Гейман А. М.
Четвертый альбом

Lib.ru/Фантастика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Гейман А. М. (don_sokeyta|sobaka|nm.ru)
  • Обновлено: 03/07/2010. 23k. Статистика.
  • Сборник стихов: Поэзия Ну и стихи впридачу
  •  Ваша оценка:
  • Аннотация:

  •   Ч Е Т В Е Р Т Ы Й     А Л Ь Б О М
      
      
      * * *
      
       В студеной росписи стекло,
       Трамвай летит в февраль.
       От сердца к солнцу отлегло,
       А солнце катит вдаль.
      
       Пускай с утра еще мороз
       За щеки щиплется до слез,
       И ты чуть насмерть не замерз,
       Но вот же, - не замерз.
      
       А солнце вон уж как горит,
       И твой трамвай к нему летит,
       А небо - словно голубой
       Плывет огромный кит.
      
       Он стыл водою ледяной
       И тоже мерз, а все живой, -
       Смотри, как плещет над тобой, -
       Тебя он охранит.
      
       2.12.84
      
      * * *
      
       Неожиданность легких встреч люблю,
       Когда вечер, и сны ни о чем, и грусть.
       Когда взгляду случайному оглянусь
       И во взгляде скользнувший смех ловлю.
       В незнакомом от детского есть лице,
       Позолочен солнцем его овал, -
       И уже у зари и губ в кольце
       Белый город плывет из слов в слова.
       Этим полувопросам и грусти в такт,
       Этой бледности тонких и смуглых рук
       Так легко подобрать вечерний звук,
       Как уже совпадает с шагом шаг.
       Эти губы попались на влажном "ой",
       И их можно заучивать наизусть,
       И, о Господи, вечер-то твой какой, -
       Я сегодня, наверное, вновь влюблюсь...
      
       5.01.82
      
      * * *
      
       Настал теплый апрель, отошел ледоход,
       Март метели унес и морозы истратил,
       И любимая снова по миру идет,
       На ней белый платок и зеленое платье,
      
       Она сходит с ступенек и делает шаг,
       Улыбнувшись и за спину косы закинув,
       И плывет над ней цвет белых вишен в садах,
       И, безумствуя, птицы зовут ее имя.
      
       Я стою от тебя далеко-далеко...
      
       9.12.84
      
      * * *
      
       ЕВАНГЕЛЬСКИЕ МОТИВЫ
      
      
       ..........................
      
       2.
       Ты великий, такой же, как все, - и иной.
       Твои льются дожди и снега.
       Ты умеешь быть звезды, песок и прибой.
       Не постичь, где твои берега.
      
       Я хотел бы увидеть, как ты глядишь, -
       Большеглазый, мечтающий вслух,
       В час начала, когда ты всему предстоишь,
       А вокруг звездный кружится пух
      
       И в круженьи его восстает бытие, -
       Так свободен твой выдох и вдох,
       Так легко тебе мочь вдохновенье твое, -
       Бог творенья - и даже не бог.
      
       10.03.84
      
       3.
       В нагорье ли ночной порою
       Или в долине под горой
       Сидел один, костер устроив,
       И подошел к нему второй
       И сел напротив. Помолчали,
       Трескучий слушая костер,
       И тот, который был вначале,
       Вздохнув, продолжил разговор:
      
       - Ты знаешь, я был человеком,
       Как был им каждый, - хоть и ты,
       И, как и все, я был калека,
       Не понимавший красоты.
       Уже я сам себе стал ношей,
       Но так тому случилось быть,
       Что встретил я почти засохший
       И пожалел, и стал лечить
       Росток. И он воды напился,
       И в камне корень прорастил,
       И ввысь пошел, и заветвился,
       А я, сочувствуя, следил
       За ним. И вот, однажды полднем,
       Посередине трудных лет
       Я огляделся, - и наполнил
       Мне зрение нежданный свет:
      
       Красиво, - снег на солнце тает,
       Плывут по морю корабли,
       Сосна шумит, мир обитаем
       По разуму детей земли.
       Небесный круг пролег, красиво, -
       Стекло прозрачно, кроток зверь,
       Близка звезда, и тайна жива
       Вчера и завтра, и теперь.
       И сколь ни грозно и могуще,
       Сколь ни бессмертно бытие,
       А всем живым равно и суще,
       А всем, - так что здесь не мое?
      
       Ведь вот же я - в цветеньи вишни,
       Что верит, любит, - то и я,
       И не верховностию вышней,
       А просто это суть моя:
       Вдохни - и я, - а воздух всюду,
       Льет свет - я в нем неугасим,
       Воды дотронься - я там буду,
       Подвинешь камень - я под ним.
      
       А ты... Ты странный, неспокойный,
       Ты ищешь доли в дележах
       И входишь в бедствия и войны,
       И смертный собираешь прах,
       Все копишь раны, числишь боли,
       - А их считать не перестать, -
       Как будто непременно с бою
       Взять хочешь, что не знаешь взять.
       Зачем? Давно твоя, - живая,
       Сама даруется любя.
       И я тебя не понимаю.
       И я хочу понять тебя.
      
       Второй кривился - и, дослушав,
       Взорвался: - А, так, значит, ты
       Убогим исцеляешь души
       Прикосновеньем красоты?
       Ты, значит, круг небесный правишь?
       Ты движешь в море корабли?
       Куда тебе! Ты не убавишь
       Пылинки из земной пыли.
       Не ты, не ты Закон свершаешь,
       Не ты - куда тебе! - за край
       Миров ухоженных ступаешь
       И знаешь бездну - ну, так знай:
       Покуда там, в надзвездной тверди
       Твоя устроенность текла,
       Не ты был благ и милосерден,
       А я тебя спасал от зла.
       Я, я в трудах кровавил руки,
       И в раны я влагал персты
       И смертных подвигал на муки,
       Что этого избавлен ты.
       Но так, я это знал, - уж мало
       Тебе заоблачно царить,
       И ты затеял все начала
       Под свою длань соединить
       И хочешь сам быть. Что ж, попробуй,
       Но глянь туда, где тьма и в ней
       Не злобой даже, а утробой
       Безмозглой разлеглась своей,
       Которая бы все побрала,
       Чья бездна - черная вода,
       И этой - только я управа
       И отраженье, - вот туда,
       Туда иди, ее изведай,
       Встань там, как воин к рубежу,
       И выстой, и - да будь с победой! -
       Но будь один, - я ухожу.
      
       И он ушел, а тот остался,
       Грустил и спорил сам с собой,
       Чему-то молча улыбался
       И слушал ночь, где шел второй.
          ___
      
       Наутро видели: с востока
       Созвездья начали бледнеть.
       Явился свет и рос высоко,
       И птицы принимались петь.
       В тот час глаза зверей открылись,
       Звери вставали и к воде
       На берег шли, и там напились
       До пробуждения людей.
       А те застали ветер с моря
       И красный в очаге цветок,
       И снег, что розовел в нагорьях
       И таял, и в долины тек.
       Лучи дробились в водной пыли,
       И блики были без числа,
       И корабли по морю плыли,
       И вновь был день, и ночь была.
      
       март 1990, 8.05.90
      
       4.
       Ты - не знаю, какой, - я ведь знаю свое,
       А я смертен - Тебе ли не знать.
       Мне высоко и самое имя Твое,
       Но зову Тебя - как и не звать.
      
       Потому что - не ведаю - просто зову.
       Потому что земля велика
       Для меня одного. Потому что живу, -
       И Твоя
       надо мною рука.
      
       Потому что в любви моей и нелюбви,
       И в ошибках, которых не счесть,
       И в исходе сомнений за круги свои
       Снова Ты, потому что Ты есть.
      
       Потому что Ты суть во мне. Или тогда,
       Словно первому и одному,
       Как бы мне отзывалась хоть эта звезда
       Вечной тайною - н и п о ч е м у.
      
       Нет, не с дальних пустынь и не с ближних церквей,
       Не мольбой и жестоким постом, -
       Ты и так не оставишь по вере твоей
       И очистишь, и примешь в Твой дом.
      
       И заглавная буква Тебе не нужна, -
       Это мне для Тебя, - а Ты Сам.
       И равны пред Тобою Твои имена,
       И не с тем Тебя ждут, и не там.
      
       А Ты так: не в лицо, не в касание, - лишь
       В предрассветное, в миг чистоты,
       Когда время кончается - Ты предстоишь, -
       И всегда Твое солнце, где Ты.
      
       19.08.1992
      
      * * *
      
       1.
       Говоришь: Когда я говорю: люблю -
       Ты не верь - это только любовный яд.
       Это только я таю в нем и горю, -
       Так, пылая, все женщины говорят!
      
       Но, конечно же, нет, не в слова твои,
       А все ближе я верю в лицо твое,
       В рук предчувственный трепет и забытье
       Твое долгое, грозное, - как в любви,
      
       Когда нет ни имен, ни слов, ни чувств
       В той нечаянной радости той черты,
       Где из неба седьмого - как я хочу -
       Вечно падает солнце - как хочешь ты.
      
       И когда я тебя привожу к себе
       После улицы снежной, шагов, огней,
       И так странно мечтается о судьбе
       Не моей, перепутанною с моей,
      
       И я знаю только, что полн тобой,
       Что опять начался колдовства наплыв
       И тревоги уносятся - ни одной, -
       Только счастье и губы твои теплы.
      
       И ты споришь с собою: да! нет! -
       И уже уступаешь: любимый! да!
       И опять разрывается круг планет,
       Солнца падает бешеная звезда -
      
       Унести мою память - где ты, где я,
       Твои губы признаньем обжечь: твоя!
       О, любименька пухленькая моя!
       О, богинька излюбленная моя!
      
       11.06.85
      
       ..................................
      
      * * *
      
       ГИМН ЗАПАХОВ
       (Подражание Ригведе)
      
      
       Они всюду, на каждом шагу, они
       Обступают, галдят, и хватают за руку,
       И ведут за собой, - как зазывалы
       На базаре богатом, шумном, -
      
       Запахи, запахи! Запах белой сирени
       Белой ночью июньской - благоухание!
       Он подстерегает, он в ноздри шибает,
       Он - дыхание, им не надышишься.
      
       Запах ужинов, когда пусто в кармане,
       Запах щей из окна - благоухание!
       Чуя их, поэт идет улицей.
       Никого друзей дома нет. Запахи!
      
       "Что я делаю в этой ночи? Зачем? -
       Так клянет он себя, так он мучится.-
       Я в ней таю, как льдинка под кипятком."
       Ночь июня! Натощак ее лучше не слышать.
      
       Пахнет звездами с неба. Пахнет
       Мокрой солью в речном порту.
       Запах трав отовсюду - водоворот.
       Запах женщины - так и мерещится.
      
       Все раздал имена: ты - пивного ларька,
       Ты - пролитой сметаны, а ты
       Уходи! Я не знаю тебя! И вас! И вас!
       Вон пузатый идет - пусть пузатый вас нюхает!
      
       Нет, повсюду они, на каждом углу,
       Тенью следуют, чуть как пчелы не жалятся.
       Быстролетные, жгучие, они входят с дыханием,
       И совсем уже обнесло голову.
      
       Он - как вор, что застигнут в чужом саду, -
       Колокольчик задел, и на звук колокольчика
       За беднягой кидаются сторожа,
       По его чутью его же выслеживают.
      
       Нос зажав, он бежит, а сад не кончается.
       Сигарету стрельнул, - но разве их выкуришь?
       Он грозится им так: вот приду, вот поем,
       Выйду сытый, счастливый, - тогда не подступитесь!
      
       1985, 29.09.89
      
      * * *
      
       Вот дороже лакомств и хрусталей,
       И мехов, и вина, - это хлеб, когда
       Хочешь есть, и с мороза - уснуть в тепле,
       И, когда ее хочешь пить, - вода.
      
       Вот дороже воды - это воздух - тот,
       Где за крохотной крохотную звезду
       Расточает вселенная - снег идет -
       И творится безудержно - я иду.
      
       Вот дороже вселенной: среди друзей
       За беседой, как чашею круговой,
       Своя чувствовать други - что нет своей, -
       А свои - это значит - себе быть свой.
      
       Вот - сказать ли, - дороже? - твоих ресниц
       Упадание, - ты улыбнулась, ты
       Покраснела, решилась, - и встреча лиц -
       Как молитв совпадение - так чисты.
      
       Но бесценное - с чуткостью часовых
       У окна слушать стихшие мир и град
       И, в ночи различая шаги двоих,
       Безошибочно верить: сестра и брат.
      
       4.11.90
      
      * * *
      
       С А Г А
      
      
       История стара, как мир, стара.
       Чертовка варит, варит, варит
       Для завтрашних, кому уже пора,
       И нынешних, и всякой Божьей твари.
      
       Летит земля, распахнутая твердь,
       На ней качаются большие океаны
       И суша, и, куда ни посмотреть,
       Всю покрывают племена и страны.
      
       Кипит котел, идет за родом род,
       Теснясь толпой паломников на волю,
       И человеки, каждый в свой черед,
       Дождавшись, получают долю.
      
       И все спешат, любому невтерпеж,
       Колотится, будто о двери узник.
       Войдешь еще, - еще каким войдешь, -
       Себе на грех, другому ли союзник.
      
       Но вот, вошел. И сразу закричал, -
       История стара, как мир, как дети,
       Из коих каждый на берег ступал
       И ждал даров, как первый бог на свете.
      
       Ну что ж, вот жизнь, - она так коротка,
       Прими и смерть, - она того короче,
       А что за ней - не знай, гадай, - пока
       Не явится, не будь помянут к ночи.
      
       А до того - люби и проклинай,
       Приобретай дела, года, обновки
       И, думать нечего, - расхлебывай давай
       Сготовленное старою чертовкой.
      
       Все испытай - вкус пресный будних дней
       И едкого, седьмого соль крутую,
       И хмель по праздникам, и темный жар страстей,
       И пепел их, и жажду неземную.
      
       Такая звездная ночами тишина,
       Такая радость по утрам бывает,
       И есть моря, и страны, и волна
       В походе дальнем корабли качает.
      
       Иди и ты, познай и дно, и высь,
       И кривизну дорог прямоходящих,
       Из них люби людей, но ужаснись
       Чудовищ - и смешных, и настоящих.
      
       Не обманись, - как раз подстерегут,
       Навалятся, не спереди, так сзади,
       Окрутят глупого и за-фук заберут
       Бессмертную, и в мир ходить отвадят.
      
       И уже ясно, - счастью не бывать, -
       Посветит миг - и канет, и таится.
       А жизнь летит, - и что о ней понять?
       На то и жизнь, она - Жар-птица.
      
       Так что ж твое? Неумолимый труд,
       Тебя ворующий - за деньги, по закону,
       А чтоб терпелось - зрелища да блуд,
       Да голубая пьянь с тоски зеленой.
      
       Нет, все не то, все кольца суеты,
       Все крепче цепь, лишь упованья рвутся,
       Уносятся, и нет тебе мечты.
       А ты вот есть, - куда ж теперь вернуться?
      
       А может быть, все будет хорошо,
       Ты станешь свят, ты будешь капитаном
       С гремящим именем и щедрою душой,
       Всех впереди, как вождь слонов в саваннах.
      
       Вот ты идешь, к звездАм воздев главу,
       Вот твой корабль с волнАми в поединке
       Сминает их, как слабую траву, -
       Ведь ты большой, и что тебе травинки.
      
       Твой путь к стране, той самой, ты дойдешь,
       Ты не уступишь даже той, с которой
       Не сладили ни истина, ни ложь,
       Ни колдовство, ни бронетранспортеры.
      
       В ночи, о путеводная, сияй!
       Гонимые, ликуйте в миллионах!
       Ты их введешь в обетованный край,
       Вовек блаженных и преображенных.
      
       А вот и нет... Что было, то и есть, -
       Старо, как мир и в мире - грусть о чуде, -
       Как что-то там, чего не знают здесь,
       Как что-то здесь, чего уж там не будет.
      
       И не достигнута красивая страна.
       Травой осеннею волнуется саванна.
       И осыпаются, как листья, имена,
       И счастлив, кто минует безымянно.
      
       Стара, стара... Путь многих, путь людей.
       Зачем, не надо думать о великих,
       Ведь души всех, как в небе журавлей,
       Больших и малых, равно тонут клики.
      
       А вот земля, распахнутая твердь.
       С нее уходят, к ней приходят капитаны.
       Она одна, она не примет смерть,
       На ней качаются большие океаны
      
       и суша.
      
      
       август-сентябрь 1990
      

  • Оставить комментарий
  • © Copyright Гейман А. М. (don_sokeyta|sobaka|nm.ru)
  • Обновлено: 03/07/2010. 23k. Статистика.
  • Сборник стихов: Поэзия
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.