# Мы одиноки... беззащитны... неразумны...

А М Гейман

МЫ ОДИНОКИ... БЕЗЗАЩИТНЫ... НЕРАЗУМНЫ!..


- Лас! - поправил отшельник Фардо, значительно подняв палец. - Лас, а не Мас. Лас-рей-ви-ну.


Сокк Шавва недоверчиво уставился на старика.


- Но во всех свитках и преданиях резиденция Мондовирта называется Масрейвину, - возразил наконец знаток древностей.


Старик Фардо похихикал.


- Тем более смешно полагаться на эти байки, - назидательно заметил отшельник. - Масрейвину было торговым городом, что-то вроде круглогодичной ярмарки. Но Мондовирт Фим там не жил. Он жил вон там, - Фардо махнул рукой, показывая направление, - по другую сторону этих холмов. И Ласрейвину было его гнездом, крепостью. Его так назвали из-за прозвища, которое получил сам Мондовирт - Ласрейвину.


Сокк Шавва ошеломленно поморгал. Неужели все это правда? Неудивительно тогда, что в старом городище никто не нашел никаких сокровищ - ни кладоискатели-любители, ни две ученые экспедиции из Дхаранга. Но...


- Но отчего же... Я хотел сказать - откуда ты знаешь это, Фардо?


- Я наткнулся на его печать, - объяснил Фардо. - Тогда я еще пас коз и слонялся там и сям по горам. Староувестийский язык еще не выветрился из моей памяти, и я сумел разобрать полустертые руны. А потом я наткнулся и на лаз.


- Лаз?


- Да, лаз - проход, через который можно проникнуть в развалины крепости Мондовирта, в подземелье.


- И ты не попытался найти сокровище! - вскричал Сокк Шавва.


Фардо снова захихикал - на этот раз еще насмешливей и веселей. Некогда он был, как и Сокк Шавва, ученым сухарем, книжным червем из Каванги - прибрежного государства, соперника Дхаранга по части торговли и славы покровителя наук. Фардо хорошо знал семью Шаввы - он бок-о-бок с его дедом преподавал в Ликее, вот почему теперь Фардо принял Сокка довольно любезно. Он не отказал ему в приюте, что, по слухам, иногда случалось при встречах с горе-кладоискателями, - богатыми молодыми бездельниками, что, прихватив девчонок, приезжали развеяться сюда в горы. А теперь вот Фардо поделился столь бесценными сведениями!


- Сокровище? - переспросил меж тем Фардо, весело хихикая. - Хе-хе... Сокровище! Слушай, Сокк, внук Шаввы, если уж я оставил покойные кабинеты Ликея и разочаровался в науке, то неужели какое-то золото, - которого, кстати, тут и нет, - может меня соблазнить?


- Нет, я имел в виду, - поправился Сокк, - неужели не интересно отыскать в этих развалинах ключи к разгадке тайны? Ведь про Мондовирта сами чародеи рассказывают легенды... Кстати, откуда ты знаешь, что в развалинах нет золота?


Отшельник пожал плечами:


- Проверь сам, Сокк. Ночуй здесь, а утром я могу тебя проводить. Вот только подумай - действительно ли это тебе так нужно? Это сокровище или, как ты говоришь, ключи к тайне?


- Ты же сам был исследователем, Фардо, - отвечал Сокк несколько недоуменно. - Кто же из ученых откажется от возможности узнать больше?


- Ну, что же, это не худший из способов чем-то занять дни жизни, - миролюбиво отвечал Фардо.


Утром он проводил Сокка к месту. Они взошли на гору, и отшельник посохом показал:


- Вон там, за теми камнями. С твоего позволения, я не буду трудить свои старые ноги.


- Спасибо, профессор Фардо, - поблагодарил молодой мужчина, - я сам отыщу лаз.


- Ох, годы, годы... - прокряхтел бывший профессор Ликея - и неожиданно легкой походкой стал спускаться по склону. Трабос, пес Фардо, на прощание тявкнул и вильнул хвостом Сокку, а затем последовал за хозяином.


Сокк нетерпеливо сбежал с холма. Фардо говорил, что в подземелье как будто бы сохранились какие-то вещи и книги. Подумать только - книги самого Мондовирта! Вот так редкостная удача... впрочем, чур, чур! - как бы не сглазить. И угораздило же не кого-нибудь, а старого Фардо разгадать тайну. Ведь все искали таинственное наследие в развалинах Масрейвину - то-то они все вместе нашли несколько горстей медяков!..


Сокк протиснулся в лаз, и сердце его забилось. А вдруг... Он чувствовал себя скорее любопытным мальчишкой, нежели ученым. Впрочем, повод для дальнего путешествия был у него уважительный. Формально он не искал сокровища Мондовирта. В одном редком манускрипте он обнаружил кое-какие намеки, по которым смог рассчитать местоположение того, что, возможно, дало основание для многовековых пересудов о наследии Мондовирта. Оставалось только проверить эти вычисления на месте, вот в этих самых развалинах, а там можно будет приступать к труду о древних пропорциях фортификации и... ну, там видно будет. Хорошо, что уже у самой цели Сокк получил бесценную подсказку от Фардо - вот бы он стал сверять древний план с другим городищем! Надо же, Лас! - Лас, а не Масрейвину!.. И может быть, осенило внезапно Сокка, эта же разница в одну букву даст ключ и к заклятию, что он нашел в той же рукописи.


Подземелье, куда попал Сокк, поначалу было не таким уж беспросветным: это был еще не подвал, а нижние этажи, заваленные песком и глыбами, упавшими сверху, с обветшавших стен и перекрытий. Но дальше ход вел вглубь, и Сокк зажег захваченную масляную лампу. Неожиданно у него появилось чрезвычайно сильное чувство, что за ним кто-то наблюдает. Казалось, какие-то тени мелькнули по стенам, и Сокк нервно заозирался. Он стал успокаивать себя тем, что в такой бесплодной глуши нечего бояться ни разбойников, ни хищников - ни тем, ни другим просто нечем было кормиться. Последней поживой были козы Фардо, да и тех старик продал уже несколько лет тому назад и теперь жил с огорода, который мог пропитать разве что такого высохшего аскета, каким стал он сам. И все же - кто-то, казалось, незаметно сопутствовал Сокку, разглядывая его скорее с любопытством, нежели враждебно.


Сокк поплутал, пока сумел, наконец, соотнести восстановленный им план здания с расположением комнат и ходов подземелья. Несколько раз он обошел все по кругу, надеясь увидеть что-либо, что даст ему последнюю подсказу. Но никаких знаков или надписей не попадалось - только сухая пыль под ногами да гальки. Он уже второй раз долил масло в лампу, и свету оставалось минут на сорок. Неужели же все путешествие было зря? Досадно!..


Решив снова заночевать у Фардо и назавтра вернуться, захватив побольше масла, Сокк разочарованно побрел к выходу. Черт бы с ним, с тем местом на старинной карте, но где же хотя бы книги, которые вроде бы видел Фардо? Сокк огорченно вздохнул. И вдруг - как бы в ответ послышался другой вздох, не менее обиженный и разочарованный. Сокк остановился. Послышалось? Или - это эхо? Вдруг в шаге от него по стене трепыхнулись странные тени. Сокк поспешно оглянулся - никого. Тени снова взметнулись, и Сокку почудилось - в стене есть просвет, и вот оттуда-то кто-то и глядит на него. Испугавшись и рассердившись одновременно из-за этого страха, Сокк грозно рявкнул:


- Эй, кто тут? А ну, выходи!


Для пущей убедительности Сокк стукнул по стене кулаком. Удар был не слишком силен, и однако - кладка кирпичей рухнула, будто только того и ждала. Глазам Сокка открылась ниша, в которой не было абсолютно ничего. Впрочем... Нет, вот на стене какая-то надпись, какие-то буквы, вытесанные в камне. Сокк поднес лампу ближе и наполовину наощупь разобрал фразу на староувестийском: КМЮЧ МАСРЕЙВИНУ ЛОНДОВИРТ ФИЛ. Ниже в стену был вбит какой-то гвоздь, из сплава наподобие бронзового. Он был не тронут временем - без патины или ржавчины.


Сокк хмыкнул. Значит, все-таки Масрейвину! Фардо ошибся. Но почему Лондовирт Фил, а не Мондовирт Фим? Непохоже было, чтобы часть буквы М стералсь в обоих словах. И кстати, что это такое - кмюч? И Сокка вновь осенило: все проще некуда, здесь же явное указание, что Л и М заменяют одна другую! Итак, надпись гласила:


- Ключ Ласрейвину Мондовирт Фим, - вслух произнес Сокк. - Он вновь пожал плечами - а что это за ключ? К чему?


Может быть, этот гвоздь? Он протянул руку и неожиданно легко вынул гвоздь из камня. Повертел его. Гвоздь и гвоздь. Может быть, снова откуда-то пришла догадка, надо прочитать заклинание? Если, конечно, эта абракадабра в той книге и впрямь заклинание... Сокк прочитал текст несколько раз. Никакого результата. А может быть, шепнул ему внутренний голос, заменить во всех словах Л на М и обратно? Опять без толку. Впрочем, нет, нет - гвоздь в руке Сокка вдруг засветился, будто лучина, и - растаял, как кусок сахара в воде. Сокк ждал, что будет дальше.


Ничего. Только стал коптить фитиль в лампе, вытягивая остатки масла из колбы. Разочарованный и раздосадованный, Сокк поторопился к выходу наверх. Надо будет обсудить все со старым Фардо - может, он опять что-нибудь подскажет...


Сокк поднялся наверх, и опять - какие-то тени мелькнули рядом. Теперь к ним добавился еще и шорох и, показалось Сокку, перешептывание. "Не здесь, - померещился Сокку слабый женский голос, - позже, у выхода". Боясь оглянуться, кавангиец поторопился выбраться наружу.


Он вылез под лучи послеполуденного солнца и вдруг - услышал протяжный стон. Это не было вскриком боли или мучения, - скорее, вздохом глубокой тоски по чему-то желанному и недостижимому.


- Мы одиноки, - прошелестел по воздуху сладкий голос.


Сокк шарахнулся и принялся нервно озираться по сторонам.


- Мы одиноки! - повторилось громче и настойчивей.


Кавангийский историк глянул прямо перед собой, и челюсть его отвисла: впереди на камнях сидела обнаженная красавица с рыжими волосами до пят и с глазами изумруднее изумрудов. Она держала на коленях и гладила огромную рыжую кошку с глазами точь-в-точь как у самой незнакомки. Кошка поглядела на Сокка и жалобно мяукнула.


- Мы одиноки! - в третий раз пропела нагая красавица, голосом просящим и сладостно-томным одновременно.


В тон этой жалобе откуда-то сверху раздался могучий сокрушенный вздох. Сокк непроизвольно вскинул голову, и ему стало плохо: над ним, возникнув неведомо откуда, нависал гигант, ростом повыше пары слонов и еще более могучего сложения. Испугаться по-настоящему, однако, Сокк не успел - великан скорчил плаксивое лицо и, глядя на Сокка взглядом ребенка, ждущего утешения от доброй мамы, проревел:


- Беззащитны!


И гигант грязным кулаком размазал слезы по своему лицу - довольно добродушному, но без каких-либо признаков умственного развития. Он преданно ел глазами Сокка, словно ожидая, что вот Сокк-то, наконец, защитит его - или их - от невзгод и опасностей этого скверного мира. А вслед за тем послышался еще один голос, тонкий и какой-то инструментальный, - он напомнил Сокку звук несколько расстроенной клавесинной струны. Этот голос протренькал:


- Неразумны.


Глаза Сокка подвинулись на этот клавесинный писк, и он заметил у сандалии великана свисающего на какой-то металлической нити не то краба, не то паука размером с обычное блюдце. Этот краб-паук был похож на приплюснутую шкатулку почти квадратный формы, но по бокам его тела шли красные маленькие глазки. Все трое выжидательно смотрели на Сокка - впрочем, за выражение глаз паука-краба Сокк, конечно, поручиться не мог - они просто слегка поблескивали или светились.


- Что вам от меня надо? - выдавил наконец из себя историк.


Все началось сначала:


- Мы одиноки!.. - пропела-промурлыкала голая девица.


- Беззащитны! - проорал, обливаясь слезами, великан.


- Неразумны, - пропищал струнным голоском красноглазый краб.


Сокк не мог взять в толк, что ему делать. Может, дать деру, пока не поздно? Хотя вряд ли можно убежать от такого громилы...


- Хм... Ну, я пошел, - пробормотал он наконец и сделал шаг в сторону.


- А мы? - заголосили все трое. - Ты не возьмешь нас с собой?!.


- Н-ну, я... - Сокк взглянул на нагую красавицу, смущенно отвел глаза, взгянул на гиганта, втянул голову в плечи и решительно отказался: - Нет! Не возьму!


- Мы незаметно! - пропела зеленоглазая девица.


- Тихонько! - прогромыхал великан, и оглушенный Сокк затряс головой.


- Невизуально, - дополнил краб-паук.


Не зная, что отвечать, Сокк только разевал рот. Голая девица как-то неуловимо быстро оказалась возле него и припала к нему жарким телом.


- Ну, пожалуйста! - сладко прошептала она. - Пожалуйста...


Сокк ощутил такое томление и блаженство, какого до сих пор не дарили ему объятия самых нежных и пылких красавиц. Он начал терять сознаие и сам не заметил, как его губы разжались и ответили утвердительно на эту мольбу.


- Он согласен! - ласково пропела зеленоглазая фея.


- Согласен! - ликующе проревел великан.


- Согласен, - пискляво протренькал паук-краб.


В один миг все они пропали из виду. Сокк ошеломленно потряс головой. Может, ему все померещилось? Или это охранительное наваждение Мондовирта? Да уж, это и впрямь небезопасно - тревожить покой чародея, даже умершего.


С полной путаницей в мыслях Сокк добрел до хижины Фардо. Вернее - до того места, где она была еще утром. Теперь же ее не стало - ни малейшего следа. Сокк не заблудился, как решил было поначалу - все остальное было на месте: колодец и тропинка к хижине, и дерево, в тени которого они вчера беседовали с Фардо, попивая травный чай - да вот и след от треножника с котелком чая. А... где же тогда дом, где сам Фардо? Еще одна загадка! И серьезное затруднение, между прочим, - вместе с хижиной отшельника исчез багаж Сокка и все деньги. Как же быть?


В неясной надежде, что все как-нибудь само собой разрешится, Сокк решил подождать Фардо здесь, а если тот не появится - переночевать и с утра добираться до города. Предстояло два дня пути натощак, если не повезет встретить кого-нибудь раньше, и Сокк приуныл. К тому же, к вечеру стали собираться тучи, суля грозу. Сокк приуныл еще больше, но ближайшим укрытием было подземелье Ласрейвину, а возвращаться туда он хотел меньше всего. Что ж, он насобирал веток и травы и устроил себе лежанку и подобие шалаша над ней.


Против ожидания, Сокк быстро уснул - видимо, приключения минувшего дня были слишком утомительны для его мозга, и он спешил дать себе отдых. Ночью действительно началась гроза. Но Сокка это не коснулось никоим боком - ни ветер, ни ливень, ни, избави Бог, удар молнии. Когда он проснулся все же от особенно громкого раската грома, то молния высветила его глазам поразительную картину: над собой Сокк увидел давешнего великана - он, казалось, еще прибавил в размерах. Гигант держал над Сокком ладони, сложенные вместе в подобие шатра. Вряд ли Сокк догадался бы, что этот шатер - ладони гиганта, но в этот самый миг великан как раз наклонил голову, заглядывая, чтобы проверить, как там Сокк. На самом же кавангийце лежало что-то теплое и шерстяное, укутав его с головы до ног. Кто-то промурлыкал Сокку в ухо:


- Спи, крепко, милый, все спокойно...


- Может быть, показать хозяину электрическую схему грозы? - клавесинно пискнул знакомый голос. - Весьма любопытное распределение напряженности.


- Отнюдь, Вырик, уймись, - мурлыкнул сладкий голос, - его специальность история.


Сокк поспешил провалиться в сон.


Утром он проснулся в отличной настроении, свежий и полностью отдохнувший. На свежую голову он стал размышлять над вчерашним и понял, к своему стыду, что свалял дурака. Как это он не сообразил расспросить вчерашних знакомцев о них самих? Ученый, называется!..


Сокк открыл глаза и вспомнил, что не ел уже почти сутки. Огорчиться этим ему не пришлось - в головах у его травяной постели была разложена снедь - как раз все те блюда, что он любил: говяжий язык, острый сыр, пара некрупных форелей, копченых с пряностями, и чидайское некрепкое пиво. Да уж, его гастрономические пристрастия не были секретом для неизвестного доброхота! Однако вчерашней тройки тоже нигде не было видно.


Сокк не стал ломать голову над всем этим, а всласть наелся и тронулся в путь. До полудня все проходило без приключений - ни шороха, ни тени вчерашних загадочных существ. Но когда Сокк остановился передохнуть, чьи-то невидимые руки услужливо подвинули ему возникшее из ниоткуда ложе, а теплый ветер принялся ласково овевать его щеки, отгоняя прочь докучных комаров и мух. Сокк, не отвлекаясь на это, снова на славу закусил и решил, что настала пора с этим что-то решать.


- Эй! - благодушно позвал он воздух. - Появитесь, что ли.


- Мы одиноки! - пропела девица - в этот раз она появилась без кошки.


- Беззащитны! - прогромыхал гигант.


- Неразумны, - хором с крабом-пауком произнес Сокк. - Это я уже слышал. Кто вы такие? Чего хотите? Как вас зовут?


Он ожидал, что они снова затянут свою песню про одиночество и так далее, но нет:


- Фим, - представилась девица.


- Мондо, - пророкотал великан.


- Вирт, - тренькнул краб-паук. - Вирт Ласрейвину.


- Можно проще, - добавила рыжая фея. - Мы его зовем Вырик.


- Хм-хм, - ошеломленно заперхал Сокк. - Вы что же - все вместе и есть тот знаменитый волшебник Мондовирт Фим?


- Он нас бросил, - заныла девица. - Он нас покинул!..


- А! - сообразил Сокк. - Значит, вы трое и есть то сокровище Мондовирта, которое все эти столетья пытались разыскать?


- Коэффициент интеллекта двадцать четыре процента, - тренькнул Вирт.


- Это он про кого?


- Это Вырик про тебя, - сообщила Фим, поедая Сокка влюбленными глазами. - Он произвел измерения.


Сокк закусил губу.


- Это кто каким-то там крабам позволил мерять мой интеллект? - запальчиво поинтересовался он. - Что это значит - двадать четыре процента?


- Четверть возможного для среднеразвитого интеллектуала, - тренькнул Вирт. - Это относительно хороший показатель.


Сокк побагровел. Чуткая Фим мгновенно уловила его настроение и сделала нагоняй крабу-пауку:


- Вырик, ты совершенно нетактичен! Сокк обиделся, Сокк расстроен!


- Мы неразумны, - извинительно пропищал Вырик.


- Да уж, - согласился Сокк. - Ну, а теперь - чего вы от меня хотите?


Троица наперебой принялась уверять, что им ничего не надо.


- Но вы преследуете меня по пятам! - не поверил Сокк. - Зачем?


Рыжая девица, влюбленно хлопая зелеными глазищами, напомнила:


- Но ты же сам позволил нам сопровождать тебя...


В общем, Сокк битый час пытался добраться до истины, но не преуспел. Они определенно что-то скрывали, но что? Сокк заходил то с одного боку, то с другого - то пытался расспросить напрямую, что они за существа, то заводил разговор о Мондовирте, надеясь, что они как-нибудь проговорятся. Гигант, очевидно, был простодушен, но столь же и несведущ ни в чем, а изумрудноглазая ведьма легко обходила его ловушки. Наконец, Сокка надоумило вспомнить о Фардо. Он поинтересовался его судьбой.


- Он плохой, - заныла Фим. - Он не стал с нами дружить!


- Он не принял нас! - скорчив детски-обиженное лицо, проревел Мондо.


- Он просчитал варианты, - клавесинно пискнул Вирт.


- Ох, какой ты дурак, Вырик! - укорила девица. - Не слушай его, милый...


Но Сокк начал усиленно расспрашивать и наконец уяснил, что именно старый Фардо каким-то образом вызволил эту троицу из заточения в развалинах. Однако престарелый ученый почему-то не захотел иметь с ними дело. Правда, он пообещал им, что пошлет кого-нибудь взамен себя - и этим кто-то оказался Сокк. Получалось, старик все подстроил нарочно - включая эти подсказки про Л и М. Вот только зачем? Сокк заподозрил что-то неладное - должно быть, у старого хитреца были на то какие-то веские основания. Он налег на вопросы, и тут, как бы между делом, Фим вставила, что Вирт знает наизусть все хроники МГодана Третьего. Эти хроники были страстью Сокка, его "пунктиком", и историк забыл обо всем на свете.


- ...В год хвостатой звезды, - тренькал Вирт, - сын МГодана ПВодин поднял мятеж в западных областях. По наущению злокозненного дяди негодный принц провозгласил короля смещенным с престола и...


- Откуда ты все это знаешь? - спросил наконец совсем ошалевший от бесценных сведений Сокк.


- Вирт знает все анорийские хроники, - отвечала Фим.


Теперь кавангийскому историку стало по-настоящему плохо - разумеется, плохо от избытка счастья. Усомниться в правдивости сказанного ему даже не пришло в голову - что такое для волшебника Мондовирта было вложить в своего помощника знание всех хроник. Сокк представил себе все те загадки, что теперь будут разрешены, и тот рывок, что с его помощью... ну, хорошо, с помощью знаний Вирта сделает историческая наука... Да... Они еще что-то обсуждали и, кажется, сошлись на прежнем, - Сокк подтвердил свое согласие на общество этой троицы. Опять, "невизуальное" - до тех пор, пока сам Сокк не захочет обратного.


Потом - Сокк уже не помнил этого отчетливо - он вроде бы пожаловался на долгий путь до дому. И, кажется, обмолвился, что вообще-то хотел бы сначала завернуть в Поддирах - там, по слухам, были уникальные манускрипты в библиотеке царя Агакхи. Дальнейшего он не запомнил. В ушах его стоял какой-то звон, в глазах туман, и вдруг - все пропало.


Сокк огляделся - он стоял где-то совсем в другом краю, у края дороги, ведущей к городу, - и город этот, как было заметно даже с расстояния, был непохож на те, к которым привык глаз Сокка. Во-первых, все было гораздо роскошней - много причудливых высоких зданий и башен, ярко и разноцветно окрашенных. А во-вторых, стиль и сам дух архитектуры был далек от простой геометрии зодчества Северо-Востока, где обитал Сокк.


Кто-то шепнул ему в ухо: "Это Бонгат, столица Поддираха" - а вслед за тем клавесинное треньканье принялось снабжать Сокка грузом сведений по истории Поддираха, его этнографии, географии, экономике и так далее. Но Сокк скомандовал всем заткнуться и не спеша направился к городу. Он был одет по-походному и, видимо, не слишком выделялся на глаз туземцев - внимания на него обращали мало. Однако в воротах Бонгата его остановили стражники, опознав чужеземца. Сокк заплатил пошлину - у него невесть откуда оказался кошелек с суммой денег более чем солидной - и на расспросы о себе и цели прибытия отвечал, что, как историк, хочет поработать в государственных архивах Бонгата, - если, разумеется, на то будет высочайшее соизволение. На это стражники от души расхохотались, и один, подмигнув, сделал странное замечание:


- У этого архива черные глазки и корона на голове, да?


- Не он первый, не он последний, - философически заметил напарник и зевнул.


Голос в ухе Сокка тотчас растолковал подоплеку:


- Принцесса Вигира на выданье и устраивает состязание для претендентов.


Это объяснило Сокку поведение стражников, но заинтересовало его мало: Сокк был закоренелым холостяком и к тому же, не интересовался возможной наградой. А она, как нашептывала ему Фим, состояла в наследовании престола Поддираха, но это Сокку было и вовсе ни к чему. Так что он выбрал - по подсказке Фим - постоялый двор поприличней, а утром отправился во дворец договориться насчет допуска в архивы и всего прочего, что ему требовалось.


Дождавшись приема у секретаря, Сокк стал излагать причину своего путешествия в Бонгат, и в это время на галерее вверху появилась принцесса Вигира. Она окинула Сокка критическим взглядом и, похоже, не пришла в восторг от облика нового, как она подумала, соискателя ее руки. Наклонившись через перила, она громко окликнула секретаря:


- Арха, это который по счету?


Арха, вскочив с места, склонился вслед за Сокком в поклоне. Он разъяснил:


- Ваше высочество, это историк из Каванги, а не соискатель.


- Все верно, ваше высочество, - подтвердил Сокк. - Я только скромный ученый, прошу разрешения поработать в ваших архивах. Не таким, как мне, мечтать о... - он затруднился - о таком недостижимом чуде...


На это Вигира скривила губки и окинула Сокка новым взглядом - не то разочарования, не то презрения. Не говоря более ни слова, она величественно удалилась. Сокк в тот же день обо всем договорился и получил нужную бумагу с королевским доизволением и печатью - вот это и впрямь было чудом, и Сокк догадывался, чьих рук это дело. Он уже после полудня зарылся в груду старинных фолиантов и свитков. Тут его ждала новая встреча с Вигирой - некий каприз завел высокородную барышню в хранилище древностей и манускриптов.


- Нет, я хочу посмотреть самые-самые старые рукописи! - звенел в музейной прохладе ее высокий звонкий голос.


В ответ смотрители что-то подобострастно шамкали. Принцесса заглянула в угол, где у стола сидел Сокк, и сделала удивленное лицо:


- Вы уже здесь? Не ожидала...


Сокк снова раскланялся. Он предполагал, что юное венеценосное любопытство быстро пресытится академическим покоем хранилища, и Вигира вскоре покинет его. Не тут-то было. Молодая дама битый час слонялась из конца в конец, выказывая на редкость неистощимую любознательность и столь же редкостную неугомонность. Ее высокий голосок был прекрасно слышен из самого дальнего угла, и Сокк не мог сосредоточиться. Через час он понял, что ученых штудий на сегодня не получится, и решил наведаться сюда под вечер. Направившись к выходу, он вновь повстречал принцессу. Они едва не столкнулись - Сокку показалось даже, что Вигира нарочно выскочила из-за полок, чтобы Сокк налетел на нее. Он отстранился в последний миг, и извинился со всей наличной учтивостью:


- О, ваше высочество, прошу прощения за мою неловкость...


- Как, вы уже нашли все свои манускрипты? - выгнула брови принцесса.


- О, нет, - отвечал Сокк. - Это было только самое первое знакомство со здешними сокровищами.


- В таком случае, удачного продолжения, - любезно кивнула Вигира.


Сокк прошел к выходу и обернулся. Вигира смотрела вслед с выражением какой-то странной обиды и неудовольствия. "Что я ей сделал?" - удивился Сокк.


- Она влюбилась! Сокк ей нравится!.. - затянула Фим. - Скажи, Вырик!..


- Коэффициент любовного интереса девяносто семь процентов, - тренькнул Вирт.


Сокк велел им замолчать. Он вернулся на свой постоялый двор, где как раз накрывали общий ужин для постояльцев. Соседом Сокка оказался немолодой толстячок с брюшком.


- Баронет Гомда пар Кевиа... - он с полминуты называл свою славную фамилию по ее полному именному титулу и заключил: - Для друзей просто Гомда. Я из Кейдера.


- Сокк Шавва, - представился историк. - Из Каванги.


Они поболтали и узнали друг о друге начальные сведения.


- Вам хорошо, - вздохнул Гомда. - Вы, ученый, в стороне от этой суеты... А я...


- Вы вздыхате, как влюбленный, - заметил Сокк.


Гомда расхохотался.


- Да я даже еще не видел принцессу. Говорят, впрочем, что она действительно красавица.


Сокк пожал плечами:


- Я не сказал бы, что высокородная Вигира страдает от каких-либо изъянов, но, признаюсь вам откровенно, и ослепительной красоты я не заметил.


- Вы ее видели? - оживился Гомда.


- Да, дважды, - и Сокк рассказал о своем знакомстве с Вигирой.


- Счастливчик, - снова вздохнул Гомда.


- Если вам это сватовство в тягость, зачем вы приехали на турнир? - удивился Сокк.


- А почему бы и нет? - отвечал Гомда. - Я младший сын в семье, у старшего пар Кевиа уже двое своих сыновей, так что наследовать лен мне никак не светит. А тут хоть... - баронет сделал неопределенный жест рукой. - А потом, кто знает? Я не так плох на мече, правда, - Гомда помрачнел, - говорят, будут еще какие-то задачи, а я в арифметике не силен... Да нет, куда мне, - вдруг признался он. - Тут есть маркиз Ассой и принц Лет, красивые богатые молодые люди, сведущие во всех науках и, говорят, прекрасные бойцы. Я уж не говорю о политической подоплеке - ведь за каждым влияние их собственных стран и престолов. Так что...


Баронет снова вздохнул. Они поболтали еще о том и о сем, и разошлись по комнатам немного вздремнуть. Сокк под вечер отправился прогуляться по Бонгату - идти в архив было, пожалуй, уже поздно. Кавангийцу повезло еще на одну встречу - принцесса Вигира в сопровождении кавалькады придворных возвращалась с прогулки к реке. В ее свите были также маркиз Ассой и принц Лет и еще кое-кто из соискателей - самые знатные, разумеется, и самые.... - в общем, те, насчет каких распорядился царь Агакха. Прочие соискатели толпились вдоль дороги, подкручивая усы и бросая пламенные взгляды. Неожиданно Сокка вытолкнули в этой давке чуть не под копыта одной из лошадей.


- Ах! - послышался вскрик принцессы. Она спрыгнула с лошади и поспешила к кавангийцу.


- Вы не ранены? - участливо спрашивала принцесса. - У вас на лице кровь. - Вигира вынула платок и отерла лицо Сокка. Умоляю вас - не сердитесь на оплошность моей фрейлины - она никудышная наездница. Азара, ты едва не наехала на нашего ученого гостя! - упрекнула принцесса.


- О, пустяки, все в порядке, - успокаивал Сокк.


- Нет-нет, мы должны отвезти вас во дворец - пусть наши врачи вас осмотрят, - настаивала Вигира.


Под прицелом множества завистливых глаз Сокк стойко отражал натиск принцессы и, в конце концов, отбился. Однако у него в руках остался платок принцессы. К Сокку тотчас подскочила толпа ревнующих соискателей, подняв оглушитленый галдеж.


- Сударь, вы не сделаете одолжение? - наперебой восклицали они. - Умоляю вас - за любую сумму!.. Платок!.. Если вы соблаговолите!..


Сокк заметил среди них Гомду и быстро отдал платок ему. Баронет расплылся в широкой улыбке среди похоронного молчания прочих претендентов на бесценный сувенир. Вместе с Гомдой Сокк вернулся в гостиницу. Гомда опять сокрушался:


- Ну почему, почему вам так повезло? Почему меня не угораздило попасть под копыта?.. Эх!.. Завтра я нарочно брошусь под ноги лошади Вигиры...


- Но ведь приз все равно достался вам, - напомнил Сокк.


- О, да! - просиял Гомда. - Это ведь доброе предзнаменование, как вы считаете? Кстати, мой друг, вы были несправедливы к принцессе - она не просто лишена телесных недостатков, она - самая настоящая красавица.


Сокк расхохотался:


- А, вы, наконец, сподобились и влюбиться!


Утром Сокк поспешил в архив наверстывать упущенное. Он не поверил своим глазам, застав у одного из столов с рукописями принцессу. Вигира была всецело поглощена изучением летописей и едва заметила приход Сокка. Она рассеянно кивнула ему, на миг оторвавшись от свитка, и снова углубилась в чтение.


Но не более чем через полчаса принцесса очутилась подле его стола с вопросом об одном неясном месте в тексте. Она показала свиток Сокку:


- Вы не растолкуете мне, что здесь имеется в виду?


Вигира наклонилась к столу и указала пальцем место на бумаге. Ее плечо шоркнулось о плечо Сокка, волосы щекотали его ухо. Сокк поневоле заерзал. Принцессу же, как оказалось, интересовало старинное предание о влюбленной королеве Алипсе и заморском рыцаре. Сокк и Вигира немного об этом побеседовали, и принцесса вернулась за свой стол, недвусмысленно показывая, что не собирается докучать заезжему ученому. Но вскоре у Вигиры появился новый вопрос. Она развернула свиток на столе Сокка и, наклонясь к столу, прислонилась к спине кавангийца грудью. Сокку стало не по себе. По счастью, в эту минуту заглянул служитель архива, чтобы справиться, не угодно ли чего ее высочеству. Принцесса попросила принести лимонаду. Они с Сокком тем временем довольно мило поболтали - Вигира расспрашивала Сокка о разных исторических диковинках, - в основном, ее интересовали разные любовные истории знаменитых властителей Анорины, а Сокк, увлекшись, прочитал чуть ли не двухчасовую лекцию на эту тему.


Ближе к полудню принцесса ушла по неотложным делам, дружелюбно пожелав ему успеха в его научных изысканиях. Сокк, взвесив все, пришел к мысли, что Вигира совсем не вздорная глупышка, как ему почудилось поначалу. Он даже проникся к ней симпатией, хотя ему по-прежнему был несколько странен ее внезапный интерес к истории и к нему лично. Но ему пришло в голову, что она ведь, как-никак, готовится к замужеству, - вероятно, отсюда и эта историческая любознательность. Конечно, девические романтические грезы плюс королевское тщеславие, - ну и, желание, чтобы уж если любовь, то не хуже, чем у Трора и феи лазурного солнца...


- Сокк, ты ей нравишься, - зашептала Фим. - Сокк, это твой шанс!..


Сокк послал всех подальше, присовокупив одно замысловатое ругательство, которое он почерпнул как раз сегодня в одном алхимическом пергаменте.


Едва стемнело, как кто-то постучал к нему в дверь. "Гомда", - ошибочно подумал Сокк. В открытую дверь скользнула фигура, закутанная в темные одеяния. Она откинула с головы капюшон, и у Сокка отвисла челюсть: это была Вигира...


- А... м-м... - бессвязно бормотал он.


- Не ждали? - с сияющими глазами спросила принцесса.


В следующий миг она неуловимо быстро окзалась близ Сокка и упала ему на грудь. Пока ошарашенный историк пытался увещевать Вигиру, бормоча что-то про пропасть между ними и тому подобную чепуху, принцесса прижималась к нему все теснее. Ее тепло начало обжигать Сокка, и он почувствовал, что теряет голову. Собрав всю волю, он хотел было отстранить Вигиру силой, но тут она подняла голову, посмотрела в его глаза сумасшедшими глазами - и вдруг впилась ему в губы своими губами.


Дальнейшее Сокк помнил смутно. Его обожгло пламя, что было еще мягче, глубже и жгучей того огня, что коснулся его, когда его обнимала зеленоглазая колдунья. Это длилось, казалось, всего один миг - но когда он истек, уже близился рассвет, а Вигира умывалась и одевалась в закутке, где стоял умывальник. Она вышла с сияющим лицом и припала к Сокку в долгом поцелуе. Отстранившись, Вигира окинула его взглядом безумно счастливым и прошептала, приникнув к уху:


- Будь у меня сто невинностей, я бы их все потеряла с тобой... как сегодня... милый...


В том же плаще с капюшоном Вигира покинула Сокка. Историк присел в кровати и застонал. Как это могло случиться? Почему?!. Зачем?!. "Бежать! Срочно бежать!" - гудело у него в голове. Этого, однако, он не сделал - бурная ночь не прошла бесследно, и уже через миг Сокк, отключившись, рухнул обратно и провалился в забытье.


Проснулся он от стука в дверь. Это оказался Гомда. Наскоро прибравшись и накинув халат, Сокк впустил его. Гомде, как видно, не терпелось поделиться какой-то свежей новостью, но, взглянув на лицо Сокка и кинув взгляд вокруг, Гомда остановился и удивленно склонил голову:


- А ученые люди, оказывается, не такие уж и аскеты! Ни за что бы про вас ни подумал... А я-то еще гадал всю ночь, откуда несутся эти страстные всхлипы...


Потерявшись, Сокк забормотал что-то вовсе невразумительное.


- Ну, ну, - махнул рукой Гомда. - Я не охотник совать нос в чужие дела, прошу прощения, что сболтнул тут лишнего... Я к вам совсем с другим - вы слышали новость?


- Какую?


- Не слышали? Про чародея Н'Грота? А, ну да, понимаю... что это у вас на полу? - вдруг спросил Гомда и поднял ажурную золотую сережку в виде бабочки с бриллиантами на месте глаз.


- Кажется, я где-то видел такие, - задумчиво протянул баронет.


Сокк поспешно забрал драгоценность.


- Так что там про чародея Н'Грота? - задал он торопливый вопрос.


- Это новый соискатель, - объяснил Гомда. - Он внезапно возжаждал руки прекрасной Вигиры.


- Вот как?


- Вы не удивлены, как я вижу?


- Ну... Почему бы ему не захотеть этого?


- Да, но его уже лет двести считали умершим - или, по крайней мере, удалившимся от нашего суетного мира. И вдруг - фейерверк во все небо, гром и молнии, стая драконов и - бах! - на площадь перед дворцом опускается Н'Грот собственной персоной.


- Да?


- Да-с, вот так. И, - со значением добавил Гомда, - это еще семечки. Большая новость в том, что, как все говорят, король Агакха и принцесса Вигира уже успели серьезно повздорить с чародеем.


- Да что вы? Но, я думаю, при таком числе поклонников, даже Н'Грот не отважится строить какие-либо козни.


- Увы, мой друг, - скорбно вздохнул баронет, - похоже, что низость этого Н'Грота уже себя проявила.


- То есть?


Гомда наклонился и негромко произнес:


- Мой слуга принес мне свежие слухи, будто принцесса не ночевала сегодня ночью во дворце... Якобы. Мы с вами благородные люди и не можем опускаться до сплетен, но, мой друг, а если ее похитил этот кудесник?


- Ох, нет! - произнес Сокк.


- Будем надеяться, друг мой, будем надеяться...


Сокк кое-как выпроводил Гомду, на ходу перекусил и, не мешкая, направился к городским воротам. "Бежать, бежать!" - пылало у него в мозгу. А ну как выяснится, что это за чародей похитил ее нынешней ночью? Бежать! Со своей нехитрой поклажей Сокк подошел к воротам и был остановлен стражей.


- В городе ввели осадное положение, мы никого не впускаем и не выпускаем, - отвечал капитан стражников на мольбы Сокка.


- А что случилось?


- Как что! Вражеская рать на подступах к Бантогу!


Сокк спешно начал врать про срочное известие с родины и безотлагательную необходимость отъезда. Стражники как будто начали склоняться к его мольбам, и Сокк, выбрав минуту, полез в карман за неотразимым аргументом - парой золотых. Доставая их, он выронил на землю сережку Вигиры. Стражник поднял ее и передал капитану. Тот хотел было вернуть вещь Сокку, но, кинув взгляд на украшение, нахмурился:


- Здесь оттиск королевской печати, я ее хорошо знаю. Откуда у вас это?


- Это... это я нашел позавчера на дороге, где проезжала кавалькада принцессы, - храбро солгал Сокк, на ходу выдумав приемлемую историю.


Но караульных это не убедило.


- Мы задержим вас и отправим для разбирательства во дворец, - распорядился начальник. - А вдруг вы вражеский лазутчик?


Сокку стало и вовсе нехорошо. Но в ухе его прозвучал ободряющий голос Фим:


- Ничего не бойся, мы с тобой!


Сокк успокоился - и в самом деле, ведь с ним были помощники самого Мондовирта. Он безропотно пошел в сопровождении одного из стражников ко дворцу Агакхи. В городе царила суматоха. Во дворце ее было еще больше.


Седоусый полковник, начальник смены дворцовой гвардии, в пол-уха выслушал доклад стражника и сбивчивые объяснения Сокка, взглянул на сережку и пренебрежительно махнул рукой:


- Это подделка, медь. В лавках поближе к Медному рынку их продают как сувениры на память чужеземцам.


- Да? - удивился Сокк. - А я-то еще обрадовался находке.


- Можете идти, - махнул рукой полковник. - Однако из города вам лучше не выходить - попадете в лапы этой чародейской рати.


- Чародейской рати?


- Ну да. Вы что, не слыхали - Н'Грот разругался с нашим королем из-за отказа принцессы Вигиры.


- А, так это его рать!


- Вы как с луны свалились, - удивился полковник.


- Я ученый, я все эти дни провел в архивах, - объяснил Сокк.


Он пошел было к выходу, но в дверях его перехватил секретарь Арха, с которым Сокк беседовал еще в свой первый день в Бантоге. Он схватил историка за руку:


- Я ищу вас по всему городу!.. Скорее - дело жизни и смерти...


Он потащил Сокка в тронный зал. Там уже толпились почти все соискатели, между которыми метался потерявший голову король Агакха.


- Вот ученый из Каванги, о котором я говорил, сир, - поклонился Арха.


- Вы наша последняя надежда! - вцепился в Сокка обезумевший родитель. - С принцессой несчастье!..


- О-о-о!.. - подтвердил слова супруга стон рыдающей королевы. - О-о-о!..


- Дело очень серьезное, сударь Сокк, - заверил секретарь. - Н'Грот не только окружил Бантог своей армией. Хуже - вчера вечером он похитил принцессу...


- Этого не может быть! - вскричал Сокк.


- Увы, сударь, это так, - скорбно опроверг Арха. - Вы просто не представляете себе все коварство этого исчадия. То, что немыслимо для порядочного человека, для этого негодяя, как щелкнуть пальцами...


- !!! - взвыл король. - К делу, о Бог мой, Арха, к делу!


- Так вот, Н'Грот не просто похитил принцессу Вигиру. Он поместил ее в подземелье нашего дворца, в комнату, куда нет входа.


- Да? Но откуда же это стало известно?


- В помещении крохотное окошечко, ход вентиляции. Мы услышали крики Вигиры, ее голос различается довольно отчетливо. Но, мой друг, это еще не все. На принцессу с потолка опускается свинцовый пресс. Если через десять часов король не сдастся на милость Н'Грота, принцесса... Боже, мне просто страшно подумать об этом!..


- О-о-о! - послышался всхлип королевы.


- А что же, нельзя проникнуть в это помещение с прессом?


- Увы, в том-то и вся сложность...


- Вся подлость! - вскричал, хватаясь за голову, король.


- О-о-о! - отозвалась рыдающая супруга.


- ...сложность, что неизвестен проход к этому помещению. Карта лабиринта давно уже утрачена, там никто не был лет двести. Но и это не все, лабиринт подземелья перекрывают, согласно старым хроникам и свидетельству наших мастеров, стальные двери с хитроумными замками, работа старинных умельцев. Конечно, можно запустить туда молотобойцев и искать во всевозможных направлениях сразу, но, по всей вероятности, в этом случае невозможно будет успеть в срок за десять часов.


- Да, положение крайне серьезное, - согласился Сокк, искренне встревожившись за Вигиру. - Один только вопрос - чем же тут могу помочь я?


- Ну как же! В библиотеке есть старинный чертеж подземелья с указанием шифра замков. К сожалению, его никто не может разобрать. А вы - историк, известный специалист по расшифровке всяческих старинных головоломок, знаете уйму всяких древних секретов... Вся надежда только на вас!


- Соглашайся, - тренькнул в ухо Вирт. - Я уже приступил к расшифровке чертежа.


- Ну, - промямлил Сокк, - конечно, раз тут такая крайность, то мой долг... В общем, я попытаюсь!


- Голубчик! - обнял его воспрянувший король. - Считайте, что вы включены в число соискателей!


- О, эта награда больше, нежели может принять моя скромность, - пробормотал Сокк, но его уже тащили в подземелье. За ним шла толпа слесарей и кузнецов, солдаты, капитаны, пара архивариусов и секретарь Арха со старинным пергаментом в руках.


Они вышли к первой запертой двери, и Сокк принялся разглядывать ряд замысловатых рисунков в старинном алхимическом стиле. Он чувствовал, что поломав голову недельки три, можно будет, вероятно, разгадать эту тайнопись, но вот так, с ходу... Трудиться над этим ему, однако, не пришлось - в ухо уже тренькал Вырик:


- Повернуть колесо на два деления вправо, теперь на три влево... Нажать рычажок справа от колеса вверх... Колесо на четыре деления влево...


После серии замысловатых манипуляций что-то в механизме двери сильно звякнуло, и дверь открылась сама. Под хор одобрительных восклицаний Сокк вступил в черный ход - впрочем, оберегая бесценного специалиста, сначала туда вошел десяток солдат. Вирт командовал повороты на развилках, а Сокк, для виду, время от времени останавливался и изучал пергамент. Они миновали восемь дверей, и Вырик сообщил, что осталась только последняя дверь - та, что вела непосредственно в камеру с принцессой Вигирой. Сокком овладела тревога - а что, если принцесса, на радостях, бросится ему на шею на глазах у всех и выболтает все то, что он предпочитал навеки оставить в тайне? Кавангиец сделал вид, что задумался над чертежом, и объявил наконец:


- Господа, сейчас решающий момент. Тут показана ловушка, и я не уверен, как ее обойти - повернуть влево или вправо.


Последовал галдеж советов.


- Нет, нет, друзья, - отклонил Сокк. - Сделаем так - раз уж я взялся вас провести, то пройду вперед сам и попробую отпереть дверь. Если мо мной... в общем, если мне не повезет, вы возьмете другой поворот и просто выломаете последнюю дверь. Теперь времени на это уже вполне достаточно. Нет, нет - не отговаривайте меня!


- Вы - герой, - с чувством сказал секретарь Арха.


Сокк со скромным видом промолчал. Он прошел к последней двери и тихонько позвал:


- Принцесса Вигира! Вы здесь?


- Боже, кто это? - встрепенулась принцесса. - О! Это вы?


- Да, это я, Сокк Шавва, историк. Мне удалось расшифровать секреты этого лабиринта и замков дверей.


- О! - послышался крик радости. - Вы... Так я спасена?


- Да, да, я сейчас открою последний замок... Но я хочу попросить вас, дорогая принцесса Вигира, пока сюда не пришли все люди, что тут со мной... Пожалуйста, будьте благоразумны, не показывайте при всех нашей близости - это будет крайне несвоевременно и... неприлично... Вы понимаете?


- Близости? - растерянно отвечала Вигира. - Нет, не понимаю. О какой нашей близости вы говорите?


- О той, что имела место между нами сегодняшней ночью, - прямо отвечал Сокк.


- Что-о-о?!. - изумилась Вигира.


Теперь в тупик встал Сокк. У него зашевелились смутные подозрения.


- Да так, ничего, - пробубнил он.


Под диктовку Вырика он отпер замок, и из комнаты выпрыгнула принцесса. Она испытующе смотрела на Сокка.


- Вы - мой спаситель, и я, разумеется, вам благодарна... Но все-таки, - принцесса нахмурила прекрасное лицо, - я прошу вас объясниться - что означают слова о сегодняшней ночи и какой-то нашей близости?


- Прошу прощения, ваше высочество, - отвечал Сокк. - Я пересидел накануне за работой, и мне привиделось этой ночью... В общем, это всего лишь глупый сон - будто... Впрочем, это совершенно неважно. Умоляю вас - не судите меня строго и сохраните это недоразумение в тайне.


Тут Сокк заметил, что обе сережки принцессы на месте - а то есть, украшают розовые ушки. "Та-ак, - произнес он про себя. - Похоже, я начинаю догадываться".


Дальше, как водится, был водопад ахов и охов, похвал, суета, сумбур - и Сокк под шумок незаметно сбежал к себе в гостиницу. Запершись в комнате, он начал чинить разборку:


- Фим! Мондо! Вирт! - грозно велел он. - На коллоквиум!


- Что желает наш лапушка? - томно промурлыкала Фим.


- Это твоя работа? Это ты прикинулась Вигирой? Отвечай честно! - потребовал Сокк.


Фим появилась в своем облике зеленоглазой феи. Она невинно хлопала глазами.


- Солнышко! Тебе что-нибудь не понравилось этой ночью?


- Да! - рявкнул Сокк. - То, что она была! Зачем?!. Зачем этот цирк?


- Мы хотели как лучше, - запела Фим. - Мы старались...


- Я предупредил Фим, - пискнул Вирт. - Коэффициент риска семьдесят восемь процентов.


- Скажите мне попросту - какую игру вы ведете? - вновь потребовал Сокк. - В чем цель? План? Растолкуйте-ка мне.


- Мы хотели, чтобы ты был счастлив, - виновато моргала Фим. - Красивая жена, царство, романтическая любовь, интересное приключение... Разве это плохо?


- И ты нарочно навела чары, чтобы Вигира прониклась ко мне симпатией?


- А что? Разве ты этого не заслуживаешь? А Вигира - милая девушка, не злая... Конечно, искусства любви она совсем не знает, но не сомневайся - я помогу ей, обучу, чему надо, и...


- Нет! - рявкнул Сокк.


Тут в его голове мелькнуло новое пдозрение.


- А где Мондо? Почему он не отзывается?


Фим захихикала.


- Он же держит Бантог в осаде вражеской рати, разве ты уже не догадался?


- Мондо...


- Ну да, ведь он у нас отвечает за силу.


- И этот Н'Грот...


- Да, - призналась Фим, глядя в лицо Сокка без всякого смущения. - Мы хотели, чтобы все думали, будто ты - спаситель Бантога от его чар.


- Ты - ведьма! - с чувством произнес Сокк. - Сущая ведьма!


- Я только служу нашему властелину, - нежно пропела Фим.


- Давайте-ка еще раз все разложим по полкам, - произнес Сокк, у которого уже не было сил ни злиться, ни читать наставления. - Значит, ваша троица - это, очевидно, совокупная колдовская сила Мондовирта, так?


- Да, - тренькнул Вирт.


- Мондо - это сила, - воинская, телесная и прочая тому подобная, так?


- О да, наш догадливый Сокк!


- Ты - это всяческие чары и волшба, так?


- И еще мириады оттенков самых изысканных наслаждений и ощущений! - нараспев добавила зеленоглазая.


- А Вирт - это ум?


- Не только собственно расчетчик, но вообще все интеллектуальные функции, - научно добавил Вирт. - Четыре триллиона операций в миллисекунду, объем памяти несколько больше числа микрочастиц в радиусе квадриллиона световых лет. Данные о всех событиях в сорока четырех миллионах населенных миров, включая будущее на миллиард лет вперед. При желании господина, диапазон можно расширить до трех миллиардов лет.


Сокк замотал головой и ошалело замычал. Переварить такие цифры он не мог, но все и так было понятно. Значит, вот что это такое: всезнание, всесилие, всемогущество. Он спросил:


- Фим, ты можешь превратить Бантог в муравейник?


- Да, повелитель! Ты приказываешь?


- Нет! А сделать солнце лиловым?


- Ты приказываешь?


- Нет! А бессмертие? Мне?


- Мы сделаем все, что ты захочешь, миленький, - пропела Фим. - В каком дворце ты хочешь жить?


- Показываю слайды, - тренькнул Вирт, и перед Сокком прямо в воздухе стали возникать виды немыслимо прекрасных и величественных зданий, показанные во всевозможных ракурсах - и сбоку, и сверху, и изнутри.


- А какие империи ты хочешь завоевать? - продолжала петь Фим.


- Или создать, - пискнул Вырик.


- Или разрушить, - громыхнул издалека голос Мондо.


- Приказывай!


- А может быть, - промурылкала Фим, - ты мечтаешь о путешествиях? Какая страна, какая династия, какое столетие?


- Какая вселенная, - тренькнул Вирт.


- Стоп! - скомандовал Сокк. - У меня уже и так мозги опухли. Все, что я сейчас хочу - это трезвой, ясной головы, чтобы поразмыслить в одиночестве.


Голоса тотчас смолкли, а Фим с Виртом пропали из виду. С головы Сокка будто сняли пудовую гирю - мысли потекли легко и ясно, позволяя разглядеть и осмыслить самые глубокие стороны вещей.


- Значит, вот что это такое, - думал Сокк. - Это всемогущество - всемогущество, лишенное воли. Они соскучились - соскучились по применению. Сами они этого не могут - нужны человеческие страсти, человеческие желания - неутоленные, ненасытные, вечные... Вот зачем я им понадобился - конечно, дело не в том липовом заклятии, они сами все подстроили, чтобы попасть в мои руки.


- Вот только, - думал Сокк, - вот только мне-то что с ними делать? Со всемогуществом? Восстановить хроники Гэдбера Великого? Зачем? Зачем - когда можно просто встать невидимкой за плечом летописца и все читать из-под руки? Или еще проще - быть этим самым хронистом. А то - самим Гэдбером Великим. Или... Да все что угодно.


Вот только что именно? С л и ш к о м м н о г о в с е г о.


И Сокк понял, что в том-то и было несчастье и проклятие жизни Мондовирта. Сколько, надо полагать, он положил времени, трудов и исканий, чтобы создать - или раздобыть - этих трех великих помощников! А затем, когда он уяснил, что же на него свалилось, когда наигрался всласть игрушкой всезнания и всевластия... Интересно, он умер сам от тоски или был вынужден убиваться нарочно? Хотя что тут интересного - похоже, Сокку предстоит вскоре проверить это на личном опыте.


- Нет, должен быть какой-то выход, - напряженно размышлял Сокк. - Он еще не погиб, еще можно что-то придумать... Вот отшельник Фардо - он же как-то сумел ускользнуть из ловушки. Ну да, - он подставил Сокка вместо себя! А если...


Сокк вскочил с кровати и заходил по комнате. Он чуть не прыгал от радости - похоже, решение было не столь уж сложным.


- Фим! Мондо! Вирт! - позвал он.


- Да, повелитель! - послышался внутри него хор голосов.


- Мне кажется, - заговорил он, - что принцесса Вигира неравнодушна к некоему баронету Гомде пар Кевиа... И у меня такое предчувствие, что этот баронет сотворит в честь своей дамы великие подвиги - наверное, именно он сразит предводителя рати, что осадила Бантог.


Фим хихикнула.


- Предчувствия тебя не обманывают, о наш прозорливый властитель, - сообщила фея. - Как раз сейчас Гомда с ним бьется.


- Я думаю, - продолжал Сокк, - что великий подвиг выгодно отличит нашего Гомду среди всех соискателей. Правда, предстоит еще турнир загадок, где наш Гомда...


- Поможем, - тренькнул Вырик.


А вечером в дверь Сокка постучал сияющий Гомда.


- Мой друг, - начал он с порога, - ваш великодушный дар, я имею в виду платок несравненной Вигиры, принес мне удачу. Я - ваш должник на всю жизнь! Вы слышали?..


- Да, да, - перебил Сокк, - о ваших воинских подвигах толкуют на каждом перекрестке. Еще бы - прогнать рать этого исчадия Н'Грота!


- Ну, молва, как водится, преувеличивает, - заскромничал Гомда. - Я только сразил предводителя... И вы знаете? - принцесса кинула мне с балкона розу! Вот она - видите? Она так посмотрела... Мой друг - я совершенно, совершенно счастлив!.. Ах, да, - спохватился баронет, - я еще не воздал должного вам, сударь Сокк, - вы, конечно же, тоже совершили сегодня подвиг. Вы - в еще большей степени спасителей моей... э... то есть бесценной Вигиры...


- Я вижу, вы теперь говорите, как настоящий влюбленный, а не просто искатель приключений, - заметил Сокк.


Баронет открыто признался:


- Мой друг, вы совершенно правы. До позавчерашнего дня я не видел принцессы Вигиры и, действительно, не испытывал каких-либо нежных чувств... Но теперь... Признаюсь, мой друг, - мое сердце пленено, и выкупить его мне нечем...


- Почему же? - возразил Сокк. - Я так понимаю, ваши шансы как раз крупно поднялись.


- Я сам в это верю, - с чувством пожал руку Сокка Гомда. - Но, - помрачнел он тут же, - турнир все же не отменили, и будь это воинский турнир... Однако предстоит ломать голову над какими-то задачами, и, - тяжело вздохнул Гомда, - если бы мне теперь ваш могучий ум!


Лучшего момента просто невозможно было придумать.


- Так за чем же стало дело? - спросил Сокк. - Я действительно могу помочь вам. Но - на определенных условиях.


- Все, что в моих силах! - взревел Гомда.


- Случайно я узнал из одной старой рукописи заклятие, которым можно вызвать слуг великого Мондовирта - вы ведь слышали об этом знаменитом чародее?


- Да, да!


- Ну так вот, признаюсь, что это из-за содействия одного из таких помощников я сумел сегодня раскрыть секретные замки всех дверей лабиринта.


- И вы согласны, чтобы он разок помог и мне? - вскричал Гомда, живо смекнув суть дела. - О, великодушный друг!.. Что же вы хотите за это, драгоценный Сокк Шавва?


- Я хочу, чтобы вы приняли и оставили у себя всех этих трех помощников, дорогой баронет. Все мои желания - это служить музе истории, а это я уже имею.


Баронет Гомда пар Кевиа недоуменно пожал плечами.


- Не понимаю все же, зачем вам отказываться от такого великого дара...


- Это мое непременное условие, - непреклонно заявил Сокк.


- Оно для меня сущий пустяк, - заверил сияющий Гомда. - Давайте сюда ваше заклинание.


Он произнес несколько раз тот текст, что несколькими днями ранее бубнил сам Сокк в развалинах Ласрейвину. Сокк в это время позвал про себя:


- Фим! Мондо! Вирт!


- Да, повелитель! - откликнулись трое внутри Сокка.


- Отныне - ваш повелитель не я, а баронет Гомда. Вы поняли?


- Да, Сокк Шавва! Ты приказываешь?


- Испоняйте и оставьте меня в покое!


А дальше был турнир... впрочем, перейдем сразу к свадьбе влюбленных Вигиры и Гомды. Конечно же, был большой пир, на котором нашлось почетное место и для историка Сокка. А еще через день, не искушая судьбу, Сокк предпочел отплыть домой, в Кавангу.


Прибыв в гавань Нейлиса, главного порта Каванги, Сокк верхом на муле отправился в поместье родных, расположенное неподалеку. Местность была приятная, но малолюдная, и Сокк, наслаждаясь родным привольем, расположился на привал под деревом на пригорке. Он любовался знакомым ландшафтом, радуясь миру и покою родного края. Прошедшее вспоминалось, как сказка, как яркий сон - и не более того.


И вдруг острая тоска обожгла его сердце. Сокк даже застонал от этой нежданной боли. А не ошибся ли он? Взял и сбежал... Чего же он так испугался?


- Да того, что для меня одного это чересчур, не по силам, - возразил сам себе Сокк. - Столько власти и могущества и знания - да этого достало бы на добрый триллион жизней всего люда Анорины.


- Ну, так что же, - возразил на это сам же Сокк. - А может быть, так и надо было сделать! Может быть, и надо было принять этот триллион жизней - и прожить их все вместе и одну за другой, - и вот так познать все то, что, конечно же, слишком много для одного маленького Сокка Шаввы с его умственным коэффициентом в двадцать четыре процента!


- А я вот струсил, - заключил он. - Я вот не догадался... Побоялся догадаться, если уж честно!..


Он тяжело вздохнул. В ответ где-то близко раздался, как эхо, могучий вздох, и Сокка обдуло сильным ветром. Он оглянулся - и вскочил на ноги: у него за спиной, как встарь, стояли все трое - Фим, Мондо, Вирт.


- Вы... что? Вы откуда? - ошеломленно забормотал Сокк.


- Мы одиноки!.. - мурлыкающе пропела зеленоглазая фея.


- Беззащитны! - плаксиво проревел великан.


- Неразумны, - тренькнул краб-паук с красными глазами.


май 1998, окончено 27.05.98