# Женщина с неба

Fornit Nick

Похищенный программист вовлекается в странную историю.

Жизнь в офисе становилась невыносимой. Интернет был жестко ограничен из соображений безопасности, почта контролировалась, CD-приводы и USB-гнезда повытаскивали из всех компов, чтобы никто не смог копировать нафиг никому не нужную корпоративную информацию. Иногда курсор сам собой ходил по монитору вслед за бдительными действиями фрилансового админа.

Сергей невозмутимо выслушал шефа, ощущая предел прочности своей психологической брони. Вернувшись к устройству для перекачки его мозгов в программный код, увидел на мониторе сообщение о двух ошибках в результате компиляции. Это опечалило его, и опять возникло сильнейшее предчувствие, что жизнь так продолжаться не должна бы.

Сергей не был депрессивным или нытиком, он иногда ходит в горы, что не допускало расслабления, но слишком многое вокруг настойчиво убеждало в никчемности бытия и не упускало случая ткнуть носом в факт бессильной терпеливости существующему раскладу жизни.

К концу работы, как всегда, томительно потянулось время. Но все обязательно кончается.

Сергей отшагал несколько остановок, не желая делить жаркий летний воздух с потными пассажирами.

Вот его дом, окруженный грязными киосками, ободранная штукатурка, пара замызганных бородачей вяло что-то замазывающих, изнывающие на жаре деревья с обвисшей листвой вдоль потрескавшегося тротуара, которые уже не надеялись ни на дождь, ни на воду в арыке.

В детстве Сергей любил лето. Даже не потому, что были каникулы. Просто летом все росло и радовалось, было много разных фруктов, по вечерам с друзьями они ползали с фонариками среди высокой травы и гонялись за жуками и бабочками. За пойманных насекомых в сельхозинституте расплачивались конфетами.

Сергей свернул к подъездам мимо магазина. Иногда, стоя в продуктовой очереди с тележкой, он явственно ощущал, что его проклинают. Обернувшись, видел старушку, жующую сморщенными губами и стиснувшую в костлявых лапках единственный пакетик молока. Он всегда пропускал ее перед собой. Проклятие это не снимало, просто самому становилось легче.

Около дома встретилась молодая соседка с подружками, все круто прикинутые. Конечно, они заняли всю ширину дорожки и не собирались расступаться. Сергея обдало легким смущением, и он остановился, чтобы стихия сама обогнула его.

- Привет, - снисходительно процедила соседка, чуть скривив в усмешке губки. На него пахнуло смесью духов и пива, кто-то, проходя, чуть пихнул его бедром, и позади раздалось нервное ржание. И было в этом такое, что Сергей понял - им, в общем-то, хреново несмотря на то, что их папики отстегивали сколько надо. Что они мечтают, чтобы жизнь изменилась, чтобы появилось нечто, хотя бы чуть интереснее обычного блогера, и чтобы оно увело в новый мир.

Стало немного обидно, что сам он, в принципе, был неплохим парнем, но доказать это любой из этих девчонок практически не может, не выглядя придурком.

Вот если бы за ним незримо наблюдала какая-то прекрасная и всепонимающая женщина с неба, то поняла бы, что он не пустышка. Эта мысль, вдруг возникнув невзначай, поселились в его голове как глупая и бесполезная, но притягательная фантазия. Ему нравилось помечтать, что где-то в самом деле есть заинтересовавшиеся им ангельски прекрасное существо. Сергей так и жил, невольно стараясь не облажаться перед этим, несомненно, всепрощающим, но настолько недостижимо светлым созданием, что не хотелось провиниться даже в мелочах. В горах он совершал то, на что не решались другие, но в остальной жизни как ни старался, не мог вырваться из железобетонной системы, созданной явно под кого-то другого.

Он давно понял, что от собственных способностей мало что зависит, а все больше определяет какой-то непонятный расклад удачи места и времени. Поэтому он стал умеренным пофигистом. Осталось только острое чувство несправедливости и его почти религиозная мечта о женщине с неба.

Из уличной жары он нырнул в пахнущий плесенью подъезд, ослеп в полумраке и уткнулся в податливое колышущееся тело.

- Господи, Сер-р-рж! - вместе с сиплым голосом невыносимо запахло луком.

- Ох! Извините, Тамара Николаевна...

- Да ладно. Вечно тут меня бодают...

Все знали, что одним из любимых дел этой давно пребывающей в одиночестве дамы был ненавязчивый визуальный учет корреспонденции соседей. Просто чтобы хоть как-то чувствовать, кто чем живет.

Выкинув из головы, Сергей споткнулся о первую ступеньку, но вовремя скоординировался и зашагал на второй этаж.

С тех пор как он развелся с женой после пяти лет пустого сосуществования, оставил ей квартиру и переехал к матери, ему в жизни больше не везло. Но, казалось, что не везло не только ему, но и всем окружающим. У всех было что-то не так. Даже его шеф, типичный обормот, еле сводил баланс с затратами и вечно был кому-то должен.

Где-то был и другой, благополучный мир, который издалека с брезгливой иронией посматривал на это. Мир без проблем и забот.

В его же мире нужно было быть очень осмотрительным. По вечерам женщины боялись выходить из дому. Они настойчиво утверждали, что в полной темноте из непроходимых зарослей сирени им является совершенно голый мужчина, шурша газеткой у бедер. Мужья как-то даже устроили облаву, уговорив хорошенькую Татьяну Анатольевну побыть приманкой, но дикий человек оказался хитрее.

Сергей знал многих, кто пытался заработать, делая что-то своими руками. Он сам пытался бизнесменить. Но все подобные начинания кончались глухим крахом, и поэтому никто больше ничего не хотел. Люди в этом небольшом городе изо всех сил старались не быть лохами, и те, у кого еще что-то оставалось светлое в душе, никогда это никому не показывали. Красота изредка проявлялась во внешнем: ну, случался иногда прекрасный закат, веселый летний ливень с радугой или белая точка военного самолета чертила в утренней голубизне длинные узоры, когда воякам удавалось достать горючку, чтобы совсем не разучиться летать.

Сергей не жаловался, вообще не пытался облечь в слова убогие понятия окружающей жизни. Он считал, что если тебе так повезло, что ты родился на помойке, то у тебя есть, по крайней мере, два выхода. Или найти место, где жизнь не так грязна или по мере возможности избавиться от грязи хотя бы вокруг себя. Ему в какой-то мере удавалось реализовать обе эти возможности. Он не поддерживал отношений с грязными людьми, и поэтому у него не было настоящих друзей. И ему повезло, что рядом с городом были высокие, по-настоящему красивые горы, куда можно было уйти и забыть о городе, что часто и делал Сергей с такими же экстремалами.

Сунув ключ в расшатанный замок, Сергей начал подбирать нужный наклон, думая, что надо бы сменить, наконец-то это барахло, но сначала придется найти новый точно такого же типа, чтобы подошел к уже сделанным в двери дыркам.

И тут на его плечо легла тяжелая, влажная ладонь и в шею пахнуло горячим смрадом. Мелькнула мысль о диком человеке, который сейчас начнет просить на флакон обезболивающего. Как всегда, в подобных случаях Сергей не мог сразу сообразить, как лучше поступить. Вот потом, при мысленном разборе ситуации он легко находил верное и эффективное решение.

Он чуть передернул плечом, сбрасывая лапу, независимо повернулся, хмуро поднимая глаза и оцепенел. Сначала показалось, что на него скалится безгубыми костями раздавленное грузовиком лицо, но оно было огромно в ореоле слипшейся оранжевой шерсти, клыки торчали вниз до жуткого бородавчатого подбородка, и оно сверлило его злобным фасеточным взглядом. От него исходила подавляющая аура несомненного правдоподобия, и мир потеснился, принимая в себя такую невозможную реальность. Но холодеющее сознание не успевало, и когда, прямо из ничем не прикрытого полупрозрачного туловища с голубовато-желтыми внутренностями, протянулись несколько лоснящихся гибких макаронин, дрожащих как у алкоголика, Сергей смог только подумать, а что будет, если сейчас выйдет мама. Потом что-то укололо его в бок, и он одеревенел, привалившись спиной к двери. Длинный раздвоенный язык красной молнией щелкнул по лицу, до краев наполнив мерзким чувством, все нелепо задергалось вокруг, меняя очертания. Его мощно повлекло куда-то, от чего сжались внутренности и перехватило горло. Вокруг бормотали и шуршали голоса, стало нестерпимо томительно и душно так, что в пору было смириться со смертью. Всколыхнулось последнее, отчаянное озарение мысли, и он умер.


Он очнулся и вспомнил все, еще не успев открыть глаза. Но это было далеко и давно. Наконец он решился открыть глаза и вместо белой постели в больничной палате увидел беспорядочно мелькающие цветные пятна и полосы. Мучительно долго все увиденное собиралось в образы, и этот процесс походил на безумие. Вдруг стало ясно, что это - мерцающая рябь воды прямо у лица.

Он лежал на боку, на каком-то упругом темно-зеленом матрасе. Чуть пошевелившись, сообразил, что этот матрац плавает в воде. Он плюнул и некоторое время смотрел, как расходится пятно.

Сергей осторожно, чтобы не свалиться в воду, привстал. Матрац оказался огромным листом кувшинки, местами запачканным птичьим пометом. Совсем рядом над водой распустил лепестки белый цветок, величиной с большой кочан капусты. Сергей скосил взгляд и убедился, что он не лягушка. Лист видимо распирали какие-то газы, и он легко выдерживал вес тела.

В голове было пусто. Мысли как бы испуганно попрятались, не находя достаточной опоры в реальности.

Он находился почти в самом центре тихого, сказочно прекрасного озера, на поверхности которого плавали такие же листья. Не близкий берег резко очерчивался полосой неправдоподобно золотистого песка, за которым протянулся ровный ковер зелени до стены густого леса, чуть призрачного в солнечной дымке.

С левого края леса в небо упиралась грандиозная цепь снежных гор. Где он?

Подняв глаза к голубому небу с веселыми барашками облаков, уже готовый к любым чудесам, все же обомлел, увидев летящего дракона. На таком расстоянии отчетливо различались три головы на длинных шеях, великолепные перепончатые крылья и позорно короткий поросячий хвост. Его психика пошла на критический излом, но удивительная четкость восприятия и ясность в голове не давали никакого повода сомневаться в увиденном... В качестве окончательной проверки реальности Сергей с размаху врезал себе по лбу ладонью. Нет, так сниться не может.

Этот его жест вызвал чей-то хрустальный веселый смех позади. Такого чистого и приятного смеха Сергей никогда в жизни не слышал. Он осторожно повернулся в другую сторону.

Девушка показалась довольно странной. Она стояла на четвереньках на соседнем матраце и смеялась так, как будто ей было больно. Одетая в белое полупрозрачное платье сказочной принцессы, с невесомыми, как струи дыма, локонами волос, она удивляла необычными чертами бледного лица. Несмотря на смех, это лицо казалось маловыразительным, может быть, из-за маленького носа и рта, и только огромные глаза казались живыми, и они приковывали все внимание. Какая-то совершенно незнакомая раса. Возможно, ее занесло сюда так же, как и его.

Ее длинные ноги были босыми. Принцесса на четвереньках не вызывала рыцарских чувств.

- Привет! - кивнул он. Она перестала смеяться и просто улыбалась. Вот он, языковый барьер. Неужели ей пофиг, что она оказалась на середине озера?

- Чего уставилась? - добродушно спросил Сергей, - Сидим тут на листочках как дураки...

- Это чтобы ты сразу не убежал, - неожиданно опрокинула языковый барьер принцесса непривычным, непередаваемо певучим голосом и, смело встав во весь рост, изящно покрутила пальчиком вокруг листа, на котором сидел Сергей. Тот порозовел от неловкости за свою грубость. Склонность краснеть всегда отравляла ему жизнь.

Другая раса и отличное знание его языка. Сергей вдруг осознал свою зависимость именно от этого существа. Ну, понятно, значит - инопланетяне. А он тут для какого-то эксперимента.

- Что все это значит? - спросил он наконец.

- Ты у меня в гостях и очень мне нужен... Здорово, что не теряешь голову.

Это точно не было телепатией. Она просто отлично знала язык и, выходит, знала и соответствующую культуру. Вот же, повезло - это произошло с ним. Или не повезло?

- Это какой-то эксперимент?

- Можно и так сказать... - она не договорила потому, что лист под Сергеем сильно качнулся, он взмахнул руками и чуть не свалился в воду.

- Что это!? - вскрикнул он, разглядев большое хвостатое тело, промелькнувшее в воде, - Тут акулы водятся?

Девушка снова весело и не обидно рассмеялась.

- Акулы не водятся, но много русалок. Есть еще водяной, но такой несносный болван!

Лексикон у нее достаточно свободный. После очередного рывка листа из-под ног, раздался слабый хлопок, и у края весело запузырился выходящий воздух. Лист стал убедительно проседать.

- Что ты теперь будешь делать?! - с живым интересом увлеченного исследователя воскликнула девушка, и Сергей остро ощутил несправедливость ситуации. Очень похоже, что жизнь просто придумала для него место еще более унизительных казусов. Он затравленно огляделся. Вода намочила штаны, и тут, некстати, подступил давнишний, еще земной, голод, потому как ужин остался не съеденным. А голодный он был склонен к поспешным решениям.

- Умная крыса будет искать выход из лабиринта! - довольно зло крикнул он, рванул рубашку, быстро избавился от ботинок и брюк и, тоскливо прицелившись, перевалил через край листа. Прохладная вода ласково приняла его тело, и он неторопливо поплыл к ближайшему берегу мимо листа с серьезно озадаченной исследовательницей.

- Куда же ты? - в ее голосе послышалось отчаяние.

- Крыса вырвалась на свободу! - выкрикнул он между размашистыми гребками.

- Пожалуйста, не надо! - ее голос чуть обломился.

Черт... Может она не умеет плавать? Сергей выдохнул в воду ругательство и повернул назад. Он схватился за край ее листа. По внешнему виду девушки ему трудно было определить, насколько искренни были ее переживания, но в глазах стояли слезы, и он смутился.

- Прости, - он помолчал, - что с тобой?

- Прости... - она смахнула рукой слезы, - но стало так обидно, когда ты покинул меня. Я столько готовилась! Ты не понимаешь...

- Да, я ничего не понимаю. И я хочу есть. А когда я голоден, я плохо соображаю.

- О, я накормлю тебя, забирайся ко мне!

Сергей как ледокол подмял под себя лист, но вползти на него никак не удавалось. Лист неожиданно вывернулся, встал вертикально и мягко хлопнул его по голове. Вынырнув, он обалдело уставился на девушку. Та стояла в забрызганном и обвисшем платье прямо на поверхности воды. Сергей рывком вспрыгнул на лист и, поправив сползшие от рывка из воды трусы, уселся на скрещенные ноги, обретая состояние полного самоконтроля. Первое, что он осознал на посвежевшую от купания голову - что застрял здесь далеко не на пять минут, но это ему нравится. Однако, он был готов не поддаваться никакой жалости. Девушка шагнула к нему и грациозно опустилась на колени, оказавшись вровень с ним. Они выжидающе посмотрели друг другу в глаза, и Сергей вдруг понял, как легко можно в них утонуть.

- Ты такой неуклюжий...

- Ну... я есть хочу...

- Вот... - она сложила тонкие ладони и поднесла к нему. Они были полны густой алой жидкости. Сергей наклонился и понюхал. Аппетитно пахло ароматной свежестью. Видимо он уколол ее своей отросшей за день щетиной - она слегка вздрогнула. Несколько капель пролилось на мокрое платье, растекаясь широкими пятнами. Он осторожно взял ее руки в свои, изумляясь гибкости длинных пальцев, и, пригубив, жадно выпил все несколькими глотками. Пикантный, солоноватый напиток вливался в жилы горячей бодрящей струей.

- Чьей кровью ты меня напоила?

- Своей, - она улыбалась одними глазами.

- Вот уж не поймешь, когда ты шутишь!

- Поверь, я желаю тебе только добра, - в ее взгляде Сергею показалась чуть фанатичная искренность. Он растерялся.

- Если бы ты согласился погостить у меня немного...Это так важно.

- Но ты мне еще ничего не рассказала... Как тебя зовут?

- О.., назови меня сам, как тебе нравится, Сережа! - предложила она.

Рядом громко булькнуло, всплеснулось как от вынырнувшего бочонка, и раздался скрипучий голос.

- Тоже мне, Сер-р-режа! - передразнил он, - Разве ж настоящего мужика так зовут?

Сергей повернулся и увидел одутловатого старикана в огромных трусах в горошек, бревном покачивающегося на спине. Круглый живот целиком торчал над водой, а выцветшая зеленая борода далеко расплылась вокруг губастой и щекастой морды, моргающей маленькими глазками из-под косматых бровей.

- Не будь дураком, назови ее Авдотьей! - посоветовал старикан.

- Это и есть тот болван - водяной, - с улыбкой вздохнула девушка, - Если будет слишком надоедать, надавай ему по шее!

- Не слушай бабу, своим умом жить надо! - в сердцах прикрикнул водяной.

Вокруг поверхность воды закипела от множества всплывающих хвостатых тел. Стало шумно.

- Опять сбежал!

- Ее учуял, извращенец!

- Эй, а ну давай на дно!

Они все были на одно лицо или так казалось с непривычки Сергею, все как на подбор кукольные симпатяшки с длинными белесыми волосами. Чем-то они его манили как сирены и подумалось, что было бы здорово и весело с ними тут поплавать.

Суетливые русалки, сверкая чешуей, бесцеремонно подхватили вяло отбивающегося старикана и потащили в глубину. Лист сильно закачался. Чтобы удержаться Сергей низко наклонился, ухватившись руками за скользкие края так, что его локоть оказался на бедре девушки. Прямо перед его лицом вынырнула русалка, призывно подмигнула обоими глазами, извернулась и, смачно влепив ему кончиком хвоста в лоб, ушла в глубину.

- Ой! - жалобно вскрикнула снова облитая девушка.

Сергей запоздало выпрямился.

- Как оживленно здесь! - сказал он, потирая лоб, - Давай высаживаться на берег. Ты, естественно, пойдешь по волнам, а я как-нибудь своим ходом.

- Да, будем выбираться отсюда, Сережа! - девушка встала, брезгливо поправила замоченное, в красных пятнах и ставшее почти совсем прозрачным платье и взяла его за руку. Лист моментально ушел из-под ног с резким ощущением падения в бездну. Как он сидел на скрещенных ногах, так и оказался в воздухе, невесомый, а девушка явно забавлялась, поворачивая его из стороны в сторону, как воздушный шарик. "А как же инерционная масса?" - возникла протестующая мысль. Он вытянул ноги, чтобы выглядеть приличнее.

- Тешишься своим могуществом? - смог, наконец, он произнести хоть что-то.

- Даю привыкнуть. Хорошо, теперь - сам! - девушка осторожно поставила его на воду.

Устоять оказалось почти невозможно. Малейшее усилие сбивало с ног невесомое тело на ужасно скользкой воде. Давящаяся смехом девушка все же помогла ему прочувствовать новые законы равновесия и сделать первые шаги. Но от всего этого начало выворачивать желудок.

- Сережа, ты чего стал такой бледный?

- Сейчас меня стошнит, - признался он, едва шевеля губами.

Она наклонилась к его шее и слегка прикусила. Как ни странно, это сразу помогло.

- Спасибо, доктор! - выдохнул он и мелкими шажками засеменил к берегу.

- Держись за меня!

Но просто держаться за руку оказалось недостаточно. Иногда он соскальзывал и проворачивался на ее руке как пропеллер. Тогда девушка подхватила его и быстро понесла в горизонтальном положении.

- Почему бы нам просто не взлететь? - изнывал Сергей, подрыгивая ногами, - Ты же наверняка летать умеешь? А? Умеешь ведь?

- Не брыкайся, мне неудобно! Уже выходим.

Наконец он был поставлен на песок и с удовольствием вдавил его обретенной тяжестью.

- И долго ты тренировалась, пока не научилась так здорово ходить по воде?

- Я всегда любила водные танцы. Это как у вас кататься на льду.

- Покажешь?

- Обещаю!

- Хорошо, особенно если ты прояснишь мне про все это. Какой чудесный пляж и солнце! - его настроение стремительно улучшалось, и он уже точно не хотел, чтобы этот рай вдруг закрылся для него. Он прыгнул на золотящиеся россыпи неземного песка и, перевернувшись на спину, в упоении раскинул руки, прикрыв глаза от яркого солнца.

- Если честно, то я заранее почти на все согласен, - тихо проговорил он, - мне здесь нравится.

- Прекрасно. Тогда, может быть, сразу и начнем?

- Что начнем? - Сергей сфокусировал один глаз.

- Делать жизнь, - она неопределенно повела рукой, явно волнуясь.

- Что!? - он удивленно привстал на локтях.

- Я, конечно, предпочла бы, чтобы ты ничего не знал, тогда бы все получилось более правильно, - она принялась стягивать нелепое мокрое платье с кровавыми пятнами.

- Вот так сразу!? - ошеломленно замотал головой Сергей, не в силах отвести взгляд.

Если ее лицо не особенно привлекало внимание, то фигурка у нее была просто фантастической.

Она озадачено посмотрела на него, с неожиданной сноровкой выжимая воду из платья на песок.

- А..., базовая реакция! - она покачала головой, - Ты неправильно понял, я все поясню. Пойдем, тут недалеко есть подходящее место, мое логово.

Она забросила платье на плечо и, не оглядываясь, направилась к лесу. Обалдеть.

"Выкинь из головы, казел!" - строго приказал себе Сергей.

Привычным усилием воли он переключил эмоциональный настрой, резко поднялся и стряхнул прилипший песок. Как только он ступил на траву, босые ступни начали накалываться на что-то. Он сразу не смог вспомнить, когда в последний раз ходил босиком по траве. Девушка шла свободно и не оборачивалась.

- Постой! - крикнул он вслед, - Я, кажется, придумал для тебя имя!

Она остановилась, поджидая, пока он, выгибаясь и шипя от уколов, не приблизился. Они пошли рядом.

- Как ты здесь так спокойно ходишь босиком?

- Привыкла.

- Можно я буду звать тебя Аделией де Педро дона Лолита...

- Оо..., кажется, это ты попробовал пошутить! Может быть, сможешь выговорить мое настоящее, - она пропела слово, не оставившее в голове ничего, кроме переливчатого звона. С четвертой попытки он уловил звукосочетание и вскоре они сошлись на компромиссном - Бьянзли.

Они подошли к опушке леса, состоящего из невысоких, но мощных деревьев с бочкообразными стволами, покрытыми крупной чешуей как гигантские ананасы. Их прямые пальмообразные ветви густо переплетались наверху, из них выглядывали разноцветные плоды и с веток на ветки прыгали какие-то мелкие мохнатые твари. Громко орали птицы, иногда заглушаемые короткими звериными вскриками.

Сергей подобрал довольно увесистый плод, резко пахнувший приторным ароматом. Чисто автоматически он метнул его в гущу вылупивших огромные глазища из-за листвы обезьянок. Это вызвало бешенный взрыв эйфорического визга. Ветви всколыхнулись и оттуда посыпался ответный шквал. Сергей отбежал на недосягаемое расстояние и только тогда фруктопад прекратился.

- Что ты наделал!.. - глаза Бьянзли распахнулись не меньше, чем у зверушек, - теперь мы их законная цель!

- Сорри, - Сергей раскаянно поник, - я все испортил?..

- Ну, не знаю, посмотрим. Хорошо что они тут в изобилии ленивые.

Бъянзли приподняла руку, что-то блеснуло с ее пальцев, и впереди воздух загустел переливающимся маревом.

- Заходим! - она шагнула вперед и исчезла.

Сергей чуть помедлил, но не стал протягивать руку для пробы, а коротко выдохнул и нырнул в неизвестность.

С легким булькающим звуком лес пропал. В нежно-розовых сумерках, как в огромной куполообразной палатке, неизвестно на чем с кошачьей непринужденностью расположилась Бьянзли, уже в тонкой матово лоснящейся черной коже, плотно обтягивающий ее. Когда успела?..

- Привет! - она улыбнулась, - Это - мой дом!

Сергей осторожно озирался привыкая. По всей розовой глубине мерцали чуть заметные искорки и блики, никак не собирающиеся во что-то для него осмысленное, а вместо шума леса в бархатистой тишине едва слышались, казалось бы, хаотические звуки, самые разные и неожиданные. Все это явно как-то воздействовало на настроение, настраивая на домашний уют.

- Нравится?

- Непривычно...

- Садись!

Сергей обернулся примериваясь.

- Просто падай куда хочешь, не бойся!

После секундного колебания Сергей преодолел естественный протест и канул спиной назад. Он был принят мягкими объятиями возникшего сидения.

- Мой дом вне хронотопа этой планеты, и сколько бы мы ни разговаривали, на планете не пройдет и мгновения.

Это сообщение само по себе выбивало из равновесия. Чтобы как-то оставаться самим собой он спросил:

- Это ничего, что я тут в мокрых трусах?

- Ах, да, сама-то я переоделась, - она на секунду замялась, - но, знаешь, одежду тебе лучше выберем в зависимости от результатов нашего разговора.

Получилось отрезвляюще дипломатично...

- Если хочешь общаться со мной в таком виде - пожалуйста, - пожал плечами Сергей, - Скажи только, - он помолчал вспоминая, - что это за жуткая тварь была, ну, еще там, у моей квартиры?

- На Земле? А как это выглядело?

- Ты не знаешь? Это было очень мерзко. Такое полупрозрачное тело с щупальцами, клыками и рыжей шерстью вокруг морды... Язык длинный как у хамелеона. Меня, гад, лизнул, бррр... Намного приятнее было бы видеть тебя вместо него.

- Кто-то из наблюдателей околоземной системы разума или даже биосинтетический организм - биосинт. Это из-за всяких формальностей, связанных с перемещением неадаптированных разумных существ. Прости за неприятные переживания, - она мило пожала плечами, - Я, конечно, могла бы начать являться тебе во сне, - она интригующе округлила и без того огромные глаза, - или устроить переписку через ваш интернет, но по некоторым причинам все это не подходило.

- А далеко отсюда до Земли?

- Ну... я даже не знаю.

- Как оптимистично!.. Хоть какой-то код центурии или чего там?..

- Ты когда лазишь по инету, разве знаешь, где расположен тот или иной сайт?

- Хм. Очень надеюсь, ты не потеряла адрес моей Земли...

Она ласково улыбнулась как ребенку, - не переживай, Сережа, как тебя вытащили, так и вернут.

- Ох, не хотелось бы, чтобы прямо так же...

Она наклонилась, обдав его тонкой свежестью своих волос, и провела рукой в пространстве между ними. Там повисла небольшая серебристая поверхность с двумя розовыми шарами на ней, размером с яблоко.

Сейчас будет объяснять космологию, - приготовился Сергей.

Она взяла один и поднесла ко рту на мгновение.

- Попробуй, это должно тебе понравится.

Сергей повертел свой шар, не понимая, что нужно делать.

- Просто всосись в него с боку, - она неторопливо снова коснулась губами своего шара.

Сергей попробовал. Это было так, как если бы часть оболочки вдруг становилась податливой как жвачка и легко прорывалась, отдавая порцию ароматного сока. Казалось, что он содержит не один какой-то вкус, а множество и хотелось с жадностью выпить его как можно больше.

- Классно как..., мне нравится, - Сергей довольно улыбнулся, крутя в руках уменьшившийся шарик.

Бьянзли стала серьезной.

- Я не смогу тебе объяснить так, чтобы ты все до конца понял потому, что тут очень важна твоя неискушенность в этих вопросах. Ты не должен знать, что тебя здесь ждет в моей постановке нашей жизни, - она многозначительно посмотрела на него, - Ох, я волнуюсь... - она коротко вздохнула, - понимаешь, только ты и я на этой планете... Зачем это нужно? Скажу только, что от этого зависит моя жизнь.

- Круто и таинственно, - только и вымолвил напрягшийся Сергей. Пауза затягивалась.

- А эти все сказочные существа?

- Все на этой планете заранее подготовлено, и эти существа - тоже. Это - биосинты, живые структуры с жестко заданным стилем поведения. Некоторые вполне добродушны, а другие очень даже наоборот. Они синтезированы уже во взрослом состоянии, но воображают, что всю жизнь жили здесь. Это - их родной дом. Но птицы и звери в лесу - настоящие природные.

- А что с ними будет потом?

- Они так и останутся жить здесь.

- Но если есть агрессивные существа, значит, кто-то может и погибнуть?

- Да.

- Хм, как реалистично... Целая планета предназначена для какой-то твоей постановки. При этом могут погибнуть некоторые ее невинные персонажи. Правильно?

- Да. Но это не то же самое как ваша охота на диких зверей на Земле, которая нужна только для удовольствия. У нас это - необходимость. Иначе наша раса исчезнет. Наше становление требует очень много усилий. Вот у вас дети развиваются годами, хотя у более простых животных все намного быстрее.

- Да, действительно... Ты тоже прости, за мои глупые замечания...

- О, Сережа, сам ты ведь не из породы охотников и тебе действительно кажется это несправедливым.

- Мы, конечно, тоже можем попасть в чьи-то когти?

- Не беспокойся за себя. Ты будешь под контролем аварийного извлекателя.

- А ты?

- А вот мне уж как повезет...

- Жестко... - Сергей видел, что Бьянзли далеко не так спокойна, как пытается выглядеть. Стоило только взглянуть в ее огромные глаза. А это он себе позволял не часто, ощущая каждый раз непонятное волнение. Он не позволял себе тонуть в этом неземном обаянии как глупый пацан.

- Природа не знает такого понятия как жестокость. Любой вид жизни имеет право на существование, право на свой шанс доказать свои преимущества. Каким бы ужасным он тебе ни казался. С его точки зрения ужасен ты.

- Что-то вроде наших вылазок на выживание...

- Я могла и не рисковать, сама пойти в постановку с гарантией аварийного извлечения, но выбрала тебя. Я долго выбирала!

- Очень польщен, Бьянзли, постараюсь оправдать... Сколько времени все это продлится?

- Не больше девяти дней.

Сергей прикинул. Девять дней заботы об этой странной женщине. Разве он не мечтал с детства о подобном приключении?

- В принципе я согласен, но, знаешь, Бьянзли, если я не выйду на работу, меня просто уволят, а найти другую у нас - очень непросто.

Слегка возмутилась совесть, но Сергей одним волевым пинком загнал ее обратно в подсознание.

- О, твое материальное благополучие больше не будет проблемой.

- И еще мама. Она с ума может сойти от беспокойства за такой срок.

- Маме ты сейчас напишешь записку.

- И ее передаст та симпатяга с клыками?

- Сережа, - Бьянзли иронически улыбнулась, - с этой проблемой мы справимся сами, - она чуть приподняла руку, и маленькая зеленая искра слетела с нее, оставив в воздухе светлый лоскут с неровными краями и короткую палочку.

- Вот, пиши прямо на этом.

Сергей покрутил в пальцах палочку, как ребенок измазался светящейся краской и начал писать багрово полыхающими буквами: "Мама! Извини за беспокойство, но мне пришлось срочно поехать в другой город насчет новой хорошей работы. Так что, если позвонит шеф, предложи ему поискать другого козла, можно грубо. Вернусь через пару недель. Не волнуйся, Сергей."

- Готово, - сказал он и лоскут исчез, - что это у тебя сверкает каждый раз на руке?

Бьянзли показала тонкое колечко на среднем пальце.

- Терминал пользователя. Для связи с инфосетью моей системы разума. С ним я могу очень многое.

- Волшебное колечко?

Она улыбнулась, потом вздохнула.

- Вот только я сниму его перед тем как начать жизнь здесь.

- Чтобы без поддавков, - понимающе кивнул Сергей.

- Точно.

- Слушай, ты так хорошо говоришь на моем языке! Долго пришлось изучать наш мир?

- С этим особых проблем не возникает. С мозгом кое-что делается, - она неопределенно помахала пальчиками, - организуется примерно то, что помогает детям так быстро все воспринимать. Что-то вроде критического периода развития.

- Какая-то хирургическая операция?

- Только ничего нигде не разрезается! - она усмехнулась, - Через внепространство имплантируются нервные ткани в период их созревания. И у нас все происходит гораздо эффективнее, чем в природе у детей.

- Да, как нам далеко до вас...

- Совсем не так далеко, как тебе кажется. А твоим миром я давно заинтересовалась. И именно твоей страной. Там есть необычно отзывчивые люди, готовые изменить свой мир.

- Скорее изменить своему миру, - цинично возразил Сергей, - потому, что наш мир давно изменил нам.

- Наверное, не мир вам изменил, а вы там все еще кусаться не перестали. Знаешь, более цивилизованные страны у вас погрязли в оболванивающей культуре настолько, что самобытное творчество там стало уделом очень немногих. Если бы они не переманивали лушчие умы к себе, не было бы у них никакого прогресса. Зато теперь ты увидел и другой мир.

- Да, я уже почти счастлив.

- Дай-ка мне свою руку.

Она надела на его средний палец точно такое же кольцо, что было на ней.

- Здорово! - он с интересом рассматривал свою новую техническую игрушку, - И как же им пользоваться?

- В сущности - это самое обыкновенное металлическое кольцо. Все дело в том, что на нем сфокусирован следящий канал связи, и он будет везде сопровождать тебя. Сейчас он отслеживает твои жизненные параметры, работает как извлекатель и выхватит тебя за мгновение до критических повреждений. А как его активизировать придумай сам. Хочешь, сделаем, что нужно будет потереть его, как в сказке.

- Забавно, пусть так и будет, - он улыбнулся.

- Это кольцо останется тебе как сувенир.

- Классно!

- Но пока ты в моей поставновке вне этого дома, оно будет работать только как извлекатель. Если, к примеру, тебя съедят, ты окажешься в моем доме и будешь реконструирован даже если от тебя ничего не останется. Теперь давай тебя оденем. Ты мне доверяешь?

- Вполне. А ты будешь в этой своей второй коже?

- Да. Тебе нравится?

- Очень.

- Это действительно как вторая кожа. У нее много функций. Хочешь такую же?

- Можно попробовать.

Бьянзли бросила ему на колени что-то черное и небольшое, похожее на лягушачью шкурку. Сергей недоверчиво приподнял ее двумя пальцами.

- Я точно смогу это натянуть на себя?

Бьянзли взяла у него кожу.

- Встань!

Сергей поднялся, чувствуя себя как новобранец перед медкомиссией. В дальнейшем аналогия стала еще более полной.

- Сними свои мокрые трусы.

- Бьянзли...

- Ты хочешь, чтобы они торчали под костюмом и ограничивали его функции?

Сергей молча сорвал свои трусы и не успел выпрямиться как она одним движением продела его голову в эластичное отверстие. Удивительный материал как живой скользнул вдоль его тела, покрывая до самых пяток.

- Здесь есть кармашки, смотри, - она показала, как нужно надавить пальцем на бедро сбоку, чтобы кожа в этом месте раскрывалась кармашком.

- Положи туда, - она протянула ему маленькую серебристую упаковку, - это если сильно проголодаешься.

Сергей почувствовал, что он и Бьянзли стали одной командой.

- Итак, что мы будем там делать?

- Мы будем просто жить, Сережа, эти девять дней, которые, конечно, пролетят как одно мгновение...

Она сняла свое кольцо и повесила его над головой прямо в воздухе.

- Вот, теперь я смогу попасть домой только с тобой.

Что-то изменилось в ее голосе.

- Страшно?

- Немного...

- Это действительно так тебе нужно?

Она только улыбнулась ему и взяла за руку.

- Ну, все, выводи меня отсюда.

Он шагнул наугад, и заходящее солнце над лесом заставило его прищуриться. Он оглянулся. Дом все еще обозначался слабым маревом.

- Так и будет виден, - сказала Бьянзли, - а по ночам он слегка светится.

- Куда мы пойдем?

- В лесу стоит наш домик.

Они обошли далеко сбоку усыпанное фруктами место и вошли лес. Мести не последовало и они пошли прямо по высокой траве между стволами. Сергей с удовольствием отметил, что обтянутые черной кожей ступни уже не чувствуют колючек.


Лес был не только большим обезьянником. Из-под ног суетливо выскакивали потревоженные твари и расползались в цветущей траве, перед лицом летали бабочки с повадками назойливых мух, норовя усесться на нос, крики вокруг напоминали склочный визг на базаре, и душноватый воздух был наполнен запахами спелых плодов. Цепкий кустарник с фиолетовыми бананоподобными плодами безуспешно пытался царапать черную кожу.

- Эти морковки можно есть? - Сергей показал на плоды.

- Эти можно.

- Мать твою!! - он в ужасе отпрянул, когда из-под ног, взорвавшись алыми крыльями, вылетела очень большая птица и, жутко ухая, пролетела низко между стволов прочь.

- Мать...мать...мать... - вперемежку с хохочущим зловещим уханьем повторило лесное эхо.

- Прости, Бьянзли, - раскаялся Сергей, - вырвалось. Знаешь, целыми днями все за компьютером, а тут сразу такое...

- Не надо сдерживаться, Сережа, - резонно посоветовала его новая подружка, - мы не должны чувствовать скованность между нами и тогда все будет правильно.

- Ты мудрая женщина!

Она беззаботно рассмеялась.

Вскоре они начали подниматься на холм. Лес на склоне поредел и перешел в кустарник. На самом верху за почерневшим дощатым забором стоял живописно смотрящаяся над лесом вполне земная избушка из сказки про Бабу-ягу, только без куриных ног.

Бьянзли чуть отстала, раздвигая ветки кустов. Сергей протянул ей руку, и они вместе преодолели резкий подъем к старой калитке. Знакомая большая сердитая птица монументально сидела на ней, уставившись немигающими ядовито-желтыми глазищами. Сергей узнал ее по ярко-красной кромке перьев и потянулся вниз за чем-нибудь потяжелее, но пришлось ограничиться увесистым комом земли с корнями. Однако, это чучело неожиданно ловко подпрыгнуло, поджимая лапы, как через скакалку, и пучок травы с землей пролетел под ней. Громкое уханье вскоре затихло за деревьями.

- Замечательное место, - сказал Сергей, осматриваясь, - мне нравится.

Он толкнул калитку и та, натужно заскрипев, отвалилась внутрь.

- Все это нужно будет починить, - решил Сергей.

Они вошли в домик. В небольшой прихожей было пусто, только пол был засыпан крупным песком. Сюда выходили двери двух комнат. Одна оказалась кладовкой, заваленной разнообразным хламом, в другой находилась печь, выложенная из камня рядом с окном без стекол, большой грубый стол со скамьей и дверь в третью комнату. Сергей открыл ее и увидел широкую, ничем не покрытую деревянную кровать, два низеньких табурета и... он раскрыл глаза в изумлении, увидев висящие на единственном гвоздике меч, топор, арбалет с полным колчаном стрел, щит и даже копье.

До сих пор он не очень задумывался о самой сути предстоящей им здесь жизни. Но этот арсенал и кровать наводили на конкретные мысли о возможном будущем.

- Бьянзли! - позвал он, - Это все оружие мне понадобится?

Она вошла, очень приятно положила ему руки сзади на плечи и улыбнулась.

- Ну, я не знаю, Сережа! Это все я на всякий случай приготовила...

Он взглянул в ее глаза и поверил, что она действительно не больше него представляет возможное будущее и, похоже, заранее ничего не планировала. Он решил, что пусть все происходит так, как повернется.

Окно в этой комнате оказалось заделанным железными прутьями, а на толстой двери висел надежный засов. А еще в углу, прямо около кровати, зияла дыра со свежей землей вокруг, размером в человеческую голову. Из черного хода тянуло сыростью и глубиной.

- А вот этого не было раньше... - удивилась Бьянзли.

Сергей присел и заглянул в дыру. Ход расширялся и затем уходил куда-то в сторону.

- Завалим в первую очередь, - решил Сергей, - что это может быть?

- Не знаю. Звери, которые могут рыть такие ходы, здесь не водятся. Но, возможно, это какие-то коренные обитатели. Планету я сама выбирала. По внешнему виду. Понравилось, ткнула пальцем и все. Ничего детально здесь не обследовалось...

- Ясно. А кто вообще здесь настроен против нас? Тот трехголовый, что в небе над озером пролетел, например?

- Никто из них заранее против нас не настроен. Если только не будешь в них кидаться и сам настраивать.

- Для нормального пацана кинуть - это как для исследователя палкой потыкать. В общем понятно, что кому как в голову придет, так и отреагируют, плюс непредвиденная опасность прямо под ногами.

- Да, прости, что вмешиваюсь, тебе как мужчине виднее, ты осваивайся. А пока я как женщина схожу наберу фруктов к ужину.

- Ну нет, теперь я тебя одну не пущу. Подожди немного, сейчас вместе пойдем.

- Что же мне теперь и не выйти одной из дома?

- Бьянзли! - Сергей улыбнулся, но его голос стал тверже, - Раз уж только я защищен по-настоящему, то я сделаю все, чтобы ты выжила, несмотря на непредусмотренные обстоятельства. И мы будем очень бдительны, начнем тренироваться, чтобы тебя было не так просто съесть. Мы будем бегать, отжиматься!

- Сережа, но это не главное для меня!

- А что главнее?

- Эта постановка вовсе не для того, чтобы научиться выживать в суровых условиях! И.. я не могу сказать тебе больше...

Сергей задумался.

- Кажется, я и сам начинаю понимать, - тихо сказал он, выразительно посмотрев на нее, - но все равно, Бьянзли, пойми, я еще не освоился, и у меня нет уверенности за тебя, так что будь умницей, слушайся мужчину! - он потянулся к мечу.

Она только весело, совсем по-земному, всплеснула руками и запрыгнула на кровать, грациозно как черная пантера.

Как только Сергей попробовал снять меч, весь ворох железа сорвался с хилого гвоздика и рухнул ему на ноги. Сергей взвыл и запрыгал, шипя от боли.

- Ох, Сережа! - Бьянзли вскочила, - Прости, я даже не смогла повесить это нормально...

- Ничего, - он пришел в себя, - вбивать гвозди - не женское дело. Может быть, ты и дом сама построила?

- Дом - нет! - Бьянзли рассмеялась, - Скопировала с какой-то вашей заброшенной избушки.

Выбрав кинжал и топорик, Сергей сдвинул ногой остальное к стене. Подумав немного, он снял ремень с колчана и обернул его несколько раз вокруг правой ноги выше икры и просунул туда кинжал. Более широкий ремень он снял с ножен меча и застегнул на поясе для топорика.

- Пожалуй, я готов. Пойдем?

- В кладовке должна быть корзинка для фруктов.

Она нашлась в самом низу кучи всякого хлама. Завалялась там также алюминиевая армейская фляга, которую Сергей пристегнул к поясу потому, что так было правильно.

Две черные, матово отсвечивающие фигуры почти одного роста, одна из которых была удивительно изящной и тонкой, вышли из старинной избушки, щурясь в розовых лучах заходящего солнца. Невесомые волосы Бьянзли были подхвачены как дым вечерним бризом и короной взметнулись от бледного лица, сделав ее похожей на ведьму.

Они спустились с холма, по пути расчищая тропу от нависающих веток кустарника. Потемневший лес чуть притих, и приятный ветерок выдувал между ананасовых стволов дневную духоту.

Прямо из-под холма вытекал прозрачный ручей. Сергей опустился на согнутых руках, припал губами к воде и напился.

- Известковая. Похоже на пещерную воду, - определил он, - но неплохо.

Бьянзли встала на четвереньки, но так пить было для нее слишком непривычно, и она только макала нос в воду.

- Черпай рукой, - посоветовал Сергей, - мы теперь должны уметь пить как звери.

Вот это ей отлично удалось.

Она уже вставала, как из-под камня, откуда вытекал ручей, вытянулись по воде розовые струи.

- Смотри, Сережа!

- А ведь это кровь... - он нахмурился и вздохнул, - выходит, я отгадал. Прямо под нашим домом пещеры, и там сейчас пируют какие-то твари. Думаю, что здесь в лесу есть где-нибудь еще выходы. Воду отсюда пить больше не станем. Нужно найти другой источник подальше.

- С водой проблемы нет. В этом лесу много ручьев.

Они пошли вглубь леса, и теперь уже Бьянзли держала Сергея за руку. Ей стало не по себе. Сергей остановился и повернулся к ней.

- Слушай, Бьянзли, может быть, вернемся за твоим кольцом и сначала наведем здесь порядок?

- Я уже повесила кольцо и теперь поздно, - она явно трусила, но с наивной надеждой посмотрела на него, - давай как-нибудь отобьемся?

Сергей посмотрел в ее глаза и понял, что будет защищать эту женщину от всего на свете.

- Я постараюсь, - он ласково улыбнулся ей и чуть сжал ее руку.

Лиловые бананы оказались кисловаты, а вот ярко-красные груши, свисающие прямо с лиановых лоз, были превосходны. Их мякоть по вкусу напоминала хурму, но сок был густым и содержал ароматное масло. Они набрали их полную корзину.

Чистый, широкий ручей протекал недалеко, вдоль холма, и там Сергей промыл и наполнил флягу.

Вечерние сумерки постепенно сгущались в лесу, но так приятно было бродить здесь с этой женщиной. Сергей болтал какие-то глупости, стараясь отвлечь ее от страхов, и это вполне удавалось, - им стало опять беззаботно. Он совсем разошелся, вытащил топорик из-за пояса и размахивал им, горланя подходящий мотивчик. Его приводило в восторг то, что Бьянзли удачно подпевала ему своим удивительным голосом. На пике этого своего восторга он метнул свой томагавк, неожиданно удачно всадив в ствол ближайшего дерева. Когда он выдернул топор из древесины, оттуда обильно потек сок. Сергей попробовал. Это была приятная, слегка сладковатая жидкость. Он тут же вылил воду из фляги и нацедил в нее древесного сока. Нужно было возвращаться, чтобы успеть до темноты заделать дыру в комнате.


Верхний край солнца над деревьями был виден уже только с верхушки холма.

- Бьянзли, сколько у нас здесь земных часов в сутках?

- Двадцать один и одиннадцать минут.

Сергей немного подумал. Его часы показывали три часа ночи. Он поставил их на десять.

- Буду по утрам переводить на два часа сорок девять минут вперед, - решил он, - хотя вряд ли нам здесь потребуется знать время точнее, чем видно по солнцу.

Они вошли в домик, и Сергей поставил корзину на стол.

- Я пойду срублю дерево, а ты нарви травы, чтобы не спать прямо на досках.

Сергей вытащил из груды амуниции настоящий боевой топор. Прихватив еще и кастрюлю, он спустился к подножию холма, и выбрал дерево, подходящее по толщине для того, чтобы заткнуть дыру.

Рубить деревья было не очень привычным делом. Он выдохнул и широким замахом с чавкающим звуком всадил лезвие в податливую древесину. Сделав глубокую зарубку, он подставил кастрюлю и заполнил ее соком до краев.

На деле срубить ананасовое дерево оказалось гораздо легче, чем он предполагал. Разрубив ствол пополам, он поволок тяжеленный обрубок к домику. Отдыхать приходилось каждые несколько метров, и он дышал как лошадь на скачках. Пот ощущался только на открытых частях тела. Под костюмом было вполне комфортно, и это здорово помогало.

Сергей затащил бревно в спальню и увидел, что на кровати едва помещается целый стог травы, накрытой сверку несколькими кусками материи. Бьянзли яростно утрамбовывала ее, прыгая на четвереньках и перекатываясь. Зрелище было очень увлекательным, но в комнате становилось все темнее и нужно было спешить.

Сергей расширил дыру и впихнул в нее бревно, рассчитывая, что торчащая чешуя не позволит уже вытащить его никакой силе. Бревно ухнуло вниз и плотно застряло в изгибе хода. Сюда могло поместиться еще одно.

- Ты вспотел! - воскликнула Бьянзли, - спрыгнув с кровати, - как ты вообще затащил это на холм?

- Да, я слегка не в форме, - признал Сергей, - Но, думаю, второе бревно мне дастся легче.

- Я помогу тебе!

- О, Бьянзли! Таскать бревна!? Доверься, я вполне с этим справлюсь сам.

- Пойдем! Запомни, мы здесь - на равных.

Очень непривычно было слышать такое от женщины.

Сергей так и не понял, то ли ему действительно помогла смешно упирающаяся длинными ногами Бьянзли, то ли ее присутствие так стимулировало или же организм начал приспосабливаться к такой работе, но это бревно, действительно, далось гораздо легче. Скорее всего, подействовали все три фактора.

Они вышли наружу. На светлом еще небе начали появляться первые звезды.

- Костер сейчас бы разжечь, - размечтался Сергей, - у нас спички есть?

- Представь себе, я тоже только сейчас вспомнила про это, - Бьянзли огорченно вздохнула, - такое и не предусмотреть! У нас нет ничего, чем можно добыть огонь...

- А ночью хоть светло? Луна здесь какая-нибудь есть?

- Мне предлагали закружить здесь несколько лун, это было бы так романтично, но, знаешь, чем легче дается постановка, тем менее эффективен результат, и я решила...

- Понятно, - Сергей задумался, перебирая известные способы добычи огня. Внезапно у него появилась слабая надежда.

- Бьянзли, а на случай травм или болезней ты тоже ничего не предусмотрела?

- А вот и предусмотрела! - она гордо тряхнула облаком своих волос, - В кладовке есть целый мешок ваших лекарств. Я, конечно, не разбираюсь в них, поэтому просто набрала то, что в аптеке было.

Она вытащила волоком из избушки действительно не маленький мешок, и Сергей нетерпеливо принялся выкладывать содержимое.

- Так, рыльца кукурузные, шесть пакетов...

- Я подумала, что их нужно много, раз пакеты такие большие...

- Горшок подкладной - совершенно необходимая нам вещь!

- Вот видишь! - она гордо улыбнулась.

- Три коробки хвойного экстракта! Надо будет высыпать его русалкам в озеро... Так, клизмы, соски, фталазол... - он быстро выгребал все пока не нашел марганцовку, флакон глицерина и бутылочку с борным спиртом.

- Ну вот, Бьянзли, кажется, теперь у нас будет костер.

- А зачем лекарства?

- Знаешь, я когда-то был мальчишкой.

- Я почти уверена в этом.

- А у нас практически не бывает мальчишки, который бы не прошел период увлечения пиротехникой. У меня же этот период не прошел, а трансформировался в мою первую профессию. Короче, я знаю, как с помощью лекарств разжечь костер. Осталось только набрать дров.

С сухим кустарником проблем не возникло. Мало того, Сергей обнаружил, что некоторые виды кустов были со смолистой древесиной.

Из мелких веточек Сергей сложил шалашик, насыпал кучку марганцовки у его основания, смочил ватку борным спиртом и подвинул ее под ветки. Затем накапал глицерина на марганцовку.

Бьянзли присела рядом и с любопытством наклонилась, чтобы лучше рассмотреть. Над кучкой завился дымок, начало потрескивать, искрить и, внезапно, все загорелось. Бьянзли с восторгом посмотрела на Сергея. Ему удалось удивить инопланетянку!

- Как здорово, Сережа! Но какие же страшные лекарства у вас на Земле, ими даже огонь можно добыть!

- О, не только огонь, - засмеялся Сергей, гордый за себя и за земную медицину, - у нас тут есть компоненты для неплохой взрывчатки! - и он начал подкладывать в огонь более крупные ветки. Отблески огня заиграли на матовых костюмах переливчатыми бликами.

- Слушай, что-то в лесу совсем тихо стало, - заметил Сергей.

- Здесь птицы и большинство зверей засыпают после заката.

- А у нас ночью кузнечики громко стрекочут, - вдруг вспомнил Сергей.

- Я знаю, - Бьянзли ласково улыбнулась ему. Они помолчали.

- Бьянзли, пока еще что-то видно, давай сбегаем к ручью, умоемся после таскания бревен?

- Хорошая идея, - согласилась она, и две длинные черные тени метнулись от костра вниз по склону.

Глаза скоро привыкли к лесному мраку, и Сергей заметил, что инопланетные костюмы мерцают призрачным светом. Их фантастические силуэты мелькали между стволов и следом раздавались сердитые вскрики. Он чуть было не попал в темноте в ручей, но Бьянзли схватила Сергея за руку, и они остановились. Она повисла у него на шее, порывисто дыша.

- Давно я так не бегала!

- Устала? - Сергей осторожно придерживал ее, пытаясь разглядеть лицо.

- Сейчас искупаемся, и все будет отлично! - она отстранилась, светящийся силуэт ее костюма описал дугу, уменьшаясь в размерах, упал на траву и раздался легкий всплеск.

- О-о-о! Как хорошо!

Сергей зашел в ручей. Тот был неглубоким и довольно холодным.

- Эй! - крикнула Бьянзли, - костюм-то сними!

Сергей безуспешно попробовал сделать это.

- Не получается...

Она встала, подошла и просунула пальцы между его шеей и второй кожей, - теперь просто снимаешь и...

- Ясно, спасибо! - Сергей без проблем освободился от костюма и лег в воду на песчаное дно. От холода невольно перехватило дыхание. Рядом счастливо повизгивала Бьянзли.

- Слушай, почему вода здесь такая холодная?

- Горная.

После такого купания казалось, что по всему телу идет приятная волна горячего покалывания.

- Теперь будем сохнуть? - спросил Сергей.

- Надевай костюм, он сам тебя высушит.

Сергей поднял свой мерцающий лоскут, нащупал отверстие и продел через голову. Ничего не происходило.

- Бьянзли! Поверь, у меня на самом деле не получается уговорить эту шкуру! Может я такой тупой...

Она подошла, сняла лоскут с его шеи.

- Ты пытаешься надеть его вверх ногами!

- А где у него ноги!?

- Не переживай, научишься! - она одела его в кожу и потом нежно коснулась губами подбородка, - Это чтобы у тебя не возник комплекс неполноценности!

Домой они возвращались, почти на ощупь в темноте, обнявшись. Сергей чувствовал под своей ладонью ее тонкую талию и мышцы, играющие с каждым шагом. Он был мужчиной, и это его волновало. Но рядом была вовсе не обычная земная девчонка. Отношения с ней не могли быть простыми. И он не желал становиться беззащитным, поддавшись ее обаянию.


С дровами повезло: загорались легко, горели долго и от них исходил ароматный дымок. Костер горел ровно и надежно. Сергей добавил новых веток и от этого небо совсем потемнело, только длинные ряды ползущих в сторону заката облаков еще отсвечивали медно-красным светом. Пламя красиво окрашивалось по краям в интенсивно красный цвет, чему не находилось химического объяснения. От яркого света непроницаемо сгущалась темнота вокруг.

Сергей вынес корзину с фруктами, арбалет и скамейку, и они уселись на нее около костра.

Воздух все еще оставался теплым, но без духоты. Сергей взглянул на небо, густо усыпанное звездами, многие из которых были непривычно крупными. Рядом сидела, прижавшись к нему плечом, инопланетянка, с которой он едва познакомился, но уже доверившая ему свою жизнь. Отблески костра делали ее лицо нереально-фантастичным, а ее бездонные глаза вмещали все звездное небо. Он подумал, что эту картину запомнит на всю жизнь.

Он заставил себя не увлекаться и переключился на более ироничное настроение, выбрал в корзинке и протянул ей плод. Она хотела было взять, но он, дразня, чуть отвел руку. Она скосила на него глаз и снова потянулась, но плод опять отпрянул. Третью попытку Сергей позорно прозевал, настолько стремительно ее пальцы выдернули фрукт из его руки, так, что Сергей обомлел:

- О... да ты хищница, Бьянзли!

Она улыбнулась, впившись зубами в мякоть и заурчала как зверь.

- Кажется, это наш последний перекус перед сном?

Они съели несколько плодов и просто сидели, наслаждаясь чудесным вечером.

По лесу прокатился не очень далекий протяжный вой. Подхваченный то ли эхом, то ли другими тварями, он превратился в такой жуткий и завораживающий стон, какого Сергей не мог представить в мире звуков.

- Что-то очень серьезное... - почти шепотом вымолвил он.

- Это василиск, - тихо сказала Бьянзли, когда все смолкло.

- Нифиг... - ошарашенный Сергей нащупал внизу арбалет и поднял его с земли.

- Какой он хоть из себя?

- Размером чуть больше тебя. В него наверняка трудно будет попасть стрелой - он очень подвижен. В морду лучше не глядеть - слишком ужасная. Мне было не по себе даже когда видела пространственную копию.

- Зачем же было устраивать здесь такое?

- Весь этот набор придумала не я. Его рассчитывали специально для меня, - вздохнула Бьянзли.

- Какие у него повадки? Может он сейчас напасть?

- Пока горит костер, - нет.

Сергей со второй попытки натянул тугую тетиву, вложил стрелу и прицелился в дверь избушки. Раздался короткий резкий визг, и приоткрытая дверь захлопнулась.

- Силища! - восхитился Сергей и, подойдя, попытался вытащить стрелу, но наконечник вошел в дерево на две трети и даже не шевелился.

Немного успокоенный таким эффектом, Сергей вернулся к Бьянзли. Она прижалась к нему, он обнял ее сзади, и они молча сидели, пока где-то рядом не раздался новый душераздирающий стон, от которого застыла кровь. Все остатки беззаботности растаяли.

- Пойдем в дом, Бьянзли, - Сергей встал, - здесь уже больше не комфортно. К тому же я давно не охотился на василисков...

Он собрал охапку заранее подготовленных смолистых веток и зажег от костра пару из них.

Они вошли в дом. Сергей воткнул горящие ветки в стену между бревен.

- Слушай, - Сергей замялся, потом усмехнулся пикантности ситуации, - я думаю, что твоя инопланетная физиология не настолько сильно отличается от моей, чтобы перед сном не возникла необходимость...

- А там, в темноте, нас ждут, - закончила Бьянзли.

- Не будем делать из этого проблемы, я-то неуязвимый, пошли, постою рядом с факелом.

Никаких особых сложностей, действительно, не возникло. Они вернулись, Сергей задвинул засов и поджег несколько новых веток на стене.

- Ты боишься темноты?

- Нет, - Бьянзли сидела на кровати, поджав под себя ноги. Ее огромные глаза смотрели на него с каким-то любопытством.

Опять интерес исследователя? Сергей задумчиво разложил оружие. И что от него ждут сейчас? Только не надо домысливать то, чего нет на самом деле.

Он забрался на кровать и демонстративно уселся перед ней в той же позе. Она молча смотрела на него, только глаза чуть сузились. Может быть, это была какая-то медитация?

- Почему ты выбрала именно меня?

- Вот так захотела, Сережа, - помолчав, сказала она тихо, - когда понаблюдала за тобой, почувствовала твою душу мне сразу все понравилось, и я поняла, что могу тебе простить даже серьезные промахи.

Сергей задумался на пару секунд.

- Бывает какое-то сродство душ?

- Душа - неподходящее понятие. Поверь на слово: я знала, как выбирать.

Перед Сергеем сидело совершенно чужое, неземное существо, но так доверчиво отдавшее свою судьбу в его руки, что он готов защищать ее от всего на свете. Осознание этого немного ошеломляло.

- Тебе, наверное, сейчас не до разговоров?

Она согласно кивнула.

- Знаешь, у вас есть такие короткие смешные рассказы - анекдоты, - она улыбнулась, - расскажи что-нибудь!

Он фыркнул от неожиданности. На миг показалось, что перед ним скучающая земная девушка.

- Анекдот?..

Она улыбнулась, а он толком не знал, что рассказать.

- Ну вот... Однажды на вершину полезли два альпиниста. Ну это такие люди, Бьянзли, которые выбирают самые непролазные пути, чтобы проверить, все ли еще любит их судьба.

- Я знаю! - она улыбнулась.

- И один говорит другому, сглотнув: "Джон, если у тебя подогрелась на животе наша последняя котлета, то не подходящее ли это место, чтобы съесть ее?". "Знаешь, Дик, я забил ее в стену, когда закончились крючья".

Бьянзли только сверкнула глазами, коротко вздохнула и, как большая кошка, блестя черными точеными боками, переместилась к нему, обняла сзади и положила голову на его плечо. Сергея переполнила волна нежности, и он даже не сделал попытки сопротивляться этому.

- Бьянзли, - проговорил он тихо, - мне почему-то ужасно жалко тебя... Я буду защищать тебя, как только смогу...

Она улыбнулась в полумраке, и ее тонкие пальцы коснулись его головы, ласково скользнули по шее. И это было похоже на то, как мать благодарит своего сына, который пообещал вступиться за нее.

- Послушай, я не хочу, чтобы у меня была эта подстраховка! - он начал снимать кольцо.

- Стоп, Сережа! - воскликнула Бьянзли, - Это не я придумала такие правила и ничего с этим нельзя сделать. Если ты снимешь кольцо - на этом все и закончится.

Он молча сжал ее руку.

- Давай спать, - прошептала она.

Они легли рядом, обнявшись. Он, ни о чем больше не думая, зарылся носом в ее пахнущие тонкой незнакомой свежестью волосы и нежно гладил ее голову.

Последние события ярко представали перед ним, как это бывает, когда болен и с высокой температурой. Все, что случилось, начинало казаться далеким и нереальным.

Никто не ломился в дверь. Они заснули.

Оба проснулись от холода почти в полной темноте. Только густо усыпанное крупными звездами небо светило из окна примерно с яркостью земной луны. Что-то тихо возилось прямо за дверью. Несмотря на холод, после сытных плодов хотелось пить.

- Хочешь древесного сока? - прошептал Сергей.

- Да.

- Он налил в кружку из кастрюли. Потом напился сам и вернулся на кровать. Бьянзли закутала его и себя материей, и прижалась к нему всем телом.

Они уже засыпали, когда раздался ужасающий стон. Снаружи на дверь навалилось тяжелое тело, и дерево затрещало, раздираемое когтями. Бьянзли изо всех сил стиснула Сергея. Она шумно и горячо дышала ему в затылок.

Потом за дверью все затихло, но вскоре в самой комнате явственно раздалось нетерпеливое звериное дыхание. Замирая от ужаса, Сергей повернул голову и увидел рядом два оранжево светящихся глаза. Он с трудом сглотнул, совершенно растерявшись, а потом вдруг сообразил, что глаза выглядывают через железную решетку окна.

Сергей медленно вытянул руку, загораясь яростью за свой страх и нащупал арбалет. Как только он его поднял, глаза исчезли.

Весь остаток ночи василиск то скребся в дверь, то стонал так невыносимо, что к этому невозможно было привыкнуть, то шумно дышал в окно.

Наконец чуть посветлело, закричали проснувшиеся птицы, и кошмар закончился.

Сергей и Бьянзли заснули и отсыпались, пока солнце не протянуло к ним лучи через окно вместе с душным ароматом лесных плодов.


Сергей проснулся первым. Бьянзли лежала на спине как ребенок, чуть приоткрыв губы. Некоторое время он смотрел на нее, потом ему пришла в голову банальная мысль незаметно ее поцеловать. Осторожно приблизившись, он коснулся губами ее удивительно нежной щеки. Бьянзли вздохнула и что-то прошептала на незнакомом языке.

Сергей улыбнулся, перевел часы на два часа девять минут вперед и попытался слезть с кровати, не разбудив ее. Но она открыла глаза, увидела его и протянула руки. Они обнялись, без слов поздравляя друг друга с началом нового дня. Он почувствовал сильное влечение и в безотчетном порыве очень нежно поцеловал ее. От этого все слегка поплыло, и он с волнением пытался представить, что сейчас будет. Может быть, их костюмы достаточно интеллектуальны и станут проницаемы для возбужденной плоти? Но этого не случилось. Бьянзли просто счастливо улыбалась, почему-то ласково почесывая его за ухом, а потом непринужденно освободилась и встала.

Засов на двери не поддавался. С трудом сдвинув его топором, Сергей вышел и тихо присвистнул. Дверь оказалась процарапанной чуть ли наполовину. Еще одна такая ночь, и василиск может выйти победителем.

Во дворе под пеплом слабо дымились еще горячие угли. Низко над травой летели к лесу редкими стаями большие голубые бабочки, похожие на колибри. В чистом прохладном воздухе сквозь приторный аромат пробивался еле заметный смолистый запах, как в еловом лесу. Утреннее солнце светило спокойно и ласково.

Сергей настрогал кинжалом тонких щепок и, убрав пепел, принялся раздувать огонь. Вскоре щепки густо задымили и вспыхнули.

Внезапно сзади раздалось странное фырчанье. Сергей хотел обернуться, но на его плечи навалилась неожиданная тяжесть. Он резко вывернулся и чуть было не всадил кинжал в Бьянзли... Он побледнел, отбросил оружие и, схватив ее за плечи, хорошенько встряхнул. Бьянзли только растерянно и виновато молчала. Он обнял ее.

- Глупо пошутила, Сережа, прости, вспомнилось как ты меня вчера дразнил у костра...

- Ладно, будем считать проверкой на готовность... Не выспалась?

- Еще не привыкла к такому... Пойдем умываться? - она клюнула его в подбородок и, повернувшись к солнцу, соблазнительно потянулась зажмурившись.

- Совсем как кошка! - не удержался Сергей, - Говорю же - хищница! Пойдем умываться. Есть хочешь?

- Я и вчерашними фруктами сыта буду, это ты вот - точно хищник, привык есть мясо.

- И что, ты совсем мясо не ешь?

- Живое не ела еще ни разу в жизни, только синтетическое.

- А грибы в твоем лесу водятся?

- Сам ты их не найдешь, но я помогу. Еще можно русалок попросить рыбы наловить...

- Отлично, тогда берем корзину.

Они спустились в лес. Трава еще не высохла от росы. Было довольно скользко. Пока они шли к дальнему ручью, где купались ночью, их несколько раз забрасывали огрызками утреннего завтрака с верхних ветвей. Но когда один из переспелых плодов больно разбился о макушку Сергея, он с воем схватил корягу и метнул ее вверх. В верхнем мире будто только и ждали со скуки, когда же он обратит на них внимание. Под взрыв радостного визга вниз обрушилась плотная лавина фруктов.

- Бежим! - заорал Сергей. Но Бьянзли уже опережала его, и ее черное гибкое тело мелькало за ближайшими деревьями.

Он догнал ее у ручья. Очень неплохая прыть для такого нежного существа!

- На обратном пути будет что собрать! - возбужденно прокричала она, - Мы сможем навялить эти фрукты на солнце!

Сергей наклонился, чтобы смыть с волос фруктовую мякоть.

- Бьянзли, признайся, ты обучалась домоводству на Земле? Откуда такая хозяйственность?

- Не обучалась! Но это же очевидно!

Они умылись.

- Надо же, привык по утрам зубы чистить, и теперь кажется, что чего-то не хватает.

- Открой рот! - Бьянзли достала из своего кармашка что-то, положила ему в рот и со смехом захлопнула его челюсть, надавив на макушку и подбородок.

- Глотать не надо!.. Так, теперь выплюнь!

Сергей выпустил изо рта целый столб радужных шариков. Запахло свежестью.

- И?

- Больше тебе никогда в жизни не потребуется чистить зубы. Симбиотические бактерии будут следить за порядком.

- Как здорово! Спасибо, Бьянзли! Ты знаешь, на Земле с зубами почти у всех проблема. Слушай, если эти бактерии будут жить у меня во рту то, получается, я могу их и другому передать?

- И как ты это собираешься делать?

- Конечно же, поцелуем.

- Ну... это должен быть очень долгий и очень интимный поцелуй.

- Тогда жаль, - разочаровано вздохнул Сергей, - врачебной практики не получится.

- Давай грибы искать! Они у ручьев растут.

Вскоре она подозвала его к замшелому стволу, наклонившемуся над водой. К его основанию прилип большой лилово-красный шар, размером с футбольный мяч.

- Нормальный грибочек, - оценил Сергей, - его одного нам хватит. Он отщипнул кусок и понюхал. Здесь неожиданностей не было: гриб пах привычной, качественной грибной свежестью.

Когда они проходили под местом фруктопада, все было уже тихо. Видимо завтрак окончился.

- Они что, строго по часам живут? - удивился Сергей.

- Здесь времен года нет, и день всегда имеет одну и ту же продолжительность. Проснулись, не спеша покушали. И так каждый день.

Выбрав наименее разбитые плоды, они быстро заполнили корзину, которую Сергей поставил себе на голову для экзотики и вообще так оказалось очень удобно ее нести. Бьянзли шла перед ним. Она проткнула гриб сухим прутом насквозь и несла его на плече как узелок.

О, она знала все женские повадки или они были у нее врожденные. Как бы невзначай все ее движения были выразительно грациозны, она напевала симпатичный инопланетный мотивчик своим чудесным голосом с диапазоном от звонкого птичьего свиста до милой хрипотцы.

Сергей плохо еще чувствовал ее внутренний мир, но внешними качествами она легко его очаровывала. "Нет, старик, ты же не ловишься на блесну" - сказал он себе вполне уверенно. "А ты слушай не ее голос, а как она поет" - возразил какой-то новый Сергей, который родился этой ночью. И у старого Сергея не осталось доводов оставаться безучастным.

- Бьянзли, а можно каверзный вопрос, в духе интервью наглого журналюги?

Она слегка напряглась, как обычная земная девчонка, и мелодия растаяла в воздухе.

- Оставляю за собой право не отвечать.

- О, не волнуйся, я не буду спрашивать, сколько тебе лет - любой твой ответ в диапазоне от 15 до 1000 лет ничего мне не скажет.

- Почему же не спросить? Мне около восьмидесяти ваших лет. У нас очень долгое развитие.

- О! - старый Сергей торжествовал. Но новый Сергей тоже посчитал это плюсом: при таком возрасте и такая внешность!

- Не можешь поверить? - Она улыбнулась через плечо, - Щенячий возраст у нас. Так что за вопрос ты хотел мне задать?

- Уважаемая Бьянзли...

Она споткнулась, остановилась и с вызовом повернулась к нему. Сергей оказался прямо перед ней и невольно всмотрелся в ее лицо. Ей было не больше двадцати. Она была своеобразно, бесспорно прекрасна и со снисходительным вызовом смотрела на него.

- Сорри, Бьянзли, моя очередь была неудачно пошутить. Итак, мой вопрос, можно?..

- Попробуй, но смотри, ты же знаешь, какая я быстрая.

- Да. Во сколько лет у тебя был первый сексуальный опыт?

На несколько напряженных секунд природа выключила шумы леса.

- Точно не помню, - наконец ответила Бьянзли, - но достаточно рано, примерно в двадцать.

Сергей старался не показывать некоторое раздражающее разочарование.

- Рано - с нашей точки зрения, Сережа. А теперь я пойду сзади, - она с улыбкой плавно обошла его. Они зашагали дальше.

- Я спросил не потому, что навеяло, когда я шел сзади, - начал было оправдываться Сергей.

- Просто теперь моя очередь задать нескромный вопрос.

Сергей даже обрадовался.

- Отвечу, чего бы мне это не стоило.

- Я не буду спрашивать о твоем первом сексуальном опыте...

- А почему же? Он у меня был в детском садике, в пять лет.

- Что??

- Не можешь поверить? Все очень просто. У нас каждый день был тихий час, и нас раскладывали всех в одной комнате. С обеих сторон от меня лежали девочки. Точно не помню, как начался этот интерес, кажется, сначала в игре они были мамами, а я - их ребенком, мне делали уколы и мерили температурку, но иногда мы старались доставить друг другу чисто тактильное удовольствие. Потом это само прошло.

- Совсем как бывает в звериной стае.

- Ну, не знаю. Ты еще не забыла свой вопрос?

- Тебя когда-нибудь бросала любимая девушка?

И это вопрос инопланетянки?? Как банально... Сергей разочарованно вздохнул.

- Ну... Было так, что я не мог добиться взаимности с самого начала, но чтобы мы любили друг друга, и меня вдруг бросили в это время, еще не случалось... Ага, ну конечно, я понял.

- Что понял?

- Ты хочешь знать, что со мной будет в случае, если ты меня приручишь, но через несколько дней нам придется расставаться.

- Не угадал.

- А у меня есть право на уточняющий вопрос?

- Нет, мы уже пришли.

"Я напрягаю ее..." - подумал Сергей и замолчал.


Сергей в первый раз растопил печь во второй комнате. Бьянзли нарезала гриб крупными ломтями, сварила его и, затем, недолго тушила с жирной мякотью фруктов. Соль Бьянзли не забыла на Земле, и блюдо получилось очень вкусным. Где она научилась готовить? Они сидели за столом на скамье, и Сергей незаметно наблюдал как ест инопланетянка. Просто ему было это интересно. Он не нашел в этом ничего необычного.

После завтрака Бьянзли принялась нанизывать плоды на тонкую веревку, чтобы высушить их. А Сергей задумался о василсике.

Он встал перед разодранной дверью. Укрепить ее здесь было невозможно. И тогда он придумал конструкцию ловушки.

Сергей выбрал самую прочную и длинную доску, прибитую поперек забора, которая должна послужить пружиной и отодрал ее. Топором он вырубил небольшое отверстие в стене сбоку от двери в спальню, притащил копье, просунул в отверстие и привязал к доске древко так, чтобы наконечник оказался в месте, где может оказаться царапающий дверь василиск. Прочной веревкой он обвязал доску там, где крепилось копье, и, натянув с помощью блока насколько хватило сил, отогнул доску, привязав натянутый конец веревки к палке у забора. Стоило только сбросить петлю с верхушки палки, как эта мощная пружина сработает. Это следовало проверить.

Длинную тонкую веревку Сергей протянул от петли через верхнюю доску забора через верхнюю полосу железной решетки на окне их спальни.

Бьянзли уже развесила фрукты в тени и с пониманием наблюдала за приготовлениями.

- Дерни из спальни, - попросил Сергей, - а я посмотрю, как это сработает.

Он вошел в переднюю. Кончик копья еле заметно торчал из глубины отверстия, затем с мощным хлопающим звуком метнулся к двери и закачался там.

Бьянзли вышла из спальни.

- Силища. Если только не промажет, то этого точно будет достаточно. Но хорошо бы вырыть еще ловчую яму под дверью.

- Он ее почует. Или сами попадемся.

- Ладно, будем надеяться, все получится. Он вышел и отвязал копье, чтобы не мешало.

- Пойдем на озеро? - предложил он, - может быть, рыбы перепадет.

- Ох, как только я там появляюсь, этот болван как-то пронюхивает и начинает приставать.

- Водяной, что ли?

- Ну да.

- Попробуем извлечь из этого пользу. Кажется, он главный у русалок? Тогда ты приманишь его и попробуем договорится.

Сергей закинул арбалет за спину, а Бьянзли захватила корзинку.

В лесу становилось душно, и перспектива купания в озере радовала.

Деревья расступились, открывая озеро и вздымающиеся сбоку горы. Сверкающие ледники и синее небо отражались в воде.

- Ты сможешь найти мой дом? - спросила Бьянзли.

Сергей посмотрел по сторонам и без особого труда разглядел характерное марево.

- Там! - он махнул рукой.

Они подошли к берегу, проваливаясь по щиколотку в уже горячем песке.

- Искупаемся? - предложил Сергей.

- Я не умею плавать, - Бьянзли улыбнулась, пожимая плечами.

- Я тебя буду учить! - обрадовался Сергей, - сейчас разведаю, как тут у берега. А можно костюм не снимать?

- Можно, но ты не почувствуешь воду.

- Я перед русалками не могу голым...

- Тогда сними до пояса и снизу - до бедер!

Получилось что-то вроде широких интригующих плавок.

Берег полого снижался, и метров через десять Сергей по грудь оказался в воде.

- Бьянзли! Ничего не бойся, можешь заходить смело! - он нырнул, открыл глаза, но кроме мальков и редких стеблей водорослей ничего особенного не увидел. Он поплыл под водой к берегу и вынырнул.

Бьянзли стояла спиной к озеру и держала на прицеле арбалета колченогого водяного. В отличие от Сергея она была вообще без костюма. Картинка была потрясающая - прелестная амазонка и чудище.

- Ну, стрельни, стрельни! - гнусавил тот, мелкими шажками подступая к ней и путаясь при этом в зеленой бородище, - Не балуй с етим-то, Авдотья! Вона, глянь, твой гусь из воды выбрался, оглянись!

Сергей, проходя мимо насмерть стоящей Бьянзли, осторожно отвел в сторону арбалет.

- Привет, дедуля! - он доброжелательно махнул рукой, - Что же ты мою старушку так пугаешь? У меня к тебе дело есть, поговорим?

- А-а... лапоть ты, а не мужик! - водяной досадливо сплюнул под ноги.

- Обижаешь, дедуля, я живу, никому не мешаю.

- Ну и не мешай! - водяной яростно закинул бороду за плечо, открывая ужасающие подробности своей анатомии, с неожиданной силой отшвырнул Сергея в сторону, и снова двинул к Бьянзли.

Ошеломленный Сергей поднялся с песка и, не задумываясь, влепил пинком под зад водяному. Раздался булькающий звук, и чудовище медленно как танк развернулось. Низко пригнув голову, водяной завопил "у-у-у" и начал набирать скорость. Сергей, помня его силу, отпрыгнул в сторону в последний момент, и изо всех сил рубанул сцепленными руками тому по шее. У истребителя заглох мотор и он, вспоров носом песок, так и остался на месте посадки.

- Теперь рыбы не будет, - Сергей, уныло смотрел на тупо мычавшее тело, - ну и силища у него. Если бы он меня схватил...

Поверхность озера у берега вскипела и показалось множество русалочьи голов. Стало шумно и весело.

- Точно, здесь он!

- Что он там делает в песке?

- Опять около нее вертится!

- Бабник чертов!

- Уже не вертится, отвертелся!

- Это парень его так!

- Жалко мы не видели!

- Надоел, пусть здесь тухнет!

- Да, поплыли, девочки!

Весь этот сумасбродный и легкомысленный гвалт явно обладал притягательной силой, которой не зря славились сирены, и Сергей старался не задерживать взгляд на кукольно-смазливых мордашках.

- Эй, парень!

- Что засмотрелся на девочек?

- Подтолкни к нам дядюшку!

- Здорово ты его!

- Тащи прямо за бороду!

- А вы не кусаетесь? - спросил Сергей.

- Ой, он нас боится!

Сергей перевернул водяного, уперся и с трудом поволок его за ноги. Тот моргал одним глазом и мычал. У берега он столкнул тело в воду, и оно как пробка закачалось на воде.

- Спасибо!

- Больше он не полезет!

- Он уважает, когда его так!

- Щас бородой привяжем к коряге!

Русалки подхватили старикана, как-то умудрились стравить из него гадко пахнувший балластный газ, и скрылись в пучине. Сергей брезгливо поморщился.

- Эх, забыл у них рыбы попросить! - он повернулся к Бьянзли, - Пойдем купаться, только арбалет оставь на берегу!

Бьянзли медленно приходила в себя и, наконец, улыбнувшись ему, ступила в воду.

- Я жутко испугалась! - призналась она.

- О, видела бы себя со стороны! Ты, оказывается, вполне способна постоять за себя!

Они зашли поглубже, и Сергей взялся за обещанное обучение. Они барахтались в воде, смеялись, забыв обо всем на свете. Сергей не помнил, чтобы ему было когда-нибудь так хорошо.

Но это продолжалось не очень долго. Внезапно они оказались в центре широкого круга всплывших русалок. Те ухмылялись, хитро подмигивали, еле сдерживаясь от смеха. Вот же попались.

- Как дядюшка, девочки? - улыбаясь хороводу, спросил Сергей.

- Рвется к тебе! Еле держим!

- Мало ты ему!

- Поиграй с нами тоже!

- Скажи, кто из нас самая красивая?

- Да, скажи!!!

Веселая карусель опять начала оказывать притягательное воздействие, и Сергей тряхнул головой, чтобы снять наваждение.

- Да вы все очень красивые! - выдал он неожиданно для самого себя.

Бьянзли точно понимала его состояние, выжидательно улыбалась ему когда он цеплялся за нее взглядом, но ничего не говорила.

- Тогда скажи, кто лучше поет!

- О, да!!!

Русалки принялись извиваться вокруг, выпрыгивать высоко в воздух, блестя чешуей и, демонстрируя свою грацию.

Сергею итак было не просто держать себя в руках, а что будет когда они запоют как сирены? Он с испугом взглянул на Бьянзли.

И тут русалки завыли хором так, что Сергею захотелось нырнуть поглубже от этих совсем нечудесных звуков.

- Стойте! - заорал он, - Я же никого из вас не слышу! Хотите, чтобы все было по-честному?

- Да, по-честному!

- Отлично. Поем по очереди. Сегодня слушаем только пятерых, завтра - следующих, а потом устроим турнир из лучших. Согласны?

- Да! Каждый день будем петь!

- Классно!

- Тогда выберите, кто будет петь первыми.

Русалки ненадолго исчезли под водой и появились снова, выбрав пять претенденток.

- А пока они поют, принесите мне, пожалуйста, несколько рыбин за то, что я вас слушаю.

- Тащите ему охулей!

- Нет, мурянок!

- Тихо! Я петь буду! - нетерпеливая русалка замахнулась на подруг и затянула тонким голосом плаксивую мелодию.

Сергей честно прослушал пять песен и сделал выбор. Счастливая русалка бросилась к нему целоваться, измусолила щеки и, оцарапав чешуей, уплыла.

На берег из озера стали вылетать большие рыбины. Они били хвостами, метались и многие выпрыгивали обратно в озеро.

- О, хватит, хватит! - закричал Сергей, - Спасибо, девочки! Продолжим завтра в это же время!

Над озером опять повисла безмятежная тишина.

- Как дети, - улыбнулся Сергей.

- Обманчивое впечатление. Они бывают достаточно непредсказуемыми в таких больших стаях! - сказала Бьянзли, - Если бы что пошло не так, нас могли и на дно утащить.

И тут Бьянзли как бы невзначай негромко запела. Возможно, в сравнении с примитивным пением русалок, но Сергей был моментально очарован. Он не понимал слов, и мелодия была совсем непривычной, но голос лился так чудесно, трудно было представить, что такое возможно. Она вдруг прервалась.

- А мне какое место присудишь?..

- О, Бьянзли... я никогда не слышал ничего чудеснее!..

Она довольно засмеялась.

Они вышли на берег, положили несколько рыбин в корзину и выпустили остальных в воду.

Бьянзли оделась и подняла арбалет.

- Жадные мы все-таки, - сказал он, взвесив корзину в руке, и поставил снова на песок, - Слушай, у тебя волосы от воды совсем спутались. Давай поправлю.

Она подошла и ласково уткнулась лицом ему в грудь. Он вдохнул уже знакомый запах и нежно обнял ее. С резким хлопком выстрелил арбалет и Бьянзли, вздрогнув от отдачи, слабо вскрикнула. Они посмотрели в сторону озера, куда улетела стрела. Все обошлось.

Сергей принялся перебирать струи ее локонов, потом придумал заплести несколько косичек, пока она не подняла голову.

- Пусть высохнут, тогда сами распутаются. Они у меня такие. Пойдем домой.

- Пойдем домой, - повторил он потому, что ему это понравилось, и улыбнулся.

С рыбы сквозь корзину все еще капала вода, и довольно тяжелую и неудобную ношу пришлось нести в руке. Сергей кренился то в одну, то в другую сторону, время от времени меняя руки. Бьянзли следовала позади с арбалетом в руках. Это очень шло ей, и Сергей то и дело оглядывался.

- Бьянзли, сколько ваши люди живут на свете?

- Каждый решает сам. Реальная продолжительность жизни ничем не ограничена.

- Круто... А когда обычно кончается щенячий возраст?

- Это зависит от постановок, которые удается успешно осуществить. Диапазон довольно широк: от тридцати до двухсот лет.

- Я так понял, постановки - это что-то вроде обучения?

- Это становление какого-то типа жизненного опыта. Перед таким становлением в мозгу организуются новые структуры, готовые специализироваться именно в этом опыте. И постановка - не просто абстрактное обучение, а сама жизнь.

- И поэтому у нас с тобой все это сейчас всерьез?

- Это моя и твоя настоящая жизнь.

- Получается, я - не просто временный персонаж в этой игре? - сказал неожиданно для себя Сергей и сразу пожалел об этом.

- Кто может заранее знать, что в жизни будет постоянным, а что временным? - Бьянзли вздохнула.

Сергей немного осмелел.

- А у тебя уже была подобная постановка с кем-нибудь?

- Нет, постановки в принципе не могут повторяться. Новые структуры мозга уже не удалишь безнаказанно. Жизнь не перепишешь заново и не отрепетируешь. В каждой жизни - только один шанс.

Сергей задумался вспоминая.

- В смысле в другой жизни буден новый шанс?

- Конечно, но это будешь уже не ты.

- А душа будет моя?

- А ты помнишь, что мы договорились не загружать тебя этой темой? В религиозном смысле души, конечно, нет.

Дальше они шли, держа корзину с двух сторон. Арбалет Сергей повесил себе за спину. Можно было никуда не спешить и просто наслаждаться текущими мгновениями.

У ручья, вытекающего из-под холма, они остановились, чтобы разделать рыбу. Бьянзли помогала со сноровкой лаборанта-биолога.

- Ты готова в первый раз в жизни попробовать мясо? - спросил Сергей.

- Вполне. Я даже читала на ваших сайтах как готовить уху и вялить рыбу.

- Так вот откуда у тебя кулинарные познания!

Они вошли в избу, и Сергей растопил печь. Бьянзли поставила на огонь кастрюлю с холодной водой и положила туда рыбу.

- Полей, - она протянула испачканные в рыбе руки над полом.

Сергей лил воду на ее тонкие, гибкие пальцы, и ему не верилось, что это реальность, а не какой-то компьютерный фильм.

- У тебя удивительные пальцы, - сказал он, - ни у одной земной женщины таких нет.

Она чуть грустно улыбнулась ему.

- Не хотелось бы, чтобы ты судил обо мне только по внешнему виду!

- Знаешь, это ведь не просто какая-то неживая красота, как на картинках, - он немного помолчал, пытаясь найти слова, и, главное, сказать все достаточно нейтральным тоном - Я думаю, что если тебя просто сфотографировать, то это может оказаться не так уж и красиво. Когда я тебя впервые увидел на листе, то не впечатлился. Именно то, как живут твои пальцы, твое лицо, твой голос - передает мне впечатление о тебе. И это красота скорее не тела, а твоя внутренняя красота.

- О, тогда спасибо, Сережа!

Он улыбнулся.

- Это не комплимент, а констатация факта!

Сергей вышел, чтобы принести еще дров и в изумлении замер у порога: за изгородью неслышно крался трехголовый дракон, сложив крылья вдоль тела по системе японского веера. Его морды на длинных шеях тянулись по запаху, идущему из корзины с рыбой, оставленной у потухшего костра.

Пугаться уже не оставалось времени. Сергей тенью вернулся за арбалетом и, оставив меч у входа, с диким гиком вышел наружу.

Драконьи морды отпрянули от близкой уже корзины, его огромное холеное тело все вздрогнуло при окрике и сконфужено поднялось во весь рост, пряча неказистый поросячий хвостик за необъятными бедрами. Головы чуть подслеповато осмотрелись.

- Тьфу ты, - вполголоса проворчала средняя с наглыми маленькими глазками и снова потянулась к корзине.

- Але! - крикнул Сергей, поднимая арбалет и поражаясь собственной наглости.

Голова напряженно замерла, уставившись на него немигающими глазками. Две другие переглянулись.

- Что за дела, братан? - пробасила левая.

- Чужой рыбки захотелось? - участливо спросил Сергей.

- Почему это чужой? - удивилась средняя, - А дань кто платить будет?

- Так ты что, моя крыша, что ли? - изумился Сергей

- Не поняли, - прогудела правая.

- Ты убери-ка свою стрелялку, - посоветовала средняя, - только разок и успеешь-то пульнуть, а нас тут много.

Сергей протянул руку и извлек на свет меч.

Правая голова громко икнула и отпрянула.

- Крутой, что ли? - осведомилась средняя с наглой ухмылкой.

У порога появилась Бьянзли с боевым топором в тонких руках.

Дракон опустил заднюю часть на траву и поерзал, устраиваясь поудобнее.

- Делиться надо, братан, - вздохнула левая голова участливо, - зачем тебе лишние враги?

- И сколько ты хочешь?

- Каждому по рыбке, все по-честному, - быстро прикинула средняя.

- Их всего четыре.

- Ну, нам по одной и одна тебе. Мало что ли?

- У тебя желудок один, а нас двое, ты не заметил?

- Желудок-то один, а отделений в нем - четыре! - с неожиданной осведомленностью проинформировала правая ученая голова.

- И вообще, нас не колышет, - зашипела боевая средняя.

- Да, старик, твои проблемы, - решила закончить разводить дело левая, - рыбы-то можно было и побольше притащить. Мы видели, как она тебе даром досталась.

Некоторое время стороны молча изучали друг друга.

- Слушай, - нарушил напряженное ожидание Сергей, - а мясо тебе любое годится?

- Мясо? - переспросила средняя и облизнулась.

- Базара нет, братан, любое, но не испорченное, - согласилась левая.

- Если я вам вместо рыбы завтра василиска, убитого дам? Тогда мы нормально разъедемся?

- Ты, василиска?! - удивилась средняя, а правая в ужасе прикрыла глаза косматыми бровями.

- Ну, сегодня ночью или он меня съест или я его уделаю.

- А нам что с того будет если он тебя? - фыркнула средняя.

- Мяса-то сколько, - прикинула левая. Молчаливая правая открыла один глаз, облизнулась и открыла второй.

- Ладно, старик, мы в тебя верим, - согласилась левая, - кто не рискует, тот не пирует.

Дракон с усилием привстал и подрыгал затекшей задней лапой.

- Давай, до завтра! Добренькой тебе охоты!

Дракон начал было разворачивать круп, но, вспомнив про позорный хвостик, предпочел неуклюже сдать назад, чуть не повалив изгородь при этом.

Сергей проводил его взглядом.

- А он сильно комплексует! - засмеялся он.

Бьянзли коротким махом вогнала топор в деревянную стену.

- Ах, Сережа! - она с облегчением обняла его, положив подбородок на плечо.

Сергей уже не пытался оставаться беспристрастным. Он смирился с тем, что ему было очень хорошо с этой женщиной. Он улыбнулся.

- М-м? - спросила она тихо, подняла голову, посмотрела ему в глаза и тоже улыбнулась.

- Это я над своей глупостью, Бьянзли, - он ногой отпихнул меч в сторону, отбросил арбалет и позволил себе утонуть в ее глазах. Он осторожно поцеловал ее. Он не мог поверить в то, что происходит. Его руки гладили ее волосы, и хотелось, чтобы именно это мгновение остановилось навечно.

Из соседней комнаты сильно запахло ухой.

- Закипела! - очнулся Сергей, - Нужно уменьшить огонь.

Потом Бьянзли принесла подвяленных фруктов, и они ели уху. Было немного непривычно без хлеба, но уха оказалась настолько вкусной, что больше ничего не нужно было.

- Иду мыть посуду! - заявила Бьянзли.

- Я тоже!

Заходящее солнце уже заливало холм красными лучами, и облака, собираясь в длинные полосы, потянулись к закату.

Они подошли было к ближнему роднику, но вода там, как и прошлым вечером, оказалось мутной, и розовые струи тянулись из-под скалы.

- Опять кого-то задрали, - проговорил Сергей, - пошли к ручью.

Бьянзли притихла. К ней возвращались ее страхи. Она чувствовала, что им не удастся избежать этой новой неизвестной опасности.

У ручья Сергей бросил посуду на траву и, вырвав комок корней с мокрой грязью, принялся за мытье. Бьянзли с интересом наблюдала за ним, а потом начала делать то же самое. Этот метод оказался достаточно эффективным.

- Давай умоемся, чтобы больше не возвращаться, - предложил Сергей, - ночью у нас большая охота.

Бьянзли коротко вздохнула и с нескрываемым страхом посмотрела на него.

- Да не бойся ты так! - воскликнул Сергей, - Живем один раз, нужно радоваться!

Он порывисто схватил ее, но оступился на мокрой траве, и они повалились прямо в ручей. Она с диким визгом вцепилась в него, и они, подняв тучу брызг, окунулись в ледяную воду.

Бьянзли непостижимым образом оказалась наверху и оседлала его. Вода сомкнулась над его лицом. Сергей рывком вскочил и в обнимку они выбрались на берег, дрожа от холода так и остались крепко обнявшись, пытаясь согреться.

- Брр! Надо что-то делать! - запрыгал Сергей вместе с легонькой Бьянзли, - Давай танцевать! - они взялись за руки и принялись подскакивать в дикой пляске. Это помогло. Тогда они стали просто танцевать обнявшись. По лицу Бьянзли стекали капли воды с мокрых волос, и Сергей размазывал их носом и щеками.

- Ты обещала мне...

Бьянзли подняла огромные невинные глаза, вспоминая и Сергей замолк, опрометчиво утонув в их глубине.

- Что именно, я обещала?..

- Показать, как ты танцуешь на воде. Наверное, ты не сможешь без кольца?

- Не смогу, - она виновато улыбнулась, - так что мое обещание пока остается за мной.

Они вернулись к избушке.


Приготовления не заняли много времени. Сергей приладил копье, положил меч у кровати, установил арбалет на табурете так, чтобы он был направлен в окно и воткнул рядом кинжал.

Солнце скрылось за деревьями, когда они устроились у костра на своей скамейке.

Волосы у Бьянзли подсохли и как облако накрыли ее плечи. Сергей привычно перебирал их пальцами. Они болтали ни о чем, чтобы отвлечься от предстоящего.

Потом Бьянзли начала тихо напевать, и Сергей слушал.

Он почти забыл обо всем под это пение, когда по лесу раскатился эхом василисковый стон и началась ночь.

- Пойдем, - вздохнул Сергей и поднялся.

Они зашли в спальню, задвинули засов и вместе натянули пружину копья.

Ложиться не хотелось, и они уселись на кровать в ожидании. Стояла особенная тишина, и теперь здесь, в прыгающем полумраке неровно горящих лучин, дневная самоуверенность казалась глупым бахвальством, а все приготовления недостаточными.

Ничего не происходило, и они начали уставать от напряжения.

- Давай попробуем заснуть, - предложил Сергей, - эта тварь нас сама разбудит.

Они легли, обнявшись, но заснуть не удавалось. Сергей принялся ее целовать, но чувствовал только ее напряжение и страх. Он что-то тихо шептал ей и успокаивал, потом они просто лежали, пока рой мыслей, окончательно потеряв связь с реальностью, незаметно стал сновидением.

Сергей проснулся в полной тишине и не мог понять, что же его разбудило. Бьянзли лежала рядом на спине с закрытыми глазами. Длинная смолистая ветка еще не догорела до конца. Он посмотрел в окно и увидел только звездное небо.

Сверху громко затрещали доски. По потолку пробежало что-то тяжелое. Вниз осыпалась пыль. Про чердак Сергей не подумал. Там продолжалась какая-то возня.

Похолодев, он соскочил с кровати и поджег еще несколько веток. Волна страха быстро отступала перед непосредственной опасностью. Сергей готовился к тому, что в любой момент зверь проломит перекрытие. Он примерялся к тому, чтобы успеть в этот момент подставить меч под летящее сверху тело и добить его ударами кинжала.

Казалось, что тварь танцует наверху. Доски на потолке прогибались по кругу, и это длилось довольно долго.

Бьянзли сидела на кровати, спиной к стене, поджав под себя ноги и заворожено смотрела на потолок. Ожидание становилось невыносимым, и Сергей желал, чтобы скорее все произошло.

- Эй!!! - заорал он во все горло так, что Бьянзли закрыла уши ладонями.

Танец наверху прекратился, и василиск заплакал так ужасно и надрывно, что у Сергея разом отпала охота кричать еще. На минуту все стихло. Потом раздался оглушительный грохот, и дверь подпрыгнула вместе с косяком.

- Ничего себе... - прошептал Сергей, ясно поняв свою беспомощность в единоборстве с такой силой. Почти в панике он подошел к свисающей у окна веревке и замер, пытаясь угадать момент.

Следующий сокрушительный удар расщепил процарапанную доску в двери, и в черном отверстии загорелся на мгновение оранжевый глаз. Сергей чуть было не дернул веревку. Он бы опоздал: глаз мгновенно отпрянул.

Тут в щель просунулись огромные черные когти и молниеносно вырвали большой кусок дерева. Зверь отпрянул, и Сергей опять не успел среагировать.

- Черт! Он слишком быстрый! - заорал Сергей.

Бьянзли медленно как во сне встала с кровати и подошла к двери. И тут же в дыре показалась мертвящая морда с совершенно невообразимой жуткой усмешкой, и уши заложил парализующий стон. Бьянзли как бестелесный туман опустилась без чувств на пол перед самой дверью, и морда в дьявольском усилии потянулась к ней. Страшные когти вырвали новый кусок древесины. Опомнившийся Сергей рванул веревку, и изумленный вой перекрыл все в этом мире.

Схватив арбалет, дрожащий от перевозбуждения Сергей подскочил к дыре. С той стороны в темноте что-то молча неистово царапало камни. Сергей выстрелил во мрак, огласившийся коротким хриплым воплем.

Распалив пучок веток, Сергей бросил его в отверстие. Рассыпавшиеся огни осветили силуэт огромного зверя с копьем, торчащим в боку, которое тот держал в зубах, но, видимо из-за невыносимой боли, не смел тревожить. Сергей снова зарядил арбалет, прицелился и в последнее мгновение заметил черную кровь, струящуюся из пасти и затравленный взгляд ненавидящих глаз. Коротко взвизгнув, стрела пробила грудь. Василиск перекусил копье, взвился к потолку, упал и заметался на полу. Потом все стихло.

Сергей наклонился к Бьянзли, осторожно поднял ее и положил на кровать. Она открыла глаза и болезненно посмотрела на него.

- Все в порядке, Бьян, - тихо проговорил он, нежно гладя ее голову.

- Извини, Сережа, я не выдержала этого...

- Все теперь будет хорошо. Лежи спокойно, я сейчас.

- Ты куда?!

- Там ветки горят на полу, нужно погасить. Не бойся.

Он легко открыл разболтанный засов, обошел тушу зверя и открыл наружную дверь. Ухватившись за задние лапы, он с трудом выволок его из избы и затащил в кусты.

Лопатой счистил окровавленный песок и выбросил наружу все еще горящие ветки. Он посмотрел в небо, сияющее густой звездной россыпью, и глубоко вздохнул свежий воздух. Только теперь он осознал, что победил зверя. Постояв минуту, он вернулся и лег рядом с Бьянзли.

- Его больше нет, - сказал он.

Она прижалась к нему. Они еще долго не могли уснуть.


Их разбудила странная возня у дверей. Солнце заливало лучами комнату из окна. Сергей приподнялся на кровати, посмотрел и в изумлении вздрогнул. Кошмар никак не кончался. Прямо из двери на него смотрела огромная злобно кривящаяся морда.

- Да чтоб вас всех!!! - заорал в отчаянии Сергей, скатился на пол и подхватил меч.

- Стой!!! - в ужасе взвизгнула морда, рванулась назад изо всех сил и, с грохотом вырвав дверь с петель, унесла ее наружу. Сергей выскочил следом, разглядел в чем дело и вздохнул с облегчением.

У дома, усевшись прямо на слегка дымящуюся золу, возился с выдранной дверью знакомый дракон. Дверь была одета на правую голову. Упираясь в нее задними лапами и балансируя распахнутыми крыльями, дракон натужно пытался высвободиться, но мешали широко торчащие уши. Внезапно он взвизгнул как пожарная машина всеми глотками и резво вскочил с места, дико вращаясь и ловя себя за дымящийся поросячий хвост всеми пастями.

- Да стой ты! - заорал Сергей, - все тут порушишь сейчас!

Дракон в изнеможении остановился задыхаясь.

- Не дергайся, я сейчас сниму с тебя эту чертову дверь! Положи ее на землю.

С помощью топорика и лома Сергей расширил дыру, и правая голова, наконец, освободилась.

- Извини, братан, - смущенно проговорила левая голова, - дура это любопытная опять попалась.

"Интересно" - мелькнула мысль, - "У него что, у каждой головы свой пол?"

Правая голова крепко обиделась, остервенело сплюнула и отвернулась.

- Да ладно. Все равно дверь испорчена. Вон кусты видишь?

- Ну?

- Забирай обещанную свежатину.

- Да я уже учуял. Ты крут, уважаю. Надо же, как умял его.

- Ну, вот, все довольны, я рад.

Из дома вышла Бьянзли.

- Все в порядке, Сережа?

- Доброго утречка! - подобострастно прогнусавила левая голова, - Все в порядке. Если что, заходите ко мне, я там, в норе за лесом под горой живу.

- Так ты в пещере живешь? - спросил Сергей.

- В норе, братан. Сам своими рылами копал.

- А про пещерных тварей ничего не знаешь?

- Про пещерных? - головы помрачнели и встревожено переглянулись, - Хоть ты и крут, братан, не советую на них тянуть. Все у них не такое. Я только раз видел, как они кабана поймали... А твоя хибара на самом-то пещерном месте стоит... Ладно, пойду я, прощай!

Дракон легко выдернул из кустов тушу василиска и, решив показать прыть, начал разгоняться с холма, чтобы взлететь прямо перед лесом. Но зацепился задней лапой за забор. Крылья оглушительно хлопнули как раскрывшийся гигантский веер, и все сооружение рухнуло вниз, пропав из поля зрения.

- Блин! - глухо донеслось оттуда вместе с затихающим разноголосым переругиванием.

Когда они с Бьянзли пришли в себя от хохота, Сергей задумался. Этот мир уже не казался ему безмятежным райским курортом. А прошло только две ночи. Будет ли удача и дальше на их стороне?

Еще он подумал о том, как изменилось его отношение к этой женщине. Он вспомнил, как она стояла с арбалетом перед водяным, как она выходила с топором, когда появился дракон, как она встала перед дверью, чтобы отвлечь на себя внимание василиска. В критических ситуациях в ней появлялась какая-то несгибаемая сила. Она отчаянно боролась за свою постановку, стремясь к этой своей цели самосовершенствования. Эта женщина заслуживала победы. И он будет помогать ей, как только может.

Сергей повернулся к Бьянзли.

- Слышала про пещерных? Вот так. Будем переселяться.

- Все-таки дом защищал нас.

- А еще василиски здесь водятся? Или что-то такое же жутко агрессивное?

- Нет.

- Тогда все логично. Дом свою роль сыграл, теперь он - главная опасность. Я сделаю хижину в лесу, подальше отсюда, около нашего ручья. И время терять не будем.

Они позавтракали остатками ухи, согрели свежего древесного сока вместо чая и начали собираться.

Сергей сбил доски с забора и снял перекрытия с потолка. Бьянзли помогала ему перетаскивать вещи. Они отдыхали и вновь начинали носить все, что только было можно. Даже кровать тащили через лес вдвоем.

Солнце стояло еще довольно высоко, когда однокомнатная хижина была уже готова. Досок хватило даже застелить пол. Получилось достаточно крепко и уютно. Рядом протекал чудесный ручей.

Оба были усталые и грязные от пыли. Очень хотелось есть.

- Вот где я похудею, - сказал Сергей, сильно втянул живот и потрогал через него выступающий позвоночник.

- Ого! - сказала Бьянзли и с интересом проделала тоже самое, - Если очень голоден, то попробуй свой концентрат в кармашке!

- Я совсем про него забыл! - Сергей достал серебристую упаковку по повертел с разных сторон. Не было ни малейшей зацепки, чтобы разгадать этот ребус.

- Просто откуси кусочек, упаковка съедобная, а края опять срастутся.

Сергей попробовал, и рот наполнился каким-то космическим питанием в виде густой пасты с очень необычным, но приятным вкусом. Бьянзли наклонила голову и тоже откусила немного. После пары кусков есть больше не хотелось.

- Пойдем купаться на озеро? - предложил Сергей, - Отдохнем там и, опять же, договор с русалками у нас.

Они сполоснули лица и руки, захватили с собой вяленых фруктов, чтобы жевать по дороге и направились к озеру, не забыв корзинку. Пока они шли со стороны озера несколько раз доносились странные громкие хлопки.


Выйдя из леса, они нерешительно остановились. У берега деловито бродил водяной.

- Опять русалки его упустили, - вздохнула Бьянзли, - теперь не даст искупаться.

- Да он нас не догонит. Пойдем посмотрим. Может быть, русалки подоспеют, уволокут его.

Подойдя ближе, они увидели странную картину. Песочный пляж пестрел от мусора странных форм, а водяной ходил с длинной палкой и, натыкая на острие все, что мог, отправлял в большой мешок. Сам он был чумаз, грязен, хмур и сосредоточен. Мельком взглянув на подошедших, он ничего не сказал. Над водой у берега уныло выглядывали русалочьи мордашки.

- Привет, дедуля! - уважительно начал Сергей, - Может помочь надо?

Тот только зыркнул и с силой насадил какой-то переливающийся перламутром предмет. От предмета на мгновение разошлось зловещее сияние, и он съежился.

- Что тут случилось?

Водяной остановился и медленно развернулся.

- Тоже мне, помощнички! - гнусаво передразнил он, - Пикник тут был! На обочине-то!

Брови у Сергея поползли вверх. Водяной шагнул дальше. Перед ним лежал круглый пузатый предмет, похожий на бублик, чуть потрескивая голубыми искрами. Сергей вспомнил.

- Стой, дедуля! - заорал он, - Не надо в эту штуковину тыкать!

Водяной только зло хрюкнул и всадил штырь в бок бублика. Сергей бросился на Бьянзли и повалил ее на землю. Полыхнуло на весь пляж, и туча песка окатила их. Сергей поднял голову. На месте водяного горело чучело, а русалки дружными взмахами хвостов поливали его озерной водой. Чучело зашипело, потухло, зашевелилось, с трудом встало враскорячку и, разогнувшись, протерло глаза бородой. Потом водяной отыскал свою палку и поднял мешок. По слаженности действий русалок стало ясно, что такое происходит уже не в первый раз.

- Помощнички! - прогнусавил он, шагая к следующему предмету.

- Бьянзли! - Сергей чуть ли не рывком поднял ее, - Быстро отсюда!

Они убегали со всех ног вдоль берега, не оборачиваясь на хлопки и озаряющие день вспышки, пока в изнеможении не попадали на песок.

Отдышавшись, они поползли к воде. Отмыть песок из волос оказалось совсем не просто, особенно Бьянзли.

- Корзину бросили, жаль, - сказал Сергей.

- Потом заберем.

- Вот не везет! Теперь без рыбы останемся.

Они помолчали.

- Пойдем, хоть поплаваем, - предложил Сергей, - закрепим то, что ты освоила.

Они зашли в воду, и вскоре хорошее настроение вернулось к ним. Бьянзли быстро прочувствовала как надо держаться на воде, и они принялись играть как дети, ныряя и гоняясь друг за другом. Потом в игре незаметно появились новые участники, и Сергей вместо Бьянзли чуть было не ухватился за большой сколький хвост. Он выскочил на поверхность и увидел эйфорически возбужденную русалку. Ее подруги как заведенные торпеды молча описывали вокруг широкие круги.

- Привет! - крикнул Сергей.

- Тихо! - прошипела ближайшая, - дядюшка услышит! Опять заставит тушить его!

- Значит сегодня не поем?

- Поем! - русалки остановили хоровод и опасно приблизились, - Вот сейчас мы вас оттащим отсюда подальше и будем петь.

- О, девочки, - возразил Сергей, - может быть, мы сами по берегу доберемся?

- Нет, так долго будет!

Перед ними появилось два плавучих листа.

- Залазьте!

Сергей помог Бьянзли и сам забрался на другой лист. Листы как глиссеры с захватывающей дух скоростью заскользили по воде, оставляя позади лучи волн.

Бьянзли взвизгивала на поворотах, когда они огибали попадающиеся кувшинки.

Они свернули в красивую лагуну, в устье небольшой горной реки. Прямо отсюда начиналось ущелье, поросшее густым синеватым лесом. Сергей, державшийся за край листа одной рукой, почувствовал, что вода здесь была почти ледяная. В другой руке он сжимал огромную сорванную по пути лилию, за которой тянулся длинный стебель.

Они остановились.

- Брр-р! - русалки фыркали от холода, - Девочки! Быстрее, замерзаем! Мы же холоднокровные!

Сергей оборвал стебель до приемлемой длины и, дотянувшись до листа Бьянзли, с многозначительной улыбкой передал ей цветок.

Она поднесла его к лицу, на мгновение совсем закрывшись им.

- Пою! - объявила русалка и очень четко, очень правильно сбацала довольно веселенький мотивчик. Едва дав ей допеть, вступила следующая. А на лист перед Сергеем в это время падали крупные речные рыбины. Конкурс получился не очень праздничным, и к его концу русалки стали совсем вялыми.

Как только Сергей выбрал победительницу, они, засыпая на ходу и не прощаясь, потянулись в теплые воды.

Сергей и Бьянзли остались покачиваться на листах метрах в двадцати от берега.

Сергей выпустил лишнюю рыбу, лег на лист, свесив руки и ноги в воду, и, подгребя к Бьянзли, взял ее на буксир. Но она точно так же улеглась на свой лист, и они вместе довольно быстро доплыли до берега.

Здесь не было песчаного пляжа. Сергей вытащил на траву с горными ромашками оба листа и вернулся в воду. Подвывая от холода, он погрузился по шею и смыл рыбью слизь с костюма.

Проблема с переноской рыбы решилась просто. Сергей разрезал кинжалом свой лист поперек как резиновый надувник. Между стенками оказалась пустота, куда он и сложил рыбу. Лист Бьянзли он тоже решил взять с собой в качестве матраца.

Это место было не слишком далеко от их опушки, но солнце уже касалось верхушек деревьев. Они, не спеша, пошли вдоль берега.

- Он зачистил-таки пляж! - заметил Сергей, когда они проходили мимо. Оставался только песок, широко рассыпанный по траве вокруг, и несколько широких воронок. Корзинка валялась там, где они ее оставили, и Сергей тут же переложил в нее завернутую рыбу и кинжал, а ремешок смотал с голени и привязал его к корешку матраца. По высокой траве его легко можно было тащить за собой. Корзинку с завернутой рыбой Сергей поставил на голову и придерживал одной рукой, а другой держал ремешок. Бьянзли несла в руках большой цветок.

Прыгающий на кочках лист вызвал интерес у жителей деревьев и множество мохнатых и глазастых голов свисало вниз, покачиваясь на хвостах. Одна обезьянка свалилась прямо на лист и не спешила убегать, а только ухватилась за край и, обнажив от новых впечатлений довольно внушительные зубки. Сергей так и повез ее как на санках, почти не почувствовав веса.

Несколько обезьянок попытались тоже заскочить на лист, но первая правообладательница визгом и угрожающими жестами отгоняла их.

- Садись рядом! - смеясь предложил Сергей Бьянзли.

- Не выдержит и не станет у нас такого удобного матраца!

- Бьянзли, а у вас есть домашние животные? - Сергею пришла в голову мысль о том, что он сам может восприниматься как прирученное животное, только говорить немного умеет, но явно лучше кошек, которых любят только за внешний вид и за то, что они живут в семье.

- Да, многие воспитывают самых разных животных, и они живут с ними как родные.

- Как полноправные родные? - удивился Сергей, - У нас к кошкам и собакам чаще относятся как к низшим существам. Конечно, о них заботятся, но не считают ровней себе, в общем, с ними не особенно считаются даже если очень привязываются к ним.

- Это несправедливо, - опечалилась Бьянзли, - они же нисколько не менее сознательны, и более ярко и полно воспринимают жизнь, во многом даже более способны. У нас домашних животных воспитывают как детей с рождения так, что возникает достаточно хорошее взаимопонимание, несмотря на самые различные возможности, определяемые телом, из-за чего они могут то, чего не можем мы.

- Если так можно воспитать зверей, то и у такого дикаря как я есть шанс? - он с иронической улыбкой посмотрел на идущую рядом Бьянзли.

- Ты уже слишком взрослый, чтобы тебя воспитывать, - возразила она, мило ему улыбнувшись в ответ, - Разве только устраивать тебе постановочное обучение.

Это вызвало неясный протест.

- Но я же не дурнее кошек и смогу научиться!

- У зверей критические периоды развития гораздо короче, чем у людей, - поясняла Бьянзли, - А у тебя почти все области мозга завершили развитие. Все новые представления и развитие понимания теперь основывается только на уже имеющемся.

- Как жаль, что все так безнадежно со мной, - вздохнул он печально, - но все равно я постараюсь быть как можно полезнее! Уж здесь-то я вполне соответствую окружающему не хуже русалок и дракона с поросячьим хвостиком.

- Да. Я очень тебе благодарна! - Бьянзли пошла совсем рядом, с изумительной нежностью прижавшись к нему, пока очередная кочка не разлучила их.

- Счастливо уживаться можно с кем угодно, - вдруг сказала она после недолгого молчания, - если быть нужным друг другу даже не в каком-то полезном практическом плане, а именно как близкие по взаимному решению. Ведь можно посчитать близким даже неодушевленный предмет, и тот станет дорогим и незаменимым носителем перенесенного на него отношения.

- Это как это?

Бьянзли улыбнулась:

- Пришли. Потом еще поговорим об этом!..

- Обещаешь?

- Да!

Они подошли к своему новому дому. Обезьянка взвилась по веткам наверх и пропала там. Лес наполнялся вечерними сумерками.

Бьянзли поставила свой огромный как кочан капусты цветок в свободную кастрюльку с водой. Нужно было до темноты успеть приготовить еду. Из больших камней Сергей соорудил примитивную печку, и земная медицина опять безотказно помогла разжечь костер.

Бьянзли нацедила свежего древесного сока, и они напились. Жизнь здесь становилась привычной.

Недалеко у ручья она нашла грибной шар, и на ужин у них была тушеная во фруктовой мякоти рыба с грибами.

Они нарвали много травы на свою кровать и сверху положили упругий лист. Потом пошли умываться к ручью и, раздевшись, принялись со смехом окатывать друг друга ледяной водой, от которой захватывало дыхание. Воздух в лесу был теплым и ласковым и такой контраст с водой оказался приятным.

Стало совсем темно и только точки светящихся насекомых и линии слабо флуоресцирующих растений вырисовывали контуры этого сказочного леса.

Они постояли еще немного около еще тлеющей печки, чтобы высохла кожа, вошли в хижину и закрыли дверь.

Эта ночь была достаточно длинной, чтобы они смогли сказать много слов, и стать совсем уже привычно близкими. Заснув лишь под утро обнявшись, они спали пока по крыше не застучали огрызки от завтрака верхних жителей. Потом уже на самой крыше кто-то визгливо начал выяснять отношения.

Сергей принялся водить пальцем по обнаженной коже Бьянзли, едва касаясь ее. Она лежала на спине с закрытыми глазами, но не спала, и он чувствовал, что ей было приятно. Он наклонился и легко поцеловал ее. Она улыбнулась и открыла глаза.

- Привет! - сказал он, - Вот, еще один день мы прожили вместе. Сколько осталось?

- Теперь это не имеет значения, - она счастливо улыбнулась и ласково потерлась носом о его плечо, - моя постановка успешно завершена.

Как внезапно... Сергей привстал.

- Все, что ли? - его настроение завяло, - Мы уже расстаемся?

Она обняла его и прижала к себе.

- Ну, Сережа... это же не игра. Мне совсем не хочется с тобой расставаться!

Он помолчал, приходя в себя, возникла прагматичная мысль, что тут не следует быть навязчивым и демонстрировать свою зависимость. А то, что Бьянзли стала ему очень небезразлична, давно не было для него новостью. Но что он мог сделать, толком не понимая происходящего? Оставалось просто положиться на то, что будет и в крайнем случае не устраивать смертельную трагедию. Не пацан уже.

Они встали и натянули свои черные кожи. Бьянзли тоже была задумчивой. Сергей в очередной раз переставил часы на два часа сорок девять минут вперед. Было уже за полдень.

- Бьян, может мне на охоту сходить? Не одной же рыбой питаться будем! Или уже нужно собираться?..

- Давай выйдем, на мир посмотрим! - она потащила его за руку из хижины.

Они умылись в ручье и напились сока.

Что-то было не так. В лесу наступила непонятная тишина. Сергей застыл прислушиваясь. Но то, что он ощутил, слышалось не ушами, а всем телом, будто рядом неслышно упал огромный стальной лист. И это вновь повторилось еще более явственно.

- Ты чувствуешь, Бьянзли?

- Инфразвук. И очень мощный. Не знаю, что это может быть...

Сергей вытащил арбалет и зарядил его.

- Еще какая-то напасть... - проговорил он.

Некоторое время ничего не происходило.

Вдруг Бьянзли испуганно прижалась плечом к Сергею: по траве, низко стелясь, перемещалось странное существо серо-белесого цвета. Непонятно было, за счет чего оно движется, гладкое, веретенообразное тело почти не касалось травы. Кошмарное создание была в половину человеческого роста высотой и в длину раза в три больше.

Аморфное тело разом вздулось и резко опало, издав неслышный звук, от которого у Сергея затрепетали все органы внутри. В этом существе чувствовалась несоразмерная мощь и непредсказуемость.

- Сережа, - с ужасом прошептала Бьянзли, - что же ты не стреляешь?!

- Тихо... Пошли отсюда, Бьян, - он крепко сжал ее руку.

Из-за деревьев выплыла еще одна тварь.

Сергей медленно потянул Бьянзли назад, они тихо пробирались среди кустов и деревьев.

- Куда мы пойдем?

- Срочно пробираемся к твоему логову, Бьян, здесь нельзя оставаться! - он потянул ее за собой.

Позади раздался тихий прерывистый свист и по спине прошел озноб. Совсем близко из кустов выплыли два чудовища. Мерзко свереща, твари начали обходить их. Сергей не мог сообразить, куда лучше стрелять. Ни глаз, ни других видимых органов не было. Сергей прицелился в бок. Стрела вошла в тело как в дым и с силой ударила в дерево с другой стороны. Сергей схватил Бьянзли за руку, и они побежали изо всех сил. Что-то сбило его с ног. Он кувыркнулся и больно ударился спиной о ствол. В то же мгновение он увидел, как длинное тело с хлопком раскрылось и поглотило Бьянзли. Сбоку громко застрекотало. Сергей метнулся в сторону, но в ушах заложило, все замелькало, и вокруг заклубился серый туман.

Сергей заорал как в подушку. Руки вязли в чем-то упруго-неподатливом, вдохнуть не удавалось. Удушье нарастало, накатила тошнота, и вскоре все провалилось.


Он обнаружил, что дышит без затруднений совершенно свежим и чистым воздухом. Вокруг тихо переливались знакомые, но бессмысленные звуки, успокаивая и отрезвляя. Сергей вскочил, все поняв. Сработал извлекатель. Он был в доме Бьянзли, гарантирующем его безопасность и остановку внешнего времени. Паника отсутпила хотя там в лесу его Бьянзли была в смертельной опасности.

Сдерживая ярость и приступ горя, Сергей нашел взглядом кольцо, оставленное Бьянзли в воздухе. Он протянул руку и коснулся теплого металла. Кольцо висело неподвижно как приклеенное. Тогда он вспомнил про свое кольцо и принялся тереть его. Ничего не происходило.

- Эй!!! - заорал он в пустоту.

Некоторое время ничего не происходило. Потом розовый свет всколыхнулся, перед ним возникла Бьянзли и удивленно захлопала своими глазищами. Нет, это была не та Бьянзли, хотя похожая и в том же черном костюме.

- Ты можешь помочь? Пожалуйста, быстрее! - крикнул Сергей.

- Что случилось? - спросила она, не открывая рта, - Ты включен в постановку?

- Нужно спасти Бьянзли! Она еще живая в...

- Спокойно! - девушка излучала силу и невозмутимую до циничности разумность, - В локальном пространстве время независимо, и можно говорить не торопясь.

Сергей глубоко вдохнул и немного помолчал.

- Сделай что-нибудь! - попросил он, - Ее постановка уже завершена, и почему бы не оказать помощь...

- Ты видишь ее кольцо?

- Конечно, вижу.

- Ее постановка окончится, когда она оденет его.

- То есть ей никто не станет помогать?

- Как участник ты вправе ей помочь.

- Ну а ваши правила позволяют подсказать, как я могу ей помочь?

- Успокойся... У тебя кольцо на руке. Ты его только что активировал и вызвал исключительную ситуацию, которую приходится улаживать мне. Мысленно ты, конечно, не можешь им управлять. И вообще все ограничено твоими возможностями восприятия. Интерфейс получается самый примитивный: ты говоришь вслух, и если это будет понятно интеллекту канала связи, то он выполнит команду. Будь осторожен.

- Не понял. Что я должен делать?

Девушка терпеливо вздохнула.

- Сначала, активируешь канал. Я не знаю, каким именно условным действием.

- О, я знаю, спасибо, и дальше командую голосом?

- Да.

- А как потом дезактивировать канал?

- Он сам это сделает по смыслу команды. Пробуй, пока я здесь.

Сергей потер кольцо.

- Бутылку пива, пожалуйста, - заказал он неожиданно для самого себя. В такой ситуации и вдруг пиво, пусть даже для тестирования кольца.

Кто-то бы, учитывая неограниченность времени, принялся бы тщательно и спокойно кроить планы с детальной отработкой, разумно откладывая спасение до момента полной готовности. Но у Сергея до Бьянзли в жизни не было ничего хоть сколько-то стоящего и значимого. Скорее жизнь его была абсурдна во всех случающихся коллизиях. И потеря Бьянзли для него была несравнимо страшнее потери такой жизни. Поэтому, хотя и без паники, но откладывать спасение он не мог фатально.

Безо всякого дополнительного уточнения деталей перед ним в воздухе возникла чуть запотевшая бутылка пива.

- Ну, хорошо, - оценил Сергей и не смог удержаться от привередливости, - а откуда оно знает, какое мне нужно было пиво и в какой бутылке?

- Все, что ты сам не уточнил, подбирается, исходя из наиболее вероятных предположений. Конечно же, этот предмет был принесен оттуда, откуда ты сам прибыл, используя местную базу знаний. Я еще тебе нужна?

- Один вопрос! Я могу переместиться с помощью этого кольца на свою планету?

- Да.

- И затем оттуда сюда?

- Конечно.

- Пожалуй, тогда все. Спасибо!

- Желаю удачи! - девушка исчезла.

Сначала Сергей подумал о ручном гранатомете, потом задумался. Он, в принципе, должен внезапно появиться около твари в момент, когда она схватила Бьянзли, оглушить ее, вскрыть, схватить Бьянзли и вернуться сюда.

У него есть время, чтобы все продумать и подготовиться, но только пока он находится здесь в локальном хронотопе. Он открыл пиво кинжалом и выпил половину. Затем потер кольцо, подавив опять возмутившуюся совесть.

- Жареную курицу, пожалуйста!

Он обрел рассудительность, но не спокойствие.

- Мне нужен поток воды сверху, чтобы вымыть руки.

Перед ним возник фрагмент небольшого горного водопада. Воздух наполнился приятным шумом и свежестью водяных брызг. Вода просто возникала сверху из ниоткуда и пропадала снизу в никуда. Позади потока виднелась замшелая скала. Обалдеть. Сергей протянул руки к воде, и холодные брызги полетели ему в лицо. Теперь нужно немного отдохнуть и морально приготовиться. Он умылся и снова потер кольцо.

- Я могу получить информацию?

- Да, - раздался мягкий голос с небольшим акцентом, - Кроме того, вы можете получить помощь, ограниченную в разумных пределах и частью потенциала потребления вашего партнера по постановке. Могу сделать инъекцию успокаивающего.

- Пока нет, спасибо.

А вот какой-то стимулятор перед решающими действиями не помешал бы. Сергей задумался.

- А вы кто?

- Контекст данного канала в системе единого разума.

- Вы - живое существо?

- В принципиальном плане - да. Мои структуры не локализованы в одном месте. Я биосинт, и я - часть общего разума.

- Можно попросить вас организовать спасательную операцию на этой планете?

- К сожалению, напрямую вмешиваться в постановку могут только ее участники.

- Тогда мне нужно портативное оружие, парализующее все движущееся, с радиусом действия около двадцати метров.

Перед ним рядом с бутылкой появился причудливый предмет, размером и формой напоминающий компьютерную мышь. Сергей очень осторожно взял штуковину и повертел в руках. Она была теплой и бока, казалось, чуть заметно дышали.

- Требуются пояснения? - раздался услужливый мягкий голос.

- Да, как это работает?

- Это внепространственный индуктор хаотичных электрических импульсов не повреждающей амплитуды. Приводит к общему торможению любых, даже защищенных, биологических систем и сбою электронных систем.

- Хм, что значит даже защищенных?

- Не имеет значения, как будет защищен объект потому, что импульсы индуцируются внепространственно прямо в нем самом.

- Надо же... Как им пользоваться?

- При сжимании боков, начиная с определенного усилия, появится белый луч визуального наведения. Более сильное сжатие вызовет индукцию в объекте, и луч наведения станет красным. Дальнейшее усилие сместит цвет луча наведения выше по спектру и увеличит силу воздействия. Ширина луча регулируется усилием снизу. Луч появляется из пятна на кончике шокера.

- И насколько хватит заряда?

- Энергия поступает по внепространственному каналу и ничем не ограничена.

- А как приводить в чувство парализованного?

- Это зависит от особенностей физиологии. Но, как правило, достаточно рецептивной стимуляции.

- Пощечины, что ли?

- Пощечина вполне может эффективно подействовать на существ большинства типов, согласился голос.

- Ну, спасибо.

Сергей в нетерпении проверил кинжал на ноге. Он сосредоточился, мысленно проигрывая возможные сценарии событий. Вряд ли у него будет второй шанс.

Он потер кольцо.

- Есть ли возможность проследить мое прежнее местонахождение в тот момент, когда меня перенес сюда извлекатель?

- Да.

- Переправьте меня туда, но на три метра дальше в любую сторону.

- Это невозможно. Запрещены любые прямые воздействия в районе постановки.

Сергей замер в минутном ступоре. И что теперь делать? Неужели он не обойдет эти тупые ограничения? От опушки до места довольно далеко. Даже если бы у него был мотоцикл... А с мотоциклом, пожалуй, есть шанс, что Бьянзли еще не задохнется. Вот только он никогда не ездил на нем... Мотоцикл - это его товарищ по горам Борис.

- Могу я переправить сюда человека с моей планеты?

Молчание. Сергей потер кольцо и повторил вопрос.

- Можно, в случае его добровольного согласия.

- Мне нужен телефон, соединенный с телефонной сетью моего города.

Перед ним возникла крутая стационарная модель. Его провод уходил в никуда. Тут же раздался звонок. Сергей с изумлением поднял трубку.

- Алло?

- Иван Игнатьевич? Приветствую, дорогой...

- Я не Иван...

- Слушаю! - раздался в трубке усталый властный голос.

- Не узнал, что ли? Хе-хе...

Сергей осторожно положил трубку, поняв, что подключился параллельно. Он потер кольцо.

- Пожалуйста, мне нужен другой телефон...

Рядом появился еще один. Он позвонил домой, но никто не брал трубку.

Сергей хотел уже звонить к Борису, но вдруг понял, что не помнит его номер. Он вообще никогда не запоминал телефонные номера...

Он заказал бумагу и ручку, затем позвонил в справочную и, после недолгих уговоров, заполучил то, что надо. Телефон каким-то образом оказался в режиме громкой связи. Сергей не стал разбираться и оставил все как есть.

Борис поднял трубку сразу.

- Привет, - сказал Сергей, - Как жизнь?

- Серега, блин! Ты куда пропал?

Зазвонил крутой телефон, и Сергей вытащил его шнур из разъема. Он так и остался торчать из ниоткуда. Что если закоротить его здесь? Ну и помучаются же ремонтники...

- Слушай, Борис. У меня, в общем-то, все в порядке, так что не волнуйся. Но мне очень нужна твоя помощь в одном приключении.

- На гору собрался что ли? - чуть напряженно спросил Борис.

- Нет. Ты все равно не поверишь, пока сам не увидишь. Расслабься, ты знаешь меня, я бы тебя на кислятину не пригласил бы. Поверь, тебе понравится. Как у тебя со временем?

- А на сколько рассчитывать?

- До конца дня справимся.

- А-а... - несколько разочарованно протянул Борис, - ну это без проблем.

- А как твоя тачка? На ходу?

- В полном порядке.

- Ну, отлично. Приготовься, я сейчас тебя заберу через пару минут.

- О кей.

Сергей потер кольцо.

- Мне нужен тот человек, с которым я сейчас разговаривал. Он согласен.

- Невозможно локализовать собеседника по земным телефонным линиям. Но вы можете показать его.

Справа от водопада возникло что-то вроде широкого круглого тоннеля, на другом конце которого он увидел свой город с большой высоты.

- Направляйте пальцем, куда нужно перемещаться.

Сергей ткнул пальцем и это место начало быстро приближаться. Показался и вырос в размерах дом, где сейчас находился Борис и Сергей "влетел" сквозь стену. Впечатление было ошеломляющее. Борис сидел в халате, в своем отделе за огромным столом, в окружении включенных приборов. Перед ним трагически зияли потроха вывернутого на изнанку коструктива. Он тоскливо смотрел на простыню электронной схемы, прикрепленной к стене, но его мысли были уже заняты другим.

- Это он, - негромко сказал Сергей, - давайте его сюда.

Тоннель исчез.


Не прошло и минуты как рядом возникло лежащее навзничь тело, запутавшееся в халате. Сергей с живейшим сочувствием вспомнил собственное появление.

Борис вздрогнул, зашевелился и замер с открытыми глазами. Он тихо и жалобно застонал.

- Борька!.. - позвал Сергей.

Тот неуклюже и испуганно обернулся, наморщил лоб, укладывая в голове увиденное и понемногу трезвея.

- Сергей... что за чертовщина?!

- Боря, все в порядке, не переживай. Я же обещал, что ты равнодушным не останешься. Извини, что вытащил тебя таким способом.

Борис сморщил лицо, с глубоким изумлением уставившись на водопад, перевел взгляд на телефоны, увидел недопитое пиво, висящее в воздухе. Он затряс головой.

- Так ты здесь банкуешь? Кто бы мог подумать... А этого гада зачем ты на меня наслал? Лучше бы кобру в постель засунул.

- Извини, Боря, но я эту тварь не выбирал. Так у них тут заведено. Около Земли вот такие симпатяги подобные поручения выполняют.

Борис вяло погрозил пальцем.

- Ну, тебе многое придется объяснить!..

- Конечно! А к вечеру будешь дома. Помоги мне только.

Борис поднялся и поправил халат. Потом подобрался и ловко ухватил бутылку с пивом, ища глазами, куда бы присесть.

- Откидывайся назад, оно само тебя подхватит.

Борис весь напрягся, зачем-то задержал дыхание и, как аквалангист, ухнул спиной.

Сергей ухмыльнулся, подумав, что сам он выглядел, наверное, не менее забавно.

- Что делать-то надо? - Борис с удовольствием глотнул пива.

- Давай так. Объяснения потом, а пока расскажу только то, что нужно для дела. Короче. Мы сейчас нигде.

- Ну да, это понятно... - Борис в два мощных глотка почти опустошил бутылку. Сразу стало видно, насколько благотворно напиток подействовал на него.

- Это место вне пространства и здесь время всей остальной вселенной как бы остановилось. Нам нужно спасти женщину.

Борис поперхнулся последним глотком, прокашлялся.

- Ну, конечно! - заорал он, - Ищите женщину! У тебя или горы, или женщины! - и он с сожалением посмотрел на пустую бутылку.

- Боря, не тормози, пожалуйста! - Сергей незаметно потер кольцо, - Две бутылки пива!

Борис ошарашено помолчал, потом взял новую бутылку.

- Дай-ка твой ножичек! - попросил он, показывая на кинжал на ноге, - Тут у тебя такая техника! На фига только я тебе еще нужен?

- Ты вникай! В той остановившейся вселенной, я даже сказать не могу в какой галактике, эту женщину только что сцапала очень странная тварь. Как только мы там появимся в реале, пойдет отсчет времени пока она не задохнулась в мешке этой твари. Вот поэтому и нужна твоя тачка. Задача: мы появляемся там, как только можно быстро едем до места, глушим тварей и освобождаем ее. Вот так.

- Дела...

Борис помолчал, вскрывая бутылку кинжалом, - Значит даже не одна тварь, а несколько. И как мы их будем глушить?

Сергей молча показал на шокер.

- Какой-нибудь кварковый взрыватель планет?

- Абсолютно безотказный парализатор. У тебя будет такой же.

Борис хлопнул себя по карманам халата и извлек сигареты.

- Можно?

- Травись на здоровье, - поморщился Сергей.

Борис закурил.

- А ты классно выглядишь в этом прикиде. Только вот щетиной оброс.

Сергей невольно потрогал подбородок. Он и забыл про бритье. Как же Бьянзли терпела такой ужас?

- Жрать хочешь? - озаботился Сергей.

- Не откажусь.

Сергей опустил голову к кольцу.

- Мне нужен набор для бритья с зеркалом, жареная курица, еще один парализатор и еще один костюм как на мне.

Пока Борис ел, Сергей побрился.

Довольный Борис откинулся в невидимом кресле, подняв жирные растопыренные пальцы над коленями.

- Руки вымой в водопаде.

- Это, что, настоящий водопад? - Борис подошел и вывернул голову, пытаясь разглядеть, откуда низвергается вода.

- Конечно. Реальный фрагмент с какой-то планеты.

- А камень сверху не свалится?

- А ты каску одень.

- Ага, я тебя поймал! - Борис радостно заржал, отмывая руки, - Говоришь, время во всей вселенной остановилось? А водичка-то течет!

Сергей озадачился.

- Мне сказали, что остановилось. А ты хорошо вообще разбираешься в пространственно-временной синхронизации?

- Ладно. Покажи, как игрушкой пользоваться.

Сергей взял в руки упругое тело парализатора, навел в сторону и сжал бока. Брызнул яркий сноп света, который послушно сузился, после того как Сергей надавил на низ. Несмотря на чистый воздух, луч был виден так же ясно как в сильно запыленном помещении. Он объяснил Борису то, что знал сам.

- Давай, Боря, скидывай свой мирный халатик, будем комплектовать коммандос.

Даже в черной коже кучерявый Борис скорее походил не на коммандос, а на французского актера комедийных фильмов. Но он начал серьезно проникаться предстоящим. Сергей не раз бывал с ним в горах и не сомневался.

Борис потренировался с шокером, потом подробно расспросил куда нужно будет ехать.

- Кажется, осталось только пригнать твою тачку.

- Это что, опять с той симпатягой встречаться?!

- Неодушевленные предметы можно достать напрямую.

Борисова техника возникла в розовом тумане, еще прогретая земным солнцем, и на мгновение наполнила воздух горячим пластмассовым духом. Почти сразу произошла регенерация, и в воздухе опять осталась только свежесть от водопада.

- Я ботинки надену, - решил Борис, - и тебе советую.

Сергей подумал и заказал им обоим горные вибры.

Его охватило предстартовое волнение. Он решительно потянул вторую бутылку из рук Бориса.

- Потом, Боря. Поехали!.. А, нет, вот еще, Сергей вдумчиво потер кольцо.

- Вколите нам, пожалуйста, какого-нибудь озверина, чтобы максимально быть сильными и эффективными в течение нескольких часов.

- Прямо озверина у меня сейчас нет, но есть психостимулолизин, нейроперфектум экстра стронгиум, энергофлексинол протонный или вигилифорезин.

- Серж, что за дела? Я не хочу ширяться...

- Не переживайте, - голос биосинта стал успокаивающе ласковым, - я введу так, что даже не заметите. Так что выбираем?

- Сами порекомендуйте для предстоящей операции спасения!

- Тогда нейроперфектум экстра стронгиум подойдет в самый раз.

- Да, пойдет, поскорее, пожалуйста!

Что-то горячее покатилось телу, и Сергей напрягся, потому как все вокруг стало предельно конкретным и выпуклым. Но это нисколько не мешало, наоборот, мысли понеслись невероятно целенаправленно, а Борис с выпученными глазами уже газовал на мотоцикле.

- Скажи, старик, она очень красивая?.. О, понимаю! - Борис демонически хохотнул.

- Открывай ворота, что ли!

Сергей потер кольцо.

- Мы выходим.

- Нет. Сначала передайте извлекатель своему товарищу.

- Ах, да. Боря, ну-ка надень это колечко! - он протянул ему свое кольцо, - Это твоя гарантия абсолютной безопасности. Если что - ты просто очнешься здесь, и тебя переправят на Землю.

Борис, не кокетничая, продел в кольцо свой толстый мизинец. Сергей уселся позади, и мотоцикл вылетел в лес, с треском ломая сухие пальмовые листья. Из-за деревьев блеснуло озеро.

- Боря, туда! - Сергей махнул рукой, и они помчались, уворачиваясь от деревьев.

Мотоцикл высоко подскакивал, взлетая на кочках, Сергей судорожно вцепился в поручень одной рукой, держа шокер в другой.

Сбоку промелькнула длинная белесая тень.

- Стой! Вот оно, Борька!

Мотоцикл круто вывернул, глубоко вгрызаясь колесами в почву, и с ревом рванул к чудовищу, которое и не подумало скрываться. Развернув лоснящееся рыло, оно обдало землян мерзким скрежетом. Мотоцикл занесло, и тут же широкий красный луч накрыл длинное тело.

Сергей вырвал ногу из-под упавшего мотоцикла и подбежал к чуть подрагивающему вздутому боку, на ходу выхватывая кинжал. Преодолевая отвращение, он всадил клинок в податливые ткани и тут же содрогнулся от мощного толчка. Перед ним что-то распахнулось, раздался предостерегающий вопль Бориса, и Сергей потерял сознание.

Он очнулся от второй крепкой пощечины, замычал и раскрыл глаза, морщась от боли в голове.

- Извини, старик, тебя тоже пришлось зацепить!

Перед ним стоял Борис.

- Что было?! - Сергей вскочил.

- Ты ткнул ее ножом, и вся эта штуковина распахнулась на тебя как ворота. Ну, я ее лучом снова успокоил. Извини, луч аж позеленел. Небольшой передоз.

- Блин! Значит, оно очнулось от боли. Пока я режу, нужно светить на рыло!

Сергей снова начал вспарывать брюхо, но ткани сразу же стягивались следом. От этого зрелища дурнота подкатывала к горлу. Тут луч от шокера в руке Бориса резко сузился, когда тот нервно сжал его и тут же, лопнув как пузырь, распахнулась сиреневая полость. Там одиноко блестела кастрюля.

- Нет ничего! - Сергей прислушался. В лесу все еще стояла неестественная тишина. Никаких звуков от тварей тоже не было. Вероятно, они вернулись к себе в пещеру. Сергей подавил приближающееся отчаяние. Нужно пролезть в их пещеру.

- Поехали, Борис!

Они вскочили на мотоцикл и через несколько секунд, взлетев на холм, остановились у разобранного домика. Прямо в том месте, где он разделался с василиском, в полу зияла огромная дыра.

- Они все выползли оттуда, Борис! А я про фонарь забыл!

- А того, что в руке тебе мало, растяпа?

- Елки, а ведь точно! Быстрее!

- А веревка, каски?

Сергей схватил в кладовке веревку и сполз в дыру, заклиниваясь коленями и локтями. Колодец был не глубже трех метров, и он быстро спустился на дно.

- Давай!

Через несколько секунд Борис был рядом. Они посветили шокерами в даль. Ход наклонно шел вниз. Здесь стены были уже коренными породами и вскоре они проникли в узкую невысокую щель, покрытую иглами белых кристаллов. Сергей почти бежал, с треском обдирая о свой костюм все, что за него цеплялось. Сбоку, за массивной гирляндой колонн открылся зев широкого бокового хода.

- Куда двинем? - Борис крутил головой, выбирая путь.

Сергей замер, пытаясь разобраться. Им нужно в сторону того родника, где эти твари разделывают добычу.

- Пошли сюда! - Сергей нырнул в боковой лаз. Борис превентивно засверкал красным лучом шокера.

- Ах, гады! - бешено рычал Сергей, кося уже позеленевшим лучом во все стороны, пока не затихли отвратительные звуки.

Борис вышел через короткий проход в зал и с содроганием увидел сплошную белесую массу, занимающую все пространство. Сергей был почти уверен, что Бьянзли не может быть здесь внутри одной из тварей. Полости у чудовищ были явно не желудками, а только багажниками для переноски. Просто так держать в них Бьянзли они вряд ли стали бы.

Они осмотрелись и, как не спешили, заметили, насколько великолепен был этот зал. В высокий свод повсюду вливались фигурные колонны, опоясанные кружевными натечными гирляндами, переплетенными сверкающими как снег тонкими веточками с друзами шаровых игольчатых образований. Все это ослепительно искрилось в ярком белом свете.

Среди изгибов и складок они нашли несколько ходов в нужном направлении. Два из них были достаточно широки. Сергей только хотел войти в один из них как оттуда высунулось острое рыло и молниеносно боднуло его в живот. С глухим стоном Сергей повалился на спину. Борис от неожиданности оступился и чуть не выронил свой шокер. Чудовище истошно взвизгнув, с неожиданной быстротой подскочило к барахтающемуся Сергею. Синий луч выхватил длинное тело и оно, не допрыгнув, мягко шлепнулось на камни. Борис наклонился и протянул руку.

- Идти можешь?

- Вот же гадость... - просипел Сергей, - поднимаясь на ноги, - посвети, я свой парализатор уронил.

Они нашли шокер около лежащих тел. Сергей проверил его, на синей мощности осветив ход, куда собирался пролезть.

- Слушай, старик, - Борис встал рядом, - а сам-то ты защищен как я?

- Не бери в голову.

- Так, так. Стой, я пойду первым, - он рывком протиснулся между Сергеем и стенкой.

- Быстрее, Боря! - взмолился Сергей, и они побежали.

- Пар изо рта! - крикнул, слегка задыхаясь от бега, Борис, - стопроцентная влажность!

Стены были здесь сырыми, сверху капало.

- Значит, правильно идем!

- Здесь колодец! Давай обвяжусь, подстрахуешь!

Сергей наклонился. Градусов семьдесят с трещинами и выступами.

- Некогда, пройдем и без веревки, - он быстро полез вниз. Шокер сильно мешал, но он спустился без особого напряжения, и затем подсвечивал Борису, пока тот спускался.

- Дальше я первый, - Борис зашлепал по воде, пригибаясь в низком проходе и шипя, когда цеплялся головой о растущие сверху кристаллы. Внезапно он замер, освещая что-то впереди. Потом медленно повернулся к Сергею.

- Что увидел?

- Стой... Не ходи туда...

- Какого черта?!

- Старик, мы опоздали... - он опустил глаза и сжал челюсти, - поверь, там уже делать совершенно нечего.

У Сергея ноги стали ватными. Потом он замычал и, оттолкнув Бориса, пошел к небольшому озерцу, в которое затекала вода из прохода.

- Вот козел! - раздался его голос, - Как ты мог так перепутать?

Рядом с озерцом на каменном полу лежало тело русалки с закинутой за спину головой. Борис подошел.

- Это не она?

- Это русалка! - Сергей вздохнул. - Даже до них добрались, гады.

- Прости, старик, кто же знал... - Борис сокрушенно поскреб щеку.

- Что теперь делать? Где-то же она должна быть. А мы как раз там, где они добычу разделывают.

- У меня такое впечатление, что они не едят мяса, - вдруг сказал Борис, - Видишь, она хорошо промыта и уже немало здесь лежит. Они не голодные. Их в зале столько было, что фиг всех мясом прокормишь.

- Может быть...

Они поднялись наверх. И только теперь увидели лаз на стене прямо над колодцем. Они забрались в него. Это была просторная и широкая галерея с довольно ровными стенами, явно искусственного происхождения. Они побежали, гулко топая по гладкому полу.

Неожиданно за поворотом оказался длинный зал с низкими сводами. Они остановились, изумленно осматриваясь. Вокруг стояли каменные фигуры различных животных в натуральную величину. Они были выполнены динамично и правдоподобно во всех мельчайших деталях. А среди них настороженно замерли несколько небольших, раза в два-три меньше обычных, белесых тел. В их поведении было что-то новое. Они явно боялись, неподвижно замерев и только тихо верещали.

Держа наготове шокер, Сергей двинулся вперед, и в зале поднялась паника. Со всех сторон захлопал инфразвук, и вся мелочь бросилась в противоположный конец зала. Земляне побежали за ними.

Внезапно Борис остановился.

- Смотри!

В глубине зала среди скопища тварей виднелся продолговатый камень, частично обработанный в виде женской фигуры. Раньше он был основанием колонны, и верхняя часть сталактита еще свисала над каменной головой.

- Теперь-то я не ошибаюсь, предположив, что это они копируют твою женщину?

- Да...

Два красных луча заплясали по залу, наводя умиротворение.

Сергей полез, шагая через вздутые пружинящие тела. Он добрался до скульптуры, наклонился и тихо вскрикнул.

- Бьян!

Борис подошел и увидел лежащую среди чудовищ бледную женщину с закрытыми глазами. Он наклонился и пощупал пульс на ее шее.

- Все в порядке. Она просто вырубилась.

Сергей осторожно взял Бьянзли на руки и понес, удивляясь ее почти невесомому телу. Выходя в галерею, он споткнулся и Бьянзли открыла глаза.

- Сережа... - прошептала она и снова на мгновение закрыла глаза.

- Потом поговорим, Бьян, - тихо сказал Сергей, - Ты можешь идти?

- Не знаю.

Сергей осторожно поставил ее. Она вполне уверенно держалась на ногах. Они немного постояли обнявшись.

Бьянзли принюхалась к шее Сергея и строго взглянула.

- Нейроперфектум экстра стронгиум?

- Откуда ты знаешь?

- Только он так противно воняет...

- Это только чтобы в тонусе быть при твоем спасении, прости, я больше никогда не буду...

- Биосинт порекомендовал?

- Ну, да...

- Такое в отношении развивающихся форм разума! Ну, я им устрою!...

- Бьян, главное, ты нашлась и все будет хорошо, не нужно их ругать, ладно?..

Бьянзли наклонила голову к его уху.

- Кто это?

- Давай я вас познакомлю по земному обычаю, - прошептал он и жестом подозвал друга. Тот подошел, улыбаясь. Хотя его глаза почти уже не выпучивалсиь, но по его виду нельзя было сказать, что он восхищен красотой женщины, стоящей перед ним.

- Бьянзли, знакомься, это - Борис. Я его позвал с Земли на помощь. Борис, это - инопланетянка...

Его прервал мощный хлопок инфразвука, и Борис едва успел влет остановить огромную тушу. Не меняя мужественного выражения лица под романтическими кудряшками, он галантно кивнул:

- Очень приятно!.. Я, несомненно, поцеловал бы вашу ручку, мадам, но вот...

"Однако, уже клеится..." - подумал Сергей.

- Давайте выбираться!

Сергей и Бьянзли так и пошли дальше в обнимку. Борис сначала шел позади, потом перед спуском к колодцу опередил их.

Он заглянул вниз и тут же отшатнулся.

- На тебе! - зеленый луч сверкнул по рылу, показавшемуся снизу. Оттуда раздался мягкий шлепок упавшего тела.

Борис слез к колодцу и хотел было галантно помочь Бьянзли, но та спокойно и ловко спустилась сама. Однако в последний момент она все же приняла его руку с улыбкой.

- Восхищен вашей ловкостью! - заметил Борис.

К колодцу выходило несколько ходов.

- Кажется мы вышли оттуда, - Борис неуверенно махнул рукой на одну из дыр.

Сергей, уже собравшийся было пройти в одну из них, остановился.

- Ну вот. Я теперь тоже не уверен.

Они пошли в предложенную Борисом дыру, но очень скоро стало ясно, что это не тот путь. Они вернулись и нырнули в другую. Эта попытка оказалась удачной.

Набив несколько дополнительных шишек и царапин на головах о низкие своды, они вышли к земляной норе, ведущей наверх. Сергей положил шокер в карман и вылез. Потом сверху сбросил веревку.

Дневной свет ослеплял. Во дворе было мирно, только разобранный домик наводил на грустные мысли. Кошмар остался позади.

Они все изводились в пещерной грязи, но Бьянзли обняла Сергея и прижалась к нему.

Борис добродушно ухмыльнулся, сунул в зубы сигарету и щелкнул зажигалкой.

- Где тут у вас умыться можно? - спросил он.

- У нас хижина у ручья, - сказал Сергей, - поехали туда, там и умоемся.

Борис залез на мотоцикл, завел его и, отталкиваясь ногами, развернул к лесу.

- Поехали?

Бьянзли явно трусила. Этот ужасающий грохочущий земной механизм не вызывал никакого доверия.

Сергей усадил ее за Борисом, сам прилип сзади, и они с дикими воплями канули вниз с холма.


- Неплохо устроились! - одобрил Борис, умиротворенно сидя в позе лотоса на уже обмякшем листе кувшинки и доедая тушеную рыбу, - Спасибо вам, - он с сожалением отложил посудину, - что мне слегка перепало: с работы и прямо в сказку!

- Что ты, Борька! - возмутился Сергей, - Это совсем не та идиллия, что думаешь! Ты же видишь, что тут творится!

- Ага, вижу, что не идиллия! - он заржал, усевшись на скамейке как на коне, вытянув вперед ноги.

Подошла Бьянзли, менявшая у ручья воду для своего цветка.

- Ты ему, конечно, передал свое кольцо? - спросила она.

- Да, у вас тут жесткие правила.

- Тогда поздравляю тебя с твоей постановкой! - она притянула его к себе и торжественно поцеловала.

- Да? И теперь мне можно в ваш первый класс? - он так и остался в ее объятиях.

Бьянзли засмеялась, поймала его руку с грушеобразным плодом, и откусила кусочек.

- Ты, конечно, не был подготовлен, но все же... - она снова потянулась к его груше, и Сергей попытался перекинуть ее в другую руку, но Бьянзли молниеносно перехватила ее в полете и безраздельно завладела.

- Теперь цепочка удлинилась, - продолжала она, - я доверилась тебе и зависела от тебя, а ты доверился своему другу. Теперь только он может провести нас в мое логово.

- Да уж, какая тут подготовка! - заметил Борис, закуривая, - Мне пришлось так быстро во все это въехать, что я уже ничему не удивляюсь. Даже жалко... Ну, а потом, хоть иногда, можно будет сюда заглядывать?

- Только тебя будет провожать все тот же неловкий парень с длинным языком, - поддел Сергей.

Борис брезгливо передернул плечами.

- Эта образина итак теперь будет являться мне в кошмарах, - он выпустил профессиональную очередь колец табачного дыма.

- Мы будем тебя пускать через черный ход! - заверила Бьянзли.

- Ты слишком хорошо говоришь для инопланетянки, - заметил Борис и посмотрел на часы, - Сколько же мне осталось? Часа три до конца работы. Какова будет заключительная часть развлекательной программы?

- Куда торопишься? - спросил Сергей, выбирая из корзины новую грушу, которая тут же оказалась у Бьянзли.

- Я дома на контроле, - грустно признался Борис, пожимая плечами.

- Вот, попробуй, - Бьянзли протянула ему фрукт.

Он смело откусил сразу половину, начал беззаботно жевать и застыл, медленно постигая новые ощущения.

- Нирвана!.. - оценил он, - Мне даже открылась какая-то высшая истина! Скажите, это тот самый запретный плод из Эдема? - он потянулся к корзине за следующим.

- Смотри, после третьего на Землю уже не захочешь! - честно предупредил Сергей.

Рядом громко затрещали деревья.

- Доброго здравия всем вам, братаны и женщина! - раскатился гулкий хоровой бас.

Борис ошарашено пригнулся и сжал дымящую сигарету в оскаленных зубах, готовый проглотить ее если надо будет.

- Мать твою... - тихо выговорил он, сводя колени и из позы лотоса естественно переходя в спринтерскую стойку.

- Привет, трехголовый! - добродушно отозвался Сергей, - Чего-то надо или просто так?

Борис мелкими галсами подкрадывался к своему шокеру.

Дракон неуклюже протиснулся между стволами, почему-то выбрав самое узкое место, и присел рядом прямо в ручей, надежно спрятав в воду поросячий хвостик. В передней лапе он держал за ноги большую птицу, безжизненно распахнувшую крылья с красными перьями.

- Подаочек вот принес за василиска, - сказала левая голова. Дракон бросил птицу на траву и ее мертвая голова сурово уставилась на сидящих, - добром за добро.

- Ой, спасибо! - искренне обрадовался Сергей, - А то рыбу не могу уже видеть! Так что заходи вечером, если будет рыба - всю тебе отдам.

- Вот и чудненько, братаны, - левая голова попеременно смотрела то на Сергея, то на Бориса, - а отсюда лучше уходите куда подальше. Пещерные здесь рыскают. Я парочку раздавил, когда на меня налетели. Но дико сильные они.

- Знаем уже, - покачал головой Сергей.

- Птица эта из породы бронзовых орлов, - встряла правая ученая голова, - перья - как стальные, может пригодиться для стрел. Ну, пошли мы, - дракон поднялся и, как собака, с шумом отряхнул воду с задней части мощным вращательным движением. Он попятился и вписался в то же самое узкое место между стволами.

Борис оттер лицо от брызг, глубоко затянулся и восстановил позу лотоса вместе со своим душевным равновесием. И это соответственно привело его к философическому настрою. Он придал лицу возвышенные черты, выдохнул дым в виде ядерного гриба и с пафосом изрек:

- Ахренеть... Могу ли я быть удостоен разговора об его устройстве, Бьянзли? Дикарь охотно бы внял мудрым речам женщины с неба об этих сказочных как сон чудесах.

- Ты не дикарь, Боря, хотя относишься к развивающимся формам разума, и это не сон, хоть ущипнись. Я очень тебе благодарна за помошь!

- Не мог поступить иначе! - он наклонил голову к Бъянзли, - Но, старик, ты понял?

- Ну, вроде мы не дикари, но, все же, наивные формы... - Сергей с улыбкой посмотрел на Бьянзли, - Подозреваю, что эта культура настолько высока, что они не кичатся мудростью даже перед домашними животными.

- А вдруг мы вне рамок их гуманизма? - Борис стряхнул пепел с жалкого бычка, добродушно поглядывая на Бьянзли.

- Извини, Боря, но хотя многое тебе кажется грандиозным, уверяю, духовно мы мало от вас отличаемся. А, кроме того, я ведь знаю, - она лукаво погрозила пальчиком, - как у вас в обычае бывает ставить человека в неловкое положение. Признайся, разве твоя жена никогда не ловила тебя подобным образом? Ты ей говоришь, к примеру: "Скушай мороженое, дорогая!" а она: "Ты что, хочешь, чтобы у меня заболело горло?".

Борис потер нос. Больше всего смущала осведомленность о печальном факте существования его жены с ее особой логикой.

- Всеведующая женщина с неба, - он нервно втянул в себя остаток заряда сигареты и щелчком послал фильтр в кусты.

- Ты с огнем осторожнее, - заметил Сергей, - эти кусты воспламеняются как свечки!

Борис поднял руки и побежал за куст искать бычок. Бьянзли рассмеялась.

Борис выглянул из кустов:

- Помню какое-то интересное озеро недалеко отсюда. Предлагаю следующим номером сводить меня на пляж.

- Подходит, - согласился Сергей, - заводись!


Бьянзли уже почти не боялась мотоцикла и даже правильно вела себя на виражах. Они вылетели из леса и, высоко подскакивая на кочках, устремились к озеру. Борис юзом заехал на песок и остановился. Сергей соскочил и поддержал Бьянзли.

Борис озирался, не слезая с мотоцикла.

- Какое озеро! - восхищался он, - Лес, солнце, облака! - Мне это будет сниться унылыми ночами! А горы здесь просто обалденные! Старик, может мы как-нибудь...

Облака действительно стали очень необычными. Огромные пушистые небесные звери сливались в веселой голубизне и превращались в еще больших облачных монстров.

- Вечером дождь будет, - предупредила Бьянзли.

- Поскучайте здесь немного, я объеду озеро кругом, а? - сказал Борис, нетерпеливо газуя.

- Парализатор с тобой? - спросил Сергей, - Нигде там не купайся, опасно! И еще, там сирены, не поддавайся на их пение!

Мотоцикл взревел и, выбрасывая из-под колес струи песка, умчался.

Сергей повернулся к Бьянзли.

- Подождем его, а потом вместе пойдем купаться?

Они уселись на травяной кочке у самой воды.

- Ты снова спас меня, Сережа!

Он просто ласково поцеловал ее.

- От меняя все еще воняет этим стронгиумом?

- Все, чем ты пахнешь, мне нравится!

Это было так приятно услышать, что даже сказать нечего.

Борис вдалеке трещал не громче рвущихся штанов присевшего штангиста. В мир у озера возвращалась тишина, только лес тихо шумел издалека.

- Что мы теперь будем делать? - осторожно спросил Сергей.

- Жить дальше, - улыбнулась Бьянзли, - я начну готовиться к следующей постановке.

- Ты же говорила, что такое - раз в жизнь!

- Теперь на новом уровне и совсем другая тема!..

- Опять смертельная?

- Нет, буду постигать топологию фундаментальных основ.

- Значит, я там уже не пригожусь.

Бьянзли толкнула его плечом.

- Ты что, прощаешься?

Сергей промолчал.

- Тебе ко многому нужно привыкнуть и многое понять, - сказала она, нежно почесывая его за ухом, - а это невозможно так сразу. Но у тебя будет кольцо.

- Оно у Бориса.

- У тебя будет свое. Борис теперь тоже причастен и наверняка захочет этим воспользоваться.

- А много таких причастных на Земле?

- Есть такие. Они дают обязательство не оказывать критического влияния на земную жизнь, да им и не до этого становится!

Они замолчали и сидели обнявшись. Сергею хотелось, чтобы это длилось как можно дольше.

Издали послышался мотоциклетный треск. Борис возвращался с той же стороны, куда поехал. Что-то с ним было не так. Он резко остановился, швырнул под ноги сидящим большую охапку водорослей и, поставив мотоцикл, удрученно опустился прямо на песок. Бьянзли взглянула на водоросли и расхохоталась. Сергей привстал.

- Что стряслось?

На скуле Бориса зрел кровоподтек, щека была в длинных царапинах. Борис что-то невнятно прошипел. Потом осторожно провел ладонью по царапинам и взял себя в руки.

- Совершенно незаслуженно... Еду, любуюсь редким видом, всему миру только добра желаю. Там дальше пляж заканчивается, берег пошел обрывистый, и еду я уже по мягкой траве между деревьями. Засмотрелся на озеро. Там цветы эти растут огромные, как у вас в хижине видел. И только краем глаза вдруг заметил впереди что-то натянутое поперек пути, как уже лечу через руль мордой в землю. Хорошо, что не быстро ехал. Поворачиваюсь, так обидно стало, какой-то сказочный старикан, смотрю, вот эту пакость, - Борис ткнул носком ботинка в водоросли, - бороду свою зеленую, очень резво с деревьев сматывает. И словами он меня крыл просто невозможно обидно. Между прочим, еще орал, что какой-то Авдотье от него тоже достанется.

- Это он про меня! - всхлипнула Бьянзли, вздрагивая от беззвучного смеха.

Борис удивленно взглянул на нее.

- Очень хотел я его уделать, но, чувствую, что-то не в дугу, треснулся я основательно. Тогда просто достал шокер и вломил ему дозу. Стою, не знаю куда злость слить. Вспомнил, что в инструментах у меня ножик есть, ну и срезал ему зеленую паклю на фиг чтобы больше ловушки не устраивал. Теперь с козлиной бородкой будет ходить. Объясните мне, что это за тварь и чего ей от меня нужно было?

- Борис, что ты наделал?! - Сергей, давясь от смеха, приподнял двумя пальцами зеленый ворох, - Он тут за экологией следит, а ты явно не вписался. Ты водяного оскальпировал! Он эту бороду тысячу лет отращивал!

- Слишком сильно он меня уделал, - Борис снова ласково потрогал свои царапины.

- У этого дедка здесь самоотверженная миссия. Я его даже зауважал. Но повадки, конечно, отвратительные. Он, наверное, тебя со мной перепутал, - сочувственно вздохнул Сергей, - Я его однажды от Бьянзли отвадил довольно грубо.

- Да и фиг с ним, - махнул рукой Борис, - так почему в этом озере купаться опасно? Сейчас бы очень не помешало...

- Ты уже с этой опасностью справился, - заверил Сергей, - так что пойдем купаться, пока водяной не очнулся.

Они минимизировали костюмы до бикини и ринулись в воду. Случайные взгляды Бориса невольно застревали на фигурке Бьянзли.

Они купались, даже не выходя на пляж, под все более мрачнеющим небом, пока их не обнаружили русалки, потребовавшие продолжения конкурса. Борис пришел в эйфорический восторг. Он тут же принялся командовать, очаровал их всех и дошел до того, что устроил гонки на русалках, которые он же и выиграл. Потом передал им бороду водяного с раскаянной просьбой не держать зла.

Все небо покрылось плотными облаками. Борис, в который уже раз, взглянул на часы.

- Ну, что, прощаться, пора, - наконец решился он, - через полчаса мне нужно бы появиться дома, чтобы потом не отменять мамины заявления на поиск моего тела.

- Поехали ко мне, - заявила Бьянзли, - в моем доме у тебя будет еще сколько угодно времени.

Они уселись на мотоцикл, с пробуксовкой вырвались на траву и, быстро уменьшаясь, помчались к лесу.

С пляжа вслед дохнул порыв ветра с озера, гоня запах рыбы, подхватил сухую мелочь с берега и закружил высокими воронками. Упали первые большие капли.

Борис подкатил к колеблющимся между стволами теням и осторожно въехал в розовые сумерки. Мотор заглох, и стал слышен шум водопада и настойчивый телефонный звонок.

Бьянзли слезла с сидения и, с одобрением посмотрев на водопад, протянула руку к его струям.

Сергей взял трубку.

- Алло?

- Добрый вечер! Сергея можно? - раздался очень уверенный и приятный женский голос.

- Я слушаю, - удивленно ответил Сергей, досадуя на режим громкого связи.

- Привет! Ты что, прячешься от меня?

Борис привычно уселся в пустоту с невероятно многозначительной мордой. Бьянзли продела палец в свое висящее в воздухе кольцо, сняла его, подошла сзади к Сергею и положила подбородок ему на плечо.

- На фига мне прятаться? - удивился Сергей.

- Ты что, опять пил? Как-то странно говоришь... Ладно, я сейчас приеду!

- А ты уверена, что правильный номер набрала?

- Ты кое-что забыл, малыш. Щас приеду и напомню.

- Давай, - равнодушно разрешил Сергей и повесил трубку.

- Зачем же ты ее послал куда-то, старик? - удивился Борис.

- Не знаю. Она мне почему-то не понравилась.

- Кушать хотите, мальчики? - спросила Бьянзли.

На образовавшейся серебристой поверхности начали появляться совершенно незнакомые, интригующие предметы.

Любознательный Борис принялся крутить в руках какую-то розовую клизму, а Сергей, увидев знакомый шар, подхватил его и присосался с невозмутимым видом. Клизма не выдавливалась, и Борис с азартом подключил инженерный уровень своего интеллекта.

- Это слишком сложно для наивных форм разума, сдаюсь! - он весело взглянул на Бьянзли, оставив попытки разгадать инопланетный несомненно дружественный интерфейс.

Бьянзли подсказала Борису, что делать с клизмой и он поплыл по течению гурманства.

Было так хорошо и беззаботно в этом мирке, где можно было не считать часы и ничего не опасаться, Борис шутил и дурачился, и Сергей вполне благодушно принимал это, но чуть озабочено поглядывал на Бьянзли. Она не включалась в их с Борисом эйфоричность, возможно помня про еще не закончившееся действие нейроперфектум экстра стронгиума, как это бывает с трезвенником в подвыпившей компании.

- Вот как после такого питаться на Земле? - беспечно шалил Борис.

- Тебе не хотелось бы сделать жене какой-нибудь подарок? - предложила ему Бьянзли.

- Ммм... спасибо, но нет, - отклонил предложение Борис.

- Кольцо останется у тебя. Когда надумаешь снова окунуться в наш мир, нужно будет просто потереть его. Так что теперь ты сам сможешь делать почти любые подарки.

Борис молчал некоторое время, переваривая такой десерт.

- Так просто?

- Да. У кольца очень много функций. Сам все постепенно освоишь. Кое-что очень не сразу. Можешь не бояться, пока кто-нибудь будет рядом, кольцо не активируется. Если что-то в твоем поведении начнет противоречить некоторым обязательным правилам, тебе подскажут, как избежать неприятностей. Смотри, не теряй кольцо!

- Вот уж не ожидал... Спасибо! Ну, раз все не настолько безвозвратно, то самое время мне отсюда валить.

- Без проблем, - махнула рукой Бьянзли, - только точнее пожелай куда нужно переместиться.

Борис поднялся и хлопнул Сергея по плечу.

- Оставляю за старшего. Береги Бьянзли, если что - сразу меня вызывай. Пока.

- Пока. Еще встретимся на Земле. Я позвоню, - пообещал Сергей.

- Ага...

Зазвонил телефон.

- Тебя, наверное, - улыбнулась Бьянзли.

- Алло?

- Где ты, гад, прячешься!??

Бьянзли фыркнула совсем как земная женщина.

Явственно раздались всхлипывания. Сергей тяжело вздохнул.

- Слушай, не реви... Знаешь что, у меня в башке сегодня фигня какая-то, не помню... задиктуй мне свой телефон, я позвоню, как только смогу.

- Врешь...

- Точно позвоню.

Пока Сергей записывал телефон на бумажке с номером Бориса, вокруг сгущалось нездоровое молчание.

Сергей положил трубку и поднял глаза.

- Что?.. Боря, прощальная просьба. Не вздумай отказать, - он протянул ему бумажку, - когда приедешь... ну, скажем, в районе завтра, пожалуйста, позвони, утешь ее, ты же теперь все можешь!

- Ну, старик...

- Разве это превышает твои коммуникативные способности? Человеку реально плохо, почему не помочь, раз уж она о нас споткнулась.

- Хорошо, разберусь, - Борис небрежно взял бумажку, подошел к своей одежде и нерешительно почесал загривок, - А как бы переодеться?

Бьянзли огородила его переливчатым туманом. Оттуда тут же раздались чертыханья, и Сергей поспешил на помощь. Потом появился уже земной Борис, застегивая рабочий халат.

- Ну, пока, Бьянзли, может быть, еще встретимся, - он сел в седло, - Извините, сейчас нагазую тут... - он поднял руку с кольцом ко рту и проговорил место.

- Пока! Все будет в порядке, - Бьянзли помахала рукой.

Мотоцикл, взревев, рванулся и исчез.

- А теперь ты, - сказала Бьянзли, и ее глаза чуть расширились.

- В смысле тоже валить? - зачем-то переспросил потухший Сергей.

- Устраивай свои дела там и быстрее возвращайся! Завтрашнего дня тебе хватит? - она нежно прижалась к нему, подняла его руку и одела на палец кольцо связи.

Это означало немыслимо иную жизнь, о которой он ничего не знает. Он молча застыл. Старый Сергей умер, а новый еще толком не родился. "Мне нужна непосредственность" - спасительно подумал он, - "Обычная пацанская непосредственность..".