Логачев Владимир Герасимович
Отражение звезды

Lib.ru/Фантастика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Комментарии: 3, последний от 26/10/2011.
  • © Copyright Логачев Владимир Герасимович (logachev-vladimir@rambler.ru)
  • Обновлено: 19/04/2009. 284k. Статистика.
  • Сборник рассказов: Фантастика
  •  Ваша оценка:
  • Аннотация:


  • Владимир ЛОГАЧЕВ

      

    "ПОРОЮ МЫ НЕ ВОСПРИНИMАЕМ,

    ОТТОРГАЕМ НЕПОНЯТНОЕ НАМ,

    НО ЭТО НЕ ОЗНАЧАЕТ, ЧТО ОНО

    НЕ СУЩЕСТВУЕТ"

    ШОПЭНГАУЭР

      

    ОТРАЖЕНИЕ ЗВЕЗДЫ

      

    сборник рассказов

      
      
      
      
       СОДЕРЖАНИЕ
      
        -- Земля тревоги нашей
        -- Черный вторник
        -- Отражение звезды
        -- Настройщик
        -- Гектор
        -- В поисках сущности
        -- Грехи тяжкие...
        -- Чудик
        -- Голоса океана
        -- Таинство рождения
        -- Светлое братство
        -- Воспоминание о грядущем
        -- Погружение
      
      
      
       Земля тревоги нашей
      
      
       Он открыл глаза и, как сквозь густой туман, стало проясняться окружающее его пространство. Он обвел глазами комнату. Светлые стены без всяких украшений указывали на то, что это нежилое помещение. Все тело его сковывала вялая тяжесть. Он не мог оторвать руку от постели, хотел повернуть голову в ту сторону, где угадывалось окно, но шея, налитая свинцом, не повиновалась. Где он находится?.. Сон это или явь?.. Что с ним произошло?... Множество вопросов теснилось в пробуждающемся сознании... Мягкие шаги приблизились к его постели и тихий женский голос произнес:
       - Господин Свэнсон, вы слышите меня? - к его лицу наклонилось неясное очертание женской головы. Он нее исходило что-то свежее, похожее на цветущий луг - то ли фиалка, то ли ландыш... - Если вы слышите и понимаете меня, то закройте глаза. Это будет означать, что мы установили контакт.
       Он опустил тяжелые веки и через несколько мгновений снова открыл глаза. Лицо женщины над его головой приобрело более резкие очертания. Как будто фотобумага в проявителе - почему-то пришло на ум. А женщина прикоснулась ладонью к его лбу, потом обхватила запястье вялой руки и удовлетворенно произнесла:
       - Все оборачивается к лучшему... Я на несколько минут оставлю вас, Питер Свэнсон.
       Он не понял, к кому обращается женщина. Разве его имя Питер? Питер Свэнсон - чье это имя? Его размышления прервали шаги. К изголовью подошли трое - все в белых халатах и таких же белых шапочках. Мужчины с обеих сторон наклонились к его лицу, и один из них произнес:
       - Несколько дней назад вы попали в автомобильную катастрофу. Вы находились без сознания шестьдесят восемь часов. Вы помните, как это произошло?
       - Нет... - чуть слышно выдохнул лежащий, - ничего не помню...
       - А имя свое?...Фамилию помните?...
       - Нет, ничего не помню... - так же тихо прошептал он.
       Трое в халатах отошли в сторону и приглушенно стали обмениваться репликами. Слышались отдельные непонятные слова, кажется - латинские. Повторялось несколько раз слово "амнезия"... Мужчины в белой одежде снова подступили к нему с обеих сторон, просили пошире открыть глаза, направили в них тонкий луч света, через лупу всматривались в зрачки, слушали пульс...
       - Ваше имя Питер Свэнсон...оно что-то напоминает вам?
       - Нет... - слабо пошевелил губами лежавший на постели.
       - Все будет отменно, - успокаивали его мужчины, - так бывает почти всегда после травмы головы. Память постепенно вернется к вам... Только нужно выполнять все медицинские предписания. И не напрягайтесь, не торопитесь восстановить в памяти прошлое...Организм ваш молодой, здоровый - будем надеяться на мудрость природного фактора.
       Все трое вышли из комнаты, потом вернулась женщина. Она была молода, привлекательна, движения мягкие, пластичные. Низкий, с небольшой хрипотцой голос обволакивал и успокаивал...Женщина объяснила, что зовут ее Анэла, что она будет постоянно находиться при нем и Питер должен повиноваться ее указаниям... При этом она улыбнулась и предложила выпить горькую таблетку.
       Питер снова погрузился в глубокую дрему без сновидений. Он пробуждался, пил сок из рук Анэлы, принимал лекарства и опять отключался. Постепенно пробуждения его становились более продолжительными, тяжелые обручи сжимавшие прежде черепную коробку, заметно ослабили свое давление и к Питеру возвращалась потребность физических напряжений для рук и ног. Он пробовал подняться самостоятельно с постели и сесть. С первой попытки сделать это ему не удалось - закружились все предметы вокруг и он снова оказался в лежачем положении.
       С помощью Анэлы вскоре он перебрался на каталку, и его стали вывозить за пределы помещения. Анэла объяснила, что он находится в частной клинике, где лечились и отдыхали всего несколько пациентов. Клиника располагалась в небольшом двухэтажном доме, окруженном нетронутым цивилизацией реликтовым лесом. На горизонте высились горы с заснеженными вершинами, а сквозь деревья в низине просматривалась водная гладь озера. Он уже привык к тому, что его называют Питер Свэнсон. Анэла постоянно напоминала о требовании врачей не тревожить сознание, не травмировать память, постепенно возвращавшуюся к нему. Ежедневно Питер подвергался тщательному медицинскому осмотру. Никаких серьезных физических травм у него не обнаружилось, и скоро ему разрешили самостоятельно передвигаться. После долгого малоподвижного нахождения в постели мышцы ног и рук ослабли, и Питеру пришлось возвращать их к активной жизнедеятельности, в чем помогала ему советами Анэла. В отношении общего физического состояния у Питера все обстояло благополучно. Появился аппетит, он посвежел лицом, стал набирать вес. А вот с психикой... Когда он пытался заглянуть в свое прошлое, перед ним возникало неодолимое пустое пространство. Врачи успокаивали, внушали ему надежду, убеждали, что процесс выздоровления проходит в пределах нормы. Анэла ежедневно снабжала его определенной дозой сведений из его прошлого. Так он услышал от нее, что Питер Свэнсон - большой ученый, женат, имеет двух дочерей близнят, что жена его также занимается научной деятельностью... Когда он поинтересовался, почему же никто из близких не навещает его, Анэла замялась и ответила, что всему свое время. На другой день снова появились два уже знакомых ему врача. Они осторожно пытались подготовить Питера к сообщению, неожиданному для него:
       - Вы, господин Свэнсон, уже достаточно окрепли, чтобы адекватно воспринять печальную для вас новость. В катастрофе, где вы получили тяжелую травму головы, погибла вся ваша семья... В ваших документах на месте катастрофы было обнаружено это фото.
       Питер взял из рук говорившего небольшой снимок, где были изображены молодая женщина с миловидным лицом, ясным взглядом в окружении двух девочек на одно лицо, примерно, лет по десяти. Питер внимательно всматривался в изображение на фотографии, но ничего не сдвинулось в его сознании и душе. Врачи стали объяснять, что в его нынешнем положении эта фотография и изображенные на ней люди могут показаться незнакомыми ему и ничего не объясняющими. Так бывает при подобной травме. Но со временем он вспомнит своих близких, как и все свое прошлое. А сейчас ему вернут сохранившиеся личные вещи и документы.
       Через день Питеру предложили поехать на кладбище к месту захоронения его семьи. Сопровождала его Анэла, она же вручила ему большой букет только что срезанных темно-красных роз. Питер стоял у свежей могилы, где на скромном надгробии была вмонтирована под стеклом такая же фотография, какую ему вручили накануне - молодая светловолосая женщина в окружении похожих друг на друга девочек. Питер уложил цветы под фотографией и несколько мгновений стоял безучастный, стараясь вызвать в своей душе хоть какие-либо намеки воспоминаний и эмоций. В мрачном расположении духа он вернулся в клинику. А на следующий день к нему в палату наведался немолодой мужчина, с напомаженными гладко причесанными темными волосами, с пытливыми умными глазами за стеклами очков в роговой оправе. Мужчина излучал элегантность и предупредительность. Он представился адвокатом и сразу же приступил к делу:
       - Господин Свэнсон, вы пока еще не совсем здоровы и не можете самостоятельно решать множество возникающих банальных проблем. Попечительский совет нашего округа назначил меня поверенным в ваших финансовых и прочих делах. На данный момент вы достаточно обеспеченный материально человек, что позволяет вам находиться в этой дорогой клинике. К тому же вы обладаете солидной недвижимостью. Я имею в виду ваш дом с большим земельным участком, в котором вы проживаете. Но к этой теме мы вернемся позднее, когда вы сможете самостоятельно определиться в решении своих имущественных и финансовых вопросов. А сейчас, если вы не возражаете, маленькая формальность - необходимо подписать доверенность на мое имя.
       Он не возражал. Задумавшись на мгновенье, неуверенной рукой он вывел внизу на листке бумаги - ПЕТР САМСОНОВ.
       Где-то в сибирской глухомани за Уралом, в двадцати километрах от областного центра находился большой поселок городского типа. Он не был обозначен на географической карте и не имел названия. Почтовый адрес его был весьма странным "Таймыр- 2". Город был огорожен от внешнего мира трудно проходимой тайгой, к нему не были проложены шоссейные дороги, кроме железнодорожной ветки, которая связывала населенный пункт с областным центром и была в личном владении города. Еще был свой аэродром, принимавший воздушные суда среднего класса. Этот населенный пункт напоминал небольшой европейский город со всеми инфраструктурами. Обихоженный, удобный для проживания даже в суровую зимнюю стужу. Население его чем-то напоминало пришельцев из другого мира, мало похожих на задерганных, суетливых жителей современных больших городов. Они были неторопливы, немногословны, предельно корректны в общении. Они гордились своим городом, вписанном прямо в лесной массив, где сохранилась всяческая лесная живность, за исключением крупных зверей.
       Ровно в 8.00 предприятия и научные центры наглухо закрывали свои проходные, через которые в неурочное время можно было проникнуть извне или наоборот только по специальному пропуску. Обезлюдевший город на весь день замирал, лишь иногда молодая мамаша со своим малышом посещала гастроном, поликлинику или предприятие бытового назначения. В этом городе праздношатающихся людей не наблюдалось, здесь все были при деле, все находились на своем рабочем месте. Это был закрытый для посторонних глаз и посещений город, город ученых и высококлассных специалистов многих профессий. Стать жителем этого города считалось престижным. и много разных инстанций необходимо было пройти, прежде чем обретешь постоянный статус горожанина.
       Главный Ученый города, он же и негласный Главный Администратор дал указание помощнику собрать совещание по списку в 10.00. Минута в минуту Главный Ученый появился в малом зале для совещаний узкого круга лиц. Поздоровавшись, он уселся на Председательское место. Опоздавших, как обычно, не было. Главный Ученый обвел присутствующих взглядом усталых глаз за стеклами сильных линз и произнес тусклым голосом почти безразличным тоном:
       - На нашей фирме произошло ЧП. Находясь в зарубежной командировке на симпозиуме, исчез один из наших ведущих специалистов- физиков Петр Александрович Самсонов. На этот научный форум мы не направляли официальную делегацию. Петр Александрович выразил желание направиться туда в качестве наблюдателя, как частное лицо. Он намеревался выступить с информационным сообщением по теме симпозиума. Наш коллега исчез при непонятных, загадочных обстоятельствах вечером накануне дня своего выступления. Сопровождавший академика его помощник старший научный сотрудник Дмитрий Семенович Уткин утверждает, что Петр Александрович отлучился из гостиничного номера всего на несколько минут, чтобы купить в ресторане сигареты. Обеспокоившись долгим отсутствием своего научного руководителя, Дмитрий Уткин направился на его поиски. Не обнаружив Самсонова в ресторане, он обратился в администрацию отеля. Вместе с представителем местной службы безопасности они опросили работников и постояльцев, дежуривших у главного входа водителей такси. Поиски никаких результатов не принесли. Вот такая странная история произошла за рубежом с нашим коллегой. Может ли прояснить обстоятельства Главный специалист по кадрам и соблюдению режима объекта "Таймыр- 2"? Говорите сидя, Степан Георгиевич.
       Крупный мужчина, к которому обратился Главный Ученый был плотного телосложения, с трудом умещавшийся в кресле, с обритым наголо черепом и прикрытыми тяжелыми веками сонными глазами. Степан Фомичев вопреки своему внешнему, сугубо штатскому виду, был человеком всесторонне образованным со знанием нескольких иностранных языков, с цепким аналитическим умом, феноменальной памятью на лица, события и даты. Он сцепил пальцы рук, лежавших на столе, и поднял взгляд на самых посвященных, сидевших вокруг.
       - Вы помните? - обратился он к Главному Ученому, - я был против поездки академика Петра Александровича Самсонова. Моя докладная находится у вас в сейфе. После получения тревожной информации мы связались с МИДом, а те, в свою очередь, с посольством в данной стране. Поиски ведутся и по линии ИНТЕРПОЛА, но положение осложняется тем, что Самсонов не имел официального статуса и прибыл туда, как частное лицо. Мы не можем пока обратиться по правительственным каналам. Меня смущает тема сообщения, заявленная на этом симпозиуме академиком Самсоновым: "Ядерная зима", и экологические последствия для флоры и фауны планеты Земля в случае применения в локальных войнах ядерного оружия". Многие зарубежные государства и политики не допустят ознакомления мировой общественности с научными выводами академика Самсонова.
      
       В тот же самый день еще одно совещание узкого круга военных специалистов проходило в столице небольшого европейского государства. На окраинной улице города трехэтажный железобетонный дом, окруженный высоким забором, оснащенный видеокамерами наружного наблюдения и новейшими приборами, подавляющими возможность прохождения радиосигналов, был до предела напичкан электроникой, спутниковыми антеннами, невидимыми лучами, защищающими от внешнего воздействия. В одном из кабинетов под названием "Бункер", изолированном от внешнего мира настолько, что давал стопроцентную гарантию от утечки секретной информации, собрались военачальники самого высокого ранга, представляющие европейские государства. Все они были хорошо знакомы, некоторые дружили семьями. Но сейчас совещание носило строго официальный характер. Председательствующий генерал обвел строгим взглядом присутствующих и обратился к одному из них:
       - Господин Крамер, вы отвечаете за секретный отдел, самый ответственный отдел Союза. Ваши подчиненные, генерал, глаза и уши всей мощной военной машины. Как же могло случиться, что специалисты- аналитики не придали значения появлению этого академика?... Если бы его научные прогнозы стали достоянием общественности - это был бы настоящий атомный удар по нашим позициям. Под угрозой оказалась вся стратегическая концепция союза.
       Из- за стола поднялся средних лет, худощавый с сухим лицом аскета офицер. Он напоминал одного из врачей частной клиники, где находился на излечении Питер Свэнсон. Сейчас на нем нет белого халата, а торс плотно облегал военный френч, который он, вставая, одернул.
       - Я всецело принимаю критику в наш адрес, господин командующий. - ровным, спокойным голосом произнес генерал. - Нас сбило с толку то обстоятельство, что из этой страны на симпозиум не была аккредитована официальная делегация. Объект прибыл самостоятельно, как частное лицо. Лишь в последний момент стало известно о его прибытии. Содержание подготовленной для выступления информации мы получили накануне открытия симпозиума. Сразу же были приняты меры.
       - Наслышан о ваших мерах... Пресса, как сенсацию подает факт необъяснимого исчезновения русского ученого с мировым именем. В ход пошли политические домыслы, весьма похожие на истину... Грубая, топорная работа...
       - Альтернативного выбора не было. В каждом большом городе ежедневно происходят преступления, исчезают люди с целью выкупа или по другим причинам... Самое реальное - ученый предпочел свободу выбора и западную демократию... А сейчас он, возможно, скрывается от мести спецслужб своего государства... Несколько авторитетных печатных изданий завтра же вбросят эту версию... Читатели ее проглотят... У нас отработан и запасной вариант...
       - Это грязная история, от которой долго придется отмываться...в европейском городе, в центральном отеле исчез человек...каменный век...
       - Не беспокойтесь, господин Командующий... Вот другой вариант...в районе отеля в эту же ночь было обнаружено тело неизвестного мужчины лет около сорока, без каких-либо документов... Предположительно, неизвестный был убит с целью ограбления... По истечении сорока восьми часов, при отсутствии запросов о неизвестном, он был кремирован и захоронен на кладбище "Святых мучеников" под номером 47. В полиции остались для опознания кое- какие детали одежды...подлинные.
       - А каково состояние самого объекта?
       - После эвакуации из отеля и транспортировки объект был отключен. Свидетелей не было замечено...потом он был передан в руки наших специалистов. Все проходит по накатанной схеме. Небольшая пластическая операция лица и изменение рисунка на пальцах рук полностью исключают идентификацию с оригиналом. Сейчас проводится процесс дозированной информации для заполнения мозгового отдела памяти. Объект физически окреп, освоил свое новое имя...
       - Мне известно и о вашей дозированной информации.. - В голосе командующего угадывалась ирония, - объект вспомнил свое подлинное имя...
       - Это небольшой рецидив на уровне подсознания, - успокоил его генерал.
       Командующий легко поднялся из кресла и обратился к присутствующим:
       - Господа, через час я вылетаю за океан по известной вам проблеме. Члены Большой Коллегии требуют информации из первых рук. Можете не завидовать мне.
       В частной клинике, где находился на излечении Питер Свэнсон, жизнь проходила монотонно, в накатанном ритме. Питер обрел определенную долю свободы, если не учитывать постоянное не назойливое присутствие Анэлы. Она сопровождала его на прогулках, напоминала о времени приема пищи и лекарственных препаратов, требовала соблюдения режима с обязательным послеобеденным отдыхом. От послеобеденного сна Питер готов был отказаться, так как пробуждался с тяжелой головой. Но Анэла была неумолима и убеждала его, что для быстрейшего восстановления памяти необходимо проводить сеансы психотерапии. Эта несложная процедура заключалась в прослушивании больным мелодичной успокаивающей музыки. Музыка, действительно, оказывала благотворное воздействие на психику Питера. Организм расслаблялся и он погружался в сон. Сновидения были странного характера, они ничем не напоминали событий и людей из прошлой жизни. Он не догадывался, что музыка была закодирована и насыщена определенной информацией, которая подсознательно внедрялась в его память. Клетки головного мозга заполнялись новой информацией. Специалисты клиники могли гордиться своими научными изысканиями по моделированию новой личности практически с чистого листа.
       Сверхзвуковой, персональный самолет Командующего всего за три часа совершил прыжок через океан из Европы на Американский континент. В самолете командующего находились еще адъютант и пресс- секретарь военного Союза. Командующий был молчалив и сосредоточен, его ожидал нелегкий разговор. Члены Большой Коллегии были, по сути, некоронованными владыками мира. Им негласно подчинялись Президенты, Парламенты, видные Политики многих стран. Ни один военный конфликт не начинался и не прекращался без их ведома. Ведущие Демократические и Либеральные Партии получали от них финансовую подпитку, щедрость которой зависела от их послушания. Большая Коллегия организовывала финансовые и экономические кризисы в той или иной части света, разумеется, в своих интересах. Почти все средства массовой информации, включая международные телеканалы, плотно ими опекались и безропотно выполняли их волю. Командующий понимал, что исследования русского академика, если они станут достоянием мировой общественности, равноценны колоссальной силы военно-политическому поражению Запада. Зачем тогда нужно было устанавливать атомные мины по всему периметру размежевания военно-политических блоков, если, как доказывает русский академик, Европу никак не защитят эти заряды? В первую очередь подрыв мин уничтожит самих создателей этого оборонительного пояса... Если не сразу, то в течение самого короткого временного отрезка. Сотни миллионов тонн грунта и пепла с земной поверхности будут вброшены в пределы высших слоев атмосферы и, разносимые ветрами, перекроют доступ света и тепла от Солнца. Циркуляция воздушных масс, их постоянное перемещение постепенно накроют этой страшной пеленою все континенты и наступит вечная холодная ночь... Флора и фауна будут самоуничтожаться с чудовищной быстротой и скоро весь земной шар покроется черной ледяной коростой... Достаточно вспомнить исторический факт - извержение вулкана Кракатау, выбросившего в атмосферу сотни тысяч тонн пепла и дыма... Даже извержение этого единственного вулкана нанесло тогда непоправимый ущерб земной экологии и последствия этой катастрофы ощущались еще долгие годы...
       Такие размышления тревожили командующего перед встречей с членами Большой Коллегии, но он был человеком военным и мыслил другими категориями. Он знал, что войны уносят жизни людей. Это было закономерно. Другой вопрос - какова цена Победы и оправдывает ли она издержки войны?
       Самолет приземлился вдали от крупных городов, на краю незаселенного, выжженного горячим солнцем края. Этой взлетной площадкой пользовались только особые самолеты. Воздушная зона охранялась истребителями новейшей конструкции. Пара из них находилась в постоянной готовности, чтобы подняться в воздух и прервать полет любого незапланированного объекта. Аэродром не числился даже на картах военных ведомств. Он находился в личном пользовании Большой Коллегии, а обслуживание его осуществлялось специально вымуштрованной, тщательно отобранной командой. Высокая оплата услуг персонала гарантировала от утечки нежелательной информации.
       После приземления самолета, прибывшего из Европы, командующий и его спутники были приглашены в вертолет, который осуществлял регулярные рейсы в Особую зону. Она представляла собой оазис на берегу неширокой, но глубокой с быстрым течением холодной речки. Эту географическую точку для размещения штаб-квартиры Большой Коллегии выбирали тщательно и долго. После споров, экспертиз пришли к согласию и за один год в безлюдном прежде регионе появились причудливой архитектуры строения, которые отвечали самым изощренным потребностям человеческой натуры. В центре Оазиса находился похожий на космическую летающую тарелку главный корпус для заседаний Большой Коллегии - своеобразного Олимпа международного бизнеса. Кроме зала заседаний, здесь же были обустроены апартаменты для всех двадцати двух небожителей современного делового мира. Каждый член Большой Коллегии имел еще собственную резиденцию на территории Оазиса, архитектурно выполненную согласно с причудами и вкусами хозяев. Обычные коттеджи современного вида с парковой и спортивной площадками. Последние обычно пустовали в связи с преклонным возрастом их хозяев. Нашлись и чудаки, воплотившие свои детские мечтания в настоящие средневековые замки со всеми аксессуарами - рвом вокруг замка, заполненным водой, подъемным мостом и огромными, оббитыми железом воротами. Некоторые избранные остановили свой выбор на авангардных формах современной архитектуры - многочисленные кубы, в беспорядке установленные друг на друга соседствовали с острыми шпилями башен, отдаленно напоминающими готику. Хозяева этих строений могли позволить себе почти все блага жизни, только не были они властны над временем.
       Все двадцать два члена этого клуба были личностями самого высокого ранга в международной финансовой иерархии. Каждый из них владел несколькими десятками миллиардов долларов, вложенных в транснациональные корпорации, ценные бумаги, нефть, уголь, газ, в аэрокосмический бизнес, тяжелую индустрию, политику... Ни один Президент или глава Правительства любой страны не получал мандат на правление, если этому воспротивился хоть один член Большой Коллегии. На содержании этих людей находятся некоторые Правительства, сенаторы, депутаты, самые влиятельные телеканалы, радиостанции и авторитетные в политическом мире газеты, журналы не говоря уже об отдельных представителях пишущей братии.
       Большая Коллегия фактически исполняла функции мирового теневого Правительства и все члены этого клуба отчетливо осознавали свою силу и влияние. В основном это были люди третьего возраста, обремененные не только годами, но и многими недугами, которые невозможно излечить никакими финансовыми вложениями. Сегодня на Большой Коллегии председательствовал Фил Гарберт, ему было уже далеко за восемьдесят. Излишне худощавый, с голым, без единого волоска черепом, подвижным чисто выбритым нервным лицом и острым взглядом умных, холодных глаз. Одет он был, как и все избранные, в темный костюм с такого же цвета бабочкой на стоячем воротнике. Внешние ритуалы здесь соблюдались неукоснительно. Автоматически регулируемая температура создавала комфортные условия для работы. Перед креслом каждого члена Коллегии размещался небольшой рабочий столик с компьютером, компактная аппаратура связи со всеми континентами, блокноты и листы чистой бумаги. Из динамика невидимого для глаз раздался негромкий голос:
       - Самолет уже совершил посадку, сэр.
       - Немедленно доставьте гостя к нам. - тихим властным голосом отдал приказание Фил Гарберт.
       На вертолетной площадке прибывших ожидали трое мужчин в полувоенной форме.
       - Следуйте за мной, господин генерал. Только вы один. Ваших спутников направят в отель.
       У входа в главное здание их встретил еще один мужчина и вежливо потребовал:
       - Ваше личное оружие, генерал. - Таков порядок был установлен для всех посетителей без исключения.
       Скоростной лифт через несколько мгновений доставил генерала и сопровождавших в залу заседаний Коллегии. Генерал подготовился к серьезному разговору и с некоторой долей беспокойства шагнул за порог зала.
       - Добрый день, господа, - обвел он взглядом всех двадцать двух избранных. Некоторых он знал в лицо, но большинство присутствующих были ему незнакомы. В зале заседаний установилась неловкая пауза. Генерал ощутил на себе изучающие взгляды. Наконец, слева от него прозвучал тихий властный голос:
       - С прибытием, генерал Гровс. Проходите, усаживайтесь. - Фил Гарберт указал на кресло, которое было расположено так, что отлично просматривалось всеми присутствующими. "Как при допросе" - машинально уяснил свою позицию генерал.
       - Какова в Европе погода, генерал? Я не о политической погоде, о ней у нас отличная информация. Мы слышали - Европу затопили ливневые дожди?
       - Слухи эти несколько преувеличены. Старая Европа занята сейчас летними отпусками.
       - Теперь к делу, генерал Гровс. - Эти слова произнес Стивен Браух, небольшого роста мужчина, один из самых молодых избранных, если под эту категорию можно подвести почти восемьдесят лет. Браух страдал несварением желудка и сегодня он ощутил приближение очередного приступа. Потому его голос прозвучал несколько раздраженно. - Нас интересуют причины и последствия действий ваших спецслужб в связи с исчезновением русского ученого...
       Генерал Гровс поднялся из кресла и перечислил все известные события в хронологическом порядке.
       - А где сейчас находится этот опасный для судеб мира параноик? И в каком он физическом состоянии? - Вопрос был задан сидевшим справа от Гарберта благообразным на вид седым мужчиной с брезгливым выражением лица.
       - Можно считать, что его просто не существует, - ответил генерал, - он находится в закрытой клинике. У него новое имя, другие биография и память. Его внешние физические показатели, дактилоскопические данные не могут быть идентифицированными с исчезнувшим ученым. Есть и второй, запасной вариант - убитый в районе отеля грабителями мужчина, примерно сорока лет, неопознанный знакомыми и родственниками, по истечении сорока восьми часов кремирован и прах его захоронен в могиле под номером 47 на кладбище "Святых мучеников". Сохранились его некоторые личные вещи. Все строго по закону.
       - Но для чего нам тогда этот живой русский ученый, хоть и в новом физическом исполнении? - Это снова подал голос мужчина с брезгливым выражением лица.
       - Ну зачем вы так, Гарри? Мы же не людоеды, а христиане, - перебил Фил Гарберт своего коллегу. Он вспомнил, что уже во втором поколении его уважаемый род принял христианство, и сейчас он сам и вся семья являются примерными прихожанами протестанской церкви.
       - Я отвечу на вопрос, уважаемые господа. Дело в том, что указанный ученый последние годы работал над проблемой синтеза ядерной энергии. Его разработки были близки к завершению, и наши специалисты надеются восстановить его интеллектуальные способности в этой области. Если это удастся реализовать, то он будет работать на нашу команду.
       - Не знаю...не знаю...стоит ли нам спешить с продвижением этого проекта? - Подал голос еще один член Коллегии. Даже находясь в кресле, он возвышался на голову над своими партнерами. Слова говорившего с трудом протискивались сквозь челюсти и приобретали шипящий звук. - Вы представляете, господа, если на практике будет осуществлен этот так называемый управляемый термоядерный синтез? Отпадет необходимость в добыче и переработке углеводородных носителей, остановятся десятки тысяч шахт, рудников, останется на приколе нефтеналивной флот, замрут электрогенерирующие предприятия и прочие последствия... Вместо земного рая, который предполагается при возможности получения неисчислимого количества энергии почти из любого химического элемента, сотни миллионов безработных хлынут на улицы и будут требовать хлеба. А безудержный рост народонаселения на нашей планете, в условиях резкого улучшения комфортности жизни?... Никакими войнами мы не сможем остановить размножения примитивных народов... Эти катастрофические последствия вполне реальны и намного страшнее "ядерной зимы", которой нас напугал господин генерал... - закончил свой долгий шипящий монолог высокий мужчина. Затем подали голоса и остальные члены Большой Коллегии. Мнения и споры по выявленным проблемам были противоречивы, но страсти умело усмирял Фил Гарберт. Генерал Гровс, как прилежный ученик, стоял перед членами Большой Коллегии, которые, он ощущал, уже потеряли к нему интерес. Они рассуждали о зигзагах большой политики, преимущественно, в защиту своих личных интересов. А судьбы мира для них были не более, чем сиюминутная выгода мелких лавочников. С точки зрения здорового пятидесятилетнего мужчины вся эта старческая компания давно должна была покоиться в фамильных склепах. Многие из них, Гровс был хорошо информирован об этом, уже забронировали себе место в калифорнийском пантеоне, где замороженные в специальных прозрачных саркофагах, они надеются пролежать столетия, ожидая когда их вернут к земной жизни при помощи будущих медицинских технологий. Так мысленно рассуждал генерал, но на его бесстрастном лице эти мысли никак не отразились. Тем более, что ему придется еще выбивать финансирование для перехода на новые системы вооружения армий Военного Союза Европы. В итоге, генералу были обещаны крупные суммы за счет прижимистых правительств государств Старого Света. Но старцы приготовили ему и неприятную пилюлю:
       - Вы не надейтесь, генерал Гровс на вашу исключительность и безальтернативность. Вам не помогут ни прежние заслуги, ни высокие звания и награды, если вы будете подбрасывать нам шарады типа "ядерной зимы". Вы уполномочены решать такие задачи кардинально, без нашего участия! - Гровс молча проглотил выпад в свой адрес, вежливо попрощался и отправился в отель, где его ожидали спутники. А на следующее утро генерал со своим сопровождением за три часа перемахнул через океан.
       В штаб- квартире Военного Союза командующий принимал начальника секретных служб генерала Крамера.
       - Нам настоятельно рекомендуют завершить операцию "Я.З." Какие у вас новости, генерал?
       - Я регулярно навещаю нашего подопечного. Состояние его психики не внушает оптимизма. В прошлой жизни русский академик свободно изъяснялся на шести европейских языках. Сейчас с трудом осваивает английский и немецкий... Приходит в возбужденное нервное состояние, когда встречается с текстами, выполненными на кириллице. В отношении восстановления научной базы памяти - тут полный провал. Наши хваленые специалисты перестарались. Мое мнение - работа с этим объектом лишена перспективы, и на ней можно поставить крест.
       Генерал Гровс вспомнил предложение, подобное этому, одного из членов Большой Коллегии и поморщился, как от зубной боли.
       - Что вы? Что вы, Крамер?... Ведь мы же христиане, а не палачи... Продолжим наблюдение за объектом, но уже в других, менее комфортабельных условиях. Есть много приличных и недорогих закрытых заведений, где наш знакомый сможет завершить остатки своего земного пути...
       Через несколько лет в научном городке "Таймыр- 2" при участии руководства отмечали пятидесятилетие со дня рождения великого русского ученого Петра Александровича Самсонова. На этом торжественном, но совсем не радостном событии присутствовала и семья академика Самсонова - его супруга и тридцатилетний сын Иван, принявший научную эстафету у своего знаменитого отца. По прошествии нескольких лет со дня исчезновения за рубежом академика Самсонова никаких следов или намеков, объясняющий этот факт не было получено ни по правительственным каналам, ни от спецслужб. Коллеги вспоминали добрыми словами Петра Самсонова, его незаурядные научные достижения, исключительные личностные черты характера. Под большим портретом академика Самсонова кисти известного сибирского художника Главный Ученый заключил памятный вечер:
       - Сегодня мы отмечаем юбилей человека, который опередил свою эпоху на многие десятилетия. Научные изыскания академика Самсонова позволили миру не переступить грань самоуничтожения. Потому он попал под жернова жестоких сил...мы ничего не знаем о его судьбе... Я предлагаю вспомнить этого человека в его живой плоти, как нашего коллегу, супруга, отца...
       Воцарилась тишина, и взгляды всех обратились на портрет академика Самсонова. В это же мгновение сконцентрированный сгусток энергии через несколько часовых поясов достиг приземистого здания благотворительного приюта для хронических больных с нарушением психики. В вечерних сумерках сидевший на кровати с опущенной головой человек вздрогнул и поднял вверх лицо, на котором отразилось ожидание чего-то значительного. В его подсознании прояснились картины далекого детства...
       ...Он лежит, уютно укутавшись на своей постели, а над ним склонилось лицо матери:
       "Спи сыночек, баю-бай...
       Крепче глазки закрывай,
       А то серый волк придет,
       В лес Петрушу унесет..."
      
      
      
       Черный вторник
      
       В это памятное утро мне никак не хотелось оторвать голову от подушки, хотя, я это отлично помнил, предстояла важная встреча, которая могла изменить мое финансовое положение в лучшую сторону. И - на долгое время. Дело в том, что моя последняя разработка в области совершенствования компьютерного программирования заинтересовала одного крутого в этой области специалиста. Встреча была назначена на 12.00 в кафе "Римские каникулы".
       Вчера я немного "оторвался" в кругу друзей и потому голова была не очень свежая. Не то, чтобы я часто срывался "в пике". Можно с уверенностью утверждать, что я человек непьющий, или, точнее, редко употребляющий. Может быть из- за отсутствия привычки к этому занятию я проснулся в таком скверном расположении духа. А тут еще Чубайс вспрыгнул на постель и стал нагло орать мне в лицо, что хочет жрать. Я отвернулся от нахальной кошачьей морды и натянул одеяло на голову, но этот бандит перебрался на другую сторону постели и еще более истерично требовал завтрака. Чубайс - это единственный мой сожитель в квартире. Семейная жизнь моя дважды сложилась неудачно, чему содействовала и весьма была этому рада родная мать. Она была уверена, что не родилась еще женщина, достойная ее единственного отпрыска. Из этих семейных передряг я выбирался без особо ощутимых потерь. Со всеми брачными союзами и последующими разводами энергично справлялась моя мама. Я же не напрягался, занимал пассивную позицию, так что изменение семейного статуса не доставляло мне особых хлопот. И вот в свои 38 я остался один, если не принимать в расчет Чубайса.
       А появился в моей жизни кот год назад, когда сел на мель мой второй брачный чёлн. Возвращаясь вечером домой из своей научной конторы, я набрел на пороге квартиры на маленькое взъерошенное существо неопределенного черно- рыжего окраса. Существо истошно орало, тыкалось в мои ноги и не допускало к двери собственного жилища. Открыв дверь, я пытался войти в переднюю. Котенок путался в брюках, продолжая истерично орать, и неожиданно юркнул в раскрытую дверь. Я пытался найти чужака и выставить его за порог, но усилия мои были тщетны. Шельмец забился в какой-то темный угол за вешалку и затих. Решив позднее заняться поиском нарушителя, я поужинал и, раскрыв газеты, сел перед телевизором. Расслабившись, я совсем забыл о котенке, как вдруг мне на колени вспрыгнул маленький хулиган. И уже негромко, а жалобно и просительно замяукал, глядя мне в глаза: "Есть хочу, есть" - слышалось в его голосе... Жаль мне стало маленького бомжонка и кончилось тем, что я налил в блюдце молока, накрошил туда хлеба и поставил в кухне, решив завтра с утра по дороге на службу отнести беднягу подальше от дома. А наутро я торопился и не успел заняться поисками котенка, который, как я предполагал, знал о моем недружественном намерении и снова забился в какой-то угол. Я налил молока в блюдце, отломил в холодильнике половину котлеты, которыми меня исправно снабжала заботливая мама и убежал протирать штаны в опостылевшее мне НИИ, которое еще вроде бы существовало, но денежное вознаграждение своим сотрудникам вот уже который месяц не выделяло.
       Вернувшись вечером домой, я застал своего постояльца на пороге квартиры. Котенок кинулся ко мне, стал ластиться к ногам и одновременно выговаривать мне жалобным голосом: "Где, мол, ты пропадаешь весь божий день? Я истосковался, ты теперь моя мама и должен заботиться о голодном малыше"... Я выслушал его стенания, какая-то струна тренькнула в моей груди и кончилось тем, что я приготовил ужин на двоих. Потом мы уселись перед телевизором, я - с газетами, а он свернулся калачиком на моих коленях и запел умиротворенную лирическую песенку. Я размышлял о судьбе моего нового члена семьи и решил - пусть живет. Хлопот для меня не очень прибавится, а моя заботливая мама прокормит нас обоих. Я налил в тазик теплой воды, разбавил шампунем и искупал беднягу. Котенок сначала пытался вырваться из моих рук, но потом покорился судьбе и водная процедура прошла успешно. Я завернул его в полотенце и стал припоминать мужские кошачьи имена, ибо я удостоверился в его мужском происхождении. Когда котенок обсох, шерстка его оказалась на удивление шелковистой и пушистой. Я вспомнил, что шампунь, как обещала реклама, был насыщен керамидами, которые укрепляют волосы, придают им блеск и молодость... Окрас же его шерсти был необычен - почти черный, с продольными рыжими полосами. Потому мне пришло на ум имя Чубайса - такого же нахрапистого малого, как мой новый постоялец. Мама отнеслась к появлению в моей жизни Чубайса вполне лояльно - "пусть будет лучше кот, чем какая-то неряха, ничего не умеющая и не желающая ценить ее сына"... Чубайс также отнесся к ней снисходительно, так как понял, что с каждым ее визитом в доме появляется много вкуснятины. Коту, как и мне, по душе были мамины котлеты. Может быть от этих котлет, а может и от чего другого, кот день ото дня увеличивался в размерах, приобретал солидность. Его щеки округлились и морда стала, как говорится, просить кирпича. Через несколько месяцев Чубайс превратился в красавца - кота с лоснящейся шерстью, упрямым, самоуверенным характером и чувством собственного достоинства.
       Возвращаясь к тому памятному утру, когда неохота было оторвать от подушки несвежую голову, а Чубайс сидел у меня на груди, уставившись зелеными глазами и ворчал: "Все хозяева - люди, как люди, а ты до полдня валяешься в постели и не хочешь приготовить завтрак. Я бы сам сделал такую малость, но ты же понимаешь, что это не в моих возможностях"... Мне не хотелось возвращаться в непредсказуемый, суматошный мир... Я опустил ноги на холодный пол, поднялся с постели и стал нещадно шлепать себя по спине и груди ладонями. Я следил за собой, старался находиться в приличной спортивной форме и потому каждое утро обязательно занимался упражнениями по древней китайской системе "Цигун". Я разогнал застоявшуюся кровь по всем сосудам организма и немного согрелся. Сейчас, думаю, побарахтаюсь в прохладной воде и верну себе привычную бодрость. Но сегодня я ощущал что-то неладное. Когда я отправился в ванную и стал через нежелание плескаться в холодной воде /так я закаляю волю и воспитываю твердость характера/, мыло из моей руки выпрыгнуло, как лягушонок, и исчезло под ванной. Чертыхаясь, я пополз под ванну, долго ловил ускользающий обмылок и порядочно извозился. Таким образом процесс омовения пришлось начинать сначала. Во время всего этого действа Чубайс сидел на пороге ванной комнаты и глядел на меня насмешливыми глазами: "Какой ты неловкий, право"... Я взглянул на стену, где находились часы - десять утра, времени еще предостаточно. Я усилил звук радиоточки и стал вполуха впитывать новости, накопившиеся за прошедшую ночь...
       "Продолжается идентификация трупов обгоревших на большом пожаре...в Израиле завалили из вертолета известного террориста, он был в легковушке...процветающий бизнесмен расстрелян на пороге собственного жилища"... Еще было про взрывы, взятие заложников...Словом, весь бодрый набор наступающего дня. Окончились новости все- таки в мажорной тональности - известная кинодива появилась на элитной тусовке в платье, сшитом из стодолларовых купюр...
       Я, между тем, по аккомпанемент орущего кота "Жрать давай!" принялся за бритье. С некоторых пор я отказался от электрической бритвы. С моей жесткой щетиной "Жиллет" - лучше которой для мужчины нет...как будто под руку меня кто-то толкнул и результат - порез на подбородке и кровь, если не ручьем, то во всяком случае обильно капает на мой любимый халат. Еще раз вспомнил я все нехорошие слова, а заодно и Чубайса, который вертелся под ногами. Наскоро перекусив и натолкав рот ненасытного кота, я расслабился на мгновенье и вспомнил, что сегодня вторник. Не понедельник, а вторник. Почему же сегодня у меня все валится из рук? Вообще-то я не верю во все эти приметы: несчастливый понедельник, тринадцатые числа, знамения разные...Все это муть. Интеллигентному человеку стыдно поддаваться суевериям и бабским бредням... К тому же сегодня не понедельник, а вторник и у меня на туфле порвался шнурок именно во вторник - следовательно, нет никакой этой самой чепухи...
       Телефонный звонок прервал мои размышления и возню со шнурками - я просто связал узлом оба оборвавшихся конца. Звонила мама. Она сообщила, что днем забежит ко мне, принесет весенний супчик и мои любимые /Чубайса тоже/ котлеты. Я попросил, чтобы она по дороге купила хлеба и не забыла прижать дверцы холодильника стулом - кот наловчился самостоятельно открывать холодильник и наводить там свой порядок. Чубайс внимательно прислушивался к нашему диалогу. Он узнал голос мамы и плотоядно облизнулся.
       Заклеив пластырем кровоточащий подбородок и, освежившись своим любимым одеколоном "Только ты", я направился к двери, но кот перегородил мне дорогу: "Не пущу тебя сегодня никуда!". Я выслушал наглеца и чуть не силой отодвинул его от двери. Чубайс отчаянно сопротивлялся и громко возмущался. Я поразился поведению моего партнера по совместному проживанию. Что это угораздило его вести себя таким неподобающим образом? Но время поджимало и я захлопнул дверь перед носом орущего кота. Необходимо заметить, что Чубайс был весьма самостоятельным котом, с изощренным мышлением и непредсказуемым поведением. Еще в первые дни нашего знакомства я обратил внимание, что кот читает мои мысли и предугадывает действия. Во всяком случае, если ему необходимо было отлучиться для свидания со своими подругами, он находил любую щель и способ покинуть квартиру. Не раз возвращался он с серьезными царапинами на морде и прокушенными ушами, которые приобретал на рыцарских турнирах во имя прекрасных дам.
       "Не доставало мне еще сегодня застрять в лифте" - подумал я, но лифт благополучно достиг первого этажа и вытолкнул меня на крыльцо. Вдруг что-то просвистело у моего уха и шмякнулось в ногах. Я вздрогнул от неожиданности и поднял взгляд ввысь. На балконе третьего этажа стояла соседка - милая пожилая женщина и, воздев руки, охала: "Самый любимый мой цветок...цены ему нет...Я вырастила его из маленького черенка...представляете?" Я отлично представил, как этот любимый и бесценный цветок падает на мою голову вместе с горшком, и вспомнил почему-то Чубайса. Не зря ведь он тормозил меня у двери. Я отмахнулся от черных мыслей и взглянул на часы - до условленной встречи осталось всего- ничего... На перекрестке улицы, по зеленому сигналу светофора, я направился на противоположную сторону, где останавливался автобус необходимого мне маршрута. За спиной у меня что-то взвизгнуло и обдало жарким воздухом... "Как ты переходишь дорогу, козел? Или жить надоело?" - послал мне вслед негодующие реплики водитель самосвала. Он приоткрыл дверцу и еще выкрикнул несколько слов, не вписывающихся в официальную лексику. Я не понял, что произошло и вознегодовал. Ведь я переходил перекресток на зеленый, а машина совершала правый поворот и должна была уступить мне дорогу. Но это все теория, а "де факто" - я сейчас мог лежать расплющенный на асфальте и уже не мог бы доказать свою правоту... Я остановился и глубоко вдохнул загазованный воздух, стараясь унять невольную дрожь. Не слишком ли много стрессовых ситуаций у меня на сегодня?
       Тут как раз подкатил необходимый мне автобус и я попытался вместе с приличной группой пассажиров втиснуться в салон. Дюжий мужик припер меня острым углом чемодана к раскрытой дверце. Одна моя нога оказалась на ступеньке и еще удалось правой рукой ухватиться за поручень... Вся остальная моя личность осталась снаружи, когда автобус уже тронулся с места. Напрасно я старался ухватиться за стоящих впереди пассажиров...они брезгливо стряхивали мою руку. Подпрыгивая на одной ноге, я тщетно пытался состязаться в скорости с машиной... Кончилось тем, что я оказался выдавленным из салона на проезжую часть в нелепой на четвереньках позе, с оторванной от пиджака пуговицей и, слава богу, почти без травм, если не учитывать ушибов ноги и локтя и еще пары синяков...
       Отдышавшись, я решил больше не испытывать судьбу и потихоньку, оглядываясь по сторонам, двинулся к родному дому. На этот раз до своей квартиры я добрался без всяких приключений. На пороге меня радостным воплем встретил Чубайс: "мол, жив, слава господу!" Он стал тереться о мои ноги и напевать: "Все будет хорошо...все будет хорошо" - есть такой популярный хит... Подсчитав свои ушибы, синяки и потери, облачившись в любимый халат, я рухнул на диван и стал размышлять о нынешних своих злоключениях. Ведь сегодня не понедельник, не полнолуние, не тринадцатое число и нет выбросов на солнце... А Чубайс, усевшись на мой живот и устремив в мою душу зеленые очи, назидательно промолвил: "Сегодня не твой день, приятель...для тебя сегодня "черный вторник"...
      
      
      
      
      
       Отражение звезды
      
       Этот курортный город встретил Федора Федоровича Федорчука летним зноем и влажным дыханием моря. Полет продолжался около двух часов и после искусственной прохлады салона самолета резкое перемещение в другую климатическую зону вызывало неприятные ощущения. Пот со лба можно было смахнуть носовым платком, ну а рубашка под пиджаком сразу же увлажнилась и прилипла к спине.
       Желающих арендовать такси оказалось больше, чем самих машин. Но это обстоятельство не очень удручало Федорчука. За деньги, он был твердо убежден, можно получить любую обслугу. И, действительно, к нему подкатил черноволосый, разбитной парень с рыскающим взглядом и, узнав маршрут, заломил цену, вероятно, вдвое превышающую разумную. Федор Федорович не торговался, тем более, что приехал расслабиться и привести себя в норму после тяжелого потрясения. Всего месяц назад он похоронил свою супругу. Тяжелый недуг свел в могилу надежную спутницу жизни, оставив его и двух взрослых уже, самостоятельных детей в недоумении - как же все это могло с ними произойти.
       Молодость быстро адаптируется к обстоятельствам, а вот сам Федор Федорович трудно возвращался из душевной комы. Молодежь настояла, чтобы он отвлекся от тяжелых мыслей, развеялся, переменил обстановку и вот он оказался на берегу моря.
       Администратор санатория, вальяжная дама средних лет с томными глазами и холеными руками, унизанными золотыми перстнями и браслетами, усадила в кресло вновь прибывшего и любезно стала просвещать его о порядках и особенностях этого учреждения:
       - Наш санаторий не является в строгом смысле этого понятия, как это было недавно в профсоюзных здравницах, лечебной организацией. Скорее - это оздоровительный центр, где, кроме лечебных назначений, вы можете получить и другие услуги. Распорядка дня, как такового, у нас нет, кроме определенного времени приема пищи. При санатории имеется ресторан, казино, боулинг, тренажерный зал и прочие развлечения. Можно из ресторана сделать заказ в свой номер, пребывание гостей на территории не ограничивается во времени. Словом, ощущайте себя свободным, раскрепощенным гражданином, не стесненным никакими условностями, как и полагается в демократическом обществе.
       Федорчук принял из рук дамы множество рекламных буклетов и на предложение, при определенной доплате, поселиться в одноместном номере, ответил решительным отказом:
       - В этом нет необходимости. В связи с некоторыми обстоятельствами я не хочу оставаться один на один с самим собою. Мне не помешает общение с интеллигентным человеком, примерно, моего возраста. Подберите такого, чтобы не курил и не имел прочих дурных наклонностей.
       Комната или номер, как здесь принято называть, находилась на втором этаже с видом на море, широким балконом, укрытым тентом от солнца и двумя шезлонгами. Сама комната была весьма просторной с продуманным расположением мебели. Две полуторные деревянные кровати были отделены письменным столом с настольной лампой и телефоном. Большой встроенный платяной шкаф с плечиками для одежды, журнальный столик, два мягких кресла, тумбочки около каждой кровати, телевизор в углу. Туалетная комната, совмещенная с ванной и душевой кабиной. Словом, все было на хорошем уровне, как в приличном отеле. Да и путевка в этот оздоровительный комплекс тянула на весьма солидную сумму, но Федор Федорович с некоторых пор мог себе такое позволить.
       Ночь Федорчук провел почти без сна, не помогли и таблетки. Новый постоялец прибыл к обеду. Вежливый стук в дверь и на пороге появился среднего роста, плотного телосложения человек с ничем не примечательным обликом. Разве только густые черные брови привлекали внимание. А так, встретишься с таким человеком в людном месте и разойдешься с ним, не оставив в памяти никаких особых примет. Лет ему, как и самому Федорчуку где-то в районе пятидесяти. Мужчина поставил на пол чемодан и, улыбнувшись, произнес низким голосом:
       - Я не ошибся? Это 224? Здравствуйте, и будем знакомиться. Меня зовут Федором Устиновичем, но чтобы не напрягать память, зовите меня просто Федором.
       - Для меня не составит трудности запомнить ваше имя, так как меня самого зовут Федором. Федор Федорович Федорчук, - протянул он руку прибывшему. Мои друзья и близкие люди в шутку прозывают меня "три фэ".
       Пожимая руку нового знакомого Федорчук ощутил на мгновенье, что где-то уже встречался с этим человеком, но приглядевшись внимательнее и обменявшись несколькими фразами, отогнал эту странную мысль. Хотя некоторые основания для этого были - новый знакомый прибыл на отдых из того же города, что и Федорчук. Но совпадение не казалось странным, так как город этот был с населением где-то под миллион жителей.
       Приехавший быстро распаковал чемодан, освежился в душе и предложил отметить знакомство в ресторане. Федор Федорович не возражал. Они спустились на открытую террасу ресторана, заказали ужин. Новый знакомый предпочитал салаты из овощей, его поддержал и Федорчук, так как вкусы их оказались схожими. Заказали шашлык, минеральную воду и бутылку красного вина. Ужин проходил в добром общении под негромкую музыку ресторанного оркестра.
       Федор Устинович поделился новостями из области страхового бизнеса, которым занимался несколько лет. Федор Федорович рассказал о своем автосалоне, владельцем которого он стал совсем недавно, и тут же добавил, что в жизни его произошла утрата - совсем недавно он потерял любимую жену... За столом воцарилась странная пауза. Федор Устинович смотрел не мигая в лицо собеседника и, наконец, ошеломленно выдавил из себя: "Вы, надеюсь, не шутите? Это я похоронил свою жену месяц назад...и теперь вот по настоянию детей, приехал развеяться от мрачных мыслей...".
       Федорчук поднял взгляд от тарелки и снова возникла пауза. Он стал внимательно разглядывать собеседника, пожал плечами, изобразив на лице недоумение.
       - Странно, весьма странно... Разве может быть такое совпадение? Невероятная ситуация...Впрочем, в жизни и не такое случается. - и, стараясь преодолеть возникшую между ними неловкую паузу, продолжил, - Вот я читал недавно, что есть люди, которые совершенно не едят человеческую пищу и не употребляют никакие напитки... Они питаются за счет солнечной эволюционной энергии. Этот феномен называется "параническое питание". Энергия солнца синтезирует в человеческом организме все необходимые для жизнедеятельности вещества... В общем, я материалист и в такие чудеса не очень верю... Но в этой информации приведен конкретный человек - жительница Краснодарского края, которая на протяжении нескольких лет не употребляет пищи и воды. Таких людей в мире насчитывается около трех тысяч.
       Федор Устинович уже несколько оправился от напряжения, возникшего между ними и охотно поддержал собеседника. Он стал вспоминать услышанные им когда-то подобные истории, да из личного опыта немало случалось с ним странностей, похожих на чудеса, или несуразностей, которые невозможно предположить при здравом рассудке... Словом, за столом восстановилась прежняя доброжелательная атмосфера, хотя что-то непонятное, возникшее между ними, преодолеть не удалось. Как будто кто-то невидимый стоял за их плечами и внимательно наблюдал за ними.
       По окончанию ужина возникло небольшое несогласие. Каждый из них намеревался оплатить счет за ужин. Сошлись на том, что рассчитались с официантом на немецкий манер, каждый за себя. Федор Устинович сказал, что устал с дороги и потому отправится отдыхать. Федор Федорович, напротив, решил прогуляться по вечерней набережной, подышать запахами моря, которое он видел нечасто. Несколько раз еще в прошлые годы вместе с супругой и детьми бывал он на этом курорте. Но сейчас, спокойный прежде город оглушал музыкой, ослеплял назойливой рекламой предлагающей, призывающей, обещающей массу удовольствий. Эта шумная, праздничная круговерть раздражала Федора Федоровича и пробуждала воспоминания, когда он в кругу детей и любимой женщины гулял вечерами по этой же набережной, тихой и умиротворяющей.
       Не испытав особого удовлетворения, он вернулся в номер. Сосед уже тихо посапывал во сне, а сам Федорчук, стараясь не потревожить его, разделся и улегся в постель. Однако спалось ему плохо, беспокойно. Какие-то странные люди предлагали купить подержанные вещи, нагло совали их ему в лицо. Он никак не мог избавиться от этих грубых личностей. Он пробуждался, поворачивался на другой бок, надеясь, что неприятные видения прекратятся, но сновидение продолжалось в том же духе. Лишь когда на горизонте проявилась светлая полоска неба, Федор Федорович освободился от ночного наваждения и уснул крепким сном. Он ощущал себя не отдохнувшим, угнетенное настроение не оставляло его. Холодный душ несколько взбодрил и он принялся за бритье. Отражение в зеркале не прибавило ему радости. Как- никак уже пятьдесят два - большая часть жизни осталась позади... Он вроде бы здоров, болезни пока не тревожат его. Но вот уже намечаются мешки под глазами... Светлые волосы еще не прорежены залысинами, но на висках отчетливо пробивается седина. Он всегда помнил себя уверенным, оптимистичным, охотно занимался различными видами спорта. Потому фигура его, крепко сбитая, все еще сохраняла стройность и гибкость. Серые глаза выражали волю, упрямство в достижении цели. Все вроде бы на месте, но образ потускнел и кого-то напоминает. Он напряг память и увидел в зеркале соседа по комнате - вроде бы что-то есть схожее... Федор Федорович отогнал эту мысль и вспомнил, что с момента приезда не привел в порядок зеркало. Когда-то он услышал, что зеркала общего пользования запечатлевают образ человека, который хоть раз смотрелся в него. Эти образы, наслаиваясь друг на друга, могут оказать отрицательное энергетическое воздействие. Потому Федорчук в каждом временном жилье всегда протирал влажной тряпкой зеркало, стирал все прежние лики. Именно так поступил он и сейчас и отражение его изменилось к лучшему.
       Федор Федорович направился к завтраку, обдумывая по дороге планы на предстоящие сутки. Несколько дней, проведенных вместе с новым знакомым никак не сблизили их, не располагали на откровенные, доверительные беседы. После первого, проведенного вместе вечера, между ними установились ровные, вежливые отношения. Это, возможно, к лучшему. Федорчук не любил зависеть в своих действиях и желаниях. Впрочем, он не ощущал таких попыток со стороны компаньона по комнате. Тот был аккуратен, не разбрасывал своих вещей, чем характерны были устоявшиеся привычки и самого Федора Федоровича. В этом отношении они, как будто повторяли друг друга.
       В последующие несколько дней Федорчук наладил свой сон. Прогулки у моря, утреннее солнце и купанье укрепили его дух. Примерно, то же самое сообщил ему и сосед по номеру. И все же он возвращался к мысли, что решение его о совместном проживании с кем-либо было ошибочным. Не то, чтобы сосед был назойлив, некорректен - наоборот, он обладал природным тактом и не навязывался на дружбу. Федор Федорович обратился с просьбой к уже знакомой ему даме- администратору - возможно ли на оставшийся срок перейти в одноместный номер?
       - Нет проблем, - ответила дама, - до обеда я оформлю ваш перевод, Федор Устинович, и вы сможете перейти в одноместный номер.
       - Я не Федор Устинович, - с непонятным для самого себя раздражением возразил Федорчук.
       - Ах, простите меня ради бога... вы так похожи друг на друга даже походкой и манерой разговаривать...только голоса отличаются...
       Федорчук сообщил своему соседу по комнате, что переходит в одноместный номер, объяснив свое намерение тем, что будет связываться со своими партнерами по бизнесу - это постоянные телефонные звонки в любое время суток. Ему неудобно нарушать отдых Федора Устиновича... Тот внимательно посмотрел на Федора Федоровича и кратко обронил:
       - Поступайте, как вам удобнее...
       Федор Федорович редко виделся со своим соседом по комнате. Встречались они главным образом в столовой, обменивались краткими, ничего не значащими фразами и расходились в разные стороны. На новом месте обитания Федорчук не ощутил желанного успокоения. Мыслями он возвращался в 224 комнату к своему прежнему соседу. Помимо своей воли он воскрешал в памяти манеру его поведения, вспоминал краткие их беседы. Его все больше беспокоили совпадения их характеров, привычек, вкусов. Чтобы разрешить свои сомнения и избавиться от навязчивых мыслей, Федор Федорович решился на встречу с психоаналитиком, как теперь на западный манер называют обычных врачей- психиатров. Таковой имелся в штате санатория и пользовался популярностью, особенно у женской половины отдыхающих. К психоаналитику можно было попасть только по предварительной записи, но это обстоятельство не очень смутило Федорчука. Несколько крупных денежных купюр помогли ему вскоре познакомиться с психоаналитиком.
       Навстречу Федору Федоровичу из массивного кресла поднялся и шагнул мужчина, в элегантном светлом костюме, с внимательными за линзами очков карими глазами, с чисто выбритым сухим лицом и ежиком седых волос на голове. Он представился Владленом Владимировичем и усадил посетителя в такое же массивное кресло по другую сторону низкого столика, на котором красовался великолепный букет свежих пунцовых роз в тяжелой из цветного стекла вазе. Убранство комнаты не напоминало врачебный кабинет. Письменного стола, как такового, не было. На стенах несколько живописных полотен. Оригиналы - отметил Федорчук. Рядом с креслом врача стояла тумбочка с телефонным аппаратом, блокнотом и перекидным календарем. В углу комнаты находился небольшой шкаф с занавесками на стеклянных дверцах, где угадывались медицинские приборы, а рядом - кушетка.
       - Какими ветрами вас занесло ко мне, милейший? Сюда в основном заглядывают прекрасные дамы со своими сердечными, неразрешимыми бедами...На такового вы не похожи...
       Федорчук представился, кратко изложил суть своей проблемы. Рассказал, как он познакомился с Федором Устиновичем, о недавней потере супруги, о необъяснимом совпадении их жизненных ситуаций и имен, о схожести характеров, бытовых привычек, вкусов...
       Владлен Владимирович поднял телефонную трубку и попросил, вероятно, даму- администратора срочно направить ему все документы, касающиеся двух Федоров. Потом он уселся напротив Федорчука и попросил еще раз, только более подробно повторить факты по порядку, по дням, часам, а также свои личные ощущения на данные события. Слушал он внимательно, лишь изредка вставлял наводящие вопросы.
       Когда принесли затребованные документы, Владлен Владимирович углубился в их изучение. Он удивленно поднял брови и произнес:
       - Ну и чудеса в решете, милейший...Вы знаете, что вы со своим знакомым не только одногодки, но родились в одном городе, в один и тот же месяц и день?
       - Нет, не знаю, - ответил Федорчук. - Для меня это еще одна загадка...За всю свою жизнь обстоятельства не сталкивали меня с этой личностью.
       Владлен Владимирович помедлил со следующим вопросом, еще раз тщательно просмотрел доставленные бумаги и раздумчиво произнес:
       - В моей практике это первый подобный случай...Не знаю с какой стороны вам помочь. Я могу только дать вам пищу для размышлений...Поведую вам одну историю, то ли быль, то ли легенду. За истину не ручаюсь...
       Владлен Владимирович сосредоточенно протер стекла очков, водрузил их на переносицу и продолжил:
       - Произошла эта история в одном европейском государстве...То был конец восемнадцатого, а может быть начало девятнадцатого веков. Впрочем, это временное летоисчисление не имеет к легенде никакого отношения. В этом государстве был коронован по праву наследования молодой человек. Звали его Иоганном Вторым. Молодой человек был хорошо воспитан, получил прекрасное европейское образование. Он был добрым, сердечным, отзывчивым на чужую беду. Словом, его подданным повезло с властителем. По прошествии некоторого времени один из его приближенных сообщил ему конфиденциально, что на границе государства в небольшой деревушке он случайно столкнулся с человеком, который внешним обликом и фигурой, как две капли воды, похож на самого монарха. Иоганн Второй воспринял рассказ с недоверием. Он приказал не разглашать эту новость и скрытно, более подробно выведать все сведения об этом человеке. Приближенный исполнил повеление властителя и сообщил, что человека зовут Иоганн. Он простой, безграмотный пастух, но вот что странно - родился он в тот же год, того же месяца и числа, что и сам монарх. Иоганн Второй был взволнован таким поворотом событий и призвал объяснить эту странную ситуацию своего главного советника Астролога. Этот старый, мудрый жизненным опытом человек, был знаком с религией и обычаями многих народов. Всю жизнь он изучал древние манускрипты и хорошо знал тайны движения небесных светил.
       - Мой повелитель, вы и этот простолюдин родились в один час, в одну минуту, когда звезда из созвездия Орион послала на землю особый сигнал. Каждый смертный в этом мире имеет свою звезду. Вот и случилось, что вашим двойником, или, вернее, звездным близнецом оказался простой пастух. Таким людям уготована почти одинаковая судьба. Жизненный путь каждого из них, как зеркальное отражение, повторяется до мелочей и завершается в тот же час, как и рождение.
       Услышанное привело мысли монарха в еще большее смятение. После долгих размышлений он приказал самым надежным слугам переселить пастуха за пределы своего государства, купить ему землю в горной малонаселенной местности, приобрести ему отару овец, обустроить на новом месте, чтобы ни в чем он не нуждался. Приказание властителя было исполнено быстро и точно. На протяжении многих лет Иоганн Второй ничего не слышал о своем двойнике и вычеркнул его из своей памяти. Но в один из осенних дней он получил срочное донесение от своего доверенного лица, который негласно наблюдал за звездным близнецом, что тот погиб, по неосторожности сорвавшись в пропасть. Получив это тревожное известие, монарх задумался и произнес: "Этот человек уже мертв, но ведь я живой! Астролог был неправ...". И в тот же миг его жизнь прервала пуля карбонария.
       Владлен Владимирович закончил рассказ и, слегка улыбнувшись, участливым тоном обратился к Федорчуку:
       - Не принимайте, милейший, на веру эту легенду. За тысячелетнюю историю человечество сочинило множество мифов и легенд...Это все, чем я могу вам быть полезен, милейший. - И встал, давая понять, что аудиенция окончена.
      
       Визит к психоаналитику не принес Федорчуку ожидаемого разрешения странных загадок, но все же немного успокоил. В этот день Федор Устинович ему не встречался, а на следующий ему предстояла многочасовая экскурсия по побережью курорта.
       Экскурсанты вернулись к вечеру, проголодавшиеся и уставшие, но вместо столовой Федорчука просили срочно обратиться к администратору. Рядом с уже знакомой дамой находился капитан милиции. Он представился инспектором уголовного розыска и объяснил, что Федорчуку необходимо поехать с ним на опознание утонувшего сегодня мужчины.
       - Случай ординарный, - сказал инспектор, - уже заведено уголовное дело, а с погибшим, нас информировали, вы проживали в одной комнате несколько дней. Процедура эта не займет много времени.
       Скрепя сердце, Федор Федорович сел в машину с инспектором и направился на опознание в морг.
       При тусклом освещении, в холодном подвальном помещении на столе лежало обнаженное тело, укрытое клеенкой. В присутствии еще двух человек инспектор отвернул клеенку и Федорчук увидел его. Да, это был Федор Устинович. На вопрос инспектора, знает ли он этого человека, Федор Федорович утвердительно кивнул головой. Он неотрывно смотрел на спокойное, умиротворенное лицо погибшего и еще его внимание привлекло родимое пятно под соском левой груди. Точно такое же родимое пятно было у самого Федора Федоровича. Родители еще шутили: "Если потеряется малыш, то его легко найти по этой примете". Из оцепенения Федорчука вывел голос инспектора:
       - Подпишите протокол и можете возвращаться в санаторий. Вас отвезут.
       Вернувшись в санаторий, Федор Федорович стал лихорадочно собирать свои вещи, потом спустился к администратору.
       - Каким транспортом завтра с утра можно уехать? - спросил он даму.
       Позванивая многочисленными тонкими браслетами на запястьях, администратор пробежала глазами листки с расписанием транспорта, отбывающего в сторону его города.
       - Скорый поезд отправляется в 8.00, можете лететь самолетом в 13.15...
       - Самолет исключается. - Отрезал Федорчук. - Только поезд. Закажите купейное место, нижнюю полку и такси завтра на 7.00...
       - Но ведь у вас, господин Федорчук, осталось еще пять дней...- напомнила ему дама.
       - Дела!.. - холодным тоном парировал он.
       И вот он в купе скорого поезда, вместе с веселой молодой парой, молчаливый и мрачный. Его отъезд напоминал трусливое, поспешное бегство. Он старался отогнать от себя дурные мысли и предчувствия. "Все отрезано и осталось позади. - Успокаивал он себя. - Нелепые, случайные совпадения не могут служить причиной для трезвомыслящего человека...Всякие легенды и мифы в наш прагматичный век выглядят нелепо".
       Но в памяти его, помимо воли, всплывало умиротворенное, спокойное лицо случайного знакомого и звездочка родимого пятна под соском левой груди.
      
      
      
      
       Настройщик
      
       Грузный, немолодой человек с крупными чертами волевого лица, с залысинами на лбу и внимательными серыми глазами распахнул дверь, приглашая широким жестом стоявшего на пороге мужчину.
       - Проходите, уважаемый Михаил Семенович, присаживайтесь там, где вам покажется удобным.
       В отличие от хозяина кабинета, вошедший был небольшого роста, щуплым, с невыразительным нервным лицом. Лишь изящные очки в металлической желтой оправе придавали его облику некую значительность и интеллигентность. Он поставил на подоконник потертый кожаный саквояж, указывающий на его солидный возраст, и уселся перед письменным столом. Обычно это сиденье было предназначено для тех, кого не приглашали, а приводили под конвоем в кабинет старшего следователя Николая Петровича Калошина. Сам хозяин не последовал за письменный стол, а уселся на другой стул напротив гостя, что означало установление особой дистанции доверия.
       - Даже не знаю, какие извинения высказать в ваш адрес, что побеспокоил в очередной раз. Речь идет о серьезном преступлении и лица, причастные к нему - довольно высокого полета.
       Знакомство их произошло более года назад при весьма прозаических обстоятельствах. Супруга Николая Петровича убедила его в том, что вступающая в юношескую пору их единственная дочь Надежда обладает исключительными музыкальными задатками и величайшим грехом с их стороны будет не развить этот природный дар. Николай Петрович согласился с мнением супруги, как поступал всегда, стараясь сохранить баланс в обычном семейном противостоянии. Дальше все обстояло проще простого. В их квартире находился древний инструмент, оставшийся в наследство от родителей супруги - нечто среднее между пианино и роялем. Эта музыкальная старина называлась роялино. Инструмент необходимо было привести в порядок и Надина музыкальная наставница рекомендовала настройщика, как она выразилась, специалиста милостью божьей.Таким образом состоялась первая встреча Михаила Семеновича с Николаем Петровичем.
       Настройщик поднял крышку роялино, прошелся пальцами по западавшим, пожелтевшим от времени и прикосновений костяшкам клавиш. Долго, как внимательный хирург, изучал его внутренности, бормотал что-то неразборчивое и, наконец, изрек:
       - Этому инструменту больше, чем сто лет. Когда-то он покорял своим звучанием слушателей... Смотрите, дека какая...от нее резонанс отличный. Настройка венскими ключами... А сейчас... Вы, что по клавишам ногами ходили? Но перед этим вы хоть калоши надевали?
       Если бы настройщик знал фамилию хозяина дома, он никогда не допустил бы такую бестактность. Николай Петрович всю жизнь, как крест, нес эту неблагозвучную фамилию - Калошин. Она, по его мнению, мешала в продвижении по службе. А школьные воспоминания навсегда омрачились в его памяти обидной кличкой "Калоша". Между тем, настройщик снял очки, долго протирал стекла и, наконец, произнес:
       - Я могу взяться реанимировать эту историческую древность только по причине уважения к культурному наследию... За деньги сейчас не будем говорить. Это, если что- нибудь получится...
       Настройщик колдовал над стареньким роялино четыре дня, работал с утра до позднего вечера... И инструмент заговорил на своем языке чистым, глубоким звуком. Желтые костяшки клавиш настройщик заменил новыми, девственной белизны, растянутые дребезжащие струны тоже обновились, а полировка роялино внешне омолодила его.
       Хозяева не могли нарадоваться, глядя на возрожденный музыкальный инструмент. Настройщик назвал сумму, весьма скромную, учитывая объем проделанной им работы. И в полном согласии, с отличным настроением Михаил Семенович принял приглашение хозяев выпить с ними чайку в честь завершения трудовых будней. Чаепитие растянулось на неполных два часа. На столе с привлекательной снедью присутствовали, кроме чая, и более крепкие напитки, от которых Михаил Семенович отказался. Он находился в добром расположении духа потому и разоткровенничался перед хозяевами.
       - Такой инструмент за свою долгую работу настройщиком я встречаю только второй раз. Пришлось повозиться, но я получил душевное удовольствие... Я ведь должен был стать музыкантом, с раннего детства занимался по классу скрипки. И у меня, не хвастаю, хорошо получалось. Мои Мама и Папа уже видели меня во фраке и белой манишке в самых больших концертных залах Лондона, Парижа... Вы знаете, как в наших еврейских семьях? Если родители задумают профессию для своего сына - музыканта, врача, адвоката...это так и будет... Они пожертвуют своим благосостоянием, чтобы это и произошло... Такой менталитет, как модно сейчас говорить, у моего народа... А разве это плохо хотеть, чтобы дети жили лучше родителей?
       Супруги Калошины согласно закивали головой и поинтересовались - почему же не стал он музыкантом?
       - Случайность...вывих пальцев во время игры в футбол... Банальная травма для любого мальчишки, только не для скрипача. Природная подвижность двух пальцев левой руки так и не вернулась, и мне пришлось проститься со скрипкой.
       Михаил Семенович поднял над столом левую руку и пошевелил пальцами. Отчетливо виделось, что указательный и средний пальцы сгибаются не до конца. Хозяева сочувственно поохали. Михаил Семенович поблагодарил хозяев, собираясь уходить и, указав на экран телевизора, который обычно не выключался в этом доме, заметил:
       - Этот великий политик врет, не задумываясь, хоть бы одно искреннее слово произнес.
       Петр Николаевич удивленно посмотрел на гостя и не согласился.
       - А я считаю этого человека правдивым и искренним. Ведь он занимает высокий пост.
       - Не могу поддержать вас, Петр Николаевич. Разве вы не видите вокруг его головы темную ауру? Я и с закрытыми глазами на слух могу определить по одному только звуку голоса правду говорит человек или лицемерит. Ведь я настройщик.
       Супруги Калошины были озадачены словами гостя и засыпали его вопросами. Михаил Семенович пытался удовлетворить их любопытство.
       - Не только люди, но и все живое и неживое вокруг нас издают звуки, индивидуально присущие только им одним. Для меня совсем просто расшифровать язык, смысл этих звуков. Не имеет значения, шум ли это моря, жужжание мухи, пение птицы, шелест листьев на деревьях... Даже в запахе цветов есть своя тональность, звук. Вы слышали, наверно, о третьем глазе? Это, когда человек видит даже при закрытых глазах... А у меня, я уверен, есть третье ухо. Где оно находится, я точно не знаю, но оно есть. Вот вы, Николай Петрович, по роду своей профессии привыкли отдавать приказания, не терпите в ответах неопределенности. Вы упорны, осторожны, не доверяете собеседнику. А супруга ваша, наоборот, лирична, наивна, добра и готова довериться первому встречному. Это я определил из тех недолгих разговоров за дни общения с вами.
       Супруги еще более удивились такому точному определению своего характера и попросили гостя продолжить заинтриговавшую их тему. Михаил Семенович согласно кивнул головой.
       - Вы знаете, когда я повредил пальцы, это был удар больше для родителей, чем лично мне. Я был тогда мальчиком без опыта жизни. Переживания в таком возрасте быстро проходят. Но я любил музыку, она звучала в моей голове и груди целые сутки. Она звучала у меня и ночью во сне. Любая фальшивая нота вызывает у меня физические страдания. А сколько вокруг нас этих разных звуков? Когда я подрос и окончил школу, мой Папа попросил своего старинного знакомого взять меня в ученики настраивать музыкальные инструменты. У меня это удачно получалось. Так постепенно я набрал опыт и стал работать один, уже без учителя. Не буду хвастать, я стал известным профессионалом. Мой Папа, обычный портной, мог бы сейчас гордиться мной, если бы был жив. На свои доходы я не жалуюсь, содержать семью хватает. Потом я понял, что люблю свою уважаемую профессию.
       Николай Петрович всерьез заинтересовался необычными способностями Михаила Семеновича и просил его, при первой возможности, зайти к нему на службу.
       - Я познакомлю вас с интересными людьми и сюжетами. Уверен, вы будете довольны этим опытом.
       В один из дней в кабинете Калошина раздался телефонный звонок. Трубка голосом настройщика Михаила Семеновича просила разрешения зайти на минутку, так как он освободился сегодня рано и находится совсем близко. Николай Петрович подтвердил свое приглашение, объяснил, на каком этаже находится его кабинет, сказал, что закажет пропуск и ожидает его.
       Михаил Семенович негромко постучал в дверь и попросил разрешения войти. Калошин приветливо встретил гостя, усадил его и предложил кофе.
       - Во второй половине дня я воздерживаюсь от этого напитка. Потом плохо сплю. В нашей жизни так много возбуждающих причин... Вот иду я сейчас к вам. На углу стоит большой, красивый автомобиль. Извините, я не знаю, как он называется... Крышка на автомобиле открыта и шофер возится с мотором. Я же говорил вам, что не могу слышать, когда над кем-то издеваются. А тут такой случай - мотор захлебывается в истерике. Я и говорю этому шоферу: "Молодой человек, вам не кажется, что вы причиняете боль этой машине? Ведь мотор кричит "караул"! А этот молодой человек посмотрел на меня, как на царя египетского и грубовато так ответил: "Ты что, дядя, доктор по машинам? Или, может, механик знаменитый?" Я честно ответил, что с машинами не знаком, что я простой музыкальный настройщик. "Ну, и иди ты.....пока я тебя не расстроил!"
       - Как вам нравится эта современная молодежь? Что такого я сказал обидного? Вот, когда у него мотор поломается, он еще вспомнит меня...
       Петр Николаевич успокоил гостя и предложил провести эксперимент.
       - Сейчас, уважаемый Михаил Семенович, я прошу вас внимательно прослушать запись допроса по одному серьезному уголовному делу. Слушайте внимательно и, если сможете, отделите ложные показания от искренних.
       Гость согласился и следователь включил кассету. Допрашивались три человека. Каждый отвечал на одни и те же вопросы. Михаил Семенович прослушал Фонограмму и, не колеблясь, определил:
       - Вот этот, которого допрашивали вторым, ни в чем не виновен. Можете его выпустить. Хотя он и берет все на себя. Он чем-то запуган, потому его ответы такие. А те, первый и последний, мне кажется, имеют отношение к преступлению, хотя и не согласны с обвинением. В их ответах нет ни одного честного слова.
       Петр Николаевич пытался скрыть свое удивление. Ведь по этому давно закрытому делу все именно так и определилось. Петр Николаевич позвонил двум своим коллегам. Когда те появились в кабинете, он познакомил их с Михаилом Семеновичем и рассказал о своем эксперименте. но для этих людей просто слова мало значили, им нужны были факты и Калошин понимал это. Потому он попросил Михаила Семеновича еще немного задержаться.
       - Вы сейчас просмотрите видеозапись допроса. Вы будете не только слушать, но и видеть. Сообщники подозреваются в убийстве. Это дело еще не расследовано до конца, в нем много белых пятен.
       Михаил Семенович сосредоточенно смотрел на экран монитора и слушал допрос, который вели сразу два следователя. Пожилая женщина получила травму головы неизвестным твердым предметом, отчего и скончалась. Подозреваемые утверждали, что зашли в квартиру, когда женщина уже была без признаков жизни. Входная дверь была на запоре, в квартире все предметы обихода находились на своих местах. Они обнаружили бездыханное тело на пороге кухни и сразу же сообщили об этом по телефону в милицию. Оперативная группа осмотрела место происшествия. Были задержаны дочь погибшей и, как выяснилось позднее, ее сожитель. Опрос соседей показал, что неприязненные отношения дочери с матерью часто перероставшие в громкие ссоры сложились именно из- за сожителя, которого мать терпеть не могла и не соглашалась зарегистрировать на свою жилплощадь. Все улики были явно против задержанных и следователи вели перекрестный допрос напористо, без пауз, оказывая психологическое давление на подозреваемых. Женщина рыдала, сбивалась в своих показаниях и повторяла: "Это мать моя, я не могла лишить ее жизни. Я не виновна!". Сожитель ее держался более спокойно и отрицал обвинения, хотя в ответах его ощущалась некая неуверенность. Калошин остановил запись и обратился к Михаилу Семеновичу:
       - Ну, что вы можете сказать об этих людях?
       Настройщик неопределенно пожал плечами и попросил отмотать запись на начало и снова включить. Через несколько мгновений Михаил Семенович обратился к присутствующим:
       - Вы видите над головой женщины светлое пятно с чуть розоватым оттенком? Это характерный признак на данный момент искренности говорящего человека. Во все время допроса это пятно остается неизменно светлым.
       Коллеги Калошина посмотрели на него с чуть ироничной ухмылкой - они ничего не видели над головой женщины. Между тем Михаил Семенович продолжил:
       - А вот с ее партнером дело посложнее. Его ответы мне кажутся не совсем правдивыми. А вокруг его головы пятно принимает холодную голубую тональность. Особенно, когда он рассказывает о своем прошлом. Мне показалось, что у него есть причины скрывать что-то неприятное.
       - На этот раз вы правы, Михаил Семенович, - сказал Калошин - этот парень имел одну отсидку.
       - Но что касается убийства, - после паузы произнес Михаил Семенович, - я уверен, ни женщина, ни мужчина отношения к этому случаю не имеют. Мне так кажется... Находите что-то другое...
       Через несколько дней следователь по телефону разыскал Михаила Семеновича и сообщил приятную для того новость:
       - Ваши рассуждения, уважаемый Михаил Семенович, оказались справедливыми. Эксперты пришли к заключению, что пожилая женщина по своим хозяйственным надобностям взобралась на стул. Не удержавшись, она упала оттуда и ударилась головой об угол газовой плиты. Что же до того, что ее нашли на пороге кухни далеко от места падения, медицинская экспертиза утверждает, что в состоянии смертельного шока человек еще может передвигаться. Есть такие прецеденты - во время войны солдат с винтовкой наперевес бежал в атаку...осколок снаряда срезал солдату голову, а он все еще продолжал бежать...
       С того первого посещения следственного отдела авторитет Михаила Семеновича у правоохранительных органов резко пошел вверх. Его все чаще стали приглашать на визуальную и звуковую экспертизу особо сложных криминальных дел. Следователи обычно толпились за его спиною, стараясь понять, что за пятна над головами людей видит настройщик. Но этот дар был присущ только Михаилу Семеновичу. Впрочем, такая громкая слава оставляла его равнодушным, его больше радовала встреча с музыкой, со звуками, которыми он мог управлять и придавать им стройную гармонию. Михаила Семеновича стали приглашать в различные дома под предлогом настройки инструмента с тайной целью знакомства с известным в городе человеком, обладающим необычным даром. Люди в любом возрасте, как маленькие дети, верят в чудеса и потому стремятся удовлетворить свое любопытство. Михаил Семенович сразу разгадывал эти хитрости и сердился:
       - Ваше пианино находится в полном порядке и не требует моего вмешательства.
       В остальном жизнь Михаила Семеновича не претерпела значительных изменений с того памятного дня, когда он впервые переступил порог квартиры старшего следователя Калошина. Он настраивал инструменты и испытывал детский восторг, когда удавалось вернуть к жизни какое- нибудь запущенное фортепиано. В душе его постоянно звучала музыка, мощным накатом звуки владели его мыслями, ощущениями, памятью. Рядом с ним бурлила, кипела чужая жизнь с ее страстями, борьбой, удачами и страданиями, но это все, казалось, происходит в другом мире, в другом измерении, не отвлекало и было ему глубоко безразлично. Домашние привыкли к его образу жизни и особо не вникали в его пристрастия и заботы. Он вовремя был накормлен, ухожен, свежая рубашка всегда была готова принять его в свои объятья. Лишь одно обстоятельство стало беспокоить настройщика - порой он ощущал странные провалы в восприятии звуков. Он с тревогой понимал, что утрачивает слух. Нет, не музыкальный слух, а обычный слух, который присущ каждому из нас. Он осознавал, что надвигается глухота еще потому, что не может больше различать ауру над головой собеседника, определить ее цвет. Он не видел ее, она просто исчезла. На все приглашения в следственный отдел к Калошину он отвечал вежливым отказом, ссылаясь на нездоровье и занятость. Такое состояние было, действительно, похоже на болезнь явно прогрессирующую. Михаил Семенович страдал от того, что не может, как прежде, воспринимать звуки. Они укрыли свои сокровенные тайны, он как бы остался в темном помещении, где все окна и двери оказались на крепком запоре. К врачам настройщик долгое время не решался обращаться. Лишь один раз он согласился на осмотр специалистом, который вынес неутешительный приговор:
       - Звуковоспринимающий аппарат ваших ушей вышел из строя. Улитковый или картиев орган, содержащий слуховые клетки и слуховой нерв атрофированы. Впрочем, вы можете частично восстановить слух при помощи специальных приборов... Их сейчас великое множество разных моделей... Резонансные колебания передаются посредством жесткого контакта с черепной коробкой, минуя барабанные перепонки.
       Михаил Семенович равнодушно выслушал специфические объяснения врача о строении ушной раковины, анализаторов, молоточков... Он понял, что активная творческая жизнь его подошла к концу и на него накатила безысходная тоска... Неужели - все? Он не будет больше ощущать радость бытия окружающего многоликого мира через звуки, которые заставляли убыстрять сердечный ритм, вдыхать ароматы звучания полной грудью, ароматы недоступные обычному обывателю?..
       В семье сочувственно отнеслись к его трагедии, окружили ненавязчивым вниманием и заботой. Михаил Семенович перестал выходить из дома, часами просиживал, уставившись в одну точку. Он исхудал, в его потухшем взгляде не загорался, как прежде, огонек творческого азарта. Единственно, что смиряло его в нынешнем положении, в душе не переставала звучать музыка. Она звучала утром и днем, а вечером, укладываясь в постель, он намечал себе задание на предстоящую ночь. Он замысливал очередного любимого им композитора и до рассвета, даже в моменты тревожного пробуждения, в его мозгу, в груди звучали мелодии симфоний, ораторий, опер... Он существовал теперь в мире сплошной без остановок музыки... Настройщик потерял аппетит, таял на глазах и его родные решили определить Михаила Семеновича в приличное медицинское учреждение, где, они надеялись, врачи окажут ему необходимую помощь.
       Благодаря обширной известности Михаила Семеновича, связанной не только с его профессиональной деятельностью, но и его уникальным способностям звуковой аналитики, настройщика определили в приличное психоневрологическое отделение при научно- исследовательском институте. Светлая, чистая палата, где его поселили была всего на два пациента. Обслуживание и лечение были на хорошем уровне. Заболевание и, особенно, необычные способности Михаила Семеновича привлекли научную мысль своей уникальностью. Постоянные консультации, курсы физиотерапии, лекарственные назначения... Настройщик был послушен, аккуратно принимал все процедуры, глотал депрессанты, безропотно переносил внутривенные вливания. Однако духовное его состояние оставалось на прежнем уровне. В нем наблюдались глубокая апатия, равнодушие к окружающему миру. Врачи приглашали на консультации светил от медицины, но результаты равнялись нулю.
       Николай Петрович Калошин прослышал о странном заболевании настройщика и решил навестить его. Визит Калошина никак не отразился на настроении Михаила Семеновича. Он равнодушно ответил на приветствие, на вопросы односложно отвечал "да" или "нет". Создавалось впечатление, что он даже не узнал посетителя. Перед тем, как направиться в палату, Николай Петрович в разговоре с заведующим отделением уяснил, что болезнь настройщика не поддается излечению. Пощипывая короткую с проседью бородку немолодой врач произнес:
       - Есть такая хроническая форма шизофрении...человек, вроде бы, есть, а на самом деле его нет...одна оболочка. Счастье больного еще в том, что он находится в мире грез... Музыка - единственно, что занимает его. По- своему он счастлив...если может быть счастливым даже здоровый человек в этом жестоком, непредсказуемом мире...
       При расставании Михаил Семенович оживился, в глазах его появился интерес к собеседнику. "Вы не волнуйтесь, - доверительно прошептал он, приблизившись вплотную к лицу старшего следователя. - Мне хорошо здесь, покойно... никто не мешает заниматься любимым делом... Сегодня у меня назначена встреча с Вагнером... Вы знаете такого? Это немецкий композитор... Ничего страшного, что его любил слушать Адольф Гитлер...композитор в этом не виноват... У Вагнера очень мощная музыка, она переворачивает горы...божественная музыка...ночью я буду слушать "Полет Валькирии" ... или "Кольцо Нибелунгов"...
       Петр Николаевич Калошин покинул больницу в смятенных чувствах. А ночью, ближе к утру над больничным корпусом прошелестел яркий метеорит. В это же самое мгновенье душа Михаила Семеновича распрощалась с его телом. Никто уже не сможет узнать, какое произведение Вагнера в эту минуту звучало в груди настройщика.
      
      
      
      
      
      
       Гектор
      
       Имя это принесла из школы, где начали изучать античный мир, младшая дочь хозяев подворья.
       - Я назову своего любимца Гектором, - заявила она. - Никто в семье не возражал, только Мать засомневалась: "Вычурно такое имя для домашнего гуся. Очень необычное"... А все остальные вроде бы согласились и нарекли гуся Гектором. Со временем имя укоротили и стали называть его просто Гера.
       Гусь ничего против античного героя не имел. Он охотно откликался и на Гектора и на Геру. Его занимали свои серьезные заботы и почетные обязанности вожака стаи. Это был не совсем обычный гусь - намного крупнее своих соплеменников, с гордо посаженной на высокой, гибкой шее головой, упрямый норовом, бесстрашный, явно разумней других гусей.
       Многие препятствия пришлось преодолеть Гектору, прежде чем его признали вожаком. Помнил он, как из тесной коробки вывалили их на землю - три десятка пищащих желтых комочков. Поставили перед ними тазик с водой и разбросали корм. Помнил он - с каким наслаждением всасывал в себя живительную влагу, оттесняя сородичей, хватал перед их клювом пищу и набивал свой зоб... Набивал до такой степени, что трудно становилось передвигаться. Так потом поступал он всегда - оттеснял от корыта слабых и насыщался до отвала. Потому и ростом он выдался отменным и силой... Непокорных, не желающих поначалу подчиняться, он наказывал нещадно. А особо строптивых щипал очень чувствительно.
       Еще во дворе обитали Мурка и Полкан. Гектор со временем и над ними утвердил свое верховенство. Не забыл он, как кошка гоняла неоперившихся, неуклюжих малышей, стараясь поддеть их мягкой лапой с острыми коготками. Когда он подрос и ощутил свою силу, то задал Мурке такую трепку, что клочья шерсти ветер долго еще гонял по двору. Потому Мурка на все времена запомнила свой позор и при встрече с ГЕКТОРОМ искала ближнее дерево или забор. А Полкан старался не вступать в прямую конфронтацию с гусем. Хоть и обидно было хозяину двора, когда гусь выговаривал ему сердито что-то на своем шипящем языке. Полкан равнодушно отворачивался, клал морду на передние лапы и на всякий случай прикрывал веки. Он хорошо усвоил приемы Гектора. В потасовках тот старался нацелить твердый клюв в глаз противника.
       Единственно, кого гусь жаловал своим расположением, это младшую дочь хозяев. Она никогда не забывала припрятать для своего любимца вкусный кусочек со стола. Потому Гектор встречал девочку радостным гоготом, тянул за подол платья и нежно пощипывал ее обнаженные щиколотки. Девочка визжала, отбиваясь от гуся, им обоим была приятна эта возня.
       Так до поздней осени продолжалась размеренная жизнь в большой гусиной семье. Ранним утром хозяева отворяли калитку, Гектор сгонял гусиную команду строго в затылок и, возглавив ее, направлялся к небольшому озеру, что сверкало водной гладью недалеко от дома. Там гуси кормились весь божий день, а к заходу солнца Гектор собирал стаю и под надзором направлял ее к дому.
       Хозяева не могли нарадоваться на такого примерного вожака, за все лето не отбился от стаи и не затерялся ни один гусь, хотя у соседей бывали такие пропажи. Повадилась лиса таскать гусей прямо на озере и, когда она попыталась подобраться к стае Гектора, ее ожидала драматическая развязка. Как обычно, Гектор неусыпно охранял свою стаю. Сердитым криком возвращал отбившихся в сторону. И вдруг заметил крадущуюся в траве к его гусям рыжую воровку. В то же мгновенье с победным кличем Гектор обрушился сверху на хищницу. Лиса и осознать не успела меру опасности, как была подмята крепкими лапами к земле. Мощные крылья хлестали ее по всему телу, а крепкий клюв молотил морду. Схватка длилась не более нескольких секунд, после чего поверженная лиса позорно бежала. Не позволял Гектор и чужим гусакам приближаться к своей семье. В шею гнал он их от своих ласковых подруг.
       Дни становились короче, утренний туман напоминал о приближении холодной поры. Однажды гуси услышали сверху призывный крик своих сородичей: "Собирайтесь в дорогу! Пристраивайтесь к нашему клину... Пора улетать в другие края...мы свободные птицы и летим туда, где нам хорошо...там тепло, озера не замерзают и пищи хватает на всех... Пора, пора..."
       Гектор ощутил легкую тревогу... А может правы эти, которые летят над его головой?.. Он вытянул шею вверх и прокричал напутственные слова: "Летите, себе, летите, а мы подождем..." Гектор глянул на свою растревоженную стаю и уже спокойно произнес: "Свободы им захотелось... свободы нам и тут хватает..." Гектор знал, что отяжелел за последние месяцы и даже короткий подлет давался ему с трудом... Он размышлял: "Лететь неведомо куда...зачем?...для чего?...Холода он переживет в теплом птичнике вместе с нежными, податливыми гусынями в привычной обстановке уважения и признания его власти..."
       В углу горницы стояла нарядная елка. Запах свежей хвои приятно щекотал ноздри... За праздничным столом собралась вся семья. Родители и их дети в нарядных одеждах.
       - Дождались мы светлого праздника!... - произнес Отец. На большом подносе он разделывал ножом и вилкой подрумяненную тушку. - Ну- ка, подставляйте тарелки... - и чуть позже добавил: - Хорошим вожаком был античный герой, а вот мясо все- таки жестковато...
       Опустив голову, девочка молчала и слезы скатывались по ее лицу в тарелку...
       А на подворье никто не заметил исчезновения вожака. Гуси толпились у корыта с пищей и ни одна гусыня не вспомнила о сильном, гордом и прекрасном Гекторе...
      
      
      
      
      
       В поисках сущности
      
       Этот осенний вечер был теплым, безветренным, вероятно, одним из последних перед наступающей, слякотной порой. Профессор Ананьев неторопливо шел в сторону дома. День сегодня выдался утомительный, бессодержательный и еще, в завершение, этот тягомотный Ученый совет. Отчеты, планы на перспективу, тусклые речи - формальные, монотонные... Анатолий Сафронович стал замечать, что к окончанию рабочего дня он устает, чего раньше не наблюдалось. Как- никак уже шестой десяток... В деканате иногда интересуются: "Не устаете, коллега, от такой большой нагрузки?".
       Профессор Ананьев и не помышлял о покое. Именно в данном возрасте он ощущал себя насыщенным идеями, мыслями, которые необходимо передать в руки последователей. Размышления Ананьева прервали обращенные к нему слова:
       - Дед, а Дед? Закурить не найдется?..
       Профессор остановился и увидел двух парней, обжавших его с обеих сторон. В вечерних сумерках он не мог достаточно ясно разглядеть их лица. Электрические светильники горели через одного - городские власти экономили электроэнергию.
       - Следующий ваш вопрос будет известный из детективной литературы - "Кошелек или жизнь?"
       - Как ты догадался, Дед? Литература твоя нам до фени, а бабки нужны вот так.
       Тот, кто стоял справа, меньшего роста, провел ладонью ниже подбородка.
       - Понимаю ваше критическое положение, мои юные друзья, и поделюсь с вами всем, что имею.
       Ананьев извлек из внутреннего кармана кошелек и передал тому, кто стоял справа. Стоявший по другую сторону от профессора не отличался разговорчивостью и только буркнул - "Ага".
       - Тут у тебя, Дед не так уж много... может есть еще в заначке?
       Ананьев развел в сторону руки.
       - Все, чем могу помочь бедолагам... Вот только кошелек прошу вернуть - подарок моей супруги.
       Эту почти мирную беседу прервал резкий скрип тормозов и сразу же всю группу высветил яркий свет фар патрульного автомобиля - за спинами молодых людей возникли стражи порядк,а и один из них спросил:
       - Есть проблемы?
       - Проблем никаких нет... Я, профессор Ананьев, возвращаюсь из университета, а двое юношей - мои студенты. Они подрядились проводить меня к дому.
       - Документы будем проверять? - в голосе спросившего угадывалось некоторое сомнение.
       - Как вам будет угодно... - профессор протянул удостоверение личности.
       - Так, профессор Ананьев...Анатолий Сафронович...место работы... С вами все в порядке. А вот эти, с вашего позволения, студенты... Что за вид? Приведите их в порядок, профессор.
       - Так мода же...новые времена - новые песни поются и прочее...
       - Ладно, студенты... Чтобы доставили профессора до самого дома.
       Молодые люди согласно кивнули головами и произнесли нечто непонятное.
       - Ну, Дед, ты вообще даешь... Настоящий мужик! Не сдал нас...
       - Мои юные коллеги, оставим комплименты на другой раз. Спасибо, что не стукнули по голове... Прощайте и с пользой используйте мои кровные...
       - Ты извини, Дед, очень нам нужны бабки... Мы проводим до самой твоей квартиры.
       Анатолий Сафронович поднялся по крутым ступеням на свой четвертый этаж - лифт опять не работал. Лишь только он повернул ключ в замке, за дверью раздался голос:
       - Это ты, Анатоль? Я уж изнервничалась... По городу опасно вечерами ходить. Опять по телевизору сообщали разные ужасы...
       - Не беспокойся, Лиза, меня проводили до самого дома телохранители. Этот Ученый совет никак не мог завершиться - скукотища дикая. Я же звонил тебе, что задержусь...
       В коридоре у самой входной двери его встретила супуга, встретила, сидя в каталке. Вот уже два года, после наезда автомобиля, она обезножила и передвигалась по квартире на колесах. Это была моложавая худенькая женщина с тонкими чертами бледного подвижного лица и теплыми карими глазами.
       - Сегодня из Франкфурта на твой сайт пришло подтверждение приглашения на симпозиум биофизиков. Я уже закончила перевод на английский твою последнюю работу.
       - Не торопись, Лизавета, я еще не принял окончательного решения. Не могу я надолго оставлять тебя одну.
       - Анатоль, ты не должен приносить себя в жертву. Не возражай мне. Серьезный ученый с мировым именем обязан служить науке в любых условиях. Я повторяю твой собственный тезис. Одну неделю я обойдусь без твоей помощи. Полина обеспечит мои нужды. Кстати, Полина приготовила обед на два дня. Раздевайся и поужинай.
       Анатолий Сафронович переоделся в домашнее и без особого аппетита поужинал на кухне. Ему до сердечной боли было жаль свою Лизу, с которой он прожил большую жизнь. Их единственная дочь Надежда с двумя детьми и мужем жила в далеком северном городе и не могла оказать действенную поддержку своим родителям. Письма, телефонные звонки и один раз в год - короткое свидание. Лизавета прикатила на своей каталке к самому порогу кухни.
       - Анатоль, ты и не помышляй отказываться от поездки. Прочитай приглашение, в нем оговорены все условия - бесплатное проживание, питание, транспорт, культурные развлечения. Там информированы, что наши ученые не очень состоятельны, потому и учли все нюансы. Основные твои расходы только дорога туда и обратно.
       Анатолий Сафронович понимал, что его авторитет повышает престиж факультета. Труды его были известны во многих мировых научных центрах. А с другой стороны, в свой адрес он ощущал едва скрываемую зависть коллег. Популярность его сказывалась и на посещаемости лекций, куда стремились попасть студенты других факультетов и даже преподаватели. Так и на этот раз, обширная университетская аудитория была заполнена до отказа, желающими услышать неординарные суждения профессора. Некоторые студенты уместили на своих коленях девиц, остальные опоздавшие устроились на лестничных ступеньках и просто опирались о стены.
       Профессор Ананьев появился на пороге аудитории в темном костюме, светлой отглаженной рубашке при галстуке. Лизавета тщательно следила за его внешним видом. Окинув близоруким взглядом аудиторию, он поздоровался, установил свой объемный, проживший долгую жизнь портфель на стул около кафедры и обратился к студентам.
       - Сегодня мы продолжим тему "О неоднородности вселенной".
       Сосредотачиваясь, Анатолий Сафронович повел ладонью по свежевыбритому лицу, попытался пригладить непослушные седые волосы на голове и после паузы, раздумчиво продолжил.
       - Согласно с моими расчетами, видимая и ощущаемая нами материя, занимает около десятой части от той существенной материи, которая в данное время и в данном месте не подвластна нашим органам чувств. Но она присутствует, влияя эффективным образом на протекающие процессы здесь и во всей вселенной. Может быть, я не совсем ясно сформулировал свою мысль для некоторых присутствующих? Тогда обращаю к вам простой вопрос: "Что такое электрический ток?".
       Из последних рядов раздался звонкий юношеский голос: "Это же элементарно - направленное движение электронов от плюса к минусу..."
       - Совершенно верно, мой юный друг, так утверждается в учебнике по физике средней школы. А можете ли вы аргументировано объяснить, почему электроны бегут в данной последовательности, а не иначе?
       В аудитории установилась тишина, лишь где-то у стены послышалось сдерживаемое покашливание. Профессор поправил очки, обеими руками пригладил остатки растительности на голове и продолжил:
       - Когда я был в ваших летах, я задал такие вопросы моему уважаемому наставнику. Знаете, что я услышал? - "Одному богу известно.." - ответил видный ученый. Я не призываю вас решать научные проблемы, привлекая в соавторы Всевышнего. Кстати, богов и религий на нашей грешной земле превеликое множество. Я просто хочу внедрить в ваши молодые, не замусоренные штампами, головы одну лишь генеральную идею - никогда не опирайтесь на догмы! Пусть полет ваших творческих устремлений не знает границ, не будет сдерживаться когда-то и кем-то установленными законами.
       - Простите, профессор, - во втором ряду протянула вверх руку и привстала худенькая девчушка, в больших роговых очках на лице, - Вы хотите сказать, профессор, что все мудрые мысли, добытые самопожертвованием и потом предыдущих поколений не имеют научной ценности и являются просто хламом?
       - Подобное я не смею утверждать, мой юный друг. Система, на которой базируются мои изыскания, предполагает, что вселенная неоднородна.
       Неоднородная материя, взаимодействуя с неоднородным пространством, рождает многие явления, которые современная наука не может объяснить, свято веруя, что это невозможно, потому что невозможно никогда.
       Теория неоднородной вселенной противоречит Энштейну, утверждавшему, что пространство однородно и обладает раз и навсегда определенными свойствами. По Энштейну скорость света, - вы все знаете это, - составляет триста тысяч километров в секунду. Опыт, проведенный во Флориде, при помощи лазерного луча в газовой среде превысил эти показатели в триста раз!... То, что дала нам природа, это только начало. Тот же мозг человеческий можно развивать до бесконечности. Сейчас его потенциал используется лишь на 5- 6 процентов. Есть еще что-то более существенное в мире, неподвластное нашим органам чувств, влияющее на протекающие процессы. Для этого неразгаданного феномена физики придумали, исключающий все вопросы, термин - "темная материя". А что такое "темная материя"? В каких формах и где она существует? У современной науки на этот вопрос ответа нет! И желающих искать ответ, тоже не наблюдается. Современная наука никаких новых знаний не дает, а лишь развивает "школьные истины". Наши органы чувств не являются конечным инструментом изучения мира. Они созданы природой лишь для нашего выживания.
       Профессор умолк ненадолго и в полной тишине ощущалось напряжение пульсирующей мысли.
       - Совершенствование человека происходит не тогда, когда он механически запоминает информацию о том или ином направлении науки, а когда просветление знанием становится частью нас самих. По мере развития своего мозга, человек становится способным воспринимать новые уровни реальности, проникнуть в "гнездилище Сущности". Представьте, что окружающая нас реальность имеет несколько уровней Сущности. Тело человека является своеобразной "электростанцией", обеспечивающей жизнедеятельность Сущности. После смерти Сущность человека уходит на тот или иной уровень реальности. Есть жизнь Сущности вне тела, есть вероятность населения одного тела несколькими Сущностями. Вопросы Сущностей окружающего нас мира и самого человека - необъятное поле для исследования и поисков истины сущностей. Вот этим и займутся многие из вас, сидящих в этой аудитории.
       Прозвучал звонок к окончанию лекции. Студенты окружили профессора и обратились к нему с вопросами. Профессор Ананьев пытался ответить на некоторые, но время поджимало и уже прозвучал сигнал к началу следующей пары. Профессор объявил, что на любой вопрос рад ответить по четвергам, с десяти утра до часу дня, когда проводит консультации.
       Студенты заторопились по своим делам. Около Ананьева остался только один молодой человек с правильными чертами подвижного лица и непокорной копной длинных волос на голове. Он смущенно обратился к профессору.
       - Я всего на несколько секунд, Анатолий Сафронович... Неделю назад вы не зачли мою работу...это событие грозит мне лишением стипендии... Я прошу вас понять, как много значит эта сумма в бюджете каждого студента. Особенно для тех, кто не может надеяться на помощь со стороны.
       Профессор сосредоточился на мгновенье.
       - Я помню вашу работу, мой юный друг. Фамилия ваша, кажется, Пчелкин?
       - Прошкин...
       - Так вот, уважаемый Прошкин, не надейтесь меня разжалобить. Работа почти целиком списана из научных журналов, без личного участия вашего мыслительного аппарата... Я представлю вам шанс... Обратитесь к проблеме раздвоение личности, или, скажем, интуиции... к знаниям, пришедшим вне опыта, которые в то же время можно подтвердить опытным путем. Я упоминал в своих лекциях о фотографировании по методу "Кирлиан", когда фиксируется свечение биологического объекта в СВЧ- лучах. Обыкновенное семячко цветка Лютика было сфотографировано указанным способом. На проявленной фотографии оказалось изображение взрослого цветка, прикрепленное к семячку. По всей видимости это относится и к другим биологическим объектам, например, к эмбриону человека... Это весьма перспективная проблема. В любой четверг, как я уже объявил, надеюсь ознакомиться с вашими размышлениями по данной тематике.
       Отвечая на приветствия своих коллег и студентов, профессор направился к выходу из университета. Придерживая массивную входную дверь, он подумал, что остаток сегодняшнего дня у него уйдет на подготовку к отъезду. Следует поразмышлять о главной информации "В поисках сущности", с которой он собирается выступить на симпозиуме. Чемодан и все необходимое в дорогу соберет Елизавета... Кстати, сегодня следует ее искупать. К этой процедуре он всегда готовился с трепетом. Он сам раздевал ее, усаживал в ванну, помогал ей мыться... Потом насухо обтирал и облачал во все свежее...он не мог преодолеть, возникавшее каждый раз, чувство жалости по отношению к своей Лизавете, некогда стройной, гибкой, с упругой бархатной кожей. Так немилосердно сложилась по отношению к ней судьба.
       Жена ненавязчиво помогала ему в научной карьере. Растворялась в нем, сама оставаясь в тени. Хотя была способным ученым со светлой головой. Профессор уже ступил с последней ступеньки на аллею, ведущую из университета в городские кварталы, когда его размышления прервал чей-то голос.
       - Извини, Дед, это опять мы.
       Профессор остановился, увидев перед собой парней, облегчивших его кошелек. Взгляд Ананьева не выражал восторга от неожиданной встречи.
       - Да, да...я узнаю вас, только ничего больше не могу вам предложить.
       - Ты не так нас понял, Дед... За тот вечер ты извини... Так получилось. Ты не подумай, что мы промышляем этим делом. Просто бабки нужны были до зарезу. Долг нужно было отдать... Потом, вспомни, мы ведь ничего у тебя не требовали. Ты сам сказал про литературу и кошелек, ...сам отдал деньги.
       - В логике вам нельзя отказать. Так что же вы ещё желаете от меня получить?
       - Хотим познакомиться. Вот он - Гусь, то есть Макс...Максим, - указал он на своего подельника. Тот был высокий, нескладный, со скучным лицом на длинной шее и челкой, нависающей на глаза. Гусь подобрался, кивнул головою и произнес: "Ага" - ну, а меня прозывают Шкворнем, а по- людски - Саня, Александр значит.
       Шкворень был небольшого роста, плотный, со стриженой головой и круглым лицом в веснушках.
       - Очень приятно познакомиться, милые грабители. Ну, а моя кликуха не Дед, а по- людски - Анатолий Сафронович.
       - Да знаем мы, Сафроныч. Ведь мы попали на твой доклад. Очень интересно было, но не все понятно. Как это может быть, что мы стоим тут, разговариваем, а вокруг нас еще что-то есть, чего мы не можем видеть.
       - Боюсь, что это будет сложно вам понять, мои юные разбойнички... - профессор подобрел лицом и продолжил - постараюсь, насколько это возможно удовлетворить вашу любознательность. Только я тороплюсь, завтра уезжаю. Проводите меня к троллейбусу, и поговорим по дороге.
       Молодые люди согласно кивнули головою, а Максим произнес: "Ага".
       - У человека всего пять органов чувств, да и те, со временем, теряют свою остроту, притупляются. К примеру, взять новорожденного ребенка. Он попадает в незнакомый, враждебный мир, грозящий многими опасностями. Природа снабдила этого, едва появившегося на свет человека, гораздо более тонкими инструментами восприятия окружающего мира, чем у нас с вами. Это для самосохранения. Такой ребенок никогда не пойдет на руки к человеку лживому, неискреннему, как только тот не будет его уговаривать. За наигранной улыбкой и сюсюканьем ребенок распознает его подлинную суть притворщика. Вот это и есть Сущность, о которой я говорил, вернее, только часть Сущности. Со временем провидческое восприятие у ребенка притупляется и он становится, как все окружающие. Понятно я объясняю?
       Парни молча кивнули головою, и профессор продолжил.
       - Или возьмем, к примеру, собаку... сколько их путается у нас под ногами? Мы часто их не замечаем, иногда приласкаем, чаще обижаем. А ведь это животное наделено такими талантами, которым человек может позавидовать. Я имею в виду не обоняние, слух, зрение - оно у них на порядок острее. Еще одной уникальной способностью обладают прирученные четвероногие - они фиксируют невидимые человеческим глазом лучи, которые испускает вокруг себя любой биологический объект. Что касается человека, то собака может по ауре определить характер, его индивидуальные особенности, душевный настрой, может прочитать его мысли и намерения. Это также относится к Сущности окружающего нас мира.
       - Вот ты, Александр, - я мало знаком с тобой, - но догадываюсь, что не все благополучно было у тебя в детстве, да и сейчас радостного мало...
       Саня насупился и нехотя выдавил из себя:
       - Какая тут радость? Батя мой, сколько помню себя, не просыхает, мать обижает... Школу я еле осилил, учиться неинтересно было... Вот если бы такие учителя, как ты, Сафроныч...
       Максим, наконец, произнес первую за все время знакомства с профессором фразу:
       - У меня тоже хорошего мало. - говорил он напряженно, с трудом подбирая слова. - Отца своего я вовек не видал... Ладно еще кореш у меня такой, как Шкворень. Он меня пристроил в мастерскую по ремонту тачек. Там мы с ним вдвоем и горбатимся... А школа?...Я и вовсе ушел из девятого класса... Это вся моя, как вы говорите, Сущность.
       - Наконец мы познакомились, - остановился Анатолий Сафронович у троллейбусной остановки. - По возвращении мы продолжим наше общение в более конструктивном аспекте. А сейчас пора прощаться.
       Поздним вечером в квартире профессора Ананьева ожил телефон. Елизавета бодрствовала. Сидя у торшера, она читала увлекательный исторический роман. Телефон был с нею рядом. Она отсчитала уже трое суток с момента отбытия супруга.
       - Здравствуй, Лизанька, съедает меня совесть, что оставил тебя одну без поддержки.
       - Не терзай себя, Анатоль. Вместе с Полиной я полностью управляюсь по дому. Лучше расскажи о своих новостях. Что интересного было сегодня?
       - Любопытного весьма достаточно. После вчерашнего выступления по теме последнего моего изыскания "В поисках Сущности" интерес к моей персоне увеличился многократно. В числе коллег - специалистов, осаждает меня один господин из непонятной для меня международной организации. Он предлагает работу по выбору - на Европейском континенте или в северной Америке. Перспективы - радужные, материальное вознаграждение и условия работы - фантастические...
       - И как же ты отреагировал? Надеюсь, ты не поддался чарам этого господина? - в голосе Елизаветы угадывалась некоторая тревога.
       - Успокойся, Лизанька, меня не заманить сладкоголосым сиренам. Настоящее положение вещей, моя научная работа меня вполне устраивают. Этот хитрый господин задавал мне странные вопросы и настойчиво требовал ответов на них. К примеру, можно ли, применяя методику о Сущности, определить - какова будет в дальнейшем судьба нового самолета или подводной лодки, только что спущенной со стапелей? Каковы тебе эти вопросики? Я ответил, что я не предсказатель и не чародей.
       - Анатоль, постарайся там не открываться до конца. Тамошние искусители весьма коварны и готовы на многие ухищрения, чтобы выдоить из человека всю необходимую им информацию.
       - Оснований для беспокойства у тебя нет, Лизанька. Не такой уж я простачек...
       - Анатоль, тут со мною такое стряслось... На второй день после твоего отъезда звонят в дверь и появляются на пороге двое юных джентльменов. Не по внешнему виду, конечно. Они представляются твоими студентами, вручают мне энную сумму и объясняют, что брали у тебя взаймы.
       - Знаю, знаю их...Это были Гусь и Шкворень.
       - Нет, Анатоль, они по- другому представились: Максим и Александр. Полина была тогда со мною. Потом эти молодые джентльмены, осознав мое убогое инвалидное положение, предложили прогуляться с ними по улицам города. Ты представляешь мое волнение? Сколько времени я не наблюдала скопление человеческих особей, не была в скверах, не окуналась в бурлящий жизненный поток? Колебалась я недолго, хоть Полина и была против моего выхода в свет. Потом мальчики дружно схватили мое тронное кресло и мигом доставили вниз. Целый день они катали меня по городу, угощали квасом и мороженым. Я надышалась волей и свежим ветром на много дней вперед. Славные мальчики. Только лексика у них странная... Может я просто давно не была на людях, задержалась в прошлом времени?
       - Как же ты весь день находилась вне дома, без возможности выполнять свои естественные потребности?
       - Не тревожься, Анатоль, Полина проинструктировала мальчиков. Все происходило в пределах пристойности, к обоюдному пониманию... Я скучаю по тебе, Анатоль.
       - Осталось еще два дня. Я сообщу о времени возвращения. Обнимаю тебя, вспоминаю постоянно...
       Максим и Саня редко бывали в аэропорту, потому им необходимо было освоиться, привыкнуть к необычной обстановке. В справочном окошке они узнали, что рейс из Франкфурта прибывает по расписанию... Максим перекладывал из одной руки в другую тощий букетик гвоздик, который они приобрели тут же в аэропорту. Максим не знал, как обращаться с цветами, а потому ощущал себя глупым и неловким. Саня упорно не замечал страданий Максима.
       Встречающие сгрудились у двери с табличкой 2. В задних рядах пристроились и молодые люди. А впереди находилась делегация во главе с солидными людьми, на лицах которых читались уверенность и властность. Делегацию сопровождала охрана и помощники с роскошными букетами в руках. Тут же сновали фоторепортеры, были установлены телевизионные камеры.
       Под сводами аэровокзала прозвучало сообщение: "Только что совершил посадку самолет рейсом из Франкфурта. Граждане пассажиры, ваш багаж вы можете получить у выхода на перрон... Господин Ананьев, вас встречает делегация во главе с администрацией нашего города".
       Максим и Саня переглянулись: "Это мы, что ли, делегация?" - произнес Саня.
       - Ага...значит, мы и есть делегация...
       Взгляды встречающих были направлены к выходу на перрон. Среди восклицаний, объятий и обычной суеты вырисовалась одинокая фигура пожилого человека с небольшим чемоданом в руке.
       Дружно грянули медные трубы духового оркестра и бодрая мелодия отразилась от высокого потолка аэровокзала. Оттесняя прибывших и встречающих, крепкие молодые мужчины образовали коридор, в который ступили глава городской администрации и еще несколько видных чиновников. Глава города, улыбаясь, протянул обе руки в сторону слабо воспринимающего происходящее профессора Ананьева. Оркестр умолк.
       - Мы прибыли сюда, - бодро начал глава делегации, - чтобы первыми поздравить нашего земляка профессора Ананьева... Всего два часа назад мы получили радостное известие и приветствуем на земле нашего края нового лауреата Нобелевской премии. Теперь в нашем городе будет свой Нобелевский лауреат, с чем мы и поздравляем вас, уважаемый Анатолий Сафронович!
       Профессора окружили журналисты, чемодан предупредительно изъяли из его рук и взамен множество букетов цветов оказались в его объятиях...
       Телевизионный репортер громко, торопя слова, начал записывать сюжет, который вечером появится на экранах местного телевидения, а может быть, и в столичных новостях... Оттесняя толпу, профессора повлекли к выходу на привокзальную площадь, где ожидал торжественный кортеж в сопровождении спецмашин с мигалками... Взгляд профессора остановился на Максиме и Сане. Он поздоровался с ними за руку, заговорщически подмигнул и тихо произнес:
       - Спасибо, Гусь и Шкворень, за то, что уделили внимание супруге...
       Потом профессор повернулся в сторону главы города.
       - Можно ли этих двух ребят усадить со мной в машину?
       - Нет проблем, Анатолий Сафронович...
       - Эти молодые люди мои помощники. Вы не возражаете против такой аттестации, Гусь и Шкворень, - снова понизил голос профессор.
       - Мы согласные, Сафроныч, - ответил Саня, а Максим утвердительно кивнул головою и произнес свое обычное.
       - Ага...
      
      
      
      
       Грехи тяжкие...
       \
       Мефодий Семенович испустил дух ближе к утру. Последние дни на сердце давил камень, руки и ноги налились тяжестью. Он не выходил из дому и все больше находился в лежачем положении. Жил он один в двухкомнатной "хрущевке" после кончины супруги, что свершилась два года назад.
       Вечером Мефодий Семенович запил таблетку пустым чаем, посмотрел по телевизору новости, где, как обычно, старались - потели за народ политики. Показывали террористов в профиль и анфас, представили роскошную свадьбу дочери члена правительства в княжеском дворце. Потом бубнили про аномалии погоды и астероид, который собирается упасть на наши головы... Какой-то мужик с черной бородой (Мефодий не расслышал его имени) обещал избавление от всех болезней простым наложением рук и чудодейственной водой, которую он сам изготовляет...
       Мефодий Семенович ощутил слабость, кое- как добрался до дивана и впал в забытье. И уже во сне остановилось его сердце.
      
       На другой день, где-то к восьми утра, по дороге на службу забежала проведать отца дочь Антонина. Мефодий Семенович услышал горестный вскрик и причитания своей младшенькой, но душа его уже находилась наверху под потолком и взгляд был устремлен вниз на неподвижное, бывшее недавно своим, тело. Много лет назад Мефодий Семенович в какой-то научной книге вычитал, что душа человека имеет вес 0,17 грамма и обитает в космосе. Первые девять дней душа находится рядом со своим телом, все слышит, понимает... Действительно, он отчетливо слышал, как сквозь рыдания и всхлипы, Антонина звонит по телефону своему мужу Юрию и брату Виктору, сообщая печальную новость.
       Уже после девяти утра собрались все близкие у тела усопшего. Ахали, охали, женщины роняли слезы. "Как внезапно покинул нас Мефодий Семенович, не ко времени скончался...мог бы еще жить да жить..." - это супруг Антонины Юрий обронил такие слова. Душа Мефодия подумала там, под потолком: "А как это может случиться, что ко времени приходит конец жизни? И кто отмеряет этот срок?". И еще Мефодий Семенович обратил внимание, что потолок его комнаты весь в оспинах от облупившейся извести. Снизу не так видно было, как тут вверху... Давно собирался хозяин квартиры заняться побелкой- штукатуркой, да как-то руки не доходили, а теперь уж пусть кто-то другой...
      
       Завершились первые печальные минуты горевания, и близкие Мефодия обратились к практическим соображениям. Организацию похорон приняла на себя Антонина с мужем Юрием. Сын Виктор отмолчался, а супруга его Светка сказала, что может помочь с продуктами и готовкой, если дома будут поминки. Антонина не согласилась:
       - Похороним достойно и помянем в кафе. Пусть придут его прежние товарищи по службе... Всю жизнь он вкалывал на заводе...
       "И то верно, - мысленно согласился Мефодий Семенович, - пусть приходят мужики". Хотя никакого завода уже нет. Заколотили заводские ворота досками с начала реформ, а потом растащили станки- механизмы до последнего болтика. Сами мастера - классные фрезеровщики, лекальщики, токари, подались, кто в сантехники, кто - в сторожа, а большая часть осталась на обочине тротуаров торговать разным хламом: утюгами старыми, гвоздями, гайками и пружинами... "Пусть приходят помянуть меня, - решил Мефодий, - хоть поедят вволю, выпьют, разогреются...".
       Потом как-то близкие родные незаметно перешли к другим соображениям - как делить оставшееся имущество? А имущества всего-то : двухкомнатная малогабаритная квартира с совмещенными санузлом и ванной, давно уж не знавшая ремонта, вазовская "копейка", изрядно поизносившаяся за годы езды по первобытным дорогам к садовому участку, коим владел и где потел, набираясь крестьянского опыта, сам Мефодий Семенович.
       Первой подала голос Антонина:
       - Пусть тебе отойдет папина машина, Витя. Ты же отличный механик по автомобилям... Приведешь ее в порядок и будешь ездить с семьей на папину дачу. Ее можешь переписать на себя...
       -То же еще рассудила- разделила, - встрепенулся Виктор, - этому примусу на колесах уже около пятнадцати лет... А в огороде колупаться, - это не мой профиль жизни. По праву старшего наследника мужской линии мне должна отойти квартира.
       - Побойся бога, Витя, у меня подрастают две девочки... Они должны иметь свое гнездо.
       - Не нужно было рожать столько! - парировал Виктор, - Я в этих делах не принимал участия... Ты же знаешь, сестра, что я занялся бизнесом... Мои партнеры требуют вернуть кредит, иначе меня поставят на счетчик и грохнут... Квартиру я смогу внести, как залог!
       - Это будет справедливо! - возвысила голос невестка Светлана, - Закон на нашей стороне!
       "Ишь ты, законница... - возмутилась душа Мефодия Семеновича. Невзлюбил он Светку с самого того дня, когда его первенец и надежда Виктор привел эту девицу в дом. Потом уж он смирился, когда появилась на свет их дочь Вероника - хохотушка и шкодница. А все равно Мефодий не мог повернуться душой к расфуфыренной и наглой Светлане. Ее ненасытная тяга к накопительству, зависть к людям более удачливым заставили Виктора с головой кинуться в сомнительные, авантюрные дела под названием "бизнес".
       - Послушайте, родственники... не передеритесь, часом, над остывшим телом отца. Меня корежит от вашей торговли. Не смей, Антонина, больше касаться этой темы... А тестю своему я лично сооружу гроб для упокоения.
      
      
       Дальше уже все пошло своим чередом. Нашлись сведущие в похоронных делах добрые люди, - подсказали, помогли оформить все казенные бумаги, определили место захоронения на кладбище и в тамошней церкви - отпевание, а в кафе - стол на пятьдесят человек для поминовения души.
       Зять Юрий исполнил свое слово. Соорудил он тестю знатный гроб из сухих дубовых досок. Ложе внутри и снаружи оббил атласным материалом с рюшками по краям крышки. Прикрутил к нижней части гроба бронзовые ручки- держаки. Словом, все честь по чести.
       Мефодий Семенович наблюдал за всеми приготовлениями к печальному событию и особо отличил добротную, от души, работу Юрия. "Не оценил я зятя при жизни, - подумала душа Мефодия, - Юрий все больше молчал, глядя на все события жизни. А тут как показал себя - и доброту и твердость характера".
       В небольшой, со спертым воздухом кладбищенской церкви стояли три гроба. Провожающие томились ожиданием отца Виталия и отпевания своих дорогих покойников. Старший служка объяснял что-то невразумительное возмущенным людям: "Отец благочинный Пантелеймон созвал всех настоятелей храмов на какой-то форум... Только что отец Виталий звонил по "мобилке" и уже находится в дороге..".
       За стенами храма заурчала машина и вскоре появился, успокаивая дыхание, сам отец Виталий - нестарый еще человек с аккуратной небольшой бородкой. Служка по скорому помог ему облачиться в необходимые одежды, раздул паникадило и началось отпевание. Душа Мефодия устроилась под самым потолком храма, рядом с большим художественным портретом главного бога. Очередь Мефодия для отпевания была последней. Он обратил внимание, что отец Виталий над следующим покойником пропустил две молитвы. Дальше пошли привычные ритуалы, прощальные речи и погребение. Мефодий Семенович, вместе с родственниками и сослуживцами по заводу, пришедшими проводить его в последний путь, переместился в кафе, где уже были накрыты столы.
       Все было достойно, не поскупилась его любимица Антонина - закусок разных и напитков было вдоволь. Говорили о Мефодии разные хорошие слова, желали, чтоб земля была пухом. Один незнакомый ему мужик, уже изрядно поддавший, тоже встал произнести прощальную речь. У него получилось что-то вроде тоста, да имя еще исказил, обозвал Мефодия мудреным именем Евтодий.
      
      
       По завершении поминовения Мефодий Семенович решил навестить отца Виталия - настоятеля храма, где его сегодня отпевали. Святой отец не удивился появлению Мефодия и вежливо предложил:
       - Устраивайся, раб божий... имя я твое запамятовал. Ты который из трех?
       Мефодий назвался и попытался усовестить хозяина дома:
       - Что же ты, святой отец, схалтурил сегодня? Не исполнил всех молитв? И букет от тебя исходил непристойный - запах сивухи, чеснока и селедки?
       - Не обижайся, раб божий Мефодий, это в храме я посредник между богом и прихожанами, а в мирской суете - я такой же грешник, как и все остальные.
       - А почему потребовал такую же сумму, что уже была оплачена по квитанции?
       - Так ведь приход мой не денежный... А семья - три мальца по лавкам... Это и за грех можно не считать.
       Отец Виталий зевнул, прикрывшись ладонью, давая понять, что душа Мефодия загостилась - пора и честь знать. Мефодий решил наведаться к сыну Виктору. Все это произошло в один миг и душа Мефодия устроилась за люстрой над столом, где расположились сын его Виктор и жена его Светка. Они вернулись после поминок, но печали на их лицах Мефодий не видел. Светка тараторила, как обычно, наседала на супруга, что мало денег приносит в дом, что единственную дочь и жену не может прилично содержать. Виктор огрызнулся и сказал, что хоть в такой печальный день могла бы не сверлить его. Светка обиделась и вышла в другую комнату. Тут и объявилась душа Мефодия:
       - Жаль мне тебя, Витя, сожрет тебя эта баба.
       Виктор не удивился появлению души отца и стал разгружать свою нервную систему:
       - Не послушался я тебя, батя, когда присмотрел эту мегеру. Совсем озверела Светка, всего ей мало... глаза завидущие, ненасытные... Я уже так стараюсь, сил не жалею, все в дом тащу...
       - Обидел ты меня, сын... Как родился ты, я всю надежду на тебя имел. Виктором окрестил. Это значит победитель. А ты мою машину обозвал примусом на колесах... Или ты запамятовал, что на этой машине я учил тебя шоферить, объясняя все механизмы системы? Потому ты и мастером стал умелым по автоделу.
       - Не обижайся, батя, твоей "копейке" уже в металлолом пора... Или ты не видел на каких классных тачках сейчас гоняют? А чем я хуже других?
       - Ничем ты не хуже, только надо все по совести. А это понятие уже совсем позабыли...
      
      
       С этими словами душа Мефодия оставила Виктора с его горестными размышлениями о не сложившейся семейной гармонии. Решил Мефодий Семенович повидать незнакомого мужика, который прибился в кафе на его поминовение и произнес то ли спич, то ли заупокойное слово. Постоянно обитавшие на кладбище нищие, существовавшие на подаяние, называли его Жорой- аристократом. На это были свои причины. Жора смотрел на своих вынужденных коллег свысока, ибо был когда-то человеком интеллигентной профессии и протягивать руку за подаянием считал занятием унизительным. Жора- аристократ содержал свой небогатый гардероб в чистоте. Брюки и рубашка его были всегда наглажены, а видавшая лучшие времена обувь начищена до блеска. Наметанным глазом на кладбище он определял имущественный статус усопшего и провожавших его лиц. Неназойливо внедрялся в ряды сопровождающих похоронную процессию, старался примелькаться в глазах окружающих. Поможет нести венок или крышку гроба, подаст стакан воды горюющим родственникам... К окончанию ритуала он уже становится членом команды и занимает место в автобусе с уверенностью в законном праве отдать последний долг усопшему своим присутствием на поминках.
       - Я имею к тебе вопрос, - уместилась рядом с Жорой душа Мефодия Семеновича - Как это ты оказался незваным на моих поминках? Да еще обидел. Вместо Мефодия обозвал Евтодием...
       - Ты уж извини меня, покойничек Мефодий. Я был изрядно поддатый, когда примкнул к твоему коллективу. До этого случая я успел обслужить еще одно погребение...
       - А по шее тебе не надавали ни разу? - поинтересовалась душа Мефодия.
       - Как можно такое на печальной церемонии? К тому же я ничего антигуманного не совершаю...вместе с родственниками и близкими я скорблю по ушедшему из жизни. И никто не подумает исключить меня из числа провожающих... А на поминки пригласительных билетов не дают... Так что совесть моя чиста, да и поем вволю, что не всегда возможно при моем скудном пенсионном обеспечении...
       Душа Мефодия Семеновича вынуждена была согласиться с логическими доводами Жоры- аристократа и решила навестить своего бывшего сослуживца по заводу Григория, который тоже провожал его в последний путь. Основания были вескими, чтобы обменяться с ним мыслями. Гриша проявил завидную активность во время совершения похоронных ритуалов. Крышку гроба нес и венки распределял. Первый бросил горсть земли в могилу, произнес со слезой в голосе прощальное слово на поминках. Сказал близким, чтобы не стеснялись, обращались к нему, если что надо помочь... А вот, что не вернул Мефодию Семеновичу, взятую взаймы приличную сумму денег, он умолчал...
       Своего товарища по заводу Мефодий застал сидевшим за столом с закуской и выпивкой. Видно, продолжал поминать своего бывшего коллегу. Душа Мефодия уместилась за столом напротив Григория
       - Спасибо, Гриша, хорошо ты говорил про меня, аж слезу вышиб у некоторых. Только в тебе самом я заметил не так печаль, как утаившуюся радость, что похоронил ты меня и теперь все концы в воду - больше не должен ты мне ничего. Вроде бы хотел отдать взятые взаймы деньги, да некому...
       - Ты что такое несёшь, друг ты мой многолетний? Я ведь обидеться на тебя могу и спросить за напраслину по самой строгой мерке... Несмотря на то, что ты, вроде бы, уже не живой. Нужны мне твои деньги... Хочешь, я сейчас их тебе верну?
       Григорий сделал попытку встать из- за стола, но Мефодий его остановил.
       - Сиди, Григорий, не трепыхайся... не хочешь ты вернуть взятые взаймы деньги, да и нет их у тебя... Я ведь сейчас дух бесплотный, все вижу насквозь... и карманов у меня нет, нет и кошелька...
       - Вот и я так думаю, Мефодий... Зачем тебе в твоем положении деньги? Плюнь на них и забудь! А я за упокой души твоей свечку зажгу!
       - Ишь ты нашелся какой верующий. Раньше за тобой я такого не наблюдал.
       - Ну нету у меня сейчас денег...поистратился совсем... Можешь по суду вернуть свои деньги...я ж и расписку тебе на эту сумму не давал.
       - Бессовестные твои глаза, Григорий. Не судился я ни с кем при жизни, а сейчас и подавно... Мой тебе последний наказ - может быть не сразу, а по частям верни долг моей дочери Антонине... Иначе буду тревожить тебя каждую ночь, свечей не напасешься ставить... А сейчас прощаюсь я с землей, девятый день кончается. Пора предстать пред очи всевышнего судии.
       В тот же миг Мефодий Семенович оказался перед воротами, обычными воротами в светлых тонах с двумя калитками. Над каждой из них надпись на латыни и кириллице: "Рай" и "Ад". Перед воротами в кресле сидит старичок с седенькой редкой бородой и добрыми глазами. Это апостол Петр - догадался Мефодий и вежливо поздоровался:
       - Здравствуйте, святой апостол Петр. Явилась моя душа на ваше усмотрение.
       - Прибыл ты вовремя, не опоздал. Потому нет у тебя штрафных очков... Становись вот на весы... чего боишься? Электронные, сделаны по спецзаказу. В весах не сомневайся... Проверим, чего больше накопил - грехов или праведных дел?
       Устроился Мефодий на весах и подумал: "Совсем не страшный этот апостол Петр, что решает дальнейшую судьбу грешников, прибывших к финишу". Мефодий вспомнил свои школьные годы и сторожа, следившего за чистотой. Савелий Иванович был похож на апостола Петра, только характером жестче. Бывший моряк Савелий Иванович не давал спуску школярам, наносившим грязь на обуви в здание школы.
       - Кадеты вы неумытые, - гневался бывший моряк - Бери в руки швабру и чтоб выдраить палубу до блеска!
       Для такого случая было наготове ведро с тряпкой и шваброй. И что же вы думали - драили пол ученики, да и Мефодию однажды пришлось.
       А между тем стрелка на весах успокоилась и остановилась точно на красной черте, что разделяла цифровую панель на два сектора: "грешен" и "праведен". Апостол удивленно пошевелил бровями и потеребил бороду.
       - Ну- ка, Мефодий, сойди с весов и снова взойди.
       Мефодий послушно исполнил команду, но стрелка снова установилась в прежнее положение. Апостол Петр встревожился.
       - За полтыщи лет это первый такой случай. Может с весами что произошло? - апостол вынул из рукава мобильный телефон, - Это научный центр? Срочно пришлите на проходную специалиста по электронике.
       Сию же секунду появился Ангел с бледным, грустным лицом. В руках у него находился тестор, а за спиной вяло трепыхались два крыла. Ангел проверил клеммы, сопротивления, предохранители и ворчливо произнес:
       - Машина в порядке... Когда же вы научитесь грамотно обращаться с электроникой? - и тут же исчез.
       - Ну- ка, Мефодий, последний раз взбирайся на весы. - потребовал Петр.
       Мефодий еще раз взобрался на весы, но стрелка, как приклеенная, снова остановилась на красной черте.
       Апостол Петр пожал плечами, хмыкнул и почесал за правым ухом.
       - Я уже говорил тебе, Мефодий, что подобного форс- мажора не было уже полтыщи лет, вернее - пятьсот двадцать семь. И не могу я теперь открыть ни одну калитку для тебя! - побренчал он двумя большими ключами, висевшими на поясе.
       - Что же мне теперь предстоит? Где душу свою грешную прислонить? - встревожился Мефодий.
       - А мы так поступим... - поразмыслив, через молчание, произнес апостол Петр, - Сам выбирай своей душе путь. Поскольку жизненного груза на тебе одинаково добродетельного и всякого сомнительного, то сам укажи калитку и я отопру ее.
       - Это как же? - еще больше встревожилась душа Мефодия Семеновича, - значит, я сам должен решать свою судьбу? Так не пойдет, святой Петр. Я к тому не готов... Ты подскажи тихонечко - что там за каждой калиткой? Какое там будущее предстоит для души?
       - Ты меня, Мефодий, не совращай на должностное преступление. Я на своем посту уже сколько служу верой и правдой! Сам выбирай!
       - Извини, святой Петр, не смею я тебя на такое действие направлять... Ты не говори ничего, Петруша, только кивни головой или пальцем пошевели на мой вопрос. Как там в раю - кущи райские, как обещали? Разные фрукты диковинные и птицы волшебные поют?..
       - Одно могу сказать, не нарушая инструкции, - отозвался апостол Петр, - Благостно в раю...музыка все больше классическая - Бах, Вивальди, Верди, Шопен, Чайковский... Высоцкого там не поют... Иные души, поселившиеся там, говорят, что скучновато в раю...
       - А как же в аду - веселее будет? - воспользовался словоохотливостью апостола Мефодий, - Грешников всё в смоляном котле варят?
       - Там другие испытания, почище смолы... "Ихтиафония" и "Дедекафония" - нужно денно и нощно слушать на полную катушку... потом "тяжелый рок", "Регги", "Рэп", "Брейк-бит", "Рок-н-ролл" и прочие штучки - язык сломаешь, чтобы выговорить...
       - Совсем ты ввел меня в смятение, Петруша... Как вошел в какую калитку - обратного хода нет?
       - Это уж точно, - подтвердил апостол Петр.
       Задумалась душа Мефодия Семеновича, а потом все- таки пришлось принимать решение.
       - Ты вот что, святой апостол Петр, не торопи меня, дай взвесить, подумать... Ведь сам ты мне подарил такую альтернативу.
       Апостол опять потеребил бороду, пошевелил бровями и изрек последнее слово:
       - Будь по- твоему, раб божий Мефодий, отступлю я малую толику от инструкции... И то верно - случай необычный, может раз в тысячу лет происходит? Дозволяю подумать, посоветоваться с самим собою.
      
       ***
      
       Когда вам случится познакомиться с апостолом Петром (а это, рано или поздно с каждым из нас произойдет), у вас появится редкая возможность наблюдать мятущуюся душу Мефодия Семеновича, порхающую от одной таблички к другой с надписями "Рай" и "Ад".
      
      
      
      
      
       Чудик
      
       Он был обыкновенным мальчиком, вполне здоровым, без всяких физических и психических отклонений. Невелик ростом, белобрысый, только глаза у него были необычными. Взгляд его серых, стального цвета глаз был глубок, серьезен, как будто в них покоилась какая-то тайна, известная только их обладателю. Не каждый мог выдержать его прямой взгляд, как бывает, тяжело выдержать взгляд немигающих глаз маленького ребенка. А в остальном он был, как все мальчишки, непоседлив, в меру упрям, непослушен... Единственно, его не привлекали обычные мальчишечьи шалости, шумные игры, споры, потасовки, стремление выделиться в своей компании и верховодить. Он не выглядел "белой вороной" в кругу своих ровесников. Они особо не выделяли его и не порицали, когда он неожиданно поворачивался и удалялся, роняя на ходу: "Это неинтересно".
       Родители его, обычная семья интеллигентов, преподавателей по профессии, души не чаяли в единственном сыне, хоть и не очень баловали. Да и баловать было не из чего - жили они без нужды, но достаточно скромно. Они считали своим главным родительским долгом привить сыну высоконравственные нормы поведения, которые, как они уверяли, были присущи их древнему роду с уважаемой фамилией Чудиновы.
       Алеша не огорчал родителей, не напрягаясь, отлично учился, легко усваивал школьные премудрости. Духовные интересы его были необычайно широкого спектра. От увлечения в детстве научной фантастикой, он переключился позднее на книги и научные темы более серьезного содержания - астрономию, химию, биофизику... Его увлекла литература об экстремальных явлениях: парапсихология, гипноз, экстросенсорика, оккультизм, шаманство, черная и белая магия, масонство, он настойчиво пытался проникнуть в тайны центурий Нострадамуса... Чудинов не вызывал среди своих сверстников ни отторжения, ни особого расположения, тем более, он никогда не стремился поразить окружающих багажом накопленных знаний. Одним словом, обычный самоуглубленный очкарик - Чудик, так и сроднилась с ним эта кличка, не вызывающая, впрочем, обиды с его стороны.
       Самое значительное, что произошло с Алешей в выпускном классе школы и повергло в шок однокашников - это возникший внезапно интерес к его особе первой красавицы школы Наташи, расположения которой добивались все старшеклассники мужского пола. Произошло это событие внезапно, как для окружающих, так и для самого Алеши.
       - Сегодня домой меня проводит Чудинов, - произнесла первая красавица и вручила ему свой изящный портфель.
       Чудинов пожал плечами, не выразив ни восторга, ни возражения. По дороге к Наташиному дому Алексей рассказывал ей о сути буддийской религии, объясняя таинство реинкарнации, назначение мантр и прочих чудесах, которые помогают особо посвященным достигать необычайных высот физического и духовного совершенства. Наташа слушала внимательно, но не более.
       С того памятного дня Наташа "прикипела" к Чудику, постоянно искала случая пообщаться, уединиться с ним и терпеливо выслушивать малопонятные для нее поразительные истории об окружающем мире. Но для самого Чудика ее внимание было как бы безразлично, что очень сказывалось на самолюбии общепризнанной красавицы.
       На выпускном вечере, когда уже были произнесены все дежурные торжественные речи и напутствия, вручены медали, аттестаты зрелости и началась неофициальная часть торжества, Алексей неожиданно повернулся к Наташе, нахмурил лоб и, блестя очками, произнес:
       - Извини, Наташа, но что-то дискомфортно мне... Шумно очень... пожалуй, я отправлюсь домой.
       Наташа с негодованием вздернула подбородок, убрала с его локтя ладонь и, распахнув дивные ресницы, с плохо сдерживаемой обидой произнесла: "В такой день? Как ты можешь? Учти, если ты сейчас уйдешь, между нами все кончено!"
       Он повернулся и ушел, может быть - к лучшему. Ведь между ними еще ничего не начиналось. Со временем Наташа выйдет замуж, родит двойняшек - мальчика и девочку, и будет счастлива со своим любящим мужем, насколько это возможно в нашем непредсказуемом мире.
       Алексей еще не знал, что жизнь его не будет связана брачными узами. Он удовольствуется одиночеством, что его вполне устроит.
       Родители с удивлением встретили сына - почему так рано?
       - Меня гнетет что-то неопределенное... в школе очень густое биополе...мне кажется - назревает "щелчок".
       Родители уже не удивлялись странностям сына. Они поохали, расспросили о подробностях вручения аттестатов и отправились отдыхать. А наутро по всей округе разнеслась страшная весть - в самый разгар веселья школа заполыхала большим костром. Возникшая паника усугубила несчастье - дети и гости, пытаясь спастись от огня и дыма, ринулись к выходу, где в толчее многие получили травмы, ушибы... Школьники разбивали окна и прыгали с этажей... К счастью, обошлось без жертв, а те, кто наглотался дыма, получили переломы и вывихи, были направлены в больницы.
       Резкий телефонный звонок заставил вздрогнуть Алексея, размышляющего над причинами случившегося. Он собирался как раз отправиться в школу. В телефонной трубке прозвучал почти истеричный, прерывающийся рыданьями голос Наташи:
       - Почему ты меня бросил? Ты знал, знал!..Ведь я могла сгореть в этом адском огне!... Теперь я поняла - ты знал и не хотел меня спасти!
       - Ничего определенного я не знал, Наташа...я ведь не провидец... Клянусь, я не мог предугадать случившегося... Просто какое-то неприятное ощущение меня угнетало... У меня иногда случается такое...
       Алеша с легкостью был принят в местный университет на физмат - весьма скучный для остальных абитуриентов факультет. Не потребовалось и вмешательства родителей, преподавателей этого же учебного заведения. Хотя Алексей не порывал связей со своими школьными товарищами, встречались они все реже и реже. Он полностью погрузился в мир сложных природных явлений, пытаясь постигнуть закономерности и тайны окружающего. Уже со второго года обучения Алексея знали все студенты и преподаватели. Кто завидовал его известности, а кто пожимал плечами - "это ж надо так истязать себя, когда в жизни столько привлекательного...". Но Алексей мало внимания обращал на окружающих, он как бы находился в другом временном измерении. Автоматически поглощал пищу, которая заботливая мать не забывала вовремя предложить ему. За внешним видом его и одеждой тоже следили родители.
       В конце второго года обучения Алексей увлекся молекулярной евгеникой, наукой, которая предполагала выведение новой породы человека. Молодой студент уже знал, что идея смены человеческих рас связана с воздействием Луны - четвертым космическим телом, захваченным нашей планетой. Первые три упали и явились причиной гибели человеческой цивилизации...
       Доклад Алексея на Ученом Совете вызвал противоречивые толки, но никого не оставил равнодушным. Отец тайно гордился сыном, но старался осторожно подумерить его фантазии. "Самое опасное - иметь богатое воображение", предостерегал он сына, напоминая, что еще с древних времен это мудрое изречение сопутствовало человечеству во всех областях бытия. Алексей выслушал наставления отца, но, казалось, не воспринимал его. Следующим исследованием Алексея стал "Эффект Мантры" - эффект акустического резонанса. Еще Пифагор упоминал о "музыке небесных сфер": "Пока многорукий бог Шива создает вибрацию в природе, она живет". Алексей кропотливо изучал древние манускрипты, другие научные источники по этой теме и пришел к выводу, что резонансные акустические колебания являются основой мироздания... Определенные колебательные реакции помогали природе на протяжении тысячелетий реконструировать поврежденные члены и пораженные органы...
       Очередное сообщение Алексея Чудинова на Ученом Совете повергло научную общественность в шок. Послушать студента приехали видные ученые из других городов. Закостенелые, консервативные умы обвинили его в шарлатанстве, а другие громко возвестили о рождении нового гения в фундаментальной науке...
       Все прекрасно складывалось в научной карьере Алексея Чудинова. По окончании третьего курса Президиумом Академии Наук было предложено представить на соискание Ученой степени очередное его исследование: "Психотронный терроризм, как причина телепортации квантовых состояний". В этой работе он опирался на новейшие научные открытия и реальные факты. 13 января 2002 года весь мир был поражен сенсационной информацией - Президент США во время встречи с журналистами на несколько минут отключился от реальности и лишился сознания. Этот необъяснимый случай выглядел тем более странным, что накануне Президент был подвергнут плановому врачебному обследованию, что доказывало его отменное психическое и физическое состояние. Основываясь на многочисленных математических выкладках, учитывая соотношение космических тел на данный момент, пересечение и интенсивность излучения этих небесных обитателей, Алексей доказывал, что путем концентрации психоэнергии и направление ее в определенную географическую точку на человека- мишень, можно добиться ошеломляющих результатов. Эта атака была проведена синхронно через Интернет, специально обученными медиооператорами...
       Диссертация Алексея Чудинова вызвала громадный резонанс в кругах отечественной и зарубежной общественности. В адрес Чудинова поступали телеграммы с запросами и просьбами выступить на различных симпозиумах, заманчивые предложения о сотрудничестве с зарубежными научными центрами. В печати не утихала шумная компания по поводу сенсационного открытия. Телекомпании и газетные репортеры осаждали Алексея с просьбами ответить на возникшие вопросы и более доступно объяснить для массовой аудитории саму суть открытия.
       Алексей совершенно не жаждал общественного признания, он, как мог, отбивался от назойливых предложений. И вдруг, как по мановению волшебной палочки, все средства массовой информации замолкли, закрыли эту тему. Алексею Чудинову, в порядке исключения, присвоили степень Доктора наук и одновременно предложили стать сотрудником НИИ. Эта научная контора имела какую-то непонятную аббревиатуру - говорили, что там проводятся исследования в области генетического моделирования пищевых продуктов. Иные осведомленные лица уверяли, что под вывеской этого закрытого для любопытных НИИ происходят более серьезные опыты в области долгосрочного прогнозирования ситуационных моментов политики и общественного сознания. Во всяком случае Алексей даже с родителями не делился сутью своей новой деятельности. Его социальный статус резко повысился. Теперь за ним ежедневно приезжала большая черная машина с затененными стеклами в сопровождении молчаливого молодого человека спортивной осанки. Чудинов уезжал в свое НИИ и таким же образом возвращался домой.
       Где-то в середине ночи раздался продолжительный телефонный звонок. Звонили издалека, из- за океана. Мать, поднявшая трубку, узнала голос, требовавший к телефону Алексея. Это был старый знакомый по университету Максим, завязавший в студенческие времена непродолжительную дружбу с Алексеем. Максим так же быстро исчез из его жизни на втором году обучения. Максим, как утверждал он сам, окончательно потерял голову от любви, срочно женился и так же срочно убыл вдвоем с любимой за рубеж. Его обворожительная супруга имела удачу относиться к богом избранному народу и потому без особых усилий получила гражданство за океаном, как политическая эмигрантка. Ко всему прочему ей были представлены жилье и солидная финансовая помощь на адаптацию. А как же Максим? Не имея никаких преимуществ, он просто сопровождал свою удачливую подругу жизни. Она оказалась для него и транспортным средством и визой для законной возможности бросить якорь в чужой стране, не очень радушно принимавшей пришельцев. В короткие сроки молодая семья ассимилировалась, Максим удачно включился в скромный бизнес. Сначала он занимался сбором макулатуры, а позднее стал владельцем небольшого заводика по переработке этой самой макулатуры в полезные для быта изделия. Он давно уже называл себя Максом, освоил язык чужой страны и был весьма доволен своей участью. Изредка, по давней дружбе, он названивал Алексею, чтобы похвастаться своими удачами.
       - Привет, Алекс, - прозвучал в трубке бодрый баритон Максима, - Извини, что разбудил тебя. Ведь в Европе сейчас ночь. У меня всё о,кей, а как твои делишки? Я выслал тебе сто баксов. Теперь я могу позволить себе оказать небольшую помощь старому другу. Потому и звоню.
       - Спасибо, Максим, но это лишнее....У меня сейчас нет нужды в твоей помощи. Я живу вполне обеспеченно...
       - Не строй из себя благородного, Алекс. Ведь я от всей души...
       - Если только от души... Слушай внимательно, Максим, я сам хотел сделать встречный звонок... Сейчас я работаю над одной проблемой... Не буду загружать скучными для тебя подробностями. Я вычислил географическую точку места твоего постоянного проживания. Это ведь почти на берегу Тихого океана?
       - Не почти, а на самом берегу...
       - Я полагаю, что в ближайшие сутки, максимум через 36 часов произойдет щелчок. Эта географическая точка будет накрыта центром мощного торнадо... Сделай выводы из моего предупреждения...
       - Ну, ты даешь, Чудик... У нас все спокойно. Синоптики прогнозируют нормальную геомагнитную и прочие соответствующие обстановку...
       - Поступай, как считаешь необходимым, Максим. Я ведь не шучу...
       - Знаю, знаю, Алекс, ты шутить не умеешь. Ну, пока! Жму лапу! Привет родителям, мистер Алекс!
       На следующую ночь, уже под утро в квартире Чудиновых снова прозвучал телефонный звонок. Взволнованный голос требовал младшего Чудинова.
       - Алекс, это снова я... Как ты мог предвидеть? Просто невероятно... Ведь ничего не предвещало беды... После разговора с тобой я так, на всякий случай, собрал всех своих домочадцев и на двух машинах мы направились в гости... Это в соседнем штате...мы давно собирались навестить друзей... А тут это чудовищное, невероятное...мой дом разметало под фундамент! И заводик постигла та же участь! Ты представляешь эту катастрофу?... Но ты, Алекс, не переживай сильно. У нас, как у всех прагматичных граждан, есть страховка. Да и государство окажет помощь. Мы так благодарны тебе, Алекс! Ведь ты, по большому счету, спас наши жизни!
       - Не надо благодарить, Максим. Я тут попутно поднял статистику. В прежние годы на западном побережье Штатов отмечалось чуть больше десятка торнадо за сезон. В этом году, я полагаю, их будет около сотни и более. Дело в том, что много людей на разных континентах посылают негативную психоэнергию в сторону страны, где ты сейчас находишься... Энергия эта концентрируется в сгустки психоэнергии, создающей паронормальные климатические изменения и происходит щелчок... Защиты от этой незримой атаки пока не найдено.
       - Слушай внимательно, Алекс, через месяц - два я отстроюсь снова и продолжу свой бизнес. Ты со своими поразительными способностями можешь здесь получить головокружительную карьеру!... Приезжай ко мне и через год я сделаю тебя миллионером...мы будем зашибать бешеные бабки! Подумай, Алекс, я не тороплю тебя.
       - Я тронут твоей заботой, Максим, мне и на моей земле вполне комфортно. Я занимаюсь любимым делом. Здесь корни мои, родители...
       Действительно, у Алексея все складывалось, как нельзя более благополучно. Занятый реализацией своих идей в многопрофильной, большой лаборатории он имел под своим началом исполнительных сотрудников высокой квалификации. Он ни в чем не испытывал недостатка. Новейшие мощные компьютеры, сложные аналитические устройства, химическая и физическая лаборатории, свой вычислительный центр. На него работали видные специалисты: теоретики, аналитики, прогнозисты, биологи, физиологи, археологи... По первому его требованию закупалась дорогая зарубежная техника, представлялись закрытые для многих секретные данные из различных сфер человеческой деятельности.
       Для Алексея прошел незаметным его неожиданный переезд на новое место жительства, в большой дом, где постоянно дежурила охрана в штатской одежде. Утром его, как обычно, сопроводили в НИИ, а вечером он оказался уже в новой квартире, обширной, благоустроенной, но пока еще не обжитой. Его комната с привычными предметами быта: письменным столом, библиотекой, диваном и прочими мелочами была полностью воспроизведена в одном из помещений новой квартиры. В течение одного рабочего дня дюжина молчаливых добрых молодцев произвела, под присмотром матери, это волшебное перемещение.
       Но, как повелось, жизнь наша походит на пешеходную дорожку "зебра", с чередующимися белыми и черными полосами. Семья Чудиновых ступила на черную полосу. Никогда не ссылавшийся на недуги, неожиданно скончался отец. Ушел так же тихо, спокойно, как и жил, не загружая своими проблемами окружающих. Алексей тяжело перенес утрату. Он постоянно ощущал ненавязчивую заботу Николая Юрьевича, помнил его мудрое предостережение о том, как опасно иметь слишком богатое воображение... Помнил, но ничего изменить в своем поведении не смог. Какая-то неведомая сила управляла его умственной энергией, она вела его к решению неожиданных даже для него самого научных проблем.
       На гражданской панихиде звучали хвалебные речи о жизненном пути и деяниях покойного. Можно было поверить в искренность бывших коллег отца, если бы не просочившиеся из университета слухи, что немалую роль в причине инфаркта миокарда сыграли интриги, которыми так насыщены сообщества интеллектуалов. Коллеги не могли простить ему фантастически удачливую карьеру сына. Черная зависть человеческих несовершенных особей неистребима и она бумерангом ударила по отцу. Ему предложили оформить пенсионные документы, хотя он был в расцвете творческих возможностей и не самым худшим из профессионалов.
       Мать не могла смириться с невосполнимой потерей и очень страдала. Родители Алексея долгие годы жили в мире и согласии. В их жизни была одна цель, один идол - это их сын. Мать оставила работу, проводила дни в скорбных думах и воспоминаниях. Все чаще она начинала разговор с сыном о необходимости создания молодой семьи:
       - Я мечтаю няньчить внуков, хочу видеть в них продолжение жизни твоего отца и тебя самого. Пожалей меня, Алеша, подари мне радость в моих последних земных ожиданиях.
       Алексей близко принимал к сердцу слова матери. Он и сам понимал необходимость выполнить основной долг продолжения рода. Понимал, но не мог пересилить себя, просто времени не хватало на все эти скучные дела. Совсем недавно научная группа Чудинова на основе многочисленных параллельных исследований пришла к однозначному выводу, что заболевание иммунодефицита вызвано искусственно созданным вирусом... СПИД поражает в основном людей с третьей и четвертой группой крови...Эти результаты исходили из раннего исследования молодого ученого о проводимых опытах в некоторых научных центрах по изменению и смене человеческих рас. Если к этим выводам добавить существующий порядок снабжения стран "третьего мира" генетически модифицированным продовольствием, насыщенным психотронным веществом, то все эти дела рук человеческих можно отнести к разновидности этнического оружия.
       Конечно, подобные заключения являлись строго засекреченной государственной тайной. Они хранились за семью печатями и использовались в многоходовых дипломатических операциях большой политики.
       Алексей жалел мать и старался уделить ей внимание, насколько это позволяло делать жесткое ограничение во времени, отпущенном ему на личную жизнь. В последние недели его группа единомышленников билась над трудноразрешимой, как сам он был убежден, проблемой. В один из моментов творческого озарения Алексей понял, что он еще не постиг главного. Кроме физических законов земли есть еще энергия, не поддающаяся исследованиям... Она сродни мистическим мирам и незримо вторгается во все земное, большое и малое. Он ощущал ее где-то рядом - мощную, изменчивую, завораживающую и увлекающую в мир ирреального.
       Во время последней беседы с матерью Алексей обещал обзавестись семьей.
       - Ты пойми, мама, мне отпущена природой способность проникать в тайны окружающего мира. Я обязан использовать этот дар судьбы. А внуков я тебе еще нарожаю, ведь мне нет и тридцати... Я тревожусь сознанием, что мне всё легко удается...я постоянно вспоминаю предупреждение отца. Вот уже более месяца, как удача ускользает от меня. Я ощущаю сигналы предупреждения, что я вторгся на запретную территорию... я замахнулся на неприкасаемое, пытаюсь наладить контакт с самим создателем живой материи. В ближайшее время я надеюсь освободиться от навязчивой идеи...тогда ты и познакомишь меня со всеми претендентками на мои руку и сердце...
       Действительно, последние недели Алексей и его помощники, как бы наткнулись на невидимую стену. Такое знакомое ранее состояние предвестника щелчка не наблюдалось. Задачи выстраивались четкие, ясные, подкрепленные математическими выкладками, исторически достоверными фактами, основанные на новейших достижениях генетики, биологии и других наук. Вопрос ставился конкретно: Что такое живая материя? Как она возникла и по каким законам развивалась? Научное толкование этой темы, с допустимой к истине приближенностью, давно известно людям... так же, как и теологические определения о сущности мироздания, заложенные с древних времен в многотомные фолианты ценных писаний, но ясного ответа человечество еще не нашло.
       Чудинов выжимал соки из своих сотрудников, не давал продыха и себе. Работали без выходных, в три смены. Аппаратура перегревалась и давала сбои. И вот, наконец, Алексей решил сделать паузу для техники, а заодно дать отдых людям. Последнее воскресенье он полностью посвятил общению с матерью. Весь день они провели на даче, изрядно запущенной, так как основной рабочей силой по уходу за растениями был старший Чудинов. Эта поездка далась его матери тяжело. Нахлынули грустные воспоминания, растревожили душу.
       В понедельник ранним утром Алексей отозвался на телефонный звонок. Звонил руководитель службы безопасности:
       - Простите, Алексей Николаевич, небольшое ЧП. Ваш водитель только что отправлен на "скорой" - показание на острый приступ аппендицита... Но вы не волнуйтесь...в течение получаса мы найдем замену. Ждите и еще раз извините.
       - Не нужно искать замену. Вчера я ездил на дачу. Моя "шестерка" в полном порядке. А гараж, вы знаете, в самом здании... Я выезжаю.
       В эти же самые минуты на окраине города в крупном автохозяйстве большегрузных автомобилей на высоких нотах происходил диалог между главным механиком и одним из водителей.
       - Не поведу я эту фуру! Вчера я чудом не влип в аварию...уже не раз напоминал, что у прицепа заклинивают тормозные колодки. Я не хочу сидеть в тюряге и ждать передачи от родных!... У меня, как и у тебя, семья, дети...
       Механик старался погасить скандал, пытаясь успокоить водителя и применил запрещенный прием:
       - Но ведь ты отличный водила, Толян. У тебя опыта - дай бог каждому! Пойми, нет у меня больше машин! Заказчик наш постоянный и хорошо платит... Его нельзя терять. Он требует, чтобы к обеду загрузились и доставили товар к месту. Ты ездил уже туда...120 километров пути и столько же обратно. Для такого классного водилы это пустяки... Выручи, Толян, обещаю не обидеть с премией! Завтра же поставлю твою фуру на яму... А сейчас бери напарника и ехай тихо, тихо... Да что мне тебя учить?
       После нескольких минут препирательств механик согласился с требованием водителя записать в путевой лист о своей ответственности за техническое состояние автомобиля. Он поставил свою закорючку под этой записью и приложил печать.
       В жизни все взаимосвязано, взаимопроникаемо. Любая причина, случайность, имеют последствия. Вот, если бы механик не убедил водителя выехать в рейс на неисправной машине... Выехал бы он на пять минут раньше или позже, не пересеклись бы пути "шестерки" Чудинова и двадцатитонной фуры. Если бы водитель Толян прислушался к совету напарника поехать по объездной дороге, то эти причудливые линии с правыми и левыми поворотами, остановками у светофоров, опять же не пересеклись бы... Как это назвать? Фатум? Перст судьбы или, как сейчас модно выражаться, "карма"?
       В любом случае Алексей Чудинов уже не мог заложить в умную электронную машину подобные варианты, чтобы получить ответ. Его сплющенная "шестерка", отброшенная прицепом фуры и прижатая к фонарному столбу являла печальное зрелище. Оперативная милицейская группа, прибывшая на место ДТП, пыталась найти способ, чтобы освободить водителя из кабины. Без специального оборудования этого было сделать невозможно. Водитель подавал слабые признаки жизни, он шевелил губами и что-то шептал. Старший группы приказал сержанту:
       - Послушай, что он там лепечет... Может, важное что? И запиши...
       Сержант наклонился к потерпевшему и прислушался.
       - Задача введена правильно... щелчка не будет... ответ - инферно...инферно... - еще раз повторил Чудинов.
       Сержант обратился к старшему группы: "Я все записал...что-то про задачу и слово непонятное". Через несколько минут к месту аварии прибыло множество машин разного назначения. Специальной фрезой разрезали кузов и извлекли тело уже без признаков жизни. Множество людей в штатском и военном теснились вокруг милицейского наряда и требовали восстановить подробную картину происшествия. Они фотографировали, записывали последние слова потерпевшего и снова просили повторить их...
       В милицейском протоколе изложили случай ДТП. Не забыли упомянуть последние слова погибшего.
       Начальник районной инспекции дорожной службы безопасности, ознакомившись с протоколом, задумчиво наморщил лоб.
       - Видно, какая-то шишка большая, раз спецмашин столько нагнали... А вот это слово "инферно"... Кто знает такое слово?
       Никто из сотрудников не знал этого слова, хотя отдельные иностранные слова помнили: "Хот дог", "Нон стоп", "Макдоналдс"... Майор снова наморщил лоб и решил позвонить своему приятелю по рыбалке. Тот называл себя интеллигентом и, возможно, знал это заковыристое слово. Трубку долго никто не поднимал, потом все- таки откликнулись. Майор изложил приятелю обстоятельства ДТП и просил объяснить, что это за слово такое мудреное "инферно", которое повторял в последние минуты своей жизни этот Чудик?
       В трубке на другом конце возникла пауза. Потом приятель раздумчиво ответил:
       - Это понятие такое...безысходности...бесперспективности... Точнее можно сформулировать так -"инферно" - "Дорога в никуда"...
      
      
      
      
      
      
       Голоса океана
      
       Эта громадная рыба передвигалась на большой глубине от поверхности океана. Рыба не имела плавников, а вместо одного хвоста у нее вертелись два маленьких, толкая чудовище вперед с невиданной скоростью. ВИНДЕЙ наблюдал такие вертящиеся хвосты на больших плавучих коробках, оставлявших после себя запахи, чуждые его родной морской стихии. Дельфин не пытался догонять эту большую рыбу, тем более, что у него заканчивался запас воздуха и необходимо было подняться на поверхность, чтобы очистить легкие и глотнуть свежего ветра. Стадо сородичей- дельфинов, ожидая возвращения своего вожака, сбилось в плотную массу. Еще несколько минут назад, посылая звуковые сигналы, они обнаружили под водой эту огромную рыбину. Вожаку необходимо было установить причину непонятного и принять решение. Сам вожак до конца не осознал сути увиденного, но интуитивно ощутил опасность для своей семьи и послал тревожный сигнал. Он указал курс, противоположный тому, которым двигалась эта громадина, и вслед за своим вожаком две сотни его соплеменников ринулись из опасной точки океана по проложенному курсу. Черные, блестящие на солнце тела дельфинов с белым подбрюшьем, отталкиваясь плавниками и мощными ударами хвоста, вспенили водную поверхность и устремились в сторону южных морей. Они уже второй месяц находились в пути и торопились к теплым водам небольших островов, где ежегодно в одно и то же время их подруги совершали святой обряд появления на свет живых детенышей.
       Стадо редко останавливалось на отдых и кормежку. Восстанавливая силы, семья обычно отдыхала в полудремотном состоянии у поверхности океана. У дельфинов почти нет врагов. Опасаться нападения можно было только снизу, потому несколько самых сильных взрослых самцов несли дозор ниже отдыхающей семьи. Они охраняют ее от голодных акул, которые осмеливались иногда подкрасться к стаду и поживиться молодняком. Такая охотничья вылазка редко заканчивалась для акулы благополучно. Обнаруженную хищницу атакуют сразу несколько стражей- дельфинов. Юркие и быстрые, они решительно идут на сближение с неповоротливой акулой. Острыми спинными плавниками вспарывают брюхо и мягкие бока хищницы, нанося ей серьезные повреждения. Раненая акула с лохматыми от порезов боками спешно уходит в глубины.
       Большая рыба-чудовище, которая вспугнула семью дельфинов, продолжала свой путь. Длина ее составляла сто с лишним метров, а высота была с многоэтажный дом. Атомная субмарина уже второй месяц была в походе, без всплытия на поверхность. Двигалась эта махина под водой почти бесшумно со скоростью экспресса. Ее не могли засечь самые чувствительные гидроакустические приборы. Огромное тело было заключено в специальный звукоизолирующий пластик. Эта субмарина была нафарширована тысячами различных хитроумных приборов, помогающих ей видеть и прослушивать, находясь под водой, все континенты и даже космос, на удалении тысяч километров. Источником питания мощного двигателя и всех систем жизнеобеспечения этого современного ковчега для ста с лишним человек команды была ядерная установка, излучающая колоссальные температуры и плотно упакованная в свинцовую оболочку. Субмарина несла в ракетных шахтах термоядерные заряды, которые в течение нескольких минут могут стереть с лица земли любое государство. Она была предназначена для войны. Десятки подобных подводных монстров постоянно, днем и ночью рыщут в мировом океане, оставляя за собой трехсотметровый тоннель, где убивается жизнь даже самых низших организмов.
       Космический корабль был выведен на орбиту земли еще несколько лет назад. С высоты сотен километров земля казалась большим глобусом. Ее поверхность на суше была изрезана изломанными линиями больших и малых рек, напоминающих кровеносные сосуды. Сверху отлично просматривались горные хребты и отдельные вершины с шапкою вечного льда и снега. В просветы сквозь плотные кучевые облака северного полушария ласкала взгляд зелень обширных лесных массивов. Граница света и ночи, перемещаясь с востока на запад, наступала на мегаполисы, населенные миллионными сообществами представителей земной цивилизации со всеми ее атрибутами - шлейфами коптящих небо труб, с карьерами горных выработок, газовыми факелами, с контрастными квадратами вспаханных полей. Сверху, как на уроке географии, была осознанно ощутима далекая земная жизнь, она пульсировала яркими пятнами электричества на затененной стороне планеты, издавала неслышные в космосе звуки радости, скорби, отчаянья... Сюда не доносились звуки выстрелов, завывания снарядов и ракет, разрывающих живую человеческую плоть. Космосу все это было безразлично, он жил по своим вечным законам, суровым и беспощадным.
       Космическая станция виток за виток продолжала свой бег в молчаливом пустом пространстве. Она выработала уже второй ресурс определенной ей жизни, но все еще несла свою научную вахту. Эта станция накопила в себе многолетние титанические усилия научных центров, лабораторий, ее создателей - инженеров и рабочих разных специальностей. Последний экипаж покинул станцию два месяца назад, предварительно законсервировав ее. А на земле в это время чиновники высокого ранга решали ее судьбу. Можно было продлить жизнь станции, но для этого требовались большие финансовые вложения. Победила прагматичность. Решено было спустить космический аппарат с орбиты с последующим затоплением его в расчетной точке мирового океана. Из центра управления на станцию был послан сигнал на включение тормозных двигателей. Многострадальный космический корабль, обожженный солнечными ветрами, избитый потоками космической пыли, споткнулся, как живой, и сошел по крутой спирали к земле. Вскоре он соприкоснулся с плотными слоями атмосферы и засветился, как падающий метеорит, издавая тоскливые прощальные звуки погибающего исполина. Корабль не мог сгореть в атмосфере из-за своей величины и, почти полностью сохранив свою массу, рухнул в океан.
       Высокий столб воды и пара устремились к небу, сопровождаясь гулом и шипением. От центра падения корабля взметнулись волны, расходясь по кругу. Стадо косаток в панике ринулось в разные стороны, посылая своим собратьям сигналы тревоги. А корабль погружался в океанскую пучину, издавая последние предсмертные всхлипы. Он долго опускался, пока не достиг дна на четырехкилометровой отметке. На этой глубине царил вечный мрак и населяли ее малоизвестные науке морские животные, способные принять многотонную тяжесть водяного столба и существовать в таких экстремальных условиях. Космический корабль уткнулся в мягкий ил. Он все еще продолжал жить, вернее, агонизировать, выделяя из своего нутра различные кислоты, жидкости, масла. На корабле находились атомные батареи большой емкости. Радиоактивные наполнители этого устройства стремительно распространялись в водной среде. Излучения тяжелых металлов впивались в плоть глубоководных обитателей. Спасаясь от смертоносных излучений, они устремились вверх к поверхности океана. Их мягкие, эластичные тела от снижения привычного давления увеличивались в размерах и становились похожими на детские надувные шарики. Кожа этих существ не выдерживала, разрывалась и они, неживыми клочьями лохмотьев, медленно опускались вниз, превращаясь в обычные донные отложения.
       Семья косаток, вспугнутая падением космического корабля, направила свой путь в холодные воды. Эти мощные морские животные не знают равных себе по силе и скорости передвижения. Свирепые, с огромной пастью, унизанной многочисленными коническими зубами, косатки опасны для всех обитателей океана. Недаром косаток окрестили китами- убийцами. Особым лакомством для них служат теплокровные животные - морские львы, тюлени, моржи... Они бесстрашно атакуют и своих сородичей, самых крупных усатых китов. Кусают за голову и пасть, доводя их до полного изнеможения. После чего пожирают особо лакомые куски жертвы и уходят, оставляя погибающего великана на растерзание другим хищникам.
       Семья косаток, ведомая своим вожаком, спешила уплыть из тревожного района. Зрелый, крупный самец Торн уводил свой гарем в северном направлении. Вожак посылал за многие километры вперед звуковые сигналы, оповещая морских обитателей о тревожных событиях. Вожак чутко прислушивался ко всем встречным звукам. Он повернул свою семью ближе к северным льдам, так как на пути их скопилось множество железных коробок. Они плавают, издавая отвратительные запахи, из их нутра изрыгаются огненные молнии с дымом и грохотом.
       В той акватории океана, от которой отвернула семья косаток, проходили учебные маневры военного флота. Но все было, как на настоящей войне. В бронированной каюте флагманского корабля над картой склонились седоголовые адмиралы, операторы на планшетах фиксировали передвижение надводных и подводных кораблей. Условный противник замыслил внезапное нападение на морскую армаду. Необходимо было разгадать его планы и упредить атаку. Авианесущие корабли вытолкнули из своих трюмов на палубу самолеты- истребители, разведчики и ракетоносцы. На армаду с разных сторон устремились беспилотные самолеты- мишени. Необходимо было отразить звездный налет и на предельных высотах шли воздушные бои. В определенной точке океана находились отслужившие свой срок корабли, обреченные на гибель. Их отправляли на дно боевые самолеты, ракеты, выпущенные с надводных и подводных кораблей. Целые сутки в воздухе, на поверхности и в глубинах мирового океана гремело, грохотало, вспенивало морскую воду множество винтов кораблей. Из этого квадрата, посылая панические сигналы по всем направлениям, спешили убраться сильные и выносливые морские животные, покидая на верную гибель многочисленные стаи своих слабых сородичей - -небольших рыбешек и медлительных обитателей морского дна. Как будто мощная, испепеляющая все живое коса смерти потрудилась в этой точке мирового океана, оставив после себя на многие годы безжизненное водное пространство.
       Океан, пресыщенный шумовой, электромагнитной и другой негативной информацией, нахмурился, собираясь с силами, чтобы обрушиться бурями, ураганами, мощными ливнями. Такое случается каждый раз, когда водная морская среда начинает задыхаться от избытка чужеродной энергии. В том или ином районе мирового океана тучи смыкаются с водными массами, завихряясь в торнадо и ураганы. Водная стихия таким образом самоочищается и снова возвращается в привычное природное состояние, пригодной для обитания тысячам видов животных, рыб, микроорганизмов. Когда по городам и населенным пунктам, расположенным на берегах мирового океана, принимаются тревожные прогнозы о приближении ураганов с проливными дождями, катастрофическими приливами и бешеными ветрами, все живое в мировом океане ликует и устремляется к самому центру разбушевавшейся стихии. Рыбы и животные омываются в воде, восстановившей жизненную силу, они жадно поглощают ее, очищая жабры и дыхательные пути, возвращая себе силу и мощь. Им нет дела до того, что многие железные коробки, попавшие в катастрофическую круговерть, терпят бедствие и исчезают в морских глубинах. А то, что остается от них - деревянные обломки, спасательные пояса, масляные пятна - обитатели моря старательно обходят стороной. Лишь ненасытные акулы пируют, разрывая на куски и пожирая теплое человеческое мясо. Так из столетья в столетье, из года в год, природа мстит тем, кто нарушает законы равновесия.
       ВИНДЕЙ вместе со своей семьей дельфинов покинул теплые острова и двинулся севернее в тот район, где постоянно обитало много косяков рыбы. Семья увеличилась почти до трехсот голов. Новорожденные дельфины уже были отлучены от материнского молока и для них настала пора вхождения во взрослую самостоятельную жизнь. Под присмотром старших они обучались охоте, обладали ненасытным аппетитом, быстро набирали в весе и силе.
       К этому же району океана направились и стадо косаток со своим вожаком ТОРНОМ. Косатки хорошо подкормились в северных морях и готовились к обряду появления на свет потомства. Это святое действо через каждые десять месяцев совершалось у известного косаткам южного архипелага, спокойного и далекого от оживленных морских путей.
       Под звон разбитой о борт бутылки шампанского этот гигантский танкер был спущен со стапелей верфи два года назад. Он совершил уже несколько рейсов из Арабских Эмиратов к берегам северной Америки. Молодой капитан гордился своим кораблем. Танкер был оснащен сильными двигателями, позволяющими развивать невиданную для этого класса судов скорость. Новейшее навигационное оборудование, двойной корпус судна увеличивали безопасность, обеспечивали живучесть и позволяли брать на борт сто тысяч тонн сырой нефти. На самом подходе к месту назначения, когда через мощную оптику уже угадывался берег американского континента, в эфире прозвучало штормовое предупреждение. Бушующий севернее мощный ураган, опустошивший накануне прибрежные города и курорты, неожиданно изменил направление и нацелился точно на курс танкера. Капитан судна осознал меру угрозы и приказал принять все меры для безопасности танкера и команды. Он понимал, что уклониться от встречи и ускользнуть от урагана никак не удастся - скорость ветра в центре урагана достигала 120 километров в час. Оставалось надеяться на Бога и удачу.
       Волнение океана набирало силу, шквалистый ветер рвал снасти и сдувал пену с верхушек волн на палубу, где невозможно было удержаться на ногах. Все живое упряталось в каютах, плотно задраив люки. Капитан дал команду держать нос судна навстречу ветру и набегавшим волнам. Водяные валы все увеличивались в размерах и килевая качка все выше выталкивала корму корабля, оголяя гребной винт. Вокруг свистело, визжало, как тысячи чертей, небо сомкнулось с водяной поверхностью и огромной длины танкер швыряло, как щепу в горном потоке. Емкости танкера были разделены на отдельные резервуары, изолированные друг от друга. Они были до верху заполнены сырой нефтью и прижаты плотными запорами. Под ударами многотонных водяных валов корпус судна содрогался, скрипел, стонал, как живое существо, и стряхивал с себя водяные потоки, ожидая следующего наката волны. Танкер выныривал из воды, замирал на мгновенье на гребне огромной волны, и снова нырял в пучину. Светлый день превратился в сумерки, все живое на судне, затаив дыхание, прислушивалось к мощным ударам волн о борт корабля и шептало молитвы. Сколько могла продолжаться эта борьба с силами природы, никто не знал, даже капитан. Крепко сжав зубы, ухватившись за поручни капитанской рубки, он каждое мгновение ожидал неминуемого страшного. И оно произошло. Взобравшись на очередную водяную гору, корпус судна не выдержал собственной тяжести и разломился. Скрежет и стон разрываемого металла не был услышан ни в капитанской рубке, ни в тесных каютах, где в страхе затаилась команда. Все эти звуки поглотили вой и визги урагана. По счастливой случайности разлом огромного корпуса судна произошел таким образом, что ходовая часть с машинным отделением, жилые каюты вместе с капитанской рубкой остались на кормовой половине корабля, а нос со всеми емкостями, заполненными нефтью оторвался от танкера. Лишь только два резервуара были серьезно повреждены и нефть хлынула из разорванных отверстий на водную поверхность. Сколько минут продолжалось это безумие, никто из находившихся на танкере не мог определить. Постепенно шквалистый ветер с ливневыми потоками вслед за центром урагана сместились в открытое море... Сумерки развеялись, снова уступая место дневному свету. Как и полагается капитану, он первый вернулся в то состояние, когда можно оценить обстановку и принимать решение. Немедленно последовал приказ в радиорубку: "Посылайте в эфир SOS и координаты...танкер разломился...нефть вытекает в море...срочно пришлите буксиры..."
       Лишь через три с половиной часа к искалеченному танкеру приблизились четыре буксира. Они завели на каждый обломок судна по два троса и медленно поволокли их к берегу, оставляя за собой черный шлейф маслянистой жидкости. Этот губительный для всего живого в океане нефтяной шлейф сносило течением и ветром к берегу. Со стороны суши навстречу потерпевшему бедствие судну торопились несколько кораблей- спасателей. В их задачу входило отсечь от берега губительную жидкость. Они окружили нефтяное пятно заградительными буями и стали откачивать с поверхности черную жидкость вперемешку с морской водой. Но масштабы бедствия были слишком велики и нефтяная пленка, подгоняемая волнами, заливала прибрежные пляжи на расстоянии нескольких километров. Страшная участь была уготована морским обитателям - птицам, рыбам и прочим жителям морской среды. Застигнутые губительной черной массой, они погибали мучительной смертью.
       В одно июньское утро со страниц влиятельных газет, информационных выпусков телевизионных и радиостанций мир узнал необычную новость. Ее озвучил известный ученый- ихтиолог, лауреат Нобелевской премии, всю жизнь посвятивший изучению морской флоры и фауны и борьбе за чистоту мирового океана. СТИВ НОРТЕН был известен, как автор многих научных трудов и защитник морских обитателей от хищнического истребления их ненасытными грабителями природы. Ученый сообщил журналистам, что уже несколько лет он вплотную занимается изучением и классификацией языка обитателей морей и океанов. Его последний научный труд "Голоса океана" свидетельствует о том, что многие виды животных, особенно млекопитающие, имеют свой неповторимый язык сигналов, которые передаются при помощи ультразвуковых импульсов на расстояние сотен километров. Ученый поделился своими наблюдениями за последние десять дней. Вместе с коллегами из других стран он зафиксировал повышенный, тревожный фон голосов обитателей мирового океана. Нобелевский лауреат утверждает, что скоро мы станем очевидцами протестной акции жителей водной среды. Ученый не ошибся. На следующий день в газетах и эфире появились сенсационные сообщения - на различных континентах, примерно в одно и то же время на берег выбросились сотни морских животных. Это были самые крупные усатые киты, голубые киты, нарвалы, дельфины - Афалины, Гринды... Журналисты окрестили эти события коллективным самоубийством... Население прибрежных поселков и городов бросилось спасать морских исполинов. Люди обливали их морской водой, укрывали от иссушающих солнечных лучей мокрой тканью, при помощи подъемных механизмов и просто мускульной силы пытались вернуть их в родную стихию.
       - Мама, почему Дельфин не идет домой в море?
       Эти слова со слезами в голосе обратила к матери девочка семи лет. Небольшим ведерком она черпала из моря воду и обливала Дельфина до тех пор, пока тот не закрыл помутневшие глаза.
       Мать девочки, стройная, загорелая молодая женщина была не очень образована и весьма далека от научных объяснений. Но видно природная человеческая мудрость подсказала ей ответ:
       - Наверно этому Дельфину не очень хорошо в море...
      
      
      
      
      
      
       Таинство рождения
      
      
       Он никак не мог расклеить веки - вспышка яркого света отдавалась резью в глазах. Окружающий мир угадывался смутно и пугающе своей неизвестностью. Потому он больше не делал попыток раскрыть глаза и отдался в руки судьбы. Он ощутил, что его поднимают вверх к источнику света, переворачивают, обтирают. Потом его спеленали и опустили на что-то мягкое, а в рот вставили невкусный предмет, из которого в горло ему полилось теплое и приятное. Он блаженно зачмокал губами и задремал.
       Он выныривал из цепких лап сна еще несколько раз и все никак не мог разлепить глаза. Яркая вспышка снова причиняла боль и он не повторял больше таких попыток, покоряясь неизбежному.
       Над его ухом прошелестел слабый ветерок, ноздри втянули незнакомый запах и он услышал тихие обволакивающие звуки: "Мальчик, мой славный мальчик"... Где-то он уже слышал этот голос и подобные звуки, но запах был другой: "Мальчик, мой мальчик"... Он напряг память, но в сознании ничего не проявилось. Он зачмокал губами, глотая живительную жидкость и снова погрузился в дрему.
       Память его рисовала какие-то смутные видения... Вот он находится перед большим гладким предметом...в нем он увидел незнакомое существо - маленькое, несуразное... Он протянул руку, пытаясь прикоснуться к нему и существо тоже протянуло навстречу руку... Он ощутил холодную, гладкую поверхность... Поднял вторую руку и там, в этом холодном пространстве, тоже поднялась рука. Он осторожно шагнул навстречу непонятному, приблизил к нему лицо и лизнул. Это было невкусно... Он совсем недавно стал подниматься с четверенек и окружающие предметы все еще пробовал на вкус.
       Сзади раздался знакомый голос Той, которая подарила жизнь: "Мальчик, мой славный мальчик...ты уже стал глядеться в зеркало?". Сильные руки бережно подняли его вверх и мягкий голос продолжал: "Видишь, какой ты большой? Там мальчик на руках у женщины. Это ты на руках у меня, твоей мамы. А вот зеркало, оно отражает все, что находится перед ним."
       Так он познал еще одно любопытное явление в окружающем его мире - зеркало, и подружился с ним. Мальчик стал приходить в комнату, где во всю ширину находилась эта чудесная стена, которая показывала все, что появлялось перед нею. Скоро он привык к зеркалу, внимательно изучал того, кто оказывается, был им самим. Он наблюдал, как изменяется его отражение с течением дней, месяцев...
       - Мальчик, мой милый мальчик, - ласково обращалась к нему Та, которая подарила жизнь. И ему это нравилось. Еще было приятно получать подарки, которые заполняли его детскую комнату - игрушки, говорящие как живые, бегающие, прыгающие, игры- головоломки, конструкторы, книги с яркими картинками, из которых он узнавал, что за пределами большого дома есть много различных стран, шумных городов с населяющими их людьми, так непохожих на него самого и окружающих его близких. Его баловали, стараясь предугадать любое желание, были предупредительны и внимательны. Несколько домашних учителей обучали грамоте, рисованию, музыке...
       Лишь однажды его подстерегла неудача, оставившая неприятный осадок в памяти и следы зубов на правой ноге - чуть выше лодыжки. Виною тому была большая, черная собака, которую он попытался приласкать. Собака оскалила клыки, зарычала и до крови прокусила ногу. Шума это событие наделало немало. Мальчика отпаивали водой, успокаивали, прижигали рану... Говорили, что собака совсем не злая... просто, у нее сейчас появились малыши...таким образом она пыталась их защитить. Это объяснение никак не примирило его с черным гладкошерстным чудовищем и с того момента он панически невзлюбил этих кусачих тварей. Собака больше не попадалась ему на глаза, она просто исчезла из его жизни, оставив на ноге полукружье следов от своих зубов.
       - Мой милый мальчик, - наклонилась над его постелью Та, которая подарила жизнь. - Просыпайся, приведи себя в порядок и спускайся в парк. Тебя ожидает сюрприз...
       Когда он торопливо сбежал с лестницы, перед ним оказалась лошадь. Настоящая лошадь, только маленькая... с добрыми глазами, мягкими, влажными губами, с хвостом и гривой. Эта лошадь называлась пони и имя у нее было Малыш. На лошадке были седло, стремена, как у настоящего кавалерийского коня. С этого дня мальчик был неразлучен с Малышом. Вместе с конюхом он ухаживал за пони, расчесывал гриву, специальной щеткой чистил круп, протирал влажной тряпкой глаза, уши и губы, кормил его сладостями.
       За этим занятием однажды застал его Тот, которого окружающие почтительно называли Хозяином. Сильной рукой он потрепал мальчика по вихрам и произнес непререкаемым тоном:
       - Вы избаловали его, дорогая... Эти бантики и всякие нежности... Пора приучать его к истинно мужским занятиям. Мальчику необходим настоящий конь, а не эта плюшевая игрушка.
       Хозяин посовещался с главным конюхом и для мальчика была определена в постоянное владение молодая кобылка - кроткая нравом, совсем недавно объезженная. Называлась она Красотка. Это имя подходило ей по всем статьям. Светло- серая, с карими глазами, с темной шелковистой гривой и такой же челкой, она пленяла окружающих своей грацией, стройной статью, гордо посаженной на высокой шее небольшой головой с нервными ноздрями.
       Не сразу Красотка признала нового хозяина. Долгие часы мальчик проводил в конюшне. Старший конюх обучал его премудростям ухода за лошадью, объясняя их повадки, пристрастия, слабости, особенности характера каждой из них. Со временем Красотка стала отличать мальчика от других. Она охотно брала из его рук бархатными, теплыми губами сахар, печенье, булочки, терпеливо выслушивала ласковые слова, которые мальчик шептал, прижавшись щекой к ее уху.
       Сначала мальчик просто водил Красотку по загону, держась за уздечку. Потом под присмотром конюха усаживался в седло и лошадь на длинной шлее ходила по кругу. День за днем мальчик все увереннее держался в седле и Красотка охотно стала повиноваться его голосу и легким движениям поводьев.
      
       Это осеннее солнечное утро выдалось на славу - теплое, ясное, безветренное... Особенно приятное тем, что Та, которая подарила жизнь ласково обняла его и сказала:
       - Сегодня, мой мальчик, мы поедем в дальнюю прогулку.
       Лошади были готовы. Они стояли под седлами и, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, кивали головой и натягивали поводья, удерживаемые рукой старшего конюха. В светлых рейтузах, заправленных в щегольские, блестевшие на солнце сапоги, она легко оттолкнулась от земли, уселась на свою лошадь и подобрала поводья. Точно в такой же одежде мальчик уселся в седло и они тронулись в сторону леса. Ехали неторопливо, сдерживая застоявшихся лошадей и наслаждаясь звонким, утренним воздухом. Та, которая подарила жизнь, ехала чуть впереди и вела рассказ о растениях и деревьях, о лесных животных и птицах, обитающих в этом не тронутом цивилизацией лесном урочище. Когда возникал подходящий момент, она всегда старалась объяснять загадки и тайны окружающего мира. Мальчик благодарно впитывал эти знания и его не перегруженная память легко усваивала все новое и занимательное.
       Где-то впереди тревожно вскрикнула птица и вслед за этим резким звуком, из лесной чащи к ногам Красотки стремительно метнулась с рычанием черная, быстрая тень. Мальчик сразу узнал эту гладкошерстную клыкастую тварь, которую он возненавидел на всю жизнь. Красотка испуганно отпрянула в сторону и внезапно понеслась во весь опор по лесной тропе. Мальчик испытывал необъяснимый ужас и, натянув поводья, старался остановить стремительную скачку, но Красотка не повиновалась...За спиной он услышал тревожный крик:
       - Крепче держись в седле, мой мальчик! Не бойся, это всего лишь собака!
       А потом он увидел, как огромное дерево валится на него и понял, что уже ничто не может отвратить случившегося... Мальчик лежал, раскинув руки, на траве под деревом, а рядом возбужденно ржала и нервно перебирала ногами Красотка. Последнее, что он услышал, это крик боли Той, которая подарила жизнь:
       - Мой мальчик, мой славный мальчик!...За что ты покарал меня, Всевышний?
       Мальчик уже не испытывал ни боли, ни страха, ни страданий, не воспринимал ни холода, ни тепла... Он парил над деревьями и глядел отстранено вниз, на распростертое тело у основания мощного дуба и стоящую на коленях рядом женщину... Мальчик ощутил необыкновенную легкость и свободу, что-то позвало его в небо... Он вспомнил, как летал в детских снах, взмахнул руками, словно крыльями, и устремился ввысь... Сейчас это был совсем другой полет - стремительный, необратимый... Все, что оставалось там позади, уже не интересовало его, могучая сила притягивала его к звездам, которые становились все ярче, хотя он помнил, был ясный солнечный день. Он стремился к своей звезде, ощущал ее зов и вот она уже совсем близко, можно дотянуться рукой. Но что это? Звезда не принимает его, отторгает... Неведомая сила направляет в обратный путь, к земле, которую он недавно покинул. Вот промелькнул перед глазами большой дом, где он родился и вырос... зеленая лужайка и пруд, где он любил плескаться в жаркие дни... А он все плыл над лесом, замедляя полет, и вот он уже опускается к тому могучему дубу, где он оставил свое тело и склонившуюся над ним женщину...
       ...Он ощутил привычные запахи и вынырнул из сладкой дремы. Тихий голос прошептал над ним: "Мальчик, мой славный мальчик"...Он помнил эти звуки, но голос был другой и не принадлежал Той, которая подарила жизнь. Но все равно ему было сладко и приятно слышать эти звуки... Ощущение великой радости и благодарности переполняло его... он хотел выразить эти чувства в ответных звуках, но у него ничего не получалось... он напрягся и выдавил из своего горла едва слышное... "Гав...гав"...
      
      
      
      
      
      
       Светлое братство
      
       Большой актовый зал университета был заполнен людьми до отказа. В задних и боковых проходах прислонились у стен и уселись на ступеньках те, кому не достались билеты на пронумерованные места. Плата за возможность встретиться с МАСТЕРОМ была щадящая - где-то около двух условных единиц. Билеты реализовывали за денежные знаки любой страны, в том числе и за валюту.
       Встречи с МАСТЕРОМ случались не часто и почти не рекламировались. Определенные группы по интересам этого крупного города были хорошо проинформированы о ПОСВЯЩЕННОМ и его учении. Потому здесь часто можно было встретить людей, уже знакомых друг другу.
       Прозвучал удар гонга, от звука которого завибрировали оконные стекла и одновременно в зале было приглушено освещение. К центру стены в яркий круг софитов шагнул человек среднего роста с бледным лицом, оттененным небольшой бородкой. В его темных глазах тревожным блеском отражался огонь светильников. На МАСТЕРЕ был строгий вечерний костюм и белая рубашка без галстука. В таких же костюмах были и два молодых ассистента, с бесстрастными лицами, остановившиеся в двух шагах за его спиною. МАСТЕР поднял руки на уровне лица, ладонями направленными к сидевшим в зале и негромким глухим голосом произнес:
       - Встречу начнем, как обычно, с освобождения нашего духа и мыслей от наслоений никчемных бытовых проблем. Сомкните перед собою кончики пальцев правой и левой руки, прикоснитесь ими ко лбу и закройте глаза. Расслабьтесь, слушайте музыку и очищайте свой организм от земной шелухи.
       МАСТЕР и его ассистенты проделали предложенный ритуал и сразу же зазвучала музыка. Мелодия была странной, не похожей на что-либо привычное. Явно превалировала скрипичная группа инструментов, но внезапно в спокойную умиротворяющую мелодию взрывом вторгались духовые инструменты. Потом снова начинала звучать расслабляющая мелодия и так повторялось раз за разом.
       Слушающие не предполагали, что композицию эту сочинили психоаналитики, весьма далекие от профессиональной музыкальной технологии и культуры. Им была поставлена задача - на основании ритмического сочетания звуков, их тональности и силы звучания, создать при помощи компьютера такую мелодию, которая проникает в область подсознательного и воздействует на психику.
       Звучание музыкальной мелодии постепенно сошло на нет и, как бы, растворилось в тишине. Одновременно в зале появился свет и слушавшие разомкнули веки. Их лица излучали покой и беззаботность.
       - Для тех, кто присутствует впервые, - продолжил МАСТЕР, - я позволю себе кратко остановиться на сути Учения. Мое Учение не относится ни к одной модели политического или социального устройства человеческого общежития. Попытка утверждения справедливого человеческого общества социализма потерпела крах уже при жизни нашего поколения. Капитализм, доминировавший на протяжении двух веков, исчерпал себя и находится в глубоком кризисе. Мое Учение не напоминает ни одно из религиозных течений, не отвергает и не утверждает эти религии и не находится с ними в противоречии. Мое Учение выстраданное и истребованное мною из древнейших сокровищ многовековой философской мысли лучших представителей человеческой расы, чрезвычайно просто и понятно каждому. Вообразите себе чистый лист бумаги. Нарисуем на нем дневное светило Солнце и ночных обитателей неба - Луну и звезды. А на Земле, среди множества форм растительности и животных затерялся Человек. Он кажется одиноким и беззащитным. Но это не так. За многие тысячелетия эволюции Человек истребил большинство видов животного и растительного мира, превратил когда-то цветущие оазисы в зону пустыни. Путем взаимного истребления в войнах, человечество подошло к критической черте, за которой нас ожидает испепеляющий кошмар термоядерной катастрофы.
       Мое Учение предлагает единственный шанс спасения - построить новое человеческое общежитие в гармонии с природой, на основе терпимости, любви м взаимоуважения. Все чрезвычайно просто, но в одно и то же время весьма сложно. Я призываю создать новую расу людей, свободных от предрассудков, от унизительных оков так называемой потребительской цивилизации, искалечившей первородные, наивные задатки, заложенные в сознание Гомо Сапиенса.
       Первый этап: привлечение к моей программе единомышленников крепких физически и духовно, романтически настроенных людей, свободных от порочных наклонностей, желающих стать передовым отрядом, реализующим великую идею. В книге "Оседлай судьбу" вы можете более подробно ознакомиться с моим Учением.
       Второй этап моего замысла: найти площадку, где мы можем реализовать нашу мечту. Внимательно смотрите на экран.
       В зале снова было приглушено освещение и на большом экране сцены появилось спроецированное изображение. МАСТЕР продолжил свой монолог:
       - Этот уголок первозданной природы я обнаружил после многолетних скитаний и поисков. Этот оазис еще не постигла участь всего остального природного мира, искалеченного бездумным хозяйствованием человека. Данное географическое пространство находится в предгорьях Алтая - края необычного по своим оздоровительным климатическим особенностям. Тучные черноземы, способные рожать крупные плоды. Вы видите на экране обычные овощи -то маты, свеклу, тыкву, картофель, колосья зерновых... обратите внимание на их гигантскую массу, они в несколько раз по величине превосходят такие же овощи, выращенные на обычных землях. Кроме богатой минералами, неистощенной почвы, здесь задействован другой фактор - необъяснимое пока учеными позитивное воздействие солнечной радиации только в этой географической местности. Я веду переговоры с администрацией региона о передаче на первом этапе в наше владение десяти тысяч гектаров незаселенной территории. Конечно, этот проект весьма дорогостоящий и требует накопления средств. Но я смотрю оптимистически в будущее. Я знаю, что некоторые из вас сетуют на то, что мы взымаем плату за присутствие на наших беседах. Аренда этого зала и еще нескольких помещений очень недешева. Еще, как я уже сказал, есть накопительный фонд для командировок и, главное, для приобретения в нашу собственность этого чудесного оазиса, где мы осуществим мечту создания гуманной человеческой цивилизации. Смотрите внимательно на экран. Вы видите проект жилищ, где будут жить первые отряды нашего Братства. Дома весьма просты в конструкции, щитовые жилища для семейных и холостяков собираются в течение нескольких часов. В этой местности есть несколько малых рек и ручьев с экологически чистой питьевой водой. В первый год обустройства планируется высадить фруктовые сады, ореховые рощи. Климат здесь весьма благоприятен и мягок для земледелия. На этих кадрах мы заканчиваем первую половину встречи. В перерыве вы можете утолить жажду напитком бодрости, настоянном на сборе целебных трав, собранных в предгорьях Алтая и корней Агропиона. Мои помощники угостят напитком бодрости всех желающих.
       МАСТЕР покинул сцену и в тот же миг в зале включили освещение. Одновременно из боковых дверей появились несколько девушек в скромных голубых передниках с большими подносами, уставленными одноразовыми прозрачными стаканчиками. К девушкам потянулось множество рук, но очередь быстро рассосалась, так как все больше и больше подносов с напитком появлялось в разных концах зала. Девушкам помогали и ассистенты МАСТЕРА. Это действо сопровождалось музыкой того же характера, что и в начале встречи.
      
       Совсем неглупый человек задумал и основал это поселение на берегу неширокой, но быстрой, с чистой прозрачной водой, речушки Иглица. Эта речушка петляла между зелеными берегами еще около сотни километров, прежде чем встречалась с полноводной большой рекой и растворялась в ней. Деревянные строения расположились на правом по течению берегу в одну длинную улицу с небольшой церквушкой в центре села, школой, правлением колхоза, почтой, больницей на десять коек и клубом. Село Сторожевое имело около четырех сотен дворов и считалось зажиточным. Пойменные луга, вдоволь пахотной земли, лес со всяким зверьем, обилием грибов и ягод. Природа щедро отдавала свои дары живущим здесь уже более двух веков староверам - людям трезвым и работящим, со строгими законами быта.
       На самой окраине села стоял сруб, где родился Степка. Отца своего он не знал, как не знали его и всеведущие окрестные соседки. Суровая, нелюдимая Клавдия к осени стала округляться в талии и вскоре сельские повитухи помогли появиться на свет божий смуглому младенцу. "Право, цыганенок, на наших не похож" -определили они. И то верно. Вспомнили, что минувшей весной за околицей села разбил свои шатры цыганский табор. В дома стали наведываться мастеровые лудильщики и кузнецы, да черноглазые гадальщицы с ворохом цветастых юбок на бедрах, золотом на пальцах и в ушах, звенящими браслетами на запястьях. Вероятно, один из лудильщиков и помог Клавдии произвести на свет сына. Своих местных парней замкнутая и нелюдимая Клавдия не очень привлекала. На ее судьбе и характере отразилась трагедия, которую она пережила в раннем детстве. В одну ночь погибла вся ее семья - отец, мать и старший братишка. Уснули и не проснулись, угорели от дыма. Каким-то чудом малая Клава выжила. Взяли ее на воспитание соседи, а уже к пятнадцати годам она поселилась в своем доме и зажила самостоятельной жизнью. Назначили ее на колхозную ферму скотницей, где она и проработала всю жизнь. Степка между тем рос, развивался, своим неуемным характером доставлял матери немало хлопот, но учился охотно. Осилил семилетку и стараниями матери был принят на учебу в сельскохозяйственный техникум на специальность мелиоратора. Там же в районном центре, прожил он четыре года в студенческом общежитии. Ни дня не проработал он по этой специальности. Степка, сразу по окончании учебы, завербовался в помощники к геологам, а позднее - к археологам. Большую часть года проводил в экспедициях. Лишь с наступлением морозов возвращался под крышу родного дома, отъедался и отдыхал после утомительных путешествий. Каждый раз привозил он матери какую- нибудь вещицу в подарок. Привез как-то тяжелую шаль, разукрашенную ярким бисером, с монетками по краям шали, а еще - диковинные, шитые золотыми нитями чувяки с острыми, загнутыми вверх носками. Клавдия не могла нарадоваться на своего Степана, лицо ее непривычно расцветало счастливой улыбкой. Отпаивала она и откармливала своего сыночка до весны, когда он снова отбывал до самых холодов в неизведанные края.
       Зимними вьюжными вечерами сын рассказывал Клавдии о чудесах, которые он встречал в чужих, далеких странах, где люди весь год ходили нагишом, где водились неведомые могучие звери, ползучие гады, птицы сказочной красоты. Поведал, что видел собственными глазами особую касту людей. Иные из них были погребены в могилу на сутки и более, а оставались живыми, пробивали гвоздями без крови руки и ноги... другие ложились на горячие угли костров, или доводили себя сосредоточением и заклинаниями до того состояния, что взмывали над землей до метра в высоту и находились в таком состоянии несколько минут. Рассказал он ей о народных целителях, умевших одним наложением рук изгонять любую болезнь. Однажды он познакомился с известным в тех краях чародеем, обладающим даром по глазам и линиям ладоней узнать всю прошлую жизнь человека и предсказать его будущее.
       Клавдия слушала своего ненаглядного, затаив дыхание, верила и не верила невероятным его рассказам, но втайне гордилась сыном, ставшим таким многомудрым, непохожим на своих сельских сверстников. Степан признался, что и сам обращался к чародею, чтобы узнать свою судьбу. А что предсказал ему чародей, то и не знает как понимать. Сказал Степану чародей, что родился он в тех краях, где много снега, что в жилище его ожидает одинокая женщина. Он сказал, что отец мой - из древнего рода Посвященных, что сам я тоже Посвященный и настоящее имя мое совсем другое. Пока я не могу тебе его открыть.
       С наступлением теплых дней Степка снова убыл в неизвестном направлении, а когда случились первые холода, к избе Клавдии подкатило такси. Из машины появился худощавый, стройный мужчина в темном костюме и такого же цвета шляпе на голове. Его лицо обрамляла короткая черная бородка. Клавдия сначала не узнала сына в прибывшем, а когда разглядела в нем родное дитятко, с радостным восклицанием бросилась навстречу. Степан легонько попридержал мать за плечи и успокаивающе произнес:
       - Это я, я самый, матушка. Отнеси вот чемоданы в дом. - передал он ей в руки два новеньких кожаных чемодана. - И хорошо бы баньку истопить...
       Много чудесных подарков для матери привез в этот раз Степан. Тут и юбки были и кофты городские, сапоги на каблучке, теплая, на меху дубленка, продуктов разных - консервов и фруктов южных, неведомых в этих краях. А через два дня на двери сельского клуба появился бумажный листок с портретом нынешнего Степана и надпись: "Посвященный МАСТЕР АРХАТ РИШИ приглашает в субботу односельчан на беседу".
       Небольшое помещение клуба не смогло вместить всех желающих присутствовать на беседе. Те, кто живет поблизости, пришли со своими стульями, некоторые уселись на полу в проходах. На сцене появился Степан в своем новом обличье и зал загудел множеством голосов, а из задних рядов перекрыл этот гомон высокий женский голос:
       - Расскажи, Степка, как это ты в одночасье перекрестился в какого-то там Ахри...Акрихина, что ли?
       В зале раздались смешки и негромкие хлопки.
       Степан поднял руки на уровне лица, ладонями обращенными к односельчанам и негромким, глухим голосом произнес:
       - Вере я своей не изменил. Родился я тут и вырос среди вас - людей строгих правил, трезвых и работящих. А второе имя АРХАТ РИШИ я взял у своих древних предков, корни которых нашел в далекой стране. Я ничем не погрешил перед вами и перед Богом. Бывает же, что и в духовном звании люди берут себе второе имя.
       В зале прошелестел по рядам гул одобрения. А Степан продолжил:
       - Это хорошо, тетка Марья, что ты любознательная... Еще бы знать тебе, где сейчас твоя кормилица- корова, не вернувшаяся третьего дня с выгона. Ты уже глаза все выплакала...мол, волки зарезали животину... Не грусти, тетка Марья, жива твоя Милка. Отелилась не ко времени, потому и отбилась от стада. Сейчас выхаживает свое детище... Поезжай к Гремучему оврагу, там и найдешь свою пропажу.
       В задних рядах зашумели, задвигались, пропуская к выходу громко причитающую Марью. У бокового прохода протянул вверх руку и поднялся со скамьи веселый мужичок, в офицерской фуражке, лихо сдвинутой на затылок.
       - Так, что ты, Степка, с именем новым своим колдуном научился? Ворожить умеешь?
       - Ни ворожить, ни колдовать не берусь, дядя Сафроний. Я побывал в разных странах, изучал древние науки, ученые книги, набирался ума и опыта жизни. Корова тетки Марьи жалобно мычит, просит помощи у людей. До нее отсюда три версты. Вроде далеко, и не услышишь. Сейчас мне известны многие способы понимать мысли людей, слова и звуки на больших расстояниях. Если сосредоточиться, отключиться от окружающего обыденного, многое можно узнать о незнакомых людях, о прежней жизни и даже о будущих временах. Мысли человеческие имеют свою физическую субстанцию, они материальны. Вот передо мною сидит Павлин Матвеевич и недоверчиво ухмыляется в свою пушистую бороду: "Дескать, ври, да знай меру...". Я понимаю его беспокойство о сыне. Проходит военную службу Петька там, где стреляют. Нет весточки от него уже второй месяц. Могу успокоить вас, дядя Павлин. Жив ваш Петька, правда раненый лежит в лазарете. Скоро получите весточку от него, а к весне и сам возвратится.
       В зале зашумели, загалдели, посыпались вопросы Степану. Вопросы были незамысловатые, будничные, тревожные для всех людей, живущих от земли. Спрашивали, что за болезнь такая неизвестная появилась у скота? Будет ли приходящая зима суровой и какие виды на урожай видятся в новом году? Степан зиму обещал снежную, мягкую, а речка Иглица весной выйдет из берегов и может затопить часть села. Потому надо, не мешкая, прямо сейчас всем миром обваловать берега реки выше по течению. Перед самым окончанием встречи с земляками, длившейся неполные два часа Степан посмотрел в сторону парня в третьем ряду, что сидел рядом с миловидной девушкой, перебросившей за плечи две тугие льняные косы:
       - Тебе, Андрон, я даю наставление...посылай сватов к Алене не мешкая. К будущей жатве родит тебе Алена сына - здорового, крепкого казака. Она сама еще не ведает об этом.
       Щеки девушки зарделись. Она вскочила на ноги и, опустив взгляд, торопливо стала пробираться к выходу из зала. Вслед за нею под незлобивые шутки и смешки направился к выходу смущенный Андрон.
       Степан попрощался с земляками и сразу же в клубе завели музыку. Односельчане, что постарше, потянулись из клуба по дороге к дому, рассуждая об услышанных чудеса от сына скотницы Клавдии. А молодежь занялась своими вечными, определенными природой играми. Парни стали обхаживать девчат, приглашая их в хоровод и долго еще в маленьком душном клубе вперемешку с музыкой слышались смех и песни, завязывались знакомства, зарождались или рушились надежды, убыстряя ритм молодых сердец.
       Клавдия не могла оторвать влюбленных глаз от своего единственного. Степан неторопливо ел домашние разносолы, выставленные на стол материнскими руками. Еда напоминала ему детство и была несравнима по вкусу с самыми изысканными ресторанными яствами. Мать подкладывала в тарелку еду и приговаривала:
       - Кушай, сыночек на здоровье... когда ты еще будешь есть в родном доме? Да такую здоровую, чистую пищу?
       И как в воду глядела Клавдия. Ближе к полуночи в кармане пиджака у Степана заиграла какая-то музыка. Степан приложил к уху эту штуку, что играла и стал разговаривать. Позднее он объяснил матери, что это телефон такой, без проводов. Поговорил Степан и сообщил матери, что завтра к обеду за ним приедет машина. Перед отъездом Степан положил на стол толстую пачку денег, обнял мать и сказал:
       - Я хочу, мама, чтобы ты ушла с фермы, хватит горбатиться. Деньги для тебя я буду постоянно доставлять, обеспечу всем необходимым.
       И укатил единственный на большой черной машине с непрозрачными стеклами.
      
       В университетском зале и в фойе было по- прежнему многолюдно. Пришедшие на встречу вели себя умиротворенно, в глазах их ощущалась тихая эйфория. Общались они друг с другом предупредительно доброжелательно. Прозвучал сигнал к началу второй части встречи.
       В эти же минуты в одной из комнат за сценой сидел сосредоточенно серьезный МАСТЕР. Ему сейчас предстояла самая ответственная часть встречи. Он должен полностью подчинить своей воле разноликую массу... Еще несколько лет назад он ощутил в себе эту способность. Подобный акт требовал особой сосредоточенности и огромной отдачи психической энергии... Появившийся в дверях ассистент мягко напомнил:
       - Пора, МАСТЕР...
       - Всем ли хватило напитка Аграпиона?
       - Вполне, МАСТЕР... Шесть человек готовы к посвящению...
       Раздался удар гонга и одновременно приглушено освещение в зале. Снова завибрировали оконные стекла и возникла из тишины странная музыка. В светлом круге прожекторов стоял МАСТЕР с открытыми в зал ладонями. Глаза и лицо его излучали невидимую энергию, как и все его напряженное тело. В голосе звучали сила и металл:
       - Мы - люди братства!...
       Мы - люди чистого сердца,
       Увенчанные дарами утреннего рассвета!
       Пусть ваши дивные грезы
       Покроют цветами землю!
       Пусть ваши мечты заполняют Храм Света,
       Где самая желанная мечта
       Воплотится в реальность Братства и Добра!
       Из глубины сцены в сопровождении двух ассистентов шагнули ближе к первому ряду зала шесть человек: пять мужчин среднего возраста и среди них молодая женщина. На лицах их отражались покой и умиротворенность, глаза излучали волнение и ожидание чего-то чудесного и неземного...
       МАСТЕР подошел к стоявшим, легким прикосновением как бы осенил невидимым знамением и произнес:
       - Сегодня в сан ПОСВЯЩЕННЫХ мы принимаем самые искренние, чистые и добрые сердца. Эти люди отвергли унижающие человека порочные страсти: алчность, зависть, тщеславие... свои личные материальные ценности они направили на возведение Храма Света, "Братства чистого сердца и добра"!
       Музыка продолжала вершить свое завораживающее, эмоциональное воздействие на присутствующих в зале. А за спинами стоявших на сцене, ассистенты, переходя от одного к другому, негромко, но внятно и четко перечисляли:
       - Десять тысяч в иностранной валюте...домостроение и земельный участок...однокомнатная квартира в центре города... крупный пакет акций... престижный ресторан... автомобиль Ауди", новый...
       МАСТЕР обратился лицом к залу и легким дирижерским движением рук стал подкреплять свои слова: "Мы - люди Братства, чистого сердца и добра". Движения его рук становились все энергичнее и обращенные к залу слова стали звучать все громче: "Мы - люди Братства, чистого сердца и добра...".
       Зал как бы выходил из заторможенного состояния, глаза людей широко раскрылись и губы стали повторять вслед за МАСТЕРОМ: "Мы - люди Братства, чистого сердца и добра...". Через несколько мгновений присутствующие в зале были уже на ногах и в полную мощь своих легких скандировали: "Мы - люди Братства, чистого сердца и добра!"... Так продолжалось около пяти минут. Мощное скандирование напоминало гул водопада...МАСТЕР уже ушел со сцены. Но этого никто не заметил. Люди были одержимы еще и еще раз повторять единственную фразу... Место МАСТЕРА на сцене занял один из его ассистентов. Он тихо, но внятно повторял: "Ваши добровольные взносы в любом виде вы можете оформить по известному вам адресу..."
       Лишь только удар гонга успокоил зал и возбуждение постепенно улеглось. Люди стряхнули с себя что-то нереальное, похожее на наваждение и, пытливо вглядываясь в лица друг другу, потянулись к выходу.
      
       В полулюксе одной из лучших гостиниц города "Бристоль" в свободных позах на мягких креслах расположилась компания молодых людей из пяти человек. Единственная женщина среди них, полулежа на диванчике, курила сигарету с длинным мундштуком, стараясь воспроизвести над головою аккуратные колечки дыма, что ей не всегда удавалось. Женщина была молода, привлекательна и, не стесняясь демонстрировала совершенной формы ноги. Компания настороженно, томясь ожиданием, молчала, лишь кто-то под нос мурлыкал знакомую мелодию. На низком столике стояли две бутылки минеральной воды, тоник и чашки с недопитым кофе.
       Дверь распахнулась и в номер, без стука, вошел пружинящей, энергичной походкой мужчина. Был он невысокого роста, с обесцвеченной короткой стрижкой, с гладко выбритым узким лицом. Модного покроя серый костюм, голубая без галстука рубашка, элегантная коричневая обувь и солнцезащитные очки дополняли его облик преуспевающего коммерсанта или банковского служащего.
       - Читайте вслух, - протянул он свернутую в трубочку газету одному из сидевших мужчин. - На четвертой полосе, в отделе происшествий.
       В другой руке вошедший держал кейс. Поставив его на стол, он налил в стакан минеральной воды и присел на ручку диванчика, где возлежала, не изменив позы, длинноногая прелестница.
       Развернув газету и отыскав нужную информацию, сидевший мужчина удивленно хмыкнул и прочитал для всех:
       - 25 мая в 11 часов 44 минуты трагически оборвалась жизнь известного общественного деятеля АРХАТ РИШИ. Последние годы этот идеалист и романтик со страстью и энтузиазмом старался объединить людей в "Братство Света и Добра", чтобы покинуть перенаселенные пороком города и на лоне девственной природы воссоздать утопическое сообщество. Парадоксально, но причиной кончины ПОСВЯЩЕННОГО МАСТЕРА стала именно та самая цивилизация, от которой он так стремился убежать. АРХАТ РИШИ погиб в автомобильной катастрофе. Согласно воли покойного, тело его было кремировано, а прах рассеян над вершинами ГИМАЛАЕВ. "Безумству храбрых поем мы славу!".
       Во время чтения все присутствующие в номере встали и направили вопрошающий взгляд в сторону сидевшего на спинке диванчика, рядом с привлекательными женскими ногами, мужчину. Тот поставил стакан на столик и, улыбнувшись, развел руками.
       - Такова печальная реальность, - сказал он. - АРХАТ РИШИ больше не существует, как и растворившееся в пространстве наше братство. Скажу искренне, мне даже немного грустно хоронить этот проект. Но - к делу. Работали все хорошо, дружно, потому и вознаграждение будет справедливым и всем поровну, чтобы не перессорились. - похлопал он рукой по кейсу.
       Прощаясь, он всем пожал руку, а женщину чмокнул в щеку.
       - До нового проекта, друзья. Это будет что-то из области религии... Не грустите! Вскоре вы все мне понадобитесь.
      
      
      
      
      
      
      
      
       Воспоминание о грядущем
      
       Яркая вспышка, как тысячи солнц, ослепило все живое и неживое - мощные деревья, переплетенные паутиной лиан, реку, вигвамы стойбища индейского племени Инапари. Их ветхие строения, установленные строго по кругу, домашних животных, испуганно метавшихся между жилищами - ржавших, блеящих и воющих собак. Все шесть охранников, постоянно несущие наблюдение на тайных тропах вокруг стойбища своего племени, подали тревожные звуковые сигналы и с громкими воплями ринулись к своим жилищам.
       - Солнце упало с неба!... Солнце упало на землю!!! - ослепленные яркой вспышкой, в приступе неодолимого страха, они бежали, натыкаясь на деревья, спотыкаясь о корни, падали, поднимались и снова бежали, исхлестанные ветвями деревьев.
       Неуправляемая паника продолжалась еще некоторое время. С севера, где белый слепящий свет сменился красным и розовым, упругая волна горячего воздуха, сопровождаемая нарастающим гулом, надвинулась на парализованных ужасом индейцев. Привычно твердая земля заколыхалась волнами и дрожала, как шкура умирающего в смертельной судороге громадного животного. Никто не помнил, сколько времени продолжался этот кошмар. Потом грохот постепенно утих, но бело- красный свет на севере не затухал. А на рассвете, в обычном месте, на востоке из- за горизонта появилось солнце.
       Когда волнение несколько улеглось, старейшины племени собрались у жилища своего вождя. Большой Змей уже много лет управлял племенем. Эта обязанность передалась ему по наследству от деда и отца. Он готовился быть вождем с раннего детства. Большой Змей встретил старейшин на пороге своего жилища, невозмутимый, внешне спокойный. На его лице с глубокими морщинами и пронзительным взглядом темных, умудренных жизнью глаз, не было и тени испуга. Жестом он пригласил старейшин расположиться на полу вокруг него и произнес:
       - Я не помню такого на своем веку, когда небо и солнце встречаются с землей. Ничего определенного я сейчас сказать не могу. Мне необходимо устроить совет с нашим мудрейшим Хранителем Прошлого. Возвращайтесь к семьям, успокойте женщин и детей.
       Жилище Хранителя Прошлого находилось на площади, в самом центре поселения. Сам Хранитель, обремененный многими годами и болезнями, не мог самостоятельно передвигаться. Этого почитаемого человека в погожие дни выносили на порог жилища, где он просиживал целыми днями, напевая под нос одну бесконечно длинную, монотонную мелодию.
       Индейцы племени Инапари были очень древним племенем, воинственным и дружным по сравнению с другими племенами, что позволяло ему сохранить свободу в условиях борьбы с другими племенами и суровой природой. Каждый член племени с юных лет имел свои обязанности и четко исполнял их. В свободное от общественных дел время подростки усаживались вокруг Хранителя и ожидали от него рассказов о древних временах. Хранитель Прошлого обладал ясным умом и помнил истории, поведанные его Дедом и Отцом.
       - Очень давно, когда еще не родились ваши отцы и матери, - рассказывал Хранитель, - в наши края с больших железных каноэ сошли на берег чужаки. Кожа их была белой с волосами на лице. Наше племя тоже с белой кожей, чем отличается от индейцев с коричневой и красной кожей. Но чужаки были совсем белыми и очень злыми. Из железных палок, которые они привезли с собою, вырывался огонь и убивал все живое. Еще они привезли воду, которая могла гореть, и пили ее. Они угощали этой водой наших мужчин и женщин, после чего те не могли бегать, прямо ходить по земле и стрелять из лука. Чужеземцы стали собирать самых крепких молодых мужчин, связывать их руки лианами и насильно увозить. Потом мы узнали, что многих индейцев из других племен эти злые люди тоже забирали от своих семей и силой заставляли их работать. Рабы должны были собирать с деревьев мягкую смолу, которую называли каучук. Того, кто не мог работать били кожаными ремнями и отбирали жизни...
       Большой Змей вошел в жилище Хранителя Прошлого, где на земле светлели горячие угли костра, от которых на стенах вигвама плясали причудливые тени. Вождь опустился на землю перед Хранителем и произнес:
       - Я пришел к тебе за советом, Хранитель. Первый раз я не понимаю, что происходит с небом и землей... Я не знаю, какой совет дать моему племени.
       Хранитель протянул руку над углями, согревая скрюченные от болезней и старости кисти рук. Он не торопился с ответом.
       - Много времени прошло с того дня, когда твой предок приходил ко мне за советом. Ему тогда помог наш Бог, помог освободиться от власти злых белых людей и сохранить свое племя. Возьми Бога в правую руку, закрой глаза и прислушайся к тому, что он скажет тебе...
       Хранитель освободил из кожаного чехла, величиной с ладонь, фигурку из черного базальта, отполированную временем и многими прикосновениями. Большой Змей бережно принял в свою руку Бога и закрыл глаза. Сразу же он ощутил тепло, которое исходило от фигурки Бога. Оно распространялось от кисти руки вверх к плечу... Перед его мысленным взором возникла знакомая картин поселения его родного племени и пространство, отвоеванное у джунглей для посевов в многолетней борьбе с природой. С северной стороны, у горизонта быстро надвигалась сплошная стена огня, языки пламени пожирали лес и все живое. Ревущие дикие звери, обожженные без шерсти обезьяны, птицы, пылающие в воздухе огненными факелами, ползучие гады, мгновенно превращающиеся в пепел - все живое, что еще могло передвигаться, в панике спасалось от лавины огня.
       Большой Змей открыл глаза и произнес:
       - Спасибо тебе, Хранитель... Теперь я знаю, как поступить...
       - Меня оставьте здесь... Вам трудно будет уходить с такой обузой... - спокойным, тихим голосом произнес Хранитель...
       - Индейцы Инапари никогда не были трусливыми гиенами. Людей своего племени они не оставят на погибель!...
       Большой Змей призвал старейшин и отдал четкие распоряжения:
       - К тому времени, когда солнце займет место над головой, нужно погрузить имущество и детей на мулов и лошадей...только самое необходимое... и, не останавливаясь спешить на юг...
       Племя индейцев Инапари, спасаясь от огненного смерча, двинулось навстречу непредсказуемой судьбе.
      
      
       Пьер опаздывал на важную деловую встречу, которую он сам же назначил в своем офисе на двенадцать часов. Вчера он "перебрал" на традиционном мальчишнике с однокашниками, который они регулярно проводили в день святого Валентина. Встреча началась с традиционных воспоминаний о студенческих годах, о своих наставниках и курьезных случаях... Обменялись новостями, хвалились своими действительными и мнимыми успехами... Помянули добрым словом своего товарища, совсем недавно покинувшего этот мир...
       Все повернулось в другое русло, когда веснущатый, рыжий Анри Жорден встал и, с высоты своего длинного роста, с многообещающей ухмылкой произнес:
       - Господа, жизнь стремительно вытекает из наших жил. За последний год, я не скажу, что мы постарели, но как-то отяжелели, обремененные заботами...
       А не вспомнить ли нам студенческую пору? Я знаю одно прелестное местечко... Там не так роскошно, как в этом модном ресторане, но зато есть весьма очаровательные гурии...
       Предложение восприняли с энтузиазмом. Выпито было еще совсем немного и потому все отправились на окраину Парижа в своих машинах.
       Заведение оказалось даже скромнее, чем ожидалось. Напитки и закуски тоже не на уровне, но девочки - выше всяких похвал... игривые, изобретательные и податливые. Мальчишник надолго запомнился, особенно тем, кого в качестве отяжелевшего груза под утро развозили по домам. Пьер помнил отдельные эпизоды загула, помнил, что не решился сесть за руль и потому домой добрался на такси.
       Жаннет спала. А когда Пьер, с мутной головой и отвратительным привкусом во рту, разлепил утром глаза, супруги уже не было. Двадцать пять лет их совместной жизни напоминали теперь тихую заводь, заросшую камышом и тиною. Они существовали, не докучая друг другу, отдельно, каждый согласно своим личным пристрастиям. Тем более - взрослый сын был самостоятельным и жил отдельно.
       Пьер заглянул в ванную комнату. Ко времени было бы сейчас освежиться под прохладным душем... Но этой радости жизни в многомиллионном городе нельзя было себе позволить уже около года. Громадный город был на жестком лимите расхода пресной воды. Вода в водопроводе появлялась по графику два часа в сутки. Обычно благодатной влагой заполнялись ванна и все имевшиеся в квартире емкости. Пьер громко выругался, не найдя ни в одной кастрюле хоть немного влаги.
       В обнаженную икру Пьеру ткнулся холодным, влажным носом любимец Жаннет терьер Бобо. Пьер заодно обругал и, ни в чем не повинного, Бобо.
       - Тебе, псина, твоя хозяйка не забыла налить воды в поилку, а мне и кофе не в чем сварить. Голова раскалывается...
       Пьер достал из холодильника недопитую им ночью бутылку с минеральной водой и на жалких ее остатках сварил кофе. О еде он и вспоминать не мог после вчерашней пирушки. Пьер быстро оделся и, взглянув в зеркало на свою измятую, неумытую физиономию, снова выругался. Ткнув ногою ластившегося к нему любимца Жаннет, он запер дверь и спустился на лифте вниз.
       Консьержка вежливо поздоровалась и возбужденным тоном сообщила ему очередную новость:
       - Вы слышали, месье Леже? С понедельника нашему городу резко урезают подачу пресной воды. Теперь воду будут подавать через день, тоже два часа в сутки... О чем думает Президент и наше правительство?...
       Пьер замедлил шаг на мгновенье, переваривая эту новость, и снова выругался, но только мысленно.
       - Мадам Луиза, не забудьте, как обычно, набрать воды в ванну и все остальные посудины. И Бобо, пожалуйста, выгуляйте... Я буду вам благодарен...
       Луиза улыбнулась и услужливо кивнула головою. С месье Леже нельзя терять добрые отношения. Она не раз еще обратится к нему за помощью в решении правовых и юридических проблем...
      
      
       Уже из салона такси Пьер связался со своим помощником и отдал распоряжение перегнать к офису его личный автомобиль с места, где он его вчера оставил. Он также напомнил, что сегодня состоится серьезная встреча с солидными клиентами.
       По приезде в свой роскошный офис, состоявший из трех служебных помещений и комнаты отдыха, Пьер в первую очередь поинтересовался - есть ли запас пресной воды? Получив утвердительный ответ секретаря, он уединился в комнате отдыха, освободился от галстука и рубашки и с наслаждением поплескался в тазике с водой. Он сполоснул рот освежающим эликсиром, пригладил волосы на голове, надел рубашку и галстук. Изобразив на лице улыбку, он энергично шагнул в свой кабинет. Там его уже ожидали клиенты. Это были двое упитанных мужчин лет сорока с похожими лицами. Они были братьями- компаньонами, представлявшими известную в мире корпорацию по производству столовой воды под названием "Искристые льдинки". Пьер поздоровался и распорядился подать кофе. Он предложил гостям сигары и, усевшись за свой рабочий стол, произнес:
       - Внимательно слушаю вас, господа.
       Посетители одновременно пытались объяснить суть дела, но взглянув друг на друга, умолкли. Один из братьев, как видно, старший по возрасту, сказал:
       - Успокойся, Анри. Я сам объясню мэтру суть нашей проблемы. Почему мы обратились именно к вам? У вас отличная репутация по ведению международных процессов. Последнее ваше участие в международном споре двух мировых гигантов под названием "Дело аквазина" - шедевр судебного разбирательства. Мы очень рассчитываем на вашу помощь.
       Пьер изобразил на лице простодушие и скромно улыбнулся.
       - "Дело аквазина", действительно было сложным, но в итоге конкуренты оказались разумными и сговорчивыми. Они объединились в единую компанию по заправке автотранспорта и теперь около миллиарда автомобилей на всех континентах заливают в баки аквазин только на заправочных станциях "Келлерман и К".
       - В нашем случае ни о каких объединениях не может быть и речи. Аквазин в нынешнем виде это обычная вода, даже не фильтрованная и не пригодная в пищу, а присадка всего одной десятой процента химического элемента "Зинет" превращает ее в горючую смесь, заменяющую бензин. Насколько я помню, это революционное открытие произошло в двадцать пятом году нашего столетия...
       - В двадцать седьмом, - уточнил дату Леже. - К этому же времени относится и скоротечная ядерная война за обладание нефтяными ресурсами. Ближний Восток, Американский и Азиатский континенты по истечении десяти лет еще не оправились от опустошительных последствий этого противостояния. Резкое изменение климата и природного баланса привели к водному кризису и вашему обогащению, господа.
       - Мы выполняем великую миссию, месье Леже, мы стремимся напоить экологически чистой водой изнывающее от жажды человечество. Поверьте, не так легко было осуществить наш замысел. Наша флотилия танкеров и кораблей- фабрик на постоянном причале у стен вековых льдов Антарктики и Антарктиды круглосуточно перерабатывают тысячелетний лед в идеально чистую драгоценную влагу. Наши танкеры снабжают водой все континенты планеты...
       - Ваше занятие, господа, действительно благородно и заслуживает похвалы, - вежливо улыбнулся Пьер. - Однако в своей деятельности вы руководствуетесь не альтруистическими устремлениями. Перед встречей с вами, господа, мои аналитики ознакомились с финансовой составляющей вашей корпорации. Вы уж извините нас, мы всегда так поступаем прежде, чем принимаем решение об участии в деле. Активы вашей корпорации внушительны, акции на бирже котируются весьма высоко.
       - Эти выводы соответствуют действительности. - Подал голос старший брат Люсьен. - Мы не жалуемся, но в наш бизнес вмешался бесчестный конкурент, присвоивший наш опыт, технологию и даже наш бренд. Вы конечно знаете нашу продукцию - прозрачные пластиковые емкости в один галлон питьевой воды. Наш фирменный знак "Искристые льдинки" изображает белого медведя, пьющего из бутыли воду. А конкуренты до чего додумались? Их бутыли снабжены этикетками под названием "Игристые льдинки". На них также присутствует полярный житель - белый медведь. Только он не пьет, а просто держит бутыль в лапах. Есть некоторые различия, но для широкого потребителя они не заметны. Потому продукция "Лаваль и К" потребителем принимается за нашу. Мы расцениваем поведение недавно появившихся конкурентов, как преднамеренный обман потребителей, как нечестное ведение бизнеса. Мы требуем возместить моральный и материальный ущерб.
       - Позвольте и мне кое- что уточнить, - подал голос младший брат Анри, - Наши конкуренты применили еще одну бесчестную уловку. На их этикетке, как и на нашей, указана емкость в один галлон. Но они взяли за основу американский галлон, соответствующий 3,8 литрам. В то время мы используем исчисление английского галлона - 4,5 литров. Потому они продают свою продукцию по более низким демпинговым ценам.
       - Из сказанного вами, господа, я уяснил суть ваших тревог. - Пьер откусил щипцами кончик сигары и поднес к ней зажигалку. Выдержав паузу, он продолжал, как бы размышляя вслух. - Позиции ваших конкурентов весьма надежные по всем аспектам, что вы перечислили. Вероятно, у них имеется сильная юридическая поддержка. Однако в любых крепостях всегда находится щель, через которую можно просочиться в стан неприятеля и взорвать его изнутри.
       Пьер обратился к своему помощнику, худощавому молодому человеку, ведущему стенограмму беседы:
       - Я прошу вас, Альфред, по всем нашим каналам и агентствам продублировать срочное задание: в течение двух суток выяснить все данные о корпорации "Лаваль и К" - дату основания, характеристику главных фигур, стоящих за этой корпорацией. Мне нужна их подробная биография: семейное положение, данные об их ближайших родственниках, их слабостях, вкусах, привычках, все об их любовницах, друзьях, деловых партнерах... Уложитесь в двое суток?
       - Постараемся, Мэтр.
       - Ну вот пока все, господа. - Пьер поднялся из кресла, - Альфред ознакомит вас с проектом договора о нашем сотрудничестве. Мы будем держать вас в курсе всех событий. Не смею больше отнимать у вас время. Успехов вам, господа.
       Пьер подошел к братьям и пожал им руку.
      
      
       Бревенчатый старый дом в осенних, вечерних сумерках слабо светился двумя окнами. Всего на улицу глядели четыре окна с узорчатыми деревянными наличниками и приоткрытыми ставнями. Дом имел давнюю историю, как и весь этот окраинный район, где жили инженеры и рабочие градообразующего оборонного предприятия. В небольшой комнате, заставленной высокими под самый потолок стеллажами, покоилось много книг вперемешку с объемными папками и рулонами чертежей. Сам хозяин комнаты - крепкий, коренастый мужчина, с седым ежиком волос, приятными чертами лица и аккуратно подстриженными усами над верхней губой, был погружен в изучение чертежей, развернутых на столе. В отражении лучей зеленого колпака настольной лампы лицо мужчины приобретало загадочное, фантастическое очертание. Мужчина сидел задумавшись и мурлыкал под нос мелодию популярной песни. Но ничего фантастического в облике Василия Благолепова не было. Возраст за пятьдесят лет, всю жизнь он был предан науке и родному городу, где родился, учился и всю жизнь отдал заводу, который с началом реформ прекратил существование и был сдан в металлолом. Имя крупного ученого было указано в третьем томе Всемирной научной энциклопедии, где в краткой аннотации Василию Благолепову было определено почетное место в первом ряду ученых, практически реализовавших проблему термоядерного синтеза. С тех пор лицо мира изменилось кардинально. Десятки тысяч тепловых электростанций стали ненужными, а гидроэлектростанции доживали свой век. Дешевая электроэнергия в неограниченных размерах получаемая почти даром, не намного повлияла на улучшение быта девятимиллиардного населения земного шара. Все энергоресурсы прибрал к своим рукам международный холдинг под названием "Свет в ночи" и цепко удерживает их в своих руках, диктуя потребительские цены.
       Размышления ученого прервал звуковой сигнал переговорного устройства. Василий Прохорович перебросил тумблер и одновременно перед ним на мониторе высветилось лицо вышедшего на связь. Это был известный администратор главной Академии Наук Пауков. Он вежливо улыбнулся, поздоровался и сразу же приступил к делу.
       - Давненько мы с вами не виделись, Василий Прохорович. Годы текут, как стремительные горные реки, а вы не меняетесь... Можно позавидовать вам - живете в экологически чистом регионе и питьевой воды в достатке...
       - А вы перебирайтесь к нам...и чистой водой вас обеспечим...
       - Я бы с дорогой душою, но неотложные проблемы не позволяют сняться с асфальта. А кто же будет решать их, если не мы - руководители научной мысли страны?
       - Я полагаю, в гости вы прибыли не только для того, чтобы утвердить свою научную величину? - все еще продолжал иронизировать Благолепов.
       - Вы угодили в десятку. Наступила пора использовать на благо страны ваши талантливые наработки. Перебирая в архивах бумаги, я наткнулся на ваш замечательный проект многолетней давности. Как вы могли предвидеть, что нехватка чистой воды грозит неминуемыми бедами нашей планете?
       - Каждый здравомыслящий ученый понимал эту опасность. Я стучался в запертые двери. Ваши коллеги были заняты более прозаическими проблемами - каждый старался отхватить кусок от тех благ, которые принесла с собой реализация синтеза термояда.
       - Частично вы правы, господин Благолепов, человек слаб и свою выгоду старается не упустить... Однако с другой стороны, тогда требовалось в кратчайшие сроки решить проблемы жизнеобеспечения громадной страны, где две трети территории относятся к зоне вечной мерзлоты. Медлить было никак нельзя...
       - И потому половина населения осталась без работы, без тепла на уровне элементарного выживания?
       - Все это в прошлом, господин Благолепов. Сейчас перед нашей родиной поставлены другие неотложные задачи. Тот золотой дождь, который обрушился за экспорт углеводородных носителей прекратился еще в начале века. Нефть и газ теперь никому не нужны, кроме химической промышленности... Страна погрузилась в системный кризис... Только ваши талантливые наработки смогут вернуть уверенность и процветание отечеству!...
       - Не кажется ли вам, господин Пауков, что эти речи напоминают словоблудие наших родных парламентариев? Я еще в те далекие времена утверждал, что огромной стране жизненно необходима трансконтинентальная магистраль, связующая Европейский континент с Американским. Железнодорожный или обычный шоссейный путь неприемлемы для нашей суровой природы. Потому я предложил струнную дорогу, весьма дешевую и надежную. Никакие снежные бураны и морозы ей не страшны. На опорах укладываются струны из высоколегированной стали, не поддающейся коррозии. Сцепки из сотен пассажирских или грузовых вагонов будут перемещаться, предположительно, со скоростью триста километров в час. И никаких тебе переездов, никаких разъездов. Поезда летят, можно применить и такое определение, без остановок, от пункта отправления до места конечного назначения, примерно, сорок часов. В то время, как морской путь вокруг Африканского и Азиатского континентов составляет около двух месяцев.
       - Все это я и имею в виду, господин Благолепов. Реализация вашего проекта поможет державе оправиться от шокового состояния и твердо встать на ноги! Подготовьте свои наработки. Завтра мы высылаем за вами электроплан.
       - Я еще не принял решения, господин Пауков.
       - Я не сомневаюсь в положительном ответе. Ведь вы патриот своего отечества, господин Благолепов. Условия можете выдвигать любые. Вас поселят в живописном пригороде столицы в отдельном большом доме для всей семьи. Я имею в виду, кроме вашей супруги, еще сына с семьей и дочь, которые тоже пошли по научной стезе... Вы будете обеспечены всем необходимым по самым высоким стандартам.
       Благолепов отключил связь и надолго задумался в отсвете зеленого колпака настольной лампы. Перед мысленным взором возникла давно лелеемая им мечта... По струнам, пересекающим Европу и Азию к Беринговому проливу сквозь туманы и метели, трескучие морозы, беззвучно несутся сцепки вагонов с грузами и пассажирами, с замороженными в термостатах глыбами живой влаги, в которой так нуждается мир. Василий Прохорович направился к стеллажам и, после недолгих поисков, вернулся к столу с объемной папкой. В ней находились все наработки и расчеты по преодолению Берингова пролива и выходу струнной дороги на Аляску. На самой восточной точке мыса Дежнева находится поселок Уэлен. От него до Американского материка мимо острова Дионида всего семьдесят километров. К поселку Уэль на Аляске через пролив можно соорудить мост. При современном уровне строительной технологии через водные преграды реализация этого проекта не вызывает особых возражений, но Василий Прохорович остановился на втором варианте - соединить оба континента тоннелем. Это наиболее надежный, защищенный от всех погодных капризов вариант. В одной из папок у него хранился проект прокладки тоннеля через Берингов пролив. Этот проект был разработан до мельчайших подробностей, с указанием необходимых технических средств, количества строителей по профессиям. В папке находился сетевой график сроков начала и окончания всех работ по прокладке тоннеля не только по месяцам, но и по дням.
       После долгих раздумий Василий Прохорович принял окончательное решение.
      
      
       В самом центре Нью-Йорка в районе Манхетена высится многоэтажная стеклянная коробка, известная каждому жителю земли под названием ООН. Организация Объединенных Наций после военного ядерного конфликта прекратила свое существование. Все страны члены ООН отозвали своих представителей по причине отсутствия влияния этой организации на развитие и урегулирование мировых проблем. Но это здание не пустовало. Серьезные люди с деловым видом поднимались и опускались в скоростных лифтах, на всех этажах чиновники заседали в кабинетах, секретари у компьютеров сочиняли документы, меморандумы, ноты, заявления... Только эта организация имела сейчас другую аббревиатуру - ВООГП. Если расшифровать ее, то она звучала так: Всемирная Общественная Организация Глобальных Проблем. Всемирной и общественной эту организацию можно было назвать с большой натяжкой. В ней были представлены только те страны мира, которые называли себя цивилизованными и демократическими. Что же касается определения "Общественная", то тут этим понятием и не пахло. Разве можно назвать общественной транснациональную компанию, которая полностью контролировала в мире всю сталелитейную промышленность, или банковскую группу, подчинившую себе все финансы Европы? Американский континент представляли монополии оружия, микроэлектроники, сельскохозяйственной продукции. Япония делегировала всемирную корпорацию по производству и продаже автотранспорта, работающего на аквазине. Россия лишь недавно получила мандат с совещательным правом голоса. После перехода на другие источники энергии страна вступила в период катастрофического упадка. Лишь некоторые предприятия по производству космической техники держались на плаву. Предприятия тяжелой промышленности не находили возможности сбыта своей продукции, сельское хозяйство без поддержки государства быстро угасало. Отечественные продукты питания исчезли с прилавков магазинов, их заменили зарубежные аналоги, в основном модифицированные на основе генной инженерии. Лишь два года назад Россия медленно стала выходить из жесточайшего кризиса. К тому времени начала действовать на полную мощь транснациональная магистраль, напрямую соединившая Европу с Америкой.
       Очередное Пленарное заседание ВООГП открыл Вениамин Ротшильд, получивший недавно мандат Генерального Секретаря на текущий год. Это был худощавый мужчина среднего роста с венчиком седых волос на голове, с мягкими чертами лица. За стеклами очков в металлической оправе угадывались светлые глаза. Обликом своим он походил на пастора или школьного учителя. Однако вопреки внешнему виду, нрава он был жесткого и упрямого, что соответствовало всем основным чертам характера известного в мире могучего финансового клана.
       Ротшильд призвал присутствующих к тишине и огласил повестку дня:
       - Сегодня нам предстоит обсудить два вопроса:
       Заслушаем Председателя Комиссии господина Кребса "О состоянии обеспечения народонаселения мира питьевой водой". Господин Уоррен представит нам доклад "О демографической тенденции и миграционной политике". Прошу вас, господин Кребс.
       Плотного телосложения розовощекий мужчина с густыми черными бровями и такой же тональности небольшими усами направил свой глухой голос в микрофон.
       КРЕБС: Состояние больного, если можно применить медицинский термин, внушает опасение и его можно определить, как стабильно критическое. Незараженные водные ресурсы убывают в математической прогрессии и не находят источников восстановления. Черный континент находится в состоянии клинической смерти. В африканской саванне уже два года не выпадают осадки, биологическая жизнь крупных и мелких парнокопытных, хищников и птиц подошла к финалу. Некогда густо населенные районы саванны представляют гигантские кладбища разлагающихся останков животных. Вполне реально возникновение эпидемий, которые способны распространиться на другие континенты...
       ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Господин Кребс, вы обрисовали весьма мрачную картину... Мы уже приняли меры - несколько эскадрилий электропланов специальными излучениями нейтрализуют биологические останки, очищают черный континент и сделают его вполне пригодным для обитания живых существ. Жаль только, что аборигенов осталось совсем немного, но мы направили им несколько танкеров с питьевой водой. Что-либо оптимистическое вы можете сказать?
       КРЕБС: В географической точке Египта Дахла, где традиционно выпадало не более одного миллиметра осадков в год и соответственно три миллиметра осадков за год в Икике - Чили, сейчас наблюдаются проливные дожди. Со дня окончания военного противоборства в земной атмосфере и стратосфере произошли необратимые изменения, нарушившие водный баланс земли. Вам известно, что разрушительные ливни периодически низвергаются на такие мегаполисы, как Лондон, Берлин, Вашингтон, Париж, Рим и другие города. Эти ливни разрушили систему водоснабжения и канализационную систему. Еще хуже, что падающие с неба потоки воды невозможно использовать для питья и даже в хозяйственных целях. Осадки насыщены тяжелыми металлами, которые в неимоверных количествах циркулируют в земной атмосфере. Эксперты нашей службы утверждают, что опресненной воды, вырабатываемой атомными электростанциями недостаточно даже для поддержания нормальной жизни в элитных странах Европы. Нарастает волна спекуляции питьевой водой, добываемой во льдах Арктики. Гигантские корпорации "Искристые льдинки" и "Игристые льдинки" затеяли судебную тяжбу за приоритеты в торговле.
       ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Мы уведомлены об этом прискорбном казусе. Этим корпорациям предложено слияние, иначе их ожидает внешнее управление. Проинформируйте нас, господин Кребс, на какой стадии находится транспортировка пресной воды из Антарктиды?
       КРЕБС: Нам удалось найти подходящий айсберг на северо- восточной окраине Антарктиды. Буксировкой исполина весом около семидесяти миллионов тонн занимаются тридцать мощных кораблей. За месяц пройдена четвертая часть пути, движение осложняется обрывами буксировочных концов и капризами погоды. При шторме движение прекращается и корабли ложатся в дрейф. Путь из Индийского океана пролегает в Атлантику мимо восточных берегов Африки. Есть еще одна проблема - подводная часть льдины достигает глубины в сто пятьдесят футов. Нужно найти такой фарватер и порт, где можно пришвартовать эту махину. Мы остановились на восточной оконечности Испании, там достаточная глубина у берегов.
       ГОЛОС ИЗ ЗАЛА: Господа, мы совершили страшное преступление! В результате последней войны наша планета отказывается служить людям! Семнадцать гигантских ран от ядерных взрывов кричат о мщении! Всем нам необходимо покаяние и вознесение молитв к Всевышнему!...
       ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Господин Чейни, прекратите истерику!...Когда всеми нами принималось решение, что-то мы не слышали вашего протестующего голоса. Тогда ваша автомобильная империя была в коллапсе и срочно требовались нефтяные потоки... Успокойтесь и продолжим заседание. Мы хотим услышать информацию о демографической ситуации и миграционных процессах на планете. Прошу вас, господин Уоррен.
       На трибуну, не торопясь, взошел мрачного вида, худой мужчина. Официальный черный костюм обвис неряшливо на его узких плечах. На лице читалась брезгливая гримаса, разлапистые, большие кисти рук легли на трибуну. Он начал свою информацию неожиданно низким голосом.
       УОРРЕН: Господа делегаты, численность народонаселения нашей планеты приблизилась к критической отметке - девять миллиардов. Предпринимаемые меры по ограничению популяции пока не приносят результатов. Выдаваемые нами сертификаты на рождаемость игнорируются многими странами. Это относится прежде всего к народам социально неполноценным, с низким уровнем образования и жизни. Ближний Восток, южная Америка, восточно-азиатские страны, частично Австралия не придерживаются квот на рождаемость. Во многих точках планеты царит голод, свирепствуют эпидемии, чему способствует низкое качество воды. Мы не можем напрямую применить стерилизацию. Однако направляемая в критические районы продовольственная гуманитарная помощь под грифом "С" способна в какой-то степени сдержать стихийный рост популяции.
       ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: В эти же районы направляйте танкеры с питьевой водой под таким же грифом. Наша планета уже не выдерживает безмерно размножающихся Гомо Сапиенс...
       УОРРЕН: Что касается миграционных процессов, потоков беженцев из неблагополучных районов планеты, то им сопутствует ускоренная убыль человеческих особей. Многие мигранты оседают в резервациях. Здоровых и крепких индивидуумов мы привлекаем в закрытые производственные зоны. Там сносные условия для проживания и полезного труда. В этих зонах имеются школы начального образования, профессионального обучения, есть и объекты развлекательного характера, поддерживающие тонус для производственной деятельности. Протестующих и бунтарей мы отправляем для перевоспитания на острова "Надежды", откуда невозможно выехать. На островах действуют жесткие правила для перевоспитания путем созидательного труда. Сельскохозяйственные отряды выращивают продукты питания, небольшие предприятия производят все необходимое для обихода и жизнедеятельности поселенцев. Там действует один гуманный закон: "Жизнь и радость - через труд". Популяция населения полностью исключена. Наши эксперты пришли к выводу, что возникла необходимость дополнительного создания подобных апробированных временем поселений на всех материках. Еще одна краткая информация: мы провели мониторинг в зараженных радиацией северных районах южно- американского континента. Там не найдено следов проживавших многочисленных индейских племен. Только племя Инапари оказалось в заброшенном еще четыре тысячи лет назад древнем городе инков Чороки. Индейцы Инапари почти полностью сохранились. Они спасаются специальным настоем трав, который освобождает организм людей и животных от насыщенных тяжелыми металлами продуктов атомного полураспада. Мы пытаемся наладить связи с этим племенем, близким по своей генетике к расе белого человека.
       ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: Мы благодарны вам за информацию, господин Уоррен.
       Господа, меня беспокоит европейский континент. Критическое положение с потреблением питьевой воды и почти полная зависимость в этом жизненно важном продукте от своего восточного соседа с его огромной территорией и неограниченными запасами пресной воды. Раньше Европа сидела на газовой и нефтяной игле азиатского монстра, а теперь зависит от поставок из этого края экологически чистой воды. Над озером Байкал, где находится пятая часть мирового запаса пресной воды, сооружен громадный магнитный зонтик, который не позволяет осадкам, насыщенным тяжелыми металлами, загрязнять этот водоем. в наши дни всеобщей интеграции и глобализации, когда границы между государствами существуют лишь формально, не пора ли привлечь внимание мировой общественности на нетерпимость монополии одной страны на стратегически важные природные ресурсы. Международная организация должна предпринять определенные шаги по линии дипломатии... Не хотелось бы обращаться к силовым методам решения этой важной мировой проблемы.
      
      
       Каждый вечер в любое время года - в зимнюю стужу, весной и летом из старого деревянного дома на окраине города появляется немолодой мужчина плотного телосложения с большой черной собакой на поводке. Со стороны может показаться, что обычный обыватель вышел прогулять своего четвероногого друга. Однако эти вечерние прогулки преследовали и другие цели. Василий Прохорович Благолепов совсем недавно вернулся в свой родной город и дом. В столице он ощущал себя чужаком среди непривычного шума, нервного ритма, суеты. Он устал от заседаний, приемов, парадных обедов, церемоний награждений, устал от назойливых репортеров... Проект века, его проект был осуществлен и ничто больше не удерживало его в бурлящем чужой жизнью гигантском городе. Тем более, что тут на сибирской земле затевался колоссальной важности научный эксперимент, где необходимы были его знания и опыт. Давние соратники по научной мысли объединились для решения грандиозной задачи, при реализации которой межпланетные полеты станут простым и обыденным делом. Долгие годы и месяцы требуется космическим кораблям, чтобы достичь ближайшей планеты. При создании фотонных двигателей космические путешествия сократятся по времени в тысячи раз. Но это - будущее, а сейчас его влекло к себе желание еще раз увидеть воочию, воплощенные в реальность свои мечты...
       В пределах видимости от окраин города по высоким светлым опорам, напоминающих солдат, шагающих в строю, на струнной дороге с интервалом в несколько минут пролетали увязанные в одну нить сотни вагонов с пассажирами и грузами... Звука их движения не было слышно -то лько свист рассекаемого воздуха... желтые и красные огоньки, сливаясь в одну ленту, проплывали над землею...
      
      
      
      
      
      
      
       Погружение
      
       В зале Академии Наук, предназначенном для особых событий, начался торжественный вечер. Чествовали директора Института Истории, академика Дениса Сильвестровича Сосновского - создателя своей особой школы, последователи которой имелись во многих странах мира. Президент Академии высокий, полный человек, с густой, непокорной гривой волос на голове и крупными чертами мясистого лица жизнелюба призвал присутствующих к тишине и молодым, звонким голосом открыл торжество:
       - Коллеги и почетные гости нашего собрания, я с превеликим удовлетворением и искренним уважением поздравляю гордость Академии Дениса Сильвестровича с завершением очередного этапа его научного и жизненного пути! Поднимем бокалы за юбиляра! Виват!
       Тост был поддержан гулом одобрения, и гости осушили бокалы. Между приглашенными сновали официанты в смокингах, не забывая наполнять бокалы, а сам юбиляр стоял в кругу нескольких близких ему людей и благодарно кивал головой на все высокие слова в его адрес. Когда поток пышных фраз иссяк, а желающих высказать очередной дифирамб поубавилось, слова попросил юбиляр. Среди нарядной в темных костюмах при галстуках научной интеллигенции, академик Сосновский выглядел весьма скромно. Денис Сильвестрович был облачен в коричневый костюм, линии которого указывали на моду прежних лет. Под незастегнутым пиджаком виднелась серая рубашка без галстука. Был он среднего роста с редкими седыми волосами на голове и с такого же цвета бородкой клинышком. Сосновский скорее походил на провизора, составляющего лекарства или прилежного мелкого чиновника. Лишь серые, пытливые глаза за стеклами сильной оптики очков указывали на его недюжинный ум и настойчивость.
       - Мой возраст, - негромким голосом начал Денис Сильвестрович, - это только начало полета человеческой мысли после накопленного жизненного опыта. Обидно, что в 70 лет, как бы завершается карьера. Мы должны научиться жить и творить до ста пятидесяти лет. И это не предел. Если мы заглянем в прошлое, то увидим, на примере эллинов, что эти вершины были достигнуты человечеством. Достигнуты и бездарно утеряны. Сегодня тут говорилось о новом направлении в науке истории. По сути никаких новаций мною не изобретено. То, что я утверждаю, есть ничто иное, как известные постулаты тысячелетнего прошлого. Ни для кого не является секретом, что история часто переписывалась в угоду пришедшему к власти очередному узурпатору или же группе подобных. С самого начала научной карьеры я поставил себе задачей выяснять истинную суть событий многовековой давности не из манускриптов и пыльных фолиантов, а непосредственно от личностей, живших в ту эпоху. Вы можете возразить, что в моем утверждении есть доля мистики. Я был бы согласен с вами, если бы рассматривал историю, как отдельную науку, оставленную в наследство нашими предками. Но история не просто вербальные знаки на том или ином наречии. Я утверждаю, что история человечества впечатана навечно в скрижали космоса. Истинные события и имена невозможно стереть по чьей-либо прихоти и заменить угодными очередному властителю. Я рассматриваю историю, как симбиоз многих сопутствующих наук: психологии, генетики, биологии, астрофизики и прочих. Я утверждаю, что ничто из материальной и духовной деятельности на планете не исчезает бесследно. Даже писк комара остается запечатленным в кладовой памяти великого хранителя истории космоса. Как добыть, как восстановить эти истинные крупицы прошедшего времени? Рядом со мной находится мой ученик и последователь Сергей Кивилиди. Я полагаю, что он еще скажет свое новое слово в исторической науке.
       - Мы скажем вместе это слово, дорогой Денис Сильвестрович.
       Молодой человек в строгом темном костюме приблизился к юбиляру и бережно полуобнял его за плечи. Было ему лет за тридцать. Светловолосый, с голубыми глазами, правильными чертами лица и упрямым подбородком Сергей Кивилиди имел огромный успех у женской половины сотрудников Академии. За ним намертво закрепилось определение "красавчик". При встрече с Кивилиди представительницы прекрасного пола искали свое отражение в его голубых глазах и теряли дар речи. Но Сергей не замечал этих маневров и был постоянен в чувствах к своей супруге и верному помощнику Таисии - особе невзрачной, со слабым зрением, чему подтверждением были большие роговые очки со многими диоптриями.
       Пружинящим шагом Сергей вышел к центру зала, обвел взглядом умолкнувших гостей и совсем по- домашнему сказал:
       - Впервые, будучи еще старшеклассником, я оказался случайно на лекции Дениса Сильвестровича. От слов и мыслей лектора меня пробрал озноб, как будто невидимая искра пронзила сознание и осенила - это то, именно то, что тебе предназначено в земной жизни. Ранее мною овладевали многие увлечения в выборе профессии, но после памятной встречи все остальное ушло в небытие. До того момента я полагал, что история - это копание в пыльных бумагах и споры по поводу: состоялось ли это событие или нет, и когда оно произошло. Пятнадцать лет рука об руку с моим учителем мне радостно преодолевать путь в постижении неизведанного. Метод Дениса Сильвестровича позволяет заглянуть за непроницаемый полог прошлого и ощутить запахи, звуки, вкус прежних эпох. Впрочем, вы все это отлично знаете из опубликованных работ. Предлагаю еще раз поднять бокалы за светлый разум первопроходца в истории цивилизаций.
       Тост покрыли аплодисменты и многие из друзей и, как водится, недругов- завистников, пытались пробиться к академику Сосновскому, чтобы прикоснуться к его бокалу.
       Разгоряченные напитками гости, разбившись на группы по интересам, продолжали обсуждать нынешнее событие, не забывая налегать на изысканные закуски. Президент Академии не поскупился.
       Денис Сильвестрович взял под руку Сергея Кивилиди и отдалился с ним от шумного общества. "Не забывай, Сережа, что через двое суток нам предстоит очередное "Погружение". Я знаю, ты находишься в хорошей форме. Проводи меня к машине и возвращайся. Я полагаю - апогей моего возведения на Олимп уже пройден и никто не заметит моего исчезновения. Объясни моей супруге и Таисии, что я отбыл в родные пенаты и будь их верным рыцарем до окончания этого действа".
      
       Большое помещение скорее напоминало операционную, чем обычную лабораторию Института истории. Стены, потолок и пол выложены голубым кафелем. Никаких стеллажей с рукописями, никаких кабинетных столов и стульев. По центру лаборатории на некотором возвышении находилось, похожее на зубоврачебное, кресло с высокой спинкой. К нему были проведены провода и шланги, соединенные с различными приборами, самописцами, осциллографами и мониторами... В кресле полулежа расположился улыбающийся Сергей Кивилиди с обнаженным торсом атлета и прикрепленными к его телу различными присосками и датчиками. На голове его, закрывая лоб, находилось сооружение, напоминающее корону. Оно также было связано нитями проводов с приборами.
       Денис Сильвестрович, торжественный и серьезный, обратился по громкой связи к группе ученых, приглашенных им на эксперимент и сидевших за широким стеклянным окном в другом помещении:
       - Уважаемые коллеги, вы давно просили представить вам возможность лично присутствовать на эксперименте, условно названном нами "Погружение". Он продлится двадцать четыре часа. На испытательном стенде находится мой ближайший помощник и соратник Сергей Кивилиди. Это стопроцентно здоровый, с устойчивой психикой и нервной системой молодой человек. Рядом с ним вы видите известного ученого- физиолога Андрея Семеновича Саврасова. Он и его коллеги в течение суток будут беспрерывно отслеживать все физиологические функции участника эксперимента. Так, что в этом опыте молодому человеку ничего опасного не угрожает. В нашем эксперименте мы настраиваем генетический код индивидуума на глубокое погружение его памяти в прошлое на многие столетия и даже тысячелетия, где он сможет общаться с историческими личностями и участвовать в событиях тех времен. Эксперимент еще находится на начальной стадии испытания. Мы еще не научились полностью расшифровывать и классифицировать сигналы биотоков мозга в реальном времени. Но уверены, что в недалеком будущем мы сможем синхронно читать мысли респондента. А пока мы надеемся на его молодую, цепкую память.
       В лаборатории погас свет, оставив освещенным лишь небольшое пространство над креслом испытуемого. Его самого укрыли легким шерстяным пледом. У приборов замерли операторы, ожидая команду на начало эксперимента. Академик поднял левую руку "Внимание!" и правой перебросил тумблер. Над смотровым окном загорелась красная лампа, одновременно были задействованы все приборы, электронные часы начали отсчет минут... Медики склонились над Сергеем, наблюдая, как организм испытуемого расслабляется и погружается в состояние отрешенности от окружающего мира, в своеобразную нирвану. Приборы и самописцы регистрировали все изменения, происходящие в организме Сергея. Теперь в течение суток группы операторов и медиков будут сменять друг друга у приборов, лишь академик Сосновский все двадцать четыре часа будет находиться в лаборатории, да еще супруга Сергея Таисия, устроившись в кресле около близкого ей человека, будет с тревогой вглядываться в едва уловимые изменения черт лица и прислушиваться к его дыханию.
       На протяжении всего эксперимента у испытуемого не происходили какие-либо опасные для жизни отклонения в организме. Наблюдались периоды учащенного дыхания, напряженное вращение глазных яблок, изменение ритма сердечной мышцы... Отдельные непонятные слова и звуки изредка слетавшие с губ испытуемого, четко фиксировались записью в реальном времени.
       Любопытных за смотровым окном заметно поубавилось. Лишь за час до окончания эксперимента снова стали собираться ученые мужи и газетные репортеры, избирательно приглашенные на это событие. До окончания выхода из "Погружения" оставались считанные минуты. Вся команда во главе с академиком Сосновским заметно нервничала. Отмерив назначенные сроки, стрелки часов замерли. Прозвучал негромкий зуммер и информация в аппаратуру перестала поступать. Заторопились медики, вгоняя под кожу Сергея Кивилиди возбуждающие препараты.
       Последовал глубокий вздох и веки Сергея разомкнулись. В глазах его еще не теплилась мысль, они были подернуты дымкой воспоминаний другой жизни, из которой он медленно возвращался в действительность. Теперь команда медиков займется Сергеем вплотную. На реанимацию всех важных органов жизнедеятельности уйдет, примерно, еще два часа. Лишь тогда, при благоприятной оценке его физического состояния, Кивилиди начнет выдавать информацию.
       Подлинный текст аудио и видео записи рассказа Сергея Кивилиди после его возвращения из "Погружения". Дата... Подписи присутствующих свидетелей...
       КИВИЛИДИ: Начало эксперимента не отличалось от предыдущего "Погружения", в котором я принимал участие. Предо мною в ритме киносъемки "рапид" мелькали исторические лица и события, которые мне не удалось четко зафиксировать. Я повторял мысленно, что "Погружение" должно быть глубоким, как и планировалось. Далее мое продвижение во времени стало затруднительным, появилось ощущение, будто я протискиваюсь сквозь игольное ушко. Я торопился как можно глубже проникнуть в прошлое. Я четко запомнил, что стал участником и свидетелем чудовищно- кровопролитной битвы. Тысячи пеших и конных воинов в железных латах и кольчугах рубились мечами, метали из катапульт огромные камни, осыпали друг друга тучами стрел... Я услышал чей-то хриплый, сердитый возглас: "Кто этот трусливый раб, что бестолково путается под ногами? Убейте его!". Усилием воли я протиснулся еще на десятки лет в прошлое и стал свидетелем начала крестовых походов, когда рыцари собирались в войско, чтобы отправиться на освобождение гроба Господня... Моя память подсказывала, что нужно торопиться еще дальше к рубежу зарождения новой эры. В моем поле зрения с неимоверной быстротой смещались исторические события, мелькали лица: добрые, надменные, искаженные злобой и страданием...вереницы рабов, скованные цепью и надсмотрщики с бичами и палками... В этом отрезке путешествия во времени мне не удалось запомнить сколько-нибудь светлое событие...поля сражений, где воины истребляют друг друга, человеческие страдания и горе... толпы нищих брели по пыльным дорогам... Я стал уставать от зрелищ безысходности... Напряжением воли я вырвался из этого кошмарного времени и вдруг я увидел голубое небо, ощутил запахи моря и цветущих растений... Солнце высоко стояло над головою, посылая свет и тепло на множество белых строений, образующих большое поселение. По улицам, не торопясь, передвигались жители этого города. Все они были в светлых, свободных одеждах, их ноги были обуты в сандалии. На лицах людей отражались спокойствие, удовлетворенность и благодушие.
      
       На зеленой лужайке под смоковницей я увидел группу юношей, расположившихся вокруг старого человека с неопрятной бородой, высоким лбом под нечесаными, слипшимися волосами на голове. В отличие от юношей, облаченных в богатые одежды, старик сидел на траве, подоткнув не первой свежести плащ, сквозь который кое- где угадывалось его тело. Вытянув босые ноги, он жевал во рту зеленую травинку и глядел на меня, не мигая, светлыми, детскими глазами.
       - Я узнаю тебя, юноша, - произнес старик, - ты происходишь из уважаемого рода Кивилидисов?
       Я молча кивнул головою и не проронил ни звука, так как твердо помнил, что мне позволено только смотреть и слушать. Слова старика показались мне знакомы. Это был греческий, вернее, древнегреческий язык, который я изучал еще в университете. А старик продолжил, не отводя от меня взгляда:
       - Если ты хочешь, юноша, укрепить свое тело, то можешь направиться на гимнастическое поле. Оно вон там, недалеко. Если хочешь остаться здесь - присоединяйся к нашему обществу. Все эти молодые люди - мои друзья. Здесь мы не наращиваем мышцы, а учимся размышлять.
       Я молча поклонился и уселся на траву.
       - Сегодня мы будем беседовать о жизни, - продолжал старик, - для чего человек приходит в мир? Как он понимает свое назначение, свое место в жизни?
       ЮНОША: Учитель, я размышлял об этом раньше... мне кажется, что человек должен быть воином, защитником своей страны!
       СТАРИК: Ты прав, Кимон, я сам сражался в двух битвах, когда был молодым. Но это только одно из призваний человека. Представь, что все граждане нашего полиса АФИНЫ - воины... Кто же тогда будет выращивать пшеницу, строить дома, воспитывать детей?
       ЮНОША: Если позволите, Учитель, я тоже скажу... человек приходит в жизнь, чтобы стать богатым и знаменитым, чтобы им восхищались!...
       СТАРИК: Мне трудно не согласиться с тобой, Калликрат... Когда бы ты своим трудом достиг благополучия, остался в памяти людей великодушием и добротою... Но богатство не падает с неба золотым дождем. Оно добывается не всегда честным путем... У кого-то забрал силой, обманул, отсудил... Что касается меня, я уверен, что человек должен приучить себя довольствоваться малым...
       ЮНОША: Я, Учитель, мечтаю постичь тайны природы, понять окружающий нас мир людей, растений, животных... я хочу узнать, что есть добро, а что - зло...
       СТАРИК: Ты выбрал себе благородный урок, Ксенофонт. Познание сути вещей живых и неживых - для этого нужно обладать чутким, легко ранимым сердцем, сострадать тем, кто окружает тебя... принимать на себя их лишения и болезни.
       ЮНОША: Неужели, Учитель, только из невзгод, борьбы за свое место на земле состоит человеческая жизнь? Я, к примеру, хочу дарить людям радость, надежду, видеть улыбку на их лицах... Я желаю посвятить свою жизнь искусству музыки, танца, живописи, театра...
       СТАРИК: Завидую тебе, Ликон. Сам я считаю себя служителем светлого образа Аполлона. Не раз мне снился сон, где божественный Аполлон увещевал меня: "Сократ, твори и трудись на поприще Муз!" Но не всегда я мог соответствовать этому призыву... Приземленные заботы и размышления иного толка сотворили меня таковым, каков я есть...
       ЮНОША: Скажи, Учитель, если просто иметь семью, воспитывать детей, чтобы они стали гражданами нашего прекрасного полиса АФИНЫ, разве это не достойное занятие для человека? Меня беспокоит только выбор жены... Свободные женщины Афин в браке часто бывают привередливы и непостоянны... Потому прошу твоего совета, Учитель. Как поступить мне? Жениться или не жениться?
       СТАРИК: Семья и продолжение рода - это святая обязанность гражданина Афин. Что же касается твоего сомнения - жениться тебе или нет? Я могу ответить только одно: "Как бы ты не поступил, все равно будешь раскаиваться!"
       ЮНОША: Объясни, Учитель, зачем вообще человеку дана жизнь? Он приходит в мир молодым, полным надежд на будущее, а будущего нет... Вскоре человека одолевают болезни, годы источают его физические силы и разум... Человек заканчивает свою жизнь, его зарывают или сжигают на костре и он становится пищей для могильных червей... разве в этом есть какой-либо смысл?
       СТАРИК: Как ты обрисовал жизнь человеческую, Критон, смысла, конечно, нет... о жизни и смерти размышляли многие великие умы. Одни мудрецы утверждают, что человек рождается для того, чтобы умереть... другие уверены - человек приходит в мир, чтобы жить. Таинство жизни и смерти в том, что тело - темница души и освобождение души наступает лишь со смертью. "Великое возвращение" - так называли древние философы обретение душой нового тела и продолжение земной жизни... А вот "воскрешения" достойны только те благородные личности, кто умер за свои идеалы в борьбе с несправедливостью. Большего я не могу вам ничего сказать... Ведь мы просто беседуем. Я знаю, что ничего не знаю...
       СЕРГЕЙ КИВИЛИДИ: Внезапно в круг беседующих, как фурия, ворвалась женщина с распущенными волосами, злыми змеиными глазами, из которых, казалось, сыпались искры. Это была первая жена Сократа Ксантиппа.
       КСАНТИППА: Ты опять, бездельник, совращаешь с пути истинного этих знатных юношей? Чему может научить их Сократ, который не может даже содержать свою семью?
       СОКРАТ: Умолкни, Ксантиппа. Твои речи, клянусь Зевсом, не желал бы слушать ни один разумный человек. Я уже давно привык к твоим сварливым словам, как привыкает человек к беспрерывному шуму колеса...
       КСАНТИППА: А ты слушай, словоблуд... Ты наставляешь афинян на неуважение к Богам, неподчинение родителям и законам нашего полиса Афины.
       СОКРАТ: Я лишь собеседник со своими юными друзьями в поисках истины... если кто-то из них станет честнее или хуже, я не могу за это держать ответ.
       КСАНТИППА: Будешь, будешь держать ответ! Тебя призывают на суд присяжных! ГЕЛИЭЯ ждет тебя для расправы над нечестивцем!
       КИВИЛИДИ: Я присутствовал на судилище над Сократом. Присяжные суда ГЕЛИЭЯ слушали жалобу МИЛЕТА о том, что Сократ не уважает Богов и демократических законов полиса Афины... он наставляет юношей к непослушанию и неуважению родителей, родственников и друзей, выставляя их в смешном и глупом виде... Его представления о Богах и связанных с ними рассуждений о справедливости и добродетели в делах полиса развращают молодежь.
       Большинство присяжных признало Сократа виновным и приговорило к смерти. Сократ принял приговор суда спокойно и в последнем слове сказал: "..Но уже пора идти отсюда мне, чтобы умереть, вам - чтобы жить, а что из этого лучше - никому не ведомо, кроме Бога".
       В ожидании казни Сократ находился в тюрьме тридцать дней, так как в дни праздника Аполлона смертные казни в Афинах приостанавливались. Эти дни Сократ проводил в беседах, окруженный своими друзьями. Вторая жена Сократа Мирто, обожествляющая своего супруга, также неотлучно находилась с ним. В канун казни, перед принятием чаши с цикутой, Сократ совершал обряд омовения. Наедине с ним находилась только Мирто. Она расчесывала волосы Сократа, лежащего в лохани с водой. Не утирая слез с лица, она причитала: "Боги Олимпа прогневались на нас...ты оставляешь, Сократ, свою верную супругу на этой опостылевшей без тебя земле...у меня нет смысла и радости к жизни... потому я уйду вместе с тобою...Прошу, мой любимый, оставь на дне чаши яду и для меня... мы покинем жизнь вместе, держась за руки!...
       КСАНТИППА: Не бывать этому, грязная потаскуха! Он примет смерть от меня!..
       КИВИЛИДИ: Эти слова тихо прошептала Ксантиппа, незаметно проникшая в комнату. Она извлекла из складок одежды небольшой кинжал и нанесла им удар в сонную артерию лежащего Сократа...
       Я ощутил, что программа моего "Погружения" скоро исчерпает себя и усилием воли заставил оторваться от этой жестокой картины и направился в обратный путь. Мне предстояло возвратиться через два с половиной тысячелетия в реальный сегодняшний день. Потому обратная дорога представилась мне вереницей огней, кружащихся у меня перед глазами. Легкие порывы ветра, запахи, шорохи, отдельные слова на разных наречиях, смутные видения. Все мелькало в бешенном ритме, вызывая тошноту. Движение замедлилось лишь в двадцатом веке. Почему я определил это время? На мгновенье, как стоп- кадр, остановилось изображение венценосного Николая Второго из рода Романовых. На лице его угадывалась мягкая, безвольная улыбка и губы чуть слышно прошептали: "...меня предало мое окружение... иначе история Империи направилась бы по иному пути...". Дальше опять замелькали знакомые лица - как из негатива в позитив проявилось сухое обличье Льва Троцкого с бородкой и невидимыми за стеклами пенсне глазами. Скривив губы, в злой усмешке, он четко произнес: "...нужно было выжечь под корень эту так называемую государствообразующую нацию!...". Картинка замедлила свой бег и я увидел Ленина, сидевшего в кресле. Он укоризненно покачал головой и произнес: "...Партийные бонзы обуржуазились, потому и предали. А было начертано: только партмаксимум и локоть с народом... жаль утерянного времени... Придется начинать все сначала!...". Изображение задержалось на пожилом человеке... его нервное лицо казалось мне знакомым... многочисленные тиражи газет когда-то изображали эту личность...
       "Что, не узнал? Я - Адольф. Да, да - Фюрер! Я не был сожжен во дворе имперской канцелярии. Подводные лодки доставили меня и соратников в южную Америку, где я благополучно прожил до 75 лет... Я еще вернусь на землю в другом обличье!...А пока дело мое продолжают живущие за океаном...". Потом мне послышался бубнящий голос, изображение лица было размыто: "Тут такая загогулина... не мешайте мне работать над документами!...". Я уже устал от лиц, впечатлений и слов, напряг все силы воли, чтобы выйти из "Погружения", но внезапно появилась всем известная фигура Сталина. Вождь всех народов сидел у длинного стола, покрытого зеленым сукном. Он раскурил трубку и четко произнес: "Разрушителей государства будут судить жестоким народным судом! Наше дело правое! Враг будет разбит!"
       Тут я услышал тихие голоса. Среди них отчетливо выделялся голос моей Таисии: "Сережа, милый, уже все... ты вернулся... я рядом с тобой... открой глаза..."
       КИВИЛИДИ: Я ощутил на лице теплые ладони Таисии... к моей щеке прикоснулись ее мягкие губы с соленым привкусом слез... мне не сразу удалось открыть глаза, как в момент моего прошлого возвращения... "Будьте весьма осторожны...он проходит пограничную зону" - я узнал голос моего наставника Дениса Сильвестровича. Потом что-то теплое обволокло тело, и я ощутил, что напряжение в моем организме и сознании уступает место умиротворяющему расслаблению...
       После периода реанимации и адаптации, когда полностью ощутил себя в реальном времени, я продиктовал свои воспоминания и ощущения за весь период "Погружения". К моей первой информации, в дальнейшем, возможны дополнения.
       Я подтверждаю, что все сказанное было совершено при свидетелях, в полном моем сознании и понимании меры ответственности.
       Недавно в Интернете, на сайте Академии Наук появилась любопытная информация: "Приглашаются добровольцы, молодые люди обоего пола, до тридцати лет, физически крепкие, без вредных наклонностей, для участия в опытах "Погружение". Данный эксперимент предполагает при помощи генетической памяти проникновение вглубь веков, встречи с предшественниками вашего рода и историческими личностями. Желающие могут обратиться в Институт Истории АН, или через интернет: htt \\ www. nici.dim.for@rambler.ru
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      

  • Комментарии: 3, последний от 26/10/2011.
  • © Copyright Логачев Владимир Герасимович (logachev-vladimir@rambler.ru)
  • Обновлено: 19/04/2009. 284k. Статистика.
  • Сборник рассказов: Фантастика
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.