желтого в поселке уважали, он твердой рукой ввел строгие порядки, не наказывая никого понапрасну, но и не спуская нарушения принятых здесь правил. Жители поселка - все сплошь пришельцы из разных миров, по воле случая оказавшиеся на острове, - признавали, что без правил нельзя. Жить хотели все, а отправиться на тот свет из-за куска мяса не желал никто. Поэтому старосте подчинялись, организовали даже некое подобие гвардии, которая и следила за выполнением законов.
       Законы эти оказались просты - приноси пользу поселку и веди себя мирно, не убивай, не грабь, не насильничай. Жили здесь и женщины, но считанные единицы. Поэтому неудивительно, что у каждой имелась масса поклонников, а положение в местном обществе они занимали привилегированное. А детей почти и не было: только те, что родились уже здесь...
       Хозяйство в поселке вели самое обычное, с детства привычное Джеку. Выращивали свинтусов - на вид самых обыкновенные поросят, только толще, жирнее и, что самое главное - вкуснее известных Джеку. На поле за частоколом сажали пшеницу, тщательно охраняя посевы от наглых птиц, любивших полакомиться спелыми зернами. Не брезговали и картошкой, с любовью окучивая грядки и снимая многочисленных жуков.
       На тех, кто в поле работать не хотел, лежала обязанность добывать пропитание для поселка иными путями. Виктор и Носорог целыми днями пропадали в лесах, охотясь на местную живность. Сейчас, зимой, поймать удавалось немного, но пока выручали сделанные загодя запасы мяса.
       Вообще, охотников в поселке хватало, но Виктор и Носорог считались одними из лучших.
       А еще были те, кого называли крафтерами. Вот их следовало остерегаться. Крафт, как объяснил дон Карло, на одном из языков мира Виктора означает "сила". Многие из тех, что попали на остров, не смогли смириться с новым положением. Долгое время, пока к власти не пришел Желтый, на острове царили анархия и беззаконие. Убивали за косой взгляд, за не вовремя вырвавшееся слово, за пару крепких сапог - ведь кроме того, что попавшие на остров имели при себе, и того, что удалось создать уже здесь, ничего у людей не было. А сапоги изнашивались, одежда могла прохудиться, оружие терялось. А многие новички при себе не имели совсем ничего. Так что вещи ценились превыше всего остального, особенно вещи первой необходимости - любые лекарства, ножи и прочее оружие, соль и специи.
       Крафтеры же признавали только право сильного. Желтый со своими сторонниками изгнал их из поселка много лет назад, и с тех пор они поселились в лесу, подстерегая и убивая охотников и временами совершая набеги на поселенцев.
       Их истребляли, как могли, словно диких животных, но время от времени какой-нибудь житель поселка, окончательно потерявший надежду на лучшее, уходил в лес и пополнял ряды ренегатов...
       Новички на острове появлялись не часто, за последний год сюда прибыли лишь пятеро, с Джеком - шестеро. Истории у многих почти не разнились меж собой. Магия - будь она неладна! - занятие опасное. Все тут пострадали от нее или от ее проявлений. Некоторые вообще не помнили, как здесь оказались, а может быть, просто скрывали от всех и каждого. Ну, а в целом нынешние поселенцы попадали на остров волею случая.
      Перемещение в пространстве обычно сопряжено со множеством рисков. Даже такое крайне надежное средство, как перстень Виктора, один раз дало сбой, но и этого оказалось достаточно. Во многих мирах существовали специальные магические транспортные сети, с помощью которых любой желающий и имеющий в кармане определенный запас монет мог совершить путешествие в интересующее его место. Но даже эти сети время от времени давали погрешности, и клиенты транспортных контор просто-напросто пропадали. Об этом свойстве сетей знали, но удобства, сопряженные с быстрым путешествием, перевешивали опасность редкого неблагоприятного исхода, и люди рисковали, доверяясь в очередной раз ненадежной транспортной магии...
       Человек приспособится существовать где угодно. И каждый, кто попадал на остров, рано или поздно смирялся с действительностью, стараясь как-то наладить жизнь и быт, либо уходил к крафтерам и с этого момента становился вне закона.
       А драконы, обитавшие на неприступной горе, не делали различий между жителями поселка и крафтерами, с одинаковой жестокостью охотясь на всех. К счастью, делали они это редко, обычно довольствуясь горными козлами и прочей живностью, по неосторожности попадавшей в их когти.
       Как вскоре понял Джек, его соседи по новому жилищу придерживались собственных правил. Может быть, потому что они оказались одними из немногих, а может, и единственными, кто попал на остров не через транспортную сеть, а своим, оригинальным, методом. Но Джек склонялся к мысли, что и дон Карло, и Носорог и, конечно, Виктор были по природе своей не способны идти на поводу у большинства, хотя законов, принятых Желтым, не нарушали, а крафтеров ненавидели.
       Дон Карло взял на себя все обязанности по дому. Он готовил, стирал, кормил свинтусов и делал еще множество дел, столь необходимых для жизни. Вряд ли дон был доволен своей участью, но, понимая, что возраст дает о себе знать, старался приносить максимум пользы своим товарищам. Виктор же и Носорог занимались лишь охотой и заготовкой дров.
       Джек, отоспавшись, со всем усердием принялся помогать дону Карло, не чураясь никакой, даже самой грязной, работы. Паренек прекрасно разбирался во всех деревенских хозяйственных тонкостях. В отцовском доме на нем держалось почти все, кроме готовки, с которой помогала тетка, так что и здесь справлялся он со своими обязанностями отменно.
       В поселке Джека приняли без удивления. Дон Карло представил его Желтому, оказавшемуся высоким, крепкого телосложения стариком с крючковатым носом и тяжелым взглядом. Тот равнодушно оглядел парня, записал его имя в список и тут же позабыл о нем. Забот у старосты хватало и без того...
       Так и потекли дни и недели, в тяжких трудах и разговорах с доном Карло, а вечерами и с возвращавшимися с охоты Виктором и Носорогом.
       Носорог, кстати, несмотря на свой грозный вид, оказался для Джека самым понятным из всей троицы. Простоватый в обращении, временами грубый, но веселый и компанейский.
       Дона Карло Джек глубоко уважал, а вот Виктора не понимал. Было в Игроке нечто странное. Он мог часами сидеть, глядя на огонь и размышляя о чем-то своем, мог сутками не появляться в деревне, никогда не распространяясь о том, куда ходил. Чувствовалось в нем бунтарское начало, дух, который не сломить ничем, и - одиночество, словно Виктора закрывал от всех прочих купол, не менее непробиваемый, чем тот, который незримо огораживал остров. Он был хорошим товарищем, никогда не отказывал в помощи, но в душу и мысли свои не пускал никого.
       Его товарищи уважали эту черту его характера, не докучая расспросами. Джек же, как новенький и самый младший, вообще пока не имел права голоса. О нем заботились, его кормили, и он старался платить той же монетой.
       Жизнь потекла своим чередом...
      
       *****
      
       Незаметно пришла весна, зажурчали многочисленные ручейки, на дворе заметно потеплело, запели птицы. Джек всегда выделял это время года. Ему казалось, что, избавившись от покровов снега, мир каждый раз словно рождался заново. И остров не стал исключением, даже неотвязные думы о возвращении домой отступили. Парень просто радовался переменам, подпевал птицам, а в душе его царили свет и безмятежность.
       Вот в один из подобных деньков он и нарушил слово, данное дону Карло - никогда и ни за что не уходить из поселка одному.
       Но в тот день с самого утра на улице стояла такая по-особому приятная погода, что Джек позабыл обо всем на свете. Стражи, охранявшие выход из поселка, уже давно запомнили парня и выпустили его безо всяких вопросов. Он и сам не знал, куда собрался, ему хотелось лишь на время забыть обо всем: о треклятом острове, о заботах, даже о судьбе несчастных Криса и Дарины.
       И Джек побрел бездумно вперед, обойдя стороной еще покрытое снегом поле, на котором уже начинались подготовительные работы. Скоро пахать, иначе с едой будет тяжко!
       В окрестностях он уже ориентировался, Носорог несколько раз брал его с собой в качестве помощника, когда требовалось собрать дрова или проверить силки, расставленные на мелких зверьков. Но даже грозный сэр Носорог не рисковал в одиночку далеко удаляться от поселка, это мог себе позволить лишь Виктор, которому, казалось, плевать на всяческие правила и ограничения. Дон Карло не раз пытался предупреждать его, но толку от советов и напутствий не наблюдалось никакого. Виктор уходил один, когда считал нужным, но с доном Карло никогда не спорил, всегда вежливо кивая головой в знак полного согласия.
       В лесу было хорошо. Страшное первое впечатление давно испарилось. Джек чувствовал себя свободно и вольно, и сам не заметил, как вышел к той самой поляне, где появился впервые. Он узнал ее сразу, хотя с того самого дня не приходил сюда. Вот то дерево, на которое он взбирался, чтобы оглядеться вокруг. Ветки с одной стороны поломаны - Джек цеплялся за них, падая вниз.
       Как же давно это было! Казалось, прошла целая вечность...
       Паренек вышел в центр поляны, пытаясь найти место того сугроба, в котором очнулся. Сугроб, конечно, уже растаял. Снег почти весь сошел.
       Что ему хочется тут отыскать, Джек и сам не понимал. Он тяжело вздохнул и собрался в обратную дорогу, как внезапно где-то совсем рядом хрустнула ветка.
       Джек резко присел. На поляне все просматривалось, как на ладони. Вот ведь дурень, ну сколько раз ему говорили - не ходи никуда в одиночку!
       Он осторожно, шаг за шагом, попятился к краю поляны, всем сердцем надеясь, что повезет, и тот, кто наступил на ветвь - зверь ли, человек - не обнаружит его присутствия.
       Ветвь хрустнула еще раз, как раз в той стороне, куда пятился Джек. И еще раз, уже где-то справа.
       Парень замер на месте, выхватив нож из чехла.
       На полянку, нисколько не скрываясь, вышли двое. Люди, но слишком уж дикие на вид, заросшие бородой и волосами, грязные, в шкурах вместо привычных одежд. В руках один из них держал короткое копье, а второй - ухоженный, остро заточенный меч. Джек понял, что попался.
       Те самые крафтеры, которыми его постоянно пугал дон Карло. Один, что покрупнее, встал неподалеку и вперился в Джека тяжелым, неподвижным взглядом. Второй, пониже ростом и не такой широкий в плечах, остановился поодаль, перекрывая парню путь к отступлению.
       Все, бежать некуда. Глупо, как же глупо! И что его понесло в лес, да еще и в одиночку!.. Джек приготовился дорого продать свою жизнь.
       - Чьих будешь? - голос у крупного крафтера был низкий, слова произносились неразборчиво, глухо, непривычно, как будто бы человек почти отвык разговаривать.
       - Из поселка я, - ответил Джек, внимательно следя за каждым движением противников.
       - Новенький? Не припомню...
       - Да, я здесь недавно.
       - Это хорошо, - кивнул крафтер и вдруг резко взмахнул левой рукой, которую прежде держал за спиной.
       Джек попытался отскочить в сторону, но не успел, настолько силен и точен оказался бросок. Камень попал в голову, и на этом бой для парня кончился.
      
       *****
      
       Дико болела голова, от этого-то он и очнулся. Перед глазами мелькала земля вперемешку с талым снегом, прошлогодними листьями и прочим мусором. С трудом собравшись с мыслями, мальчишка понял, что крепко привязан к длинной жерди лицом вниз, и его таким незамысловатым способом тащат в неизвестном направлении. О личностях похитителей и задумываться не стоило - те самые крафтеры, что так удачно подстерегли его на поляне. Джек чуть приподнял голову, но увидел лишь ноги идущего впереди.
       Почему он еще жив? Дон Карло говорил, что жителей поселка крафтеры убивают сразу, при первой возможности.
       Джека изрядно тряхнуло на жерди, и он непроизвольно застонал.
       - Очнулся? - на этот раз вопрос задал второй крафтер, это Джек понял по голосу. - Это хорошо, будешь свежий, в самый раз! Люблю горячей кровушки испить!
       Вот тут парень понял, почему его не убили сразу. Людоеды! Его хотят съесть, и прикончат, очевидно, сразу, как донесут до места. Как говорится - товар не залежится...
       Ком тошноты подкатил к самому горлу, и Джек едва смог сдержаться. Вот так завершение приключений - оказаться в желудке грязных, потерявших человеческий облик... даже не людей - животных, по некому недоразумению умеющих разговаривать. Лучше бы уж он погиб, как Крис, защищая своим мечом госпожу!..
       - Вы меня съедите? - он постарался, чтобы голос его звучал твердо и уверенно, но получился лишь испуганный писк.
       Крафтер захохотал.
       - А как же! Схарчим за милую душу! Зима трудная выдалась, оголодали...
       - Рот закрой, Бро, - перебил его второй крафтер, тот, что так ловко кинул в Джека камнем. Видно, он не любил болтать попусту.
       - Ладно, молчу, - покладисто согласился тот. - А может, отрежем по кусочку? Ну, Рокфа, ну что тебе стоит дозволить?
       - Нет, - отрезал Рокфа. Он был за главного, понял Джек. - Допрем до лагеря. Там и кончим.
       - Очень уж кушать хочется, два дня орехами питался, живот сводит...
       - Закрой рот, я сказал, иначе тебя первого кончу, а этого оставлю на сладкое.
       Видно, слова крупного крафтера не были пустой угрозой, потому как Бро моментально умолк, лишь только сопел, упорно таща поклажу.
       Крафтеры шли долго, Джек даже не пытался с ними заговаривать, с ужасом представляя собственное незавидное будущее. Но как выбраться из этой ситуации, он не понимал. Приходилось подчиниться судьбе.
       Головная боль постепенно утихала, лишь только пульсировал наливающийся синяк, да и равномерная тряска укачала парня, да так, что он сам и не понял, как задремал.
       А проснулся от резкого удара, сотрясшего все тело.
       Крафтеры достигли конечной цели своего маршрута и просто-напросто бросили жердь вместе с привязанным к ней ужином на землю.
       Это пробуждение оказалось самым неприятным за всю жизнь паренька. Открыв глаза, он увидел множество жадных глаз вокруг, и все они оценивающе, плотоядно его разглядывали. Не проскальзывало в них ничего человеческого, одна лишь звериная жадность и жажда крови. Джек знал, что крафтеры - такие же люди, как и он сам, жертвы обстоятельств. Они не виноваты в том, что попали на остров, но остров подчинил их, лишил воли, разбудил в них древние инстинкты, сломал душу.
       Рокфа разрезал путы на ногах у Джека, высвободил жердь и, откинув ее в сторону, рывком поднял парня на ноги.
       - В яму его, - коротко бросил Рокфа, и два крафтера молниеносно бросились выполнять приказ. Пока мальчишку тащили по земле, Джек успел бросить мимолетный взгляд на лагерь отщепенцев.
       Грубые, самого простецкого вида шалаши, пара землянок, костровище - вот и все, что успел ухватить взор, и тут же Джек полетел куда-то вниз, в очередной раз пребольно ударившись.
       Яма, в которой он очутился, оказалась неглубокой - в два его роста, - и выбраться было, в принципе, возможно, если бы крафтеры тут же не накрыли ее сверху сплетенной из ветвей решеткой, вбив для верности колышки по краям.
       Джек чувствовал страшный голод. Судя по всему, с момента его пленения прошло изрядное количество времени и, несмотря на незавидное положение, не думать о еде парень не мог. К тому же ужасно хотелось пить. Но побеспокоить страшных лесных жителей просьбами он не осмелился.
       Так мальчик и сидел, ожидая своей участи, пока не стало настолько темно, что даже края ямы слились с темнотой. Крафтеры, прежде перебрасывавшиеся короткими репликами, затихли. Из этого Джек сделал вывод, что кушать его сегодня не будут. Это было хорошо! Зато руки, которые так никто и не удосужился развязать, затекли и почти уже не чувствовались.
       Джек еще при свете дня успел осмотреть свое последнее пристанище, но ничего интересного не обнаружил. Яма выглядела самой обычной, и это не оставляло ни малейшего шанса на спасение. Выбраться отсюда без посторонней помощи невозможно.
       Все, что он мог сделать в данной ситуации, это лечь на спину и разглядывать редкие звезды сквозь прутья решетки. Звезды были прекрасны! Такие далекие и равнодушные ко всему на свете...
       Сколько часов он так пролежал, Джек не смог бы сказать. Сон не шел, да и не хотелось спать в последнюю в жизни ночь. Как ни странно, страх тоже прошел. Осталось лишь ощущение бессмысленности своей, столь короткой, жизни. Как же он хотел стать кем-то, как мечтал, что настанут времена - и та, обычная, жизнь останется в прошлом, что он добьется всего, сам! И вот времена настали, но все, чего он добился - стать ужином или уже, скорее, завтраком для озверевших тварей, некогда бывших людьми.
       Как там отец? Вспомнит ли своего непутевого сына, который никогда не вернется домой? А мама? Встретит ли она его там, за гранью?..
       Сверху негромко зашуршало. Размышления мигом вылетели из головы Джека, он весь подобрался и постарался превратиться в одно большое ухо.
       Шорох не повторялся. Показалось? Да мало ли, что могло там шуршать... Зверек ли какой пробежал, или крафтер поганый до ветру вышел...
       Когда мальчик уже отчаялся, шорох раздался вновь, а потом внезапно решетка мягко пошла в сторону и через мгновение отлетела прочь.
       - Тихо; главное, молчи, - раздался негромкий шепот, в котором Джек с величайшей радостью различил ворчливые нотки Носорога.
       А через пару ударов сердца и сам грозный напарник Игрока спрыгнул вниз, умудрившись не наступить на Джека в этой кромешной тьме.
       Один удар ножа - и веревки, стягивавшие запястья, упали на землю. Джек попытался сжать руки в кулаки, но те совсем не слушались, повисли плетьми вдоль тела.
       - Это ничего, - Носорог видел в темноте не хуже лесных зверей. - Онемели. Сейчас кровь побежит по жилам, придешь в себя.
       Он подхватил Джека и подбросил вверх. Тут же другие руки, не менее сильные, поймали парня прямо в воздухе и мягко поставили наземь.
       - Беда с тобой, - прошептал кто-то рядом. Виктор!
       - Себя вспомни, - Носорог уже выбрался из ямы и внимательно осматривался вокруг - не потревожил ли местных обитателей. - Молодой был, еще не так чудил...
       - Давай-ка оставим разбор полетов на потом. Нам еще выбираться из этого логова!..
       - Как вы нашли меня? - руки резко закололо, но они постепенно начинали слушаться.
       - По следам, как еще? - удивился Носорог. - Жаль, немного не успели - слишком быстро они шли и притащили тебя в лагерь, а то бы в лесу этих тварей и кончили, забот было бы меньше...
       Он ловкими сильными движениями размял Джеку плечи и спину, и руки окончательно восстановили чувствительность.
       - Уходим! - приказал Виктор, и Носорог мигом закинул Джека себе на плечо. Парень и не пытался протестовать: в темноте он ориентировался неважно и мешать своим спасителям не хотел.
       Лагерь удалось покинуть незаметно, охрана, если она тут имелась, пришельцев не заметила. Впрочем, Джек разглядел неподалеку, у тлеющего костровища, две массивные темные кучи и даже сделал по этому поводу некие собственные выводы, но решил оставить их при себе.
       - Да, паря, - заявил Носорог, когда они отдалились от лагеря на изрядное расстояние. - В этот раз тебе повезло. Но какого... ты поперся один в лес?
       Джек угрюмо молчал. Он знал, что оправданий его глупому поступку нет, а лишние слова ни к чему.
       - Молчишь? Хорошо, что молчишь! Видел я следы, они даже не подошли к тебе, швырнули чем-то издали! Камнем? Эх ты, воин...
       - А с какой это стати подобные претензии? - внезапно заступился за Джека Виктор. - Он же не проходил твоей подготовки. Вот научи сначала, а потом требуй...
       - А что? И научу!
      
       *****
      
       Носорог сдержал свое слово. На следующий день, не дав Джеку даже толком прийти в себя, он поднял его на ноги с первыми лучами солнца и заставил для начала пробежать десять кругов вокруг поселка. А потом пошла такая муштра, о которой Джек не слышал даже от своего двоюродного брата, служившего солдатом у сэра Керлона. По восемь часов в день Носорог заставлял Джека бегать, прыгать, отжиматься от земли и вдобавок ко всему принуждал поднимать по многу раз деревянные ведра, доверху наполненные водой.
       И это было только начало. Через пару месяцев, когда мышцы парня только-только перестали ныть, Носорог усилил нагрузки и вдобавок ввел еще ряд уроков, отлынивать от которых не представлялось ни малейшей возможности.
       Этот человек оказался великим мастером боя без оружия и щедро делился своими знаниями с Джеком.
       А дон Карло, поглядев на истязания, коим подвергал парня беспощадный наставник, не только не пришел на помощь, но лишь удовлетворенно покивал головой, а вскоре огорошил Джека очередным новшеством - теперь по вечерам, когда сын бывшего свинопаса только и мечтал о теплой постели, дон Карло усаживал его за стол, а сам ходил вокруг и учил парнишку всем премудростям, коими обладал сам. Начиная от правил поведения за столом и кончая уроками сложения сонетов. Дон Карло обучал Джека даже фехтованию.
       - Благородный человек должен и мечом владеть, и словом, - приговаривал он при этом. - А ты станешь у нас благородным человеком!
       И все эти новые занятия никак не могли помешать и обычным делам по дому, которые так и оставались за Джеком, а за их четким выполнением дон Карло следил особо.
       Времена настали для парня не просто тяжелые, а мучительные. Что такое полноценный сон, он и думать забыл. Высыпался вволю он лишь раз в неделю, на седьмой день, который по традиции мог посвятить лишь тому, чего желал сам (конечно, не в ущерб кормлению свинтусов, уборке по дому и прочим важным вещам, коих имелось великое множество). А в остальное время спал Джек в лучшем случае часов по пять-шесть, да и то не всегда.
       Но через несколько месяцев, только лишь мальчишка привык к новой жизни, к делу подключился сэр Виктор, до того момента лишь наблюдавший за мучениями их юного подопечного.
       Он начал неожиданно.
       - Знаешь ли ты, что важнее меча и слова? - спросил он как-то раз, наблюдая за потугами Джека перебросить через бедро громадного сэра Носорога.
       - Что же? - прохрипел красный от натуги парень.
       - Знание людей, их слабых мест. И умение вовремя сыграть свою партию.
       - Это как? - не понял Джек, а Носорог лишь ухмылялся. Сдвинуть его с места никак не получалось.
       - А вот смотри, - Виктор лениво потянулся, задумчиво уставился куда-то вдаль, и негромко произнес. - Пчела!
       Носорог подскочил на месте, пытаясь углядеть насекомое. Джек, крепко державший его за отворот куртки, инстинктивно повернулся корпусом влево, и громадный Носорог, как легкая бабочка, перелетел через парня и очутился на земле, ошалело хлопая глазами.
       Джек, у которого в первый раз получилось так красиво повергнуть своего учителя на землю, от неожиданности отпустил его и недоуменно повернулся к Виктору.
       - Добей, - посоветовал тот, весело поглядывая на Носорога.
       - Я тебе добью! - тот уже пришел в себя и легко поднялся на ноги. - Пошутил, да?
       - Нет, - Виктор серьезно покачал головой. - Объяснял. Понимаешь ли, Джек, у нашего большого и грозного сэра Носорога есть одна маленькая особенность. Он до ужаса, до дрожи в коленях боится маленьких тружениц-пчелок, а все потому, что у него на них аллергия. Стоит такой пчелке укусить нашего сэра, и тот распухнет, как каравай в печи. Ты понял, к чему я привел этот пример?
       Джек задумался.
       - Упоминанием про пчелу вы вывели сэра Носорога из душевного равновесия. Именно поэтому мне удалось уронить его.
       - Все верно. Но знание слабостей - это лишь первый этап. Гораздо интереснее уметь вырастить эти слабости во враге, создать их искусственно. Ну, и пользоваться этим в подходящий момент. Интрига - вот самое великое из известных мне искусств, и, если хочешь, я постараюсь научить тебя этому. И тогда для тебя не будет ничего невозможного!
       Глаза Джека разгорелись.
       - Конечно, я хотел бы... очень!
       - Не будет невозможного... - проворчал Носорог. - Вот и выберись со своей интригой с этого треклятого острова...
       С того дня режим Джека претерпел окончательные и бесповоротные изменения. Каждое утро, как и прежде - домашние дела, потом тренировка с Носорогом по борьбе без оружия. После обеда несколько обязательных часов, проводимых в беседах с Виктором, затем опять сэр Носорог вкупе с доном Карло - тут уже в дело шли мечи, ножи, копья и все, что могло убивать, а вечером уже один дон Карло и обязательные уроки по этикету, письму, быстрому чтению и множеству прочих премудростей, включая даже лично разработанный доном курс "Основы магии".
       - Не важно, пригодится ли тебе это в жизни, - приговаривал он. - Ты должен хотя бы иметь представление обо всем многообразии вещей, окружающих тебя. Магом тебе не стать, это дается лишь от природы, но знать, как именно действует магия, как от нее защититься обычному человеку, чего стоит бояться, а чего нет - вот твоя задача. Не думай о том, что остров - твой дом навек, даже если это и так. Человек должен развиваться, должен работать, без этого ты станешь таким же, как крафтеры - диким животным, способным лишь жрать. Мысль сделала человека тем, кем он является. Мысль и постоянный труд. И ты станешь у меня человеком, поверь!..
       Джек и не заметил, как вновь наступила зима, потом так же быстро пришло лето. Дни летели один за другим стремительно, как никогда. Потом еще зима, короткая весна, долгое лето, желтая осень и опять зима...
       Он вырос, хотя особо высоким и не стал, и даже не стал мускулистым, чему втайне изумлялся сэр Носорог, все увеличивавший изо дня в день нагрузки. Джек стал другим: таким жилистым, вертким, цепким и пружинистым, что мог мигом взобраться на самое высокое дерево, сигануть вниз, перехватывая ветви руками, оттолкнуться от земли и упругим мячом вскочить на ноги, уже держа в руках нож, меч или иное смертоносное орудие... успев сочинить за этот краткий промежуток времени ехидное четверостишие.
       Он сам себя не узнавал. Даже образ его мыслей изменился самым удивительным образом. Да, парень остался все тем же Джеком, который грезил о подвигах, но, постигая мир, юноша вдруг осознал, что воинская доблесть - ничто по сравнению с победами, одержанными с помощью разума. Ведь нередко даже одно, мимолетом брошенное, замечание Виктора чуть не сбивало самоуверенного сэра Носорога с ног, а дон Карло, объясняя парню взаимосвязь всего сущего в природе, вскоре стал для него даже не человеком, а чем-то большим, вровень с богами.
       И, хотя Джек никогда не ощущал в себе тяги к знаниям, ежедневные занятия дали о себе знать. Он заговорил иначе, стал мыслить по-другому и нередко уже и сам повергал в смущение сильного, но простоватого сэра Носорога, а иногда ему удавалось удивить и самого сэра Виктора.
       Так минул еще год. А потом на остров пришли перемены...
      
      
      Глава вторая
      Раб
      
       Сознание он так и не потерял. Ни тогда, когда его грудь в нескольких местах пробила закаленная сталь, ни тогда, когда за Джеком и Дариной закрылась дверь, отгородившая все светлое и прекрасное, что у него когда-либо было, ни даже тогда, когда стражи для верности пнули несколько раз его скорчившееся тело, которое уже не чувствовало боли.
       Он лежал, смотрел в небо долгим, последним взглядом и ждал смерти. А смерть все не приходила...
       Вокруг раздавались резкие, крикливые голоса, топот множества ног, бряцание оружия, а он все лежал, смотрел вверх и думал. Конечно, о ней... О ком же еще, как не о той, что затмевала собой и небо, и землю, и всю его бренную жизнь? Дарина...
       - Крис! - это был ее голос. Но как же так? Он попробовал пошевелиться, но это было выше его сил. Дарина!
       - Ты жив, ты не умрешь! Я обещаю!
       - Выполнить это обещание не в вашей власти, милая принцесса. Или, если позволите, полновластная королева земли Керидат, ее правительница и опора!
       А этот голос он уже слышал и не раз... Бейзил - треклятый, подлый лорд!
       - Что вы хотите? - голос Дарины был тих.
       - О, дорогая моя, я хочу многого! Кстати, познакомься, наследный принц Калеб... а, вы уже знакомы? Так познакомься еще раз - будущий король Риверсталя, а так же, надеюсь, Девенора, Илории, Ванадола, возможно, даже Горавии и, конечно, Керидата. Да-да, ты угадала - это твой будущий супруг, твой хозяин и повелитель...
       - Не бывать этому!
       - Что ж, тогда твой друг-оруженосец умрет прямо сейчас. Эй, кто там, добейте-ка этого...
       - Стой! - Крис почувствовал, как напряглась Дарина, как яростно искала она выход... и не находила. - Не спеши...
       - Так-то лучше. Может быть, пройдем в мои покои, обсудим все спокойно? Неужели тебе так противен Калеб? Ведь он прекрасный юноша, смелый, ловкий, чрезвычайно способный! Вы стали бы отличной парой!
       - Предатель!
       - Ну, к чему так горячиться? Дарина, девочка моя, он всего лишь играл не на твоей стороне. Да, у тебя, у меня, у Калеба, у каждого из нас, даже у этого несчастного твоего влюбленного слуги, который лежит, пронзенный... раз, два, три... о, тремя мечами... даже у него, и то, я уверен в этом, имелись собственные интересы! Так что не суди строго...
       - Кристиан! Он умирает!
       - Тебе так важна его участь? Что ж, если ты согласишься хотя бы обсудить с нами насущные вопросы, он не умрет. Так что, твое решение? Смерть этого Кристиана или простой разговор по душам?
       "Не смей! Не соглашайся! Никаких уступок! Это враги!" - Крис попытался было озвучить свои мысли, но из горла вырвался лишь тяжкий предсмертный хрип.
       - Я согласна! - звонко сказала Дарина. - Мы поговорим обо всем, но только после того, как вы излечите Кристиана и снимете с моих рук эти браслеты!
       - Этого слугу - да, вылечим. А о браслетах пока не может быть и речи. Извини, но сама понимаешь, это просто невозможно.
       - Хорошо, но Кристиан должен излечиться прямо сейчас, на моих глазах. И в дальнейшем я должна самолично следить за его самочувствием!
       "О! Моя принцесса, моя госпожа, - Крис и в мыслях не осмелился бы назвать ее тем единственным словом, о котором не мог и грезить. - Не надо! Пожалуйста! Только не ради меня!.."
       - Договорились! По первой части вопроса. Я вылечу его сейчас и здесь, но вот остаток своих дней он проведет в подвале моего замка, а позволить вам, ваше величество, спускаться в его мрачные недра я не могу.
       Издевка столь явственно слышалась в голосе лорда, что оруженосца передернуло. Никто не смеет так разговаривать с его госпожой, никто!..
       Крис почувствовал, как на его израненную грудь легли чьи-то тяжелые руки. Он попытался дернуться, увернуться от них - лучше смерть! Будь он мертв, и Дарина не колебалась бы ни мгновения - это он знал твердо. Лишь его бессмысленная жизнь не давала ей проявить вселенскую твердость своего характера, плюнуть в лицо врагам и умереть достойно.
       Стало тепло. Жар все нарастал, постепенно, изнутри, и вдруг дошел до обжигающего пламени, пытавшегося сжечь тело оруженосца напрочь.
       Сколь долго это продолжалось - он не смог бы сказать. Да и закончилось внезапно - жар исчез, и чужих рук он больше не чувствовал.
       Мысли стали ярче, отчетливей.
       Дарина!
       Крис дернулся, и тело послушалось его. Вперед, крушить, убивать! Он медленно, но верно поднимался на ноги.
       - Этого в кандалы!
       Тяжелый удар бросил его обратно на землю. Юношу перевернули, грубо заломили руки за спину, холодный металл коснулся запястий.
       - Посидит пока в темнице, ничего с ним не случится. А нас ждет долгий разговор... Увести его!
       Еще удар, колени подогнулись, и пара солдат поволокла оруженосца прочь со двора. Дарина проводила его взглядом, за который, увидь он его, Крис отдал бы самую свою жизнь, а потом повернулась к лорду Бейзилу и Калебу, стоявшему чуть в стороне и молчаливо взиравшему на происходящее, и сказала:
       - Что ж, господа, поговорим. Я готова.
      
       *****
      
       С того дня Крис не видел принцессу. Камера, куда его поместили, была крошечной - три шага в длину и два в ширину. Из обстановки имелся лишь тюфяк, набитый старой соломой, да отхожее ведро. Свет падал из миниатюрного, с кулак, отверстия в верхнем углу. В общем, не сахар. Да и блохи в подземелье Бейзила водились особенно злые - Крис чесался, не переставая, с утра до вечера, а ночью забывался лишь на короткое время.
       Раны его не беспокоили, тут лорд сдержал данное принцессе слово, от них остались лишь шрамы, покрытые коркой засохшей крови, которая на второй день сама собой отвалилась, - и воспоминания о боли, которые, он знал точно, не покинут его никогда.
       Кормили узников отвратительно - жидкая похлебка раз в день и кусок хлеба, в котором временами попадались жуки - вот и весь рацион, который отпустил щедрый лорд своим заключенным. А таких здесь было немало. Пока Криса тащили в камеру, он успел хорошо разглядеть длинный полутемный коридор с тяжелыми дверьми.
       Крики обитателей соседних камер, не смолкавшие ни днем, ни ночью, не давали ни спать, ни думать. Слуги лорда не брезговали пытками. Впрочем, Криса на допросы не водили, Бейзил словно позабыл про него на время, но от постоянного ожидания становилось лишь тоскливее на душе.
       Но блохи и скверная пища мало тревожили бывшего оруженосца. Все его мысли устремлялись лишь к одному: к Дарине и тому ужасному положению, в котором она оказалась. А собственное бессилье тяготило хуже возможных ран и пыток.
       Крис мало что понял из бессвязного рассказа Джека о разговоре, подслушанном в кабинете лорда, но сейчас, когда времени оказалось более чем достаточно, он раз за разом вспоминал каждое слово, пытался анализировать, сопоставлять факты, а иногда и додумывать причины событий и мотивы людей, в них участвовавших. Но дикие крики постоянно перебивали его мысли, заставляя иногда подскакивать на месте - столько в них слышалось отчаяния, боли и безысходности.
       Картина вырисовывалась кошмарная. С самого начала их миссия была обречена на поражение. Они своими руками загнали себя в ловушку, выхода из которой он не видел. Столько пройти, преодолеть бесчисленные препятствия, чтобы в итоге попасть прямиком в сети того единственного человека, от коего им следовало держаться как можно дальше.
       Да, никто не мог и предположить, что именно из-за Бейзила хаос поглотил столь многие королевства. Виноват и его величество, король Шерон, отправивший дочь под охрану и попечение старого друга, и королевская служба дознания, так и не докопавшаяся до истины. Конечно, не только агенты Шерона оказались некомпетентны, соседние государства отнюдь не проявили большей расторопности и тоже пали жертвой замыслов Бейзила, но сам-то Кристиан, бравый оруженосец, как он не почувствовал подвох? Почему его сердце вовремя не подсказало, что это место опасно для той единственной, ради которой он готов был на все?..
       А значит, он виновен не меньше, если не больше, чем все остальные. И какую бы судьбу ни уготовили враги Дарине, она будет тяжким грузом лежать на его совести до последнего вздоха.
       Крис ходил по камере, наматывая за день сотни, тысячи кругов.
       Когда прошла вторая неделя заточения, ему стало казаться, что мысли его, некогда яростные и быстрые, стали на редкость тягучими, постоянно расплывались, концентрироваться становилось все сложнее и сложнее, а в пальцах рук появилась нервная дрожь. Он истово молился, прося лишь об одном: чтобы разум не оставил его. Но при этом Крис чувствовал, что еще неделя или две - и случится страшное, а тогда всем, даже самым малым, надеждам придет конец.
       Еще через десять дней он понял, что сходит с ума. Он не мог этого допустить, он обязан был что-то предпринять.
       Еду приносили раз в день в одно и то же время, когда первый свет начинал проникать в камеру. Тогда же меняли отхожее ведро.
       Это происходило всегда одинаково: сначала приоткрывалось оконце в двери, оттуда показывался край миски, которую нужно было моментально принять, иначе, как уже несколько раз случалось, миска просто-напросто падала на пол, и приходилось ждать еще сутки, чтобы хоть чем-то заполнить вечно пустой желудок. После этого стражник открывал снизу еще одно окно - пошире, в которое требовалось просунуть вчерашнюю миску, а вслед за ней и ведро.
       Но оба отверстия, разумеется, сделали слишком маленькими для того, чтобы туда мог протиснуться человек, а в разговоры с пленником стражник не вступал ни разу. Все происходило в полной тишине. Крис попытался однажды расспросить невидимого посланника о своей дальнейшей участи, но все его вопросы остались без ответа. Только, если очень хорошо прислушаться, можно было услышать тяжелое дыхание человека по ту сторону двери. А когда второе оконце закрывалось, то лишь крики других пленников доносились в узилище.
       Крис составил очень простой план. Дождаться очередного утра, и, когда откроется нижнее оконце, попытаться схватить стражника за руку. А там будь что будет...
       Он не спал всю ночь, опасаясь пропустить утренний обход, а когда верхнее окошко отворилось, он ловко подхватил миску с похлебкой, отставил ее в сторону и присел на корточки, занимая положение для атаки.
       Через пару минут отворилось и нижнее окно, Крис тут же протянул в отверстие руки и слепо зашарил ими, пытаясь дотянуться до охранника, но внезапно получил удар такой силы, что завыл от нестерпимой боли.
       Он едва успел отдернуть руки, как оконце с громким стуком захлопнулось. Еще бы миг - и дверца перешибла бы их. Впрочем, юноше и так досталось. Стражник, очевидно, ударил его короткой дубинкой, окованной железом - подобные носили здесь почти все охранники. И удар был тщательно рассчитан: причинить боль, но не нанести увечья.
       Два дня после этой выходки Крису не приносили еды и не забирали вонючее ведро. Потом все вернулось на круги своя, но подобных попыток он больше не повторял. Стать калекой в подобном месте - значит лишиться даже минимальных шансов на возможный побег.
       Хотя надеяться на чудо не приходилось. Охранников лорд Бейзил обучил превосходно. Сбежать отсюда было невозможно.
       Оставалось только ждать. Ждать и надеяться...
      
       *****
      
       Дверь распахнулась неожиданно, и Криса ослепил свет факела. Двое стражников с дубинками в руках зашли в камеру и завернули оруженосцу руки за спину. Через мгновение запястий коснулось холодное железо, и тяжелые оковы защелкнулись.
       - По сторонам не смотреть, вопросов не задавать, идти только когда скажут. Вперед!
       Крис, слегка одуревший от происходящего, молча сделал несколько шагов, но тут же чуть не упал. Организм ослабел за прошедшие три месяца. Отсутствие нормальной еды и свежего воздуха сделали свое дело. Апатия, накатившая некоторое время назад, позволяла юноше совершать лишь пару коротких прогулок в день: за миской с похлебкой да к ведру, а все остальное время он проводил на своем тюфяке, не отвлекаясь даже на блох, с которыми уже свыкся. Крис начал разговаривать вслух, временами споря с собой же до хрипоты, и очень надеялся, что разум еще не оставил его.
       Стражники поддержали Криса под руки и выволокли из камеры в коридор.
       - Стоять! - один из них закрыл дверь камеры и слегка подтолкнул парня в спину, но даже этого легкого толчка хватило, чтобы Крис вновь потерял равновесие. - Вперед!
       В замок его не повели: миновав множество коридоров, вышли на задний двор, полностью оцепленный солдатами. Крис на несколько минут ослеп от яркого солнечного света, но остановиться ему не дали. Толчками в спину стражники указывали пленнику направление, а когда глаза немного привыкли, Крис обнаружил себя в толпе грязных, обросших людей, рядом с десятком телег, которые снаряжались в дорогу.
       Людей по очереди приковывали к общей цепи, оставляя свободными лишь ноги. Криса поставили прямо перед громадным бородачом, бросавшим злые взгляды вокруг.
       Стражник отошел в сторону, а Крис, отвыкший за время своего пребывания в камере от человеческого общения, негромко спросил:
       - Куда нас?
       - Куда? - бородач повернул к нему широкое лицо, испещренное шрамами. - В рабство, куда ж еще? Тут все рабы, парень, и ты тоже!
       Раб! Он, младший сын сэра Калоха, оруженосец блистательного сэра Ульфа, подданный принцессы (теперь уже, возможно, королевы) - стал рабом!.. Блистательное завершение карьеры, нечего сказать...
       Шеренгу тем временем построили, бесцеремонно подняв людей с земли пинками и зуботычинами. Вперед вышел невысокий сержант с изрядным пивным пузом и провозгласил:
       - Говорю один раз: двигаться будем быстро, времени у нас мало. Если у кого-то из вас, отребье, не хватит сил, пеняйте на себя. Быструю смерть обещаю! Вперед!
       Лошади неторопливо тронулись с места, увлекая за собой телеги. Рабы цепью двинулись следом. Насколько смог рассмотреть Крис, пленных насчитывалась пара сотен, а охраны - десятков пять. Те, конечно, не шли, а ехали с комфортом, кто на телегах, а кто на лошадях, наблюдая за пленными.
       Дорога, по которой всего несколько месяцев назад Крис прибыл в замок с надеждой на лучшее, все так же петляла, причудливо изгибаясь вокруг скалы.
       Ходьба в цепях давалась тяжело: кандалы гнули руки к земле, ноги, отвыкшие от движения, отказывались повиноваться. Крис то и дело спотыкался и чувствовал, что долго не протянет.
       Отряд повернул на северо-запад, еще дальше от тех мест, где гном Дуальд распрощался с Дариной и ее товарищами.
       - Эх, не повезло, - вздохнул за спиной оруженосца бородач. - Не гномам нас продадут. Там хоть надежда была бы. Гномы - народ честный, любят трудяг.
       - А куда нас? - вяло поинтересовался оруженосец. В принципе, ему было совершенно все равно, кому конкретно решил лорд Бейзил продать очередную партию рабов, а то, что это дело стояло на потоке, чувствовалось сразу. Очень уж слаженно действовали конвоиры.
       - К бухтам поведут, а там только пираты. Гребцы им завсегда требуются, потому как живут недолго. Шансов там для нас никаких...
       К пиратам, значит. Что ж, не все ли равно, где погибать?.. Дарине он помочь ничем не мог, так стоило ли рассуждать о ценности собственной жизни?
       - Ты, это, парень, не раскисай. Прорвемся! - неожиданно подбодрил его бородач. - Меня Дрозд кличут.
       - Кристиан, - представился оруженосец.
       - Так ты это, Криска, держись. На глаза этим крысам не суйся: забьют до смерти, - Дрозд взглядом указал на конвоиров. - Твари они те еще!
       Держаться так держаться, решил Крис. Дрозд прав. Главное - уцелеть, а там, если судьба будет благосклонна, ситуация может и перемениться. Кто знает, а вдруг он еще сумеет послужить своей госпоже...
       Караван продвигался вперед так быстро, как только могли идти пленники. Толстяк-сержант не соврал: любого, кто не выдерживал и создавал даже незначительную задержку в пути, отстегивали от общей цепи, отводили в сторону и забивали дубинками до смерти. Без помощи Дрозда Криса давно бы постигла та же участь, но вторую половину дня бородач буквально тащил на себе падающего от усталости оруженосца.
       А как только объявили привал, Крис рухнул на землю и тут же забылся в коротком сне, а пробудился от того, что Дрозд тряс его за плечи.
       - Вставай, через пять минут общий подъем. На вот, сожри, я припас для тебя еще с вечера, - он протянул Крису кусок хлеба и деревянную миску с похлебкой.
       Парень с жадностью набросился на еду, а после с благодарностью кивнул бородачу.
       - Спасибо вам, сэр, за вашу помощь и за эту пищу!
       - Жизнь долгая, сочтемся. А вот "сэркать" мне не надо. Сэров тут нет, отребье одно, слышал же сержанта? Скоты и твари. Не люди. Животные. Не веришь? Увидишь, что будет. Через пару дней тут любой за лишний кусок хлеба товарища удавит!
       - Я бы так не смог!
       - Не смог, говоришь? - Дрозд недобро ухмыльнулся. - Жить захочешь - и не такое сможешь...
       - Мы не животные. Мы - люди! Лучше умереть, чем жить подло.
       - Эх, молодой ты еще, не учила тебя жизнь... - Дрозд внимательно оглядел Кристиана, словно видел его впервые. - А может, я не прав. Есть в тебе что-то... Гордый? Что ж, поглядим, как оно выйдет...
       Следующие дни напоминали предыдущий до мелочей. Шагай и шагай себе вперед под холодным осенним ветром, да подставляй плечи моросящему дождю. Короткие привалы для того, чтобы хоть на несколько долгих минут дать отдых ногам, и снова в путь. Вечером неизменная похлебка и кусок размякшего хлеба, сон прямо на мокрой земле, а с утра все по-новому...
       Как ни странно, с каждым днем Крис держался все увереннее . Что послужило тому причиной, оставалось только гадать: может, его молодость, может, такой долгожданный свежий воздух, но Дрозду все реже приходилось поддерживать юношу за локти...
       Самого же бородача переполняла злая энергия и намерение любой ценой завоевать себе свободу.
       В темницу лорда Бейзила попал он довольно глупо, и, вспоминая об обстоятельствах, приведших его к столь тягостному положению, неимоверно грустил. История, изложенная им, сводилась к следующему.
       С самой юности Дрозд, обладавший неимоверной силой, зарабатывал на жизнь тем, что забивал скот. Причем проделывал он это не специальным молотком, как обычно делают скотобойцы, а всего лишь своим кулаком - одного удара хватало любой корове. Хлоп - забирайте мясо, хлоп - и окончилась жизнь очередного задиристого бычка.
       Но все завершилось в один прекрасный день... точнее, вечер. Дрозд, как обычно, коротал время за кружкой медовухи в ближайшей корчме, и надо же было такому случиться, что поспорил он с одним приезжим горожанином, и поспорил крепко, даже повздорил, но до драки дело покамест не доходило.
       А предметом спора явилось недоверие, высказанное наглым горожанином: действительно ли может Дрозд убить быка с одного удара. То есть, по сути, тот поставил под сомнение природный талант бородача, чем оскорбил скотобойца до глубины души.
       Что ж, спор - дело святое, да и вокруг, как обычно, нашлось много охотников полюбоваться на интересное зрелище. Ударили по рукам, поставив на кон ни много ни мало, а десять золотых - все, что сумел скопить Дрозд за долгие годы жизни. Но в успехе он не сомневался: еще бы, ни разу могучий кулак не подводил своего владельца.
       Вышли во двор, привели быка - самого что ни на есть обычного и даже не слишком-то крупного. Таких Дрозд уложил на бойне не один десяток, не одну сотню. Шел противный дождь, который зрители вовсе не сочли помехой. Все, кто сидел в корчме, высыпали на улицу и принялись делать ставки. Те, кто знал Дрозда не понаслышке, ставили, конечно, на него. Но нашлись и те, кто сделал ставку на горожанина.
       Бычок переминался с ноги на ногу, жалобно водя взглядом по сторонам и протяжно мыча время от времени.
       Дрозд шагнул к нему, замахнулся и ударил. Но надо же было случиться такому? Дождь всему виной - так не раз повторял он во время своего рассказа. Правая нога неожиданно поехала вперед по скользкой грязи, и удар пришелся не туда, куда целил опытный забойца. Кулак соприкоснулся с ухом несчастного бычка, мгновенно превратив его в лепешку.
       Бык от дикой боли замычал во всю глотку и рванул вперед, вырвав из рук добровольных помощников веревки. Дрозда бычок боялся инстинктивно, поэтому бросился бежать в сторону, сбив по дороге подвернувшихся любителей бесплатных зрелищ, и оказался прямехонько перед недоверчивым горожанином.
       Тут пришел черед незадачливого спорщика побелеть от страха, но сделать он ничего не успел, а бык, недолго думая, сбил его с ног и покатил вперед, толкая рогами и давя копытами.
       Тут горожанин и кончился, минуты не прошло. Бычка схватили, оттащили, но было поздно. Мертвец налицо.
       Но дело бы на том и завершилось, если бы не те самые зеваки, что успели поставить свои кровные монеты. Спор меж ними разгорелся нешуточный. Одни уверяли, что проиграл, безусловно, Дрозд. Быка он не убил, а значит, и говорить не о чем. Но их противники доказывали свое. Мол, спор был о том, что Дрозд может убить с одного удара. Удар был? Был. Вон, на ухо бычка глянь, коли желаешь. Убоина есть? Есть! Ну и что, что не тот, кого заказывали! Главное, суть спора соблюдена. Один удар - один труп!
       И дошло бы дело до общей свальной драки, если бы сам Дрозд, разъяренный до предела, не положил всему конец. Он вскочил на ноги и пошел раздавать свой знаменитый удар направо и налево, без разбора. А на людей, как оказалось, это действовало еще лучше, чем на животных. Головы лопались как спелые тыквы, и расколотил подобных тыкв Дрозд немало, прежде чем немного успокоился.
       Оглядел он следы великого побоища, им учиненного, почесал бороду и пришел к неоспоримому выводу - надо уносить ноги. Но было поздно. Кто-то шустрый уже успел кликнуть стражников, а против стали и знаменитый удар не помог. Скрутили Дрозда, надавали тумаков да отправили к Бейзилу на суд и расправу. А тот, долго не думая, повелел продать буйного скотобойца. И желательно в дальние страны, чтобы никто о нем более не слышал. Впрочем, лорда Дрозд не осуждал. А что, мол, тому делать оставалось? Казнить? А смысл, когда можно продать и заработать? Виноват? Виноват, не сдержал злости. Вот и весь сказ.
      
       *****
      
       Дождь не прекращался второй день. Многие рабы чихали и глухо кашляли, но до Криса простуда пока не добралась. А потом как-то внезапно караван вышел к морю, обойдя стороной скальный массив.
       Море Крис увидел впервые в жизни и на несколько мгновений замер, ошарашено пытаясь понять, какие же великие силы сумели собрать такое количество воды в одном месте.
       Дул порывистый ветер, и волны разбивались о берег, пытаясь как можно дальше плеснуться на сушу. Вода была зеленая, мутная от поднятого со дна ила, но Крису казалось, что красивее зрелища он в жизни не видел.
       Сержант, не останавливаясь, повел караван дальше, и через несколько часов они достигли уютной бухты со спокойными водами. Там их уже ожидали. Три трехмачтовые ладьи, без флагов и опознавательных знаков, мягко покачивались на волнах неподалеку от берега.
       На берегу уже разбили небольшой палаточный лагерь, горели костры, жарилось ароматное мясо, звенели бутылки...
       Пираты - а это были именно они, - знали о приближении каравана, потому как суматохи не поднялось совершенно. Лишь только от одного из костров отделилась фигура и бегом припустила к сержанту.
       - Капитаны вас ожидают, сэр. Прошу следовать за мной.
       - Ждать здесь! - приказал сержант подчиненным, сам же, подозвав жестом двух солдат, последовал за пиратом.
       Крис с облегчением опустился на холодный песок. Идти с утра до вечера - занятие не из приятных, и каждый раб с удовольствием использовал малейшую возможность передохнуть. Многие тут же последовали его примеру.
       - Это надолго, - заключил Дрозд. - Торговаться будут...
       "Да, верно, мы ведь товар, - подумал Крис. - А всякий товар надо выгодно продать".
       - Ладьи видишь? На одну из них нас и определят. Когда ветер неподходящий или штиль на море, грести будем до одурения. Скорость - важное дело, так что отлынивать нам не дадут. Я уже поспрошал людей, говорят, что война идет полным ходом. До наших-то земель не добралось еще, но многие окрестные королевства в огне. А где война, там и пираты. Самое их время!
       - А что еще ты слышал? - жадно спросил Крис. Как ни странно, за все время пути о новостях он не расспрашивал, полагая, что Дрозд не владеет актуальными сведениями. Как оказалось, зря.
       - Что слышал? Да многое. Отряды непонятные: налетят, сожгут деревню-другую, исчезнут, словно их и не было. Твари разные из болот да лесов полезли. Они, бывало, и раньше к людям наведывались, но не таким числом. А сейчас как прорвало, из всех щелей прут и прут. Вот у нас спокойно, сам удивляюсь, как так?..
       Крис же этому не удивился. Лорд Бейзил наверняка позаботился о порядках в подвластных ему землях. В данный момент юношу интересовало совсем иное.
       - А не говорил ли ты с людьми из Керидата? Не слыхал, что там творится?
       - Керидат? Как же, слышал. Говорят, тамошний король помер, а наследница готовится к свадьбе с одним из принцев. Еще говорят, что, мол, принц тот пообещал - свадьбе не бывать, пока в королевстве неспокойно. И собрал армию. А что потом вышло - понятия не имею... Принц - молодец! Если спасет он королевство от беды, народ на него молиться будет!
       Знал бы Дрозд об истиной подоплеке всего происходящего, уж явно не хвалил бы "спасительного" принца. Да, бесспорно, Калеб времени зря не терял. За три месяца, что Крис провел в темнице, случилось многое. Армия Калеба при поддержке лорда Бейзила творила чудеса. И не удивительно, если в скором будущем принц одержит ряд значимых побед и принесет видимость покоя в свои, а потом и в чужие владения.
       А вот после этого мир ожидают изрядные перемены, в этом Крис тоже не сомневался.
       Кулаки сжимались от ярости и бессилия что-либо изменить. А что он мог? Вот Дарина, будь она свободна, уж придумала бы что-нибудь! А он... что в его силах? Свою бы жизнь спасти, куда уж тут о судьбах мира печься...
       - Смотри-ка, кажись, купцы идут товар смотреть...
       Сержант в сопровождении своих солдат неспешно шел к сидевшим на песке рабам. А за ним следовала целая группа пиратов, возглавляли которую трое мужчин в пестрых одеждах и широкополых шляпах на головах, украшенных разноцветными перьями.
       - Капитаны пожаловали, - пояснил Дрозд. - Сейчас начнут выбирать...
       Когда капитаны и сержант подошли ближе, Крис смог их рассмотреть лучше.
       Одежда каждого была настолько яркой, что рябило в глазах. Видно, у пиратов подобные цвета считались особым шиком. У одного из них на плече сидела пестрая птица, но внимание Криса привлек не он, и даже не второй капитан, пускавший клубы дыма изо рта, а последний. Невысокий, смуглый, одетый по сравнению с остальными неброско, но, как заметил Кристиан, богато и элегантно: в атласную рубаху под темным камзолом, вышитым золотой нитью, удобные штаны и высокие сапоги до колен. Конечно, непременная шляпа тоже красовалась у него на голове, а рукоять меча, висевшего у пояса, была инкрустирована крупными драгоценными камнями.
       Этот третий капитан встал немного в сторонке, и в общей сутолоке, которую устроил сержант, не принимал ни малейшего участия. А сержант раздухарился, успев, видно, уже принять на грудь. Пинками и тычками он поднимал на ноги рабов, а солдаты активно ему в этом помогали.
       Сержант заставлял каждого пленного показывать мышцы, зубы и волосы, приседать по многу раз на месте, демонстрируя силу, отжиматься от земли на кулаках, прыгать на одной ноге и много еще всего, что усталым людям было крайне тяжело выполнить.
       После капитаны решали между собой, кто возьмет раба на свою ладью. Крис заметил, что сначала капитаны - и с птицей, и с трубкой - бросали взгляд на смуглого, и лишь когда тот отрицательно качал головой, договаривались между собой. Впрочем, иногда тот кивал утвердительно, и раб без дальнейших пререканий отходил в его пользование.
       Дошла очередь и до Криса. Юноша с удивлением увидел, что смуглый капитан кивнул головой, бросив лишь один взгляд в его сторону. И Дрозда постигла та же участь. Их отвели в сторону, к тем, кого выбрал капитан.
       - Слитт... Это капитан Слитт, - услышал он рядом чей-то шепот.
       - Ты знаешь его? - поинтересовался у шептавшего Дрозд.
       - А кто ж его не знает? Самый отчаянный и ловкий. Говорят, каждое его дело приносит невиданные барыши, а неудач он не терпел еще ни разу. Если уж Слитт оказался в наших водах, то жди больших дел!
       - Откель ты такой умный-то нашелся?
       - Да знамо, откель! Оттель же, откель и прочие. За долги продали. А Слитта я видел с пяток лет назад, когда бывал в южных морях. Он тогда еще попроще был - начинал только, но уважали его и в то время крепко. А сейчас совсем поднялся, выше него только Совет!
       - Что за Совет?
       - Капитанский. Они решают промеж собой, как за дело браться сподручней, если оно общее. А так - каждый за себя. Одиночки они все! Иногда, как сейчас, по двое-трое сойдутся, чтобы сил больше было, да захватят какой из городов. А вот армада их уже сто лет не собиралась, хотя я слыхал, что недавно на реке пиратов перебили видимо-невидимо. Врут, поди...
       Уж Крис точно знал, что про реку не врали. Пиратов в тот раз положили много, это верно. Но осталось их в десятки, сотни раз больше. Армада, собранная лордом Бейзилом (хотя, как понял Крис, пираты не признавали над собой никого, кроме пресловутого Совета, так что наверняка лорд действовал не напрямую, а обходным маневром), была чудовищной силой, даже если не брать в расчет магов. Не погорячился ли лорд? Сможет ли он управлять своим собственным порождением?..
       Между тем отбор закончился. В стороне осталось лишь пятеро пленников, которых не захотел взять ни один из капитанов. Сержант махнул своим людям, и те, недолго думая, проткнули неудачников мечами, да так и оставили валяться мертвые тела на песке, не удосужившись заняться погребением.
       Сам же сержант подскочил к капитанам и получил от каждого полновесный мешочек с золотом.
       Как только расчет окончили, сержант скомандовал солдатам трогаться в обратный путь
       Слитт и его пираты подошли к своим новым рабам, и капитан первый раз внимательно осмотрел свои приобретения. Остался ли он доволен осмотром, Крис не понял: прочесть что-либо по бесстрастному лицу капитана представлялось невозможным.
       - Итак, с этого момента вы все поступаете в мое распоряжение, - сказал Слитт. Голос у него был тихим, но слушали его крайне внимательно. - Вы - рабы, а значит - существа бесправные. Все это осознают?
       Люди недоуменно переглядывались между собой. Как можно не осознавать, что ты раб, если тебя только что продали, как скот на рынке...
       - Вижу, этот момент разъяснений не требует, - кивнул головой Слитт. - Каждый понимает, что его жизнь отныне принадлежит мне? И я могу делать с вами все, что взбредет мне на ум. Могу казнить каждого на месте, могу отпустить, если заблагорассудится...
       Крис усмехнулся. Да уж, отпустит такой, держи карман шире. Пираты - морские разбойники, а значит, надеяться на их благородство не приходилось. Вот казнить - другое дело, тут их второй раз просить не надо.
       - Мне нужны гребцы, - продолжил капитан. - Недавно я потерял часть своих людей, поэтому ваша помощь мне необходима. Да, именно помощь, потому что я хочу сделать вам, господа, деловое предложение.
       Рабы загудели. Во-первых, их назвали "господами", что само по себе странно. Они привыкли к совсем иному обращению, поэтому странный капитан с его неизвестными намерениями сбивал многих с толку.
       - Именно, предложение. Вы не ослышались. А заключается оно в следующем: прослужите мне верой и правдой пять лет и получите полную свободу. А те из вас, кто решит после этого добровольно присоединиться к моей команде, получат равную с остальными часть добычи и право голоса. Я сказал свое слово. Что ответите, господа?
       Сказано было сильно. Люди заволновались. Перспектива обрести свободу, пусть и в далеком будущем, взволновала их до крайности. Один лишь Крис скептически улыбался, считая предложение Слитта лишь хитрым трюком, призванным в зародыше убить возможные беспорядки на корабле. Да, придумано ловко - пообещай людям свободу и деньги, и они будут работать не из-под кнута, а добровольно, при этом в полную силу.
       Дрозд, кстати, тоже не воодушевился щедрым предложением. Пять лет - большой срок, его еще прожить надо...
       - Итак, подведем итоги. Тех, кто будет лениться, ждет суровое наказание, тут уж извините, свободу заслужить надо. Но обещаю, для тех, кто будет исполнять свой долг добросовестно, я сделаю все, что смогу. Мое слово крепкое!
      
       *****
      
       И, как ни странно, капитан не обманул. Порядки на его ладье, носящей красивое имя "Альтария", были строгими, но справедливыми. Без вины никого не наказывали, а вот если отлынивал, то щедро приходовали спину кнутом, а в особо тяжелых случаях брали и специальный кнут - с железными нитями.
       Ладья шла вдоль побережья, уходя на юго-восток. За ней следовали еще две ладьи - капитаны Крабс и Браско, коих Крис уже имел возможность лицезреть во время торгов в бухте. Членов команды и тем более рабов в планы не посвящали, но каждому, кто более-менее понимал географию здешних мест, становилось понятно, что мини-эскадра движется в сторону Риверсталя, обходя опасные места. Дальше, еще южнее, оставалось обогнуть самый северный из мысов - грозный мыс Последней Надежды, после чего войти в спокойные воды.
       Погода устоялась, ветер почти полностью стих, и на новых рабов работы свалилось вдосталь.
       Ладья двигалась, не останавливаясь ни на миг. Рабы сменяли друг друга. Когда утренняя партия падала от изнеможения, дневная занимала ее место, а потом, спустя часов шесть, отоспавшись и наскоро перекусив, первая смена вновь садилась на весла.
       Паруса использовали нечасто, лишь при попутном ветре, но и тут рабам не давали отдыха. Капитан Слитт редко самолично спускался на нижнюю палубу, но десяток его людей следили за порядком каждую минуту.
       Несколько человек отряжались на приготовление еды, еще часть рабов поддерживала чистоту на галере, и не приведи Создательница, если капитан обнаруживал хоть пятнышко грязи - доставалось всем: и надсмотрщикам, и рабам, поэтому каждый старался исполнять свои обязанности с великим тщанием и усердием.
       Крис тоже не ленился, да и выбора особого у него не было. В детстве, проведенном в небольшом поместье своего отца, он привык к грязной работе. Челяди у отца не хватало, денег - тем более, и сыновья наравне со слугами и солдатами уделяли время уборке помещений, чистке конюшни и прочим домашним делам. Поэтому бывший оруженосец не боялся испачкать руки...
       Соседи по лавке интересовали его мало. Неподалеку сидел Дрозд, который принял на себя негласную роль опекуна Криса. Как-то раз на раздаче еды один из рабов попытался отобрать у оруженосца кусок хлеба. Тот и сам смог бы за себя постоять, но Дрозд оказался шустрее. Он ловко схватил наглого раба за шею и приподнял его над землей, после чего столь же мягко опустил обратно, на дощатый пол. После этого инцидентов не случалось, а Дрозд лишь покачал головой: мол, я же говорил...
       Три дня галера двигалась по заданному курсу, потом еще дня на два вся эскадра остановилась в небольшой уютной бухте, чего-то ожидая.
       Криса во время стоянки отправили на средние палубы чистить каюты, и он смог наконец вблизи рассмотреть пиратов, хотя самого капитана Слитта более не видел.
       Жило Береговое Братство достаточно скудно, хотя и несравненно лучше, чем рабы внизу. Спали тут в гамаках, натянутых где придется, а сбережения и личные вещи хранили в небольших кованых сундуках, расставленных повсюду. Каждый из сундуков запирался на огромный висячий замок. Открыть такой, конечно, пара пустяков, но воровство на галере каралось самым строгим образом, и перспектива переселиться на нижнюю палубу к рабам была далеко не самой ужасной.
       Одевались пираты пестро, но это Крис заметил давным-давно, еще в тот достопамятный день, когда лорд Оливье при помощи принцессы Дарины разгромил армаду, напавшую на замок. Доспехов пираты не носили, а из оружия предпочитали кривые ятаганы и короткие мечи с широким клинком.
       Пираты, по большей части, оказались совсем не злыми, горланили вечерами песни, перекидывались между сменами в кости на деньги, беззлобно друг друга поддразнивая время от времени. К Крису относились достаточно дружелюбно, несмотря на его бесправное положение, работой особо не обременяли, но, дав задание, спрашивали строго.
       В общем, обычные солдаты, коих Крис повидал уже видимо-невидимо. Только морские...
       На шестой день после отплытия капитан Слитт вышел на палубу из своей каюты и собрал команду. Крис драил переборки неподалеку, поэтому стал свидетелем его речи.
       - Товарищи! Братья! - капитан внимательно осмотрел всех и каждого. - Завтра нам выпадет шанс, который бывает лишь раз в жизни! Поэтому я жду от вас внимания, как никогда раньше. Завтра - судьбоносный день! Все вы знаете, в чьих водах мы пребываем уже второй день?..
       - Риверсталя! - крикнул кто-то.
       - Верно, друзья. Это королевство Риверсталь. А как вы думаете, почему до сих пор на нас не напали их береговые суда? Почему мы спокойно стоим здесь, не подвергаясь справедливому возмездию за нарушение границ?
       Команда молчала. Ответа на столь любопытный вопрос не знал никто.
       - Я скажу вам, друзья мои, почему, - Слитт заговорил тише, размереннее, но никто не смел перебить его даже излишне громким дыханием. - Все потому, что власть на континенте меняется. Вы знаете, что наши товарищи потерпели недавно сокрушительное поражение в землях Ванадола, которое позже обратили в победу. А теперь мы вольны вершить судьбу Риверсталя - нам дана такая награда, и мы будем достойны оказанной чести. Все вы знаете, что радагарцы - это особые люди. Мы ценим мужество, доблесть, слово! И я даю вам слово: идите за мной, и вас ожидает светлое будущее! Да, многие падут, но те, кто останется жив, обретут богатство, почести и славу!
       Пираты заволновались. Крису они напомнили рабов, коих несколько дней назад Слитт прельщал подобными речами.
       - Завтра нас ожидает великое сражение. Мы - лишь часть общего, но наша задача должна быть выполнена полностью. Этого ждут от нас товарищи!
       - Капитан, - вперед шагнул седовласый пират. - Скажи конкретно, что нас ждет? За кого мы воюем?
       - Я скажу, - Слитт шагнул вперед и внезапно стал будто выше ростом. - Мы воюем за свое будущее, за все то, чего мы добивались долгие годы! И если хоть кто-то из вас, акульи дети, не исполнит свой долг - пеняйте на себя!
       - Но, капитан?..
       - Молчать и слушать! Если кто-то здесь не владеет новостями, я расскажу. Риверсталь и Ванадол - два королевства, которые много лет мешали нам с вами обрести то, что мы заслуживаем. Их солдаты выслеживали членов Берегового Братства и вешали без суда и следствия на первом попавшемся дереве. Но теперь и у них настали тяжелые времена. Королевства пали, а новые их хозяева еще слишком слабы, чтобы стать для нас серьезной угрозой. Это наш шанс, это наше время! И не бойтесь, мы будем не одни! Сегодня я не могу сказать вам всего, но поверьте, ваш капитан думает о вас! Я сделаю вас богачами!..
       С этими словами Слитт развернулся и удалился с палубы, а пираты еще долго обсуждали нежданные новости. Крис же понял одно - быть беде...
      
       *****
      
       Ладья снялась с якоря чуть засветло. В этот раз Крис оставался внизу, сегодня на верхнюю палубу рабов не пускали, поэтому наблюдать за происходящим он не мог.
       Беспокойство его не ведало пределов. Вчерашнюю речь капитана юноша обдумывал всю ночь, но так и не смог понять, что же, собственно, должно сегодня случиться.
       Он работал тяжелым веслом наравне с остальными, но мысли его были далеко. Ванадол, Риверсталь - королевства, которые пали. Значит ли это, что план Бейзила полностью осуществился? Почему же тогда пираты - те, на кого лорд опирался три месяца назад, - решили вмешаться и напасть на "новых хозяев"? И кто эти новые хозяева - неужели те самые темные всадники?.. А больше некому! Вряд ли принц Калеб уже успел собрать армию, а даже если и собрал, то что он мог противопоставить тем, кто с такой легкостью захватил королевства?
       Ответов не было, а от этого ожидание становилось лишь мучительнее.
       Несколько часов не происходило ровным счетом ничего. Пираты, следившие за рабами, обменивались новостями, и из обрывков разговоров, долетевших до его ушей, Крис кое-что понял. Основные силы морских разбойников высадились на берег, и, объединившись с пиратами двух других ладей, предпринимают ту самую вылазку, о которой днем ранее говорил капитан Слитт.
       А потом ситуация изменилась, и далеко не самым лучшим образом.
       Пираты внезапно засуетились, забегали туда-сюда по палубам, словно готовясь к чему-то крайне неприятному. А еще через полчаса все до одного поднялись на верхнюю палубу и больше внизу не показывались.
       - Кажись, дела у них так себе... - констатировал Дрозд, от внимания которого не ускользнула ни начавшаяся суматоха, ни исчезновение обязательной прежде охраны.
       - А нам-то что? - спросил Крис. - Мы здесь как в клетке. Ни туда, ни сюда... Цепь эта...
       - Ну, допустим, цепь - не проблема...
       Дрозд хитро подмигнул оруженосцу. А затем взялся двумя руками за толстую железную цепь, сковывавшую ноги рабов, и потянул ее в разные стороны. Звенья лопнули с громким треском, Крис повел ногами, и цепь свободно заструилась вниз.
       - Ржавь одна, - невозмутимо заявил Дрозд. - Тут и ребенок бы справился...
       Крис восхищенно оглядел товарища. Скотобоец явно преуменьшал значимость своего поступка: сам оруженосец уже пробовал цепи на прочность. На редкость крепкие, выкованы на славу.
       - Так, браслеты прочь... - скотобоец, особо не напрягаясь, разорвал кандалы, к которым крепилась цепь: сначала у себя, потом у Криса - поднялся на ноги и широко потянулся.
       - Ну, пойдем посмотрим, что там снаружи делается!..
       Цепь была общая, поэтому свободу обрели все рабы. Прежде понуро сидевшие на жестких скамьях и ожидавшие своей участи, они внезапно получили надежду. Вмиг протянув цепь дальше, рабы освободились от оков и, радостно переговариваясь, гурьбой встали за спиной Дрозда, молчаливо и единогласно выбрав его своим начальником.
       - Вы тоже с нами, ребята? - удивился скотобоец, оглянувшись. - Ну что ж, пойдем все вместе!
       На средней палубе им не встретился никто, зато сверху все громче долетали яростные крики.
       - Дерутся, что ли? - поинтересовался Дрозд. - Значит, мы вовремя!
       Он первый высунул голову наружу, но тут же отпрянул назад, а в то место, где он только что находился, вонзился тяжелый абордажный топор.
       - Вот и оружие... - скотобоец подхватил топор и одним махом выскочил на палубу.
       Крис как тень следовал за ним.
       Зрелище, открывшееся его взору, поражало. На палубе кипела схватка. Пираты отбивались от многочисленных солдат, карабкавшихся на ладью. Повсюду валялись мертвецы, палубу заливала кровь, от былой чистоты, которую всегда требовал соблюдать Слитт, не осталось и следа.
       - За императора Калеба! За империю!
       Вот так новости! Услышав клич солдат, Крис замер на месте, не веря своим ушам. Но клич повторился многократно, и пришлось поверить: нападавшие - люди Калеба, а сам коварный принц уже успел стать императором...
       Крис взъярился. Этот Калеб, все он виноват! Это он вошел в доверие к Дарине, подло обманув ее. Это он вместе с отвратительным лордом Бейзилом придумал хитрый план, собираясь жениться на той единственной, одна лишь мысль о которой повергала Криса в священный трепет. И даже здесь именно его люди пытаются уничтожить их.
       Раз Калеб против пиратов, значит, надо быть за них! Враг моего врага...
       - Дрозд, вперед! - крикнул Крис, нисколько не сомневаясь, что его могучий товарищ по несчастью последует за ним.
       И тот не подвел. Его топор разил солдат Калеба, не давая им возможности передохнуть. Выучка строевого боя здесь не помогала. А в кабацких драках Дрозд превосходил любого.
       Рабы, что высыпали на палубу следом за своим новым предводителем, не растерялись, и, подхватив с досок оружие, стеной встали за Крисом и Дроздом.
       Неожиданная помощь пришлась как нельзя кстати. Пираты, ободренные поддержкой, ударили дружной волной и отбросили нападавших назад.
       - Капитан Слитт... Он на носу!
       Топор Дрозда хрустнул и разломился пополам, оставив в руках скотобойца лишь часть топорища, но здоровяка это не смутило.
       Он размахивал своей импровизированной дубинкой направо и налево, умудряясь каким-то чудом не зацепить своих. Одного его удара хватало, чтобы очередной солдат падал на скользкие от крови доски палубы и более не поднимался.
       Крис старался держаться за его спиной, одновременно прикрывая мощного соратника и контролируя обстановку. Он подобрал кривой пиратский ятаган и ловко отбивался от самых ретивых солдат, которым удавалось обойти скотобойца справа или слева. А там уже очередной удар Дрозда довершал дело.
       - Слева прет! Осторожно! А теперь справа!.. - бывший оруженосец сэра Ульфа успевал вовремя подавать сигналы, иначе, несмотря на громадную физическую мощь, Дрозда давно уже проткнули бы пикой или мечом в этой суматохе. Солдаты все напирали, и никто не мог бы сказать, как обстоят дела на другом конце палубы. Лишь по громким крикам и звону оружия Крис понимал, что оборона еще держится, что капитан Слитт с остатками своих людей продолжает драться, а значит, шанс уцелеть еще оставался.
       - Дрозд! Отходим к мачте! Слышишь?
       Скотобоец отмахнулся от очередного солдата и в три шага добрался до мачты. Вокруг собирались выжившие рабы и пираты. Жить хотелось каждому, и здесь, сегодня, все стали равны между собой.
       - Братство! - клич капитана Слитта разнесся по всей ладье. Пираты заорали в ответ, рабы кричали наравне со всеми. Ярость, жажда крови, желание победить сплотили людей в единый кулак.
       Общий натиск - и солдаты Калеба отброшены к левому борту. Сам капитан с группой уцелевших людей ударил со своей стороны, безжалостно убивая всех и каждого на своем пути.
       Несколько минут - и все закончилось, но какой же ценой досталась эта победа... От команды осталось не более пятнадцати пиратов... да с десяток рабов.
       Капитан подбежал к борту и с ненавистью уставился на многочисленные лодки, направлявшиеся с берега к ладье.
       - Отходим! Живо, акульи дети, или останемся здесь навеки!
       Выживших не пришлось уговаривать. Все понимали, что еще десяток минут - и лодки достигнут ладьи, и тогда вторая волна атакующих сметет жалкие остатки некогда грозной команды.
       - Ты и ты - поднимайте парус, все остальные - живо на весла!
       Крис бросился на нижнюю палубу. Самое главное - отплыть подальше от берега: туда, в открытое море, лодки не последуют. Дрозд бежал рядом, а за ними неслись все, кто еще мог двигаться.
       - Навались!.. Раз-два-три... Раз-два-три...
       Ладья постепенно набирала скорость.
       - Еще чуток, ребята! Раз-два-три!..
       - Мы прошли совсем немного, а потом встретили армию, - кто-то рядом судорожно пересказывал произошедшие события. Крис жадно слушал. - Мы должны были объединиться с ними, так сказал капитан, и пришли вовремя к точке сбора. Затем вместе планировали идти в глубь материка. Тут поблизости два крупных города. Захватили бы их слету. Но солдаты напали на нас.... Предательство...
       Лодки отставали.
       - Поднажми! Раз-два-три...
       - Лишь малая часть наших сумела отступить. Большинство легло там же, на месте. Мы пробивались сквозь лес... Умирали... До лодок добралось не больше трети... За нами шли по пятам, их было много, очень много... Сумели доплыть до ладьи... Они тоже... Маг! Там был маг! Он жег людей!.. Если бы он поспел за нами на берег, то сжег бы всех...
       - Раз-два-три... Ушли!..
       ...Потом, несколько часов спустя, когда берег скрылся из виду, капитан Слитт самолично спустился на нижнюю палубу.
       - Спасибо вам, друзья... - он одарил взглядом каждого уцелевшего. - С этого дня на моем корабле нет рабов. Вы все свободны! Вы заслужили свободу, как никто другой! Нас предали, мы единственные, кто смог уцелеть. Все наши товарищи мертвы. Но еще настанет день, и мы отомстим... Страшно отомстим... Мы отправляемся на острова, домой... Кто хочет, может присоединиться к моей команде. Но неволить не буду. Если кто-то из вас откажется от моего предложения, на островах он может поступать, как заблагорассудится...
       Крис вздохнул. Радагарские острова - оплот пиратов. Оттуда до Керидата далеко... но выбора не оставалось: к пиратам так к пиратам!..
      
      
      Глава третья
      Таинственная гора
      
       Все началось с того, что в поселке появился новенький. Он пришел сам, без посторонней помощи отыскав дорогу в густом лесу. Был он без оружия, босой и без рубахи, в одних холщовых потрепанных штанах.
       Его заметили почти у самого частокола и поначалу приняли за крафтера, но, на его счастье, вовремя поняли свою ошибку, иначе прикончили бы на месте.
       Новенький назвался Хобом. На все расспросы о том, как он сюда попал в таком виде, отвечал просто - судьба. В поселке не принято было слишком сильно интересоваться прошлым людей, поэтому вскоре Хоба оставили в покое.
       Сначала он поселился в одном из общих домов, но буквально через неделю уже вырыл себе землянку, спросив предварительно разрешения у Желтого.
       Джек видел его частенько. Хоб бродил по поселку, знакомился с обитателями, а когда немного освоился и обзавелся каким-никаким, но жильем, то стал выходить и в лес. Причем делал это всегда в одиночку. Крафтеров он не боялся, как ни пытались местные привить ему подобного рода опасения, драконов - тоже. В них он просто не верил, а когда ему показывали небольшие точки далеко в небе, то качал головой: мол, мало ли что там может померещиться...
       Пришел он однажды знакомиться и с обитателями дома, где жил Джек. Перекинулся несколькими фразами с Носорогом и Виктором, но друзья не проявили особого интереса к новенькому. На дона Карло в те дни навалилось больше обычного домашних забот, и он тоже особым вниманием Хоба не почтил. Тот ушел, а через несколько дней заявился вновь.
       - Освоился уже? - Джек колол дрова, заполняя поленницу к очередной зиме, а Хоб присел рядом на корточки и принялся задумчиво изучать травинку.
       Новые люди появлялись в поселке не часто, но все же появлялись. Разные пути, разные миры, но один итог - остров, с которого не выбраться.
       - Освоился. Да, - новенький разговаривал несколько непривычно, короткими фразами.
       Джек уже много раз размышлял о том, почему вышло так, что все обитатели острова прекрасно могли понимать друг друга. Ладно, дон Карло - они из одного мира, и даже Виктор и Носорог - их язык он научился понимать с помощью Дарины. Но как могли объясняться между собой остальные? Да тот же дон Карло - как он мог понимать своих соседей по дому? Его-то никто не обучал их наречию...
       Однако же никаких проблем со взаимопониманием не возникало. Джек даже сообразить не мог иногда, говорит ли он на привычном с детства языке или на том, что выучил в странном мире, или же еще на каком-то третьем...
       - И как тебе здесь? Нравится?
       - Жить можно. Везде, - Хоб откинул травинку в сторону. - Дома лучше.
       - Ну, это понятно, - улыбнулся Джек. Первый год он сильно тосковал по родным краям, потом не то, чтобы смирился, но все мысли о доме отошли на задний план, а насущные дела, которые требовали множества сил, занимали все время и все мысли. - Да только как туда попасть?
       - Есть способ, - неожиданно сказал Хоб.
       Джек от удивления выронил полено из рук и во все глаза уставился на странного новичка, который, видите ли, нашел способ, пробыв на острове всего несколько недель, тогда как другие, и не самые последние представители рода человеческого, уже давно отчаялись.
       - Что за способ?
       - Гора, - односложно ответил Хоб, внезапно поднялся на ноги, развернулся и ушел.
       Джек посмотрел ему вслед с недоумением. Гора? Ну и что это значит? Да, конечно, все знали гору или даже Гору, потому как выше нее только небо, и видно ее с любой точки острова. Именно на ней жили драконы, в которых Хоб не верил. К горе старались не приближаться - драконов боялись и уважали.
       Незримый купол и никакой магии на острове - у его обитателей не оставалось никаких шансов выбраться отсюда, это Джеку объяснили в первый же день.
       Нет, причем тут гора? Невозможно! Хоб просто еще не смирился со своим положением, вот и выдумывает всякое...
       Джек поднял новое полено, но в этот момент Хоб вернулся с тонким прутиком в руке.
       - Смотри, - он присел на корточки и принялся что-то чертить своим прутиком в пыли. Джек заинтересованно подошел ближе. - Все просто. Очень. Вот остров, - он схематично изобразил требуемое. - Вот гора. Вот купол. Он идет тут и тут. А сверху вот тут. Я все рассчитал. Гора выше купола. Понял?
       Джек не понял. Ну и что, даже если Хоб прав и гора выше? Что это значит?
       - Плохо учился. Объясняю. Гора выше, а те, кого зовете драконами, летают. Понял? Не понял? Совсем плохо. Раз драконы летают, то им ничего не мешает. Купола нет. Понял?
       Вот теперь до Джека дошло. Это было так просто: драконы летают - значит, купола нет. Неужели до этого никто не додумался раньше? Так, и что это дает? А дает это очень многое - если нет купола, то, возможно, над горой действует магия. А раз там действует магия, то... перстень Виктора!
       Он ошарашено посмотрел на молчавшего Хоба.
       - Ты уверен?
       Новичок кивнул.
       - То есть, если я правильно тебя понял, гора - это единственное место на острове, где может действовать магия?
       - Не вся гора. Ее вершина.
       - Почему ты рассказал все это мне?
       - Твой друг. У него есть кольцо.
       - Виктор? - Джек насторожился. О свойствах кольца знали только обитатели домика. Для всех прочих оно являлось обычным украшением, безделушкой.
       - Да. Я знаю такие кольца. Я знаю, откуда они. Я знаю, что они могут. Силы кольца хватит на пятерых - это точно. Я хочу с вами. Поговори с владельцем кольца.
       И вновь, как и несколько минут назад, Хоб резко сорвался с места. Но на этот раз он не вернулся.
       Идея Хоба потрясла Джека. Он отбросил полено, которое так и держал в течение всего разговора в руках, и забежал в дом. Никого! Вот ведь некстати! Дон Карло ушел в поселок за приправами, Носорог и Виктор ушли куда-то с раннего утра.
       Весь горя от возбуждения, Джек, тем не менее, вспомнил, чему учили его все это время три достойнейших учителя, и взял себя в руки. С трудом, но он справился.
       Юноша вновь, уже спокойно, вышел во двор и опять занялся дровами, потом сложил их в аккуратную поленницу, вымыл руки и приготовил ужин.
       Время за работой пролетело незаметно, а вечером, когда все обитатели дома собрались за густой мясной похлебкой, нахваливая кулинарные таланты Джека, он дождался момента, когда все насытятся, и только тогда заявил:
       - Кажется, я знаю, как нам всем вернуться домой...
       Эти слова, как он и ожидал, произвели оглушительный эффект. Носорог подскочил на ноги, уронив на пол пустую миску, и заорал что-то радостное дурным голосом, дон Карло повернулся к Джеку, скрестив руки на груди, что означало у него сильнейший признак волнения, а Виктор, нарочито осторожно отложив ложку в сторону, сказал лишь:
       - Рассказывай...
       Тут Джек не сдержался. Взахлеб, давясь словами, он объяснил все, что поведал ему Хоб: и про гору, и про ее вершину, и про кольцо. Все слушали очень внимательно, только Носорог, услыхав о том, что тайной перстня владеет еще один человек, недовольно заворчал себе под нос.
       Когда Джек закончил рассказ и опустился на стул, все долгое время молчали, обдумывая услышанное.
       - Не верю я ему, - Носорог высказался первым, как делал это почти во всех случаях. - Тут без году неделя, а уже все знает. Подозрительный тип! Не верю!
       - Подождите, сэр Носорог, - голос дона Карло немного охрип от волнения. - Может, не стоит так сразу? Все, что рассказал Джек, звучит толково. Этот Хоб, кто бы он ни был, говорил интересные вещи...
       - Да, заманчиво, не спорю, - Носорог упрямо мотнул головой. - Даже слишком заманчиво - так бы я сказал! Походит на западню!
       - Мне кажется, я где-то видел его раньше, - задумчиво сказал Виктор. - Вот только где...
       - Не мог ты его видеть, - не согласился Носорог. - От точно не с Земли, рожа у него неподходящая! Но ведь откуда-то он, собака, знает о твоем перстне? Я и говорю, слишком все подозрительно!
       - Тем не менее проверить надо. С этим никто спорить не намерен? Если есть хоть один шанс, что Хоб прав, мы должны его использовать!
       - А как же драконы?
       - Это проблема, - дон Карло поднялся на ноги. - Но мы обязаны рискнуть!
       - А ведь есть еще и крафтеры, - Носорог покачал головой. - Чтобы дойти до горы, нам придется пересечь их земли, иначе нужно делать слишком уж большой крюк. А отряд из пяти человек они наверняка обнаружат... Итого: драконы, крафтеры, гора... Не слишком ли большие риски?
       - А разве у нас есть выбор? - тихонько спросил Джек.
       Они еще долго обсуждали возможные варианты действий, но так ни к чему и не пришли. Ясно было одно - к горе надо идти.
       А на следующий день случилось то, что отмело часть проблем, однако добавило новых.
       За несколько дней до этого отряд охотников не вернулся в поселок. Сначала никто не волновался, мало ли - задержались, бывает. Но когда миновало три дня, стало понятно - случилось что-то нехорошее.
       Наутро, когда вернулся другой отряд, дурные известия быстро разнеслись по поселку. Охотники нашли место гибели своих товарищей. Все указывало на то, что к этому событию причастны крафтеры.
       Поселок взволновался. Люди выходили из домов, бросая все дела, собирались кучками и шумно обсуждали произошедшее. События грозили выйти из-под контроля, и после обеда Желтый самолично вышел к народу и сделал знак, что хочет говорить. Поселок притих, ожидая слов своего лидера.
       - Люди! Все уже знают о трагедии, случившейся с нашими братьями! Мы нашли место, где они приняли доблестную смерть от рук нечестивых тварей!
       - Смерть крафтерам! - крикнул кто-то из толпы.
       - Я согласен, мы должны отреагировать адекватно. Но достаточно ли у нас сил и решимости?
       - Смерть! - на сей раз толпа выдохнула, как единый организм. Ярость и жажда мести распаляли людей, в воздухе висело злое напряжение.
       - Тогда я объявляю вам. Завтра на рассвете все, кто в состоянии держать оружие, отправляются на святое дело. Мы отомстим за наших братьев! Мы уничтожим раз и навсегда угрозу нашим детям! Смерть крафтерам!
       - Смерть!..
       Джек на импровизированном собрании не присутствовал, но дон Карло подробно пересказал ему суть произошедшего, констатировав напоследок:
       - Не нравится мне это, честно говоря. Прав был сэр Носорог, все слишком подозрительно...
       - Но нам-то это на руку? - Джек не понимал опасений старого дона. - Если угроза крафтеров исчезнет, то полдела сделано!
       - Вот и я о том же, - кивнул дон Карло. - Слишком уж вовремя пропала группа, и слишком рискованным шагом для Желтого является предстоящее сражение. Ведь исход его неизвестен. Крафтеры - сила, с которой принято считаться. Конечно, преимущество на нашей стороне - в поселке больше жителей, они лучше вооружены. Крафтеры могут просто уйти от открытой схватки, избежать ее - они привыкли поступать именно так, и я не вижу причины, по которой на этот раз должно произойти иначе.
       - Даже если они спрячутся в лесу, как вы говорите. Ну и что? Мы отделимся от отряда и пойдем своей дорогой, когда минуем опасные места.
       - Я думаю, что Виктор решит так же... Но мне это не нравится...
       Интуиции дона Карло друзья доверяли всегда. Но, как сказал Джек, выбора действительно не было, и на следующее утро они присоединились к жителям поселка, собравшимся за частоколом.
       Виктор подошел к Хобу и перекинулся с ним парой фраз, посоветовав держаться поближе к их группе, если он не передумал рискнуть и отправиться на гору.
       Чтобы не привлекать к себе внимания прочих обитателей, решили не брать с собой ничего, кроме оружия. Впрочем, особыми ценностями никто из них похвастаться не мог. Так что и терять было нечего.
       Самые опытные охотники разделили отряд на несколько групп. Идти следовало осторожно, чтобы не насторожить крафтеров. Если их дозорные наткнуться лишь на один из отрядов, то не смогут оценить истинную угрозу и вряд ли решат бежать, а, скорее, примут бой в надежде на изрядные трофеи.
       Знаком для экстренного сбора должен был послужить сигнал рожка, а в случае, если группы дойдут до места, не встретив сопротивления, ударить по лагерю крафтеров надлежало одновременно с нескольких сторон.
       Естественно, что Виктор, Носорог, дон Карло, Джек и Хоб попали в одну группу. В нее входило еще человек двадцать: частью охотники, частью обычные поселенцы, но решимость переполняла всех.
       По лесу двигались осторожно, высылая вперед самых опытных - Виктор и Носорог были в их числе, - чтобы вовремя заметить опасность и предупредить остальных. Джека они с собой не взяли, несмотря на то, что за последние годы он сильно изменился. Но в сложившейся ситуации рисковать понапрасну не стоило.
       Парень немного обиделся, но спорить не стал. До сих пор ему помнился тот случай, когда он так глупо попал в плен к крафтерам, поэтому Джек просто промолчал, решив про себя, что еще покажет всем, на что способен.
       Носорог вернулся к остальным с широкой ухмылкой на лице, демонстративно вытирая нож.
       - Засада? - полюбопытствовал дон Карло.
       - Дозор. Ничего серьезного. Но мы уже близко.
       Судя по тому, что за все время они ни разу не услышали тревожный сигнал от остальных групп, дела там шли неплохо.
       Оставалось неясным, знали ли крафтеры об облаве, успели ли понять, что на сей раз за них взялись всерьез? Шанс, по мнению Джека, предоставлялся отличный. Взять и уничтожить тварей одним махом - это же просто здорово! И почему раньше так не поступили?
       За прошедшее время крафтеры много раз меняли место своего основного лагеря, поэтому, несмотря на то, что один раз он у них в гостях побывал, Джек совершенно не представлял, куда идти. Зато прочие охотники четко знали, куда движутся. Для них нахождение основных сил противника секретом не являлось, тем более что свой лагерь крафтеры недавно переместили ближе к поселку.
       Из кустов вновь вынырнул Носорог.
       - Пришли, - прошептал он. - Лагерь рядом!
       Джек проверил оружие и несколько раз глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. Нервничал он изрядно, но держал себя в руках.
       - По звуку рога вперед! Убивать всех!
       Легче сказать, чем сделать. Джек помнил, как легко взяли его в прошлый раз в плен. Крафтеры - сильные воины, привычные к неожиданностям. Бросить жителей поселка и бежать? Ведь их цель - гора! Джек усмехнулся - ни за что! Лучше смерть, чем бесчестье! Этому учил Крис, а подводить его память было подло...
       За кустами впереди слышались негромкие отрывистые разговоры, доносился запах костра и жареного мяса. Крафтеры...
       И в этот момент запел рожок - звонко, призывно!
       - За родину, твою мать! - взревел Носорог и метнулся вперед, снося на своем пути всех и каждого. Виктор бежал рядом с ним.
       Джек бросился вслед за ними, но дон Карло придержал его за плечо.
       - Не так быстро, мой друг. В нашем деле спешка только вредит! Смотри, что я говорил! - он ловко проткнул мечом неожиданно выскочившего на них крафтера. - Видишь, мы не должны никого упустить!..
       В этот момент их отряд вырвался на поляну - копию той, где как-то раз побывал Джек: огромный костер по центру, еще несколько по краям, грубые землянки, а больше увидеть юноша не успел, потому как на него с ревом бросился крафтер. Джек привычно взмахнул рукой, и тот рухнул на землю с ножом в горле.
       - Молодец, друг мой. Слева еще один!
       Джек метнул второй нож как раз вовремя. Крафтер подобрался совсем близко, но парень не промахнулся. Его природные дарования развились благодаря регулярным занятиям с такими мастерами, как Виктор, Носорог и дон Карло. Они нещадно карали за промахи, заставляя сотни раз повторять каждое движение, выверять силу любого удара и - думать, думать и еще раз думать!
       Вокруг кипела битва. Крафтеры, несмотря на то, что были застигнуты врасплох, сдаваться не собирались. Да никто и не принял бы их сдачи, бой шел до последнего врага!
       Где-то рядом ревел Носорог, размахивая огромной дубиной, каждое касание которой обрывало жизнь одного из крафтеров. Его прикрывал Виктор, нанося точечные, но крайне продуманные удары. Дон Карло держался поначалу неподалеку от Джека, но в горячке боя они вскоре потеряли друг друга.
       Несомненный перевес был на стороне поселенцев: не меньше восьмидесяти против тридцати-сорока крафтеров, но бились те до последнего, пуская в ход даже зубы.
       Джек постарался эмоционально отстраниться от происходящего, как учил Виктор. Юноша внимательно следил, чтобы ни один крафтер не приблизился к нему, уничтожая врага издали точными бросками ножа, а потом спокойно извлекая оружие из мертвого тела и намечая взглядом новую жертву.
       Краем глаза он приметил Хоба. Тот в схватке не участвовал, а спокойно стоял в сторонке, наблюдая за происходящим. Лицо его выглядело странно: будто бы новичок силился улыбнуться, да так и не смог, застыв.
       Впрочем, мысли Джека быстро вернулись к делам насущным. Прямо на него, прорвав круг нападавших, выскочил высокий крафтер. Джек метнул нож, но противник увернулся с неожиданной ловкостью, и через мгновение прыгнул на парня, сбив с ног.
       Они покатились по земле. Сверху оказывался то один, то другой. Крафтер старался вцепиться зубами в горло Джеку, вырвать кадык, убить. Джек, как мог, пытался скинуть врага, но тот оказался на удивление тяжелым, и парню никак не удавалось вывернуться.
       - Жив, гаденыш, - неожиданно прошипел крафтер прямо в лицо Джеку. - Жаль, тогда тебя сразу не кончили!
       Рокфа - узнал Джек! Тот самый, что однажды похитил его, даже не прикладывая ни малейших усилий. Если бы не Носорог и Виктор...
       Это открытие внезапно предало Джеку сил. Он сделал, как учил Носорог: захват, болевой прием, смена положения, снова прием, а потом давить, ломать - изо всех сил!
       Громко хрустнуло - левая рука Рокфы переломилась в локте. Крафтер завыл и со всего маха ударил Джека правой рукой прямо в лицо. Перед глазами парня все поплыло. Он выпустил Рокфу из захвата и отполз в сторону. Сознания, к счастью, не потерял, и, слегка помотав головой, пришел в себя.
       Как раз вовремя. Рокфа, пересилив боль, поднялся на ноги, держа камень в уцелевшей руке, и прыгнул на Джека. Тот откатился и обеими ногами лягнул крафтера под колени. Рокфа рухнул, выронив камень, который тут же подхватил Джек.
       Не дав крафтеру опомниться, он уселся на него, нанося удары. Один - за свой позор, второй - за пропавший отряд, третий - за Криса, четвертый - за Дарину, пятый, шестой... десятый...
       - Остановись, он давно мертв, - дон Карло рывком поднял Джек на ноги. - Ты убил его, успокойся. Ты победил! Мы победили - все кончено!..
       Победил? Разве это победа? От одного только взгляда на расплющенное лицо Рокфы Джека замутило. Ведь тот тоже был когда-то человеком! Говорят, крафтеры кровожадные, но то, что сделали с ними люди из поселка, что сделал он сам - разве не ужасно? Виктор рассказывал о разных философских течениях, которые существуют в его родном мире. Рассказывал и о религиях. Была там заповедь... дословно Джек не помнил ее, но звучала она приблизительно так: "ударили по одной щеке, подставь другую"... Никогда Джек не понимал этого, но почему-то сейчас ему показалось, что девочка Оля осудила бы то, что он совершил...
       Впрочем, Оля далеко. Да и три года прошло - помнит ли еще она их встречу? А может быть, она давно замужем? Хотя Виктор говорил, что в их мире поздно женятся... Не важно... Или важно? Джек запутался. Он думал об Оле часто, вспоминая снова и снова те короткие часы, что они провели рядом. Она стала для него некой путеводной звездой, ориентиром, который не позволял расслабиться, загрустить и опустить руки. Мысли о ней делали сильнее, выносливее, заставляли сердце биться чаще. Он бы многое отдал, чтобы увидеть ее еще раз... Может быть, когда-нибудь...
       - Это наши... - один из людей с ужасом разглядывал шест над дымящимся костром. То, что Джек издали принял за кусок оленины, оказалось наполовину закопченным человеческим телом без головы.
       И вот тут он не выдержал. Его рвало снова и снова, остатки завтрака давно сменила желчь, но он никак не мог остановиться.
       - Выпей, - дон Карло протянул ему флягу. - Полегчает. У нас еще много дел сегодня. Ты должен выдержать!
       Джек лихорадочно сделал несколько глотков. Он выдержит, он обязательно выдержит!
       - Спасибо.
       - Нужно уходить,- Виктор, весь забрызганный кровью, подошел к ним и знаком подозвал Хоба. - Мы уничтожили всех обитателей лагеря, но наверняка в окрестных лесах есть еще крафтеры. К счастью, их немного, так что можем отправляться спокойно - выжившие нам не помеха: справимся, если что, своими силами!..
       - Идти. Надо. Гора. Ждет, - согласился Хоб.
       - Ну, тогда незаметно уходим по одному - и вперед!
       Так и поступили. Джек вышел за пределы лагеря последним. Все ожидали только его.
       - Три часа пешком. Готовы? И следить за небом: драконы не любят чужих в своих владениях...
       Бой вымотал всех, поэтому небольшой отряд продвигался вперед в низком темпе. Прошло не три часа, а все четыре, когда они добрались до запланированной точки - тут лес редел, а до горы было уже рукой подать.
       - Отсюда начнутся сложности, троп-то никто не знает, - дон Карло окинул задумчивым взором всех членов группы, словно решая, кто на что способен. Особенно пристального внимания удостоился Хоб.
       - Все на землю! - яростно зашептал Виктор и сам упал там же, где стоял. Джек рухнул рядом мгновением позже.
       - Дракон...
       Джек медленно, стараясь не делать резких движений, перевернулся на спину и посмотрел вверх.
       С высоты на гору медленно опускалось, планируя на гигантских крыльях, невиданное существо. То, что это был именно дракон, сомневаться не приходилось.
       Иссиня-черный, цвета вороненой стали, он пронесся над макушками деревьев, едва не задев их. Заметил он незваных гостей или нет, никто в отряде сказать бы не мог. Взмахнув пару раз необъятными крыльями, дракон устремился вверх и вскоре исчез в вышине.
       - Охотится, зараза! - Носорог поднялся на ноги и отряхнулся от соринок, приставших к одежде.
       - Или патрулирует, - Виктор задумчиво глядел в небо: туда, где скрылся дракон. - Кто же знает, как и чем они живут?
       - Гады! - внезапно заявил Хоб и тут же уточнил. - Драконы - вруны!
       - Ты что-то знаешь о них? - Виктор перевел взгляд на странного новичка. - Говори!
       - Знаю! Гады! - Хоб отвернулся и медленно пошел вперед.
       Дон Карло лишь покачал головой, а Носорог насупился.
       - Не нравится он мне, ох, не нравится...
       Еще через полчаса группа достигла подножия горы. Дракона, к счастью, они больше не видели, и неизвестно, чем могла бы закончиться подобная встреча. Все это время они шли по открытой местности, так что заметить их не составило бы труда. Но либо дракон, совершив облет, отправился дальше, либо им просто везло - пока что все было тихо и спокойно.
       Гора, издали такая неприступная, на деле оказалась вполне по силам компании. Конечно, пришлось нелегко, тем более без специального снаряжения. Но Носорог - специалист по альпинизму - решительно взял командование на себя, то и дело уходил вперед, выискивая для остальных более легкие пути, находя козьи тропы и естественные впадины, в которых можно было и укрыться от ветра, и слегка отдохнуть.
       Хоб поднимался последним - на этом настоял Виктор. Перед ним шел дон Карло, выше - Джек и, наконец, сам Виктор, который внимательно следил за парнем. Впрочем, Джек стал настолько сильным, что подъем давался ему достаточно легко. Конечно, иногда случались такие участки, когда даже Носорог мрачно ругался сквозь зубы, но группа все же продвигалась вверх, время шло, и земля внизу казалось уже такой далекой...
       Джек и думать не хотел, что будет, сорвись он. Никто не поможет - это точно. Просто потому, что не успеют. И когда камни выскальзывали у него из-под ног, сердце замирало, но руки сами собой цеплялись за очередной уступ, мышцы напрягались и подтягивали тело, а ноги скользили по гладкой поверхности скалы и находили точки опоры.
       Иногда подъем становился очень простым, если попадалась козья тропа. На них люди восстанавливали силы.
       - Хорошо хоть, не Эверест! - произнес непонятно Носорог, а Виктор негромко засмеялся в ответ.
       - Не жалуйся, уже недолго осталось.
       - А я и не жалуюсь, командир, я радуюсь! Там бы мы так просто не прошли, и не мечтай. А тут, видишь - движемся!
       - Ну вот и давай двигаться молча, а то услышит тебя кто...
       - Драконы, что ли? Да нужен я им...
       - Пригодишься, не сомневайся. Вон какой упитанный, хоть и костей много. Да ничего, сжуют, не побрезгуют!..
       Носорог насупился и за следующие несколько часов не произнес ни слова.
       Джек тоже не открывал рта и лишь внимательно смотрел под ноги, стараясь не споткнуться о камни.
       Постепенно смеркалось. Перспектива ночевки на склоне не радовала никого, но и спешка грозила страшной опасностью: одна ошибка, один неверный шаг - и конец.
       Становилось все холоднее, временами отряд пересекал заснеженные участки, а там осторожность требовалась двойная: снег скрывал ямы и выбоины, и ничего не стоило сломать ногу.
       Носорог заметно нервничал. Несмотря на его молчание, сопел он, как буйвол, и Джек его прекрасно слышал.
       Уже почти стемнело, когда усталые люди наконец добрались до вершины горы.
       Вершина, издали казавшаяся острым пиком, на самом деле являла собой плато шириной более сотни шагов, где из-под снежного покрова кое-где торчали веточки кустов.
       Джек рухнул на снег и несколько минут просто лежал, глядя в близкое черное небо с сотнями и тысячами звезд. За ним выбрался дон Карло - восхождение стоило ему много сил, он тяжело дышал, но первым делом внимательно оглядел плато, и лишь потом, убедившись в том, что прямая опасность отсутствует, устроился на ближайшем камне и прикрыл глаза, наслаждаясь отдыхом.
       А вот Виктор и Носорог не отдохнули и минуты. Они изучили плато, добравшись до противоположной его стороны, и вернулись обратно, тревожно поглядывая по сторонам.
       - Гиблое место, - сказал Носорог. - Мы как на ладони. Дракон увидит сразу.
       - Дракон, - презрительно сплюнул в снег Хоб. Он добрался до вершины спокойно, не напрягаясь, и оставался по-прежнему бодр и полон сил, а теперь сидел на корточках и обозревал округу. - Пустышка!
       - Если ты что-то знаешь - скажи! - потребовал Виктор, но Хоб проигнорировал его и, будто специально отвернувшись, замолк.
       - Вот ведь тип! - даже слегка восхищенно констатировал Носорог, и тут одновременно произошло сразу несколько событий.
       Во-первых, над плато взмыли ввысь сразу три дракона и зависли, подняв нешуточный ветер своими мощными крыльями. Во-вторых, все, кроме Хоба, заметались по плато, пытаясь отыскать укрытие, которого не существовало. А в-третьих, тот самый Хоб, успевший засечь появление драконов за мгновение до всех остальных, встал во весь свой рост и нараспев затянул странную то ли песню, то ли стих:
      
       Синий ветер, желтый дым
       Стелется вокруг.
       Был своим, а стал чужим
       Самый лучший друг.
      
       Были в небе, нынче здесь
       Сбросили покров.
       Покажи мне, кто ты есть,
       Я к тебе готов!
      
       Впервые Джек слышал от Хоба столь длинную речь, и не просто речь - заклятье: уж после общения с принцессой он отличал одно от другого за версту. Хоб, несомненно, колдовал, точнее, пытался это сделать, ведь магия на острове не работала?
       Драконы над головами пропали. Вместо них на плато упали сверху двое юношей и одна девушка - все не старше Джека, лет семнадцати на вид. Полностью обнаженные, крайне растерянные: парни хотя бы пытались прикрыться руками, а девушка же просто села на снег и замерла, ошарашено моргая огромными зелеными глазами.
       - Вруны! - взвыл Хоб и, выхватив из-за пояса нож, которым даже не подумал воспользоваться в драке с крафтерами, бросился к ближайшей жертве - одному из парней. Еще бы миг - и тому пришел бы конец, но Виктор, оказавшийся неподалеку, одним прыжком преградил дорогу Хобу и ловким ударом сбил его с ног. Нож отлетел в сторону и зарылся в сугроб.
       Девушка истерично расхохоталась.
       - Да что здесь, дьявол меня раздери, происходит? - Носорог встал во весь свой рост и заорал так, что даже девушка прекратила глупо хихикать. - За что вы так со мной?
       Он подхватил с земли увесистый камень и со всей силы швырнул его в дона Карло. Тот едва успел увернуться.
       Вот так дела - Носорог свихнулся? Джек не понимал происходящего. Он вскочил на ноги и настороженно замер на месте.
       - Убью! - заорал тем временем Носорог и ринулся прямиком на Виктора, который, недолго думая, уклонился в сторону и несильно ударил друга по голове. Но даже такого легкого удара вполне хватило, Носорог как подкошенный рухнул в снег и замер недвижимо.
       А Хоб тем временем откопал свой нож и попытался наброситься на голую девушку, которая все так же сидела в снегу, не предпринимая ни малейшей попытки подняться на ноги. Но в этот раз ей помог дон Карло. Он элегантным движением подставил Хобу ножку, и тот рухнул в снег в нескольких шагах от своей жертвы, а уже через мгновение старый дон сидел на его спине и выкручивал Хобу руки, приговаривая:
       - Воспитание, молодой человек, в первую очередь воспитание! Нельзя бить даму, даже если вы очень на нее злы! Тем более ножом. Это дурной тон!
       Хоб по-волчьи выл, но поделать ничего не мог.
       - А что вы сделали с сэром Носорогом своим стишком?
       Хоб не отвечал, все еще стараясь высвободиться из цепких рук старого дона.
       - Я узнал этот тип заклинанья. Решили перессорить всех? А не вышло! На сэра Виктора ничто не действует, пока на нем кольцо, я слишком стар для подобных игр и слишком много времени посвятил магии, чтобы не забывать о защитной ее стороне, а наш молодой Джек, как я понимаю, может похвалиться абсолютным иммунитетом, вот только не знаю, с каких пор... но вам не повезло. Из всех здесь присутствующих заклятье подействовало лишь на сэра Носорога, да и то через несколько минут его эффект кончится... Да, а кроме сэра Носорога, как я понимаю, ваши слова все же зацепили наших гостей - драконов, не так ли?
       И только сейчас до Джека дошло, что число драконов, круживших несколько минут назад над головами, и голых гостей совпадает. И если уж дон Карло сказал так, то... Перед ним были драконы! Но разве такое возможно?..
       Тем не менее рефлексы сделали свое дело, он автоматически поклонился всей голой троице, стараясь проделать это как можно изящнее.
       А дамочка-дракон опять нервно захихикала, вот теперь уже прикрывая руками все, что удавалось прикрыть.
       Взгляд Джека то и дело опускался на ее грудь, хотя чрезвычайным усилием воли он старался смотреть лишь в огромные зеленые глаза, а то и вовсе просто в сторону.
       - Да лежи ты спокойно! Создательницей клянусь, сейчас шею тебе сверну! - пригрозил дон Карло, и Хоб наконец притих.
       Виктор тем временем связал поясом руки беспокойного Носорога и лишь после этого поднялся на ноги, окинув взглядом троицу голых драконов.
       - Приветствую вас, господа и... хм... дама! Я так понимаю, что именно благодаря вот этому господину мы имеем счастье лицезреть вас в подобном облике?
       Хоб заворчал было в руках дона Карло, но после несильного тычка в спину умолк.
       - Господа... - один из голых парней, с длинными волосами до плеч, встал и поклонился, нисколько не смущаясь своей наготы. - Мы рады приветствовать вас в наших владениях! Хотя... хм... и несколько удивлены некоторыми сопутствующими обстоятельствами...
       - А не предоставит ли один из благородных господ свою одежду даме? - спросила вдруг девушка мелодичным голосом, и Джек тут же бросился к ней, на ходу стаскивая куртку.
       - Шустер малыш, - отчетливо проговорил пришедший в себя Носорог. - Не косись, я уже в норме.
       Виктор отвел взгляд в сторону и заметил негромко:
       - А ведь наш знакомец прав - здесь на вершине магия действует!
       Драконы переглянулись между собой, потом девушка, плотно кутавшаяся в куртку Джека, подтвердила:
       - Вполне действует, вы правы! Можно ли поинтересоваться, что вы намерены делать с нами?
       Виктор удивился:
       - А что мы должны с вами делать?
       - Ну... - зеленоглазая потупилась. - Следует ли нам считать себя вашими пленниками или, может быть, рабами?
       - Ну что вы, прекрасная донна, - вступил дон Карло. - Какие могут быть пленники и рабы? Вы - лишь такие же вынужденные покорители вершины, как и мы...
       Зеленоглазая вновь засмеялась и неприязненно посмотрела на Хоба.
       - А знаете ли вы, кто этот человек, если я могу его так назвать?
       - Да и тебя человеком назвать трудно, змея летучая, - прохрипел Хоб. Он оставил свою прежнюю манеру разговора короткими фразами. - Освободите меня! Вы не знаете, с кем имеете дело!
       - Ну что ж, - признал его правоту дон Карло. - Давайте же выслушаем обе стороны.
       Он привстал со спины Хоба, и тот смог повернуться и сесть.
       - Они уничтожат всех, - сказал он, с ненавистью глядя на зеленоглазую и ее товарищей. - Убейте их, пока есть возможность! В человеческом теле они слабы! Они - твари, нежить! Они питаются человечиной!
       Зеленоглазая скривилась.
       - Фу, что за пошлость, питаться человечиной... Никогда в жизни не позволяли мы себе подобного.
       - Да? А как же десятки пропавших без вести? Куда девались они?
       - А об этом хотелось бы спросить как раз тебя! - девушка-дракон встала во весь свой, как оказалось, очень высокий рост. По крайней мере, куртки Джека хватило, чтобы прикрыть ее длинные ноги, лишь до бедер. Зрелище было эффектное, даже Носорог хрюкнул от удовольствия. - Расскажи, как ты сдавал людей своим дружкам-крафтерам - так, кажется, их именуют местные жители?
       - Я? - Хоб удивился довольно искренне. - Да я появился здесь совсем недавно. И крафтеров видел сегодня впервые в жизни!
       - Ну-ну, - зеленоглазая недобро улыбнулась. - Господин официальная Левая Рука Первого Пажа, не стоит мне рассказывать, когда вы тут появились. Уж вы-то, наверное, знаете, что мы в курсе всех перемещений на острове. И мы знаем точно, что вы появились здесь несколько лет назад, почти сразу же вслед за вот этим приятным юношей, - девушка указала на Джека, который немедленно смутился. - И в связи с этим вопрос: а уж не из-за него ли вы тут оказались?
       - Интересно, - протянул Виктор. - Если все сказанное - правда, то почему он появился в поселке лишь недавно?
       - А это лучше спросить у него самого, - улыбнулась девушка-дракон. - И, думаю, он расскажет еще много чего интересного, если применить некие доступные мне и моим друзьям средства давления! Не так ли, господин Рука?
       - А может, тебе лучше рассказать, тварь, кем ты являешься на самом деле? - от бешенства Хоб брызгал слюной во все стороны. От былого равнодушия не осталось и следа. - Ты и твои дружки - вы тут играете в божков. Ведь это вы решаете, кому жить, а кому умереть! Да захоти вы - и все вернулись бы домой давным-давно!
       - Это правда? - негромко спросил дон Карло.
       - Правда, - кивнула зеленоглазая. - Но лишь отчасти. Нам дарованы эти земли в далекие времена как личная вотчина. И не мы виновны в том, что, благодаря особому статусу острова, все изгои и неудачники появлялись тут. А значит, и мы не обязаны заботиться о них. И не наша вина, что они не могли вернуться домой.
       - Но вы могли бы открыть для них гору!
       - Это бы им не помогло. Ни в коей мере. Поверьте мне, - последние слова были обращены ко всем, за исключением Хоба.
       Два ее товарища молчаливо слушали разговор. Они выглядели безучастными, но Джек заметил, с какой ненавистью время от времени они бросали взгляды на Хоба.
       - Так вы - драконы? - спросил наконец Джек, воспользовавшись затишьем.
       Голая троица весело переглянулась, девушка задорно подмигнула Джеку, а длинноволосый сказал:
       - Да, мы те, кого ты называешь драконами! Меня зовут ди Рю, моего товарища - ди Го, а эта прекрасная дама - дю Зора.
       - Можно просто - Зора, - улыбнулась зеленоглазая.
       - Отлично, Зора, - Виктор улыбнулся, но как-то недобро. - Вы позволите мне допросить этого человека собственными методами? И прошу меня не перебивать!..
       Девушка-дракон и ее спутники молча кивнули и уселись прямо на снег. Джек сел неподалеку, любуясь на зеленоглазую. Но если бы кто-то вдруг спросил его, нравится ли ему девушка-дракон, он лишь возмущенно взмахнул бы рукой. Признать такой факт было бы выше его сил...
       - Объясню вкратце для присутствующих здесь, и для господина Хоба в том числе! - Виктор сделал несколько плавных шагов к новому поселенцу. - Вот мое кольцо, все его могут видеть? - он поднял руку вверх так, что даже при свете звезд, перстень ярко блеснул. - Отлично, продолжим. Это кольцо имеет ряд свойств, очень необычных для моего мира, как, например, перемещение сквозь пространство. Но так же, помимо этого, кольцо выявляет, сказал человек правду или нет, и в противном случае заставляет говорить правду. Вот так просто и без шуток. Хоб, смотри - вот кольцо, а вот нож. Если ты расскажешь все, как есть - останешься жив. В этом даю тебе слово! Если же соврешь - я убью тебя прямо здесь, прямо сейчас. И в этом ты тоже можешь не сомневаться. Веришь ли ты мне?
       - Верю, - будто во сне ответил Хоб, глядя лишь в глаза Виктору.
       - Хорошо, начнем. Когда ты появился на этом острове?
       - Несколько лет назад, меня отправили сюда.
       - Кто же тебя отправил?
       - Мой господин - Первый Паж.
       - Какую цель преследовало твое перемещение на остров?
       - Слежка и возможное убийство Джека - слуги принцессы Дарины.
       - Почему тебе и твоему хозяину так важна его жизнь?
       - Первый Паж гадал на крови. Было предсказание. Этот юноша может повредить планам моего господина.
       - Каким же образом? - Виктор подступил к Хобу вплотную и поднес свой перстень прямо к его глазам.
       Хоб побагровел, Джек отчетливо видел, как жилки проступили на его лице.
       - Я не знаю. Моя задача была проста - следить, при возможности уничтожить. Один раз я почти справился. Мои люди захватили юнца, но промедлили и не убили его сразу. Я подумал - это знак, и решил доставить его живым к моему господину. Это я и хотел сделать. После перемещения вы недосчитались бы нас двоих. Жаль, что у меня не вышло.
       - Мог ли ты контактировать с твоим хозяином?
       - Нет, не мог. Я не поднимался прежде на гору. Сейчас - да, могу.
       Дон Карло негромко вскрикнул. Виктор подскочил к Хобу и схватил того за отворот рубахи.
       - И ты с ним уже общался?
       - Конечно, он слышит и видит все, что здесь происходит! - Хоб, несмотря на то, что внешне казался впавшим в транс, вдруг ухмыльнулся, а в следующий момент оттолкнул Виктора и прыгнул прямо на Джека.
       Тот оказался совершенно не готов к нападению. Хоб сбил его с ног, навалился сверху, и они покатились по плато прямо к обрыву.
       Один кувырок, второй. Хоб пытался схватить Джека за горло, тот отбивался как мог. Но каждый миг, каждое движение приближало их обоих к гибели, и никто не успевал помочь. Никто, кроме зеленоглазой.
       Раньше Носорога, дона Карло и Виктора она сообразила, чем грозит промедление, и метнулась, как молния, вперед. Если бы Джек видел ее в тот момент, он поразился бы произошедшим в девушке переменам. Вместо красивой, длинноногой красотки она превратилась в полуразмытую тень белоснежной тигрицы с острыми зубами, звериными когтями и яростным блеском в глазах.
       За миг до того, как и Джек, и Хоб должны были сорваться в пропасть, она зацепила парня когтями, нещадно пропоров ему бок, но удержала от смертельного полета.
       Руки Хоба соскользнули, он по инерции прокатился дальше. Попытался что-то крикнуть, но ночь и тьма поглотили все звуки.
       Он сорвался с вершины в темноту, а Джек успел увидеть в последний миг его глаза - и удивительно, в них не было злости. А лишь бесконечная странная усталость.
       Мгновение - и Хоба не стало.
       И тогда Джек почувствовал боль. Когти тигрицы разодрали его бок почти до самых костей.
       - Извини, - тигрица вновь стала зеленоглазой красавицей и склонилась над ним. - Выбора не было...
       - Скорее, - Виктор подскочил к парню и поднял его на руки. - Все держитесь за меня! Дон Карло, Носорог! Мы успеем его спасти, если перстень не подведет!
       - Прощайте, - успел услышать Джек слова Зоры, сказанные, как ему показалось, только для него. - А может, еще встретимся!..
       И опять мир померк, а боль застлала глаза. И, как Джек ни крепился, но сознание покинуло его, и дивные зеленые глаза прекрасной Зоры исчезли для него навсегда...
      
       *****
      
       - Доктор, ему можно помочь?
       - Он потерял много крови, но организм молодой, думаю, справится!.. Вы - родственники?
       - Друзья!
       - Нужен его страховой полис.
       - Это обязательно?
       - Ну... да... иначе мы не вправе...
       - Вот этого хватит?
       - Что это?
       - Золото!
       - Да вы смеетесь!..
       - Ну, или подождите час, я обменяю его у ювелира.
       - Хорошо, я подожду...
       Слова доносились до его сознания, однако глаза не открывались, несмотря на все усилия. Голос, обещавший доктору золото, несомненно, принадлежал Носорогу. Это Джек осознал четко. Иных голосов слышно не было, а через мгновение Джек вновь впал в полусон.
       Снилось ему многое. Дарина, Крис, родители. Снилась девочка Оля, которая ласково улыбалась ему. Снился поселок, снились крафтеры, Хоб. Иногда Джек лежал спокойно, а иногда сжимал кулаки во сне, словно пытаясь победить кого-то далекого, видимого только ему одному.
       Сколько времени прошло? Он не знал. Зора уберегла его от смерти, но, возможно, все же обрекла на гибель, только более мучительную и долгую.
       - Доктор, как он?
       - Держится.
       - Он приходил в сознание?
       - Насколько я знаю - нет.
       - Хорошо, я зайду завтра...
       Интересно, а сколько он уже здесь? Носорог сказал, что придет завтра - когда это? Сколько времени прошло? И почему же он не может говорить? Почему не в состоянии даже открыть глаза, сказать хотя бы слово? Почему?
       - Вы кто?
       - Я - его друг...
       Джек узнал бы этот голос из тысячи. Оля! Но как это возможно? Что она тут делает?
       - Джек, милый, очнись, я тебя очень прошу! Мы все за тебя переживаем! Я буду сидеть тут и держать тебя за руку, ты меня почувствуешь и обязательно, слышишь - обязательно выздоровеешь!
       Джек ощутил тепло мягкой нежной ладони, прикоснувшейся к его руке. Оля! Как же часто он вспоминал о ней! Представлял, как вернется однажды, подойдет к ней и скажет: "Вот и я, как обещал!". А она будет так рада...
       Надо всего лишь сжать пальцы руки, показать ей, что он знает!.. Лишь одно усилие!.. Никак...
       - Я буду рядом, ты отдыхай, набирайся сил. Все будет хорошо!.. - ее голос убаюкивал, и вскоре Джек вновь уснул.
       Приснился ему Крис в странном обличье - с кривой саблей в руках, повзрослевший, уверенный в себе. Но такого не могло быть. Крис погиб давно и уже сгнил в могиле. Если его кто-то удосужился похоронить...
       Однако во сне Крис казался бодрым и веселым. Он отмахнулся от пестрой птицы, которая настойчиво что-то требовала, и та улетела в широко открытое окно.
       - Раны гноятся, это плохой признак. Мы уже испробовали все средства - ничего не помогает.
       - Может быть, вам надо еще денег?
       - Деньги тут совершенно ни при чем, вы дали их достаточно. Он не выходит из комы, а его раны - это что-то невозможное... Я еще никогда такого не видел...
       - Доктор, а если сделать полное переливание крови?
       - Но мы уже сделали это один раз?
       - А если повторить?
       Джек осознал: когти зеленоглазой не оставляют ему шансов на жизнь. Они спасли его, и они же убили. Вот ирония!.. Смешно, если бы не было так грустно.
       - Джек, это снова я, - голос Оли, печальный и опустошенный. - Ты меня слышишь, я знаю! Меня нашел Виктор и привел сюда. Я тут сижу уже много месяцев, день за днем. Я хочу, чтобы ты жил! Слышишь? Я желаю этого! И так будет, потому что это мое самое заветное желание! Я думала о тебе! Очень часто думала, я вспоминала тебя... Я говорила себе - он не вернется, но сама же не хотела в это верить. А верила я в то, что однажды ты придешь... Не так, как случилось, но пусть хоть так, лишь бы ты собрался с силами... Пожалуйста, ради меня...
       Джек искренне попытался. И на миг ему даже показалось, что он сможет, но...
       - Все бесполезно, он умирает, - а это уже голос Виктора.
       - Что мы можем сделать? - Носорог был, как всегда, конкретен.
       - Есть лишь одно средство, но я же тебе говорил...
       - Да, это очень опасно!..
       - Он не сможет потом жить без него.
       - Может быть, подождем еще?
       - Хорошо, мы будем тут еще три дня. Если за это время ситуация не изменится к лучшему, то...
       - Я знаю, не говори...
       - Будем ждать.
       Что происходит? О чем они говорят? Спать, как же хочется спать...
       - Здравствуй, друг! - о, да это голос Кирилла. - Я только узнал о случившемся, ты не думай, я бы сразу прилетел, если бы мне раньше сообщили! Знаешь, после того, что с нами произошло, жизнь моя очень изменилась. Рассказать - не поверишь! Столько всего здесь произошло - хоть книгу пиши! Я верю - ты справишься! Мне сказали, что случилось с Крисом - так жаль... И с Дариной... Они мне очень нравились!.. Держись!
       Держись. Легко сказать, да непонятно, как выполнить. Такое простое слово и такое сложное действие. Знать бы, что и как надо сделать. Но никто не подсказывал, не советовал. Он день за днем плыл в забытье, лишь изредка различая голоса из внешнего мира.
       А в остальное время он парил в неведомом пространстве и сутками дремал, то погружаясь полностью, то чуть выныривая на поверхность из того озера забытья, в котором находился.
       А были ли тут его друзья? Оля, Кирилл, Виктор, Носорог? А может быть, все лишь пригрезилось ему? А на самом деле он давно уже мертв?
       Что ощущает мертвый человек? Ведь никто и никогда еще не давал ответа на этот простой и в то же время бесконечно важный для каждого вопрос...
       А может, он так и парит над грешной землей и видит иногда то, что происходит, а в остальное время спит?..
       - Еще сутки, и принимаем меры.
       - Ты уверен, командир?
       - Выбора нет. Когти дракона, пусть и в обличье тигрицы, смертельны. Зора знала об этом, но тогда это был единственный шанс на его спасение. И не нам ее винить. Столько месяцев прошло, он держался, но...
       - Да я и не виню ее... А парень? Что будет с ним? Я привязался к нему...
       - Я тоже... Будем ждать. Сутки.
       Что-то затевалось. Там, снаружи, где лежало его тело! Что-то должно было вскоре произойти. Да, Джек верил Виктору, но все же... Знал ли тот, насколько верны его домыслы, сможет ли помочь?
       И как назло, так давно не приходила Оля... Может, ее специально не пускали? Эх! Вот бы встать и разобраться самому!
       Надо лишь открыть глаза! Всего ничего, так мало и так много!.. Пошевелить веками, приподнять их и посмотреть на мир, пусть даже сквозь ресницы. Какая малость!
       Джек собрал все внутренние силы. Надо всего лишь открыть глаза!
       - Это единственная возможность, - голос Виктора донесся будто издалека. - И я не пошел бы на такой шаг, если бы оставался хоть малейший шанс. Но доктор сказал, он умирает, жить ему осталось несколько часов.
       - Друг мой, поступай как должно, - дон Карло говорил негромко, но каждое его слово Джек слышал отчетливо.
       - Может быть, вы еще подождете? - Оля! - То, что вы задумали, меня пугает!
       - Иначе он умрет, и даже если доктор ошибся, парень всю жизнь проведет в этой постели. Что ты выбираешь для него, девочка?
       - Я хочу, чтобы он жил! Но не так... Это неправильно... А что, если...
       - Все в руках Создательницы, - дон Карло умел убеждать, и рыдания Ольги чуть стихли. - На все Ее воля, мы все под Ее властью! Итак, приступим!
       "Подождите! Я же вас слышу! - Джек хотел вскочить на ноги и крикнуть это так громко, как только мог. - Я же тут, рядом! Я с вами! Глаза, надо только открыть глаза, и они поймут!"
       - Древней властью создавшего этот перстень и силой его повелеваю! - голос Виктора звучал глухо, но пугающе внятно.
       "Стойте! Не знаю, что вы делаете, но дайте мне еще шанс! Сейчас, лишь минуту - и я смогу!" - Джек старался изо всех сил, так, как никогда прежде. Лишь только открыть глаза...
       - Пусть дух человека, лежащего здесь, станет сутью от сути металла, пусть сила его и крепость отныне зависят лишь от его талисмана - этого перстня! Пусть носит он его, не снимая, и черпает в нем свои силы! И пусть перстень дарует ему такую мощь, коей не ведовал он прежде!
       "Стойте! Не надо! Я уже почти с вами!" - Джек опять куда-то поплыл, теряя нить событий, но все же каким-то уголком сознания цеплялся за реальность. Глаза он так и не смог открыть...
       - Да будет так, именем Единого Бога и во имя Его!
       Виктор надел на палец Джека свой перстень. Тот мгновенно сузился, плотно обхватывая палец парня.
       И в тот же миг глаза Джека открылись.
       Он увидел всех: плачущую Олю, сидевшую на неудобном табурете в дальнем углу белой комнаты, Виктора, склонившегося над ним, Носорога и Кирилла, стоявших в отдалении.
       И дона Карло, державшего его руку.
       Мысли настолько перепутались, что Джек сумел уловить лишь одну, пульсирующую, словно сердце, а как только он ее озвучил, то померкло все, что он видел: исчезли люди, исчезла комната, исчезло все. Осталось лишь присутствие дона Карло, который так и не отпустил его руки.
       А сказал Джек лишь одно короткое слово, хрипом вырвавшееся из его горла:
       - Домой!..
      
      
      Глава четвертая
      Пират
      
       - Кар-р-рамба! Кар-р-раул! Кор-р-рсаррр! Жр-р-рать!
       Крис проснулся с улыбкой. В широкое окно лился яркий свет утра и легкий морской ветерок, настроение было отменное.
       - Жр-р-рать!
       Крупный радагарский попугай по имени Умник жил у Криса уже давно, практически с первого дня, как Крис появился на Радужном - втором по величине острове архипелага.
       Острова не досчитались тогда очень многих из своих обитателей. Калеб разыграл блестящую комбинацию - при поддержке пиратов сломив сопротивление сильных королевств, тут же избавился от морских разбойников, как только надобность в них отпала. Да и как избавился - ловко уничтожил большую часть, так что будущие неприятности отпали сами собой - не набралось бы сейчас на островах столько сил для серьезной угрозы.
       А боевая эскадра свежеиспеченной империи, как уже успели окрестить объединенные Калебом королевства, кружила по морям, выискивая остатки некогда грозной армады.
       Слитт два года не выводил ладью из бухты, вполне обоснованно опасаясь за себя и свою команду. Потом все несколько поутихло. По слухам, у молодого императора появились новые серьезные проблемы, и все войска поспешно стянули к Керидату. Но о подробностях знали немногое. Мало-помалу вновь стали отправлять ладьи в рейды, но до былого могущества пиратам было еще очень далеко.
       Так что, как ни жаждал Крис вернуться домой, но о возможности выбраться на материк оставалось лишь мечтать, поэтому волей-неволей приходилось налаживать свой быт на Радужном, чудесном острове: ярком, цветущем, с лазурной бухтой и бесконечным небом, в котором по ночам вспыхивал мириад звезд. Тут хотелось жить!.. Эх, если бы не принцесса... Бросил бы все и остался здесь навсегда. Тем более что отношения с местными у него сложились самые что ни на есть дружественные.
       Слитт не забыл своего обещания: кто пожелал - того с миром отпустили, дав возможность строить дальнейшую жизнь по собственному усмотрению, а кто захотел - того приняли в команду, поставили на денежное довольствие и обеспечили крышей над головой.
       Сам Крис еще в плавании принял решение. В одиночку добраться до Керидата он не мог, поэтому, нисколько не сомневаясь, подписал трехлетний контракт со Слиттом, получил полновесный мешочек серебра и комнату у старого Гераша. Хозяйская племянница - красотка Лана - оказывала бывшему оруженосцу явные знаки внимания и даже подарила того самого попугая, который разбудил сегодня юношу громкими криками.
       - Умник, ну сколько можно жрать? - Крис порывисто поднялся на ноги и сбросил покрывало с клетки птицы.
       - Жр-р-рать! - не согласился попугай.
       - Приятного аппетита!
       Молодой пират щедро насыпал корм и открыл клетку. Умник не зря получил свое имя - был он птицей своенравной, но чрезвычайно сообразительной. Позавтракав, он обычно отправлялся по своим делам, но к ужину всегда возвращался обратно.
       Впрочем, попугай мало занимал мысли Криса. Выскочив на улицу прямо из окна, лишь в одних холщовых штанах, юноша помчался к морю и с разбегу влетел в прохладную воду. Вдоволь наплававшись, он вернулся в дом, привел себя в надлежащий вид и спустился к завтраку.
       - Доброе утро! - поприветствовал Кристиан всех присутствовавших.
       Лана, как обычно хлопотавшая по хозяйству, встретила молодого человека радостной улыбкой, а хозяин дома - почтенный Гераш - добродушно кивнул в ответ. Он сидел на привычном месте - в глубоком плетеном кресле у отрытого окна и раскуривал трубку.
       - Купался уже? Как водица? - Дрозд, также квартировавший у Гераша, восседал за широким столом и отхлебывал из глиняной кружки пиво.
       - Вода отличная! Бодрит!
       - Оно и видно, носишься тут с самого утра как угорелый! А кто в окно сиганул? Нет, чтобы спокойно выйти, как подобает настоящему рыцарю - степенно и уверенно. Не так ли, уважаемый Гераш?
       Хозяин дома снова размеренно кивнул в ответ, а Лана захихикала. Она вообще была очень смешливой, но обладала добрым сердцем. Девушка не получила никакого образования, разве что Гераш вечерами учил ее читать, хотя сам считал это уменье ненужным для настоящей хозяйки. Поэтому Криса поначалу она стеснялась и даже побаивалась, и лишь спустя несколько месяцев привыкла к нему.
       Крис лишь отмахнулся, с аппетитом приступив к утренней трапезе.
       - Рыцарь должен смотреть грозно и брови хмурить, - не отставал Дрозд, который был в превосходном настроении. - Помню, заезжал к нам один - за три дня слова никому не сказал, лишь ходил всюду да поглядывал на всех строго, зато через девять месяцев аж пятеро молодок родили! Вот это я понимаю - рыцарь! А ты? Смотри, Ланушка тебе глазки строит который месяц, а тебе хоть бы что...
       - Ну что ты, в самом деле!.. - Лана зарделась и выскочила из комнаты, а Гераш довольно захмыкал, что обозначало у него приступ веселья.
       - Дрозд, отстань, именем Создательницы тебя прошу! Дай поесть спокойно! Ты же знаешь, я всегда буду верен лишь своей госпоже, пусть даже она обманом выдана замуж - это ничего не меняет!
       - Да знаю, уж не первый год знакомы... Но все равно не понимаю тебя! Такая девка по тебе сохнет, а ты!.. Взял бы да женился, правильно я говорю, Гераш? Отдал бы племянницу за него?
       Старик кивнул, выпустив облако дыма.
       - Вот видишь, нравится ведь тебе Лана, я же вижу! Признайся!
       - Нравится, - не стал спорить Крис. - Она очень хорошая девушка.
       - Хорошая? Эх, мать всех богов, да она великолепна! Тебе лучше не сыскать! Сыграли бы свадебку да детишек настругали всем на радость! А Гераш бы приданного отсыпал - дом бы построили... Тем более что у Слитта ты в почете, недаром он тебя лейтенантом сделал - ценит, уважает! Сейчас времена сложные - не знаешь, что случится завтра. А при Слитте не пропадешь - вон он, хитрый лис, не лез на рожон, пересидел и уцелел. А где другие - те, кто рвался мстить? Нет их более. А Слитт выждал. И сейчас стрижет капиталы - купцы без защиты плавают, эскадра в другие воды ушла. Наш капитан своего не упустит - точно тебе говорю!
       - Дрозд, успокойся! Лана прекрасная девушка, мечта любого, но я просто не могу... Гераш, вы-то хоть меня понимаете? Я не могу! Я слово давал - клятву нерушимую. Кем же я стану, если его обратно возьму? Да я себя уважать перестану, мне до ближайшей пальмы дойти и повеситься - вот все, что останется...
       - Ну ладно, не хочешь - как хочешь! - отступил Дрозд. Он уже не в первый раз заводил подобные разговоры. После тех, памятных для обоих, дней, что они провели вместе в цепях, отношения между ними определились раз и навсегда. Дрозд стал при молодом оруженосце кем-то вроде няньки, сующей нос во все дела, касаются они его или нет. Но при этом скотобоец никогда не забывал, что именно Крис поднял в тот день своим примером бывших рабов и повел их за собой. Не случись этого и, скорее всего, их обоих давно бы уже обглодали рыбы. Так что главенство парня он признавал и вполне довольствовался своей ролью.
       - Кстати, ты принес мне саблю?
       - Еще с вечера, - Дрозд взглядом указал на небольшой сверток, лежащий на полке в углу. - Я проверял, сталь отличная!
       - Поблагодари от меня Лану за вкусный завтрак, а я пойду упражняться!
       - Сам и поблагодари, - усмехнулся Дрозд. - Она ведь наверняка прибежит любоваться тобой!
       Крис подхватил сверток и вышел во внутренний двор. Подошло время ежедневных занятий - устав рыцаря был строг и беспощаден к лентяям. В свое время мастер Дин - учитель, занимавшийся с совсем юным Кристианом - объяснил ему, что залог успеха в бою в ежедневных упражнениях. Лишь тот, кто постоянно укрепляет и мышцы свои, и дух свой - победит.
       И парень хорошо усвоил наставления. За время, проведенное на Радужном, он еще больше вытянулся, окреп, обрел мужскую стать и выправку, плечи его раздались вширь. Статью теперь он походил на сэра Ульфа, разве что был стройнее. Но сам Крис внешних изменений не замечал, хотя понимал, что вес бревен и камней, которые он поднимал, приходилось раз от разу увеличивать, да и молодого бычка он уже мог убить одним ударом кулака. (Дрозд лишь довольно кивал, видя успехи своего молодого приятеля). Когда они для потехи боролись между собой, то, даже несмотря на всю великую силу скотобойца, Крису частенько удавалось уронить того на землю.
       Время до полудня пролетело незаметно. Лана, как и предсказал опытный Дрозд, много раз выходила на задний двор без особой на то надобности и смотрела на взмокшего от упражнений Криса, непроизвольно облизывая губы. Оруженосец давно уже привык к ее взглядам и не обращал на них внимания.
       - Слышь, лейтенант, Слитт зовет - срочное собрание. Тут парнишка прибежал - сообщение передал, - Дрозд вышел во двор и широко потянулся. Сам он физическим упражнениям не уделил за все то время, что знал его Крис, ни минуты, но сила его оставалась прежней, только вот живот рос от обилия еды и ежедневного пива.
       Срочное совещание - дело серьезное, в таких случаях опоздание не приветствовалось. Крис наскоро сполоснулся холодной водой, надел чистый камзол, пристегнул к поясу новую саблю и направился к капитану.
       Слитт жил в двухэтажном ладном домике, где за хозяйством следила пожилая вдова. Ни жены, ни детей у капитана не было, поэтому всю энергию он направлял вовне. За последний год, как только набеги на прибрежные поселения вновь стали возможны, пират совершил несколько успешных рейдов, в которых Кристиан принимал самое активное участие. Благодаря успеху, неизменно сопутствовавшему Слитту, авторитет его поднялся на недосягаемую высоту. Считалось честью попасть к нему в команду, многие менее удачливые капитаны предлагали ему союз, но Слитт до сих пор неизменно всем отказывал, ограничиваясь хорошо продуманными вылазками, рассчитанными больше на превосходное знание ситуации, чем на грубую силу.
       Одной из его последних удач стал захваченный груз с серебряного рудника с годовым запасом добычи. Эту операцию полностью продумал Кристиан, и за успех в ней его и наградили офицерским чином. Пощипать кошелек Калеба (а вся добыча с рудника шла напрямую в его сокровищницу) - чем не радость! За такую возможность Крису и награда не требовалась!
       В принципе, сказать честно, повезло юному пирату - сильно повезло. Информация о грузе серебра попала к нему совершенно случайно. Один из рабов, язык которого никто, кроме Криса, не понимал, выкупил за рассказ о грузе свою свободу. Оруженосец повстречал его на невольничьем рынке - Слитт приказал ему купить трех человек на весла. С тех самых пор, как рабы выручили капитана, он не забывал о благодарности и завел традицию: раз в год покупать несколько человек на рынке и отпускать их на волю. А если те изъявляли желание остаться в команде, то должны были начать путь с самого низа - со скамей гребцов. Но, зная репутацию капитана, редкий человек отказывался от его предложений.
       Поэтому, присмотрев трех крепких мужчин с яростными огоньками в глазах, Крис обсудил с продавцом цену, и, скрепив сделку рукопожатием, отправился было восвояси, как вдруг его внимание привлек невысокий чернокожий паренек, жалобно причитающий на редком наречии, которое Крис понимал. В доме его отца жила женщина, говорившая на этом языке, и мальчик научился ему вместе с родным.
       А услыхав, о чем плачется паренек, Крис встал как вкопанный, и тут же, не торгуясь, купил его, переплатив как минимум вдвое. Но сделка себя оправдала.
       Паренек рассказал все: как он сбежал с рудника, какова там охрана, когда забирают серебро и каким путем отправляют в Керидат. Благодаря столь ценной информации груз захватили без потерь для пиратов, добыча превзошла все ожидания, Кристиан стал лейтенантом, чернокожий паренек получил свободу, а капитан Слитт - еще больше уважения на островах.
       В комнате, где капитан принимал посетителей, за круглым столом сидело десять человек. Крис с достоинством поклонился и устроился на свободном стуле. Внимания на него не обратили. Все знали, что он, как офицер, имеет право присутствовать на собрании. Крис насчитал четырех капитанов, давно уже предлагавших Слитту союз, а также по одному офицеру от каждой команды. Остальные офицеры были людьми Слитта. Что ж, у такой компании наверняка в запасе есть новости, рассудил Крис - и не ошибся.
       Слитт размашистой походкой прошел в зал, поклонился всем в знак приветствия и занял свое место.
       - Господа, мы собрались здесь по одной причине - появился отличный шанс отомстить! Надеюсь, все понимают, о чем я говорю?
       Капитаны одобрительно загудели, офицеры же сидели молча, лишь внимательно ловили каждое слово Слитта.
       - Да-да, отомстить! Мы ждали три года, довольствуясь мелочами. Когда-то нам пообещали многое, но предали, пытались уничтожить, а мы выжили, и теперь настало наше время! Я получил известия, которые, несомненно, обрадуют всех здесь присутствующих. У этого щенка - самопровозглашенного императора - крупные неприятности! Все знают, что за последние три года политическая карта мира сильно изменилась: Керидат, Риверсталь и Ванадол объединились под рукой императора Калеба, Горавия захватила Илорию и Девенор. Остальные, не столь крупные королевства, либо поделили между собой император и Первый Паж, либо погрязли в анархии, лишь южный Данадан сохранил до сих пор свою независимость, но его отделяет от остального мира пустыня, так что до него пока просто не дошли руки. И тут-то, как я и ожидал, делить больше стало нечего, а обе стороны только-только вошли во вкус. И император объявил Святую войну Горавии! Это и есть наш шанс! Все войска стянуты к границам, ситуация напряженная, а у нас появляется превосходная возможность обойти врагов морем и вторгнуться в Империю с тыла, откуда нас никто не ждет. Но для этого мне нужны люди - много людей!
       Крис слушал с жадным интересом. Война! Несомненно, Калеб и его покровитель лорд Бейзил все просчитали заранее, и, если объявили войну Горавии, значит, полностью уверены в своих силах. Но тем не менее, капитан прав - это шанс, огромный шанс подпортить кровь молодому императору, а для Криса - отличная возможность вернуться в Керидат.
       - Но это еще не все! - Слитт продолжил рассказ. - По слухам, в самой Империи тоже далеко не все ладно: помимо нечисти, что продолжает лезть из лесов, словно взбесившись, многие жители недовольны новым порядком вещей. императору тяжко придется, ведь ему необходимо и воевать с Горавией, и постараться сохранить страну от внутренних врагов, а их у него великое множество. Я не обещаю золотых гор, но если не сейчас - то никогда! Вы готовы, господа, испытать удачу?
       - Я с вами, адмирал! - один из капитанов встал и торжественно поклонился Слитту. - Отдаю себя и своих людей под ваше командование!
       - Я с вами...
       Все четыре капитана по очереди принесли клятвы, не отказался ни один. Слитт точно знал, кого приглашать на совет.
       - Нам нужны еще люди. Пять ладей - слишком мало...
       - Будут еще, я уверен. С нами пойдут многие!..
      
       *****
      
       Радужный гудел от возбуждения. Еще пять капитанов присоединились к Слитту, а как только на соседних островах прослышали о готовящемся вторжении, своих офицеров прислали еще девять команд. Но многие капитаны оказались и против, о чем не замедлили заявить.
       Отплытие предварительно запланировали через неделю, а офицерам дали четкие инструкции по закупке продовольствия и вербовке людей.
       Криса эти приготовления волновали мало - офицером он пробыл недолго, и закупками занимались знающие люди, поэтому, как ни странно, его оставили в покое, предоставив самому себе.
       Поэтому все вечера он просиживал в шумной таверне за бокалом-другим вина, слушая лихорадочные рассказы собратьев-офицеров, терявших голову в попытках учесть все, что может потребоваться в походе, да местные сплетни и новости.
       В этот вечер - предпоследний перед отправлением - народу в трактир набилось много, и каждую минуту в зал входили все новые люди. Крис успел удачно занять небольшой столик у стены.
       - Не верю я в эту затею! - один из пиратов, с испещренным шрамами лицом, сидевший в компании за соседним столом, сплюнул на пол. - Слитт, конечно, хороший капитан, много добрых дел совершил, но до адмирала ему далеко! Погубит он людей, как пить дать, погубит...
       - Согласен, - его сосед кивнул и стер пивную пену с губ. - Плохая затея - сейчас идти на континент. Про нас только-только забыли, не нужно высовываться!
       - Ты прав, Окунь, мы высунемся, и нас тут же поджарят! Слитт воду мутит, от этого всем будет плохо, помяните мое слово!
       - Да, Моррет, не обратиться ли нам к своим капитанам? Пусть объявят Слитту слово недоверия!
       Крис вскочил на ноги: слушать далее не осталось сил. Слово недоверия могло означать отмену вторжения, а значит, и шансы самого Криса вернуться в Керидат сильно падали. Этого допустить было нельзя, требовалось пресечь подобные попытки в зародыше.
       - Трусы! Презренные, жалкие трусы!
       - Что ты сказал? - Окунь, Моррет и двое их собутыльников тяжело поднялись, мутными взглядами окинув молодого пирата.
       - Тебе повторить, ничтожество? Слизняк! Тухлый водоросль! Вонючая отрыжка кита! Испражнение болотной лягушки! - что-что, а ругаться за три проведенных на острове года Крис научился изрядно.
       - Да это же офицер Слитта, - признал его один из компаньонов Окуня.
       - Ха, он уже детей в офицеры принимает! - Моррет сплюнул прямо под ноги Крису. Тот подобного обращения стерпеть не мог и ударом кулака в висок, четко, как учил Дрозд, опрокинул Моррета на пол.
       Пират упал и не шевелился.
       Окунь склонился над ним и потрогал за руку. Жилка не пульсировала.
       - Он же мертв! Ты убил его!
       - Хочешь быть следующим? Так будет с каждым трусом и паникером! Мое слово!
       Вокруг них, как по мановению руки, освободилось место. Трое против одного Криса. Тем не менее, в своих силах он не сомневался. Правое дело всегда победит - этот девиз он знал с молодости и верил в него всем сердцем!
       В руке Окуня появился нож, а его товарищи еще сомневались, стоит ли поддержать собутыльника или вернее будет отойти в сторонку и посмотреть, чем дело кончится.
       Решил за них неожиданно появившийся Дрозд. Он просто и незатейливо схватил пиратов за шкирки и оттащил прочь, приговаривая:
       - Двое дерутся, третий не мешает! Всем все ясно?
       Дрозд с первого своего дня на острове стал фигурой знаменитой. Бывших рабов не все приняли одинаково хорошо, и Дрозд, как умел, продемонстрировал в ту пору всем желающим, чего он стоит, сворачивая носы и челюсти направо и налево. Во многом благодаря ему бывшим рабам жилось теперь комфортно.
       Пираты грозного Дрозда признали сразу. Закивав, они дали понять, что не намерены мешать честной схватке, и, еле выдравшись из тяжелых рук скотобойца, взяли себе еще по кружке пива и жадно осушили их несколькими долгими глотками.
       А вот Окунь отступать не намеревался. Даже смерть друга не так потрясла его, как нанесенные Крисом оскорбления.
       - Ты заплатишь, гад!
       Нож играл в его руках, легко перемещаясь из одной ладони в другую. Окуня знали как знатока трактирных драк: и до первой крови, и до первой смерти, и даже до последнего выжившего.
       Крис же ножом умел орудовать не так ловко, а вот в бое на мечах с ним на островах мало кто мог сравниться. Поэтому свой нож он даже не стал доставать, вняв старому совету мастера Дина - "дерись так, как у тебя лучше получается".
       Окунь сделал обманный выпад, но Крис держался начеку и успел отпрыгнуть в сторону, вовремя поняв маневр противника.
       - Самозваный офицеришка, сейчас посмотрим, какого цвета твоя кровь!
       Но не зря каждый день оруженосец проводил на заднем дворе много часов, оттачивая свои умения.
       Ловко, как на учениях, перехватив руку Окуня, он одним движением сломал ее в локте. Нож глухо звякнул, ударившись о пол.
       Пират завыл от дикой боли и попытался ударить Криса второй рукой. Тот, не отводя взгляда от полыхающих ужасом глаз Окуня, схватил его за здоровую руку и так же легко, как соломку, переломил и ее. А потом пинком откинул от себя орущего пирата и брезгливо скривился.
       - Падаль...
       Окуня утащили прочь, Крис вернулся за свой столик, разговоры в таверне возобновились, словно ничего и не произошло.
       - Этот-то гнилушка ладно, руки ты ему поломал, - Дрозд тяжело опустился на стул напротив Криса. - Но вот скажи мне, ну зачем ты первого угрохал?
       - Не рассчитал, - потупился оруженосец. Убивать пирата он не собирался, хотел лишь проучить, но силы росли с каждым днем. Он и сам не всегда осознавал, на что стал способен.
       - Беда... Ждать нам обвинений теперь. Отвертимся, конечно, но крови нам могут попортить изрядно. Да и Слитту это сейчас не ко времени, и так многие недовольны его сборами. Эти трусы далеко не единственные, кому не нравится идея рейда на континент. Так что...
       - Да знаю сам, что сглупил. Не хотел.
       - Ладно, переживем. А я, кстати, вот зачем пришел. Тебя Лана искала.
       Крис ухмыльнулся.
       - И с каких это пор ты у нее на побегушках?
       Дрозд нахмурился, но через секунду уже смеялся, как ненормальный. С юмором у него дело обстояло странно. Иные шутки он не понимал вовсе, но если что-то казалось ему веселым, готов был голову расшибить об стену - не мог остановиться.
       - Там дело особое, подарок у нее для тебя.
       - Что еще за подарок? - нахмурился Крис. Ситуация с Ланой совсем уж запуталась. Ответить ей взаимностью он никак не мог. Слишком много места занимала в сердце повелительница и владычица всех мыслей - Дарина. Но и обижать девушку, в чьем доме он жил все это время, Крис не хотел.
       - А мне она не сказала. Сообщила лишь, что дело важное! Упросила, в общем, тебя найти. Вот ведь девка - огонь! А ты все кобенишься!..
       - Дрозд...
       - Ладно-ладно, молчу, мое дело маленькое, - скотобоец опять ухмыльнулся.
       Не желая стать свидетелем очередного приступа его веселья, Крис встал из-за стола, кинув монетку подбежавшему мальчонке.
       - Найду ее, раз так важно.
       - Иди-иди... - Дрозд прихватил мальчонку-разносчика за плечо. - Кувшин пива, живо!
       Кристиан задумчиво вышел во двор. Вечерело, но все вокруг заливал яркий свет десятков факелов и лампад. Капитан Слитт привлекал на остров множество людей, и все они хотели есть, пить, веселиться... Ведь никто не мог сказать, кому суждено вернутся из рейда, а кому нет...
       Идти до дома было недалеко, но Крис специально мешкал. Разговор с Ланой предстоял нелегкий.
       Девушка встретила его у порога. Молча взяла за руку и провела в дом. И взгляд ее, обращенный на молодого пирата, был тягучий, задумчивый. Не свойственный ей, обычно она легко порхала по дому, исполняя миллион женских обязанностей безо всякой натуги, свободно и с удовольствием. И смеялась она много, от души. А на все намеки Дрозда по поводу возможной женитьбы лишь краснела и убегала прочь.
       - Дядя ушел в трактир. Будет поздно. Я хочу с тобой поговорить.
       - Конечно, Лана, поговорим, - Крис решил быть мужчиной и честно выдержать тяжелый, но обязательный разговор.
       - У меня для тебя подарок, - девушка потащила оруженосца в свою комнату, в которой он и не бывал прежде.
       Узкая кровать, столик и окна с обязательными женскими безделушками, изображение Создательницы на стене, большой сундук с вещами - вот и весь нехитрый интерьер. У самого Криса комната выглядела почти так же.
       - Садись, я сейчас, - Лана ненавязчиво подтолкнула парня к кровати. Ему ничего не оставалось, как подчиниться - сесть и ждать продолжения.
       Лана склонилась над сундуком и что-то достала.
       - Вот, я сама сделала. Прими от меня в подарок, - она протянула парню толстый вязаный жилет. - Ночами бывает так холодно, особенно на вахте. Тебе пригодится!
       - Спасибо, - он смущенно принял подарок. - Я потом примерю, ладно?
       - Конечно... - девушка явно не знала, как продолжить разговор. Ее обычного задора и веселья для этой ситуации не хватало.
       - Ну, я пойду? - спросил Крис спустя пару минут мучительного молчания.
       - Подожди... - Лана села рядом с парнем и несмело взяла его за руку. - Знаешь, я давно хотела тебе рассказать... - ей было тяжело говорить, слова не хотели слетать с губ, во рту пересохло, а сердце билось так громко, что, казалось, сейчас пробьет грудную клетку и выпрыгнет наружу. - Давно хотела рассказать - ты мне приятен...
       - Лана, ты мне тоже очень приятна!..
       - Нет, ты не понял. Крис, ты мне больше чем приятен, - девушка посмотрела ему прямо в глаза. - Я тебя люблю!..
       - Лана... - он не знал, что ей ответить. Разговор оказался даже более тяжким, чем он предполагал. Она нравилась ему, даже очень. Но принцесса...
       - Подожди, молчи! - она прикрыла ладошкой его губы. - Не говори ничего! Я знаю, я все знаю - ты любишь другую! Она, конечно, достойнее меня - простой девушки, я все знаю! Подожди, не перебивай! Да, люби ее, пусть! Но дай всего лишь каплю твоей любви и мне... Я тебя очень прошу... Это необходимо для меня, я без этого не смогу... Я чувствую, я знаю - этот поход... ты не вернешься больше сюда. Ты будешь жить далеко, там, где твое сердце, но мое-то сердце с тобой... Так случилось, я же не виновата!
       Крис видел, что Лана готова расплакаться. Он впервые видел ее такой, и это подействовало на него сильнее, чем все слова.
       - Лана...
       - Я всего лишь хочу, чтобы у меня осталась часть тебя... Одна ночь, и, если даст Создательница - мне повезет... Я знаю, это глупо, бестолково, но я этого хочу...
       - Я...
       - Не спорь, пожалуйста. Забудь о ней! Я умоляю! Только сегодня... Мне это важно...
       Ее руки мягко опустились ему на плечи, огромные глаза, казалось, пронизывали насквозь, стремясь проникнуть в самую суть, а губы дрожали - в ожидании отказа. И Крис сдался, он понял, что не может ей отказать. Не может взять и разрушить ее ожидания таким образом.
       Он склонился к ее лицу и поцеловал прямо в губы. Лана ответила с неожиданной страстью, и через несколько мгновений весь окружающий мир исчез для них обоих, а осталось лишь невероятное ощущение единства человеческих тел и душ, и подсознательное понимание того, что лишь в такие редкие минуты человек обретает себя, свою сущность. И что таких мгновений в жизни крайне мало, и нужно насладиться ими полностью, выпить до дна всю сладость, всю чистоту души, всю красоту тела, чтобы запомнить навсегда.
      
       *****
      
       Вот что странно - наутро неудобно ему не было. И стыдно тоже. Казалось бы, должен волосы на себе рвать, метаться в невозможности изменить прошлое, ведь он предал все, что любил, но... Почему-то он не сомневался: Дарина поняла бы и простила. Если, конечно, ей вообще было бы до всего этого хоть какое-то дело.
       В конце концов, пора бы уже научиться отдавать себе отчет в том, что реально, а что - нет. Дарина... Кто она, и кто он... Она принцесса, а ныне, пусть и не по своей воле - императрица. А он... пират, человек без будущего, бывший раб, потерявший все, что имел...
       Смешно... И все же он верил. Верил и надеялся...
       Но при этом - был счастлив. Лана... Вот дилемма, непонятная бесовская двойственность. Еще вчера ему казалось, что кроме Дарины никого и на свете-то нет, а сегодня он понял, что есть еще она - девушка, которая кормила его завтраками три года, которая смотрела, как он упражняется на заднем дворе, которая вздыхала тайком, глядя ему вслед...
       Лана не показывалась, убежав с раннего утра по своим делам. Вчера они провели вместе много часов, расставшись лишь тогда, когда старый Гераш вернулся в дом. А Дрозд пришел под утро и, только окинув мимолетным взглядом Криса, все понял, но сделал вид, что его это совершенно не касается.
       А после завтрака в дверь громко постучали.
       Крис открыл сам: Ланы не было дома, Дрозд еще спал, а Гераш даже не намеревался покидать удобное кресло.
       На пороге стояло несколько пиратов из команды Слитта, всех Крис знал прекрасно.
       - Господин офицер, капитан просит вас незамедлительно проследовать в зал Суда.
       - Я готов! - Крис подхватил меч в ножнах и пристегнул его к поясу.
       Зал располагался неподалеку - в пятнадцати минутах ходьбы. Любой мог обратиться к суду чести и потребовать справедливости, но далеко не каждое дело принималось к рассмотрению. Изучением и тщательным отбором поступающих заявок ведал бывший капитан Лихо. Все его называли именно так - "бывший капитан". Как слышал Крис, Лихо много лет назад потерял свою ладью вместе со всей командой, а сам спасся лишь чудом. С тех пор он жил на островах постоянно, не участвуя более ни в каких делах и оставаясь равнодушным ко всему. Скоро эту его полезную особенность отметили, а так как Лихо абсолютно ничего не боялся, его и назначили распорядителем судилищ. Никто не мог его подкупить, и отбирал дела для рассмотрения он честно и непредвзято.
       Круглый зал со множеством скамей был полон. Этого Крис не ждал. Да, он предполагал, что вчерашний инцидент не останется незамеченным, но на такое собрание не рассчитывал.
       Посреди зала, в удобных креслах, сидело семеро судей, и капитан Слитт среди них.
       Криса подвели к ним и вежливо попросили сдать оружие до конца рассмотрения дела. Он подчинился - выбора не было.
       - Вы - Кристиан, офицер "Альтарии"? - "бывший капитан" подошел к нему вплотную и задал свой вопрос громко и отчетливо.
       - Совершенно верно.
       - Вчера вы совершили два деяния, судить которые мы все здесь и собрались. Вы убили гражданина островов Моррета и жестоко покалечили другого гражданина островов, называющего себя Окунь. Признаете ли вы за собой данные поступки?
       - Признаю, - легко кивнул Крис, но внутренне напрягся. Формулировки обвинения звучали довольно жестко - непривычно. Что-то затевалось...
       - Не могли бы вы объяснить суду причины произошедшего?
       - Конечно, могу. Оба эти вышепоименованных гражданина выразили недоверие к намерениям и планам моего капитана в крайне оскорбительной форме. И я посчитал нужным наказать их за это. Я не имел целью убить гражданина Моррета - это вышло случайно, а вот гражданина Окуня наказал именно так, как и планировал. Виновным я себя не считаю и прошу суд принять это к сведению.
       - Он лжет! - из толпы зрителей выскочил Окунь. Обе его руки находились в лубках, но прыти ему это не поубавило. - Мы с гражданином Морретом никого не оскорбляли, мы лишь поставили под сомнение планы уважаемого всеми капитана Слитта. А этот человек - его офицер - оскорблял нас, а после напал безо всякой причины! Прошу наказать его по всей строгости закона!
       - Так ли это?
       - Не совсем, - Крис понял, что со стороны выглядит виноватым. Ведь он и вправду оскорбил и напал, и совсем неважно, что он испытывал при этом.
       - Но по сути истец говорит верно?
       - По сути - верно, - вынужден был согласиться оруженосец.
       - Хорошо, - Лихо повернулся к судьям. - Что думаете вы, господа? Заслуживает ли этот человек наказания или он вправе был поступить так, как поступил?
       - Наказание, - крайний из сидящих судей выразил свое мнение.
       - Наказание, - второй с ним согласился.
       - Не виновен, - очередь дошла до Слитта. Он не смотрел на Криса, он вообще ни на кого не смотрел. Взгляд его казался рассеянным, а мысли витали где-то далеко отсюда.
       - Не виновен.
       - Не виновен.
       - Наказание.
       - Наказание.
       Четверо против троих. Не повезло. Крис растерялся. Он плохо знал пиратский кодекс и смутно представлял себе, что же его ожидает. Смерть?
       - Итак, господа судьи, решение принято. Офицер Кристиан, вас подвергнут наказанию за ваш проступок. Двадцать плетей! Решение суда привести в действие немедленно!
       Криса подхватили под руки с двух сторон, да так, что сопротивляться он не мог - разве что бить сразу насмерть, - но он и не пытался. Пиратский суд - честный суд, а не подчиниться его решению значило оказать неуважение не только всем здесь присутствующим, но и самим основам, на которых зиждился фундамент существования Радагарского Братства.
       Двадцать плетей - это много. Умелый мастер с первого же удара мог рассечь кожу до самой кости. После такого отлеживались месяцами, а завтра день отправления. Он не мог пропустить рейд, оставшись на острове, просто не мог - ведь это означало конец всем надеждам. Другого способа попасть на материк могло не появиться еще много лет.
       Нужно было срочно что-то предпринимать! Сию же секунду!
       - Стойте! Я требую Суда Воды!
       Руки, тащившие его, ослабли. Он встряхнул плечами и скинул их.
       Суд Воды - не многие решались на такое. Тут либо гибель, либо честь и слава. И никак иначе - других вариантов не существовало. Крис слышал про этот старый обычай, но за все три года его жизни на Радужном еще никто не решался на подобную замену наказания. Все удовлетворялись решением Лихо. Еще бы - поболеешь, но рано или поздно встанешь на ноги, а Суд Воды - дело смертельно опасное... Но выбора у него не оставалось. Приходилось рисковать, и он рискнул!
       - Пусть будет Суд Воды! - решил Лихо. - Пошли...
       Толпа сдвинулась с места. В глазах Слитта вспыхнул интерес... впрочем, Крис не смог бы сказать, не показалось ли ему это.
       Шли недолго - до залива. Зрители встали полукругом, судьи вышли вперед, а Крис остался стоять один напротив моря.
       - Пусть Суд начнется! - провозгласил Лихо. - Иди в воду!
       Крис скинул камзол и сапоги, взглядом окинул толпу и, не задерживаясь ни на мгновение, зашел в накатывающие на берег волны.
       - Дальше, иди дальше. И не выйдешь ты из воды, пока само море не даст нам знак твоей правоты!
       "Даже вот так, - подумал Крис. - Не выпустят, значит..."
       Он медленно поплыл вперед. Вода была теплой, ласковой. Что же делать? Какой знак они требуют?
       Крис нырнул, проплыл немного под водой и вынырнул на поверхность. Показалось? Он нырнул вновь и вернулся назад. Нет, что-то блеснуло на дне.
       Набрав полную грудь воздуха, он погрузился в глубину. Еще глубже, еще! Где-то здесь... А, вот оно!
       Крис схватил блестящую вещь в ладонь и поплыл вверх. Воздуха едва хватило. Вынырнув, он долго старался отдышаться, и лишь потом взглянул на свою находку.
       Жемчужина. Крупная - с голубиное яйцо, играющая на свету перламутровым сиянием.
       Он поплыл назад и вышел на берег. Сразу пятеро пиратов преградили дорогу. Крис почувствовал - еще шаг, и сабли вонзятся ему в грудь.
       Он раскрыл ладонь и показал жемчужину. Пираты отступили.
       Лихо долго рассматривал найденную вещь.
       - Давно уже местные воды не дарили нам такое сокровище, - наконец заявил он. - Суд Воды оправдал тебя, офицер Кристиан. Ты свободен!
       Толпа расходилась, оживленно перешептываясь. Лишь только Слитт подошел к Крису и, задумчиво поглядев на него, заключил:
       - Никак не могу понять, к добру ли я купил тебя в тот раз?..
       Оруженосец не знал, что на это ответить.
      
       *****
      
       Армада из девятнадцати ладей покинула острова ранним утром. Было прохладно, резкий ветер дул в лицо. Крис, ежась, стоял на верхней палубе и смотрел вдаль.
       Скоро, совсем скоро они доберутся до континента, а там поглядим... При удачном стечении обстоятельств он обязательно попадет в Керидат. А если Слитту повезет, то пираты изрядно подпортят кровь Калебу.
       - Слышь, шел бы ты вниз, - Дрозд, кутаясь в широкий плащ, подошел к Крису. - Сейчас дождь пойдет - точно тебе говорю, я погоду хорошо чую!
       - Хорошо, - уходить, несмотря на утреннюю свежесть, не хотелось. Наоборот, Крис так и простоял бы все плавание здесь, чувствуя, как ладья разбивает волны, как несется вперед - туда, куда он так стремился душой все эти годы.
       - Давай-давай, путь неблизкий, успеешь еще насмотреться. А у тебя и обязанности есть, коли не забыл...
       Чего-чего, а обязанностей у Криса хватало, в этом с Дроздом не поспорить. Если с погрузкой юноше повезло, и все дела легли на плечи более опытных офицеров, то во время плавания от работы Криса никто не освобождал.
       Лейтенант отвечал за многое: маневры с парусами, уход за ладьей, упражнения с командой - всего и не перечислишь. Конечно, все задания делились между офицерами поровну, но на Криса, как новоиспеченного лейтенанта, свалилась самая грязная работа.
       Он честно выполнял все, особо не третируя подчиненных, но и не спуская лени и безделья.
       Ему повиновались охотно, зная, что он честен - спросит именно то, что поручил. Пираты - народ свободный, неохотно исполняющий приказы, тем более от тех, кого они не считали достойным отдавать их. Но Крис хорошо проявил себя за три года, и проблем подобного рода у него не возникало, несмотря на молодость - в восемнадцать лет какой может быть авторитет?..
       Один день сменялся другим, море лежало тихое и спокойное, армада двигалась точно по курсу безо всяких происшествий. За ежедневной работой и упражнениями, о которых Крис не забывал и в рейде, время летело, и юный лейтенант даже не заметил, как миновало почти две недели. И вот наконец вахтенный закричал:
       - Суша!
       На ладьях все пришло в движение. Предписания всем дали заранее, и теперь каждый четко знал, что должен делать.
       Первой целью Слитт наметил небольшой городок неподалеку от берега. Городок защищали пятисотенный гарнизон и оборонительные сооружения, но адмирал намеревался взять его с наскока - одним страхом.
       Для этой цели в город засылались агенты, чтоб под покровом темноты поджечь несколько ключевых строений, посеяв панику в жилых кварталах, и, при удаче, открыть городские ворота. А дальше все просто - пираты врываются в город, уничтожают всех, оказавших сопротивление, захватывают городских старшин, накладывают на город контрибуцию и следуют дальше.
       И, конечно, попутно развлекаются! Грабежи, насилие, убийства - обычный набор джентльменов удачи, которые ни один, даже самый авторитетный, капитан не смог бы отменить.
       А в подобном Крис участвовать не собирался.
       Да, он по воле случая стал пиратом. И пусть солдаты гарнизона присягнули на верность императору, который являлся его личным врагом, так уж вышло. Но люди-то, населявшие окрестные земли - его сородичи. И случись все немного иначе - правил бы ими не кто иной, как принцесса Дарина - то были ее подданные.
       Пусть за последний год он участвовал в нескольких набегах, включая достославное разграбление рудника, но то - дела обычные, тем более что происходили они не на землях Керидата, а в соседних королевствах, ныне хоть и объединенных под рукой Калеба, но все же...
       А сейчас выбора у него не осталось.
       Шанс предоставлялся один единственный - всеми правдами и неправдами попасть в число агентов, которых Слитт собирался направить в город. Но агентов уже отобрали и проинструктировали.
       Следовало поторопиться.
       Агенты ожидали вызова лично от капитана в одной из кают. Крису повезло - одному из них срочно потребовалось прогуляться до гальюна, который располагался на носу ладьи. Но он туда не добрался: сильный удар по затылку - и агент отправился в глубокий обморок. Крис протащил бездыханное тело по короткому коридору, занес в свою каюту и задумался - с минуту на минуту агента хватятся, оставлять его здесь не имеет смысла - найдут очень быстро. Выбора не было - от тела нужно избавляться!
       В дверь уверенно постучались.
       - Ау, ты тут?
       Слава Создательнице - Дрозд. Ему Крис доверял, поэтому тут же отпер и буквально втащил удивленного скотобойца в каюту.
       - Ого! - как ни странно, Дрозд не слишком изумился при виде валявшегося на полу тела. - За что ты его?
       - Мне нужно попасть в город, понимаешь? Я попытаюсь занять его место. Люди не должны погибнуть - это и моя страна!
       - Понимаю, - кивнул Дрозд. - И я с тобой согласен. Я знал, что у тебя свои планы. Всегда знал... Ну да ладно, есть у тебя мешок?
       Мешок нашелся. Дрозд, недолго думая, упаковал в него агента, и, насвистывая игривую песенку, закинул на плечо.
       - Скажу, что отходы с кухни выкидываю. И в море его. Тут уж ничего не попишешь - не повезло человеку...
       Крис кивнул. Другого выхода он не видел.
       - Удачи тебе. Даст Создательница - свидимся еще!..
       - Стой, возьми это, пригодится... - Крис отдал найденную во время испытания жемчужину. Дрозд молча спрятал ее в карман.
       - Прощай...
       Скотобоец вышел из каюты, нисколько не тяготясь своей ношей.
       Через час агента хватились, но тщательные поиски ничего не дали - Дрозд выполнил свою работу. Слитт рвал и метал. По плану агентам надлежало поджечь свои цели одновременно с нескольких сторон, любая неточность могла оказаться роковой.
       - Адмирал, я заменю его! Я пойду в город! - Крис шагнул вперед, представ пред очами Слитта. - Я все сделаю, вы будете довольны.
       - Хорошо, - кивнул Слитт. - Ты присутствовал при инструктаже и знаешь, что делать. Пусть будет так...
      
       *****
      
       Агенты и Кристиан вошли в город по отдельности, чтобы не привлекать внимания. В это время года многие путешествовали налегке, так что Крису не составило труда пройти городские ворота, заплатив минимальную въездную пошлину. Он был одет в шикарный камзол, тонкую батистовую сорочку и штаны, а меч в ножнах с богатой перевязью свободно болтался у пояса. Конечно, одеяние привлекало взоры, выдавая в нем дворянина, но притворяться безродным нищим у него все равно бы не получилось, Крису так было проще.
       Об армаде пиратов еще не знали, а если бы знали, то в город попасть не смог бы никто.
       Недаром Слитт оставил ладьи чуть южнее, но так, чтобы в случае необходимости они могли за несколько часов достигнуть городского рейда.
       Город Раздол не мог похвастаться размерами - все его население составляло порядка нескольких тысяч человек, но он играл в здешних местах ключевую роль. Сюда выходили устья нескольких рек, поэтому вся южная торговля шло именно через него.
       Крис двинулся по самой широкой улице, не сомневаясь, что она выведет прямиком в центр. Так и случилось: через некоторое время юноша вышел на широкую площадь, сплошь заставленную лотками с товарами. Крис купил ломоть сыра и, неторопливо откусывая, сделал по площади несколько кругов, больше присматриваясь к людям, чем к выставленным на продажу товарам.
       Местные ему понравились - улыбчивые, доброжелательные. Даже стражники, лениво стоявшие в сторонке, никому не мешали. А ведь частенько в центре страны стражи являлись бандитами похлеще лесных разбойников, обирая торговцев непомерными поборами. Здесь же, бесспорно, стража выполняла лишь свои исконные функции - ловить воров и пресекать мелкие беспорядки. На все прочее был гарнизон, расквартированный в западной части города.
       Внезапно Крису показалось, что в толпе мелькнуло знакомое лицо. Он осторожно присмотрелся. Один из агентов слонялся поблизости, делая вид, что интересуется безделушками. Интересно, случайна ли встреча, или Слитт приказал следить за ним?..
       Этот вопрос требовал срочного выяснения!
       Крис быстро направился прочь с площади и, выйдя на боковую улочку, ускорил шаг. Позади в некотором отдалении послышались шаги. Нет, не показалось!
       Он завернул за угол и замер. Вокруг никого, слева тупик - очень удобно.
       Шаги приближались, и, наконец, агент высунулся из-за угла, оценивая обстановку. Крис быстро схватил его за воротник и притянул к себе, приставив к животу нож.
       - Кто таков? Что надо?
       - Господин... - судя по виду, агент не испугался. Был он совсем невзрачный на вид - худощавый, какой-то угловатый, но смотрел тем не менее твердо и прямо в глаза.
       - Повторить вопросы?
       - Вы же видели меня на корабле...
       - Верно. Почему идешь за мной? У тебя должно быть свое задание.
       - Мне дали дополнительное - обследовать подступы к площади.
       Врет ведь, подумал Крис, точно врет. Шел он не подступы обследовать, а следил, целенаправленно следил за ним...
       Что делать-то?.. Рисковать нельзя.
       И, глядя прямо в округлившиеся глаза агента, он ударил ножом в чревное сплетение, вогнав клинок по самую рукоять.
       Агент не смог даже вскрикнуть, Крис прикрыл ему рот рукой и аккуратно опустил на выложенную камнем улицу.
       - Прости...
       Агент дернулся и затих. Крис наградил его смертельным ударом, отточенным в ежедневных упражнениях. Ошибки быть не могло. Агент умер.
       Крис вытер нож и неспешно вернулся на площадь. Скоро мертвое тело обнаружат, и начнется паника. Стража начнет бегать и суетиться, разыскивая преступника, вызовут солдат. Но этого мало... Нужно поговорить с губернатором и рассказать ему о приближающейся беде.
       Сделать это не так уж и сложно - губернаторский дом по традиции был самым крупным в городе и находился в самом центре, неподалеку от площади.
       Крис хорошо помнил план города и, немного поразмыслив, пошел прямо к особняку. Проблема заключалась в следующем - как предупредить губернатора об опасности, да так, чтобы тот поверил и бросил все силы на оборону города, и при этом самому остаться на свободе? Попадать в плен совершенно не входило в планы Криса.
       Дом губернатора охранялся хорошо. Несколько десятков солдат перекрывали все входы и выходы, да и внутри наверняка полно стражей. Что же делать? Как проникнуть внутрь, встретиться с губернатором и благополучно исчезнуть? Задача невыполнимая...
       Одна из боковых дверей особняка распахнулась, и на улицу выпорхнули две девушки, судя по виду - служанка и госпожа. Обе молоденькие и миловидные. Служанка держала в руках пустую корзинку. Как видно, отправились прогуляться на рынок. Их сопровождали несколько солдат, однако ближе, чем на десяток шагов, они к девушкам не приближались, получив, очевидно, четкие и недвусмысленные указания.
       "А вот это уже интересно", - подумал Крис и отправился вслед за процессией.
       Девушки шли быстро, о чем-то болтая, и вскоре вышли на площадь. Их все вокруг знали и, как отметил про себя Крис, любили. Особенно щедрые приветствия доставались госпоже, хотя и на долю служанки выпало немало приятных слов. Девушки же в ответ лишь приветственно кивали, мило улыбались, но в разговоры не вступали. Их вылазка явно имела какую-то цель, и вскоре Крис понял - какую.
       На дальней оконечности рынка торговали скотом и прочей живностью. Туда-то девушки и спешили. Солдаты замерли в сторонке, лениво переговариваясь между собой. Очевидно, такие прогулки были им не впервой.
       Неспешным шагом Крис подошел поближе, сделав вид, что интересуется покупкой коровы с огромными печальными глазами.
       - Смотрите, госпожа Амелия, я же говорила - вот они! - служанка указала на корзинку, стоявшую в ногах пожилой крестьянки. - Смотрите, какие милые!
       В корзинке шевелились щенята - совсем еще крохотные, едва открывшие глазки.
       Амелия взвизгнула в непритворном восторге и склонилась над корзинкой.
       - Какие симпатяги! Сколько им?
       - Пара недель, - охотно ответила крестьянка.
       - Мне вот этот нравится, он так смотрит на меня!.. - девушка подхватила на руки щенка и закружилась с ним на месте. - Решено, беру! Сколько он стоит, милая женщина?
       - Две серебряные монеты. Так дорого потому, что порода хорошая, сторожевая. Как вырастет - будет вам надежным другом и охранником, госпожа.
       - Две монетки. Конечно. Сара, расплатись!
       Служанка поклонилась и зашарила в корзинке.
       - Ой, госпожа, я кошелек дома забыла!
       - Ну что ты за раззява, - искренне расстроилась Амелия. - Теперь придется возвращаться обратно, а мне так не хочется выпускать его из рук ни на мгновение!
       Крис понял, что это его шанс.
       - Извините меня за вмешательство, - он сделал шаг вперед и изящно поклонился. - Но я поневоле услышал ваш разговор. Позвольте же мне помочь вам!
       - Ни в коем случае, милостивый государь. Извините, не знаю вашего имени...
       - Сэр Крэсби, к вашим услугам! - еще раз поклонился юноша.
       - Так вот, сэр Крэсби, это слишком любезно с вашей стороны. Я не могу принять такого дара!..
       - Ну что вы, это же сущая безделица. Я вижу, как вам нравится этот милый щенок, который обещает вырасти в скором будущем в грозного защитника. И мне было бы крайне приятно и совершенно не обременительно доставить вам это удовольствие!
       - Ну хорошо, - сдалась Амелия. - Я согласна. Но в ответ, и не отказывайтесь, я угощу вас обедом! Тогда мы будем в расчете!
       - Согласен, - улыбнулся Крис и расплатился с крестьянкой.
       Они пошли обратно. Солдаты-охранники, шагнувшие было к девушкам при появлении Криса, расслабились, увидев, что их помощь не требуется, и отошли в сторону, пропуская троицу вперед. Корзинку со щенком несла Сара, а ее госпожа развлекала нового кавалера неспешной беседой.
       - Меня зовут Амелия, а мой отец - губернатор этого города, - представилась девушка и тут же поинтересовалась: - А что вы делаете в наших краях, сэр Крэсби? И почему я не имела чести еще ни разу вас лицезреть?
       - Путешествую по миру. Мой батюшка очень строгих правил и не хочет передавать мне наследство, пока не убедится в моем, как он это называет, "здравом уме". А по-моему, столь непомерные требования как раз говорят об отсутствии такового ума у него самого. Ну кому в наше время нужны эти странствия? Тем более после столь блистательного воцарения нашего славного императора, ясно показавшего всем и каждому, что именно Керидат - столица современного мира.
       Амелия взглянула на него несколько странно.
       - А знаете, я бы с удовольствием отправилась в путешествие. Знаю, вы назовете это бреднями девчонки, но это же так восхитительно и романтично - мчаться на коне, видеть разные города и страны, узнавать новых людей! Что может быть прекраснее и чудеснее?
       Крис, который полностью был с ней согласен, тем не менее решил не выходить из роли:
       - Что может быть лучше, спрашиваете вы? Да многое! Видели ли вы салюты, которые пускают в Лорилье каждое воскресенье со времен воцарения императора? А изумительные по слаженности и согласованности марши боевых колонн? А бывали ли вы на балах, которые дают знатные люди столицы? Вот где кипит жизнь! Только там! А я слоняюсь, извините, по провинциям, словно младший сын захудалого барона...
       Кристиан, не имея возможности покинуть остров, собирал любые слухи о родном королевстве, поэтому не боялся быть пойманным на лжи. Все, что он рассказал Амелии, имело место в действительности.
       Они подошли к дому. Солдат распахнул дверь, не спрашивая имени Криса, и они прошли внутрь.
       - Знаете, все, что вы рассказываете - крайне интересно. Но все же позвольте мне с вами поспорить! Балы, марши - это замечательно, но что может быть прелестнее вот такой мордашки, за которую вы, кстати, заплатили полновесной монетой! - Амелия подхватила корзинку со щенком и закружилась, радостно повизгивая. - Какой он милый, Создательница, ну какой же он милый!
       - Дочь моя, что происходит? - невысокий полноватый господин кубарем скатился по широким ступеням навстречу гостям. - Как вы ведете себя?
       - Прости, папа. Познакомься, это сэр Крэсби - путешественник из Лорилье. В наших местах проездом. Он оказался настолько любезен, что оплатил мне вот этого замечательного щеночка, когда оказалось, что Сара позабыла кошелек дома. А это мой отец - губернатор нашего города - сэр Гелон.
       - Очень приятно, - раскланялся Крис, исподтишка изучая губернатора и пытаясь понять, с какой стороны к нему лучше всего подступить. Время поджимало, как только стемнеет - агенты начнут действовать, в запасе оставалось всего несколько часов. - Чрезвычайно рад нашему знакомству!
       - Взаимно, молодой человек, - Гелон вполне дружелюбно поглядывал на гостя.
       - Я пригласила сэра Крэсби на обед; надеюсь, ты не против?
       - Конечно же нет, дорогая. Я рад гостям! Тем более что стол уже накрыт, ждали только тебя. Сара, распорядись-ка, чтобы поставили дополнительный прибор.
       - Конечно, господин...
       Гелон взял Криса под локоток.
       - А пока, мой юный друг, не удостоите ли вы меня чести подняться ко мне в кабинет? Пропустим по бокалу вина, а я расспрошу вас о новостях столицы...
       - Конечно, к вашим услугам.
       - А я пока устрою Пупса, - сообщила Амелия, уже успев окрестить своего щенка.
       Гелон повел Криса по лестнице наверх, мимо солдат, вытянувшихся по стойке смирно.
       - Прошу, нам сюда.
      Кабинет губернатора оказался скромной комнатой с лаконичной обстановкой: широкий письменный стол, карта во всю стену, диван, пара кресел для посетителей и книжные полки, заставленные толстыми фолиантами.
      - Проходите, присаживайтесь. Какого вина желаете - красного или белого?
       - Нет, спасибо, я не пью до вечера, - отказался Крис, оглядываясь. Кажется, момент выдался самый что ни на есть подходящий.
       Последние несколько минут юноша лихорадочно обдумывал, как бы прижать губернатора да выложить все начистоту, потом исчезнуть из дома, но так, чтобы после его бегства Гелон не валялся посреди комнаты без памяти, а мог сразу же приступить к своим непосредственным обязанностям.
       - А теперь давайте начистоту, - неожиданно сказал губернатор и обернулся к застывшему Крису, держа в руках заряженный миниатюрный арбалет. - Вы ведь, как я понимаю, вовсе не из столицы? Так кто же вы и что вам надо в моем доме? Отвечайте немедленно, или я убью вас! И не тянитесь к мечу, у меня реакция вполне приличная для моего возраста...
       Крис взвесил все "за" и "против". Выбор у него, конечно, был. Как бы ни хвалился губернатор своей реакцией, юноша успел бы отпрыгнуть в сторону, пропустив мимо короткую стрелу, и тогда уж губернатору никто бы не помог. Но что бы это дало? Ведь не за тем он явился в особняк. Пусть таким способом, но он передаст информацию. А дальше... дальше будет видно.
       - Хорошо, - кивнул он наконец. - Я расскажу все. Итак, три года назад меня продали в рабство на галеру "Альтария", принадлежащую радагарскому капитану Слитту...
       Он говорил долго, вдаваясь в малейшие детали происходящего. Иначе губернатор не поверил бы, не придал бы значения новостям - и не начал бы действовать. Крис, конечно, не упоминал о своем личном знакомстве с императором. Эта информация для ушей губернатора не предназначалась. Он рассказал о жизни на островах, о планах адмирала, в подробностях поведал все, что знал о численности кораблей армады, количестве пиратов на них, роли агентов... только о своей роли особо не распространялся, поведав лишь, что ему дико повезло, и он сумел бежать. А в дом пришел, чтобы предупредить, потому как у него к пиратам свои счеты. И что вовсе не арбалет влияет сейчас на его рассказ, а поведать правду - его собственное желание... только он боялся, что ему не поверят, поэтому и выдал себя за столичного гостя.
      Губернатор с каждым словом хмурился все больше, а когда Крис замолчал, еще долго вглядывался ему в лицо, стараясь таким нехитрым способом понять, лжет ли тот.
       - Все, что вы рассказали - чудовищно... - наконец сказал Гелон. - Если все это правда - мы обречены!
       - А гарнизон? - Крис не отводил взгляда от наконечника стрелы, направленной ему в грудь.
       - Гарнизон? Пятьсот человек. Мы не справимся. Город будет разорен...
       - Неужели ничего нельзя поделать?
       - Можно сопротивляться, но тогда этот ваш Слитт разозлится и разрушит город до основания. Я знаю пиратов, я воюю с ними всю свою жизнь!
       - Поймайте агентов, и у города появится шанс. Отправьте известия в столицу. Пусть пришлют подмогу.
       - Столица далеко - туда ехать трое суток, а военная колонна промарширует полторы недели. Мы не продержимся столько. Да и не до нас сейчас императору. Все войска стянуты к границе с Горавией. Со дня на день там полыхнет...
       - А соседи? Кто может прислать подмогу?
       Губернатор задумался.
       - Собственно, никто. Как только молва разнесет весть о нападении пиратов, все попрячутся за стенами и будут сидеть там, не высовывая носа.
       - Тогда единственный шанс - отправить гонца в столицу и ждать подмоги. Я готов отправиться за помощью и сделать все возможное, чтобы она подоспела вовремя!
       - Молодой человек, - губернатор опустил арбалет. - Не знаю почему, но я вам верю. Не подведите старого идиота, который, прожив столько лет, еще не разучился доверять людям. Я вас умоляю! Не за себя прошу - за дочь. Она чудесный человек, она должна, обязана жить дальше!
       - Я сделаю все возможное и невозможное. Войска придут вовремя! Если вы сумеете перехватить агентов, то моментально взять город у пиратов не получится, а двухнедельную осаду вы выдержите. Думаю, император не бросит вас в беде, это сильно уронит его репутацию.
       - Хорошо, - губернатор сел за стол и набросал несколько строк на листе бумаги, после чего запечатал письмо в конверт. - Возьмете на конюшне лучшую лошадь. В Лорилье отдадите это письмо графу Саксу - он знает, что нужно сделать. Удачи вам! И да хранит вас Создательница!
       Через двадцать минут из ворот города выехал всадник и галопом поскакал на северо-восток по новой дороге.
       А еще через несколько минут тревожно зазвонили колокола, призывая жителей на главную площадь. Колокола в столь неурочное время могли предвещать только беду.
       Жители обеспокоенно переговаривались между собой, городские ворота поспешно заперли.
       А всадник тем временем мчал во весь опор, погоняя гнедого. Впереди ждала столица и та, ради которой только и стоило жить - Дарина...
      
      
      Глава пятая
      В гостях у дона Карло
      
       Очнулся Джек от того, что ему безумно хотелось пить. Рот наполняла пустыня - бесконечная и беспощадная. Он даже застонать не мог, настолько все там пересохло. Зато глаза на этот раз открылись без особых проблем, и тело повиновалось своему хозяину.
       Он осторожно сел и осмотрелся. Небольшая комната с табуретом и сундуком в углу, постель, в которой он лежал - вот и вся обстановка. На сундуке лежали вещи, перевязь с ножами и меч. Рядом стояли сапоги. Джек неторопливо оделся. Боли не чувствовалось, оставалась только некоторая, не стоящая внимания, слабость.
       И еще легкое ощущение дискомфорта - где-то в боку, словно что-то стягивало кожу... Джек поднял руку и попытался посмотреть. Было очень неудобно, но он все же нашел, что искал. Шрамы - толстые, как веревки, заканчивающиеся на спине. Откуда они? Память отказывала, лишь смутные картинки мелькали перед глазами: чьи-то красивые глаза, гора... Да, гора! Драконы! Хоб! Что-то произошло, но что именно?
       Когда он натягивал камзол, взгляд его остановился на перстне, украшавшем безымянный палец правой руки. Перстень Виктора - тот самый! Но почему он не у своего владельца? И где сам Виктор? Что вообще происходит?
       Джек вышел из комнатки и попал в полутемный коридор. В конце коридора он заметил лестницу. По ней юноша медленно спустился на первый этаж и очутился в большом зале, заставленном массивными столами и тяжелыми лавками. В зале никого не было, но на одном из столов Джек углядел кувшин с молоком и тарелку каши.
       Первым делом парень напился - сразу стало легче. Затем в один присест уничтожил кашу. Даже если еда предназначалась не ему - не страшно. "Как-нибудь рассчитаюсь", - подумал Джек. Ему она сейчас нужнее, чем кому бы то ни было.
       Сил сразу прибавилось, Джек встал, широко потянулся - так, что захрустели кости, и впервые за долгое время почувствовал себя здоровым.
       Окон в трактире (а судя по всему, он находился именно в трактире) не имелось, свет исходил лишь от пары лампад, подвешенных в противоположных концах зала. Очевидно, когда постояльцев бывало больше, зажигали и дополнительные светильники, но сейчас хозяева довольствовались скудным освещением.
       Джек отыскал взглядом входную дверь, и, собравшись с мыслями, подошел к ней. Толкнул створки, приложив изрядное усилие - дверь оказалась тяжелой и прочной.
       В глаза ударило яркое горячее солнце, он зажмурился на несколько секунд, стараясь привыкнуть, а когда вновь обрел зрение, то увидел, что прямо от дома в разные стороны расходятся дороги. Трактир стоял на распутье. Воздух струился от жары, солнце висело над головой, нещадно паля все вокруг, а невдалеке, под навесом, за невысоким столиком сидели двое, мирно беседовали, кушали и что-то пили из небольших, выточенных из дерева чашек.
       В одном из сотрапезников Джек с облегчением признал дона Карло.
       Старый дон тоже заметил парня и приветственно махнул рукой. Джек поспешно приблизился и учтиво поклонился, приветствуя и дона, и второго человека - крепкого и сухого старика с грубоватым лицом, словно выточенным из камня.
       - Слава Создательнице! Джек, мальчик мой, ты проснулся! Познакомься, это почтенный Перек - хозяин сего славного заведения, приютившего нас. А это Джек - мой товарищ, который, несмотря на юные годы, уже успел достойно проявить себя.
       Перек поклонился в ответ и широким жестом предложил Джеку сесть за стол.
       - Для меня честь приветствовать таких гостей в своем скромном доме, - голос у него оказался глубоким и проникновенным.
       - Это мы благодарны тебе, почтенный Перек, и я не устану повторять это!
       - Дон Карло, прошу вас, оставьте благодарности. Для вас я готов и на большее! А вы, молодой человек, угощайтесь, чем Создательница послала!
       - Я, признаюсь честно, уже съел тарелку каши, там, в доме, - Джек не испытывал стыда, лишь легкую неловкость.
       Дон Карло расхохотался.
       - Вот что значит здоровый крепкий сон молодости. После него подчищаешь все, что найдешь, не правда ли, почтенный?
       - Истинно так, - согласился Перек. - Только теперь Шейла осталась без обеда, а она слишком скромна, чтобы сообщить об этом. Эх, пойду-ка я в дом, отыщу ее да скажу, чтобы поела. А вы пока поговорите, вам есть, что обсудить.
       Он поднялся из-за стола и неторопливо пошел к трактиру.
       - Налей себе вина, Джек, разговор нам предстоит долгий... - дон Карло не смотрел в глаза парню, и это настораживало куда больше, чем неопределенность.
       Джек налил бокал до краев и залпом выпил. Голова тут же с непривычки затуманилась, стало легко, зато Джек понял, что к разговору готов.
       - Так-то лучше, - дон казался довольным произведенным эффектом. - Спрашивай!
       - Что случилось? Где мы? Где все остальные?
       - Начинаю отвечать по порядку: на вершине скалы Зора спасла тебя, но при этом ей пришлось тебя ранить, иначе не получалось. А раны от когтей дракона, даже когда он в ином обличье, смертельно опасны для любого существа. Мы до последнего надеялись, что ты поправишься. Удивительно, что ты так долго сопротивлялся драконьему яду. Но все старания оказались напрасными, и даже лучшие врачи родного для сэра Виктора и сэра Носорога мира не смогли тебе помочь... Впрочем, врачи любого из миров могут лишь то, что им дозволено провидением...
       - Значит, это был не сон, - воскликнул Джек. - Я так и знал!
       - А что тебе снилось? - заинтересовался дон Карло. - Расскажи!
       - Мне снились голоса... Голоса людей, которые далеко. Я рассказывал о них - Ольга, Кирилл... И ваши голоса, всех, с кем я жил на острове - вы, Виктор, Носорог... Вы были рядом, совсем близко, но я не мог открыть глаза, чтобы вас увидеть, хотя очень старался... Даже чтобы посмотреть на Олю...
       - Мальчик мой, это был вовсе не сон. Ты впал в кому, как говорят врачи того мира, летаргический сон, при котором все твои органы работали, но сам ты находился в забытье. Я не знал, что ты мог нас слышать.
       - Я слышал, - задумался Джек. - Но не всегда...
       - Как видно, иногда ты пробуждался, или пробуждался твой мозг, активизируя органы слуха, но яд оказался слишком силен, и ты так и не смог выбраться сам.
       - А как же я тогда выздоровел? - удивился Джек. - Ведь я же сейчас разговариваю с вами, или это тоже лишь сон?
       - Нет, это уже не сон. Мы в нашем родном мире, совсем неподалеку от некогда принадлежавших мне земель. Ты перенес нас сюда!
       - Я? Но...
       - Послушай, - голос дона Карло стал очень серьезен. - Когда мы поняли, что надежды на твое выздоровление нет, сэр Виктор решил использовать одно очень важное и мало кому известное свойство перстня. Перстень умел лечить своего обладателя, но в твоем случае не помог бы и он. Поэтому сэр Виктор, чтобы исцелить тебя, создал между тобой и перстнем неразрывную связь. Теперь, пока он при тебе - ты будешь здоров, но если ты его утратишь, то вновь впадешь в прежнее состояние, либо же, в худшем случае, умрешь на месте. Мне очень жаль, Джек, но иного выбора у нас не было. Сэр Виктор пожертвовал ради тебя своим главным сокровищем, цени его поступок!..
       Сказать, что Джек был ошарашен - ничего не сказать. Он впал в шок, постепенно перераставший в панику. Да, теперь ему вспомнились и последние сны, и слова Виктора, соединившие его с перстнем.
       - Успокойся и выпей еще бокал, - посоветовал дон Карло.
       Джек послушался и, не задумываясь, выпил один за другим три бокала. Голова закружилась, но паника прошла, сменившись новыми вопросами.
       - Так как же мы здесь оказались?
       - Ты перенес нас в это место. Когда заклятье сработало, и перстень вернул тебя к жизни, ты произнес лишь одно слово: "Домой!" и вновь провалился в сон. На этот раз в крепкий сон выздоравливающего человека. Я полагаю, ты хотел попасть в свой родной дом, но я в тот момент держал тебя за руку, и, вероятно, мои желания повлияли на направление переноса. А принимая во внимание тот факт, что ты был слаб, а я полон сил и энергии, они оказались преобладающими, поэтому мы здесь - в часе езды от моих бывших владений. Извини, что так вышло. Я виноват перед тобой. Прошу простить мой бессознательный порыв, желание вернуться домой...
       - Дон Карло, да вы что! - Джек вскочил на ноги. - Это я должен просить у вас прощения. Ведь именно из-за меня мы бросили неизвестно где наших товарищей, и, может быть, они в беде и им требуется наша помощь?
       - У них все в порядке. Они у себя дома и, полагаю, в состоянии справиться со всеми делами самостоятельно.
       - Но ведь я даже не успел их поблагодарить! За все, что они сделали для меня! И там же была Оля...
       - Девушка провела подле твоей постели много дней. Она ухаживала за тобой, и мне крайне жаль, что тебе не удалось перемолвиться с ней даже словом. Но жизнь непредсказуема, и, может быть, когда-нибудь ты еще встретишься с ней при более удачных обстоятельствах.
       - Много дней?.. - услышал Джек. - Сколько же времени мы провели там? Как долго я был без сознания?
       - Несколько месяцев, друг мой. Прошло почти полгода.
       - Но у меня ведь перстень! - внезапно сообразил Джек. - Мы можем отправиться обратно к нашим товарищам! Так же, как попали сюда? Я должен лишь пожелать?
       - Боюсь, что все не так просто, - покачал головой дон Карло. - В прошлый раз после нашего перемещения перстень собирал энергию очень долго - все то время, что ты болел. Именно поэтому сэр Виктор сначала испробовал все возможные средства, чтобы тебя излечить. А сейчас ты перенес нас в Данадан, и, хотя затраты энергии на перенос двоих человек не столь уж велики, все же перстню требуется время на восстановление. Переброска на такие расстояния - очень сложная вещь даже для столь мощного артефакта. И не забывай, что он еще обязан поддерживать твою жизнь... Так что не требуй от него слишком многого. Придется довольствоваться обычными возможностями.
       - Я должен попасть в Лорилье! Я должен отомстить!..
       - Я знаю, - просто ответил старый дон. - И помогу тебе. А для этого нам придется посетить мои старые владения и навести там порядок!
       - Конечно, я всегда к вашим услугам!
       - Вот и хорошо, мой друг. Поешь, выпей и иди в свою комнату, набирайся сил, отдыхай. Некоторое время мы еще погостим у почтенного Перека и его племянницы. Ступай...
       Джек не посмел ослушаться и, прихватив с собой кувшин с остатками вина и крупный кусок мяса с подноса, вернулся в дом.
       Перек сидел за одним из столов и смотрел, как аккуратно кушает сидящая рядом с ним девушка с ярко-рыжими волосами.
       - А вот и наш постоялец - сэр Джек, - приветствовал его Перек. - А это Шейла, чей завтрак ты уничтожил.
       - Мне очень жаль, - смутился Джек, но Шейла мило улыбнулась в ответ и тут же потупила глаза.
       - Не беспокойся, тебе требуется много сил. Я смотрю, ты по достоинству оценил вино моего дома?
       - Оно бесподобно! - похвалил Джек.
       - Я рад, что наше угощение пришлось тебе по вкусу. Желаешь ли ты еще чего-то?
       - Нет, что вы. Я вполне сыт и даже немного навеселе. Вино у вас замечательное, бодрит и делает голову такой легкой!
       - Смотри, оно коварное. Впрочем, где мои молодые годы... Полагаю, дон Карло отправил тебя отдыхать? Слушайся же его советов. Он мудр и опытен. А Шейла позже заглянет к тебе и принесет все необходимое.
       - Благодарю вас, почтенный Перек, и вас, прекрасная Шейла, - Джек попробовал изящно поклониться, но вино дало о себе знать, и он чуть не упал на дощатый пол.
       Шейла захихикала, Перек невозмутимо кивнул в ответ, будто ничего и не произошло. Красный от смущения, Джек мигом взлетел на второй этаж по лестнице, и, оставив продукты на табурете, рухнул на постель. А через пять минут он уже крепко спал, и во сне видел и Олю, и зеленоглазую Зору, и даже веселую рыжую Шейлу.
       Джек проспал весь день, до самого вечера, и открыл глаза, лишь услышав странную фразу, сказанную негромким мужским голосом, которого он прежде не слышал:
       - Приветствую тебя, Владелец!
       В комнате никого не было. "Показалось", - подумал Джек, как вдруг таинственный голос вновь заговорил:
       - Жду твоих повелений, Владелец!
       - Да что же это такое? - Джек сел в постели. - Кто здесь? Где ты прячешься?
       - Я не прячусь, Владелец, я на твоей руке.
       Джек в ужасе вытянул руки вперед и уставился на них во все глаза. Ничего особенного, ногти вот только подстрижены на редкость аккуратно, не как обычно, когда он просто обгрызал их или срезал лишнее ножом. Кто-то заботился о его внешнем виде, пока он лежал без сознания.
       - Что еще за шутки?
       - Никаких шуток, Владелец, я - Перстень!
       Джек растерялся.
       - Так ты живой?
       - Да, если мое существование можно так назвать, я - живой.
       - Но почему же Виктор не говорил мне об этом? И дон Карло ни словом ни обмолвился...
       - Они не знали и не знают, - в голосе Перстня почувствовалась улыбка. - Кстати, Владелец, ты можешь не кричать так громко, достаточно лишь мыслить четкими фразами, и я тебя услышу. Ведь и я общаюсь с тобой напрямую, а не посредством рта и языка. У меня их, как ты можешь убедиться, нет.
       - Это просто невозможно! - произнес Джек про себя, чувствуя, что помаленьку сходит с ума.
       - Возможно, Владелец, хотя и необычно, согласен. Я - эксклюзив! - Перстень негромко рассмеялся. - Никто не знал, что я живой, потому что никогда прежде никто, ни единая душа, не вступала со мной в такую близкую связь, как ты, хоть ты сделал это и не по своей воле, я знаю. Так что, скажу честно, я очень рад, что имею возможность впервые в жизни общаться с кем-то. Мой первый Владелец и Создатель мог меня слышать, но ему это было неинтересно и не нужно. И теперь можешь ты... Твоя жизнь зависит от меня - это так. Без меня ты бы уже умер. И теперь мы связаны с тобой, хотя тебя и не спросили, хочешь ли ты этого. Мой тебе совет: не сообщай никому, даже твоему старому наставнику, обо мне. Пусть это останется нашей тайной. Обещаю служить верой и правдой, если ты, в свою очередь, будешь временами беседовать со мной и объяснять некоторые вещи, которые я все никак не могу понять... У меня скопилось великое множество вопросов за столько лет одиночества...
       - А я точно умру, если сниму тебя?
       - Твоих собственных жизненных сил хватит лишь на несколько минут, в лучшем случае - полчаса, потом ты умрешь.
       - И ничего нельзя сделать?
       - Нет, теперь мы связаны навсегда.
       Значит, дон Карло сказал правду. Но он жив - и это главное, а с остальным можно разобраться позже, тем более что Перстень оказался вполне приятным собеседником.
       - Спасибо за комплимент, Владелец!
       - Ты можешь слышать все мои мысли? - рассердился Джек. Осознание, что отныне у него не может быть никаких тайн, неприятно кольнуло.
       - Сейчас - да, я слышу все, о чем ты думаешь. Но позже я научу тебя, как закрывать свой разум, как ставить действенные блоки, и ты сможешь защищать собственный разум от кого угодно, даже от меня.
       Джек обрадовался: значит, не все так уж и плохо...
       - Послушай, как мне называть тебя? И как получилось, что ты живой?
       - Зови меня просто - Перстень, или, если желаешь, называй сокращенно - Перс.
       - А меня называй - Джек, хорошо? А то когда ты говоришь: "Владелец, Владелец", мне становится не по себе.
       - Хорошо, владелец Джек, я понял тебя. А теперь один совет: я слишком ярок и красив, и потому бросаюсь в глаза каждому. Многие захотят отнять меня у тебя.
       - А что же делать?
       - Мне нужно изменить форму. Для этого закрой глаза и сосредоточься... Мысленно представь меня!
       Джек сделал так, как попросил Перс. Сначала было сложно, но потом, словно кто-то помог ему, картинка появилась четкая, будто он и не закрывал глаз.
       - Хорошо. Теперь смотри - я меняюсь, золото превращается в обычное олово, голова дракона исчезает, я становлюсь гладким, самым обычным, ничем не примечательным - простая безделушка, каких много... Отлично! Можешь открывать глаза!
       Джек послушался и посмотрел на свою руку. Перстень исчез. Вместо него палец украшало невзрачное колечко, цена которому - пара медных монет.
       - Ты всегда можешь вернуть мою прежнюю форму, если пожелаешь. Ты обладаешь властью надо мной, ты можешь даже разрушить меня, уничтожив мою суть, но тогда погибнешь и сам.
       - Да зачем мне тебя уничтожать? - удивился Джек.
       - Мало ли? Мое дело предупредить.
       - А почему ты раньше со мной не заговорил, с утра?
       - Решил, что нужно дать тебе время прийти в себя, оправиться от слабости. Но я постоянно получаю энергию и передаю ее тебе. Так что скоро ты поправишься совсем.
       - Спасибо тебе...
       Перс рассмеялся.
       - Знаешь, в моих интересах помогать тебе, я вовсе не хочу вновь остаться без собеседника.
       - Дон Карло говорил, что энергию для переноса собирать очень долго. Это так?
       - Да, он прав. Если ты захочешь совершить прыжок в тот мир, где остались твои друзья, ждать придется долго. Ведь я собирал энергию много лет, иначе вы не смогли бы переместиться все вместе.
       - Как? - удивился Джек. - Ты говоришь про поселок? Но ведь на острове не было магии? Как ты мог собирать энергию?
       - Энергия там была, я мог ее аккумулировать, а вот использовать - нет. Драконы установили жесткие ограничения, я все время находился словно в полусне, и проснулся лишь когда вы оказались на вершине горы.
       - Понятно, - задумался Джек. - Значит, с прыжками в другие миры придется повременить...
       - Да, ты прав, такое количество собирать долго, а вот для прыжков в пределах этого мира нужно не столь много сил. А сейчас ступай вниз, там в данную минуту происходит крайне интересный разговор...
       - О! Ты слышишь сквозь стены?
       Перстень скромно ответил:
       - У меня много талантов...
       Очень хотелось есть, но Джек, послушавшись Перса, решил перекусить позже и, мигом промчавшись по коридору, спустился в общий зал, который разительно переменился с утра.
       Еще на втором этаже, едва покинув свою комнату, Джек услышал мощный гул голосов, а войдя в зал, обнаружил, что тот забит до отказа незнакомыми людьми. Все вооруженные, они очень громко разговаривали, скорее, даже кричали, стараясь, чтобы именно их голос услышали все.
       - Атаковать! Немедленно атаковать! Он должен ответить!..
       - Может, он ни при чем? Кто знает? Надо писать королю, пусть примет решение.
       - Мы сами должны его принять! Мы не мальчики, и можем постоять за честь нашего брата, нашего друга!..
       Джек взглядом отыскал дона Карло, сидящего за столом в дальнем конце зала, и, ловко протискиваясь между людьми, двинулся в его сторону.
       - Смерть дону Руфу! Смерть предателю!
       - А если он невиновен? Как вы тогда ответите перед королем?
       - Ничего, как-нибудь да ответим!
       Наконец Джек достиг дона Карло, тот кивнул ему на место рядом. Напротив за столом сидели еще трое: лысый старик в дорогих доспехах, широкоплечий светловолосый юноша и мужчина лет сорока, внимательно осмотревший Джека с ног до головы.
       - Это мой воспитанник - юный дон Джерси, мы познакомились при весьма печальных обстоятельствах. Впрочем, об этом в другой раз, - дон Карло бросил на Джека короткий взгляд, и тот понял сразу - противоречить истории старого дона не стоит. Раз теперь он дон Джерси, пусть так и будет.
       Джек элегантно поклонился и сказал:
       - Благородный дон Карло многому научил меня, и я присутствую здесь лишь благодаря ему.
       - Да, - светловолосый юноша поднялся на ноги. - Мы все рады здесь находиться! О доне Карло ходят легенды в наших землях, и когда он пропал, а дон Руф занял его замок... мы не знали, что и подумать... Но все бумаги были в порядке! Кто же мог предположить?..
       Понятно, догадался Джек. Речь идет о том, чтобы вернуть дону Карло принадлежащие ему по праву земли. Только вот зачем же он собрал столько людей? Не лучше ли действовать более тайно, хотя бы поначалу?..
       - Твой учитель - умный человек, - прошептал Перстень. - Он знает, что делает...
       Дон Карло поднялся на ноги, и все вокруг постепенно смолкли.
       - Дон Лорки, - кивнул он светловолосому, - дон Урд, дон Хьюго и все остальные друзья, я чрезвычайно признателен вам за то, что вы собрались здесь по первому моему зову! Почти все из вас знают вкратце мою историю, но для тех, кто не слышал подробностей, я расскажу еще раз. Однажды я предоставил кров одному человеку, назвавшемуся лордом Бейзилом, родом из далеких северных стран. Тогда я не знал, что его цель - один из предметов моей коллекции, и, как только он его получил, то тут же попытался уничтожить меня. К счастью, мне удалось бежать. Бежать очень далеко, и все эти годы я не мог вернуться в родные земли. Что происходило тут, я не знаю. Почтенный Перек рассказал мне, что через некоторое время дон Руф заявил права на мои владения и будто бы даже показал некие бумаги о передаче собственности, якобы подлинные. Так вот, я открыто заявляю вам - это ложь! Я никогда не передавал ему прав на мои земли. Дон Руф - хитроумный авантюрист, а бумаги, даже если они подписаны королем, получены обманным путем. Ведь короля тоже могли ввести в заблуждение!..
       По мере того, как дон Карло говорил, люди мрачнели все больше и больше.
       - Дон Руф не отдаст замок без боя, - дон Карло внимательно осмотрел всех собравшихся и продолжил: - Я предъявлю ему ультиматум! Заявлю претензии на собственные владения! Конечно, при вашей поддержке, друзья мои! Пусть докажет, что земли принадлежат ему. Завтра с утра мы встретимся вновь и отправимся в мой старый замок. Что скажете?
       - Это правильно, - высказался один из донов. - Пусть дон Руф попытается доказать свои права. Я согласен идти с вами, дон Карло!
       - Я тоже согласен...
       - И я...
       - Верно говорите, пойдем с самого раннего утра...
       Дон Карло поднял руку и коротко поклонился присутствующим.
       - Спасибо вам за поддержку в такой нелегкий час. Итак, до завтра! А теперь угощайтесь, друзья, чем Создательница послала! Вы - мои гости!
       Доны одобрительно зашумели, Перек прикатил одну за другой несколько бочек с вином, на вертеле уже поджарилась свиная туша, а Шейла только и делала, что помогала наполнять кубки и кружки.
       Джек недоумевал. Если завтра предстоит столь сложный день, зачем нужно спаивать союзников-друзей? Не лучше ли всем разойтись по домам, а завтра, со свежими головами, собраться для решительных действий?
       Он озадаченно взглянул на дона Карло, но тот слегка улыбнулся: дескать, все идет по плану. Джеку оставалось лишь смириться и ждать окончания пиршества. Но лишь он потянулся за кружкой, как дон Карло в тот же миг оказался рядом и произнес так тихо, что услышал лишь Джек:
       - Вино не пить. Можешь слегка подкрепиться, но не объедайся.
       И тут же отошел в сторону. Значит, что-то намечается. Раз отдали приказ не пить - что-то серьезное, а не простые разговоры.
       Джек попросил у Шейлы тарелку и, как советовал дон Карло, немного перекусил, а потом сел в сторонке на лавку и остаток вечера наблюдал за гостями.
       Доны напились достаточно быстро: похоже, им было не привыкать. Не прошло и часа, как за одним из столов уже раздавался мощный рев, который доны считали песней. За другим - громко спорили, но до драки пока не доходило. Вино лилось рекой. Доны веселились!
       А Джеку стало интересно - никогда еще он не присутствовал, как равный, в такой знатной компании, но, как ни странно, веселье ему наскучило достаточно быстро. Тем более что все его мысли занимали загадочные планы дона Карло.
       Перстень молчал, а больше поговорить Джеку было и не с кем. Оставалось лишь сидеть и смотреть по сторонам. Так прошла еще пара часов, когда, наконец, дон Карло поманил юношу за собой.
       Они быстро поднялись на второй этаж и зашли к Джеку в комнату. Дон Карло оглянулся и, убедившись, что за ними никто не следует, плотно прикрыл дверь.
       - А теперь о главном, мальчик мой. Как ты себя чувствуешь?
       Джек прислушался к внутренним ощущениям и уверенно ответил:
       - Я полностью здоров!
       - Замечательно; я знал, что перстень поможет тебе излечиться. Кстати, где он? Не снимай его с пальца ни в коем случае!
       - Да, собственно, вот он, - Джек показал незамысловатое колечко, в которое обратился красавец-перстень.
       Дон Карло посмотрел на парня, будто впервые видел.
       - Не знал, что у тебя столь большие способности. Трансформация - это очень сильно!
       - Вы же сами говорили, учитель, что мы с ним связаны!
       - Может быть, это скорее исключение для тебя?.. Впрочем, я позвал тебя не за этим. Нам предстоит трудная ночь. Объясняю вкратце: ты слышал речи, что велись внизу, слышал, что именно я предложил донам. А теперь главное - нам нужно проникнуть ночью в мой старый замок и совершить две вещи. Первое: мы должны узнать, кто из донов на стороне Руфа - они обязательно отправятся к нему, чтобы рассказать обо мне. И второе: нам надо похитить фальшивые бумаги Руфа, а еще лучше - и его самого. Иначе нам придется очень непросто. Осадить замок мы не сможем - у нас недостаточно людей, а благородным донам долгосрочная осада надоест крайне быстро, и они уйдут. Не все мои слуги предали меня, большая часть даже не ведает о том, что со мной произошло на самом деле. Думаю, как только мы изгоним дона Руфа, я быстро наведу порядок в своих землях.
       - А как же мы проникнем в замок? - спросил Джек. Остальное он понял - план дона Карло отличался краткостью и логичностью. Перстень оказался прав - старый учитель знал, что делает.
       - Об этом не беспокойся, я - хозяин этого замка, я знаю тайные проходы. Вряд ли дон Руф отыскал их.... По ним мы проберемся внутрь. Выступаем через полчаса, подготовься!
       А вскоре они уже мчались на лошадях, оседланных старым Переком. Дон Карло был мрачен и собран. От исхода сегодняшнего вечера зависело его будущее. Джек это прекрасно понимал и с разговорами не лез: когда придет время, учитель сам расскажет все, что необходимо знать.
       Дон Карло мчался вперед, не жалея коня и даже не оглядываясь, полностью погрузившись в свои мысли. Джек старался не отставать. Местности он не знал и запросто мог заблудиться.
       Не прошло и часа, как лес стал редеть, и вскоре в просвете между деревьев Джек увидел замок.
       - Прибыли, - объявил дон Карло и, словно пятнадцатилетний, ловко, соскочил с коня. - Оставим лошадей здесь, дальше пешком...
       Они шли, пока дон Карло не подал знак остановиться, и Джек наконец смог рассмотреть цель их пути.
       Замок строили по всем правилам. Шагов за сто вокруг полностью вырубили лес, высокую стену опоясывал ров, а подвесной мост через него уже подняли на ночь. Да, сходу такой замок не взять, тут требовалась либо долгосрочная осада, либо хитрость...
       - Смотри, осторожнее. Не высовывайся, а то охрана заметит, - предупредил дон Карло. - Нам надо немного подождать: предрассветный час - он самый удачный для таких вылазок. Бдительность у солдат падает, к тому же, скоро смена караула... После нее и пойдем.
       Джек сел на землю, прислонившись спиной к дереву, и через несколько секунд уже дремал - все же сказывались последствия болезни, а может, Перстень усыпил своего нового владельца на время... Но проснулся Джек сразу же, лишь только дон Карло коснулся его плеча.
       - А вот теперь пора... Объясняю задачу: внизу, во рву, есть потайной ход. Придется ров переплыть, а потом и нырнуть - в ход. Плыть далеко, так что береги силы и дыхание. Потом мы попадем в подземный туннель, а выйдем из него в погребе для припасов. Дальше разделимся. Мне нужно успеть забрать кое-что... А ты со всей осторожностью иди прямиком в мои бывшие покои - они находятся в угловой башне. Там и встретимся. Постарайся оставить Руфа живым, он нам еще пригодится. Но самое главное - бумаги! Если мы их найдем и уничтожим, то официально земли вновь станут моими, а наш король не рискнет связываться с местной знатью. Его явно предупредили в свое время, сообщив, что я вскоре исчезну и проблем не создам. Так что... Вопросы имеются?
       - План помещений?
       - Смотри, - дон Карло подобрал ветку, валявшуюся на дороге, и начал рисовать прямо на земле. - Значит, мы выйдем вот тут... А попасть надо вот сюда...
       Джек запомнил схему легко, с первого раза. Гораздо сложнее будет сориентироваться на месте. Замок громаден, и рисунки в пыли не могут полностью передать всю систему расположения помещений, да и охраны там достаточно. Но тем не менее, он ответил уверенно:
       - Мне все понятно, я сделаю.
       Джек скинул на землю лишнюю одежду, мешающую движениям, оставил обувь: босиком - оно все же сподручнее, проверил перевязь с ножами, чтобы не соскользнула. Меч доставлял определенные неудобства, но куда же без него? Ничего, вполне по силам!..
       К воде спустились, следуя советам дона Карло - в очень удобном месте, пожалуй, единственном, которое не просматривалось со стены. По стене этой, в соответствии с уставом, расхаживали часовые, и, заметь они подозрительное движение, тут же подняли бы тревогу.
       Дон Карло плыл, гребя одной рукой: в другой он удерживал над головой мешок с вещами, запасливо взятый у Перека, а меч приспособил на перевязи за спиной. Джек последовал его примеру. Плыли они медленно, стараясь даже не плеснуть, а вода за ночь успела остыть.
       - Тут у меня прежде рыба водилась зубастая, - негромко произнес дон Карло. - Жрала все подряд - жуть! Надеюсь, вымерла...
       После этих слов Джек прибавил темп, и уже через несколько минут достиг стены.
       - Нам вот сюда... А теперь вдохни и выдохни несколько раз. Так, молодец. Теперь еще глубокий вдох - и за мной! Главное, не отставай.
       Джек послушно вобрал в себя воздуха, сколько мог, и нырнул вглубь, вслед за доном Карло, который уже плыл где-то впереди. Джек плохо видел его в мутной воде, но все же ухитрялся как-то не отставать. Юноша плыл и плыл, а когда легкие потребовали нового вздоха, дон внезапно куда-то пропал. Джек сначала перепугался, а потом понял - и устремился вверх. Каменный свод над головой кончился, и парень вынырнул, оказавшись в небольшом заливчике - несколько шагов в обе стороны.
       Дон Карло уже вылез на узкие ступени, и, торопливо достав вещи из мешка, одевался, поеживаясь.
       - Я же говорил - о ходе не знают. Вон, решетку не поставили. А то бы туго нам пришлось...
       Джек быстро переоделся в сухое: к счастью, вода не попала внутрь мешка. Дон Карло уже стоял рядом, собранный и серьезный.
       - Друг мой, удачи! Встречаемся, где договорились. Я верю в тебя. Вперед!
       В коридорах царило белюдье, лишь изредка попадались охранники, которых юноша без труда обходил. Тем более, солдаты не ожидали этим вечером ничего особенного и несли службу, не слишком себя утруждая. Джек скрывался в нишах, пропуская их мимо. Никто его не замечал и заметить не мог - он полностью сливался со стеной, не оставляя патрулю ни единого шанса. Учителя были хорошие, таких в этом мире не сыскать...
       Он прошел большую часть пути, изредка затаиваясь, чаще - просто отходя в сторону, и почти добрался до цели, как вдруг, внезапно, выскочил прямо на одинокого охранника.
       Вот тебе и скрытность, мелькнула у Джека мысль. А ведь сам виноват - мог бы лучше слушать ночь и ее сигналы.
       К несчастью, караульный держал свой меч в руке: пытался разрубить ночного мотылька, крутившегося над головой и, видимо, раздражавшего часового своими резкими, судорожными движениями.
       Мотылек был увертлив и ловок, и охранник постепенно зверел, а когда перед его взбешенным лицом появился подозрительный незнакомец, да еще и с оружием в руках, раздумывать и задавать вопросы он не стал.
       Солдат прыгнул вперед, на Джека, и нанес сокрушительный удар, после которого противники обычно на ноги не поднимались.
       Но удар был смертелен лишь по мнению самого охранника, а на самом деле - так себе: и слабоват, и неточен, но Джек специально подставил меч и вынудил врага отступить, а сам тут же обрушил целый каскад ударов, тесня противника. В скорости движений он не знал себе равных. Раны не беспокоили совершенно. Перстень помогал, как и обещал. Джек чувствовал прилив сил и злой энергии.
       Один из ударов настиг охранника - прямо в шею. Солдат упал в фонтане крови, а Джек шагнул дальше. Смерть этого человека не взволновала его. В красивые победы записывать не стоит - противник подвернулся простой и неумелый, а самого Джека слишком хорошо обучили, чтобы он хоть на миг усомнился в исходе поединка. Но он прозевал караульного, не услышал, а значит, по сути, проиграл. Сэр Виктор не одобрил бы даже мимолетной торжествующей ухмылки.
       Джек оттащил тело в одну из ниш и спрятал там, насколько возможно. Увы, он не мог так же спрятать и лужи крови. Пришлось все оставить, как есть, понадеявшись лишь на то, что всю эту красоту не обнаружат раньше времени.
       Следующие три поворота Джек прошел очень осторожно, прислушиваясь к шорохам, но никого не повстречал на своем пути. Дон Карло великолепно описал расположение комнат, и Джек прекрасно представлял, где находится. До цели оставалось совсем немного, и, если сам дон Карло не оплошает - что вряд ли, - то они очень скоро встретятся.
       Свою задачу Джек выполнил превосходно, дав старому дону все шансы, чтобы сыграть партию так, как тому хотелось.
       На сей раз солдат он услышал вовремя и притаился в нише, почти неразличимый в своей темной одежде. Мимо пробежали трое. Что-то происходило в замке! Может быть, дон Карло дал себя обнаружить? В любом случае, следовало поторопиться: еще пара минут, и солдаты могут наткнуться на труп своего товарища, и тогда поднимется общая тревога...
       Джек помчался вперед, ступая мягко и бесшумно. Поворот, второй, третий - слава Создательнице, никого!
       Еще поворот - и все. На месте. Вот она - дверь в старые покои дона Карло. Цель пути!
       В окрестных коридорах было все тихо, и Джек просто-напросто постучал в дверь, рассудив, что вреда это не причинит.
       - Войдите, - раздался приглушенный голос.
       Джек толкнул створки и шагнул внутрь.
       - Приветствую. Впрочем, понимаю, что вы вошли бы и без моего приглашения?
       - Совершенно верно, - кивнул Джек, оглядывая помещение. Внутри, кроме хозяина, сидящего за широким столом, никого не было. - Вы дон Руф?
       Человек кивнул.
       - Именно так. А вы, я полагаю, молодой друг дона Карло, прежнего владельца сих мест? Дон Джерси, если мне не изменяет память?
       Да уж, служба информирования у нынешнего владельца замка на уровне, подумал Джек. Видно, кто-то уехал еще до окончания пиршества в трактире, иначе каким образом Руф узнал о имени, впервые прозвучавшем только этим вечером?..
       - Честь имею! - кивнул Джек и прикрыл за собой двери, заперев их на ключ.
       - И мне чрезвычайно приятно, молодой дон, чрезвычайно... Вы присаживайтесь! Вина?
       - Нет, спасибо, я тут не за этим.
       - Да уж, не удивлен. Вам нужны бумаги и моя голова? Я - вот он, а бумаги лежат в секретере. Вы можете их взять в любой момент.
       Соблазн оказался велик, и подвоха Джек не видел. Дон Руф выглядел подавленным, неспособным на активные действия, и даже то, что он узнал Джека и был осведомлен о его цели, не выглядело сверхъестественным. Просто осведомители у Руфа работали хорошо.
       - Вы правы. Пожалуй, я возьму бумаги, - кивнул Джек и шагнул к секретеру.
       В ту же секунду откуда-то сбоку - Джек так и не понял, откуда именно - на него обрушилась сеть. Увернуться он не успел. Юноша упал, изо всех сил пытаясь высвободиться, но ничего не получалось.
       А из-за тяжелых портьер вперед выступили двое рослых солдат, еще двое выбрались из широкого дубового шкафа.
       - Все хорошо, дон Джерси, расслабьтесь. Из этих оков еще никому не удавалось освободиться без посторонней помощи...
       Джек не внял совету, он крутился и вертелся. Казалось, еще миг - и он обретет свободу... тщетно!
       Вот ведь дурень, - расстроился Джек, - поверил Руфу. А разве сложно было сообразить, что, если тот ждал гостей, не отдав приказа об усилении внешней охраны, то значит, приготовил ловушку для незваных посетителей?.. Вот ведь, самонадеянный болван!..
       - Я помогу, как только ты дашь приказ, Владелец... - напомнил о себе Перстень кратко и очень четко. - Но советую подождать. Посмотри, как будут развиваться события!..
       Джек согласился со своим недавно обретенным внутренним голосом, о котором он совсем позабыл, и затих на полу, спеленатый, как младенец.
       - Вот и отлично, мой юный друг; рад, что вы вняли голосу разума. А где же ваш наставник? Будем ли мы иметь радость лицезреть его лично этим прекрасным вечером... точнее, уже почти утром?
       - Непременно, - согласился Джек. Даже кивнуть он не мог: сеть, словно живая, оплела все его тело, сковывала любое движение. - Такую радость он вам доставит...
       - Славно-славно, значит, как рассветет, мы казним вас обоих. Ведь, как вы знаете, это преступление - ворваться во владения человека с целью убийства. А я, как владетельный господин и хозяин этих мест, не могу допустить столь явного беззакония на подвластных мне территориях, вы же понимаете? Сожалею, что столь молодая жизнь прервется в самом начале. А старика Карло, признаюсь честно, мне нисколько не жаль - он пожил достаточно, но вот ваша участь меня заботит.
       - В самом деле? - усмехнулся Джек. Ход мыслей Руфа стал ему предельно ясен - запугать, выманить информацию, по возможности перетянуть на свою сторону, сделав предателем. Ничего особого, сэр Виктор на своих уроках моделировал ситуации гораздо более интересные и сложные, с использованием логических связей третьего порядка.
       - Если хотите, я могу постараться сохранить вашу жизнь, мой дорогой дон Джерси, но для этого вам придется очень постараться!..
       Н-да... все, как Джек и предполагал, никакой выдумки. Как ребенок, честное слово! Что ж, раз тут в ходу столь примитивные методы, попробуем подыграть.
       - А что именно я должен сделать? Вы знаете, жизнь представляет для меня определенную ценность, и я был бы рад иметь возможность выкупить ее. Признаю, раз я попался в ловушку, то вы вправе казнить или миловать. Сам виноват...
       Джек, словно бы от величайшего волнения, прикрыл глаза, продолжая из-под ресниц внимательно следить за выражением лица дона Руфа. А тот открыто ухмылялся: с его точки зрения, дуэль он выиграл вчистую.
       - Что ж, скажу честно, меня радует тот факт, что вы не столь идеалистичны, как мне доложили, и обладаете здоровой жаждой жизни. Думаю, мы с вами поладим. А для начала, в знак ваших добрых намерений, расскажите мне, где именно сейчас находится дон Карло?
       - Он в замке, - Джек добавил в голос немного волнения. - Где точно, я не знаю, он приказал мне пробраться в его старый кабинет, и отправился куда-то по своим делам.
       - По делам, говорите? Это хорошо, это очень хорошо...
       В дверь постучали. Один из солдат повернул ключ, отпирая дверь. В кабинет зашел невысокий человек в простых неброских одеждах, с поклоном подал дону Руфу широкий конверт, запечатанный сургучной печатью, и тут же вышел. Джек, как ни старался, все же не смог углядеть, чей герб украшал печать, а через мгновение дон Руф уже сломал ее, вскрыл конверт, достав оттуда единственный лист бумаги, и углубился в чтение.
       Читал он внимательно, водя пальцем вдоль строк, затем перечитал письмо еще раз, поджег его от толстой свечи, стоявшей на столе, убедился, что листок полностью сгорел, и только после этого посмотрел на Джека, но уже совершенно по-новому. Парню этот новый взгляд очень не понравился. Что же содержалось в том письме?
       - Убить его! - неожиданно приказал дон Руф и для наглядности ткнул пальцем в Джека. - Сейчас же!
       Солдаты не нуждались в повторении приказа, мечи они держали в руках и синхронно шагнули к Джеку, занося оружие для ударов.
       - А вот теперь пора! - заорал во весь голос Джек, и Перстень понял его правильно. Сеть, сковывавшая движения, в мгновение ока вспыхнула лютым синим пламенем и сгорела, словно ее и не было, изрядно обжегши парня. Но сейчас это заботило юношу меньше всего.
       Джек ловко перекувырнулся назад, успев ударом ноги сбить с ног одного солдата, стоявшего ближе всех, и тут же вскочил с холодного каменного пола, приготовившись к бою.
       Солдаты замешкались. Такого они не ожидали, и это стоило им жизни. Одна из стенных панелей плавно отошла в сторону, и из потайного хода, словно ночной призрак, шагнула знакомая фигура с клинками в каждой руке.
       Дон Карло, хоть и являлся истинным знатоком и ценителем дуэльного кодекса, все же понимал, что сейчас ситуация к церемониям не располагала. Поэтому, недолго думая, он вонзил клинки в двух солдат по-простому, в спины. А Джек метнул нож, попав третьему солдату в глазницу. Все трое рухнули на пол, как подкошенные.
       Единственный уцелевший солдат, тот, которого так удачно Джек сбил с ног, вытаращился на них и, не делая попыток подняться, пополз в сторону.
       - Милейший, вам лучше не вставать, тогда, может быть, останетесь целы, - посоветовал дон Карло. - А еще лучше, если вы покинете это помещение. Немедленно!
       Солдат отбросил свой меч в сторону и, так и не решившись полностью подняться на ноги, на полусогнутых выбежал из комнаты.
       Джек тревожно взглянул на дона Карло.
       - Не беспокойся, все под контролем, - успокоил тот.
       Дон Руф так и не двинулся с места, все так же сидя за столом. Руки он демонстративно держал на виду, показывая, что оружия у него нет.
       Дон Карло, не обращая на него внимания, прошел к секретеру и достал несколько пергаментных и бумажных свитков, скрепленных замысловатыми сургучными печатями. Внимательно просмотрев их, он даже потрогал печати и лишь после этого довольно кивнул.
       - То, что надо! Дон Джерси, не будете ли вы так любезны и не уничтожите ли эти свитки тем же способом, коим вы справились с путами, пленившими вас?
       - Перс? - мысленно спросил Джек.
       - Сделаем, - ответил Перстень, и в то же мгновение документы вспыхнули, сгорая в огне. Дон Карло довольно кивнул, а дон Руф, прищурившись, смотрел во все глаза на Джека, и не понятно, чего было в его взгляде больше - ненависти, непонимания или страха.
       - Что ж, с этим покончено, - дон Карло подошел к столу и встал прямо напротив Руфа. - Теперь у вас нет никаких доказательств, что эти земли являются вашей собственностью, а так как я - законный владелец окрестных земель по праву рождения, то попрошу вас покинуть мой замок и более никогда сюда не возвращаться.
       Дон Руф кивнул и вышел из-за стола.
       - Подождите-ка, - вспомнил Джек. - Расскажите, что было в том письме?
       Низвергнутый владелец замка молчал.
       - Дон Карло, возможно, это очень и очень важно. Недаром, едва прочитав, он приказал убить меня. Там написали нечто крайне интересное, что касается меня напрямую!
       - Джерси, если вы считаете нужным, будем его пытать.
       Мысль, показавшаяся бы Джеку прежде чудовищной, не вызывала отторжения. Враг есть враг, и любые средства тут хороши. Принцесса в плену, возможно, ее уже много лет пытают, издеваются над ней, а этот человек что-то знает о происходящем. И если потребуется самолично испачкать руки, что ж, он готов...
       Дон Руф прочитал это на лице юноши, потому что передернулся и быстро заговорил.
       - Я все равно ничего не знаю. Мне пришло срочное указание от одного очень могущественного человека. Он приказал при первой же возможности уничтожить, не пытаясь захватить в плен, молодого человека по имени Джек, а также всех сопровождающих его лиц. А дальше шел список возможных спутников, в числе которых значился и дон Карло. Я сделал выводы, что тот, кто выдает себя за дона Джерси, является не кем иным, как искомым Джеком. Приказа от такой персоны я ослушаться не мог, хотя изначально не собирался вас убивать...
       Дон Карло с каждым словом хмурился все больше и больше, а когда Руф замолчал, задал единственный вопрос:
       - От кого пришло письмо?
       - От господина Хоба, Левой Руки Первого Пажа.
      
       *****
      
       - Все это очень и очень нехорошо, мой дорогой друг. Почему они так стремятся уничтожить именно тебя? Этого я не понимаю. Помнишь, Хоб говорил о гадании и предсказании? Я долго думал над этим, но так и не понял, чем ты так важен для них? Что такого ты можешь сделать, чтобы помешать их планам? Да и какие, собственно, у них планы? У тебя самого есть какие-нибудь соображения?
       Джек и дон Карло сидели в том же самом кабинете, где вчера произошли столь значимые события. Только дона Руфа рядом уже не было, он спешно покинул замок, а дон Карло посчитал нецелесообразным задерживать его.
       Никакого сопротивления солдаты замка не оказали, и поместье спокойно перешло в руки законного хозяина: просто, пока Джек пробирался к заветной комнате, дон Карло, знающий все потайные ходы, успел навестить несколько верных людей, которые моментально вновь встали под его знамена. Они уничтожили самых ярых сторонников дона Руфа, а большинство слуг отличалось удивительным безразличием, кто ими правит. Так что, без своих верных клинков, которых, к слову, оказалось не так и много, дон Руф заведомо проиграл сражение. Все оказалось проще простого, но, как понимал Джек, только потому, что дон Карло пользовался уважением своих людей, которые могли отдать за него жизнь и служили Руфу лишь постольку, поскольку дон Карло внезапно исчез.
       И подоспел старый дворянин на выручку Джеку как нельзя вовремя, и его помощь оказалась неоценима. Неизвестно, справился ли бы Джек сразу с четырьмя обученными бойцами, несмотря на все уроки сэра Виктора, Носорога и самого старого дона? Все-таки одно дело тренировки, а настоящий бой - это совсем иное, тут ошибки не прощаются. Впрочем, оставался еще Перстень, который тоже дорогого стоил....
       Прочие же благородные доны, собравшиеся, согласно уговору, на заре, и узнавшие от дона Карло, что все уже в порядке, и что владения возвращены законному хозяину, очень обрадовались. Радость их оказалась тем сильнее, что дон Карло объявил день открытых погребов и закатил великолепный пир с самого утра.
      Итак, все веселились. Лишь только Джек и сам хозяин замка покинули пиршественный зал, чтобы обсудить неотложные дела наедине.
       - Нет, учитель, я не знаю, чем заслужил особое к себе отношение. У меня нет ни малейших магических способностей, как у госпожи Дарины. И я не наследник состояния, имени или титула, каким был мой друг Кристиан... Я даже не дворянин! Поэтому происходящее мне удивительно даже в большей степени, чем вам.
       - Ну, давай без ложной скромности, мой друг. Да, ты не дворянин по праву рождения, но по духу ты выше многих и многих знакомых мне так называемых благородных людей с длинным списком именитых предков.
       Джек лишь понимающе улыбнулся в ответ. Пусть дон Карло и признает его душевные качества, но, в принципе, все равно, кто ты по бумагам, лорд или обычный свинопас, ведь, имея таких врагов, прожить долго все равно не удастся.
       - И тем не менее, - Карло словно прочитал его мысли, впрочем, Джек их и не скрывал, - я хочу, чтобы ты чувствовал свое благородство с полным на то правом. Вот, я тут подготовил некоторые бумаги. Прочти...
       Он вручил Джеку свиток. Тот развернул и принялся читать красивый, украшенный вензелями и фигурами текст:
       "Я, дон Карло, граф Кушанский, барон Шеронский, виконт Нерербуржский, нарекаю своим сыном с полным правом наследования всех моих земель, а также прочего имущества, с наследованием моих титулов после моей смерти, а при моей жизни правом полного владения фамильным имением Джерси, также принадлежащего мне, с правом называться доном Джерси..."
       Далее шло долгое перечисление имущества дона Карло и описание самого Джека, впрочем, весьма условное, которое он не стал до конца читать, настолько был потрясен.
       - Да, мой мальчик, теперь ты официально мой названный сын, что нисколько не умаляет достоинств твоего настоящего отца. Теперь ты - дон Джерси по полному праву, и значит - дворянин.
       Вот так в мгновение ока Джек превратился в благородного человека. Он встал на колени перед своим названным отцом, склонил голову и тихо произнес:
       - Благодарю. Это великая честь - стать сыном такого человека, как вы. Я клянусь не посрамить вашего благородного имени! И пусть моя жизнь будет тому порукой!
       - Встань, я принимаю твою клятву и верю, что ты будешь всегда честен и искренен в своих целях и стремлениях.
       Джек поднялся на ноги и увидел в глазах старого дона слезы. Карло отвернулся, а когда повернулся обратно, глаза его вновь были сухи, а голос тверд.
       - Ладно, вернемся к нашим делам. Данадан слишком далеко от Керидата и не участвует напрямую в событиях, происходящих там. Да и Горавия от нас отделена пустыней, поэтому наш король традиционно никого из них не опасается и их делами не интересуется. К нему за помощью обращаться бесполезно и бессмысленно...
       - Мне не нужна его помощь, - порывисто воскликнул Джек. - Я все равно отправлюсь домой. Не знаю, сумею ли я помочь госпоже, но я постараюсь. И еще, Калеб и Бейзил должны ответить за смерть Криса. Я обещал...
       - Чтобы добраться до самого императора, придется постараться. А уж лорд Бейзил - это еще более значительная фигура, уничтожить их будет непросто. И сейчас я не могу отправиться с тобой. Мне нужно навести порядок в своих землях. У каждого своя война... Поэтому вот что я предлагаю. Я проверил книги смотрителя. Оказывается, дон Руф успел скопить неплохой капитал за время моего отсутствия. Я дам тебе отряд надежных бойцов, расскажу о кратчайшем и безопасном маршруте и выдам достаточно средств, чтобы ты произвел фурор в Лорилье. Ты станешь наследником огромного состояния! Можешь швыряться деньгами направо и налево, шиковать, закатывать балы... все, что придет в голову! Имея деньги, ты попадешь в самые высокие круги общества. На несколько месяцев подобной жизни золота хватит, а за это время, думаю, ты сумеешь сориентироваться и решить, как помочь Дарине. И как отомстить...
       - Но как же приказ о моем уничтожении?
       - Я тут подумал и пришел к очень интересному выводу. О том, что мы с тобой связаны, император Калеб не знает вовсе, как не знает он о том, что ты вообще жив. Для него ты погиб, исчезнув в сундуке. Или, по крайней мере, пропал без вести. Лишь Первый Паж и его слуга Хоб в курсе дела, приказ Руфу пришел от них, а вовсе не от Калеба. Мы не знаем, чем именно ты им опасен, и почему вместо того, чтобы пленить тебя, как они хотели прежде, решено тебя убить, невзирая на последствия. Как и не знаем, что именно говорилось в том предсказании и каким образом выжил Хоб... Но мы знаем одно: Первый Паж и Калеб - враги. И информацией между собой они точно не делятся.
       - А как же тогда дон Руф занял ваш замок? Ведь именно лорд Бейзил вынудил вас бежать? А указания Руф получал от Хоба!
       - Этого я тоже не знаю. Возможно, у Пажа и Бейзила имелся особый договор между собой. Ведь некоторое время назад они действовали сообща. Да это и неважно, а важно то, что сейчас они враждуют, и Руф побежит жаловаться не к Бейзилу, а к Хобу. Но у Левой Руки сейчас масса иных забот, и я не думаю, что он будет пытаться вернуть замок своему проштрафившемуся слуге.
       - Я тоже пришел к подобным выводам, - не стал скромничать Джек, который все утро обдумывал ситуацию, прокручивая в голове все произошедшие события и толкуя их так и этак. - Калеб обо мне не знает, но это не значит, что он меня позабыл. Все же нам пришлось пережить вместе несколько приключений...
       - А мы тебя загримируем, мой мальчик, да так, что никто тебя не узнает, даже твой настоящий отец. Есть у меня в запасе один фокус, который поможет тебе полностью измениться, но в любой момент при желании ты сможешь вернуть себе подлинный облик. А чтобы фокус сработал как надо, придется тебе еще раз воспользоваться своим перстнем.
       - Кажется, я знаю, о чем идет речь. Я помогу, это не сложно. Имитационное волшебство! Мне оно всегда нравилось!
       Джек улыбнулся. Перстень был хорошим товарищем, уже много раз показавшим, что на него можно положиться. Впрочем - и Джек этого не забывал - сама его жизнь зависела от их связи.
       - Что ж, - уверенно сказал он, - я готов!

  • Оставить комментарий
  • © Copyright Шенгальц Игорь Александрович (igor_schonhals@list.ru)
  • Обновлено: 29/03/2019. 271k. Статистика.
  • Фрагмент: Фэнтези
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.