Долинго Борис Анатольевич
Круглые грани Земли

Lib.ru/Фантастика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Комментарии: 1, последний от 02/05/2010.
  • © Copyright Долинго Борис Анатольевич (writer@r66.ru)
  • Обновлено: 23/03/2014. 429k. Статистика.
  • Роман: Фантастика Цикл Странник по Граням
  • Иллюстрации/приложения: 2 штук.
  • Оценка: 7.19*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Третья книга цикла. Роман издавался в 2001 г. в издательстве "Армада" (серия ФБ). В 2008 году после редактуры роман вышел в издательстве "Ленинградское издательство. Здесь выставлена 1/2 текста - полностью книгу в электронном виде можно найти на сайте электронного издательства "Аэлита" (http://iaelita.ru/aelitashop/list/sci-fi), которое (наряду с автором) является единственным законным правообладателем.

  •   
      
      Борис Долинго
      
      СТРАННИК ПО ГРАНЯМ
      
      Книга 3
      
      КРУГЛЫЕ ГРАНИ ЗЕМЛИ
      
      
      Г Л А В А 1
      
       Когда-то, когда он жил на Земле, его звали Богданом. Потом он попал в Мир Терпа, где стал Лисом.
       Накануне возвращения Лис проснулся очень рано. Терп и Монра ещё спали, и он решил никого пока не будить.
       Лис вышел на верхнюю площадку центральной башни, туда, откуда когда-то впервые увидел туманные дали Верхнего Торцевого Плато. Всё так же, как и много лет назад желтоватая дымка, в которой пропадали каналы, протекавшие через сад Дворца, скрывала горизонт. Всё так же вокруг царила тишина.
       Облокотившись о парапет, Лис невольно задумался, вспоминая годы, проведённые здесь.
       На поразительной планете в форме гранёного цилиндра он оказался благодаря стечению невероятных обстоятельств. В груде металлолома во дворе заштатного уральского заводика Лис, тогда просто молодой инженер Богдан Домрачев, увидел странную штуку - серый полукруг, похожий на металлический, но имевший для этого слишком малый вес. Буквально через день неизвестный мужчина, представившийся сотрудником Латвийской Академии Наук, нашёл Богдана и предложил вернуть полукруг за вознаграждение. Богдан, желавший во что бы то ни стало разобраться в предназначении непонятной вещицы, начал торговаться с "латышом".
       Эта игра чуть не стоила ему жизни. Полукруг, как выяснилось, являлся частью устройства, предназначенного для перемещения через пространства, и Ингвар Янович, как назвался мужчина, заставил Богдана отдать деталь, а незадачливого пытливого исследователя собирался ликвидировать. Подвело "латыша" желание покрасоваться перед жертвой, и при этом поскорее привести устройство в действие.
       Сейчас Лис мог улыбаться воспоминаниям, а тогда лишь счастливый случай помог, да и смертельная опасность придала силы. Он сумел оглушить врага, но ненароком привёл в действие прибор, и оказался переброшен в неизвестный мир.
       По вполне понятным причинам Богдан не слишком горел тогда желанием немедленно возвращаться домой. Он стал считать себя в значительной степени хозяином Мира Граней, живущим инкогнито среди его обитателей увлекательной жизнью своеобразного странника-плейбоя. Именно за годы этой жизни он приобрёл прозвище Лис, ставшее вторым именем.
       Однако не далее, как две недели тому назад старая мечта - познакомиться с таинственной и почти исчезнувшей тысячи лет назад расой, создававшей искусственные миры, осуществилась. Спасавшиеся от собственного порождения - шаровиков, четверо Творцов бежали в мир Терпа: сначала во Дворец, а потом, не успев организовать там должную оборону, на одну из граней планеты, по случайности как раз на ту, где находился тогда Лис. Туда же за ними устремились шаровики.
       Во время погони и схваток только он и женщина-Творец по имени Монра выжили, добрались до секретного Арсенала и начали штурм Дворца. К счастью в это момент они встретили настоящего хозяина мира Граней - Терпа, вернувшегося с Земли и тоже попавшего в переделку с шаровиками.
       Втроём они сумели дать настоящий бой отвратительным созданиям, но столкнулись с загадочным фактом: шаровиками руководил давешний знакомец Лиса, Ингвар Янович. В перестрелке раненый Лисом, фальшивый латыш бежал, и, как выяснилось, бежал на Землю.
       Таким образом, перед троицей встала дилемма: отсиживаться в искусственных мирах Творцов, каждую минуту ожидая новых нападений, или же отправиться на Землю, чтобы, несмотря на опасности и явное неравенство сил, поставить точку в затянувшемся на тысячелетия конфликте шаровиков и Творцов...
       - О чём размышляешь? - раздался сзади голос Терпа.
       Лис повернулся и сделал жест рукой, указывая вдаль:
       - Именно эту картину я наблюдал, когда впервые попал в твой мир. Знаешь, все эти годы - вот как один день!...
       - Нам пора: лучше прибыть на место пораньше. Кто рано встаёт...
       - Тому бог подаёт! - пробормотал Лис и покачал головой, в который раз удивляясь познаниям этого Творца в земном фольклоре.
       Терп, проведший многие годы на Земле, прекрасно знал местные условия, а с учётом того, что Лис отсутствовал там 15 лет, в современной обстановке разбирался, безусловно, намного лучше него.
       Спустя час после того, как разбудили Монру, все трое стояли в одном из залов, где располагалась точка перехода, настроенная на нужное место на Земле.
       - Ну, готов встретиться с родиной? - На губах Терпа играла лёгкая усмешка.
       - Всегда готов! - пионерским салютом ответил Лис, хотя у него в душе и имелись некоторые сомнения.
       И, видя, что Терп намеревается вступить в зону точки перехода, придержал его:
       - Подожди! Можно я - первый?
       Терп хотел пошутить, но передумал и молча уступил дорогу.
       - Будь осторожнее! - предупредила Монра.
       Лис кивнул, приготовил лучемёт и шагнул на меленький постамент, ставший сейчас для него дорогой домой.
       Как обычно почувствовалось лишь дуновение воздуха. Лис машинально моргнул в момент перехода, а когда открыл глаза, то увидел перед собой довольно крутой каменистый склон, покрытый густой сосновой порослью, среди которой громоздились отдельные высокие деревья. Над головой простиралось небо с обширными клочьями ватно-белых и серых облаков. Лучи утреннего солнца, отражаясь на них, добавляли изумительно нежные розово-золотистые с пурпуром тона, а в разрывах между облаками голубело небо - цвет, который Лис отвык видеть над собой.
       Оглядевшись, он определил, что находится на вершине каменистого склона в типично уральской местности. Редко стоящие сосны не закрывали обзор, и видно было далеко. Плавные изгибы лесистых холмов вдали покрывал лес, тоже в основном сосновый, но местами виднелись и лиственные породы.
       Как и говорил Терп, лето здесь находилось в своём апогее. Судя по каплям, блестевшим на траве и кустах, недавно прошёл сильный дождь, но было очень тепло, и воздух густел ароматами хвои, смолы, трав, лесных цветов и ягод. Доносилось щебетание птиц, а, подняв голову, Лис увидел проносящихся высоко в небе редких стрижей - значит, должно распогодится.
       Представители мира насекомых Земли напомнили о себе, впившись в открытый участок шеи. Лис чертыхнулся и забытым резким движением прихлопнул комара: в мире Терпа кровососущие насекомые отсутствовали на всех гранях кроме доисторической.
       Местность казалась совершенно пустынной, только вдалеке виднелась цепочка опор линии электропередачи. Откуда-то долетело завывание, похожее на гудок локомотива, но больше никаких "звуков цивилизации" слышно не было, лишь легкий ветерок шумел кронами высившихся вокруг деревьев.
       Рядом появился Терп, а через несколько секунд и Монра.
       - Думаешь, нас здесь не отследят? - спросил Лис.
       - Теоретически возможно, - пожал плечами Терп, - но маловероятно. Даже если те, кто нас интересует, контролируют обстановку настолько, что знают про данную точку перехода и могут определить, когда ей воспользовались, вряд ли они держат поблизости наблюдателей. У нас в любом случае есть время уйти. А поскольку эту точку ставил я лично... - Терп на минуту замялся, - полагаю, о ней не знает вообще никто. Кроме того, она односторонняя, и, надеюсь, интерес к ней у наших вероятных противников будет пониженный.
       - Как-то нет у тебя в голосе стопроцентной уверенности, - усмехнулся Лис. - И ты же сам говорил, что у них или у него был Ключ.
       Терп кивнул:
       - Да, был, поэтому я сейчас уже ничему не удивлюсь. Но один Ключ ты добыл как трофей, и вряд ли они валяются пачками.
       Монра глубоко вдохнула свежий воздух:
       - Где же вонь, которой ты пугал? - спросила она Лиса; тот сделал неопределённый жест, продолжая думать о другом.
       - Подожди, - ответил за Лиса Терп, - мы на почти дикой природе, а вот попадём в город! Там и успеешь нанюхаться.
       - То есть ты полагаешь, отследить нас сложно? - повторил Лис, глядя на Терпа. - Смотри: время у нашего противника имелось, ведь прошло уже более суток, а?
       - Как бы то ни было, вряд ли отследят так быстро, но это не значит, что мы можем торчать здесь и терять время, наслаждаясь природой. Нам надо как можно скорее затеряться в большом городе. Если, не приведи господи, я ошибаюсь, здесь очень удобное место нас накрыть: тихо, и свидетелей нет. Поэтому не даю никаких гарантий, держите оружие наготове. Идёмте, нам нужно выйти к дороге - тут километров семь через лес.
       Они начали спускаться по склону, настолько крутого местами, что приходилось держаться за мелкие сосенки и кусты, чтобы не съехать вниз.
       Лис оглянулся на то место, где располагалась точка перехода. Поверхность активного элемента маскировалась под плоскую гранитную плиту, производившую своими неправильными краями впечатление совершенно естественного образования. Вряд ли кто-то из посторонних, кто мог случайно попасть сюда, заподозрил бы истинное назначение этого объекта.
       Лис, как мог, постарался запомнить сам холм, окружающую растительность и ориентир на опоры ЛЭП. Хотя, по словам Терпа, точка и была односторонней, в случае необходимости с помощью Ключа ей можно воспользоваться в обратном направлении.
       У подножия холма трава стала гуще, и джинсы, красовавшиеся на всех троих, быстро вымокли почти до колен.
       Лис, Монра и Терп оделись с таким расчётом, чтобы любой сторонний наблюдатель мог спокойно принять их за любителей пеших прогулок по лесу. Они могли успешно сойти за группку студентов, выбравшихся на природу посидеть у костра и распить бутылочку-другую.
       Экипировка была совершенно обычная для данного времени на Земле, благо Терп мог подсказать, что сейчас носят. Как выяснилось, в некоторых моментах мода мало изменилась, и Лис даже хотел надеть свой старый, но хорошо сохранившийся джинсовый костюм. Оказалось, что костюм ему мал: физически Лис стал куда мощнее, чем Богдан был в 25 лет. Пришлось создавать с помощью установок Дворца новый костюм, но Лис сделал его почти точной копией старого, добавив клетчатую рубашку с короткими рукавами.
       По картинкам-образцам, которые нашлись у Терпа, Монра тоже выбрала джинсы, облегающий хлопчатобумажный свитерок и лёгкую куртку-ветровку. Дабы роскошные рыжие волосы не сразу бросались в глаза, она заколола их и надела бейсболку с длинным козырьком, поскольку подстригаться категорически не хотела. Терп оделся почти так же, как и Лис, только костюм у него был из вываренной джинсовки, а рубашку под курткой заменила чёрная футболка. Из обуви все надели кроссовки: даже Творцам не удалось придумать более удобную обувь, не вызывавшую любопытства у посторонних.
       Монра, осмотрев себя перед зеркалом, заметила, что по сравнению с её последним посещением этого мира одежда стала намного удобнее. Терп, усмехнувшись, туманно пояснил, что всё это - весьма частный случай выбора возможного гардероба.
       Из оружия они прихватили только разные типы лучемётов и мини-гранатомёты любимые Монрой. У Лиса, как всегда, присутствовал верный нервно-паралитический браслет - Творцы ни разу не спросили его про эту бирюльку, а он не сказал ничего даже Монре. Кроме того, в сумках-рюкзачках у всех троих имелись некоторое снаряжение, которое могло оказаться полезным в задуманном мероприятии.
       Лис очень хотел взять пистолеты, но опасался серьёзных осложнений, могущих возникнуть с властями. Терп согласился: он даже предположил, что те, против кого они собираются действовать, могут использовать факт незаконного ношения огнестрельного оружия и при удобном стечение обстоятельств "сдать" троицу правоохранительным органам, лишив её, таким образом, свободы действия, если не смогут по каким-то причинам сделать этого сами.
       - А при наличии у нас одних нестандартных предметов Он или они вряд ли станут так действовать: не думаю, что им хочется, чтобы власти Земли увидели необычное оружие и прочие штучки. А уж если нам вдруг потребуется пистолет или автомат, мы достанем всё на месте.
       Лис выразил сильное сомнение, что там, куда они направляются в данный момент, можно запросто найти "стволы", но Терп заверил, что это будет не сложно. Во-первых, у него самого имеются кое-какие связи, а, во-вторых, ситуация в бывшем Советском Союзе сильно изменилась.
       - Сейчас там есть районы, где оружие можно купить буквально на базаре, - сказал он и, заметив удивлённо вскинутые брови Лиса, добавил: - Сам увидишь, там слишком многое иначе по сравнению со временем, когда ты покинул свой мир.
       Когда они вышли на достаточно ровную поверхность, Лис спросил Терпа, в какой конкретно местности располагается его точка.
       - Я пользовался ей всего два раза за те годы, как генерировал данный переход. Отсюда часа полтора ходу до старого шоссе Свердловск - Челябинск. Мы выйдем примерно на пятидесятый километр, и там будет уже весьма населённая местность.
       - Ага! - Лис вскинул брови. - Это, получается, недалеко от такого городка - Сысерть?
       - Точно, - подтвердил Терп, - такой городишко тут рядом.
       Лис неплохо представлял себе этот район. Когда-то у него имелась подружка родом из Сысерти, учившаяся в Свердловском педагогическом институте, и он много раз один и с компаниями ездил в эти места. Природа вокруг была великолепная, и Лису нравилось выбираться на своеобразные пикники.
       Вообще, в хорошую погоду уральская природа предоставляла великолепные возможности для отдыха: леса, озёра, речки. А что может быть приятнее, чем сидеть в прекрасный солнечный день у воды под сенью сосен, поедать только что приготовленный шашлычок, запивая его красным винцом или, на худой конец, пивом? Рядом пара приятелей, с которыми можно перекинуться шутками, хорошие девчонки. Ветерок приятно обдувает разгорячённый от костра лоб, а в воздухе носятся обворожительные запахи жаренного мяса, дымка, хвои...
       Единственным недостатком того весёлого времени стало то, что, волей-неволей, ему всё-таки приходилось иногда довольно тесно общаться с родителями Гали (так звали подругу Лиса, а точнее Богдана). Естественно, спустя непродолжительное время, папа и мама девушки начали настаивать на внесение законности в отношения их дочери с парнем, слишком часто катавшим её на собственном автомобиле и, видимо, ещё как-то употреблявшим девушку по назначению. Всё усугубилось и тем, что Галя также начала проявлять нездоровый, по мнению Лиса, интерес к постоянному поселению в его свердловской квартире, и он плавно прекратил отношения с ней.
       Лис тряхнул головой: оказывается, почти ничего не забылось.
       Группа двинулась через лес в направлении, указанном Терпом. Местами сильно мешал густой подлесок, но очень скоро они вышли на дорогу, петлявшую среди сосен, и фактически представлявшую собой накатанную колёсами телег и грузовиков тропу.
       Терп удовлетворённо кивнул и объявил, что дорога эта является основным ориентиром. Она должна вывести их к просеке и высоковольтной линии, вдоль которой можно спуститься к шоссе.
       Скоро впереди замаячило большое поле, и дорога потянулась по его краю. За деревьями впереди, там, где поле кончалось, Лис увидел вышки ЛЭП.
       Когда людям оставалось пройти примерно метров триста до места, где снова нужно было сворачивать под своды леса, они услышали в небе рокот мотора. В первый момент Лису показалось, что низко летит самолёт, но звук приближался чересчур медленно, и только через минуту-другую в поле зрения появился лёгкий вертолёт. Лис даже узнал машину - Ми-2.
       Они переглянулся с остальными - совпадение? Терп нахмурился: вертолёт летел точно со стороны шоссе в направлении, откуда шли люди.
       - Вы думаете, эта штука связана с нашим появлением? - спросила Монра.
       Терп пожал плечами:
       - Не думаю, что могли всё подготовить так быстро, но чёрт его знает... Надеюсь, что нас не заметили. В любом случае, пошли быстрее - нужно выйти к шоссе, поймать машину и уехать в город.
       - А ты не опасаешься, что мы можем сесть в подставную машину? - высказал опасение Лис. - В специально подосланную?
       - Маловероятно, но стопроцентной гарантии не дам, нужно будет присмотреться, в какую садиться. Желательно в такую, где будет один водитель. Но один водитель, опять же, может не остановиться, видя нашу компанию.
       - Можно сесть и в автобус, - подсказал Лис.
       Терп покивал, продолжая рассматривать вертолёт.
       Тем временем вертолёт, похоже, сделав круг над холмом, с которого троица недавно спустилась, вернулся и пошёл над лесной дорогой. Люди отступили под кроны деревьев. Монра вынула лучемёт, сняв оружие с предохранителя. Лис предостерегающе поднял руку:
       - Ты же не собираешься сбивать вертолёт прямо здесь! Может, он летит тут случайно?
       - Что-то много совпадений для случайного появления этого, как ты называешь, вертолёта.
       Все трое встали под большой сосной, росшей немного в стороне от дороги. Вертолёт летел низко, метрах в пяти-шести над кронами деревьев, и наблюдатель вполне мог заметить людей внизу.
       Машина прошла мимо и стала удаляться в направлении, куда собирались идти Лис и его спутники. Все уже вздохнули с облегчением, но через несколько секунд вертолёт круто развернулся и лёг на обратный курс.
       Лис подумал, что, демонстрируя желание явно скрыться под деревьями, они лишь сильнее привлекают внимание. Те, кто, возможно, ищет прошедших через точку перехода, не могут знать, как выглядят эти люди, а мало ли кто просто бродит в лесу? Вполне может статься, что, они вызовут меньше подозрений, просто спокойно продолжая идти по дороге.
       - Может быть, ищут вовсе не нас, а совершают, например, облёт лесничества? - высказал предположение Лис.
       - Возможно... - Терп задумчиво рассматривал вертолёт.
       Машина зависла над полем всего метрах в пятидесяти напротив места, где под сосной стояла компания. Через открытую дверь пассажирского отсека хорошо просматривались находившиеся внутри люди людей. Сидевший у самого проёма держал в руках автомат. Экипаж вертолёта в свою очередь разглядывал компанию на земле.
       - Давайте пойдём в лес, как будто нас ничего не касается, - предложил Лис, и дружелюбно помахав рукой вертолёту.
       - Пожалуй, - согласился Терп. - Идём, как шли, посмотрим.
       Они хотели двинуться в глубь леса, но как только люди повернулись, включился мегафон, установленный на вертолёте.
       - Приказываю всем оставаться на месте! - прогремел усиленный динамиком голос. - Проверка документов!
       Вертолёт начал опускаться, и Лис увидел, что в кабине помимо людей находится ещё и собака, явно привычная к полётам и натасканная на преследование, поскольку сейчас, почувствовав любимую работу, псина рвалась к открытой двери, нисколько не пугаясь высоты, почти готовая спрыгнуть вниз.
       - За деревья! - крикнул Терп. - Рассредоточимся и займём оборону.
       Люди бросились бежать, но с вертолёта ударила автоматная очередь. Стрелявший специально взял слишком высокий прицел, отсекая беглецов от густого подлеска, и струя свинца прошла над головам, прочертив ствол сосны, у которой они стояли, и взрыв траву на опушке. Посыпалась кора и сучки, сбитые пулями. Лис выругался и дёрнул Монру на землю. Терп бросился на траву, покрытую опавшей хвоей, почти в то же мгновение.
       Лис, машинально матерясь по-русски, вытащил лучемёт, но чуть-чуть опоздал. Рядом сверкнул тонкий луч, и машина с перерубленными лопастями, немного заваливаясь на бок, камнем рухнула на самом краю поля. Один из срезанных кусков винта просвистел надо головами и упал где-то далеко в зарослях.
       При падении из кабины выбросило человека, с пристёгнутым к руке поводком собаки. Человек и собака перекувыркнулись в воздухе и врезались в пашню практически одновременно с рухнувшей машиной, подтверждая закон, открытый в своё время Галилеем.
       Вопреки опасениям Лиса, упавший вертолёт не загорелся. Терп махнул рукой, призывая осмотреть место падения. Лис крикнул, что может взорваться керосин. Монра не поняла его, но Терп как более осведомлённый о свойствах земной техники прекрасно сознавал ситуацию.
       - Понимаю, надо осторожно. Нам важно узнать, кто это. Может, мы сразу выйдем на след.
       С оружием наготове они приблизились к лежащему с сильным креном вертолёту. Лис правильно определил число людей: помимо пилота в вертолёте находились трое в незнакомой серой униформе.
       Рядом в траве завозились. Вывалившийся из кабины пёс издал рычание и попытался ползти к подошедшим людям, натягивая поводок, обмотанный вокруг запястья неподвижно лежавшего человека. У собаки, судя по всему, перебило позвоночник, но она была приучена нападать на врагов до последней минуты жизни. Лис выстрелил и пёс, взвизгнув, затих. Человеку, выпавшему вместе с собакой, судя по изгибу тела и повороту головы, уже не помогла бы никакая реанимация.
       Поскольку винт после выстрела Монры практически перестал существовать, вертолёт рухнул на землю так резко, что, несмотря на небольшую высоту, удар вывел из строя всех, находившихся внутри. Пилот висел на ремнях, и изо рта его бежала тонкая струйка крови. Военному, сидевшему у самой двери и стрелявшему, тоже не повезло, несмотря на пристёгнутую страховку. Ремень был натянут не плотно, и человека, выбросив из кабины, по пояс придавило корпусом вертолёта. Когда люди подошли, он уже умер.
       Внутри оказался молодой человек, тоже одетый в незнакомую Лису форму. На нём красовались погоны со звёздочками старшего лейтенанта и нашивка на рукаве с бело- сине-красным флагом и надписью "РОССИЯ-ОМОН". Ремень спас ему жизнь, но парень пока оставался без сознания.
       - Что такое "ОМОН"? - наморщил лоб Лис: он, казалось, слышал такое слово, но забыл, что оно значит.
       - Отряд милиции особого назначения объяснил Терп. - Появился в восьмидесятых годах ещё в СССР. Служит для выполнения спец-операций против банд-формирований, торговцев наркотиками, мафиозных структур и тому подобное. Мы, видимо, для кого-то тоже особо опасные.
       Лис хмыкнул и подумал, что в Советском Союзе действительно произошли изменения, в которые ему вникать и вникать.
       Пилот тоже остался жив, во всяком случае, пока - он лежал в кресле и хрипел, пуская кровавые слюни. Лис и Терп, косясь на капавший из бака керосин, оттащили остатки экипажа в сторону от вертолёта. Офицер казался совершенно безжизненным и лежал без движения. Лётчик стонал и непроизвольно пытался делать какие-то движения руками и ногами.
       - Кто тебя послал? - Терп приподнял голову лётчика и легонько похлопал его по щекам.
       Мужчина лет сорока-сорока пяти на мгновение открыл глаза, мутные, совершенно отупевшие от боли, захрипел и повис на руках Терпа.
       - У него же шок, - заметила Монра. - Вы ждёте, что он вам что-то скажет?
       - Сейчас! - Терп покопался в сумке и вытащил иньектор. - Скажет всё, что знает.
       Он сделал пилоту укол обезболивающего и тут же ввёл "препарат правды". Человек на несколько секунд перестал стонать, затих, а потом медленно открыл глаза, словно удивляясь, что боль прошла.
       Лису стало жаль его. В конце концов, это был такой же землянин, как и он сам, скорее всего, исполнявший чей-то приказ и не имевший ничего против них лично. Но, как говорится, на войне как на войне. И, поскольку на войне очень часто всё персонально для тебя решается именно в данное мгновение, получается, что дело не столько в том, кто где-то и когда-то отдал приказ, а в том, кто, исполняя этот приказ, стреляет именно в тебя сию минуту, пусть даже и не испытывая личной неприязни.
       - Зачем напали на нас? - Терп задал вопрос по-русски, и Лис машинально отметил его правильную, абсолютно без акцента речь.
       Мужчина, похоже, получил серьёзные внутренние повреждения. Он открыл рот, закашлялся, и на губах у него снова появилась кровь. Вдобавок ко всему, он прикусил язык и выбил несколько зубов, которые, не переставая хрипеть и кашлять, сплюнул вместе с кровью на голубую форменную рубашку.
       - Мы не нападали... Ловим опасных преступников... в распоряжении... ОМОНа, - шепеляво выдавил лётчик. - Приказали вылететь на ликвидацию бандитов... Вы похожи...
       - Кто вас послал конкретно? - настаивал Терп.
       - Командир отряда Нигматуллин вызвал... приказал: в распоряжение ОМОНа. Лейтенант... - Лётчик еле заметно мотнул головой назад, - ему подчинялся...
       - Откуда узнали, что мы здесь?
       - Передали, что видели... Что вы будете в Свердловск пробираться... или в Челябинск. Приказано вылететь сюда... Уничтожить тех, кто у холма, в районе птицефабрики...
       - Какой ещё птицефабрики? - не поняла Монра.
       - Здесь недалеко, кстати, была когда-то птицефабрика, - вспомнил Лис.
       - При чём тут птицефабрика? - Терп слегка потряс мужчину за плечо.
       Пилот слабо мотнул головой:
       - Там были преступники... трое...
       - Ты считаешь, что мы - бандиты? - заключил Терп.
       - Не знаю... - прохрипел пилот. - Офицер крикнул... что видит преступников.
       - Но мы-то ни на какой птицефабрике не были!
       Мужчина поднял веки, и его затуманенный от боли взгляд мазнул по лицам Терпа, Лиса и Монры:
       - Ребята, не убивайте... дети у меня. Я же вам всё сказал... чего знаю...
       Он захрипел, вдруг обмяк и затих.
       - Кажется, готов, - с сожалением сказал Творец.
       - А второй как раз приходит в себя, - сообщила Монра, следившая за лейтенантом.
       Офицер застонал и попытался приподняться, с удивлением разглядывая людей.
       - У нас мало времени, - напомнил, словно извиняясь, Терп и сделал пока плохо соображавшему после удара человеку укол стимулятора вместе с "ПП".
       - Быстро, рассказывай, кто отдал приказ преследовать нас? - поинтересовался он.
       Молодой офицер удивлённо смотрел на троицу.
       - Непосредственно мой командир, майор Гончаров, начальник нашего отряда... А откуда с вами женщина?
       - Почему тебя это так удивляет? - усмехнулся Лис. - Лучше скажи, как вы нашли нас так быстро?
       Лейтенант скорчил гримасу непонимания:
       - Да мы почти сразу на вас наткнулись. Нам приказали прочесать с воздуха данный участок, рассчитывали, что банда всё ещё здесь.
       - Да какая банда?! - возмутился Лис, обращаясь, скорее, к Терпу.
       - Им так всё могли представить, - Терп кивнул на офицера. - Ясно, что они простые исполнители.
       Лис несколько секунд смотрел на него молча.
       - Не сомневаюсь, что и этот майор тоже просто исполнитель, - заявил Терп, - но через него уже, возможно, удастся выйти на кого-то посерьёзнее.
       - Я что-то плохо соображаю, - Лис помотал головой. - Если Некто, о ком говорил ты, может здесь распоряжаться специальными подразделениями милиции, то нам вообще ни хрена не светит! Но всё равно не понимаю, как они могли нас так быстро засечь?!
       - Видимо, узнали про мою точку перехода в этом районе, установили датчики, а когда мы прошли моментально послали вертолёт...
       - Вы бы хоть не разговаривали по-русски, - посоветовала Монра, показав пальцем на лейтенанта, слушавшего разговор Лиса и Терпа, вытаращив глаза.
       - М-да, действительно, - согласился Терп, - но, в общем-то, он всё равно явно не понимает то, что слышит. Вам дали индикатор?
       - Что? - не понял парень.
       - Вам дали какое-то устройство, чтобы выслеживать нас?
       Омоновец замотал головой, уставившись на Терпа:
       - Какое может быть устройство, вы о чём?! Поступил приказ прочесать лес - мы и вылетели.
       Терп задумчиво посмотрел на Лиса:
       - Так, я сам не вполне понимаю, ну да ладно.
       Он хотел продолжить расспросы дальше, но тут произошло нечто неожиданное. Так называемый "наркотик правды" Творцов нисколько не сковывал свободу действия человека, заставляя лишь давать точные ответы на поставленные конкретные вопросы. Поэтому сейчас офицер, окончательно придя в приличное физическое состояние, чему в немалой степени способствовал стимулятор, введённый Терпом, решил проявить активность.
       Лис и его спутники не выставляли напоказ оружие, только Монра держала в руке маленький лучемёт, похожий на некую разновидность авторучки и вряд ли производивший на несведущего человека серьёзное впечатление. Исходя из этого, милиционер решил, что противники не вооружены, а если и вооружены, то не успеют быстро достать оружие. Увидев также, что в предполагаемой банде один член - женщина, и посему, по его мнению, не может представлять серьёзной опасности, лейтенант вскочил и ударом ноги отпихнул Терпа. Лис бросился на него, но омоновец, издав резкий крик, профессионально ударил ногой в голову с разворотом на месте. В последнее мгновение Лис, вспоминая уроки восточных единоборств, полученные когда-то в школе карате и позже на грани Азии, успел поставить блок, но, тем не менее, поскользнулся и от удара упал. Лейтенант, совершенно не обращая внимания на Монру, бросился к вертолёту, где оставались автоматы.
       Пренебрежение Монрой как противником стало для него фатальным. Чуть вспыхнул почти невидимый в ярком дневном свете луч миниатюрного лучемёта, и офицер упал с аккуратной дыркой в спине. Всё произошло очень быстро, так что Лис и Терп едва успели вскочить на ноги.
       Монра виновато развела руками:
       - Забыла переключить на оглушающие удары...
       - Больше мы тут ничего не узнаем, - с сожалением констатировал Терп.
       Немного подумав, они перетащили лейтенанта и пилота в кабину вертолёта и там оставили. Остальных погибших трогать не стали. Посмотрев вокруг на мягкую землю, изрытую их ногами, Лис покачал головой:
       - Наследили мы порядочно.
       Терп развёл руками, повторно осмотрел кабину вертолёта, но не нашёл ничего, что могло бы его заинтересовать.
       - Полагаю, - подытожил Терп, - этим людям дали приказ находиться где-то неподалёку, поэтому они и появились столь быстро. Создаётся впечатление, что с нами рассчитывали разделаться как с детьми.
       - Ты думаешь, их послал Он? - спросил Лис, косясь на продолжающий капать из бака керосин.
       Терп поймал его взгляд:
       - Даже не сомневаюсь! Пошли-ка отсюда.
       Лис облегчённо вздохнул: подобное опасное соседство давно уже не давало ему покоя.
       - Может быть, заберём автомат? - предложила Монра.
       - Я не стал бы так поступать, - сказал Терп. - Это даст Ему лишний повод натравить на нас власти, если будет сообщено, что при гибели вертолёта похищено оружие. Пока же нас вроде никто не видел. Полагаю, официальные лица, непосредственно пославшие вертолёт, даже не догадываются об истинной цели миссии.
       Быстрым шагом они двинулись прочь от места их первой, но, видимо, не последней стычки на Земле. У Лиса на душе скребли кошки. Он понимал, что выбора им не оставили, что они фактически защищали свои жизни, и так далее. Но Лису, несмотря ни на что было ужасно жаль людей, почти наверняка не знавших истиной цели полёта и предполагавших, что ловят бандитов.
       Радуйся, посоветовал Лису внутренний голос, стремившийся примирить хозяина с ситуацией, что это они лежат сейчас в разбитом вертолёте, а не ты под сосной с пулей в башке. Но всё равно ему было неприятно, что первые же часы на Земле начались с убийств, причём, по большому счёту, явно не тех, кого следовало бы прикончить.
       Тем не менее, многое в данной ситуации осталось непонятным и не укладывающимся в логическую схему, которую Лис, так или иначе, пытался выстроить. Хотя бы то, что, судя по рассказам Терпа и тех Творцов, с кем Лис успел пообщаться, они периодически выбирались на Землю, и никто на них сразу же по прибытию не нападал. Правда, ещё Эльот упоминал, что Творцы очень часто погибали на Земле, потому она и получила прозвище "запретный мир", но Лису показалось, что при должной конспирации всё оказывалось не так уж страшно, и Творцы несколько преувеличивали опасность. Однако, вполне возможно, что когда-то давно, Творцов кто-то на Земле действительно уничтожал, а затем ситуация изменилась. Они ведь все живут уже очень долго, несколько тысяч лет, кто-то мог и забыть о том, что происходило давным-давно. Кого-то, кто помнил о событиях, когда Земля по праву могла называться "запретным миром", уже не осталось в живых или же они укрылись в своих мирах за многими гранями пространства. Просто для того, чтобы сделать вывод или обобщение у самого Терпа, не говоря уже о Лисе, маловато информации.
       Возможно, что-то изменилось или менялось неоднократно в ходе всей истории пребывания Творцов на Земле. Но сейчас факт был на лицо: их попытались взять практически немедленно после появления на Земле, а прошли они через секретную, по словам Терпа, точку перехода!
       Сама подобная попытка, помимо всего прочего, означала, что неизвестные противники располагали огромными возможностями и смогли даже выслать вертолёт - значит, получается, косвенно могли привлечь к делу официальные власти.
       Но, всё-таки, почему же ранее сам Терп неоднократно путешествовал из своего мира на Землю, не подвергаясь подобным нападениям? Может быть, он просто попал, так сказать, на период или эпоху по меркам людей, когда "фактор истребления Творцов" на Земле не действовал или действовал в сильно ослабленном варианте. Вопрос - почему? И почему сейчас что-то изменилось?
       Лис начал сомневаться, что при таком начале их миссия имеет какие-то шансы на успех, однако пути назад всё равно уже не оставалось. Они ввязались в драку, и переиграть ситуацию теперь невозможно. Неизвестных нельзя попросить: "Дяденьки, мы больше не будем. Давайте жить дружно". Да и сами "дяденьки" явно переговоров не желали. Двигаться теперь можно только вперёд и, увы, похоже, через трупы. Через много трупов.
       Ещё на фоне вроде бы ясности с нападением Лису резало память упоминание о птицефабрике, никак не встраивавшееся в общую картину произошедшего и не позволявшее принять её как абсолютно верную. Хотя, какое ещё можно дать объяснение случившемуся? Совпадение? Но очень уж оно странное!.
       Продолжая размышлять, Лис брёл по дороге. Примерно через километр он оглянулся. Столб дыма не поднимался над деревьями, значит, вертолёт не загорелся, и это было хорошо, поскольку не привлекало внимания посторонних или не очень посторонних.
       Вскоре группа достигла места, куда и вёл всех Терп. Просека шла вправо под уклон, и вдалеке просматривалось, что она через какие-то культурные посадки типа огородов доходит до шоссейной дороги, за которой поблёскивала гладь воды.
       Лис вспомнил это место, хотя за прошедшие годы тут сильно поднялась поросль молодых деревьев. Вода за шоссе была прудом, раскинувшимся по течению речки с тем же названием, что и расположенный поблизости городок.
       Маленький отряд прошёл мимо деревянной геодезической вышки, которую Лис тоже прекрасно помнил. Много лет назад он, его сысертская подруга и ещё две парочки несколько раз устраивали здесь выезд на шашлыки. Лис и Галя тогда забрались на верхнюю площадку вышки и там занимались любовью, после чего их примеру стали следовать остальные: место для таких утех, признаться, было необычное и очень волнующее, а, самое главное, надёжно скрытое от взглядов снизу. Одна из девушек очень боялась взбираться по узким лестницам, шедшим между уровнями вышки, и громко взвизгивала, каждый раз, когда соскальзывала нога со ступеньки. Её друг взбирался следом, подталкивая за интимные части тела, стимулируя, таким образом, новые возгласы девушки.
       Когда они поравнялись с вышкой, Лис чуть замедлил шаг. Основание постройки утонуло в раздавшихся кустах и высоченной поросли иван-чая, а само деревянное сооружение здорово прогнило. Многие брёвна уже стали даже на глаз трухлявыми, а некоторые укосины упали и валялись, заросшие травой. Как ни как, и пятнадцать лет тому назад вышка была уже довольно старой.
       Посадки, замеченные Лисом издали, представляли собой грядки картошки, огороженные жердями. Раньше картошку здесь никто не сажал.
       Хотя Лис сильно отвык от вида земного неба и дневного освещения, он прикинул, что, судя по солнцу, сейчас должно быть около восьми утра. Надо узнать точное местное время при первой же возможности, подумал Лис, и обязательно обзавестись часами: во Дворце не нашлось наручных часов, полностью имитировавших земные, не вызывая любопытства случайных свидетелей, а Земля являлась местом, где знание точного времени совершенно необходимо.
       Они свернули немного в сторону, прошли по нетронутой просекой опушке леса, и здесь среди густой мелкой поросли сосёнок Терп наконец остановился. Лис вопросительно посмотрел на него.
       - Раз всё так началось, - Терп ткнул пальцем через плечо, имея в виду инцидент с вертолётом, - нам глупо вылезать втроём на шоссе. Предлагаю разделиться. Вы с Монрой доберётесь до Сысерти, чтобы запутать следы, если нас всё-таки выискивают. Ты ведь бывал там?... Ну и отлично! Ловите машину или на автовокзале садитесь на автобус, и спокойно поезжайте в Екатеринбург. Я же остановлю транспорт прямо тут на шоссе. У меня в городе две квартиры, о которых, полагаю, знать никто никак не может. Там и встречаемся.
       - О точке перехода тоже никто вроде бы знать не мог, - как бы, между прочим, заметил Лис.
       Терп покачал головой:
       - Это другое дело. Тут можно ещё как-то допустить, что о переходе узнают: есть возможность контролировать резонансные возмущения пространства и всякое такое. А кто будет обращать внимание, что какой-то гражданин - а я являюсь гражданином России, всё официально, с документами - владеет собственными квартирами? Таких людей здесь сейчас сотни тысяч! Кроме того, я шёл и думал вот о чём. Судя по тому, что рассказали люди в вертолёте, остаётся вероятность, как это не грустно и смешно, что нападение на нас оказалось чистым совпадением. Возможно, они на самом деле преследовали банду - тут сейчас это тоже не редкость. Таким образом, не исключено, что о нас и правда не знает никто из тех, кого мы опасаемся.
       Лис согласился:
       - Я, между прочим, тоже подумал: при чём тут птицефабрика? Может быть, мы зря людей грохнули!
       - Как ни печально, возможно, что зря, - подтвердил Терп. - Но не сбей мы вертолёт, сами валялись бы сейчас продырявленные или сидели в наручниках, в лучшем случае. С другой стороны, может быть, легенда с птицефабрикой и бандитами лишь ширма для исполнителей: им же должны были поставить какую-то реальную задачу. Но, в общем, существует такая дурацкая поговорка: всё, что ни делается - к лучшему. Таким образом, возможно, нам и бояться-то нечего. Но, имейте в виду: если этот вертолёт действительно разыскивал банду, то на дорогах появятся усиленные посты милиции. А это плохо, так как, раз нас с вертолёта приняли за банду, то могут принять и на земле. И поэтому тоже надо разделиться.
       Терп подробно объяснил Лису, где расположено его городское жилье, назвал номера телефонов и места, где спрятал ключи от входных дверей, после чего, пожелав удачи, направился через кусты к шоссе. Лис и Монра присели в зарослях на опушке недалеко от дороги, поглядывая сквозь ветви за тем, как их друг взбирается по насыпи.
       Творец остановился у обочины и стал ждать. Прошло минут десять, прежде чем появилась первая легковая машина, напомнившая Лису "Волгу" ГАЗ-24, хотя и сильно изменённой внешности: весь передок, фары и решётка радиатора были иными. И всё-таки Лису казалось, что это какая-то модификация известной ему марки.
       Терп махнул рукой, а когда автомобиль остановился, перебросился несколькими словами с водителем. Ответ, судя по всему, последовал положительный, потому что Творец спокойно забрался внутрь, и машина укатила.
       Лис и Монра подождали с полчаса. Лиса удивило, что на шоссе оставалось довольно тихо. Но потом он сообразил, в чём, судя по всему, дело. Ещё во время его пребывания на Земле тут началось строительство новой магистрали Свердловск-Челябинск. Теперь, похоже, новая трасса давно действовала, и основной поток транспорта шёл стороной. Только этим Лис и мог объяснить тишину, царившую на старом тракте. Раньше даже в такие утренние часы здесь было куда оживлённее.
       Сейчас же за время, что они выжидали после отъезда Терпа, по дороге проехало всего четыре машины, и лишь одну, УАЗик, Лис узнал, но три другие были ему незнакомы. Один легковой автомобиль - небольшой, класса "жигулей", но не имевший ничего общего с ними с сильно скошенным задним стеклом без привычного выступа багажника - промчался очень быстро, и Лис не успел его толком рассмотреть. Вторым прошёл какой-то небольшой грузовичок с зализанным передком и синим тентом на кузове, а третья машина и вовсе оказалась здоровенным иностранным джипом. Подобные машины Лис ранее видел только на картинках, но эта имела более обтекаемые и плавные формы. Джин ехал спокойно и вальяжно, и Лис даже успел прочитать надпись "Land Cruiser", сделанную латинским шрифтом на корме машины рядом с запасным колесом.
       Вокруг всё оставалось спокойно, поэтому, решив, что выждали они вполне достаточно, Лис и Монра двинулись вперёд и, обойдя небольшую ложбинку, залитую дождевой водой, так же как и Терп, поднялись на шоссе. Направо километрах в трёх уже виднелись постройки Сысерти, куда им следовало добраться на первом этапе.
       Со стороны Екатеринбурга послышался шум мотора, и вскоре из-за поворота вылетел автомобиль - знакомая Лису вазовская "четвёрка" ярко-красного цвета. Но "голосовать" явно не стоило: весь салон заполняли какими-то коробки, и задок автомобиля сильно просел.
       Монра потянула воздух и поморщилась: теперь уже пресловутыми выхлопными газами пахло весьма ощутимо.
       Облака окончательно растащило, и на солнце стало даже жарко для такого раннего часа - немного подумав, Монра сняла ветровку.
       Чтобы не стоять на обочине, они пошли в сторону городка.
       Несмотря на то, что по старому шоссе движение было куда менее интенсивным, чем помнил Лис, по мере того как солнце вставало выше, на дороге делалось всё оживлённее. Через пару минут сзади вновь донёсся рокот мотора.
       Приближавшаяся сейчас машина выглядела подобием той малолитражки, что Лис уже видел получасом ранее, но имела кузов типа "седан". На решётке радиатора красовался знакомый вазовский значок.
       Машина была выкрашена в симпатичный, как бы отливающий перламутром, серебристо-зеленоватый цвет, а в салоне сидел один водитель. Лис решительно поднял руку.
       Судя по всему, шофёр не собирался останавливаться, но, уже почти поравнявшись с пешеходами, передумал и резко затормозил. Машина зацепила правыми колёсами обочину, и не будь земля смочена ночным дождём, поднялась бы туча пыли.
       Водитель крепкий молодой парень лет двадцати пяти, постриженный почти "под ноль", наклонился, рассматривая путников через опущенное стекло правой передней двери. На мощной шее, вылезая из-под чёрной в светлых разводах рубашки, красовалась толстая золотая цепь.
       - До автовокзала в Сысерти докинешь? - спросил Лис.
       - Скока? - поинтересовался парень, с неподдельным интересом разглядывая Монру, стоявшую чуть в стороне.
       - А скока надо? - в тон ответил Лис.
       Парень чуть подумал:
       - Двадцать пять "косарей" устроит?
       - Это как - старыми?
       Лис переспросил просто для уверенности: Терп объяснил масштабы цен и рассказал, что в России как раз с начала этого земного года происходит замена старых денег на новые по номиналу один к тысяче.
       Парень заржал, продолжая откровенно пялиться на грудь Монры, выпиравшую из-под свитерка:
       - Ну, можешь новыми дать!
       - Едем! - Лис распахнул заднюю дверь, посадил Монру, после чего сам плюхнулся рядом с водителем.
       Парень явно предпочёл бы, чтобы рядом с ним села женщина, но деваться было некуда, и он, возможно, от досады, рванул машину так, что взвизгнули шины.
      
      
       Г Л А В А 2
      
       До окраины городка, застроенной в массе своей одноэтажными деревенскими домиками, они домчались меньше, чем за минуту. Только одна машина попалась им на встречу - какая-то белая иномарка.
       Лис едва успел окинуть взглядом окрестности, которые он в той или иной степени, в общем-то, узнавал. Вид на подъезде к Сысерти изменился, но не столь уж разительно.
       Конечно, некоторые перемены присутствовали налицо. Прежде всего, кое-где подросли деревья, кое-где они оказались вырублены, но, надо отдать должное, не слишком сильно - можно было ожидать и худшего. Будка поста ГАИ у самого знака въезда в городок исчезла, но слева за рядами улочек также как и раньше, знакомо дыбились трубы и краны завода "Гидромаш".
       Мало изменился и вид строений на окраине. Единственное, что удивило Лиса, так это то, что возле одних ворот стоял явно иностранный легковой автомобиль.
       В целом же общее впечатление узнаваемости настолько сильно резануло память, что на мгновение Лису показалось, будто он никуда и не отлучался с Земли.
       Лис скользнул взглядом по салону машины, в которой сейчас сидел. Сомнений быть не могло, автомобиль производства ВАЗа, о чём свидетельствовал, например, значок на большой кнопке звукового сигнала, но раньше Лис не видел ничего подобного. Не будь знакомого логотипа, Лис, до этого вообще не сидевший в иномарках, решил бы, что машина не советсткая.
       В верхней части панели располагалось некое устройство, сверкающее разноцветными огоньками. Вероятно, устройство являлось магнитолой, но она имела настолько мало общего с магнитолой "Урал", добытой в своё время Лисом по большому блату через знакомую продавщицу в отделе радиотоваров, что сейчас он даже подался вперёд, чтобы рассмотреть незнакомое название "Alpina". Водитель по-своему истолковал любопытство пассажира:
       - Вещь сильная: по сто ватт на канал!
       И в подтверждение этих слов парень коснулся какой-то пупки, установленной на рулевой колонке. Рявкнуло так, что Лис поморщился - звуки неслись не только сзади, но и из динамиков, врезанных в обивку передних дверей. Несмотря на оглушающую громкость, нельзя было не признать, что качество воспроизведения действительно хорошее.
       Да и сама музыка не оказалась в принципе противной, и в другое время Лис даже с интересом послушал бы, насколько продвинулась культура за время его отсутствия, но сейчас голову занимали совсем другие мысли.
       - Слушай, - попросил он водителя, - всё, конечно, здорово, но сделай потише, пожалуйста! Так ведь оглохнуть можно!
       Парень довольно засмеялся и убавил звук. Они проехали мимо знакомого Лису первого магазина на въезде в Сысерть, откуда уже рукой подать оставалось до автовокзала. Возле магазина расположились несколько киосков с витринами, ломившимися от разноцветных пакетов и бутылок. Пятнадцать лет назад здесь стоял лишь грязный овощной ларёк, а в самом магазине было, что называется, шаром покати. Сейчас на стёклах каждой из двух витрин красовались большие красно-белые надписи "Coca-Cola", немыслимые в советские времена и, тем более, здесь.
       Напротив этого очень старого заведения в первом этаже двухэтажного жилого дома появился новый магазин под показавшейся Лису странной вывеской "Зеркальный", отделанный определённо в западном стиле. На его открытой двери виднелась большая яркая наклейка "Sprite". Что это значило, Лис не знал. Возможно, там торговали зеркалами одноимённой фирмы?
       Автомобиль лихо свернул на небольшую площадь и остановился перед автовокзалом, здание которого существенно не изменилось. Лис достал деньги, изготовленные Терпом по соответствующим образцам купюр, произвольно выбрав номера и серии банкнот.
       - Я уверен, что сойдёт, - заметил тогда Терп, - тем более, что они практически настоящие. Вот только номера могут где-то подвести, но вероятность такого прокола ничтожная.
       Лис отсчитал двадцать пять рублей и протянул водителю:
       - Спасибо за доставку!
       Они с Монрой вышли из машины и остановились, оглядываясь вокруг. Лис вспомнил, где находится вход в отделение касс автовокзала, и направился туда.
       Водитель начал разворачиваться, чтобы выехать с площадки. Когда автомобиль сделал почти круг и вновь поравнялся с парочкой, парень притормозил, высовываясь через опущенное стекло.
       - А вам чё, в Свердловск? - поинтересовался он.
       Лис машинально отметил про себя, что парень назвал город по-старому.
       - А что такое? - ответил Лис вопросом на вопрос.
       - Да ничего. - Водитель продолжал настолько явно пялиться на Монру, что это уже начинало раздражать. - Могу подвезти и до Свердловска. Я всё равно хотел туда смотаться попозже. А могу и сейчас, так что смотрите...
       - Не надо! - отрезал Лис. - У нас тут дела.
       - Слушай, а ты не из группы случайно? У нас тут недавно группа из Свердловска выступала, ты вроде похож на одного парня оттуда.
       Лис догадался, что речь идёт о музыкальном ансамбле, и, наверное, на подобную мысль водителя навели его слишком длинные волосы.
       - Нет, не из группы! - ответил Лис, поворачиваясь, чтобы уйти.
       Парень открыл, было, рот, возможно намереваясь начать выяснять какие дела у них могут быть в Сысерти. Вероятно, он стал бы интересоваться, не имеют ли они тут общих знакомых, но Лис прервал подобные поползновения в зародыше, коротко бросив "Пока!", и зашагал с Монрой к зданию автовокзала.
       - Почему он говорит "Свердловск", - спросила Монра. - Терп сказал, что город, куда нам надо, называется Екатеринбург.
       - Наверное, называет по старой привычке, - поразительно точно угадал Лис.
       - Может быть, стоило поехать с ним? Мы бы уже были в пути, а так нам надо садиться в этот, как ты его называешь, автобус, рассчитанный на много людей сразу. - Монра кивнула на обшарпанный "Икарус", стоявший у здания автовокзала. - Мне кажется, что в аппарате аборигена комфортнее ехать.
       - Давай-ка переходить на русский язык. Говорящие на иностранном языке в таком месте как Сысерть, будут привлекать повышенное внимание. Да и в Екатеринбурге, тоже.
       Монра перед их отправкой на Землю прошла ускоренный курс русского, включавший около двадцати тысяч слов и выражений, так что могла изъясняться не хуже, если не лучше многих, кто считал этот язык родным, хотя значение многих слов ей было не всегда ясно.
       - Аппарат называется автомобилем или просто машиной, - уточнил Лис и добавил: - Уверен, что с этим типом мы бы поехали не сразу. Он же предлагал свои услуги затем, чтобы попытаться познакомиться с тобой поближе и, возможно, "снять". То есть, в конце концов, затащить в постель. Жлоб так на тебя пялился, и только не говори, что ты не заметила, не поверю. Явно рассчитывал, что произведёт на тебя впечатление своим автомобилем, и, чем чёрт не шутит, отобьет, может быть.
       - Ну и что, что пялился? - хмыкнула Монра. - Уж не ревнуешь ли ты? К нему?! Глупо, Лис, мы ведь могли просто использовать этого аборигена для собственного удобства.
       - Повторяю, вряд ли бы он повёз нас сразу. Даже не сомневаюсь, что начал бы оттягивать время отъезда под любыми предлогами, навязывал бы знакомство, а нам лишние знакомые ни к чему. Мы сами будем выбирать знакомых, а не они нас! - резко сказал Лис.
       - Ну ладно, ладно, чего ты волнуешься! - засмеялась Монра. - Неужели думаешь, что у него могли быть хоть какие-то шансы?
       Лис покачал головой:
       - Дело не только в нём. У нас, похоже, могут быть непредвиденные проблемы, если все местные мужики будут так пялиться на тебя. Надо будет подобрать тебе какую-то одежду, скрывающую фигуру, что ли. Хотя... - Он махнул рукой. - На тебя хоть покрывало надень, всё равно видно.
       - Что я могу поделать! - снова засмеялась Монра. - Неужели тут, на твоей родине, все женщины такие страхолюдины?
       - Вообще-то, совсем нет, - ответил Лис. - В своё время мне казалось, что здесь красивых девчонок хватает, но ты - дело особенное. Тебя можно хоть сейчас в Голливуд или на конкурс красоты: сходу бы получила везде первые роли и места.
       - Что такое Голливуд? - спросила Монра.
       Лис вкратце объяснил, и, поскольку они уже подходили к самому зданию автовокзала, возле которого стояли и сидели на скамейках люди, попросил задавать пока меньше вопросов.
       У кассы толпилось несколько человек, и Лис пристроился к очереди. Потрёпанный мужчина в потрёпанной куртке с надписью "Chicago Black Hawkes", которому Лис задал дежурный вопрос, кто последний, ответив, как-то странно посмотрел на него. Видимо, сам Лис сильно отвык от русского языка, поскольку за пятнадцать лет практически ничего, кроме матерных слов в слух на нём не произносил.
       Лис припомнил, что в местах, подобным Сысерти, кассиры обычно не слишком торопятся, и не ошибся: стоять пришлось довольно долго. С шестью человеками полная женщина в цветастом платье, сидевшая за перегородкой, разбиралась минут двадцать.
       Пока они переминались с ноги на ногу, Лис огляделся вокруг и чуть не заскрипел зубами от раздражения: все мужчины "детородного возраста", находившиеся в кассовом зале, так или иначе обратили внимание на Монру, и даже несколько присутствовавших молодых женщины косили глазами на его подругу. Больше всего Лису не понравились три шпанистого вида почти наголо обритых парня, попивавших пиво из бутылок с незнакомыми, но русскими этикетками.
       Лису не терпелось поскорее убраться подальше из этих мест, поскольку после такого неожиданного нападения в самом начале вступления на земную территорию (Лис про себя усмехнулся некоторой тавтологии собственной мысли) он постоянно ждал неприятностей. К сожалению, когда, наконец, он наклонился к окошку, выяснилось, что билеты есть только на автобус, отходящий лишь через полтора часа.
       - Чего вы хотите, суббота же, - буркнула кассирша.
       - Ага, - кивнул Лис, а про себя подумал, что хорошо бы ещё выяснить точный день и месяц: Терп упустил из виду сообщить эти сведения, а сам Лис не спросил в суматохе. И только спустя несколько мгновений, Лис сообразил, что дата штампуется на билетах.
       - Что будем делать? - поинтересовалась Монра.
       Лис пожал плечами:
       - Ну а что делать? Возьмём то, что есть, а пока сходим перекусим. Тут не так далеко, между прочим, была вполне приличная блинная. Немного осмотримся.
       Монра даже обрадовалась: она, как и Лис, тоже проголодалась.
       Купив билеты, они вышли на улицу. Погода разгулялась окончательно: большинство облаков исчезло, и голубое небо Земли раскинулось над Сысертью и, казалось, над всем этим миром.
       Кивнув на киоски с яркими витринами, стоявшие справа от здания автовокзала, Лис предложил Монре подойти и взглянуть на то, чем торгуют.
       Лис отвык от земных товаров, точнее - от их внешнего вида и оформления. Все предметы, которыми он пользовался во Дворце, и пища, производимая там, несмотря на иной раз практически полное соответствие многим земным аналогам, не имели какой бы то ни было упаковки и этикеток в торговом понимании. То же самое, естественно, относилось и к товарам, производимым на гранях планеты, поскольку самый высокий уровень товарного производства там соответствовал максимум эпохе раннего средневековья.
       Живя в Советском Союзе Лис, конечно, как и большинство граждан этой страны, не был избалован обилием товаров и яркими этикетками. Сейчас перед ним раскинулась витрина, немыслимая в прежние времена не то что в захолустной Сысерти, но даже в Москве. Чего тут только не было! Рядами выстроились многочисленные виды прохладительных напитков, пива, вин, кондитерских изделий, сигарет, зажигалок, жевательной резинки и даже презервативов с томными красотками в зазывающих позах на пакетиках. А чтобы догадаться о содержимом некоторых упаковок даже требовалось время.
       - Надо же! - пробормотал он, разглядывая дешёвое и не очень великолепие. - Изменения-то в стране, действительно, грандиозные!
       Единственное, что немного разочаровало Лиса - то, что подавляющее число этикеток за небольшим исключением показались ему импортными. Это вносило какие-то смутные сомнения в общее впечатление о достигнутом процветании, во всяком случае, как понимал Лис. Он, разумеется, рад был увидеть изобилие товаров по сравнению с убожеством советской торговли времён своей юности, но предпочёл бы лицезреть разнообразные и красиво оформленные вещи и продукты, выпущенные в родной стране.
       Чтобы освежиться, Лис купил по бутылочке светлого пива, называвшегося "Holsten". Насколько он помнил по прочитанному когда-то, это была хорошая датская марка. Тут его удивил ещё один факт: пиво со всеми датскими регалиями оказалось всё-таки разлито на заводе в Калуге, о чём и сообщала этикетка.
       В одном из трёх киосков продавались газеты. Печатная продукция могла поведать о том, что сейчас происходит в стране, чтобы лучше понять изменения, случившиеся в отсутствие Лиса. Правда, из-за пестроты обложек и множества никак не связанных с полиграфией товаров Лис сначала принял данную торговую точку тоже за киоск, торговавший напитками и сластями.
       Киоск назывался "Роспечать", но в нём продавались не одни газеты, а и всякие мелочи, и также книги, поразившие Лиса. Тут были такие обложки! Они могли поспорить только с немногими печатными штучками западного производства, изредка виденными Лисом в советские времена. Полуголые и голые особы женского пола соседствовали с драконообразными тварями и оскаленными бандитскими рожами, размахивающими пистолетами и совершенно невообразимыми орудиями убийства, с которых обильно капала кровь. Всё это буднично-спокойно располагалось на фоне газет - и каких: с цветными фотографиями выставлявших напоказ сиськи и разводящих ноги обнажённых девиц. По мнению Лиса, подобное было уж слишком, тем более, в провинции.
       - Я, определённо, попал в весьма переломный период истории родной страны, - пробормотал Лис, задумчиво рассматривая шедевры полиграфии.
       Монра, стоя рядом с ним, сделала неопределённый жест плечом и скривила губы.
       - Ладно, идём, - сказал Лис, - но я обязательно накуплю этих газеток.
       - С голыми бабами? - участливо поинтересовалась Монра по-русски.
       - Нет, про голых баб я и так знаю достаточно. Мне нужно то, что несёт более существенную информацию.
       Стоявший неподалёку автобус запустил двигатель, и вдоль заасфальтированной площади потянуло удушливым смрадом дизельного выхлопа, просто отвратительного в жаркий летний день. Монра скривилась, да и Лису, отвыкшему от подобных ароматов за пятнадцать лет, тоже резануло обоняние.
       - Вот-вот, - покивал он, - начинается. Представляю, что будет в большом городе. Пойдём отсюда.
       Попивая пиво, они двинулись по тенистой улочке в сторону, где, как помнил Лис, располагалась закусочная. Оглянувшись, Лис заметил, что трое стриженых парней вышли из здания автовокзала и стоят, зыркая в их сторону, смачно поплёвывая, продолжая прихлёбывать из бутылок и о чём-то переговариваясь.
       Лису очень не хотелось, чтобы парни увязались за ними. Судя по внешнему виду, ничего хорошего ждать от общения с ними не приходилось, а устраивать драку не стоило. Он не сомневался, что справится с парнями даже без применения оружия, но любая стычка - это лишнее привлечение внимания милиции или ещё кого.
       К счастью, опасения его не оправдались, и парни так и остались стоять на углу у киосков, провожая парочку неприятными взглядами. Очевидно, их намерения не пошли дальше созерцания удаляющегося зада Монры, и Лис удовлетворённо вздохнул.
       Минут через десять, дойдя до более широкой асфальтированной улицы, идущей в пересекающем направлении, Лис повернул направо. Здесь в торце первого же дома располагался магазин под уже виденной вывеской "Зеркальный". Лис непроизвольно пожал плечами, недоумевая.
       В этот момент у обочины дороги за редкой шеренгой кривовато росших тополей притормозила машина. Возможно, Лис и не обратил бы на неё внимания, если бы это был какой-нибудь знакомый автомобиль советской марки. Но это была белая "Toyota Carina Е" - Лис хорошо мог разглядеть шильдик на торце багажника, поскольку машина встала чуть впереди по ходу их движения.
       Лис задержал взгляд на автомобиле. Ему показалось, что трое мужчин, сидевших внутри разглядывали его и Монру.
       - Ты чего? - спросила Монра, почувствовав напряжение друга.
       - Эта машина мне не нравится, - процедил Лис сквозь зубы. - Но не обращай внимания, идём, как шли.
       Пока автомобиль оставался в поле зрения, Лис следил за ним краем глаза. Одновременно он нащупал в боковом кармане куртки лучемёт-авторучку.
       Когда они прошли несколько шагов, сзади заурчал двигатель. Лис напрягся, готовый выхватить оружие, но автомобиль не спеша отъехал от обочины, покатил по улице и удалился, свернув в один из боковых проездов примерно через квартал.
       - Ты заметил нечто подозрительное? - спросила Монра.
       - После такого бурного утра мне почти всё кажется подозрительным, - вздохнул Лис. - Надеюсь, я буду и дальше только ошибаться в этих подозрениях.
       Метров через сто он снова свернул направо, и они оказались на улочке с небольшим базарчиком, где местные жители торговали плодами с приусадебных участков и вообще, чем придётся. Так же здесь стял самый крупный по тем временам универмаг в Сысерти.
       Универмаг остался, на месте осталась и сама блинная, к названию которой теперь имелось непонятное дополнение "ООО", а вот место базарчика пустовало. Правда на тротуаре напротив маленького скверика, стояли два переносных навеса из цветной синтетической ткани и с прилавками, где сейчас продавались фрукты. Лис чуть не обомлел: там лежали бананы, апельсины и даже ананасы - и ни одного человека рядом, кроме самих продавщиц! Ну кто мог в начале восьмидесятых годов представить подобное в Сысерти, если даже в Москве у прилавка с таким товаром колыхалась бы неврастеничная очередь!
       На той же стороне, что и блинная, в торце хрущёвской пятиэтажки на высоком крыльце красовался вход в некий магазин "Альянс", торговавший, как утверждала вывеска, теле-видео-аудиоаппаратурой и бытовой техникой.
       - Так как ты насчёт того, чтобы перекусить? - спросил Лис.
       - Положительно, - подтвердила Монра. - Посмотрим, чем на твоей родине кормят.
       Лис покосился на фруктовые ларьки:
       - Мне это сейчас уже и самому интересно проверить.
       В помещении блинной так же, как и помнил Лис, стояло шесть-семь столиков, однако вместо масляной краски по стенам шли панели из лакированной рейки. То, что можно было назвать стойкой бара, тоже оделось в дерево и, судя по замызганности, уже давно. Основные изменения, к которым Лис начал привыкать, состояли в содержимом полок бара. Такой набор напитков и сигарет, в большинстве своём импортных, во времена оные можно было вообразить только в сказке, или заграничном кино.
       Несмотря на достаточно ранний час, в блинной уже сидели посетители - четверо молодых мужчин, все коротко стриженые и вполне мускулистые.. Одеты они были в свободные рубашки, а один в чёрную майку с чрезвычайно узкой грудной и спинной частью. Кроме того, на одном красовались короткие штанах до колен. Лиса это весьма удивило, поскольку ранее в Сысерти увидеть взрослого человека в шортах даже в жаркий день было практически невозможно.
       У того, что носил майку, на плече намалёвана татуировка: голова девушки, на фоне перекрещенных розы и меча. У того, что носил шорты, на пальцах руки Лис заметил два вытатуированных синих перстня, соседствовавших с одним золотым. Мужики, само собой, сразу же положили глаза на Монру.
       Лис прикинул, как сесть, чтобы четвёрка оставалась в поле зрения, и подошёл к стойке, рассматривая содержимое бара, предварительно поставив сумку на пол у столика в углу рядом с выходом.
       Из-за занавески, отделявшей заднее подсобное помещение, вышла женщина в белом фартуке и весьма дружелюбно посмотрела на Лиса, одновременно охватив быстрым взглядом зал и вновь занятый столик.
       - Кушать будете, - то ли спросила, то ли сделала заключение женщина.
       - За тем и пришли, - улыбнулся Лис и попытался скаламбурить: - Что у вас есть поесть?
       - Вот меню, посмотрите, - хозяйка зала протянула Лису тонкую пластиковую папочку. - Блинчики, как всегда: с мясом, с капустой, с творогом, с грибами, простые. Пельменчики можно отварить, домашние.
       Лис поблагодарил и, взяв меню, вернулся к столику. Монра, закинув ногу на ногу, рассматривала стыки стен и потолка. Глядя на неё со стороны, можно было подумать, что она одна в этом небольшом зале и совершенно не замечает жадных взглядов, бросаемых в её сторону четвёркой за столиком у окна.
       На предложение Лиса выбрать блюдо Монра усмехнулась и пожала плечами: она смутно помнила какие-то деликатесы, которые ела с Терпом сто лет тому назад во Франции, но тут...
       Лис порекомендовал взять порцию блинчиков с мясом и порцию простых блинов со сметаной, но, увидев в меню красную икру, рекомендовал, конечно, блины с икрой.
       Монра согласилась, Лис сделал заказ на блюда и взял по пятьдесят граммов армянского коньяка "Арарат". В ассортименте присутствовали разные водки, иноземные виски и ликёры, но Лис предпочёл проверенный армянский напиток, навевавший ему особые воспоминания. К выпивке Лис взял по шоколадному батончику "Bounty" в показавшейся очень красивой голубой упаковке.
       За столом у мужиков звякнуло стекло, и Лис искоса взглянул: там разливали что-то из бутылки с надписью "Smirnoff" - судя по бесцветности напитка, водку.
       Лис тоже поднял стаканчик с коньяком и понюхал. Запах неожиданно удивил: в нём присутствовал совсем иной, чем ожидаемый, аромат. Возможно, обоняние изменилось за годы, проведённые в мире Терпа, а, возможно, он просто отвык от запаха коньяка? Хотя, нет, ведь коньяк был в многочисленных кладовых Дворца, и Лис его неоднократно пробовал... Логично оставалось предположить, что напиток - совсем не "Арарат", знакомый ему.
       - Ну, ладно, - сказал Лис и пошутил: - За успех нашего, казалось бы безнадёжного дела.
       Они чокнулись, выпили и скривились одновременно. Лис удивлённо поднял брови, разглядывая пустую посуду.
       - Это что, самый приличный здесь напиток? - почти обиженно спросила Монра. - У твоих друзей-предателей, у гномов, и то было лучше.
       - Не знаю, - Лис поставил стакан на стол. - Мне сразу показалось, что запах не такой, как я помню, ну а вкус совсем уж противный.
       - Ты сказал, что это знаменитый крепкий напиток, но налита какая-то дрянь, - подытожила Монра.
       - М-да, странно... - протянул Лис. - Пиво-то было хорошее.
       К счастью батончик, которым они закусили, оказался превосходным.
       Лис покачал головой, и встретился глазами с одним из членов компании, сидевшей в блинной. Мужик как раз что-то говорил своим друзьям, насмешливо кивая в сторону парочки. Лис пристально посмотрел на кивавшего: он не любил, когда кто-то обсуждал его вот так - издали и не слышно.
       Мужик, поймав взгляд Лис, упёрся в него с ухмылкой, не понравившейся Лису. Вообще, вся эта компания нравились много меньше, чем ребята возле автовокзала. Но и у тех и у других было нечто общее во взгляде и в манере держаться: некая, казалось, демонстрация вседозволенности и оценивающая наглость. Пустой и в то же время цепкий, пронизывающий взгляд напоминал глаза змеи, блестящие не как глаза живого существа, а словно отполированное чёрное стекло.
       "Не знаю", - подумал Лис, - "или я слишком предвзят к родному миру, или мне просто кажется, но что-то слишком много с самого начала попадается явных ублюдков".
       Мужик всё-таки не выдержал взгляда Лиса и, кривя губы, начал смотреть в сторону, продолжая что-то говорить собутыльникам.
       Детина в майке повернулся и тоже посмотрел на Лиса. Лис не стал соревноваться в гляделки с этим типом, а лишь скользнув глазами, отвернулся с усталым демонстративным безразличием.
       Для Монры всё не осталось незамеченным.
       - Что ты там нашёл интересного? - спросила она.
       - Да эти хмыри: сидят, нас разглядывают и, судя по всему, активно обсуждают. Тебя, скорее всего.
       Монра усмехнулась, презрительно покосилась на компанию:
       - Да ну их к дьяволу! Когда нам подадут еду?
       Словно услышав эти слова, женщина в белом халате вынырнула из-за занавески и начала выставлять на стойку бара тарелки - здесь не подавали за стол.
       - Ваши блинчики и икра! - позвала женщина. - Выпивку ещё будете брать?
       - Будем! - заверил Лис.
       Забрав со стойки бара тарелки, он повернулся к мужикам и спросил:
       - Ребята, не откажите в любезности: который час?
       Компания как-то дёрнулась и, казалось, напряглась - они, похоже, не ожидали, что Лис вообще может обратиться к ним с каким-то вопросом. Тот, что в майке, медленно как бы вразвалку снова обернулся к Лису и провёл по нему взглядом снизу вверх, водя при этом языком за нижней губой, словно прочищая зубы от остатков закуски. Лис постарался изобразить на лице дружелюбие и продолжал смотреть прямо на мужика.
       Обладатель чёрной майки, не меняя выражения лица, скосил глаза на левое запястье, где красовалось что-то хромированное. Выждав паузу и, снова вскинув глаза на Лиса, а скорее на Монру, выдавил из себя:
       - Без двадцати одиннадцать...
       - Спасибо большое, - сладко поблагодарил Лис.
       Он вернулся к стойке и снова осмотрел выставленные напитки. Решив больше с коньяками не связываться, Лис выбрал виски "Long John" и заказал две порции по сто грамм. Барменша-повариха хлопнула ресницами и сообщила:
       - Виски у нас дорогое...
       - Это ничего, - заверил её Лис. - Не самый страшный факт!
       Они выпили по глотку, и Монра одобрила:
       - Вот, совсем другое качество!
       Затем они принялись за еду. Лис хотел показать Монре, как правильно есть блины с икрой, на что та сообщила, что кое-что вспоминает: ей когда-то в Париже уже приходилось пробовать нечто подобное.
       Мимоходом Лис взглянул в окно - по улице как раз медленно проезжала белая "Тойота". Это показалось Лису подозрительным, но он решил, что всё-таки Сысерть - городишко маленький, поэтому увидеть здесь в течение короткого промежутка времени одну и ту же машину не является необычным фактом.
       Он уже расправлялся с порцией блинчиков с мясом, когда рядом с их столиком шаркнули ноги. Лис поднял глаза.
       Мужик или точнее парень в шортах стоял рядом и, видимо, пытался галантно улыбаться.
       - Разрешите? - спросил он, косясь на Монру.
       Не дожидаясь ответа, парень выдвинул свободный стул и уселся.
       Лис отправил в рот кусок блинчика, подобрал алюминиевой вилкой мясные крошки в тарелке и внимательно посмотрел на парня.
       Он понял, что его провоцируют. Желательно было выйти из данной ситуации без конфликтов, поскольку они с Монрой меньше всего нуждались сейчас в шумихе и привлечении внимания к своим персонам. Но, к сожалению, Лис видел, что парень находится уже на такой стадии опьянения, и, самое главное, на такой ступени развития, что договориться по-хорошему вряд ли удастся.
       Лис улыбнулся:
       - Ну вот, вы уже сами сели...
       - И без всякого на то разрешения! - В голосе Монры звучало полное презрение. - Почему бы вам не убраться назад за свой стол?
       Лис бросил быстрый взгляд на Монру, давая понять, что не стоит накалять обстановку и похлопал её по руке.
       - Мы просто хотим спокойно позавтракать, - мягко сообщил он. - Мы на неприятности не нарываемся.
       Рожа парня расплылась в самодовольной ухмылке. Смотрел он теперь только на Монру, как будто Лиса не существовало вовсе.
       - Голуба! - Парень просто цвёл, показывая пару золотых зубов впереди. - Чувак у тебя не тот, не тот! Заказывать тебе икру под такое говно! Я видел, что вы сперва взяли: этот коньяк чурки из всякой параши гонят. В общем, давай, подседай к нам, мы тебя не обидим. Ты тёлка высший класс, а мы ребята не последние и здесь, и в Свердловске, между прочим. Мы тебе не то, что пойло хорошее, мы тебе марафету кайфового подтянем... Чувак твой пусть канает, мы же против него ничего не имеем, в натуре...
       Сдерживаться оставалось просто невозможно. Не поворачивая головы, он бросил быстрый взгляд на столик, где осталась троица. Мужчины глазели на развитие событий, забавляясь, готовые подключиться в любую секунду.
       Барменши за стойкой не было: очевидно, она не хотела выступать свидетелем. "Ну, так даже лучше", - подумал Лис.
       - Слушай, - негромко чеканя слова, осведомился он, - ты в кого такой наглец? Тебя, что, вообще не учили, как надо разговаривать с людьми?
       Парень не удостоил Лиса вниманием, лишь покосившись на него глазом, и снова уставился на Монру.
       - А чувак у тебя непонятливый, нарывается. - Он протянул руку и хотел взял ладонь Монры, собираясь её погладить. - Сказали же ему: пускай отсюда канает и...
       Обладатель шортов не успел закончить фразу - Монра сделала резкое движение. Хорошо поставленный точный прямой удар в переносицу опрокинул парня вместе со стулом. Удар был настолько хорошо выполнен, что парень, свалившись набок, больше не двигался.
       - Классно сделано, но, возможно, ты поторопилась, - быстро заметил Лис, не в силах, тем не менее, сдержать усмешку над распростёртым на полу пьяным хамом, самоуверенно полагавшим, что все вокруг должны плясать под его музыку.
       - Ты чё, падла!? - заорали за соседним столиком.
       Бугай в майке вскочил, что-то щёлкнуло. Лис увидел в его руке нож с длинным выкидным лезвием. Остальные двое тоже поднялись и медленно перемещались, обходя Лиса и Монру с краёв.
       - Ты на кого, блядь, руку поднял? - Бугай двинулся на Лиса, будучи уверенным, что ударил его собутыльника именно он, а не женщина.
       Лис понял, что уйти "без шуму и пыли" снова не удастся.
       - Зря вы, ребята, к нам прицепились, - демонстративно вздохнул Лис, вытаскивая из кармана маленький лучемёт.
       Детина скользнул быстрым взглядом по чему-то, напоминавшему авторучку, ожидая увидеть, как минимум, нож. То, что Лис вытащил из кармана, его совершенно не испугало.
       - Да я тебя, падла, сейчас раком поставлю, петух ты, ё...ный... - начал бугай, надвигаясь на Лиса.
       Лис, продолжая с ненавистью усмехаться, перевёл оружие на оглушающие удары так называемого "твёрдого света" и наставительно предупредил:
       - А ругаться нехорошо: надо уметь себя вести в общественных местах.
       - Ты счас мне, пидар, полопочешь... - начал бугай. - Сосать будешь вместе с тёлкой своей, козёл...
       - Ну-ну, размечтался, - хмыкнул Лис и выстрелил.
       Луч ударил детину в лоб, и он, отлетев назад, рухнул на столик, за которым только что сидел. Зазвенело битое стекло, на пол посыпалась посуда, сметаемая уже бесчувственным телом. Дружки громилы на мгновение застыли, как вкопанные.
       Лис, не дожидаясь продолжения, свалил обоих выстрелами в солнечное сплетение и дополнительно оглушил импульсами в голову.
       Стало очень тихо, настолько, что слышно было, как стекает на пол пролитая на столе водка.
       - Надеюсь, шейные позвонки у него выдержали удар, - Лис сплюнул на детину в майке. - А, впрочем, какая уже разница?
       - Меня это тоже не волнует, - ответила Монра, поднимая сумку с пола и оглядываясь по сторонам. - Похоже, мы уже позавтракали?
       За стойкой бара кто-то шевельнулся, и Лис даже вздрогнул от пронзительного вопля:
       - Помогите, убили!!! - завизжала повариха-барменша, выскочив через проход из подсобного помещения; по-видимому, она была знакома со всей компанией.
       - Не ори! - грозно приказал Лис. - Они первые начали. Заткнись, не поднимай шума, тебя мы не тронем.
       Он лихорадочно соображал, что делать в подобной ситуации. Весь его многолетний опыт в мире Граней сейчас не вполне годился. Здесь шла совершенно другая жизнь, действовали иные законы, иная мораль. В любой момент в помещение могли войти новые посетители с улицы, знакомые барменши, да мало ли кто? Если просто убежать, то барменша наверняка сейчас же вызовет милицию, а это означало уже прямое преследование со стороны властей, которое сильно усложнит ситуацию, особенно, считая, что их уже ищет таинственный "Он", хозяйничающий на Земле.
       - А-а-а! Убили!... - вопила барменша, выскакивая из-за стойки: секундное замешательство Лиса придало ей дополнительную смелость. - Уби-или!
       Крик оборвался: Монра заткнула женщине рот выстрелом из такого же как у Лиса лучемёта, тоже установленного на оглушающую мощность.
       - В безоружных женщин ты, конечно, стрелять не можешь, - язвительно заметила Монра.
       - Поменьше сарказма, пошли отсюда, - Лис потянул подругу за руку.
       Они выскочили из блинной и зашагали прочь. Метров через сто Лис обернулся. Белая иномарка остановилась напротив входа в закусочную, и из неё вышли двое. Лис дёрнул Монру в промежуток между двумя панельными домами и через дворы вывел на соседнюю улицу.
       - Чёрт возьми! - выругался он. - Здесь и скрыться-то трудно: Сысерть - просто большая деревня.
       - Понимаю, - кивнула Монра. - Маленький населённый пункт, всё на виду. Пройдём к тому месту, где мы будем садиться на автобус?
       - Если нас будут искать, то абсолютно точно именно там в первую очередь. Идём в другую сторону!
       Лис направился к центру городка, плохо представляя, что теперь будет делать. Ситуация в блинной скоро обнаружится, а отделение милиции, насколько он помнил, совсем недалеко за углом, если только оно не перекочевало куда-то за прошедшие годы. Значит, окажутся задействованы и официальные стражи порядка.
       И хотя оглушённые придут в себя не скоро, чтобы давать показания, но начнутся опросы возможных свидетелей, например, продавцов фруктов, которые могли заметить, как парочка заходила в блинную и выходили из неё. Да и машина, остановившаяся у закусочной, Лису совсем не нравилась.
       Сзади заурчал мотор, и Лис резко обернулся, но по улице ехала обыкновенная вазовская "шестёрка" красного цвета.
       Они прошли уже метров четыреста, никто их не преследовал. Становилось жарко - и не только от палящего солнца, но и от волнения. Чуть в стороне в проулке Лис увидел водопроводную колонку и обрадовался. Он объяснил Монре, что это такое и предложил попить простой воды и умыться. Монра с явным удовольствием подставила ладони под тугую, почти ледяную струю.
       Лис уже заканчивал плескать себе на лицо, когда рядом скрипнули тормоза. Он отфыркнулся и поднял глаза. Метрах в десяти у обочины остановилась уже знакомая белая "Тойота".
       В машине по-прежнему сидело три человека. Передняя правая дверца открылась, и наружу выбрался мужчина в светлом летнем пиджаке. Тяжёлое грубоватое лицо излучало безмятежность и олимпийское спокойствие. Мужчина немного лениво взглянул по сторонам, не выпуская, однако, Лиса и Монру из поля зрения.
       Лис тоже быстро дёрнул глазами вправо-влево. В Сысерти и так, как правило, по улицам не гуляла масса прохожих, а тут, в начале проулка, было совсем пусто, лишь вдалеке у ворот одного из домиков пожилой мужчина возился со стареньким "Запорожцем".
       Мужчина дружелюбно улыбнулся Лису и махнул рукой.
       - Ребята! - Он сделал шаг к ним, всё так же широко улыбаясь. - Улицу не могу найти. Подскажите, у меня тут адрес записан...
       Мужчина держал какую-то бумажку, разворачивая её пальцами одной руки, а второй делая зовущее движение, как бы приглашая Лиса и Монру приблизиться и посмотреть на листок.
       Возможно, в иной ситуации Лис и купился бы на открытую улыбку и такую естественную, казалось бы, просьбу подойти и посмотреть на каракули, намалёванные кем-то на бумажке, чтобы рассказать, где эта улица, где этот дом, особенно, знай он - где. Но сейчас ему стало понятно, что мужчине необходимо подманить их как можно ближе к машине.
       Зрение, улучшенное в медицинских лабораториях Дворца и наблюдательность, отточенная на равнинах и в лесах мира Терпа, не подвели Лиса: когда мужчина выбирался из "Тойоты", под лёгким летним пиджаком мотнулась кобура с пистолетом.
      
      
       Г Л А В А 3
      
       Лис не знал, поняла ли Монра что-либо в этой ситуации, но надеялся на сообразительность подруги, которую та уже не раз проявляла. Он быстро выхватил из кармана маленький лучемёт и направил оружие на мужчину.
       - Сядь в машину, - приказал негромко Лис, - и валите отсюда!
       Мужчина немного опешил, но также как и бугай в блинной не понял назначение небольшого и совсем не страшного на вид предмета.
       - Я просто хотел... - Мужчина улыбнулся уже натянуто и сделал ещё шаг по направлению к Лису.
       - В машину, я сказал! - В голосе Лиса зазвучала такая угроза, что мужчина всё же остановился.
       Он как бы в растерянности взглянул в сторону, но этот манёвр не обманул Лиса: тут был явный расчёт на то, что и он невольно посмотрит в том же направлении и потеряет очень ценную сейчас секунду-другую. Правая рука мужчины медленно и небрежно начала скользить к кобуре, висевшей под пиджаком. Лис нажал на кнопку, активирующую оружие.
       Мужчину швырнуло о борт машины. Он приложился так, что на поверхности задней дверцы, там, где ударилась голова, образовалась вмятина. Бесчувственное тело скатилось в канаву под уклон и осталось лежать в высокой траве, растущей у небольшой лужицы, куда подтекала вода из колонки.
       Лис приготовился выстрелить в тех, кто был в машине, справедливо ожидая, что они могут вмешаться. Монра рядом с ним уже сориентировалась и тоже изготовилась к стрельбе, но машина неожиданно резко, с пробуксовкой, рванула с места и умчалась по проулку, пугая разгуливающих кое-где кур.
       Лис оглянулся по сторонам: на их счастье никого из случайных прохожих в непосредственной близи не было. Мужичонка, возившийся с "Запорожцем" метрах в трёхстах от колонки, озирался, привлечённый резко промчавшимся автомобилем, но явно не понимал, что случилось. Он помотал головой, сплюнул и снова занялся своим драндулетом. Тело, упавшее в глубокую канаву, похоже, никто не заметил.
       Лис быстро подскочил к лежавшему в углублении мужчине и вывернул карманы. Вспоминая детективные фильмы, виденные в своё время на Земле, и стараясь не оставлять отпечатков пальцев, он исследовал и кобуру с пистолетом:
       Пистолет был обычным пистолетом Макарова, но с навёрнутым глушителем. Карманы неизвестного оказались практически пустыми, не считая мятого носового платка, маленькой связки ключей и бумажника. Поскольку рассматривать содержимое бумажника времени не оставалось, Лис сунул трофей в карман, и они быстро удалились с места происшествия.
       Пройдя по узкому непроезжему проулку, имевшему скорее статус тропинки между убогими покосившимися заборами, они очутились на улице, выходившей к небольшой площади перед местным колхозным, как его когда-то называли, рынком, хотя колхозные продукты на нём практически никогда не были представлены. В основном здесь торговали частники, продававшие произраставшее и выкармливаемое на личном подворье.
       Возле рынка почти всегда царило значительное оживление, и здесь даже имелись шансы на какое-то время затеряться среди народа. Пройдя немного по улице, поднимавшейся в горку, они миновали самый крупный в Сысерти ресторан и очутились у входа в местный парк, расположенный на берегу пруда.
       В парке среди нескольких незатейливых аттракционов Лис увидел небольшое летнее кафе, расположенное так, что с улицы многие столики закрывались кустами. Он усадил Монру за один из столиков, не просматривавшийся из-за декоративного заборчика парка, и заказал пива у молоденькой продавщицы, выполняющей одновременно и обязанности официантки. Времени было в обрез, но им требовалось успокоиться и подумать, как действовать дальше.
       Миловидная девушка протёрла столик, поставила заказанное пиво в высоких запотевших пластиковых стаканах и ушла, стрельнув любопытным взглядом по парочке. Лис подождал, пока она отойдёт, и вытащил трофейный бумажник.
       Прежде всего, Лиса привлекло водительское удостоверение, выданное на имя Замарова Олега Николаевича 1958 года рождения. Удостоверение было точно такое же, как и в сумке Ингвара Яновича, маленькое с цветной фотографией.
       Кроме водительских прав из документов нашлось также удостоверение частного охранника от охранной фирмы "Магна" и разрешение на ношение оружия - пистолета Макарова, а также небольшая пластиковая карточка на имя того же Замарова от Мосбизнесбанка с трёхцветным флажком, на котором стояла надпись латинскими буквами "Visa". Поразмыслив, Лис сообразил, что это, очевидно, так называемая банковская кредитная карточка. "Вот, в России и такие появились", - подумал он.
       Удостоверение частного охранника позволило ему вздохнуть облегчённо: оглушённый мужчина не являлся сотрудником каких-либо государственных органов - МВД или, не дай бог, КГБ.
       Ещё в бумажнике оказались наличные деньги на сумму около полутора тысяч рублей "новыми" и небольшой листок бумаги с номерами телефонов, против которых стояли какие-то непонятные пометки и инициалы.
       - Информации не много, - констатировал Лис, сложив всё, кроме листка с телефонами, обратно в бумажник. - Этот список мы постараемся проверить позже.
       Монра, внимательно следившая за манипуляциями Лиса и успевавшая посматривать по сторонам, сказала:
       - У меня, знаешь ли, ощущение, что нам нужно как можно скорее убраться отсюда.
       - Наши ощущение поразительно совпадают! - хмыкнул Лис. - Я думаю о том же, но автобус отпадает: там мы будем как в западне. Однако просто топать по улицам туда, - Лис махнул рукой на выезд из городка, - нам тоже нежелательно, сама понимаешь: мы слишком заметные здесь.
       Он стукнул с досады кулаком по столу:
       - Перемудрили мы, планируя наш отъезд. Надо было просто ловить попутную машину на шоссе вдогонку за Терпом: уже бы в Свердловске были.
       - В Екатеринбурге, кажется, - поправила Монра.
       - Ну да, - машинально кивнул Лис.
       - А если поймать эту самую машину где-нибудь тут, на улицах?
       - Здесь маленький городишко, тут никто, может, и не повезёт до Сверд... до Екатеринбурга. Вот чёрт! - усмехнулся он. - Раньше я сам всегда говорил, что город должен называться Екатеринбургом, поскольку это было историческое название, а сейчас - не могу привыкнуть!
       - Ничего, ещё успеешь привыкнуть. Если дадут... - мрачно пошутила Монра.
       - Да уж... Но, может быть, ты права: попробуем поймать кого-то, кто согласиться увезти нас отсюда - мы же можем заплатить. Я думаю, стоит поговорить с водителями возле рынка: там много машин, возможно, и найдём кого-нибудь. Ведь чем дольше мы сидим тут, тем вероятнее, что в блинной поднялся шум. Да и эти на "Тойоте", наверное, уже сообщили своим о наших нестандартных средствах самообороны. Хотел бы я знать, кто они? Не думаю, что и частные охранники ищут простых бандитов. Вот в этот раз на нас, похоже, точно вышли именно те, кого мы опасаемся.
       - Может, хватит рассуждать, пойдём искать транспорт? - предложила Монра.
       - Да, - согласился Лис, - только сделаем так: я иду впереди, а ты метрах в пятидесяти сзади. Если кто-то нас ищет, то наверняка ищут двоих - мужчину и женщину. Слабоватый трюк, конечно, но может сработать, и нас, по крайней мере, не сразу заметят. Я пойду, а ты через полминуты за мной!
       Лис вышел из парка и, не спеша, двинулся к базарной площади. Метров через пятьдесят у низкой ограды он как бы невзначай обернулся: Монра как на прогулке шла через парк, лениво посматривая по сторонам.
       По мере того, как субботний день приближался к своему пику, оживление в районе рынка так же достигало максимума. У обочин уже стояло изрядное число автомобилей, а движение на улице стало куда более оживлённым, чем во времена, которые помнил Лис. Среди машин мелькало много знакомых "жигулей" и новых "лад" такого же типа, что и машина, доставившая Лиса и Монру в Сысерть. Некоторые из подобных автомобилей были обычными "седанами", но большинство имели укороченный сильно скошенный задок с пятой дверью. Все они, судя по надписям на задних дверях и крышках багажников, назывались "Лада-Спутник". По типу кузова Лис назвал бы их "универсалами" как и знакомые ему модели ВАЗ-2102 и 2104, но наклон задка был гораздо слишком уж пологим. Привлекши на помощь познания в английском, он вспомнил, что такие машины называются ещё "хэтчбэками" - "люк сзади".
       Кроме этих Лис заметил несколько совершенно иных моделей тоже с вазовскими эмблемами на решётка радиатора, но уже с совершенно иными формами кузова. На крышке багажника стояла надпись "лада 110", поэтому, несмотря на достаточно тревожную ситуацию, Лис не мог не потратить пары минут на изучение автомобиля, который остановился неподалёку.
       Машина красивого бирюзового цвета сперва показалась Лису самой настоящей иномаркой, и он уже готов был сказать про себя что-то вроде "Ну вот, научились, кажется, делать, как надо!". Но, подойдя поближе, Лис увидел плохо подогнанные стыки кузовных панелей, кривовато посаженные задние фонари и отстающие уплотнители дверных стёкол - и всё это, несмотря на то, что по состоянию краски машина явно недавно сошла с конвейера.
       Изучив машину сбоку, Лис пришёл к выводу, что заднее крыло непомерно высокое, а колёсная арка низкая, и это придаёт всей задней части автомобиля тяжеловесный и неуклюжий вид.
       Разглядывая автомобиль, Лис успевал бросать косые взгляды на Монру. Та ленивой походкой двигалась вслед на условленной дистанции, а после того, как Лис задержался, рассматривая автомобиль, Монра тоже приостановилась и стала глазеть по сторонам, небрежно перебрасывая сумку с одного плеча на другое. Она медленно двинулась вдоль лотков, во множестве стоявших вдоль улицы, как бы изучая их содержимое.
       У одного прилавка Монра задержалась. Какой-то кавказец, торговавший бананами, явно выращенными не на берегах Терека, настойчиво начал совать ей целую гроздь, но Монра ухмыльнулась с таким презрением, что даже у столь нахрапистой личности, как южный продавец, не достало наглости продолжить домогательства.
       Вернувшийся владелец заинтересовавшей Лиса машины подозрительно покосился на человека, пялившегося на его сокровище. Лис поинтересовался, не довезёт ли хозяин до Сверд..., то есть до Екатеринбурга, разумеется, за хорошую плату. Мужчина немного странно посмотрел на Лиса, категорически и как-то нервно отказался, сел в машину и укатил.
       Походив минут двадцать взад-вперёд, Лис понял, что найти шофёра, согласного везти их за пятьдесят километров, не так-то просто. Основной контингент водителей легковушек здесь составляли либо дачники, приехавшие прикупить провизию, либо местные жители, озабоченные собственными проблемами.
       Только один раз, услышав его разговор с владельцем сильно потрёпанной "тройки", услуги предложил парень на пикапе "Иж", но у него имелось только одно место в кабине. Водитель развёл руками, несмотря на два "стольника", обещанных Лисом:
       - Извини, друг, да хоть тысячу дай: второго-то пассажира я куда дену? У меня в кузове товар будет, туда никак не влезешь.
       Однако разговор с этим шофёром навёл Лиса на мысль поискать не легковое, а попутное грузовое средство передвижения. Не так комфортно, конечно, зато, возможно, менее заметно. Потом он вспомнил о возможных милицейских постах на дороге и решил, что это также не самый лучший вариант: в связи с поиском некой банды грузовые машины будут обыскивать наверняка ещё внимательнее, чем легковые.
       Честно говоря, Лис уже начинал нервничать. Ему хотелось как можно быстрее оказаться в большом городе, где можно намного легче, чем в маленькой Сысерти, раствориться в массе людей. Бродя по улице от машины к машине, он чувствовал себя открытым всем любопытным взглядам. Если преследователь или преследователи оказались настолько могущественными и осведомлёнными об их перемещениях, что почти сразу же после прохода в мир Земли послали для уничтожения маленькой группы вертолёт, а потом выследили их и в Сысерти, то с минуты на минуту можно было ждать новых неприятностей. Тем более, Лис и Монра нисколько не желая того, успели "наследить" в блинной, давая повод вмешаться и легальным правоохранительным организациям.
       Кроме того, Лис чувствовал, что за прошедшие тут на Земле пятнадцать лет многое изменилось, и он далеко не всё понимает и не всегда умеет адекватно себя вести, не привлекая лишнего внимания. Мир Земли стал ему в такой степени незнакомым, что на планете Граней он чувствовал бы себя сейчас куда более уверенно. Поэтому хотелось поскорее вновь оказаться рядом с Терпом, который был в курсе основных событий на Земле и мог подсказать, как лучше действовать в той или другой ситуации. Вообще им с Монрой уже давно полагалось бы быть в Сверд..., то есть, дьявол, в Екатеринбурге. Столько времени потеряли!
       Тут Лис вспомнил про необходимость обзавестись часами.
       Прямо напротив рынка располагался магазин "Промтовары", существовавший тут много лет, и всё ещё действовавший. Лис показал знаками Монре, чтобы она следовала за ним, и вошёл в магазин.
       Разнообразие товаров, в основном импортных, в торговом зале уже не удивило. Лис высмотрел прилавок с часами, и, выбрав пару электронных "Casio", показавшихся ему практичными и удобными, расплатился у кассы. Настроить часы пришлось с помощью продавца (молодого парня, чего никогда не наблюдалось тут раньше - за прилавком в былые годы работали только женщины), и вручил одни Монре.
       - Теперь мы можем назначать друг другу свидания и быть уверенными, что придём вовремя! - пошутил он.
       - Лучше бы нам поскорее отсюда уехать, - вздохнув, сказала Монра.
       Лис кивнул: ему не нравилось, что их пребывание в Сысерти затягивалось, показываться на автовокзале теперь не стоило, а уехать быстро на "частнике" всё не получалось.
       Прикидывая, как же лучше действовать теперь, они довольно рассеянно рассматривали товары на полках и прилавках, посматривая через большое стекло витрины на улицу.
       Несмотря ни на что, большого выбора, казалось, не оставалось, и следовали попробовать и далее найти машину, водитель которой согласился бы довезти до Екатеринбурга. Лис собирался уже вернуться к продолжению бесед с водителями на площади, когда заметил медленно проехавшую по улице знакомую белую "Тойоту". В машине сидели двое.
       Лис спокойно, чтобы не привлекать внимания, встал в дверях и посмотрел, куда направилась машина. "Тойота" проехала вниз по улице метров сто пятьдесят и остановилась у обочины.
       Водитель вышел из неё, и Лис сделал шаг назад в магазин, но человек просто подошёл к уличному киоску и купил сигареты
       Лис думал, что "Тойота" сразу же тронется, но неизвестные не торопились уезжать. Они курили, сидя в машине, и, очевидно, совещались - Лис видел струйки дыма, периодически выпускавшиеся из окон.
       И тут он принял неожиданное решение.
       Возможно, получасом ранее, Лис, убедившись, что люди в автомобиле их не видят, схватил бы Монру за руку и потащил прятаться в узенькие переулки. Но нервное напряжение достигло такого предела, когда, на счастье, у Лиса на подсознательном уровне включалась мощная интуиция действия. Он не мог дальше терпеть неизвестность, не мог просто убегать, не зная толком, от кого бежит, тем более, когда был уверен, что бежать приходится не от КГБ - самой страшной, по его мнению, силой в данной ситуации.
       Такой неизвестности следовало положить конец, а сделать это сейчас можно было лишь резкой, стремительной атакой. Когда не располагаешь мощью для ведения размеренного планомерного наступления, многое может дать быстрый решительный бросок, острый, как укол шпагой. Или встретишь быструю смерть, или добьёшься результата.
       Поэтому Лис сказал:
       - У меня появилась сумасшедшая идея...
       Монра вопросительно посмотрела на него и окинула взглядом улицу, прикидывая, куда можно дать дёру.
       - Предлагаю покататься с нашими преследователями... - выпалил Лис.
       - Ты с ума сошёл! - Монра вытаращила глаза.
       - Ещё не совсем, но эта неизвестность сводит меня с ума! Слушай, сейчас они нас явно не заметили. Предоставь всё мне. Я пойду один, и если, не дай бог, что-то не выйдет, у тебя есть адрес обоих квартир Трепа в Екатеринбурге. Постарайся, во что бы то ни стало, добраться туда, а пока встань вон за тем киоском и следи. Если мой план не сработает, действуй дальше по обстановке, тебя учить не надо. Если всё будет нормально после того, как я сяду в машину, я махну рукой из окна. Тогда быстро подходи и садись тоже. Ну, с богом!
       И, не давая Монре сказать ни слова возражения, Лис быстро двинулся к белому автомобилю.
       Азартное возбуждение охотника вновь каждую клетку тела - так ему надоело быть дичью, роль которой он играл в последнее время слишком часто. "Я из вас выбью всё!" - зло подумал Лис, стараясь как можно более небрежно и вместе с тем быстро передвигать ноги по неровному сысертскому тротуару.
       Когда до автомобиля, стоявшего у обочины, оставалось всего несколько метров, Лис точно понял, что сидящие в машине его не видят. Люди о чём-то спорили, не обращая внимания на происходившее вокруг, но Лис ошибся, решив, что в машине они одни: там находился и третий человек, отрешённо откинувшийся на заднем сиденье - тот, которого уже подобрали из канавы.
       За несколько секунд Лис рассмотрел этих людей лучше, чем в момент стычки у водопроводной колонки. Этим двоим тоже было на вид лет по сорок, сорок пять. Крепкие, хорошо сложённые мужчины, с такими надо действовать быстро, чтобы не позволить действовать им.
       Лис вытащил свой миниатюрный лучемёт, рывком распахнул заднюю дверь (благо, она оказалась незапертой) и уселся на сиденье рядом с уже знакомым господином Замаровым, совершенно не реагировавшим на происходящее после лучевого удара и последовавшего бодания головой бока машины.
       - Всем сидеть тихо! - решительно скомандовал Лис и, не мужчинам опомнится, опустил кнопки дверей водителя и пассажира, чтобы те не могли в случае чего быстро выскочить из салона. - Привет, парни!
       Для водителя и пребывавшего в сознании пассажира появление незнакомца оказалось настолько неожиданным, что на мгновение оба лишились дара речи.
       Но чувствовалось, что в себя такие люди приходят быстро. Сидевший впереди справа помедлил секунду-другую, и небрежно выбросил левой рукой окурок сигареты в приоткрытое окно, пытаясь отвлечь этим движением внимание Лиса, а правую начал медленно вести за пазуху.
       - Не дури, приятель! - Лис легонько ткнул в спину человека лучемётом. - Руки на переднюю панель! А водитель - на руль!
       - Вы по ка-акому праву садитесь в чужую машину! - повышая голос и растягивая слова, начал пассажир, продолжая медленно двигать кисть к висевшей под мышкой кобуре.
       - Я тебя предупреждал, дурак! - с сожалением промолвил Лис и послал импульс пассажиру в затылок.
       Он немного не рассчитал мощность на малой дистанции внутри салона. Мужчину толкнуло так, что он припечатался к лобовому стеклу, чуть не выбив его частью черепа, по которой оно получило своё название, и обмяк в кресле.
       Водитель, оказавшийся более покладистым, уже держа руки на руле, испуганно вскрикнул:
       - Вы что, с ума сошли! Кто вы, почему...?
       - Пока я желаю узнать, чего надо вам? - перебил Лис. - И не ори, я зря не убиваю. Ты уже, наверное, убедился, что товарищ Замаров, жив. Жив и этот придурок, оклемается часа через три, только лёгкое сотрясение получит.
       Он быстро осмотрелся, но никто на улице не обратил внимания на маленький инцидент внутри автомобиля. Высунув руку наружу, Лис сделал условленный знак.
       После того, как Монра уселась рядом, он приказал ей не спускать глаз с водителя, а сам забрал оружие у обоих мужчин. Он также вытащил пистолет у бесчувственного Замарова, но вернул в карман пиджака взятый ранее бумажник.
       - Как видишь, мы даже не грабители, - заметил Лис, показав бумажник водителю.
       Разрядив пистолеты, Лис вытер отпечатки пальцев платком Замарова, свалил оружие в карман на спинке одного из передних сидений и приказал:
       - Теперь поехали!
       - Куда? - нервно спросил водитель.
       - Пока прямо! Выезжай на тракт и дуй в сторону Екатеринбурга. По дороге будешь отвечать на вопросы.
       - Какие вопросы, что вам надо, ребята? Я не понимаю, если вам машина нужна...
       - Всё ты понимаешь! - оборвал Лис, - Поехал, кому сказано!
       Водитель завёл мотор и тронул машину.
       - Ребята! - снова просительно начал он. - У меня ведь семья...
       - Да никто тебя трогать не собирается! Расскажешь, что знаешь - и отпустим! Но без глупостей, если хочешь назад к семье, - предупредил Лис.
       Машина подъехала к выезду на старый тракт Свердловск - Челябинск и свернула налево.
       - Первый вопрос, - с расстановкой начал Лис, - кто вас послал следить за нами?
       - Ребята, по-моему, вы меня с кем-то спутали, - с облегчением, выглядевшим, впрочем, достаточно наигранным, сказал водитель. - Вы сели не в ту тачку. Вы на каких-то "крутых", наверное, работаете? На разборки кого-то вытаскиваете? А мы просто приехали сюда в гости и искали дом...
       Лис не совсем понял, что означают в данном контексте слова "крутых" и "разборки", но мягко похлопал мужчину по плечу:
       - Много говоришь, и всё не по существу. В гости приехали, значит, с "пушками" под мышками? И с глушителями каждая? Не завидую тем, к кому вы в гости собрались.
       Водитель чуть сник, но тут же снова начал вворачивать свою "легенду":
       - Мы частные охранники, работаем в серьёзной фирме, поэтому с оружием. Если наш босс узнает, что вы на нас напали, он вас из-под земли достанет. Я не хочу пугать, но, ей богу, не шучу. Отпустите меня и, так и быть, я не буду ему докладывать. Вот только ребята могут доложить... Придётся вам денег нам дать, как бы компенсацию, значит.
       - Посмотри, как он о нас заботится, - усмехнулся Лис. - Да ещё денег с нас получить желает! Ну, в общем, так, повторяю: не мели языком зря, отвечай точно на вопросы. Попытаешься по дороге выкинуть какой-нибудь номер, например, заорать, начнёшь тормозить, где не нужно или что-то такое - пеняй на себя! Этой штукой, - Лис ткнул в плечо водителя лучемётом, - можно и не оглушить, а просто убить. Если у меня не останется другого выхода, я так и сделаю. Ты понял?
       - Понял... - Водитель покосился на лучемёт.
       - Будь начеку, - посоветовал Лис Монре на языке Творцов, - не сомневаюсь, он прикидывается, что напуган, а сам будет ждать момента. Парни они крепкие и, судя по всему, бывалые.
       Монра кивнула.
       - Вы что, иностранцы? - искренне удивился водитель.
       Лис снова наклонился вперёд и сдавил ему плечо:
       - Ужас, ну и дурак же ты! Сказано же: помолчи, не открывай рот, пока тебя не спросят. Не твоего ума дело, хоть кто мы - иностранцы, пришельцы, черти, дьяволы. А мы пока посмотрим, кто вы такие. С анкетными данными вашего приятеля мы познакомились, теперь ваши узнать пора...
       С этими словами Лис покопался в карманах переднего пассажира, а затем, стараясь не мешать вести машину, обшарил пиджак водителя и занялся изучением найденного.
       По документам оба числились охранниками той же фирмы "Магна". Водителя и пассажира звали Артём Иванович Смирнов и Александр Михайлович Шкурко, 1959 и 1956 года соответственно. У обоих кроме водительских прав и удостоверений охранников имелись и паспорта. Шкурко был прописан в городе Каменск-Уральский, а Смирнов в Екатеринбурге на улице Ясной. Других любопытных вещей в карманах не нашлось, кроме заинтересовавшей Лиса продолговатой коробочки с коротким стержнем на одном из торцов, жидкокристаллическим дисплеем и кнопками - видимо, устройство связи.
       - Неплохая рация, - негромко себе под нос сказал Лис, взвешивая маленькую коробочку на ладони.
       Водитель удивлённо посмотрел на него:
       - Это же телефон, "сотик"...
       - М-да? - протянул Лис и вспомнил про так называемые сотовые телефоны: в начале восьмидесятых он читал о системах сотовой связи разрабатываемых в странах Европы и в Америке. Значит, и это в России появилось.
       На обратной стороне устройства виднелась длинная цепочка цифр, написанных несмываемой ручкой разными группами по две и по три.
       - Это номер телефона? - спросил Лис.
       Водитель снова покосился на него:
       - Да, но через восьмёрку надо набирать. Вы его можете, конечно, забрать, но учтите, что, когда узнают о пропаже, номер заблокируют.
       - Понимаю, - заверил Лис, засовывая телефон в карман, - и снова говорю: отвечай только тогда, когда я тебя спрашиваю. Поменьше комментируй, умник.
       Водитель замолчал. Они как раз выезжали из Сысерти - кончались последние домики. Лис снова ехал тем же маршрутом, что попал сюда, и впереди снова лежала неизвестность. Если только водитель не прояснит ситуацию, а он, похоже, парень достаточно крепкий и артистичный, из него так просто много не выбьешь. Где-то нужно будет остановиться, ведь не в городе же его допрашивать, а на дороге не удобно...
       - Метров через двести повернёшь налево, - сказал Лис. - Там будет съезд с дороги в карьер.
       - Ты хочешь устроить допрос по полной программе? - снова спросила Монра языке Творцов.
       Лис кивнул.
       - Может быть, лучше не тратить время: допросим по дороге. Нам же нужно быстрее попасть к Терпу.
       - По дороге может возникнуть масса непредвиденных обстоятельств,те же посты милиции могут быть, а я хочу не просто быстрее попасть в город, но и узнать как можно больше. На ходу это всё-таки не то, согласись, нужна более спокойная обстановка.
       - Ты собираешься сделать укол ПП?
       - Естественно! Он наверняка постарается что-то скрыть или недосказать, а "выбивать" из него признания действительно нет времени. Да я и не очень люблю такие забавы, признаюсь.
       Особенность "препарата правды", имевшегося у Творцов, позволяла не вгонять получившего инъекцию в состояние наркотического опьянения, а просто лишать способности не ответить или солгать на поставленные вопросы. Правда, следовало задавать эти вопросы правильно: если человека, находящегося под действие ПП, не спросить о чём-то конкретно, то он может и промолчать по этому поводу.
       Машина свернула с шоссе и закачалась на грунтовке, ведущей в котлован, начинавшийся недалеко за плотной стеной соснового леса, полностью скрывавшего его из виду с шоссе. Формой карьер походил на не слишком правильный круг со средним диаметром не более трёхсот метров и не был постоянно действующим. Здесь при необходимости брали крупный песок для строительных нужд района. По тишине, царившей сейчас в котловане, Лис понял, что такое положение дел сохранилось.
       Водитель притормозил перед большой лужей, занимавшей почти всю середину проезда:
       - Куда ехать-то?
       - Вперёд! - приказал Лис. - Объезжай лужу проедешь подальше вглубь карьера и встанешь, где место поровнее.
       В основном дно карьера было ровным и плотным, так что машина легко проходила везде. Здесь, правда, имелось великое множество луж, которые после дождей сохранялись очень долго, но их ничего не стоило объехать. В более глубоких ямах, скопились целые озерца воды, где росли даже камыши.
       Машина медленно двигалась по дороге, накатанной через карьер грузовиками. Лис приказал водителю свернуть за большую кучу пней, сдвинутую бульдозером на край огромной лужи, и встать за корягами на почти ровной площадке, упиравшейся в обрыв с торчащими корнями сосен.
       Попросив Монру не спускать глаз с водителя, Лис вытащил бесчувственных горе-сыщиков из машины. Осмотрев багажник, он нашёл кусок верёвки и связал незадачливых охранников. Пистолеты и обоймы Лис выбросил в стоячее озерцо.
       Взяв из сумки устройство для инъекций, Лис приказал водителю выходить из машины, снять пиджак и закатать рукав рубашки. Мужчина подозрительно покосился на иньектор:
       - Я не хочу, чтобы вы меня кололи... - Он замотал головой. - Я и так отвечу обо всём, что знаю, честное слово!
       Лис вздохнул:
       - Слушай, Артём Иванович, не смеши меня со своим честным словом! И не заставляй применять силу: поверь, ты будешь чувствовать себя паршиво - взгляни на своих друзей. А так я просто сделаю тебе укол, и мы сможем получить от правдивые ответы, не прибегая к пыткам. Может быть, ты мазохист и предпочёл бы издевательства, но у нас нет времени доставлять тебе такое удовольствие. Давай!...
       Монра для большей убедительности приставила лучемёт к голове водителя, и Артём Иванович нехотя подчинился. Начав подгибать рукав рубашки, он на секунду замешкался и бросил быстрый взгляд по сторонам.
       - Не глупи, Тёма, - почти ласково посоветовал Лис, - тем более, раз семья тебя ждёт. Не глупи!
       Через пятнадцать минут Лис и Монра узнали всё, а, точнее, поняли, что они почти ничего не узнали.
       Все трое действительно числились частными охранниками в так называемом обществе с ограниченной ответственностью "Магна". Охраняли же они не само это общество, а работали на его владельца, некоего Фахрутдинова Марата Валерьевича, державшего их, как и ещё троих парней, для специальных поручений. Как полагал Смирнов, Фахрутдинов работал не сам по себе, а действовал от лица кого-то другого, но кого конкретно Смирнов не знал - просто он несколько раз слышал, как Фахрутдинову звонили и приказывали сделать то-то и то-то, значит, над ним стоял некто более главный.
       Так произошло и на этот раз: приказали задержать людей, мужчину и женщину по писанию похожих на Лиса и Монру. То, что преследователи нашли их так быстро, тоже объяснилось просто: Фахрутдинов и четверо его людей как раз пребывали в коттедже в паре километров от Сысерти. Поступил телефонный звонок от неведомого охраннику лица, и босс приказал Смирнову, Шкурко и Замарову немедленно выехать и найти Лиса и Монру. Один человек остался с Фахрутдиновым в доме.
       Лис спросил, живёт ли в коттедже ещё кто-то - оказалось, что нет. В принципе, Фахрутдинов был женат, но жена и дети здесь никогда не бывали, для семьи у Фахрутдинова имелась вторая дача в другой стороне от города на озере Балтым. Сейчас же его домочадцы вообще находились на отдыхе в Испании.
       - Вам приказали нас убрать? - спросила Монра.
       - Нет-нет, - замотал головой Смирнов, - мы должны были под любым предлогом или силой заставить вас поехать с нами. В крайнем случае, сказали стрелять по ногам. А если бы как-то не получилось, то хотя бы проследить, куда вы направитесь.
       - И на кого же работает твой босс?
       - Я не знаю, это не наше дело. Марат Валерьевич нам платил, а лишних вопросов он не любит. Правда, Шкурко слышал, как Марат Валерьевич называл звонившего ему человека Михаилом Петровичем. Больше я ничего не знаю.
       - Сколько босс вам платил?
       - Две тысячи баксов, плюс бесплатная кормёжка и одежда, кроме того, все рабочие расходы, автомобиль в нашем распоряжении, премии иногда.
       - М-да, неплохо, - задумчиво сказал Лис, даже по отрывочной информации, полученной от Терпа, и по уже виденным ценам понимавший, что такая зарплата для нынешней России - более чем высокая.
       Он подробно записал адреса Фахрутдинова и офиса фирмы "Магна" в Екатеринбурге, а также все телефоны, которые знал Смирнов. Номера на бумажке, найденной Лисом в кармане Замарова, оказались телефонами для связи с другими людьми Фахрутдинова и некоторыми нужными для работы инстанциями, с которыми у шефа был контакт.
       Смирнов не слышали про вертолёт, и, насколько мог судить, и Фахрутдинов ничего не знал. Это свидетельствовало, что, либо Фахрутдинов тоже был исполнителем не слишком высокого уровня, либо... Лис пока не мог предположить иного варианта.
       Везение в данной ситуации определённо состояло в том, что Смирнов и Шкурко после инцидента с Замаровым пока ничего не успели доложить боссу, убоявшись его гнева за провал в, казалось бы, простой ситуации. Забрав из канавы своего коллегу, они повертелись немного по Сысерти, прикидывая, нельзя ли вообще скрыть случившееся. Сказать, что просто никого не нашли, было нетрудно, но только вот чем объяснить боссу состояние Замарова? Когда Лис захватил охранников врасплох, они как раз обсуждали возможные отмазки, куря сигарету за сигаретой.
       Лис призадумался. Монра в ожидании тоже молча смотрела на него.
       - В общем, так, - решил, наконец, Лис. - Когда увидишь своего шефа...
       - Вы меня отпустите? - с плохо скрываемой надеждой спросил Смирнов.
       - Сказал же, что отпустим.
       - А я бы никого из них не отпускала, - негромко заметила Монра на языке Творцов.
       - Я хочу постараться доказать, что мы никому не хотим делать плохо, и, может быть, удастся как-то договориться, - ответил Лис. - Ведь уже ясно, что это не шаровики, а, возможно, кто-то из ваших. Кто знает?...
       Монра пожала плечами.
       - Ну, а ты скажешь боссу, - продолжал Лис по-русски, - чтобы он связался с тем, кто им командует, с этим Михаилом Петровичем...
       - Я не могу говорить боссу про Михаила Петровича! Я вообще случайно знаю это имя, и Марату Валерьевичу такое не понравится...
       - Хорошо, не упоминай имён! Просто передай, что люди, которых хотел выследить твой босс, желают говорить с его хозяином, именно с хозяином, а не с ним самим! Больше ни от тебя, ни от твоего Фахрутдинова ничего не требуется. Но это - потом, когда увидишь босса лично.
       Пока же Лис приказал Смирнову вызвать шефа по радиотелефону и доложить, что разыскиваемые заметили слежку и ушли в лес. Шкурко и Замаров по легенде Лиса отправились преследовать беглецов.
       Фахрутдинов несколько растерялся от такого сообщения. План Лиса потянуть время полностью удавался, поскольку, судя по поведению Фахрутдинова, ему теперь явно требовалось доложить о подобном повороте событий тому, кто им командовал. Приказав Смирнову жать вызова, Марат Валерьевич отключился.
       - Ну, вот и прекрасно, - подытожил Лис. - А теперь повезёшь нас в Екатеринбург.
       Он переключил иньектор на усыпляющие уколы и вкатил связанным Шкурко и Замарову по дозе снотворного, чтобы они тихо просидели в карьере как можно дольше.
       Когда машина выезжала на шоссе, Монра сказала Лису на своём языке:
       - Я всё-таки поражаюсь, как быстро этот Он или Они нас выследили. Откуда там быстро могло появиться описание нашей внешности? И почему речь шла только о нас двоих.
       - Это меня тоже волнует, - Лис потёр подбородок. - И именно поэтому я начинаю тревожится за Терпа.
      
      
       Г Л А В А 4
      
       Несмотря на опасности, которые в нынешнем положении могли подстерегать их на каждом шагу, Лис с любопытством разглядывал окрестности, проносившиеся за стёклами машины. И дело было не только во внимании, требуемого к окружающему.
      Как ни пытался Лис все эти годы сам себе доказывать, что на Землю его не тянуло, сейчас он живо интересовался изменениями, произошедшими здесь за пятнадцать лет. Возможно, интерес был намного меньше, если бы волею обстоятельств Лиса сейчас забросило в районы планеты, где до этого он никогда не бывал. Но на родине, там, где провёл часть детства и юность, желание понять, что нового появилось за время его отсутствия, оказалось огромным.
       Правда, неких "глобальных" перемен, внутренне ожидаемых Лисом во всём (особенно после поразившего изобилия товаров на прилавках в Сысерти), он не увидел. Хотя деревня Кашино, через которую они проехали, обросла массой новых домов и коттеджей, и особенно вдоль тракта в сторону Екатеринбурга, но такое не являлось на взгляд Лиса принципиальной переменой.
       Качество асфальтового покрытия дороги за эти годы не изменилось в лучшую сторону. Лису даже показалось, что дефектов, заделанных наспех, сейчас было больше, но он мог и ошибаться. Кое-где от шоссе в сторону отходили новые дорожки и проезды с твёрдым покрытием, ведущие к дачным массивам, но это не меняло общей картины: главная магистраль не стала ни шире, ни ровнее.
       Качественное изменение опять же из сферы потребительского рынка бросилось Лису в глаза рядом с заправкой на въезде в деревню. Заметив сквозь деревья на изгибе дороги знакомый, так сказать, по прошлой жизни силуэт заправочной станции, Лис с интересом стал смотреть на приближающуюся АЗС и окончательно убедился, что проблем с бензином на ней явно нет. Как, наверное, и на всех остальных заправках страны - собственно, Лис начал догадываться об этом ещё в той же Сысерти.
       В последние годы его пребывания на Земле заправка горючим, так же как и многое другое в стране Советов вошла в категорию добывания дефицитных тваров. Сам Лис покупал бензин у знакомой девицы, работавшей на заправочной станции, расположенной практически за городом, и брал запас литров по сто-сто пятьдесят, набивая машину канистрами.
       Сейчас у знакомой ему заправки Лис увидел большой щит с информацией о наличии бензина и ценах на него. Против всех табличек - и "д\т", и "АИ-76", и "АИ-92", и даже "АИ-95" красовались слова "Есть"! И лишь у одной из колонок стоял автомобиль - здоровенный и какой-то нахальный импортный джип.
       Объехав большой стационарный пост ГАИ на развязке с новым шоссе Екатеринбург-Челябинск, машина вновь свернула на старый челябинский тракт. Ранее, пока водитель находился под воздействием "наркотика правды", Лис узнал, какой путь в город является оптимальным с точки зрения возможности встречи с постами автоинспекции. По словам Смирнова, получалось, что лучше всего было двигаться именно по старой дороге через городок Арамиль и птицефабрику: там теперь практически не располагалось ни одного стационарного поста ГАИ.
       Когда автомобиль уже мчался по старому тракту, в кабине запел сигнал вызова на аппарате, установленном между передними сиденьями. Взглянув для уверенности на часы и убедившись, что препарат точно уже не действует и Смирнов снова способен лгать, Лис приказал ответить, включив имевшуюся громкую связь.
       Это, как и ожидалось, оказался Фахрутдинов.
       - Ну, как, Артём? - поинтересовался он. - Ребята вернулись?
       У Фахрутдинова был густой несколько развязный голоса с тембрами человека, имеющего некоторое количество подчинённых. Лис сделал Смирнову рукой отрицательный знак.
       - Да рано ещё, Марат Валерьевич, - довольно естественно, по мнению Лиса, ответил Смирнов. - Те от них оторвались прилично, а из "Макара" да тем более с глушителем издали не достанешь.
       - Так-так, - сказал Фахрутдинов и чем-то смачно захрустел. - Вы только смотрите, не пристрелите их, придурки, только по ногам! Они мне живые нужны, поняли? Я же вам говорил! Без премии, блин, оставлю!
       - Да мы поняли, Марат Валерьевич, всё будет в ажуре, - бодро заверил Смирнов, а красноречия ему добавлял лучемёт, нажимавший на печень.
       - Ну, вот и хорошо, - промурлыкал Фахрутдинов. - Сделаете всё, как надо, я устрою тут пикничок оторваться, девок хороших приглашу. Если заслужите.
       - Спасибо, Марат Валерьевич, - подобострастно поблагодарил Смирнов.
       - Всё, работайте! - Фахрутдинов отключился.
       С минуту Лис сидел молча. Машина продолжала катиться по шоссе.
       "Что-то не вяжется", подумал Лис, но никак не мог понять - что.
       Вертолёт и Фахрутдинов, Фахрутдинов и вертолёт... Нет, судя по тому, что рассказал Смирнов, и то, как сейчас разговаривал Фахрутдинов, он не мог быть человеком, вызывавшим вертолёт. Может быть, вертолёт вызывал босс Фахрутдинова? Но тогда почему, имея возможности бросать на уничтожение троих людей вертолёты, он сейчас банально приказывает выслеживать их простым и не очень далёким охранникам какой-то частной фирмы? Ребята крепкие, но до великих профессионалов им явно далеко.
       Лис обернулся к Монре, сидевшую на заднем сидении. Она поняла его немой вопрос и пожала плечами, демонстрируя, что тоже теряется в догадках.
       - Останови машину! - вдруг приказал Лис.
       - Зачем? - насторожился водитель.
       - Ну и нудный же ты! Сказано - останови!
       - А где остановить-то?
       - Господи! - покачал головой Лис. - Не понимаю, как ты работал у своего босса? Тоже ему без конца вопросы задавал? Да у обочины и останавливайся!
       Тут до Лиса дошло, что Смирнов просто-напросто боится.
       - Ты не бойся, - заверил он мужчину. - Я же сказал, что ни один волос не упадёт с твоей головы, если ты не дашь нам повода.
       Водитель машинально кивнул, притормозил и остановился, съехав с асфальтового покрытия на отсыпанную мелким гравием обочину.
       Лис достал сотовый телефон и несколько секунд смотрел на панель с кнопками, соображая, как включается аппарат. На удивление, кое в чём система перекликалась с панелями управления, знакомыми ему по Дворцу, но сообразить как звонить он сразу не мог и протянул аппарат Смирнову:
       - Ну-ка, набери мне номер в городе... - Лис достал записку Терпа и продиктовал телефон первой квартиры, следя за тем, как водитель обращается с телефоном.
       Смирнов сделал всё как приказал Лис, и протянул ему трубку. Телефон не отвечал. Лис переглянулся с Монрой и уже сам, повторяя действия водителя, набрал второй номер. На этот раз трубку сняли после третьего гудка.
       - Слушаю! - Мужской голос произносил слова коротко и чётко. - Говорите!
       Лис на мгновение задержал дыхание: это был не Терп!
       - Простите, - медленно начал он, - ваш номер...? - И назвал номер телефона второй конспиративной квартиры.
       Казалось, вопрос о номере несколько озадачил человека на том конце радиотелефонной линии, и чеканность в голосе пропала.
       - Э-э... да, да, этот, - первое мгновение как-то неуверенно, а затем поспешно ответил незнакомец. - Вам кого позвать?
       - Иванова, - быстро попросил Лис первое, что пришло на ум, - Сергея Ивановича.
       - Вышел он! - На сей раз мужчина сориентировался уже быстрее. - Позже будет. Что передать?
       - Передайте: звонил Петров, еду к Сидорову, - ответил Лис и нажал кнопку сброса.
       - У Терпа на второй квартире засада, - сообщил он Монре на языке Творцов. - Сам он либо в плену, либо скрывается. Одно ясно: нам там появляться сейчас нельзя.
       - Ты думаешь, что он не попался все эти годы, а теперь вот так глупо дал себя взять? - удивилась Монра.
       Лис пожал плечами:
       - Кто знает, что изменилось? Теперь я даже не знаю, что нам-то делать...
       - Но если Терп жив и не в плену, нам нужно подумать, как с ним связаться, - сказала Монра.
       - А если он в плену, - продолжил Лис, - нам нужно придумать, как его вытащить. И даже если он мёртв, нам всё равно нужно разобраться с теми, кто его убил!
       - Ты сумасшедший! - Монра покачала головой. - Я же вижу: ты на Земле давно не был и во многом не ориентируешься. Тут даже появились незнакомые тебе средства связи - я заметила: ты даже не сразу понял, как номер набирать. Даже Терп лучше знаком с положением дел.
       - Естественно! - согласился Лис, - Но что же ты предлагаешь? У нас опять получается старый разговор. Ты же прекрасно понимаешь, что обратной дороги уже нет. Ну спрячемся мы в одном из ваших миров - нас рано или поздно найдут. Не хочу я провести остаток жизни зверем, скрывающимся от охотников, да и ты, полагаю, тоже.
       - Охотником, разумеется, быть лучше, - невесело усмехнулась Монра, - даже если тебе просто думается, что охотник ты. Но есть ли у тебя какой-то план действий?
       - Никакого чёткого плана пока нет, - Лис развёл руками. - У нас недостаток информации, поэтому нужно собрать её как можно больше, пока нас не обложили со всех сторон, и ещё остаётся свобода манёвра. Значит так: меняем направление движения, нужно тряхнуть его босса, - Лис кивнул на водителя: - И выбить всё, что тот знает, а там посмотрим.
       - Где же ты собираешься его тряхнуть? - удивилась Монра. - Сунуться прямо к нему в дом?
       - А почему бы и нет? Он нас не ждёт, а из того, что рассказал шофёр, ясно, что Фахрутдинов тоже не главная фигура, но уже может кое-что знать, существенное для нас. Наш подопечный, - Лис снова кивнул на Смирнова, - никогда не видел людей главнее, чем его босс, значит, в дом Фахрутдинова они не приезжают. Сейчас этот тип там только с одним охранником. Вот мы с ними и разберёмся.
       - Ну а потом?
       - Потом - суп с котом!
       - Что?! - удивилась Монра. - Ты всё шутишь?
       - Да! Я имею в виду: далее будем действовать в зависимости от того, что узнаем. А сейчас я другого варианта не вижу. Ехать в Екатеринбург? Но что делать там, с чего начать? Единственная зацепка - квартиры Терпа, но там засада, во всяком случае, на одной точно. Нам туда, скорее всего, тоже придётся сунуться, но для начала надо узнать побольше от Фахрутдинова. Ну, как, ты согласна с таким планом?
       Монра думала несколько секунд.
       - Что ж, действительно, иного пути не видно, - наконец сказала она. - Я уже заразилась твоей методикой: нас там не ждут, точнее, ждут, но не думают, что мы знаем о том, что они знают, что мы знаем... - Монра усмехнулась. - Так можно попробовать и на квартиру налететь неожиданно. Может, начать прямо оттуда?
       Лис посмотрел на подругу вполоборота:
       - Ты начинаешь шутить, и мне это нравится, значит, шансов у нас будет больше. Но если серьёзно, я думаю, что там, на квартире уже могут догадываться, что мы знаем о засаде: я ведь туда звонил. В общем-то, мысль, конечно, тоже неплохая. Хотя я не думаю, что Терпа будут держать именно там, значит, кого-то из крупных боссов там явно не будет, а люди в засаде на квартире, безусловно, такие же пешки как наш водитель. Фахрутдинов же, как никак, рангом выше и знает больше. Давай начнём с него.
       Лис приказал Смирнову связаться с боссом и выдать следующую версию: женщина уже схвачена, а мужчину, раненого в ногу, Шкурко возьмёт с минуты на минуту.
       Фахрутдинов несказанно обрадовался и подтвердил распоряжение тащить обоих к нему в коттедж, как только операция будет полностью завершена.
       Когда водитель, сказав "Есть!" и дал отбой, Лис хлопнул Смирнова по плечу:
       - Ну, вот! Теперь тебе вообще не надо будет ничего придумывать боссу.
       - Я вас не понял, - неуверенно сказал водитель, - вы чего хотите?
       - Хочу, чтобы ты нас доставил прямиком к своему боссу. Он один в коттедже?
       - С ним оставался Серёга Уваров, наш четвёртый. Больше, вроде, никого не ждали.
       - Вот и прекрасно! Смотри, коли врёшь: человек я не злой, как ты уже убедился, но обманешь - первым тебя положу, из принципа. Эта штука, повторяю, - Лис помахал лучемётом перед носом Смирнова, - не только оглушает, но и прожигает насквозь. В общем, разворачивайся, и поехали к твоему боссу!
       На обратном пути Лис подробно расспросил о подъезде к коттеджу Фахрутдинова, о том, как открываются ворота (он был уверен, что ворота есть, и не ошибся), кто их открывает и где бывает сам хозяин дома, когда во двор въезжает машина. Узнал Лис и про общее расположение участка, про высоту забора и тому подобные вещи.
       Коттедж Фахрутдинова стоял не в самой Сысерти, а по дороге к посёлку Асбест в группе из пары десятков домов. Участок, принадлежащий Фахрутдинову, имел площадь в двадцать соток, его окружал высокий забор. В довершение всего, усадьба очень удачно располагалась самой крайней, и остальные дома находились достаточно далеко.
       Они мчались назад, и уже когда снова проехали Кашино, Лис сообразил:
       - Завернёшь ещё раз на карьер за своими друзьями, - приказал он Смирнову и добавил для Монры: - Теперь, думаю, их стоит забрать с собой. Вдруг кто-нибудь наткнётся в лесу на них, и раньше времени поднимется шум.
       - Ребята, - несколько смущённо спросил Смирнов, - а что вы мне такое вкололи? Я ведь всё помню, что говорил, и я бы вам многое просто так не рассказал, а тут вы меня спрашиваете, я не хочу говорить, но... не могу не ответить. И наврать ничего не могу...
       Было видно, что эта проблема мучает его с самого начала допроса, но спросить он решился лишь сейчас.
       Лис засмеялся:
       - Армянский коньяк мы тебе ввели внутримышечно! Расслабляет и способствует общению. Устраивает такое объяснение?
       Водитель растерянно хмыкнул, но больше задавать вопросов не стал и молчал до самого карьера.
       Замарова и Шкурко нашли там же, где и оставили - за сравнительно короткое время никто сюда не наведался. Лис с помощью Смирнова под пристальным наблюдением Монры затолкали тела в просторный багажник "Тойоты".
       - Твоим коллегам будет не очень удобно, - сообщил Лис охраннику, - но придётся потерпеть. Тем более они пока ничего не чувствуют. Будем считать, им повезло: в том, что нас ждёт впереди, они активно участвовать не будут, и больше не пострадают.
       Смирнов невесело пожал плечами. Было видно, что его больше заботит собственная судьба: он оставался в сознании, и пострадать боялся. Кроме того, его, безусловно, тяготила необходимость потом, когда всё, так или иначе, закончится, объясняться со своим патроном. Получалось, что он чуть ли не добровольно выполнил все требования людей, которых его послали выследить и схватить.
       - А ты, друг, послушай сюда, - сказал Лис, искоса следивший за написанными на лице водителя переживаниями. - Если ты служил у босса подручным для разного рода тёмных делишек, то знал, на что идёшь. И если ты сейчас думаешь о своей семье, то, повторяю, веди себя тихо и делай то, что мы тебе будем говорить. Попытаешься как-то предупредить патрона или четвёртого охранника, пеняй на себя! Будешь благоразумен - семья тебя не потеряет.
       - О, боги! - воскликнула Монра. - Нашёл с кем объясняться. Как же ты сам много говоришь!
       - В конце концов, я рассчитываю на то, что он поймёт, и не наделает глупостей в неподходящий момент. Он же человек, хочет жить, поэтому должен мыслить, пока существует, как говорится.
       Он ещё раз объяснил Смирнову, что от него потребуется и в довершение всего, достав из сумки более мощный лучемёт наподобие того, каким его в своё время стращал Ингвар Янович, продемонстрировал действие оружия на средних размеров сосёнке, росшей на краю карьера метрах в сорока от того места, где они стояли. Перерезанный в нескольких местах за секунду ствол дерева рухнул с обрыва. Водитель вытаращил глаза, и, когда упавшая последней крона с шуршанием сползла вниз, взмолился:
       - У меня... м-м... только есть одна просьба. Мне с шефом потом всё равно будет объясняться сложно. Вы не могли бы мне как-то морду обработать? Конечно, лучше бы не так, как у Сашки, - Смирнов кивнул на багажник, где покоился Шкурко, на лице которого расплывался один громадный синяк, - но что-нибудь убедительное? А то, сами понимаете, меня обвинят в помощи вам. Фахрутдинов такое не простит...
       - Устроим, - заверил Лис, - обещаю.
       Проехав через Сысерть от тракта несколько кварталов направо, они свернули на вполне приличную асфальтовую дорогу, ведущую к Асбесту. Миновав кладбище и красивый сосновый бор с купальней на берегу речки, машина через пару минут подъехала к новому посёлку из коттеджей, почтив се, как один, построенных из облицовочного красного кирпича.
       - Дом Фахрутдинова последний, - информировал водитель.
       - Делай, как договорились, - Лис погрозил пальцем и приготовил лучемёт.
       "Тойота" свернула на отдельный проезд, ведущий наискосок к последнему дому.
       Смирнов по приказанию Лиса подрулил так, чтобы телекамера, установленная на левом столбе ворот, хорошо показывала только его самого на водительском месте и, опустив стекло, помахал в объектив рукой. Через несколько секунд массивные деревянные ворота, перехваченные металлическими полосами, медленно распахнулись, пропуская машину во двор.
       Лис присвистнул: участок и дом Фахрутдинова, которые было невозможно разглядеть из-за забора, больше похожего на крепостную стену, впечатляли.
       Не то, чтобы Лис не видел подобного - в мире Терпа и в самом Дворце ему приходилось встречать куда более завораживающую роскошь. Но для страны с названием СССР или Россия, да ещё не в Москве, а на Урале, подобная усадьба казалась чем-то из ряда вон выходящим.
       От ворот в глубину двора вела широкая асфальтированная дорожка. Справа от неё вдоль забора тянулись какие-то хозяйственные постройки, включавшие гараж, куда мог въехать не один автомобиль. Слева метрах в десяти находился самый настоящий бассейн, оформленный как бассейны, которые на Земле Лис видел только в зарубежных фильмах. Возле бассейна даже стояли шезлонги и торчали два пляжных зонтика.
       Площадка за бассейном щетинилась кустами малины и смородины, но больше каких-либо огородных посадок видно не было - все свободные площади покрывала ровно подстриженная трава. Вдоль забора по периметру участка росли сосны, оставшиеся на этом месте от естественного леса. Кое-где виднелись молодые ёлочки и берёзки.
       Асфальтовая дорожка заканчивалась просторной площадкой, где легко мог развернуться КамАЗ. К площадке небольшим водопадом под навесом спускались ступени крыльца.
       Коттедж из красного гладкого кирпича имел три этажа, включая цокольный, облицованный светлыми пластиковыми панелями. Крыльцо поднималось на обширную застеклённую веранду, над которой нависал большой балкон-лоджия, украшенный по краям лепным орнаментом.
       Лис мысленно вздохнул: пятнадцать лет назад такие дома попадались лишь на картинках в импортных журналах, а теперь, судя по тому, что он уже видел, их стало много.
       С крыльца к машине спускался крепкий коротко стриженый мужчина в пиджачке, на лице играла кривая усмешка. Солнце очень удачно светило ему в глаза, а поскольку стёкла в "Тойоте" были слегка тонированы, мужчина не сразу мог чётко разглядеть, кто сидит в машине. Но через приспущенное стекло со стороны водителя он видел Смирнова, ничего не подозревал и оставался спокоен. По всей видимости, это и был четвёртый охранник Уваров.
       Как заранее приказал Лис, Смирнов махнул рукой и спросил:
       - Где шеф?
       Охранник скабрёзно ухмыльнулся и показал рукой куда-то в дом:
       - С Маринкой... Нервничал очень, весь испсиховался, что вы этих ещё не взяли. А как ты позвонил и сказал, что всё в ажуре, сразу Маринку за жопу - и дерёт её сейчас наверху. Нервное напряжение снимает, стало быть. Приказал, приедете, мужика с бабой запереть в чулане - и можете отдыхать.
       Уваров подошёл вплотную к машине и наклонился к окошку водителя, заглядывая в салон. То, что он увидел, сильно его озадачило.
       - А ребята где...? - охранник на мгновение растерялся.
       Соображал он чуть дольше, чем требовалось. Монра выстрелила, и оглушённый Уваров кувыркнулся на дорожку, не успев даже потянуться за пистолетом.
       - Так где Фахрутдинов? - Лис дёрнул водителя за плечо.
       - Ну, шеф обычно... пилит тёлок на втором этаже. У него там спальня, оборудованная как надо.
       - "Пилить тёлок" - это значит "совершать половой акт с женщиной"? - спросила Монра; в словаре, выученном ею под гипнозом во Дворце, таких идиом не было.
       Смирнов нервно хихикнул.
       - Ты попала в точку, - усмехнулся Лис. - Окна спальни куда выходят?
       - На другую сторону, на лес. - Водитель показал за угол здания.
       - Хорошо, - удовлетворённо вздохнул Лис, - всё замечательно. Но почему ты не сказал, что тут ещё есть какая-то Марина?
       - Она же девка, она не в счёт, - пожал плечами Смирнов. - У Фахрутдинова вроде как домохозяйка: готовит, если надо, убирает. Она официально секретарём числится в фирме.
       - Ну-ну, - покачал головой Лис. - Российский, стало быть, помещик Фахрутдинов. Поместье у него, домоуправительница... Марина-то - чёрт с ней, а каких-нибудь дворецких с автоматами, слуг и прочих у него здесь точно нет?
       - Нет-нет, больше никого, - замотал головой Смирнов. - Шеф вообще довольно скрытно живёт, я же рассказал. Не верите - вколите мне ещё раз вашей штуки.
       - Понравилось, что ли? - подмигнул Лис. - Только у нас сейчас и времени, чтобы тебе уколы ставить. А вот ты, Артём, помнится, хотел алиби заработать? - Лис повернул регулятор на маленьком лучемёте, снижая мощность.
       - Что? - Смирнов вскинул глаза.
       - Сам же хотел, а я обещал! Так что не обижайся, синячина в половину хари тебе обеспечена. Шею напряги! - посоветовал Лис и выпустил импульс "твёрдого света" в лоб водителю.
       - Я - наверх, займусь их боссом, - сказал он Монре. - А ты забери у охранника оружие.
       - Хорошо, я их для верности дополнительно обездвижу и уберу с глаз. - Монра уже вытаскивала иньектор, устанавливая регулятор на усыпляющий укол.
       Лис послал ей воздушный поцелуй и, выскочив из машины, быстро взбежал по ступенькам, выложенным какими-то очень красивыми керамическими плитками.
       С веранды вело две двери: одна была затворена, а через другую виднелся коридор и лестница наверх. Лис толкнул закрытую дверь. Там оказалась другая лестница, но ведущая вниз, должно быть в какие-то подсобные помещения. Лёгкий запах влажного нагретого дерева подсказал, что там находится и сауна.
       Держа наготове лучемёт, Лис двинулся по коридору к лестнице на второй этаж.
       Он опасался, что деревянные ступеньки заскрипят, но массивные полированные доски были настолько хорошо встроены в металлический каркас с коваными завитушками, что ни одна не издавала даже намёка на посторонний звук. На втором этаже Лис попал в обширный холл, украшенный двумя большими пальмами в каменных вазонах. На стенах висело несколько разномастных картин. Вдоль широкого окна, выходившего на сторону, откуда они подъезжали к участку, громоздился широченный диван чёрной кожи и два таких же объёмных кресла с низким столиком, где лежали цветные журналы и стояли раскрытые нарды. В углу поблёскивал громадный телевизор с экраном, больше которого Лис видел только экраны во Дворце Терпа. Хотя, разумеется, принципы воспроизведения изображения у Творцов основывались не на электронно-лучевых трубках или плазменных панелях, а на структурах особых полей.
       Из холла в глубь этажа вёл коридор, там на стене горели бра и виднелись двери в комнаты. Прикинув, с какой стороны должно располагаться помещение, где Фахрутдинов выпускал пар со своей секретаршей, Лис двинулся туда.
       Все двери оставались плотно закрытыми, но, несмотря на хорошую звукоизоляцию, вступив в коридор, Лис чётко определил, где же расположилась парочка: из-за одной двери неслись приглушённые женские стоны и вскрикивания.
       Лис аккуратно нажал на золочёную ручку в виде львиной лапы, и красивая то ли под дуб, то ли на самом деле дубовая дверь приоткрылась.
       Крики зазвучали в полную силу. Стали слышны также звучные шлепки одного голого тела о другое: секретарша Марина отрабатывала зарплату. Лис невольно ухмыльнулся, поскольку даже в его время секретарш часто называли секретутками, и осторожно заглянул в спальню.
       Он ожидал увидеть действие, происходящее на кровати, но ошибся. Кровать в комнате имелась, и какая! Огромная, шириной, наверное, метра три, под красивым кружевным пологом, поддерживаемым тонкими резными колоннами. На кровати поверх изумительного шёлкового покрывала цвета морской волны и рядом на полу, полностью устланном ковром, в беспорядке валялась разнообразная одежда: брюки, светлая рубашка, бледно-фиолетовое женское платье, трусики, лифчик, носки, туфли. Раздевались явно поспешно и страстно.
       На одной из больших прикроватных тумбочек Лис заметил какую-то красивую бутылку, два пузатых бокала на низкой ножке и пепельницу, со множеством окурков. Сладковатый дымок, плывший по комнате, навёл Лиса на мысль, что это анаша или что-то подобное.
       Но в данный момент кровать - сексодром, как назвал бы в студенческие годы подобное лёжбище Лис, была пуста. Крики и шлепки доносились со стороны правее кровати. Стволом лучемёта Лис потихоньку толкнул дверь, идеально-беззвучно повернувшуюся на петлях.
       У большого окна, выходившего, как и уверял Смирнов, на лес, стоял голый мужчина среднего роста. На талии у него выступали мощненькие жировые складки, в коротких темных волосах на затылке поблёскивала начинающаяся лысинка. Мужчина энергично двигал бёдрами, отчего его упитанные, слегка поросшие тёмным волосом ягодицы подрагивали в напряжении. Соотнеся сказанное охранником, с тем, что он наблюдает, Лис заключил, что это и есть Фахрутдинов.
       Перед мужчиной в необычном устройстве на канате, спускающемся с крюка, вбитого в потолок, находилась особа женского пола. Устройство представляло собой сплетение верёвок и лубков, в которых покоились растянутые в стороны ноги и руки девушки. Голова запрокинулась назад, так что длинные светлые с завитком волосы касались пола. Широкая лента поддерживала спину, и девушка как бы висела в неком подобии люльки или гинекологического кресла.
       Мужчина, прочно упираясь ногами в пол, энергично дёргал люльку, обхватив ладонями ляжки партнёрши и сладострастно хакая каждый раз, когда соприкосновение его бёдер и промежности девушки издавало шлёпающий звук.
       Лис машинально отметил, что девушка весьма привлекательна и очень пластична, судя по тому, как она растянута на этой установке. Длинные, загорелые широко раскинутые ноги имели хорошую длину и пропорции. Крупные, но тугие и тоже загорелые груди при каждом толчке дёргались взад-вперёд.
       Больше в комнате никого не было. Лис хотел сразу же начать действовать, но неожиданно передумал, решив, что лучше дать Фахрутдтнову закончить. "После сего акта, - подумал Лис, - он помягче будет, в прямом и переносном смысле". Помимо воли, Лис и сам почувствовал, что его собственное существо тоже напрягается. Он потихоньку опустился на пол за полуоткрытой дверью и стал ждать, одновременно следя и за коридором.
       Примерно через пару минут криков и стонов девушки и хриплого придыхания мужчины, тот глухо зарычал, заскрипев зубами, и Лис понял, что наступает стадия оргазма. Девушка вскрикнула, срывающимся голосом:
       - Только не в меня, Марик, не в меня! Мне нельзя сегодня!
       Шлепки слились в пулемётную серию ударов.
       - Поздно, детка, поздно! Поздно, поздно... А-а-а-ах!
       Мужчина закричал, кончая. Девушка тоже издала протяжный надсадный крик, и на несколько секунд в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь шумным дыханием и тихим, как скулёж, стоном.
       Лис ощутил, что даже у него в штанах стало мокро.
       - Ну, Марик, ну зачем? - выдохнула, наконец, девушка. - Мне же нельзя!...
       Раздался лёгкий хлюпающий звук, видимо, Фахрутдинов расстыковался.
       - Уф, Маринка, надо было сразу сказать! Говоришь в последний момент, тормозной путь не учитываешь! Даже тачку не всегда вовремя остановишь, а тут!...
       - Ну, я же снова залечу!
       - Залетишь - решим проблему!... А, кстати, тут ещё осталось капелька, доешь, а? - заржал мужчина. - На-ка, вот!
       Раздались чмокающие звуки, и снова мужчина замычал от удовольствия.
       - Ну, Маринка, ты молодец, умница! У меня сегодня ва-аще настроение хорошее, мой шеф меня на руках носить будет, а я - тебя, и не только на руках... Да, не туда я спустил. Ну, да ладно, беги. подмойся, проспринцуйся, может и "бортоваться" не придётся! А если что - не ссы! Марат Валерьевич, как всегда, за всё заплатит!
       Лис подумал, что Маринка сейчас выбежит из комнаты куда-то в ванную, и бесшумным движением поднялся на ноги, отступая в коридор, но лёгкие шаги протопали по спальне, хлопнула другая дверь, и раздался приглушённый плеск бегущей воды. Он покачал головой, одобрительно оттопырив губу: в спальне располагался вход в отдельную ванную комнату. Всё, как надо, не намного хуже, чем во Дворце.
       Слышно было, как Фахрутдинов прошёлся взад-вперёд, насвистывая какой-то мотивчик, что-то легонько стукнуло, звякнуло стекло, щёлкнула зажигалка.
       Лис выглянул из-за двери.
       По-прежнему голый Фахрутдинов стоял у окна с сигаретой и бокалом в руках. Он затянулся, выпустил дым и потёр запястьем правой руки живот. Смакуя, отхлебнул из бокала, проглотил и вальяжно произнёс вслух:
       - Кайф! Всё классно!
       - Для кого как! - усмехнулся Лис, резко открывая дверь.
      
      
       Г Л А В А 5
      
       Фахрутдинов резко обернулся, едва не выронив бокал, и замер, уставившись на Лиса.
       Он был мужчиной лет сорока двух - сорока трёх, среднего роста, с заметно выпирающим животиком.
       - Ты... кто такой? - удивлённо выдавил он.
       - Тот, кого ловили ваши люди. Облажались они, здорово облажались.
       Фахрутдинов выглядел растерянным только первые несколько секунд. Он внимательно посмотрел Лису в глаза, как бы раздумывая о чём-то, бросил быстрый взгляд по сторонам и на то, что неизвестный, ввалившийся в комнату, держал в руке. Фахрутдинов не мог не видеть, что перед ним, несомненно, физически очень крепкий человек, но вот странное оружие с глухим тупым торцом ствола впечатления явно не произвело. Поэтому хозяин коттеджа, решил, похоже, что противник блефует, и в руках у него нечто вроде пугача.
       Поэтому владелец коттеджа немного успокоился. Неизвестно, как он объяснял отсутствие охранников и слышанные по телефону доклады, но Лис сообразил, что в спальне спрятано какое-то серьёзное средство защиты.
       - Полагаю, хотите о чём-то поговорить? - спросил Фахрутдинов, делая неопределённое движение руками, в которых по-прежнему держал сигарету и бокал, и нисколько не стесняясь своей наготы.
       - Приятно, как говорится, иметь дело с понимающим человеком, - кивнул Лис. - У нас к вам несколько вопросов, получив ответы на которые, мы просто удалимся, не причиняя никому вреда.
       - Одеться позволите? - Фахрутдинов показал глазами вниз на своё мужское достоинство.
       - Разумеется, - снова кивнул Лис. - С мужчинами мне приятнее разговаривать, когда они одеты.
       Фахрутдинов криво ухмыльнулся и плавно, расслабленно, двинулся к тумбочке. Он спокойно задавил сигарету в пепельнице, одновременно ставя бокал. Рука дрогнула, и бокал упал на ковёр.
       Бокал не разбился, и Фахрутдинов спокойно начал нагибаться, чтобы его поднять, но в середине плавного наклона вдруг резко выдвинул верхний ящик и сунул туда руку, однако больше ничего сделать не успел.
       Лис был хорошо знаком с такого рода приёмами и хитростям. Проведя много времени в мире, где схватки происходили с применением холодного оружия, в которых особо важно следить за малейшим движением противника, он не "покупался" на отвлечение внимания падающим или брошенным предметом, который непосредственно не мог причинить ему вреда.
       Он выстрелили дважды, и импульсы ударили хозяина дома по внутреннему сгибу правого колена и в поясницу в район почек. Фахрутдинова швырнуло на пол, и он сдавленно вскрикнул, давя локтём так и не поднятый бокал.
       За дверью в ванной по-прежнему шумела вода, и вряд ли девушка услышала крик.
       Лис подошёл к тумбочке и обнаружил в ящике старого знакомого: пистолет ТТ. Разрядив оружие, Лис бросил его обратно, а обойму сунул в карман. Тут же он заметил наручники, вокруг которых была обёрнута цепочка с ключиком. "Очень удачно", - решил Лис.
       Фахрутдинов, кривясь от боли, сел, опираясь на кровать. Дверь в коридор не скрипела, но Лис чутьём охотника почувствовал, что она открывается.
       Это оказалась Монра, осторожно ступавшая с лучемётом наготове. Она остановилась, осматриваясь по сторонам. На плече у неё висели обе сумки.
       - Женщина в ванной? - поинтересовалась Монра.
       Лис кивнул:
       - Она меня пока не видела. Ты справилась одна?
       - Почему нет? - усмехнулась Монра. - Затолкала всех в сарайчик и заперла на замок, который там лежал. А хозяин - что, пытался сопротивляться?
       Лис рассказал, как было дело, и попросил Монру разобраться с мывшейся в ванной Мариной, разъяснив, чтобы та сидела тихо и тогда никто её не тронет. Однако именно в этот момент дверь в санузел отворилась.
       Любовница Фахрутдинова оценила обстановку мгновенно: коротко взвизгнув, она попыталась снова закрыться в ванной. Лис вышиб задвижку и выволок визжащую Марину. Ему пришлось отвесить ей пару лёгких затрещин, чтобы заставить замолчать.
       Девушка отползла в уголок у тумбочки и замерла, испуганно пытаясь завернуться в лёгкий короткий халатик. Непроизвольно Лис не мог лишний раз не оценить её ножки и подумать, что во все времена хороших девок покупали за деньги.
       Посмотрев на кровь, которую Фахрутдинов размазывал рукой по локтю, вытаскивая попавшие осколки стекла, Лис заглянул в ванную и, не найдя аптечки, взял баллончик с дезодорантом. Кроме того, он выбрал на вешалке подходящий халат.
       Он обработал порез Фахрутдинова, и, оторвав полосу от простыни, перевязал рану, а затем помог чертыхающемуся хозяину дома облачиться. Вынув из тумбочки наручники, Лис защёлкнул их на запястьях Марата Валерьевича.
       - Давай вытащим его в холл, - предложил Лис Монре. - Там очень удобный диван и кресла, там и побеседуем.
       - А с ней что делать? -Монра показала стволом лучемёта на девушку.
       Лис посмотрел на вполне надёжную решётку на окне.
       - Сиди здесь! - Он погрозил Марине пальцем. - Не шуми, мы тебя не тронем. Более того, никто не собирается убивать твоего... - Лис не мог удержаться, чтобы не усмехнуться, - шефа. Мы зададим ему кое-какие вопросы, а потом уедем. Поняла?
       Девушка, хлопая вытаращенными глазами, несколько раз быстро кивнула.
       - Молодец! - похвалил Лис.
       Вдвоём с Монрой они подняли мужчину под руки, и только хотели вывести его из спальной, как Марина вскочила и бросилась к двери в коридор.
       Лис и Монра отпустили Фахрутдинова одновременно, но Лис сделал движение догнать девушку, а Монра, опередив его, выстрелила из лучемёта. Удар пришёлся Марине в спину, девушку швырнуло на дверной косяк, и она сползла на пол, оставшись лежать неподвижно.
       Лис вздохнул и подошёл к Марине. Девушка тихонько стонала, уткнув лицо в ковёр.
       - Тебе же говорили вести себя тихо, - с сожалением пробормотал Лис.
       Он поднял девушку и отнёс на кровать. Монра с усмешкой наблюдала за действиями Лиса.
       - Любишь женщин, - сказала она. - Погоришь на этом когда-нибудь.
       - Люблю, - согласился Лис, - но тебя больше всех, даже сравнивать нечего. Теперь, похоже, ревнуешь ты?
       - Ещё чего! - фыркнула Монра, не спуская глаз с сидевшего на полу Фахрутдинова.
       Лис молча улыбнулся, снова оторвал от простыни пару широких полос и, скрутив из них подобие верёвок, связал Марине руки и ноги.
       Не дожидаясь помощи Монры, он рывком поднял Фахрутдинова, который сильно хромал, и вывел в холл второго этажа.
       В объёмном кожаном кресле хозяин дома начал приходить себя после шока, злобно уставившись на Лиса.
       - Имейте в виду, вы не с тем связались. Вам это так с рук не сойдёт! Да я вас урою...
       - Уважаемый Марат Валерьевич! - Лис опустился на диван напротив Фахрутдинова. - Давайте внесём ясность: если бы вы не натравили на нас своих шакалов, то мы никогда ваш вшивый коттедж вниманием не почтили. Так что сидите спокойно и отвечайте на вопросы, которые мы будем задавать. Я уже знаю, что вы ловили нас по указанию вашего босса. Поэтому меня на самом деле интересует эта личность, а не вы.
       - Херню ты несёшь, парень! - Фахрутдинов, казалось, полностью овладел собой. - Никто вас не ловил! Если бы я хотел вас замочить, то ты бы и к дому моему не подошёл, блин...
       - Ну, вот, и на брудершафт выпили, - усмехнулся Лис. - Теперь послушай ты, друг ситный, блин, коли тебе больше нравится на "ты". Твои охранники рассказали нам всё, что знали, а теперь расскажешь ты...
       - Не трать время зря. - Монра уже вынимала из сумки иньектор. - Он добровольно ничего не расскажет или обязательно наврёт.
       Она подошла к креслу и хотела сделать укол, но Фахрутдинов плечом оттолкнул руку Монры:
       - Охерели! Думаете, я дам колоть себя всяким говном?!
       - Никуда не денешься, дашь! - заверил его Лис. - В данный момент тебя уже не спрашивают, но поверь на слово, что это абсолютно безвредно.
       Лис сделал знак Монре, но мужчина снова оттолкнул инъектор и хотел вскочить с кресла с криком "Да ну вас на......". Тут же он получил удар по голени и рухнул на мягкие кожаные подушки.
       Лис покачал стволом лучемёта:
       - До тебя как-то плохо доходит. Твои люди были куда более сговорчивые, хотя тоже не все - можешь ими гордиться. Надо тебе, видимо, что-нибудь наглядно показать.
       Лис переставил лучемёт на малую режущую мощность и оглядел холл, ища взглядом, на чём можно продемонстрировать действие оружия. Прицелившись в одну из дверей, выходивших, которую мог наблюдать со своего места и Фахрутдинов, Лис полоснул по ней крест-накрест.
       От лучевого удара дверь распахнулась, часть её осталась висеть на петлях, а остальные куски рухнул на пол. Края дерева, где прошёл луч, задымились, но не вспыхнули, как и хотел Лис: он совсем не собирался устраивать пожар, чтобы потом самому же и тушить пламя.
       Фахрутдинов выпучил глаза на кривившемся от боли лице: зрелище его впечатлило. Однако Марат Влерьевич был прагматиком:
       - Нахера дом портить... - проскрипел сквозь зубы хозяин коттеджа.
       - Чтобы до тебя лучше дошло! - пояснил Лис, и Монра сделала укол.
       Фахрутдинов откинулся на спинку кресла и сжался, поскольку ожидал введения чего-то ужасного с неприятными ощущениями и последствиями. Возможно, даже опасался яда.
       Монра убрала иньектор и тоже села на диван. Лис посмотрел на часы: пару минут лучше подождать для начала эффективного действия препарата. А вообще им уже давно нужно было быть в Свердловске... то есть, в Екатеринбурге. Хотя, как знать, если Терп попал в ловушку, то и они оказались бы в ней, не подвернись люди Фахрутдинова. А если Терп пока жив, то, вполне возможно, что Лис и Монра - его единственная надежда на освобождение.
       - Расслабься, - посоветовал Лис Фахрутдинову, - ничего страшного не произойдёт.
       Фахрутдинов несколько секунд смотрел на него, а потом спросил хрипловатым голосом:
       - Вы что с Мариной сделали? Убили, в рот вас ...?
       Лис переглянулся с Монрой и усмехнулся:
       - Насчёт рта, особенно Марининого, тебе, конечно, виднее... Но ты, видимо, не полная сволочь, раз проявляешь заботу о ком-то, это отрадно. Сам посуди, зачем нам убивать твою подстилку? Вообще вели бы вы все себя спокойно, сидели бы с нами сейчас тут оба. Ну, ладно, хватит о грустном. У тебя выпить найдётся что-нибудь? Не может не быть в таком доме.
       Фахрутдинов кивнул на пару тёмно-коричневых шкафов в углу холла:
       - Вон там всё есть.
       Лис посоветовал Монре не спускать глаз с хозяина, а сам подошёл к шкафам, один из которых оказался холодильником со множеством отделений и богатым выбором напитков.
       Лис взял три бокала из буфета рядом с холодильником, бутылку джина "Гордонз" и тоник. Вернувшись к столу, он наполнил бокалы себе и Монре и вопросительно посмотрел на Фахрутдинова:
       - Тебе налить?
       - Налить, на хер, - зло проворчал Фахрутдинов. - Только лучше налей мне виски, а не джин. Бутылка не в холодильнике, а там. - Фахрутдинов указал на буфет.
       - Прямо на хер и налить? - подмигнул Лис.
       Фахрутдинов мгновение смотрел на Лиса, на лице его тоже появилась кривая усмешка.
       - Ладно уж, поухаживаю за тобой, - вздохнул Лис, снова вставая с дивана.
       Фахрутдинов залпом выпил налитое виски и попросил ещё. Лис не возражал: алкоголь нисколько не снижал действие "препарата правды", даже наоборот.
       Сам он и Монра с удовольствием припали к холодному джину с тоником, поскольку день был очень жарким в прямом и переносном смысле. Лис сделал себе и Монре по второй порции, и посмотрел на часы - давно пора начинать задавать вопросы.
       Результаты допроса их в достаточной степени разочаровали: они смогли продвинуться вперёд не намного дальше, чем после беседы с охранником Смирновым.
       Босс Фахрутдинова Михаил Петрович оставался и для своего подчинённого во многом тайной за семью печатями. Рассказ Фахрутдинова изобиловал многими второстепенными терминами, непонятными Лису, но он не отвлекался на уточнение их значения, отметив про себя, что при первой возможности нужно будет как-то существенно обновить багаж знаний о земном мире.
       Лису удалось выяснить следующее. Шесть лет тому назад Фахрутдинов, тогда сотрудник Свердловского Горного института, промышлял продажей дешёвой контрабандной европейской водки, которую покупал в Москве у оптовиков и грузовиком гнал в Екатеринбург. Дело давало неплохой "навар", но слишком со многими приходилось делиться.
       Однажды в Москве Фахрутдинова крупно "кинули" - едва жив остался и еле наскрёб денег на обратный билет. В аэропорту он случайно познакомился с человеком, представившимся как Михаил Петрович и тоже по счастливой случайности летевшим в Екатеринбург. Выслушав сетования Фахрутдинова, Михаил Петрович предложил поработать на него за хорошую плату.
       Фахрутдинов, которому грозила скорая встреча с кредиторами, согласился и не пожалел, хотя временами приходилось выполнять и грязную работу. Правда, сетовать было грех, собственно "мокрые" дела случались крайне редко, а оплата и получаемые блага оказались настолько высокими, что Фахрутдинов и не помышлял задавать лишние вопросы Михаилу Петровичу, с которым после встречи в аэропорту за все эти годы он виделся "живьём" всего-то несколько раз.
       По заданию Михаила Петровича была открыта фирма "Магна", которая для прикрытия в небольших объёмах занималась торговлей компьютерной техникой. Фахрутдинов официально числился президентом фирмы, но торговые дела вёл наёмный исполнительный директор. В обязанности Марата Валерьевича и людей, числившихся как охранники фирмы, входило постоянное ожидание вызова от Михаила Петровича и выполнение любого приказа. Из слов Фахрутдинова следовало, что самыми неприятными за это время были три дела, и все сводились к устранению определённых персон. Что удивило Лиса, люди эти - какие-то политики и бизнесмены - вряд ли являлись Творцами, как он сначала подозревал. Однако вполне возможно, Фахрутдинов просто не знал, кем эти личности были на самом деле. Во всяком случае, сам термин "Творцы" Фахрутдинов, без сомнения, слышал впервые.
       Поскольку какие-либо приказы вообще поступали редко, работа Фахрутдинова состояла, как правило и в основном, изв довольно приятного проведения времени и периодических проверках работы исполнительного директора фирмы: видимость официальной деятельности следовало поддерживать, это тоже был приказ.
       Ни разу за все годы Фахрутдинова не тревожили правоохранительные органы. Один раз случилась небольшая проблема с налоговой инспекцией, но там всё решила солидная взятка, и последующие регулярные подношения сделали взаимоотношения с налоговиками не более, чем формальностью. "Крышей" фирмы, чтобы не тревожили бандиты, была милиция.
       Как показалось Лису из очень общих слов Фахрутдинова, в настоящий момент государственные учреждения России, будь то МВД или ГНИ, коррумпированы абсолютно. Хотя подобные слухи были не новы и во времена его "постоянной" жизни в земном мире, судя по рассказу Марата Валерьевича, сейчас в госаппарате эти процессы приняли поистине грандиозные масштабы сверху донизу и практически явно и открыто.
       Коттедж, в котором они сейчас находились, естественно, приобретался и достраивался на деньги Михаила Петровича. Семья Фахрутдинова сюда не показывалась: таков был приказ босса, и жена с детьми даже не знали о существовании данной резиденции. Ещё до знакомства с Михаилом Петровичем Фахрутдинов владел домом на озере Балтым, и его семейство летом обитало там. На всякий случай Лис запомнил адреса городской квартиры и дачи Фахрутдинова.
       В этот раз Фахрутдинов получил описание Лиса и Монры и приказ задержать указанных людей в районе Сысерти. Как указал Михаил Петрович, парочка могла оказаться на дороге (район был указан именно тот, где все трое и вышли на тракт), или же, возможно, в Сысерти.
       Проездив по тракту, люди Фахрутдинова никого не нашли, и повернули в Сысерть прочесать улицы. Лис понял, что на шоссе они разминулись с троицей в белой "Тойоте" совсем чуть-чуть.
       Про вертолёт Фархрутдинов не знал ничего. Из этого следовало, что его босс либо хотел использовать несколько каналов для уничтожения проникшего на Землю отряда, либо... В общем, это пока оставалось неясно.
       Нет-нет, стоп, в который раз оборвал сам себя Лис, с вертолётом как-то совершенно не вяжется! Люди из вертолёта были сотрудниками милиции и упоминали о "трёх преступниках", а у Фахрутдинова имелся конкретный приказ взять двоих - мужчину и женщину. Получается, что он не знал, что нас трое? Но это вообще уже ни с чем не согласуется!...
       - Значит, вам ничего не говорили насчёт нашего друга? - ещё раз уточнил Лис.
       - Я же говорю: нам приказали отловить мужчину и женщину, - Фахрутдинов кивнул на Монру. - Ни о ком третьем и речи не было!
       Лис взял стакан, налили в этот раз немного виски и залпом выпил, после чего посмотрел на Монру. По озадаченному взгляду, которым та ответила, он понял, что и подруга теряется в догадках. Пока информация, накопленная ими на Земле, совершенно не ложилась в чёткую схему, а отсутствие таковой не позволяло планировать дальнейшие действия.
       Тем не менее, два момента очевидны: необходимо выяснять, что произошло с Терпом, и какое к этому имеет отношение босс Фахрутдинова. Для связи со своим боссом Фахрутдинову служили только три телефонных номера. Если пресловутого Михаила Петровича не удастся вызвать на переговоры, то задача сильно усложнится.
       Фахрутдинов снова попросил выпить. Задумчиво глядя на льющуюся в бокал жидкость, он невесело усмехнулся, уже слегка захмелев.
       - Удивительная, блин, штука, - сказал Марат Валерьевич, держа бокал скованными руками. - Я вроде бы себя прекрасно контролирую, но, это же абзац просто: я не могу вам соврать. Понимаю, что говорю вещи, за которые мне шеф голову снимет и яйца отрежет - и не могу не рассказать! Это абзац какой-то... - снова повторил он, сокрушенно качая пока ещё не снятой головой.
       Лис скривил губы:
       - Снова ты, Марик, материться начал. Но ты уж прости нас. Боссу расскажешь о том, что реально произошло - можешь смело приврать про своё героическое сопротивление. Надеюсь, он поймёт, что иначе ты не мог. Кроме того, хочу тебя попросить передать ему просьбу: ответить на наш звонок и поговорить с нами. Телефоны его мы теперь знаем, и сами ему позвоним. А твоя задача предварительно попросить, чтобы нас выслушал, это и тебе будет на пользу, поскольку, надеюсь, тогда он лучше поймёт, что ты сделал всё, что мог. Когда ты с ним свяжешься часов эдак..., - Лис прикинул, сколько проспит Фахрутдинов после инъекции снотворного, - через семь-восемь, то и передашь мою просьбу. Идёт?
       Фахрутдинов удручённо пожал плечами:
       - Что мне остаётся?
       - Верно, - согласился Лис, - поэтому так и сделай. А я перед тем, как звонить твоему шефу, позвоню тебе. Давай вообще сделаем так: ты, якобы, телефонов нам не давал, а связь будет через тебя. Ты будешь в лучшем свете выглядеть - видишь, как я о тебе забочусь.
       Им нужна была машина, поскольку ловить попутку Лис уже опасался: вдруг босс Фахрутдинова успеет понять, что у его слуги что-то не так, раньше, чем они уберутся подальше? Брать же машину Фахрутдинова ему представлялось опасно, поскольку погореть можно при любой проверке на посту ГАИ.
       Однако эта проблема разрешилась неожиданно просто. Вспомнив, что просматривая документы людей Фахрутдинова, он видел у каждого очень странные бланки доверенностей, где без всякого нотариального заверения говорилось о том, что господин Фахрутдинов Марат Валерьевич доверяет управление принадлежащим ему автомобилем "Тойота Карина-Е", государственный номер такой-то, господину такому-то, являющемуся сотрудником фирмы "Магна", Лис задал хозяину коттеджа несколько вопросов. Выяснилось, что выдача подобной доверенности теперь не требовала нотариального оформления, и владелец автомобиля мог выписать её сам на стандартном бланке любому лицу, указав все необходимые данные.
       В гараже коттеджа стояли ещё две машины - джип "Гранд-Чероки" и ВАЗ-2109. Лису очень хотелось покататься на джипе, но, понимая, что простая "девятка", естественно меньше привлекает внимание гаишников, чем иномарки, Лис выбрал отечественную машину. Тем более, Фахрутдинов не жаловался на вазовскую малолитражку: машинка по его словам попалась на редкость удачная и не капризничала.
       Поскольку его старые права на управление автомобилем были пока также действительны, Лис тут же заставил хозяина найти чистый бланк доверенности. Лис самостоятельно заполнил все строки и дал Фахрутдинову поставить подпись, закрыв часть листка со своим именем и данными водительского удостоверения.
       Закончив составлять бумагу, Лис улыбнулся и развёл руками:
       - Ну, Марик, давай прощаться!
       В глазах Фахрутдинова мелькнул испуг.
       - Нет-нет, - поспешно успокоил его Лис, - не бойся! Ты просто поспишь часиков восемь, убивать тебя мы и не помышляем, ты нам нужен. Положим вон там на кроватку рядом с Маринкой. Очухаешься - трахнешь её разок снова - в стрессовых ситуациях очень помогает!
       - Издеваешься! - проворчал Фахрутдинов.
       - Да ну, что ты! - сказал Лис, и, обернувшись на Монру, которая разглядывала двор коттеджа через окно, доверительно подмигнул: - Девка у тебя ничего, классная секретарша!
      
      
       Г Л А В А 6
      
       - Ну, и что же теперь? - спросила Монра.
       Лис отвернулся от раскрытого настежь окна и, покачиваясь на носках, несколько секунд смотрел на Монру. Та, совершенно голая, сидела на диване и потягивала из стакана ледяной яблочный сок.
       День только начинался, но термометр, укреплённый на сливе подоконника, показывал плюс двадцать два в тени. В довершение всего, как и предполагал Лис, городской воздух даже уже утром густо насытился вонью сгоревшего бензина и солярки. Если бы не почти постоянный ветерок, дышать было совсем невозможно.
       Шёл второй день, как Лис и Монра приехали в Екатеринбург. Покинув Сысерть, Лис, не дожидаясь возникновения новых нештатных ситуаций, свернул в знакомый карьер для того, чтобы с помощью походного набора изменить внешность. Монра стала брюнеткой, а Лис, наоборот, довольно светлым шатеном. Кроме того, они несколько изменили черты лица, создав хоть какие-то затруднения для опознания. Поскольку у них благодаря предусмотрительности Терпа имелись заранее заготовленные бланки паспортов и водительских прав, с различными вариантами фотографий, проблем с документами не должно было возникнуть.
       До города они добрались без приключений, хотя на самом въезде в Арамиль, фактически пригород Екатеринбурга, наткнулись на усиленный пост ГАИ - три автомобиля и восемь человек, все в бронежилетах и с автоматами. В одной машине Лис заметил торчащую на заднем сидении трубу - лёгкий гранатомёт. У обочины уже стояло два легковых автомобиля, которые проверяли милиционеры.
       Лис испугался облавы, направленной конкретно на них, но деться было некуда, и они остановились. Опасаясь обыска он и Монра переложили лучемёты-авторучки подобнее.
       После предъявления документов первым делом милиционеры потребовали открыть багажник, но дальнейшие опасения оказались напрасными - личные вещи обыскивать не стали. Изучив права Лиса и документы на автомобиль, стражи порядка остались удовлетворены, и вежливо пожелали счастливо пути, порекомендовав никого не подсаживать на дороге.
       Лис небрежно поинтересовался, что случилось. Молодой сержант, возвращавший Лису права и техпаспорт с доверенностью, бросил взгляд на стоявшего в сторонке капитана, и сказал вполголоса:
       - Да бандиты тут где-то могут ошиваться, то ли два, то ли три мужика и женщина. Кассу взяли, и на птицефабрике в Кашино два трупа. Увидите подозрительных на дороге - сразу сообщайте нашим сотрудникам.
       - Сволочи! - совершенно искренне выругался Лис и добавил: - Спасибо за предупреждение!
       - Знаешь, - сообщил он Монре, - я практически уверен, что на самом деле ищут каких-то бандитов. Тогда получается, вертолёт искал их, а не нас, и мы зря убили четверых людей.
       Монра покачала головой:
       - Говори прямо: их убила я! Ведь это я сбила вертолёт, и последнего добила я. Но даже если случилось такое совпадение, и искали не нас, то в тот-то момент именно нас пытались задержать! Что бы они сделали, если бы нас взяли, обыскали и увидели наше снаряжение? Отпустили бы с миром? Сам понимаешь - нет!
       - Чёрт его знает, конечно... Ну ладно, сейчас самое главное, что мы пока на свободе, нас никто не преследует, и должны выручать Терпа. Знаешь, я подумал вот о чём: хоть мы успешно проехали этот пост, полагаю, нам лучше избавиться от данной машины - вдруг Фахрутдинова знают, кто-то увидит в машине посторонних, или в коттедже очухаются раньше и заявят, что автомобиль угнали? И хотя у нас есть пока достаточно времени, пока они там проснутся, думаю, лучше избавиться от машины поскорее. Надо будет оставить её где-нибудь у самого города.
       Хорошее место для осуществления задуманного подвернулось, когда Лис проезжал мимо аэропорта.
       Зарулив на стоянку перед главным зданием, он припарковал "девятку", сунул техпаспорт и ключи под резиновый коврик на полу за водительским сиденьем и запер машину через задние двери, опустив кнопки на предварительно закрытых передних.
       Они с Монрой прошли через сам аэровокзал, чтобы возможному случайному или неслучайному наблюдателю не показалось странным, что люди, приехав на машине, покидают её и сразу направляются к стоянке такси.
       Внутри здания аэропорта Лис слегка обалдел, увидев надписи о вылете рейсов на Кипр, в Гамбург, Будапешт и в какие-то Хургаду и Анталию. Он даже не знал, что такое Анталия и Хургада, и где такие места находятся. Бросалось в глаза, что в аэропорту много, но не битком народа - а вот в начале восьмидесятых годов в летнее время здесь кишели толпы, яблоку было негде упасть. Да и вообще невозможно было и помыслить о том, что подобные рейсы в те времена могли улетать за границу отсюда, из так называемого "закрытого" города. Но Лис обалдел уже лишь слегка: он начинал воспринимать все перемены, как нечто вполне естественное.
       В целом, если не считать огромного выбора разных напитков и сластей в киосках, обилия рекламных щитов и входных дверей, приводимых в движение фотоэлементами, здание по сравнению с тем как его помнил Лис, перестроили незначительно.
       Они прошли через холл и снова вышли на площадь через другой выход, располагавшийся ближе к стоянке такси, где, впрочем, полно имелось и частников, промышляющих извозом. Лис несколько секунд разглядывал лица водителей, все как один, смотревших в сторону, откуда должны подойти пассажиры очередного прибывшего рейса. Выбрав мужика, выражение лица которого показалось ему приятнее других, он сторговался с ним отвезти их в город.
       По пути Лис завёл разговор о гостиницах, изображая приезжего, не очень хорошо знакомого со столицей Урала: когда-то бывал, но уже многое забыл.
       Выяснилось, что гостиниц в Екатеринбурге принципиально больше не стало, но появилось несколько очень дорогих. Правда, все эти гостиницы были сравнительно небольшими, так что любой проживающий оказывался там, как говорится, на виду.
       - А вы надолго сюда? - поинтересовался водитель.
       - На неделю, на две, - пожал плечами Лис, импровизируя на ходу, - как получится: надо поработать в местном музее. Может, даже, и задержимся.
       - Археологи! - почему-то сделал вывод водитель, и Лис не стал возражать. - Ну, а если недели на две, тогда вам проще, может быть, квартиру снять. Точно дешевле выйдет, чем в гостинице. Щас же в гостиницах дерут - будь здоров, самый паршивый номер без душа рублей триста-четыреста в сутки, а квартиру можно подобрать вполне приличную, с нормальной мебелью. Газеты посмотрите - найдёте что-нибудь, да и у вокзала есть бюро.
       - В каких у вас газетах такое печатают? - осведомился Лис.
       - Ну, в этих - "Из рук в руки", "Быстрый Курьер", "Двойной экспресс", есть и специальные, где про жильё пишут. В киоске продавец подскажет.
       Лис поблагодарил и попросил высадить их в районе площадь 1905-го года.
       Вот здесь было сильно заметно, насколько изменилась жизнь в городе: вокруг везде кипела торговля, казалось, продают все и всё. Вокруг раскинулось море рекламы - как неподвижной, так и каких-то вращающихся кубов и даже светящее огромное табло. Вся обочина площади со стороны имевшегося тут сквера, а также большая часть выложенного брусчаткой открытого пространства за сохранившейся трибуной с памятником Ленину была заставлена автомобилями.
       Лис с интересом вглядывался в лица, мелькавшие в толпе. По сравнению с временами пятнадцатилетней давности народ в массе был одет значительно лучше и разнообразнее, встречалось гораздо больше разноцветной одежды самого различного стиля и очень часто даже красивой.
       Однако здесь, в самом центре города, он заметил стайки каких-то грязноватых ребятишек, воровато шнырявших среди ларьков и прохожих, а также увидел несколько великовозрастных оборванцев разного пола, когда-то называвшихся бомжами, высматривающих по газонам и урнам пустые бутылки и длинные окурски. Встретить их в таком количестве за столь короткий промежуток времени в годы "развитого социализма" на центральной площади города было просто невозможно. Как правило, всех бродяг тогда насильственно свозили в ЛТП, так называемые лечебно-трудовые профилактории. Лис всегда считал, что подобные действия не демократичны, но, с другой стороны, нормальный гражданин оставался как-то ограждён от возможности оказаться рядом с грязным, вшивым, пропахшим мочой "братом по разуму".
       Бросились Лису в глаза и личности совершенно иного типа - как правило, крепкие молодые и не очень, мужчины, все, как правило, коротко стриженные, почти все плотненькие и сытенькие. Все, как на подбор со странными сумочками в руках: то ли очень миниатюрные портфельчики, то ли гипертрофированные кошельки. Сумочки носились либо подмышками, либо на кожаных ремешках, надетых на запястье, либо за портфельную ручку. Почти у всех этих мужчин обязательным атрибутом служили толстые золотые цепи на шее и перстни на пальцах, которые во времена Лиса очень любили официанты, работники пивных ларьков и жулики разных мастей. Возможно, что сейчас в большинстве своём это были как раз жулики, поскольку Лис просто не мог представить необходимости в таком количестве официантов и даже "пивников". Люди эти высаживались, как правило, из хороших автомобилей и уверенной деловой походкой куда-то направлялись, глядя, казалось, сквозь всех, идущих им навстречу.
       Они почему-то не понравились Лису. У всех, даже очень разных на физиономии и одетых иной раз абсолютно по-разному, имелось нечто, роднящее их друг с другом, как цыплят из инкубатора. Возможно, подобное впечатление создавал одинаковый стиль стрижки, но, самое главное, конечно, взгляд - жёсткий, оценивающий и самоуверенный.
       Кроме того, Лис заметил группки молодых людей, топчущихся у всех центральных промтоварных магазинов и через каждые несколько секунд повторяющих в пространство, как заведённые: "Золото, доллары, сотовые телефоны покупаю, дорого!" Ясно было, как божий день, что данные молодцы - скупщики валюты и краденого. Тайной, покрытой мраком, осталось то, почему их не брали на месте.
       Если бы ситуация сейчас оказалась иной, Лис с удовольствием потратил бы пару часов и, несмотря на бензиновую вонь, погулял по центру родного когда-то города, вспоминая былое, оценивая перемены и сравнивая. Но требовалось поскорее найти место для ночлега, поскольку в большом современном городе не рекомендовалось спать на улице даже в тёплую погоду. А дальше необходимо выяснять, что случилось с Терпом.
       Лис нашёл газетный киоск и приобрёл все рекомендованные газеты. Они прошли в сквер возле школы Љ 9, судя по всему, школой и оставшейся, и присев на свободную лавку, начали изучать варианты. Лис выбрал несколько подходящих объявлений, и тут же начал звонить по пока работавшему трофейному сотовому телефону.
       Вызвонив кое-какие варианты, они поймали машину и поехали смотреть первую подобранную квартиру. Оказалось, что Лис ещё неплохо помнит названия местных улиц, это сильно помогало, поскольку он не хотел даже совершенно случайным людям, водителям подвозивших их машин, называть конкретные адреса. Каждый раз Лис отпускал машину за пару кварталов до нужного места, и дальше они шли пешком, хотя Монра жаловалась на жару и неприятные запахи.
       Основная проблема состояла в том, что в большинстве случаев, несмотря на объявления о помесячной оплате в газете, владельцы хотели сдать квартиру на довольно длительный период времени и, соответственно, получить гонорар или существенную его часть вперёд. Очень часто указанные телефоны и адреса оказывались агентствами по сдаче жилья внаём, а общение с таковыми затягивало процесс.
       Лис же не хотел просто так выбрасывать деньги, хотя по счастливой случайности основная сумма денег, осталась у них, а не у Терпа. Худо-бедно, капитал составлял пять тысяч долларов США и тридцать тысяч рублей - сумма, вроде бы, значительная, но кто мог знать, какие в ближайшем будущем возникнут расходы?
       Наконец, уже почти в семь вечера, нашёлся вариант, подходивший во всех отношениях - однокомнатная квартира в относительно новом доме недалеко от местного зоопарка. Тут стояла приличная мебель, лежало действительно чистое бельё, был холодильник, телевизор и телефон. И, самое главное, хозяйка соглашалась на оплату помесячно.
       Очень понравилось Лису мощная входная железная дверь, запиравшаяся изнутри не только на замки, но и на засов: такую дверь невозможно открыть, не разбудив жильцов. В трёх квартирах, осмотренных ранее, двери засовов не имели, хотя тоже были железными. Вообще, походив по подъездам, Лис обратил внимание, что большинство квартир отгородились от лестничных площадок подобными дверями. Это тоже являлось одной из перемен в жизни, свидетельствовавшим о большем уровне опасения граждан за сохранность своего жилья.
       Лис выдал хозяйке, приятной женщине средних лет, оговоренную плату и щедро добавил тысячу сверху.
       - Если вы не будете нас слишком беспокоить, то когда мы съедем, я оставлю вот здесь, - Он показал под телевизор, - дополнительно две тысячи. Я их оставлю, даже если мы уедем через неделю, а не через месяц. Но, может быть, мы и задержимся, пока не знаю. Тогда оплата, если что, пойдёт дополнительно.
       Хозяйка ушла, они приняли душ, смывая пот и пыль, оседавшую на телах в течение жаркого дня, и Лис не мог удержаться, чтобы не заняться с Монрой любовью. Впрочем, "спарринг-партнёр" нисколько не возражала.
       Это, естественно, пробудило голод, и они сходили в магазин за продуктами, накупив всяких вкусных вещей, о которых во времена оные в Свердловске Лис не мог и помыслить, и которые теперь лежали буквально на каждом шагу - только плати!
       Когда трапеза завершилась, и остатки еды убрали в холодильник, Лис сказал:
       - А вот теперь я проведу осторожную разведку.
       Монра вопросительно посмотрела на него. Лис пояснил, что он хочет проехаться по городу и оценить обстановку на квартирах Терпа.
       - Ты оставишь меня одну?!
       - Не хотелось бы так поступать, но лучше я поеду один. Я уверен, что так привлеку меньше внимания.
       - А что же мне тут делать?
       - Посмотри телевизор, полистай газеты. Постарайся больше узнать о местных особенностях, одним словом. Я не рекомендую тебе гулять по улицам: ты в любом виде привлекаешь внимание мужчин, и я ревную. - Лис засмеялся. - Будет звонить телефон, не отвечай, считай звонки. Я, если потребуется, буду звонить так: дам два звонка - потом отбой. Потом снова наберу, выжду два звонка - дам отбой. Сразу же наберу в третий раз - тогда отвечай, значит, это звоню я. Если кто-то придёт, ни под каким предлогом не открывай дверь, ответь, что не хочешь никого видеть, а лучше просто молчи. Будут ломиться - применяй оружие и уходи через окно с помощью гравипояса. Встретимся, м-м, у главного корпуса политехнического института, запомни - он сокращённо называется УПИ. Поймаешь такси, такие жёлтые машины с черными шашечками, ты их сегодня уже видела не раз, или просто легковую машину и попросишь отвезти туда. Будь там недалеко от памятника, стоящего напротив здания - я тебя найду. Запасное место встречи - в сквере, где мы сидели и смотрели газеты. Надеюсь, всё понятно?
       Монра внимательно посмотрела на Лиса:
       - Я понимаю, ты твёрдо решил отправиться на разведку один?
       - Да, - кивнул Лис, - не обижайся, но так будет лучше. Я сделаю всё возможное, чтобы не ввязаться ни в какие истории, просто осмотрюсь. Мне, прежде всего, хочется попытаться понять, что случилось с Терпом. Может быть, я получу хоть какие-то намёки, где он сейчас, и тому подобное. Нам это необходимо знать.
       - Как ты узнаешь подобное, ни во что не ввязываясь? - вздохнула Монра.
       Лис лишь пожал плечами. Чтобы не тратить время на разговоры, он, не глядя, вынул из сумки запасную обойму к лучемёту и выскочил за дверь.
       Пешком он прошёл до главного проспекта города - проспекта Ленина. Впрочем, Лис знал, что историческое название улицы было именно Главный проспект, с большой буквы. Сейчас же, судя по табличкам на домах, несмотря на возвращение городу его исконного названия, улица сохранила имя "вождя мирового пролетариата". Правда, ещё днём, когда они с Монрой шли по проспекту, Лис заметил местами на стенах зданий сделанные через трафарет простой чёрной краской надписи "Главный проспект". Лис несколько подивился нелогичности такого положения дел, но вспомнил стихи Тютчева о том, что "умом Россию не понять". Постулат этот лишний раз подтверждался.
       Часы показывали уже начало первого, но как обычно в середине лета на Урале ночи как таковой пока почти не было: над городом висели светлые сумерки.
       Напротив оперного театра Лис поймал машину и отправился проверить первый адрес, тот, где не ответил телефон, когда он звонил из машины Фахрутдинова. Он сильно сомневался, что квартира может остаться "не засвеченной", поскольку если те, кто захватил Терпа, узнали про одну квартиру, то наверняка узнают и про вторую. Лис не сомневался, что "наркотик правды" или что-то подобное есть не только у хозяина мира Граней.
       Эта квартира находилась на улице Сулимова, и ехать пришлось недолго. Ещё в машине Лис, вытащил сотовый телефон и набрал номер. После первого гудка раздался лёгкий щелчок, и громкость последующих сигналов стала чуть ниже. Лис вспомнил, что такие же звуки слышались, когда он звонил первый раз и сюда, и на другую квартиру. Не понятно, что такое может означать: то ли телефоны прослушиваются, то ли так теперь тут работают телефонные станции.
       Как и в первый раз, в квартире никто не снял трубку. Лис тихонько хмыкнул и убрал телефон в карман.
       Он сожалел, что не знает почти ничего об организации сотовой связи. В частности, его беспокоило, можно ли засечь местонахождение владельца мобильного аппарата. Если это легко сделать, то телефон следовало бы выбросить. Поразмыслив, Лис решил, что подобное вряд ли возможно, по крайней мере, пока он не разговаривает по телефону: ведь это была просто миниатюрная радиостанция, а если передатчик не излучает сигнал, то и засечь его невозможно. Наличие же мобильного телефона давало большие удобства, и Лис не спешил расстаться с таким полезным устройством. Правда, он помнил слова Смирнова, что при пропаже аппарата и заявлении хозяина телефон отключат, так что скоро аппарат всё равно вот-вот должен был стать бесполезным.
       Улица Сулимова сильно изменилась по сравнению с тем, как её помнил Лис. Появилось много новых типовых многоэтажных зданий и магазинов, но самое главное изменилось хорошо знакомое ему убогое пересечение с улицей Уральской: перекрёсток расширили и снесли все деревянные хибары, ранее корёжившиеся вокруг.
       Заметив нумерацию домов, Лис стал прикидывать, где расположен нужный адрес, благо на многих домах висели освещённые адресные указатели.
       Интересовавший его дом он увидел почти сразу - тот был большой и стоял, изгибаясь под тупым углом. Попросив водителя развернуться и проехать немного назад, Лис остановил машину у ярко освещённого киоска, расплатился и вышел.
       На улице, не считая света у ларьков, горело не так много фонарей. От мрака спасала светлая уральская, почти белая ночь.
       Лис дождался пока машина скрылась вдали, купил в киоске сигареты, больше в качестве отвлекающего манёвра, чем из желания курить, и не спеша двинулся в сторону нужного дома.
       Девятиэтажное здание, какие строили и пятнадцать лет назад, было самым обычным, разве что стояло углом. Подъезды дома выходили на улицу, прямо к нескольким ларькам, расположившимся напротив.
       Лис повернул за дом в некоторое подобие двора. Несмотря на теплый вечер, народу вокруг практически не было. Лишь в песочнице напротив дома примостились несколько юных личностей обоих полов лет по пятнадцать-шестнадцать. В общем-то, они и не особо шумели - только изредка долетал негромкий гогот. В отсветах света из окон дома поблёскивали бутылки - ребята пили пиво или что-то ещё.
       Лис, как бы невзначай, бросил несколько взглядов на окна и прикинул, как же и на каком этаже может быть расположена квартира Терпа: расположение квартир на площадках таких домов он хорошо помнил.
       Совершенно индифферентно Лис прошёл вдоль здания, свернул по ходу дорожки и, обогнув дом, снова вышел на тротуар вдоль проезжей части улицы. Стоило как-то прозондировать почву, прежде чем соваться в подъезд.
       Навстречу Лису протопали трое пацанов лет по двенадцать-тринадцать, все коротко стриженные. Судя по прогулкам в столь поздний час, ребята - отчаянные. Лис проводил их взглядом и медленно пошёл следом. Мальчишки, громко разговаривая и толкаясь, дошли до ближайшего киоска и остановились у освещённой витрины, разглядывая товары.
       Лис закурил сигарету и неторопливо приблизился. У него созрела первая часть плана разведки.
       - Ты козёл, Саня! - как раз высказывал самый бойкий мальчишка одному из друзей, белобрысенькому и невысокому, в замызганной футболке с какой-то полустёртой надписью латинскими буквами. - "Марс" твой говно. Ты пробовал "Пикник-Найт"? Вот это самый крутой батончик!
       - А мне, например, больше всего нравится "Клекс", - заявил третий пацан, сплюнув на тротуар, видимо, от избытка во рту слюны. - Только его здесь нет.
       - Чо там твой "Клекс"! - настаивал бойкий. - Я ел - ничего особенного. Даже "Сникерс" лучше.
       - Не-а, Антон, ты чо! "Сникерс" - он, эта, такой... "Клекс" всё равно лучше!
       Лис подошёл и встал за спинами ребят. Он уже узнал на Земле достаточно и понимал, что речь идёт о шоколадках. Мальчишки бросили на незнакомого мужика безучастные взгляды и продолжали обмениваться мнениями по поводу достоинств тех или иных кондитерских шедевров. Лис громко вздохнул:
       - Да, "Клекса" тут нет.
       Мальчишки уставились на него.
       - Ну? - подмигнул Лис. - Какие батончики будете?
       Мальчишки недоверчиво смотрели, не шутит ли дяденька.
       - Может, взять вам по этому самому "Пикнику", "Пикнику Найт"? Или по простому "Пикнику"? А, может, по "Сникерсу" или "Лайону"? Выбирайте!
       - Вы, чо, прикалываетесь? - наконец спросил тот, которого звали Антоном.
       - Да нет, я серьёзно. Я сам был пацаном когда-то, и мне тоже хотелось сладкого, - заверил Лис. - Выбирайте!
       Мальчишки загалдели, перебивая друг друга, и долго не могли сделать выбор и определиться.
       - В общем, так! - заключил Лис, кладя конец базару. - Всем по "Пикнику" и по "Сникерсу". И запить чего-нибудь, идёт?
       Лис купил мальчишкам батончики и по банке "Фанты". Себе он взял маленькую бутылочку пива "Холстен", понравившееся ему ещё в Сысерти. Довольные пацаны зашуршали обёртками, запшикали открываемые баночки. Лис хлебнул пива и посмотрел на ребят.
       - Мальчишки, как вы смотрите на то, чтобы чуть-чуть подзаработать живых денег?
       - А сколько? - мгновенно сориентировался бойкий Антон.
       - Скажем, стольник на каждого?
       - А что надо делать? Если воровать, то мы - пас, дядя. На криминал не пойдём.
       Лис засмеялся:
       - Криминал исключается, сам не занимаюсь. Работа простая, но требует внимания. Я объясню, что нужно делать.
       - Ну, раз без криминала, - солидно кивнул Антон, - то говорите.
       Лис объяснил ребятам, что он от них хотел. Один должен подойти к нужной квартире и, если там кто-то ответит на звонок, позвать Колю - имя Лис выбрал совершенно произвольно. В случае чего, надо было назвать номер именно этой квартиры, но номер дома указать неправильно: будет выглядеть, что мальчик ошибся. Вряд ли, конечно, кому-то может показаться естественным, что ребёнок шляется по ночам, но делать нечего. Лис сильно рассчитывал на то, что кто бы ни сидел в засаде в квартире Терпа, ребёнку они ничего не сделают.
       Друзья Антона должны стоять "на стрёме" - один площадкой выше, другой площадкой ниже, и обратить внимание, не выглянет ли кто-нибудь из квартир там.
       - Ну, действуйте! Я жду вас вон там, - Лис показал на группу деревьев на другой стороне улицы, откуда его никак не могли увидеть из дома. На всё вам пятнадцать минут максимум.
       Мальчишки отправились на задание, а Лис пересёк улицу и устроился под деревьями, прислонившись к одному из них. Он снова вытащил сигарету и закурил, посматривая на часы.
       Когда ребята вернулись, лидер Антон покачал головой:
       - Никого там нет, тишина. Но дверь здоровая железная: вы её вряд ли откроете...
       - Да откуда ты взял, что я собираюсь дверь открывать? - перебил Лис. - Я не собираюсь грабить эту квартиру. Никто не выходил на других площадках?
       - Я внизу стоял, - сообщил Саня, - в одной квартире там замок щёлкнул, но никто не вышел. Дверь не открывалась.
       - Угу, - кивнул Лис: щелчок замка мог быть, конечно, и простым совпадением, но вряд ли.
       Он выяснил, где расположена квартира, в которой щелкнул замок и, выдав пацанам обещанный гонорар, отпустил их, оставшись стоять под деревом. Когда мальчишки скрылись вдали, Лис двинулся к дому. У подъезда по-прежнему было пусто. Он оглянулся по сторонам, переложил лучемёт-авторучку в нагрудный карман рубашки и вошёл в дом.
       Квартира располагалась на пятом этаже, на площадке тихо, и ничего подозрительного. Лис внимательно осмотрел нужную дверь, не приближаясь к ней вплотную.
       Обрывок провода, похожего на кабель телевизионной антенны, торчал над дверью. Вроде бы обычный кабель, но такой вполне мог оказаться тоннелем для тонкого световода, так что сидящие на его другом конце могли наблюдать, что происходит перед дверью. Лис не проинструктировать ребят на предмет выявления подобных объектов, но вряд ли стоило так рисковать и подставлять пацанов: если бы они начали тут проверять и щупать всё, то устроившие засаду могли их заподозрить и схватить. Он сам должен проверить всё до конца.
       Лис секунду-другую прислушивался, но ничего не услышал и нажал кнопку звонка. Мелодичная приглушённая трель донеслась из-за бронированной двери, не вызвав никаких иных звуков в квартире. Чуть подождав, Лис снова надавил кнопку, и тогда на нижней площадке щелкнул замок, и чуть скрипнула дверь.
       По звуку Лис определил, что открылась именно та дверь, о которой упоминал Саня. По цементному полу раздались звуки шагов.
       Правой рукой Лис вытащил лучемёт-авторучку и встал вполоборота к лестнице, чтобы видеть того, кто поднимался снизу. Левую руку он продолжал держать у кнопки звонка.
       На промежуточной площадке показалась крепкая фигура в футболке и тренировочных штанах. В одной руке мужчина держал газету сложенную пополам. По тому, как пальцы прижимали бумагу, Лис понял, что под газетой скрывается нечто.
       Поигрывая "авторучкой", Лис не двигался и продолжал спокойно смотреть на мужчину. Вряд ли тот был один, но больше шагов пока не раздавалось.
       Мужчина поставил ногу на первую ступеньку лестничного марша, ведущего вверх, и остановился. Несколько секунд он разглядывал гостя и, наконец, выдавил из себя:
       - Ты к кому, парень?
       Лис почесал нос кончиком лучемёта и скривил губу:
       - Уж точно не к вам - вы же не здесь живёте. Вот и топайте к себе домой!
       Мужчина. явно не понимая, что в руках Лис держит оружие, только покачал головой:
       - За словом в карман, стало быть не лезешь... А, может статься, что и к нам. Нет там никого, - Он кивнул на дверь квартиры Терпа. - Заходи сюда, с нами побеседуешь.
       - О чём мне с вами беседовать?! Кстати, откуда вы знаете, что там никого нет? Вам за квартирой приглядывать, что ли, поручили?
       - Поручили, поручили, - ухмыльнулся мужчина, и по брошенному косому взгляду вниз, Лису стало понятно, что его догадки верны, и там стоит ещё кто-то. - Давай-ка, иди сюда сам.
       Лис отметил, что разговаривал мужчина негромко - не хотел привлекать внимание соседей.
       - Следили, стало быть? - в тон заметил Лис.
       - А ты думал, ты один такой умник? - Мужчина состроил подобие улыбочки. - Пацанов на разведку посылал, да?
       Он был совершенно уверен, что Лис полностью у них в руках. Скорее всего, засада сидела и в самой квартире Терпа. Возможно, они также сняли квартиру где-то этажом выше, чтобы "дичь" оказалась в капкане. Если это так, прорваться будет трудно, и Лис сильно надеялся на то, что неизвестные охотники вряд ли рассчитывают, что кто-то станет прорываться на крышу.
       Как бы в подтверждение своих догадок Лис услышал лёгкое шуршание за железной дверью, перед которой стоял. Натренированный слух охотника не подвёл: кто-то осторожно открывал замки. На всякий случай Лис мягко отступил в сторону, дабы не оказаться сбитым с ног резким ударом дверью.
       - А не собираюсь я с вами беседовать, - нарочно громко сказал он, чтобы по возможности те за дверью не думали, что он слышит их присутствие.
       - Пойдёшь, милый, - с убийственной лаской произнёс мужчина, левой рукой убирая газету и открывая пистолет с глушителем.
       Это был самый обычный пистолет, и Лис облегчённо вздохнул про себя, поскольку ему не хотелось увидеть лучевое оружие. Мужчина просто показал пистолет Лису, не наводя ствол на него. Видимо, считал, что простой демонстрации силы пока достаточно.
       Это подтверждало догадки, что Некто на Земле действует через подставных лиц, не знающих, на кого они в действительности работают и с кем могут столкнуться. А, как любое незнание возможностей противника, такое положение дел давало им с Монрой кое-какие шансы, поскольку люди, уже пытавшиеся взять их и окружившие сейчас его, не понимают, кто им может противостоять.
       - А если не пойду? - тоже ухмыляясь, спросил Лис, одновременно продолжая прислушиваться к возне за дверью, чтобы не упустить момент.
       - А я тебя слегка подстрелю, и никто не даже услышит. Советую идти целым, - предупредил мужчина, становясь серьёзным.
       - А зачем я тебе целый, ты что, шаровик? - доверительно прищурился Лис.
       - Кто? - не понял мужчина. - Какой ещё шаровик? Ты мне мозги не пудри, давай, иди сюда.
       - Да, делать нечего... - начал Лис, разводя руками и как бы изображая полное бессилие.
       Когда рука с "авторучкой" оказалась направленной на мужчину, Лис нажал на спуск.
       Удар луча пришёлся в грудь чуть ниже шеи - мужчину швырнуло на стену, а пистолет загремел по ступеням вниз. Приглашавший Лиса в гости захрипел и сполз на пол. С нижней площадки раздалось сдавленное восклицание и ругань.
       Дверь за спиной Лис резко распахнулась, но он был к этому готов. Не успела металлическая створка пройти середину своего движения, Лис резко ударил ногой, не давая возможности новому нападающему выпрыгнуть из-за неё.
       Открывавший дверь не ожидал такого и не удержал створку от обратного хода. Он вскрикнул, отлетел назад в квартиру и, судя по шуму, даже упал. Очевидно, удар пришёлся по лбу, а, возможно, и разбил в смятку нос.
       Но у Лиса не оставалось времени рассматривать повреждения, нанесённые противнику. Из квартиры на нижней площадке уже выскакивали люди, и Лис побежал вверх.
       Он пробежал почти четыре пролёта, когда первый из преследователей почти достал его. Не оборачиваясь, Лис выстрелил из лучемёта и очень удачно: множественный шум падения подсказал, что все споткнулись об отброшенное назад тело.
       К счастью, никто в него не выстрелил, и это лишний раз подтверждало строгость приказа брать живым или, по крайней мере, не привлекать внимания окружающих.
       Когда он достиг последнего девятого этажа, ему пришлось остановиться, чтобы осмотреться. Погоня отставала этажа на два. По приглушённым звукам разговоров Лис прикинул, что там находится, как минимум, человека четыре. Они не спешили, так как полагали, что Лису некуда ускользнуть.
       Его взяли бы без вопросов, если бы не лучемёт: металлическая дверца типа люка, ведущая на крышу дома, была заперта. Вдобавок, замок оказался не навесным, а врезанным в саму дверцу.
       Лис на секунду замер и прислушался: нигде не раздавалось звуков открываемых дверей, никто не выглянул на шум в подъезде. Жильцы предпочитали отсиживаться за стальными дверями, хотя, вполне возможно, уже вызвали милицию, встреча с которой также никоим образом не входила в планы Лиса.
       Снизу начали осторожно подниматься. Лис переключил лучемёт на режущий режим и, забравшись на лесенку, ведущую к люку, занялся замком. Будь у него пистолет, пытаться сломать замок пулями было бы просто опасно в таком ограниченном пространстве.
       Секунд через пять кусок металла, раскалённый докрасна, вывалился и ударился о пол, а Лис очутился на крыше.
       Лис вернул крышку люка на место и наспех заварил пару железных выступов. Едва он успел всё закончить, как по металлической лесенке кто-то уже взбирался. Лис отпрыгнул в сторону от вырезанного отверстия размером примерно с пачку сигарет, чтобы его не заметили, и присел рядом с коробом люка.
       - Сука, - донеслось снизу, - замок же стоял, а сейчас вырезан! Что за штука у этого пидара?
       - Миша, мать твою! Ты не рассуждай, ты дверь ломай! - закричал другой голос.
       - Ну да, мы высунемся, а он нас завалит, как Вовку! - Но люк всё же осторожно толкнули.
       - Да она, блядь, заварена, что ли? Как же так, сука?...
       - Быстро двое на улицу! Выбежит из какого-то подъезда - догнать! По ногам стреляйте. Хозяин башку оторвёт, если упустим. Вот же, мать твою!
       - Слушай, жильцы наверняка ментов вызвали: нашумели мы, - сказал человек, продолжавший стоять на лесенке у люка.
       Лис усмехнулся и, переключив лучемёт на ударное действие, осторожно приподнялся и выстрелил в отверстие в спину уже спускавшегося по лесенке мужчины.
       Но ничего не произошло: заряд лучемёта иссяк, пока вырезался замок и заваривалась дверь. Окончательное разочарование постигло Лиса, когда он пошарил по карманам в поисках новой энергетической обоймы. Собираясь на "прогулку" и наугад шаря рукой в сумке с инвентарём, он спутал зарядный блок к минилучемёту и патрон к гравитационному поясу.
       Его план рушился. Лис надеялся вывести из строя всех преследователей, а потом, прихватив одного, допросить с применением "препарата правды" прямо на улице где-нибудь в укромном месте, благо была ночь. Сейчас же он остался безоружным, если не считать ножа и баллончика с усыпляющим газом, но это явно не те средства, которые стоило пытаться применять против нескольких мужчин с пистолетами.
       Вдали действительно послышался звук милицейской сирены. Лис подбежал к краю крыши и посмотрел вниз - вдалеке виднелся мигающий синий проблесковый маячок патрульной машины. Скорее всего, звук сирены услышали и его преследователи.
       Ситуация грозила полностью выйти из-под контроля. Так бы стоило отсидеться на крыше, но вызванный наряд вполне мог попытаться осмотреть подъезд, где произошла драка, увидеть заваренный люк с вырезанным замком и заинтересоваться ситуацией вплотную. Вполне возможно, они станут осматривать и крышу здания.
       Он не знал, заперты ли люки в остальные подъезды, а времени проверять не оставалось: милиция будет у дома гораздо раньше. Лис не посмотрел, есть ли на доме пожарная лестница, но и она бы не подошла: заметь милиционеры человека, спускающегося с крыши - точно начнут преследовать, а он практически безоружен. Впрочем, имей он оружие, устраивать баталии с правоохранительными органами в планы всё равно не входило.
       Правда, выход существовал. У него не было гравитационного пояса, но имелся сам гравипатрон, а Лис в общих чертах знал принцип его действия. Когда патрон вставляли в устройство, называвшееся гравитационным поясом, он мог выделять энергию, равномерно распределявшуюся вокруг тела при надевании этого пояса. Но энергию патрона можно высвобождать и без пояса, просто поворачивая колпачок на торце на определённый угол. Таким образом, человек, имевший соответствующие навыки, вполне мог рискнуть спуститься вниз с большой высоты.
       Лис подошёл к краю крыши со стороны, противоположной подъездам. В темноте расстояния кажутся меньше, но он знал, что высота подобного дома составляла около тридцати метров.
       Главное - не переборщить с установкой разряда патрона: поворачивать колпачок приходилось на глаз. В принципе Лис боялся не рухнуть камнем вниз, а того, что будет опускаться очень медленно и может быть замечен, или того, что мощность окажется велика, и его потащит вверх, в ночное небо, где в темноте регулировать небольшой, вырывающийся из рук патрон будет просто опасно.
       Мысленно перекрестившись, он чуть-чуть повернул торец патрона, крепко сжимая цилиндрик в ладони, и почувствовал, как тело теряет вес. Лис подпрыгнул и плавно, словно воздушный шарик, опустился на крышу. Получилось!
       С противоположной стороны дома заскрипели тормоза патрульной машины, и Лис прыгнул вниз, постаравшись выбрать место в стороне от росших на газоне деревьев.
       Падение вышло чуть более быстрым, чем он рассчитывал, и Лис сильно ударился о землю, к счастью, оказавшуюся здесь не слишком жесткой.
       Тихо чертыхаясь и отряхиваясь, он увидел, что его всё-таки засекли: прямо напротив места приземления метрах в трёх в нише стены рядом со слегка приподнятой над землёй лоджией квартиры первого этажа, стояли парень и девушка. Девушка в задранной юбке прижалась лицом к стене, а парень резкими частыми толчками брал её сзади. В смысле, конечно, девушку.
       Когда Лис вдруг свалился рядом, парень растерянно обернулся к нему, на мгновение остановившись. Девушка, прижавшись щекой к шершавой бетонной стене, тихонько мурлыкала и, похоже, ничего и не видела.
       - Извини, приятель! - понимающе улыбнулся Лис, осторожно возвращая головку патрона в нулевое положение. - Я ухожу, ухожу!
       Он, слегка прихрамывая, пробрался между деревьями и некоторое время шёл, тёмными дворами, хотя был почти на сто процентов уверен, что милиционеры какое-то время потратят в подъезде дома, выясняя причины вызова, и не будут разъезжать по окрестностям.
       Только отойдя более, чем на квартал от места событий, Лис вышел к проезжей части улицы. Заметив огни приближающегося автомобиля, он присмотрелся и, увидев одного водителя, поднял руку.
       Расположившись на заднем сидении, он назвал место в паре кварталов от дома, где ждала Монра, и только тут позволил себе расслабиться и перевести дух.
       Спросив у водителя разрешение, Лис приспустил стекло и закурил, сейчас уже по потребности. Следовало признать: он чуть не попался, а новой информации практически не получил.
      
      
       Г Л А В А 7
      
       - Ну так и что ты планируешь теперь предпринять? - Монра повторила вопрос.
       Лис отвёл взгляд от прелестей подруги и снова посмотрел за окно. Закрыв глаза, можно было представить, что он много лет тому назад стоит тёплым утром у окна в своей квартире: с улицы доносился почти такой же набирающий темп шум большого города. Правда, тогда так не воняло выхлопными газами, но, вполне может статься, нос просто отвык от подобных запахов. Хотя, следует признать: машин стало на несколько порядков больше.
       "Странно", - подумал Лис, - "а меня даже пока не слишком тянет взглянуть на дом, где я когда-то жил. Зайти, узнать под каким-нибудь предлогом, кто сейчас живёт в квартире. С другой стороны, вдруг кто-то из соседей меня вспомнит, узнает - как тогда объяснять? Да только и нет времени сейчас разглядывать старые дома, а мемориальной доски там всё равно нет...".
       - Давай обобщим всё, что мы имеем и знаем, - сказал он, отрываясь от воспоминаний.
       Лис подошёл к столу, где стояла чашка с кипятком, вытащил пакетик за верёвочку ("Липтон", о котором пятнадцать лет назад мог лишь читать в зарубежных романах) и положил на блюдце. Отхлебнув горячего чая, Лис снова посмотрел на Монру и решил продолжить разговор.
       - Самое главное, пропал Терп. Мало того, что я успел к нему привязаться, - при этих словах Монра едва заметно улыбнулась, - так ведь он фактически являлся нашим проводником по современной Земле. Я, конечно, разберусь, что тут нового, но на это нужно время, а те, кто охотился за Терпом, будут охотиться и за нами. Главное, Терп лучше нас понимал ситуацию именно с этим или с этими таинственными "Некто"...
       - Ну, не так уж он её, видимо, понимал, - перебила Монра. - Терп же говорил, что не вполне уверен, одна личность тут всем заправляет или нет.
       - Вот это и надо в первую очередь определить, - кивнул Лис, прихлёбывая чай. - Помнишь, Терп говорил, что были моменты, когда, казалось, этому "Некто" как бы что-то мешало или отвлекало от непосредственных занятий Землёй и Творцами на ней? Сей факт может быть очень важным для нас.
       - Факт или домыслы Терпа? - возразила Монра. - Может быть, "Некто" просто ни черта делать не хотел в какие-то моменты?
       - Может быть, - согласился Лис. - Но всё-таки, если предположить, что и у нашего врага тоже есть некий враг, то из такой ситуации просто необходимо постараться извлечь пользу. Надо просто убедиться, что дела обстоят именно так. Поэтому следует выяснить, кем на самом деле является этот Ингвар Янович.
       - Вот только как всё выяснить? - несколько язвительно поинтересовалась Монра. Она скрестила ноги по-турецки и слегка наклонилась вперёд, опираясь на колено локтем руки, в которой продолжала держать стакан.
       Лис скользнул глазами по идеальной округлости её колена, и взгляд невольно переместился на столь же совершенные формы, располагавшиеся сейчас чуть выше и почти задевавшие бедро.
       "Чёрт возьми, - подумал он, - бросить бы всё и убраться с Монрой куда подальше. Действительно, существует столько миров, где можно забыть обо всём на свете! А я и не видел, считай, ничего, кроме мира Терпа, хотя и там тоже приключений хватило бы ещё надолго. Но, чёрт возьми, не дадут же забыть, явно не дадут".
       Вообще Лис давно прекрасно осознал такую вещь: даже будучи уверенным, что неизвестные враги действительно оставят его в покое за какой-то гранью мироздания, он уже вряд ли воспользовался бы такой возможностью.
       Лис ценил все радости жизни - приключения, схватки, красивых женщин и доброе застолье, когда представлялась возможность славно попировать в хорошей компании. Но существовало дополнительное нечто, от чего не представлялось возможным отказаться даже ради жизни, полной наслаждений с любыми самыми прекрасными и желанными женщинами. Дать чёткую формулировку и для самого себя было трудно, да Лис никогда и не пытался её выстроить.
       Лис только понимал, что если шаровики являются не более чем чьим-то инструментом, то непосредственную угрозу для Земли представляют не они, а тот или те, кто их использует. Эта опасность представлялась куда более непонятной, чем сами шаровики, мотивацию действий которых Лис уже более или менее представлял. И именно поэтмоу он тем более не мог оставить всё как есть, даже разреши противники выйти ему из игры.
       Мир, где он родился, безусловно, был и остался далёким от совершенства, и Лис мог с полной уверенностью сказать себе, что это не то место, где хотел бы закончить свой жизненный путь, если такой момент наступит. Тем не менее, это - его Родина, как ни крути, судьба которой не могла оставаться абсолютно безразличной.
       Из разрозненной и путаной информации, почерпнутой им за пару последних недель, Лис начал догадываться, что, судя по всему, картина Мира - именно Мира с большой буквы - несколько иная, чем представлялось ранее, пока он в одиночестве хозяйничал во Дворце Терпа и щекотал нервы приключениями на гранях планеты.
       И Лис хотел понять или хотя бы приблизиться к пониманию того, какая же она, эта картина, на самом деле. Это действовало, как наркотик, и даже возможность рая отнюдь не в шалаше с любимой женщиной или даже женщинами не могла бы заменить желание всё узнать.
       Кроме того, сейчас существовал ещё Терп, личность, к которой Лис испытывал большую симпатию. Его необходимо выручать, и опять же, прекрасно сознавая, чем он рискует, пытаясь это сделать, Лис не мог бросить Терпа.
       Терп собирался выманивать неизвестного, хозяйничавшего на Земле, на шаровиков, якобы, ищущих контакта со своим хозяином. Лису подобный приём не очень нравился и казался шитым белыми нитками - впрочем, в настоящее время такая необходимость отпала сама собой.
       - Если бы не ситуация с милицией и не моя дурацкая оплошность с зарядом к лучемёту, то у меня всё получилось бы. Я бы вырубил всех, кто был на квартире Терпа и спокойно допросил...
       - Чего говорить об упущенной возможности, - махнула рукой Монра. - Хорошо, что ты сам убрался целый. Шутки с гравитационными патронами могут плохо кончиться, считай, тебе повезло.
       - Не сомневаюсь, уверяю тебя, - усмехнулся Лис. - Но таким образом, у нас остаётся лишь вариант попытаться договориться по телефону. У нас есть номер телефона второй квартиры Терпа, где мне отвечали, и, думаю, сейчас ответят и на звонок в квартиру, которую я вчера посетил. И если господин Фахрутдинов передал мою просьбу своему шефу, то, может быть, у нас появился ещё один вариант. Может быть, переговоры с этими разными группами, при условии, что они являются таковыми, позволят понять нечто новое?
       - Откуда будешь звонить? - поинтересовалась Монра. - С этого маленького аппарата или с телефона в нашей квартире?
       - С нашего, так сказать, домашнего, не стоит: вдруг квартиру засекут? Да и насчёт сотового у меня сомнения, я не всё знаю о принципах такого типа связи.
       Лис вынул мобильник Фахрутдинова и поманипулировал с ним. Аппарат молчал: то ли села батарея, то ли, как и предупреждал охранник Фахрутдинова, о пропаже сообщили, и номер уже отключён.
       - Ага, этот нам бесполезен, - сказал Лис. - Вообще, удобная штука, особенно в нашем положении, при условии, конечно, что его не могут легко обнаружить. В любом случае, телефоны нам очень пригодятся, и я тут вчера мельком видел объявление...
       Лис порылся в кучке газет, и нашёл несколько объявлений от компаний, предоставлявших услуги сотовой связи. Он выписал на бумажку три номера с адресами, располагавшимися сравнительно недалеко их места нахождения. Монра с интересом следила за ним.
       - Мы купим себе такие же, - пояснил Лис, - нам нужна будет система мобильной связи. Сейчас пойдём где-нибудь перекусим, а потом отправимся за этими телефончиками.... Хотя, погоди-ка, сегодня же воскресенье и, скорее всего,конторы эти не работают. У нас получается вынужденный простой.
       Монра посоветовала отвлечься и просто немного погулять. Лис согласился. Он прекрасно понимал, что этот (или эти) "Некто", захвативший Терпа, сделает всё возможное, чтобы добраться и до него с Монрой, а поэтому вынужденное безделье томило: получалось, первые ходы сами собой оставались за противником. Малоэффективная разведка на одну из квартир Терпа, разумеется, в счёт не шла.
       Какое-то время они просто достаточно бесцельно прогуливались по проспекту Ленина. Лис настороженно косился на всех прохожих и каждую машину, останавливавшуюся поблизости. Для страховки он прихватил с собой одну из сумок, куда, чтобы не оставлять в квартире, сложил все деньги и основные компоненты их снаряжения.
       Город, во всяком случае, центр, изменился - и как бы не изменился. Разумеется, появилось множество новых для Лиса вывесок, рекламных объявлений, на первых этажах вместо квартир, когда-то имевших самую низкую котировку при обменах, сейчас разместилось множество неплохо отделанных магазинчиков, но большинство зданий остались практически такими же, каким их помнил Лис. Правда, особенно в центральной части города, многие сейчас были значительно лучше отштукатурены и выкрашены. На некоторых фасадах и сейчас висели люльки с рабочими, а на тротуарах копошились люди, выкладывавшие керамическую плитку. Кроме того, там, где перспектива позволяла бросить взгляд вдаль, виднелось несколько уже построенных или строящихся многоэтажных домов.
       Веки пощипывало от выхлопных газов, а в горле першило.
       - Ну, как? - Лис посмотрел на Монру, тоже периодически теревшую глаза. - Зайдём куда-нибудь, поедим? Я лично уже сыт гулянием по улицам: здесь просто нечем дышать. Думал, что мне интереснее будет бродить по родному городу.
       - Да, может быть в помещении воздух почище, - согласилась Монра. - Как тут живут твои соотечественники? Просто кошмар! Когда я была на Земле последний раз, не наблюдалось ничего подобного, я бы запомнила.
       - Прогресс! - развёл руками Лис. - Разве у вас происходило не так же?
       Монра пожала плечами:
       - Я не знаток истории, но использование горения углеводородного топлива для движения машин перестало применяться в моём мире в далёкой древности. Я даже не знаю, применялось ли оно вообще.
       - Вот даже как! - усмехнулся Лис. - Ты хочешь сказать, что мы уникальны!
       - Основная уникальность в том, что дышать нечем, - пошутила Монра.
       Они как раз остановились перед входом в ресторан "Океан", и Лис решил, что время подходит уже не для завтрака, а для обеда.
       Они вошли, и подскочивший метрдотель быстро пристроил их в почти пустом зале у окна.
       Когда-то Лис неплохо знал данное заведение: здесь даже в советские времена готовили отличные блюда из рыбы... когда эта рыба имелась в наличии. Сейчас представилась возможность проверить, что изменилось за пятнадцать лет, кроме полностью обновлённого интерьера.
       Просмотрев меню, поданное официантом, молодым коротко стриженым парнем в "бабочке", Лис убедился, что ассортимент предлагаемых блюд не просто вырос, а стал огромен по сравнению со временами юности, когда он студентом иногда наведывался сюда с друзьями. Чего стоили хотя бы акульи плавники в белом вине или осьминог, фаршированный гребешками! Некоторых слов из меню Лис вообще не знал.
       Единственное, что не порадовало Лиса, так это цены, хотя денег у них с Монрой пока хватало. Лис не знал, какова сейчас так называемая "средняя" зарплата в России, но в прежние времена в ресторане можно было очень здорово посидеть даже на часть студенческой стипендии. Лис чувствовал почти наверняка, что сейчас такое вряд ли возможно. Зато нынче, судя по всему, несложно попасть в ресторан - места есть, видимо, почти всегда.
       Понимая, что Монра и подавно не сможет сделать заказ, Лис решил полностью положиться на свой вкус. Он заказал чёрную икру, балык из осетрины с овощами, бульон из севрюги с грибами и рыбные котлеты со сложным гарниром.
       - Котлеты сегодня не очень, - доверительно сообщил услужливый официант. - Лучше возьмите, например, рулет "по-демидовски" в пряном соусе.
       - М-м... - покивал Лис с видом знатока. - Это у нас из чего, из стерляди? Ну, что ж, давайте! И ещё: что у вас хорошего из водок?
       - Рекомендую "Абсолют", но есть и наша хорошая водка, кристалловская.
       - Кристалловская, кристалловская, - сказал Лис, соображая: ему не хотелось задавать много вопросов, чтобы не выглядеть слишком заметным лишний раз. - А... э-э, "Абсолют", он настоящий?
       - Обижаете! - несколько удивлённо улыбнулся официант. - Разве у нас может быть палёный?!
       - Ценю вашу предупредительность! - подмигнул он, глядя на парня снизу вверх. - Ладно: грамм триста самого абсолютного "Абсолюта" и бутылочку шампанского, полусладкого.
       Официант с готовностью кивнул и умчался.
       - Что значит слово "палёный"? - поинтересовалась Монра. - Я не поняла, что этот человек имел в виду?
       - Наверное, что бывает поддельный, значит, непалёный, - пожал плечами Лис. - Для меня это тоже новое слово.
       Монра усмехнулась:
       - Да, тебе самому нужен переводчик...
       - А я и не отрицаю, тут здорово всё изменилось. Не могу сказать, стало ли лучше, но, по крайней мере, товаров везде навалом, такое раньше и присниться не могло простому советскому человеку. Так что, изменения вроде как бы и к лучшему. Одно плохо: дышать стало хуже.
       - Ну, здесь-то ещё сносно по сравнению с улицей!
       В зале действительно было прохладно, хорошо пахло, и воздух оставался намного чище, чем на улице. После того, как они сходили и умылись в туалете, стало совсем хорошо, и глаза практически перестало щипать.
       Официант принёс закуски и охлаждённую водку в маленьком запотевшем графинчике. Лис налил по рюмке, они выпили и закусили икрой. Монра одобрительно закивала.
       - Кстати, о прогрессе, - сказал Лис, подцепляя вилкой кусок балыка. - Покойный Эльот упоминал о том, что на Земле наблюдается аномально высокая скорость развития цивилизации. Он утверждал, что вы так и не поняли, в чём тут причина: то ли в том, что продолжительность жизни землян была искусственно снижена и это влияет на скорость прогресса, то ли имеет место некое внешнее воздействие. Как я понимаю, под "внешним воздействием" Эльот имел того, кого Терп называл "Он" или "Они"?
       - Почему ты говоришь всё время "вы не поняли", "вы не догадывались" и смотришь на меня? - с некоторым раздражением спросила Монра. - Я-то какое имею к этому отношение?
       - Я тебя не хотел обидеть... - примирительно поднял руку Лис, но Монра не дала договорить.
       - Да нет, я и не обижаюсь, но просто хочу, чтобы ты представлял сам себе всё правильно. Пойми, наконец, говорить о Творцах, как о чём-то едином, нельзя. Все мы совсем не одно целое...
       - Я это тоже слышал не раз, но ты сама сейчас говоришь "мы"!
       - Ну, в данном случае это просто временное стилистическое обобщение для упрощения понятия. Мы давным-давно не "мы". Да, когда-то мы были цивилизацией, но уже тысячи лет, как ты мог заметить, мы живём самостоятельно в своих мирах, и каждый фактически стал сам себе цивилизацией. Поэтому мы не отвечаем за то, что было сделано когда-то кем-то из, так сказать, номинально "наших".
       - Понятно, понятно! Но всё-таки, надо же как-то выделять в разговоре моменты, относящиеся к коллективной, как ни крути, деятельности Творцов. Потому я и использую местоимение второго лица множественного числа. Я, анализируя имеющуюся у меня информацию в целом, просто пытаюсь понять, чьё влияние на Земле - Творцов или этого таинственного "Некто", если он не Творец, - первично. Если таковое влияние вообще имеет место.
       Монра посмотрела, как Лис намазывает порционное масло на кусочек белого хлеба и кладёт туда икру, и сделала себе то же самое.
       - Чтобы всё понять, - сказала она задумчиво, - у тебя совершенно недостаточно информации. Даже у Терпа её явно не хватало.
       - Пусть так, но я стараюсь проанализировать пока хотя бы ту информацию, что мы имеем. Судя по всему, до определённого времени Творцы достаточно долго влияли на развитие Земли, и влияли непосредственно. Получается, что это они, то есть вы, и землян-то создали, как таковых! А потом, откуда ни возьмись, появляется этот "Он", или "Они", или кто там? Я и пытаюсь построит хоть какую-то гипотезу, создать хоть какое-то отправное предположение, кто может быть этот "Он" - кто-то из Творцов или же кто-то совсем иной?
       - Ну, видишь ли, - ответила Монра, прожевав кусок бутерброда, - вопрос о том, кто создал землян, сам по себе очень спорный. Далеко не все согласны с той трактовкой, какую ты уже слышал.
       Она отхлебнула из бокала, куда официант налил поднесённое шампанское, подперла рукой подбородок и уставилась на Лиса.
       - С какой - "с той"? Я что-то не понимаю: тогда мне рассказывал Эльот, а ты слышала разговор и не возражала. Вы что же, не знаете, что действительно происходило? Что делали ваши учёные? Всё происходил, можно сказать, на твоей памяти! У меня не укладывается в голове! Ну да, вы разрозненны, но имеются же средства хранения информации, и всё такое!
       - Однако ты сильно преувеличиваешь мой возраст, - усмехнулась Монра. - Во-первых, я тогда не возражала потому, что с Эльотом спорить бывало часто просто бесполезно: если он полагал, что дело обстоит так-то, то всё просто не могло обстоять никак иначе. А когда я слышала этот ваш разговор, мне, честно говоря, было просто наплевать, а потому и вступать в дискуссию не хотелось. Во-вторых, всё это никак не могло происходить на моей памяти: прикинь возраст земной цивилизации - я, всё-таки, помоложе.
       - Нет, я понимаю, но по меркам продолжительности вашей жизни всё происходило как бы совсем недавно. Ведь вы должны были застать тех, кто участвовал в первых вылазках на Землю!
       Монра вздохнула:
       - Очень трудно объяснить. Мы уже полностью изолировались друг от друга, а тех, кто когда-то участвовал в "вылазках" на Землю, как ты говоришь, практически не осталось. Тот же Эльот делал выводы, не имея достоверной информации. Всё, что он говорил, говорилось с чьих-то слов. А я, например, слышала много совершенно противоположных мнений. Тебе бы поговорить на эту тему с Терпом - у него, пожалуй, больше гипотез, чем у кого бы то ни было из ныне оставшихся Творцов.
       - Ну, ребята, я вам удивляюсь! - Лис откинулся на спинку стула и покачал головой. - Я ещё понимаю, когда земные историки строят гипотезы о событиях, происходивших тысячи лет назад: люди на Земле живут по 70-80, а достоверных носителей информации о событиях такого далёкого по земным меркам прошлого не сохранилось. Но у вас-то!
       - А что - у нас? У нас тоже не сохранилось чёткой информации обо всём, что происходило на Земле десятки тысяч лет назад. Творцы забились в свои миры, и, как ты выражаешься, носителей конкретной информации тоже не осталось - положение схожее.
       - М-да, - только и сказал Лис.
       Какое-то время он молчал, обдумывая услышанное. Приблизительно ясная картина истории земного мира, уже вроде бы нарисовавшаяся у него в голове, снова стала совершенно мутной. А Лис уже почти привык к мысли, что, как ему объяснили, землян создали Творцы.
       Надо сказать, что данный факт или предположение его совершенное не задевали. Наоборот, он в своё время читал о кое-каких гипотезах о происхождении вида homo sapiens, и предположение, что Творцы являлись создателями конечного земного типа "человека разумного" вроде бы хорошо объясняло отсутствие чёткого ископаемого звена между кроманьонцами и предшествующими видами человекообразных. Хорошо ложились сюда и рассуждения о, якобы, больших неиспользуемых резервах человеческого мозга - "устройство" это, было в принципе рассчитано на значительно более долгое функционирование.
       Вмешательство Творцов могло служить определённым ответом на подобные вопросы. А наличие чёткого ответа, как всегда, радовало уже само по себе. Сейчас же получалось, что и тут снова ничего непонятно.
       - Значит, возможно, человечество на Земле не создавал никто? - уточнил Лис.
       - Может быть, кто-то и приложил к этому руку, но не обязательно Творцы, - ответила Монра, отправляя в рот кусочек балыка, и попросила: - Налей-ка мне ещё того шипучего напитка, как там... шампанского?
       Лис взял бутылку, мгновение задержал взгляд на Монре и плеснул ей в бокал. "Да ты слегка окосела, девушка", - подумал он.
       - Одним словом, ответа нет, - подытожил Лис.
       - Ответ в принципе, возможно, есть, - сказала Монра, разглядывая на свет содержимое бокала, - но...
       - Но его на все вопросы может дать только пресловутый "Некто", - закончил фразу Лис.
       Монра кивнула и добавила:
       - Но не хотела бы я пытаться эти ответы получить.
       - Для тебя всё просто не так важно, - сделал вывод Лис. - Я-то тоже, быть может, и не стал бы пытаться всё узнать, но нам теперь деться некуда. Они нас теперь в покое не оставят, назад пути нет.
       - Но непонятно, а вперёд-то - куда?
       - Непонятно, согласен, - признал Лис. - Будем думать, так как ничего иного не остаётся. Я вообще со вчерашней ночи только и думаю. Вообще, выбор небольшой. Можно всё-таки попытаться выследить кого-то из шайки, обосновавшейся на квартирах Терпа. Допросив "языка" мы могли бы узнать что-то новое.
       - Они теперь будут вдвойне начеку, - вздохнула Монра. - И потом, в этих домах всегда может оказаться много постороннего народа, там действовать сложно.
       - Естественно, - вздохнул Лис, - ещё и милиция может появиться. Поэтому пока в первую очередь позвоним нашему старому другу Фахрутдинову...
       - Как же ты собрался звонить? Телефон, который ты забрал, не работает, а ты же сам сказал, что звонить из нашей квартиры не стоит!
       Лис улыбнулся:
       - Ну, найдутся и другие способы. Можно позвонить с почты или какого-нибудь переговорного пункта. Так вот, мы позвоним и потребуем встречи с шефом, в первую очередь по телефону, как я тогда и сказал. Для начала изложим нашу позицию, дадим понять, что ему ничего с нашей стороны не угрожает.
       - Ты думаешь, он поверит!
       - Постараемся убедить. А по реакции, возможно, удастся понять что-то новое для нас. Может быть, мы сумеем даже догадаться, кто он такой. Это всё, что мне пока приходит в голову. У тебя есть иные предложения?
       - Увы, нет, - Монра развела руками и чуть не опрокинула бокал.
       - Ага, - подмигнул Лис, - шампанское действует. Давай-ка поедим горяченького - вон нам суп уже несут.
       Отобедав, они, не спеша, допили шампанское, после чего Лис направился на междугородный телефонный пункт, когда-то располагавшийся на задах городского почтамта. По пути им попался магазин, где торговали мобильными телефонами - и он работал. Зайдя туда, Лис выяснил, как происходит процесс приобретения устройства. Оказалось, что телефон надо не просто купить, но ещё и подключить. В некоторых местах - офисах операторов сотовой связи или их прямых дилеров покупка и подключение происходят, фактически, одновременно. В других ждать подключения нужно некоторое время. В магазинчике, куда они зашли сейчас, телефон подключили бы только завтра. Подумав, Лис решил, что лучше уж добраться до такого места, где это делается одновременно. Тем более что пока позвонить Фахрутдинову вполне можно по телефону-автомату.
       Переговорный пункт остался на прежнем месте. Его немного перестроили, облагородили отделку, кроме того, изменилась система оплаты междугородних звонков по автоматической связи. Теперь нужно не требовалось разменивать деньги на монетки по 15 копеек, которых просто не было, а покупать магнитную карточку на определённое время разговора.
       Лис пожал плечами и купил на всякий случай себе и Монре по десятиминутной карточке. Народу в зале присутствовало не так много, но, тем не менее, Лис выбрал самую дальнюю кабинку.
       Фахрутдинов ответил после первого же гудка, как будто сидел, положив руку на трубку телефона.
       - Добрый день, - начал Лис. - Узнал?
       - Ты... - Фахрутдинов задохнулся, - Звонишь, падла...!
       - Ну-у! А оскорбления-то зачем? - протяжно посетовал Лис. - Остынь, умей достойно вести себя в любой ситуации. Когда мы расставались, мне казалось, что мы договорились.
       Он понимал, что Фахрутдинов сходит с ума в первую очередь не из-за того, что испытал унижение, а потому, что Михаил Петрович, вряд ли будет доволен провалом операции, и Фахрутдинов получит или уже получил, что называется, по башке.
       - Послушай спокойно сюда, - попросил Лис. - Ты хочешь реабилитироваться перед шефом? Уверен, хочешь, а я тебе помогу. Я ведь даже не стал пока звонить прямо твоему шефу.
       Фахрутдинов перестал сопеть в трубку.
       - Так вот, - продолжал Лис, - мне необходимо встретиться с твоим шефом...
       - Ты меня за дурака не держи, - снова задышал Фахрутдинов. - Я и сам у шефа практически не бываю, да и не будет он с тобой разговаривать, он с тебя голову снимет...
       - А ты за него не решай, я уверен, что будет! И вряд ли голову с меня он снимет сразу - зачем-то мы ему были нужны живыми? В общем, от тебя требуется только передать, что люди, которых он приказал взять, хотят с ним говорить. Я могу позвонить сам, но для начала хочу, чтобы это сказал ему ты. Скажи буквально следующее: нас не надо опасаться, мы не собираемся причинять ему вред, мы хотим договориться. Скажи, что мы просто просим, подчёркиваю, просим выслушать нас, понял? Для начала хотя бы по телефону. Ты передашь наши просьбы сегодня, пусть подумает, а я позвоню ему завтра, скажем, в час дня. Времени достаточно. Всё!
       - Подожди! - теперь уже взмолился Фахрутдинов. - Допустим, я передам шефу... А если он будет с тобой говорить, ты скажешь, что... ну я и мои люди действовали, как надо? Ну, что ты применил какое-то новое оружие, и всё такое? Чтобы шеф не очень наезжал на нас, понимаешь?...
       Лис усмехнулся.
       - Торгуешься? Ну, хорошо, скажу, можешь не сомневаться. Кстати, чуть не забыл! Машина твоя стоит в аэропорту на стоянке, ключи под ковриком. Пока.
       Он повесил трубку и передал Монре суть разговора, поскольку та не могла слышать ответы Фахрутдинова.
       - Я бы не стала встречаться с этим Михаилом Петровичем, - покачала головой Монра. - Пока он не знает, где мы, мы в относительной безопасности. А так мы отдаёмся ему в руки.
       - Ну, во-первых, не отдаёмся. Мы же предварительно позвоним, и я ещё послушаю, как с нами будут разговаривать. Если сегодня не получится, то завтра же с утра купим мобильные телефоны и позвоним этому чертову Михайло Петровичу. А пока просто погуляем по городу...
       - Знаешь, - задумчиво сказала Монра, - я бы посоветовала тебе каким-то образом побольше узнать о том, что сейчас тут происходит.
       - Что ты имеешь в виду? - не понял Лис.
       - Да ты же сам говорил, что отстал от изменений, произошедших на твоей родине. А если ты узнаешь больше, тебе, наверное, будет проще ориентироваться в обстановке. Да и я что-нибудь новое узнаю - в целом будет на пользу.
       - Что ж, - Лис потёр подбородок, - ты права, признаю. Что нам для начала надо? Ну, посмотрим телевизор... И побольше газет, книг каких-то, так? Правда, сегодня воскресенье, ни черта, наверное, не купишь... Хотя, постой, мы же уже видели - почти все магазины сейчас работают.
       Так оно и оказалось. Лис прошёлся по газетным киоскам и накупил огромное количество самых разных газет и журналов. Вчера он не обратил внимания, а сегодня увидел, что исчезли многие знакомые ему периодические издания. Например, пятнадцать лет тому назад невозможно было представить киоск "Союзпечать" без обязательной "Правды", органа ЦК КПСС, или "Известий". Сегодня Лис и в помине не заметил эти газеты на прилавках. Зато появилась масса новых изданий, красочных и качественных, и не очень. Лис набрал десятка два.
       Они прошли на улицу Карла Либкнехта, где, как, помнил Лис, был когда-то большой магазин "Техническая Книга". Магазин остался на месте, только собственно книги теперь занимали едва ли половину торговых площадей, а на остальных теперь располагалась бытовая техника, отдел ярких канцелярских товаров и салон по продаже персональных компьютеров, или, как сказали бы раньше, персональных ЭВМ.
       В магазине Лис выбрал несколько книг по новейшей истории, политике и законодательству, надеясь их быстро просмотреть и уяснить хоть что-нибудь новое. Хотя он сомневался, конечно, хватит ли на всё одного дня.
       Неплохо бы посетить библиотеку и полистать подшивки газет за последние годы, но, вероятно, возникнут проблемы с оформлением читательского билета: потребуются какие-то справки с места работы и тому подобное.
       Вот поговорить бы с кем-то из старых знакомых! Какой-нибудь приятель студенческих лет мог бы коротко и ясно рассказать, что конкретно и как происходило в стране и мире за эти годы.
       Можно было, наверное, найти кого-то, хотя бы того же Сашку, который один и единственный из его знакомых видел полукруг. Вполне возможно Сашка уже стал заметной фигурой в руководстве того завода, где на свалке Лис-Богдан и нашёл компонент устройства для перемещения между мирами. Однако, как объяснить приятелю своё пятнадцатилетнее отсутствие? Как объяснить, что он нисколько не постарел?
       Убедительную брехню сочинить вряд ли возможно, а попытка рассказать по секрету всё как есть, безусловно, повлечёт за собой в лучшем случае совет посетить психиатра, а чтобы Сашка поверил, придётся демонстрировать доказательства, и так далее, так далее, так далее. А там пойдёт-поедет!
       Произойдёт именно то, чего Лис опасался с самого начала странствий по граням: вмешательство огромной и очень безалаберной цивилизации Земли в чрезвычайно сбалансированный и где-то даже утопичный мир Терпа, в первую очередь.
       Сам Лис, пробыв достаточно долго практически единоличным хозяином этого мира, на уровне подсознания уже давно свыкся с таким статусом. Он, естественно, с самого начала понимал, что реальный хозяин мог появиться в любой момент, как и произошло, в конце концов. Но хозяин оказался неожиданно симпатичным, свойским парнем, и не собирался, судя по всему, выбрасывать Лиса из своего мира. Наоборот, хозяину даже требовалась помощь Лиса - особенно сейчас.
       Помимо всего, существовала Монра со своими мирами, были и другие миры, которые Лис рассчитывал увидеть. И он не собирался делать такой подарок земным правителям и политикам, и позволить им наложить лапы на всё.
       Конечно, этот или эти "Некто", находясь на Земле многие годы, наверняка получили множество возможностей оказывать влияние на ход самой истории здесь, и, вероятно, на самом высоком уровне. Они, безусловно, постараются уничтожить всех, кто будет во всеуслышание заявлять о существовании проходов в параллельные миры. Судя по всему, они так и делали все годы: как ещё можно объяснить, что мало кому из землян посчастливилось найти пути туда?
       Впрочем, в безвыходной ситуации обнародование широкомасштабной информации, возможно, могло бы стать серьёзным ударом по этому "Некто". Ведь если такая информация станет известной буквально всем и сразу, не будет же "Он" или "Они" уничтожать всё население Земли?
       А что, это мысль на крайний случай. Вот только дадут ли те, кто тайно хозяйничает на Земле, событиям развиваться именно так? Наверняка, окажут максимальное противодействие... Но как можно знать о том, что они будут делать? Вдруг для них уничтожить миллионы людей или саму планету, почти то же самое, что просто уничтожить какую-то подопытную морскую свинку?
       Тем не менее, всё можно рассматривать как некий вариант, но лишь от безысходности, как, скажем, выстрел себе в голову или ампула с ядом, чтобы не сдаваться врагу.
       Можно себе представить, что бы тут вообще началось, продемонстрируй кто-то земным правителям действие, например, того же полукруга или, тем более, Ключа?
       Хотя в таком случае, даже не принимая во внимание противодействие "Некто", подобная демонстрация точно станет гибелью для того, кто покажет подобные устройства- он ведь уже много раз об этом думал. За такими штучками начнётся настоящая охота разных земных спецслужб, и от какого-то неизвестного никому Лиса просто-напросто избавятся на самом начальном этапе. Так что ампулу с ядом действительно примешь или пулю получишь только ты сам, и не более того.
       "В общем, - решил Лис, - пока я жив и в здравом уме, никто на Земле ничего не узнает. По крайней мере, от меня".
       Они прикупили кое-что из продуктов, чтобы не выходить лишний раз из дома, и, нагруженные пищей для ума и желудка, вернулись в своё убежище.
       В квартире Лис и Монра долго переключали телевизионные каналы, но так и не увидели ничего интересного в плане быстрого понимания современного положения дел на Земле. Лис догадался посмотреть программу в одной из купленных газет и выбрал по названиям несколько передач могущих быть полезными. До начала одной из таких передач оставалось часа два.
       Не выключая телевизор, они принялись за чтение газет и книг. Монру это, конечно, не могло занимать также, как Лиса, но и она активно включилась в процесс поглощения новой информации. С особым интересом она взялась за просмотр иллюстрированных изданий и иногда спрашивала о значении некоторых слов и терминов, но получалось, что и здесь Лис сам далеко не всегда мог точно ответить. О значении многих речевых оборотов, применяемых сейчас в печатных изданиях, даже ему, "коренному" землянину, часто приходилось догадываться исключительно по смыслу. Сильно раздражала реклама, но иногда, как ни странно, именно она помогала понять многие фразы, наводнявшая все телеканалы и газеты.
       К вечеру в голове у Лиса замешалась порядочная каша. Благодаря специальным методикам, освоенным во Дворце, он прочитал и запомнил за это время во много раз больше информации, чем мог получить в свою бытность простым землянином. Но, как ни крути, информация эта была всё же слишком сумбурной и разрозненной: её необходимо как-то переработать и систематизировать.
       Общие факты Лис, тем не менее, уяснил и очень много узнал о конкретных событиях недавней истории, но он никак не мог понять главного: почему же то, что происходит в стране уже почти пятнадцать лет, происходит именно в таких формах.
       Стартового витка новой эпохи Лис, как оказалось, не застал совсем чуть-чуть. Прочитав про так называемую "перестройку", начатую неким Михаилом Горбачёвым, Лис вспомнил моложавого члена Политбюро ЦК КПСС с такой фамилией. Тогда он уже появлялся на экранах телевизоров даже крупным планом, но не выглядел бесспорной фигурой, которой партийные "аксакалы" могли позволить подняться настолько высоко.
       Поразительно легкий развал Советского Союза вызвал у Лиса истинное изумление. Видимо, к концу восьмидесятых годов из-за бездарной политики выжившего из ума ортодоксального и в массе своей просто неинтеллигентного коммунистического руководства СССР превратился в настоящего Колоса на глиняных ногах.
       Ведь, если разобраться, кто все годы руководил страной? Какое образование и какая широта взглядов были за плечами у большинства генеральных секретарей и главных партийных чиновников? Высшая партшкола, партийные курсы, институты, формально законченные экстерном уже в сорок с лишним лет? Для партийной карьеры в те времена идеальной считалась биография типа: "...Начал свой трудовой путь слесарем в инструментальном цехе. Без отрыва от производства окончил техникум, после чего стал мастеров по производству...". И так далее, и тому подобное. Отсутствие хорошего общего образования и вбитые в малограмотные головы выжимки из классиков марксизма-ленинизма, выработали соответствующий стиль руководства, который не мог не привести в тупик.
       Ещё когда Лис-Богдан был студентом, фактом, очевидным для любого наблюдателя, стала необходимость что-то кардинально менять в укладе жизни и организации так называемого советского народного хозяйства. Требовались новые, образованные и мыслящие руководители, способные проводить политику, позволившую бы населению потенциально самой богатой в мире державы жить действительно богато. У коммунистов же за семьдесят лет эта цель так и осталось не более чем болтовнёй.
       Вполне вероятно, что СССР оказался обречён с самого начала его создания, и процессы, происходившие открыто с 1985 года, являлись вполне закономерными и подготавливались задолго до того.
       Как показалось Лису, основным поводом для развала Союза в 1991 году стали национальные вопросы. Когда он задумался об этом, ему стало казаться, что, сделав всё, в лице того же Сталина, чтобы номинально сохранить Российскую Империю, большевики допустили фатальную ошибку: нельзя было после Октябрьской революции устраивать новое государство в старых имперских границах, одновременно вводя административное деление по национально-территориальному признаку. Российские самодержцы такого не допускали, поскольку прекрасно вероятно понимали, что русские, как главная имперская нация, создали многонациональную страну, где почти каждый самый, что ни на есть, малочисленный народец, имеет собственный исторический ареал обитания. А такое положение вещей в конечном итоге может дать повод любому авантюристу начать игру на национальных или, точнее, на националистических чувствах.
       Создав подобный правовой прецедент, можно в конечном итоге получить ситуацию когда, например, шаман некоего племени, насчитывающего не более тысячи голов, из которых половина, собственно, и есть скот - олени или бараны, - объявит себя президентом и потребует выхода из состава страны, мотивируя требование тем, что проживает его племя на своей "исконно исторической" территории.
       В конечном итоге, это явилось главной миной, заложенной под фундамент Советского Союза, давая возможности лидерам на местах разыгрывать "националистическую карту". Большевики такое положение только усугубили, создав множество новых административных образований или республик для народов, до этого вообще не имевших государственности в стандартном смысле данного слова - и, скорее всего, никогда бы её и не создавших в силу объективных исторических причин. При этом "верные марксисты-ленинцы" кроили территории весьма произвольно.
       Ни для кого не секрет, что все среднеазиатские союзные республики были созданы именно таким образом - по партийным большевистским директивам. Например, разве имели исторический шанс уже в новейшую эпоху появиться на свет естественным путём такие государства как, скажем, Туркменистан, Узбекистан или, тем более, Казахстан? Скорее всего, нет, и уж, если бы и появились, то совершенно в иных границах.
       По определению, возникновение любого государства - длительный исторический процесс, и даже в случаях, когда он шёл естественным, так сказать, путём, практически никогда ничего не проходило бескровно в прямом или переносном смысле. А уж если государства создавались искусственно, то такое ничем путным не кончалось: например, стоило признать, что не одни российские коммунисты-большевики напортачили в подобных делах. Лис убедился в этом, узнав о судьбе Югославии.
       Конечно, первопричина всему экономика. Будь благосостояние советских граждан на высоте, возможно, никаких разговоров о выходе из СССР и не возникло. Хотя, небольшая статейка о проблеме с франкоязычными провинциями экономически совершенно благополучной Канады заставила Лиса задуматься над абсолютной правильностью такого допущения.
       Ясно, что какова бы ни была экономика страны, литовцы, латыши и эстонцы всю жизнь рассматривали Россию как тирана, подмявшего под себя их маленькие беззащитные государства. А уж бездарное решение большевиками вопроса повторного присоединения Прибалтики к СССР (читай: к Российской Империи) по сговору с фашисткой Германией в 1939 году давало любым местным национальным движениям полную свободу заявлять, что они включены в состав Советского Союза насильственно, и никогда добровольно в него не вступали.
       Огромную проблему представляли и те местности, где в силу исторических причин исповедовали иную, чуждую религию, и которые были присоединены к Российской империи также сравнительно недавно, каких-то сто-сто пятьдесят лет тому назад.
       Это в первую очередь относилось к упомянутой Средней Азии. Хотя, насколько Лис знал из обычной школьной истории, до создания СССР там не существовало никаких Узбекистанов, Туркменистанов и прочих, но ясно угадывалось, что в силу национально-религиозных особенностей сложности там имелись всегда.
       Царское правительство решало сию проблему если не мудро, то всё-таки достаточно проверенным способом, поощряя в рамках такого условного образования как Туркестан существование мелких ханств, эмиратов и просто отдельных племён, административно подчинявшихся генерал-губернатору. Хотя со временем, конечно, серьёзные проблемы тут появились бы и у государя-императора, а не только у генсеков КПСС.
       Но складывалось впечатление, что верные марксисты-ленинцы во главе с самим Ильичом и всеми последователями сделали всё, и даже больше, чтобы проблема такая возникла как можно скорее. Ну какой бы император, начиная с Петра Первого и кончая рефлексировавшим по каждому поводу Николаем Вторым, додумался бы создать на территории империи, например, государство Казахстан, отчертив ему на карте земли, посещавшиеся казахскими племенами в лучшем случае раз в несколько лет?
       В ходе глобального исторического процесса сложилось так, что некоторые народы смогли или успели, называй, как хочешь, создать собственное государство, а некоторые нет. Лис ничего не имел против того, чтобы некий малочисленный или не очень народ получил собственное государство, но это же не означало, что и далее нужно любой ценой позволять любому этносу, точнее отдельным представителям такового, возжелавшим независимости прежде всего для себя лично, создавать новые административные образования. На свете существуют люди, родившиеся, допустим, без руки или ноги, но никто же не требует, чтобы конечности начали отрезать и тем, кто имеет полный комплект таковых, дабы соблюсти некую извращённую "справедливость"!
       Любые попытки кроить и разрывать уже сложившиеся образования могут приводить лишь к серьёзным проблемам, к крови - и ни к чему большему. Ни одно государство, особенно государство с большой территорией, если оно желает продолжать существовать как таковое, не должно забывать, что у него имеются собственные "жизненные интересы", и подобных определений не стоит стесняться.
       Российскую Империю строили, прежде всего, русские люди - сие есть реальный исторический факт, и, рассматривая иные примеры, можно смело утверждать, что здесь для так называемых национальных меньшинств создали не самые худшие условия существования. Как бы то ни было, насильственную ассимиляцию как, например, римляне, или насильственное приобщение к своей религии, как арабы, русские никогда не проводили. Очень может быть, к сожалению не проводили - именно с позиций "самосохранения" государства.
       Странно, почему большевики с параноидальными идеями "мировой революции" и "пролетарского интернационализма" не исповедовали политики действительно полного слияния народов. Наоборот, на словах они всячески поддерживали национальное самоопределение и тому подобные вредные, по-существу, идейки. Лис прекрасно помнил введение в СССР в 1977 году новых паспортов, где по-прежнему не отказались от графы "национальность", хотя очень многие люди тогда говорили, что логичнее было бы писать "гражданин Советского Союза", а не русский, еврей, латыш, узбек или чукча.
       А ведь КПСС тогда всюду трубила о возникновении "новой исторической общности людей - советского народа". Но пятая графа осталась пятой графой, коммунисты тщательно культивировали идею национальных республик и всяких автономных округов, подчёркивая тем самым, сколько сделала так называемая партия рабочих и крестьян для народов, якобы, томившихся в царской России, как в тюрьме.
       Более того, большевики, в конце концов, создали ситуацию, когда имперское большинство в собственной империи стало жить материально даже хуже, чем нацменьшинства, потому что все экономические задумки коммунистов реализовывались, прежде всего, за счёт благополучия этих самых русских рабочих и крестьян, и очень часто - на их костях.
       Ну, чёрт с ними, с большевиками, но Лиса чрезвычайно поразило, что лидеры "новой" России так же легко пошли на предательство русских интересов. Президент Ельцин, земляк Лиса и самый что ни на есть русский человек, одним росчерком пера под Беловежскими соглашениями предал миллионы братьев по крови, оставшихся в Прибалтике, Казахстане и Среднеазиатских республиках. Каково было этим людям, да и всем, так называемым "русскоязычным", жившим на территориях, входивших ранее в состав единого государства, вдруг оказаться "за границей"?
       Руководство России практически махнуло рукой на Крым, оставив в стороне вопрос о том, что в состав Украины этот, завоёванный русскими, полуостров попал только потому, что в 1954 году Хрущёв в пьяном угаре по чьему-то науськиванию подписал очередной указ с бредовой подоплёкой.
       Ситуация с Крымом возмутила Лиса до глубины души. Он, как говорится, испытывал самые тёплые чувства к братскому украинскому народу, но считал, что большей исторической несправедливости к памяти людей, проливавших в течение столетий кровь за Крым и интересы России в данном регионе, придумать невозможно. Украина как государство не имела никаких моральных прав на Крым, она никак не заслужила обладание этой территорией. По мнению Лиса, уж если кто ещё как-то и мог пытаться оспаривать права на Таврию, так лишь крымские татары, проживавшие, по крайней мере, там относительно давно исторически, а никак не украинцы.
       Конечно, всю ситуацию, вроде бы, подготовила политика коммунистов в советский период. Но, анализируя хаотичную информацию, полученную за последние часы, Лис тоже не мог назвать политику последующих руководителей страны разумной и взвешенной, отвечающей интересам одной шестой части суши, на которой он сам родился и которую, несмотря ни на что, считал своей Родиной.
       Чем, или кем, они руководствовались, действуя так, а не иначе, сказать было трудно. Судя по тому, что сейчас главным моральным критерием стал рубль, а точнее - доллар, то именно деньги, а никак не интересы страны сделались основным движущим фактором всех современных политических игр. Люди, дорвавшиеся до управления "государством российским", преследовали единственную цель: сиюминутно "сделать" максимально возможные капиталы, перегнать их в надёжный зарубежный банк, а дальше, как говорится, хоть трава не расти.
       И, что поражало Лиса, большинство этих людей не являлись нацменами или инородцами. Они даже не были все поголовно, в конце концов, евреями, которых так любят обвинять во всех грехах оголтелые русофилы. Нет, судя по фамилиям, лицам на экране, фотографиям и косвенной информации, многие из них были насколько возможно чистыми русскими. Хотя, разумеется, бросились ему в глаза и личности вроде Березовских, Гусинских, Абрамовичей, Тулеевых или Грефов.
       "Неужели это и есть русский народ?" - спросил себя Лис. Да, он признавал, что русские имеют такие характерные национальные черты как безалаберность, бесшабашность, они склонны порой к чрезмерному потреблению спиртного, но он всегда думал, что русские готовы, когда надо, горой стоять за Родину, за Россию, за землю, где они родились и выросли.
       Таких примеров за всю историю Руси и, собственно, России насчитывалось более чем достаточно, а сейчас ведь как раз такой момент. Но почему же, прочитав горы статей и просмотрев десятки телепередач, он не видит никого, кто мог бы повести народ за собой, кто мог бы сказать: "Русские, одумайтесь, наконец, что вы делаете?! Да, вы, некоторые из вас получают колоссальные деньги, обворовывая народ. Но, это же, фактически, эксплуатация благополучия Родины, и, в конечном итоге Родине придёт конец. Вы останетесь с деньгами, но без России. Вы что, этого хотите, или вам просто на всё наплевать? Родина Родиной, но деньги - главнее всего на свете?!"
       Но так стоило бы сказать тем, кто эти миллиарды загребает, а что же так называемый простой народ? Что думает и что делает он? Спокойно наблюдает, как грабят его богатства - и всё?
       Лис вспомнил самого себя пятнадцать лет назад. Тогда казалось, что единственным выходом не видеть маразма "старцев из Политбюро", является побег на Запад. Так получилось, что на пути встретился полукруг вместе с Ингваром Яновичем, и Богдан-Лис исчез из мира Земли, но он и в своё время тоже не пытался сделать что-либо реальное для изменения положения в стране. Тогда, правда, гражданская пассивность чрезвычайно удобно объяснялась всесилием КГБ...
       Неужели правильно сказано в старом анекдоте о том, как армянское радио спросили, что же такое чукча, еврей и русский? Там всезнающее армянское радио ответило: "Чукча - профессия, еврей - призвание, а русский - это судьба!" Неужели, действительно, судьба такая?
       По данным телепередач и газетных статей можно было легко сделать вывод, что страна катится в пропасть. Чудовищный спад промышленного производства (несмотря на уверения, что "начался рост"), сильнейшее расслоение общества, когда одни из так называемых "новых русских" покупают за миллионы долларов недвижимость на Лазурном Берегу Франции и виллы во Флориде, а другие едва могут прокормиться. Дети и пенсионеры, брошенные на произвол судьбы - всё это не могло быть компенсацией за наполненные завозными товарами прилавки. Тем более что, как стало казаться Лису, завозились все товары на деньги, выручаемые от нещадной распродажи природных ресурсов, и, в конечном счёте, для того, чтобы выкачивать, остающиеся у населения средства платежа и продолжать поддерживать вывоз этих самых ресурсов страны.
       Поразило Лиса и то, что, как писали в газетах, большому числу работающих по найму людей месяцами не выплачивают зарплату. Особенно широко, как он понял, подобная практика процветает в сферах экономики, финансирующихся из бюджета, а также на многих предприятиях, номинально вроде бы ставших акционерными обществами, но на деле управляющихся прежними номенклатурщиками, которые просто-напросто в наглую кладут зарплаты рабочих и служащих себе в карман и превращают эти деньги в шикарные коттеджи, дорогие иностранные автомобили и тому подобные необходимые "мелочи жизни", а долг людям повисает на таком понятии как "государство". Когда-то, во времена Советского Союза, существовал лозунг: "Государство - это мы". То есть, на самих людях, на народе, этот долг и повисал!
       Правительство страны и парламент, теперь - государственная Дума, в большинстве представлялись не более чем сборищем лукавых, использующих власть для решения личных проблем. После того, как Лис послушал в теленовостях несколько выступлений разных политиков, у него создалось впечатление, что основными целями каждого из них являлось стремление создать видимость умственных потуг по решению глобальных задач, стоящих перед страной, а на самом деле решить что-то своё. Почему-то казалось, что это "своё" - меленькое и гаденькое.
       Депутаты-коммунисты как всегда стремились показать, что якобы они единственные болеют за так называемый "трудовой народ". У них всегда существовал "классовый" подход к обществу: тот, кто стоит у станка или машет кайлом - создатель материальных благ, а любой предприниматель и бизнесмен - паразиты. Интеллигенция (ну, вот, никак без неё, к сожалению, ведь, стоя у станка, не разработаешь новый танк или ракету) - это так, "прослойка". Надо же, определение-то какое придумал этот "самый человечный человек"! Хотя он российскую интеллигенцию вообще говном называл, так что прослойка - ещё не так плохо, прослойка - нечто вроде повидла в пирожке...
       В советские времена можно было сказать, что коммунистические правители относились к своему народу как к рабам, которые должны строить пирамиду великого "Коммунистического Завтра". Они, как и любые рабовладельцы создавали рабам минимум условий, чтобы те не подыхали с голоду, а если и подыхали, то не все сразу. Нынешние правители России, похоже, подходили к населению страны как грабители к жертвам: их не убивали, а всего лишь грабили, оставляя ограбленных придумывать, как жить дальше и зарабатывать ещё что-то для последующих грабежей. Безотходная технология!
       Пятнадцати лет реформ в столь богатой природными ресурсами стране как Россия, казалось, должно было хватить на превращение её при современных способах материального производства в одно из самых процветающих государств мира. Но сейчас страна представлялась Лису неким почти аморфным образованием, непонятно как пока остающимся единым целым.
       Как понял Лис из прессы, Россия уже давно ведёт военную кампанию в Чечне. Лис не мог в это поверить: огромная армия так и не смогла до конца сокрушить бандитов, заявляющих о желании создать на Кавказе государство, живущее по законам шариата. Неизвестно, чьим вмешательством можно объяснить такое, но почему-то Лису стало казаться: на войне в Чечне нагрели руки не какие-то неизвестные из иных миров, и даже не зарубежные силы, а вполне конкретные политики и чиновники из Москвы.
       На Дальнем Востоке происходило активное и бесконтрольное засилье китайцев, покупавших право на жительство у местных чиновников. Во Владивостоке, Хабаровске и других городах уже имелись районы, где висели одно вывески на китайском языке. Невооружённым глазом было видно, что ещё 5-10 лет и Росси потеряет эти территории - и ничего не предпринималось на уровне правительства!
       Лис отложил книгу и задумался.
       Ну и картинка складывается! За изобилием витрин, с первого взгляда показавшегося ему свидетельством того, что страна, наконец, встала на правильный путь, скрывалось довольно гнусное положение дел.
       Бегло изучая ситуацию, Лис, естественно уделял большее внимание делам в России, но не мог хотя бы краем глаза не заметить, что и во всём мире происходит масса неприятных процессов. Как ему показалось, эти сдвиги вызваны во многом развалом СССР и полярного мира, строившегося на противостоянии двух систем. Но вот "Империя Зла", большевистский Советский Союз рухнул, а мир в целом нисколько не стал лучше. Со всех сторон начали поднимать башку экстремисты, националисты, террористы, разные фундаменталисты, а США, похоже, просто сошли с ума от счастья по поводу кончины СССР. В последующей кончине России они, похоже, тоже не сомневаются, и думают, что весь мир уже валяется у их ног. Но смогут ли Штаты потянуть роль такого единоличного мирового лидера?
       Если кто-то вмешивается в дела на Земле, то почему так неумно и неэффективно? Или же цели у него какие-то идиотские или, ещё хуже, гнусные?...
       Лис посмотрел на Монру, сидевшую в кресле, вытянув ноги на подставленный стул, и смотревшую какой-то фильм по телевизору. Она почувствовала взгляд и повернула голову.
       - Ну, что? - спросила Монра, слегка улыбнувшись. - Лучше стал понимать, что здесь происходит?
       Лис пожевал губами и мелко покивал, но не в знак согласия, а как бы раздумывая:
       - Пока понял одно: в моей бывшей стране полный бардак. Да и во всём мире тоже...
      
      
       Г Л А В А 8
      
       Следовало признать, что в стране в сфере торговли и оказания услуг произошли существенные положительные изменения: Лис и помыслить не мог, насколько оперативно решатся вопросы с покупкой мобильных телефонов. Обходительные менеджеры фирмы-провайдера подробно объяснили, как пользоваться аппаратами и сделали всё возможное для того, чтобы Лис и Монра поскорее приобщились к счастливой когорте владельцев данной системы связи. В общем, в половине одиннадцатого следующего дня Лис уже позвонил Фахрутдинову с новенького мобильного телефона.
       - Ну, как там наши дела? - поинтересовался он.
       - Шеф согласился с вами встретиться, я даже не ожидал, честно говоря, - Фахрутдинов был на удивление приветлив. - Как насчёт, чтобы сегодня в час дня?
       - Хорошо, - согласился Лис, - в час, так в час. Давайте определимся - где. Имейте в виду: мы хотим честной игры, поэтому никаких подвохов и попыток нас взять. Это должно быть людное место.
       - Ресторан подходит?
       - Не-ет, - Лис помотал головой как будто Фахрутдинов мог его видеть, - вы меня за дурака не держите, уважаемый. Только где-то на открытом воздухе. Например, в Историческом сквере!
       - Хм, - Фахрутдинов на мгновение задумался. - Ну, ладно, хорошо. А там где конкретно?
       - Скажем, если смотреть от проспекта, то на скамейках с правой стороны. Заранее уточнить на какой, естественно не могу, постараюсь быть на одной из свободных.
       - Как босс вас узнает?
       - Ну, это не проблема. Допустим, у меня в руках будет...
       Лис увидел идущих мимо малышку лет пяти с родителями. Девочка тащила за верёвочку большой разноцветный воздушный шарик в виде диснеевского мышонка.
       - У меня будет воздушный шарик. Здоровый мужик с воздушным шариком - полагаю, заметно?
       - А вы будете один? - чуть поспешнее, чем показалось Лису нужным, спросил Фахрутдинов.
       - Безусловно! Мою подругу я подставлять не хочу: посмотрю на поведение вашего босса.
       - Ну да, ваше право, - согласился Фахрутдинов. - Михаил Петрович будет в светлом костюме, в руках - "Спид-Инфо".
       - Хорошо. - Лис уже знал газету с таким названием. - В час в историческом сквере. Пока!
       - У нас ещё пара часов, - сказал он Монре. - Надо купить шарик, но, полагаю, сейчас это не проблема. Вот пятнадцать лет назад за два часа такую штуку можно было и не найти нигде.
       Они решили прогуляться и обсудить детали. Выйдя на Главный проспект, Лис, чтобы не откладывать дела в долгий ящик, в первом же попавшемся на пути киоске "Роспечати" спросил про воздушные шарики. Таких красивых как у девочки тут не нашлось, но этого и не требовалось. Лис купил пару простых цветных пузырей, чуть покрытых белёсым тальковым налётом. У крепкого старичка, торговавшего в киоске, нашлась даже нитка, чтобы завязать надутый шар. Лис поблагодарил продавца и до поры спрятал шары и нитку в карман.
       Чтобы провести рекогносцировку, они прогулялись по проспекту до плотины городского пруда и прошли мимо Исторического сквера. Лис объяснил Монре, где следует находиться, чтобы по возможности незаметно наблюдать за переговорами издали.
       - Ты доверяешь этим Фахрутдинову и Михаилу Петровичу? - спросила Монра.
       - Не слишком, но у нас нет выбора. Главное: необходимо постараться понять, жив ли Терп. Хотя я нисколько не исключаю, что нас могут попытаться взять на месте, а не вести никаких переговоров. Именно поэтому я хочу, чтобы ты оставалась в стороне, и если меня схватят, немедленно уходила.
       - И куда мне уходить? - Монра вскинула брови.
       - Да куда угодно! Помнишь место в лесу? Доберись туда и с помощью Ключа уходи с Земли. Терп же показывал, как это делать.
       - Это можно сделать и сейчас, - хмыкнула Монра.
       - Но тогда мы фактически откажемся от возможности помочь Терпу.
       - Н-да, конечно...
       Какое-то время они молча шли, двое таких разных людей, одинаково затерянные на гранях мироздания. Несмотря на то, что Лис, казалось, был дома, на Земле он чувствовал себя совершенно одиноким даже в родном городе. Ему не к кому обратиться за помощью, никто ничего не мог посоветовать, он даже не очень хорошо понимал, что сейчас происходит в стране, где отсутствовал столько лет.
       А противник чувствовал себя здесь как рыба в воде, имел, возможно, сотни подручных и даже, судя по многим факторам, влиял на ход событий в целом.
       Что мог противопоставить Лис? Он и сам не знал - что, но понимал: от решения данной сверхзадачи зависят его и Монры жизни. Возможно, от этого зависела и судьба мира Земли, но Лис всегда был в меру далёк от применения на себя подобных патетических аллегорий, и, возможно, ещё и поэтому пока остался жив.
       Они дошли до стелы памяти героев Великой Отечественной войны с вечным огнём, обошли её и повернули обратно.
       Жизнь бурлила. По сравнению с воскресным днём улицы оказались просто забиты автомобилями. Глаза и горло жгло выхлопными газами. Тем не менее, Лис успевал смотреть по сторонам, и даже Монру какие-то мысли отвлекали от физических страданий, связанных с вдыханием отравленного воздуха.
       Лис лишь подтвердил своё первое впечатление: город изменился и не изменился. В целом общий вид знакомого проспекта во многом остался прежним, но, и здесь это особенно бросалось в глаза, почти все первые этажи теперь занимали какие-то магазины, офисы фирм, фасады знакомых зданий пестрели вывесками и рекламами.
       По мнению Лиса, как раз в подобном ничего плохого не просматривалось. Он и раньше считал, что только извращённо-ограниченное мышление архитекторов "советского типа" могло начать размещать квартиры в домах так, чтобы часть из них выходила окнами на уровень глаз снующих по тротуарам прохожих. Теперь многие подобные так называемые жилые помещения сплошь и рядом переделывались в нежилые.
       До назначенного времени оставалось чуть меньше часа. Двигаясь по противоположной от Исторического сквера стороне проспекта, Лис и Монра вновь дошли до городского пруда. Сейчас от набережной сквозь плотину, по которой проходил проспект, проложили тоннель в виде подземного перехода, позволявший попасть прямо в Исторический сквер.
       Пройдя до старинного здания, в советские времена являвшегося Домом Профессиональных Союзов, Лис перешёл на другую сторону проспекта, туда, где стояла каменно-деревянная башенка, помнившая времена, когда на месте Исторического сквера шумел заводик, собственно, один из тех, что положили начало городу.
       Теперь рядом с этой башенкой высился памятник двум господам в одеждах восемнадцатого века. Об одном из указанных господ Лис слышал: даже в годы развитого социализма первого генерал-губернатора Екатеринбурга господина Татищева помнили, и в городе, называвшемся тогда Свердловском, была улица, носившая его имя. Улица, правда, весьма позорная и захолустная. Как говорил один знакомый Лиса в те времена, указывая на проспект Ленина: "Вот какая улица должна называться именем Татишева!" При этом он, правда, понижал голос и оглядывался по сторонам.
       О втором человеке на постаменте, некоем де Генине, Лис ранее никогда не слышал.
       Сейчас рядом с башенкой и памятником был развёрнут походный киоск, где торговали разными прохладительными напитками, пивом, шоколадом, пирожками. Рядом, дразня аппетит, чадил мангал с шашлыками. Не известно, что за мясо там жарилось, но пахло вкусно.
       Лис подвёл Монру к перилам из гранитной крошки и кивнул на Исторический сквер.
       - Отсюда всё хорошо видно. Возьмёшь порцию шашлыка или просто пива и будешь наблюдать. А теперь давай разойдёмся, чтобы лишний раз не светиться. Люди Фахрутдинова возможно уже здесь и тоже осматриваются. Немного придётся походить по отдельности, и мне уже надо будет идти выбирать скамейку, где устроиться.
       Они разошлись. Лис, пройдясь по плотине, спустился в Исторический сквер с другой стороны, обошёл его по кругу и пока не заметил ничего подозрительного.
       Конечно, Лис понимал, что вряд ли встретит здесь знакомых по Сысерти Замарова, Шкурко и Смирнова. У Фахрутдинова наверняка хватает людей кроме тех, с которыми Лис уже познакомился, да и сам шеф Михаил Петрович может прислать каких-то новых подручных.
       Несмотря на прекрасную погоду, свободных мест на скамейках оставалось достаточно, видимо в силу того, что в рабочий день народу в сквере прогуливалось не так много, как в выходные. Лис выбрал лавку поближе к плотине, там, где было более людно, и стал ждать. Он вынул сигарету и закурил, а шар пока надувать не стал.
       Спокойно оглядываясь, Лис отметил нескольких мужчин, стоявших вверху на тротуаре проспекта, и разглядывавших оттуда сквер, облокотившись на перила ограды. Это вполне могли быть люди Фахрутдинова. Лис посмотрел в сторону старинной башенки. Монра, небрежно привалясь к ограде, потягивала что-то из бутылки.
       Приближалось время встречи. Слева от Лиса по широким ступеням лестницы спускался мужчина в светлом костюме. Газеты в руках у него не было.
       Мужчина свернул на аллейку, где сидел Лис, и, не торопясь, двинулся по ней, не обращая ни на кого внимания. Он прошёл мимо Лиса, дошёл до конца аллеи и вышел на небольшой мост, перекинутый на территории самого сквера через Исеть. Встав там, мужчина закурил и облокотился о поручни, рассматривая мутную воду речки.
       Лис бросил окурок в урну, незаметно установил верный браслет на оглушающую мощность и достал из кармана шарик.
       Надувая его, Лис краем глаза покосился на мост, где стоял мужчина. Тот, продолжая курить, медленно двинулся в его сторону.
       Надув шарик наполовину, Лис даже не стал завязывать нитку, а, пережав рукой хвостик, помахивал пузырём, как веером. Действительно, было жарко.
       Мужчина подошёл и сел рядом.
       - Я - Михаил Петрович, - сообщил он.
       Лис пробормотал "Очень рад" и, стараясь выглядеть совершенно спокойным, выпустил воздух из шара и демонстративно бросил сморщившуюся резинку в урну.
       - Вы готовы меня выслушать? - спросил Лис на языке Творцов.
       Мужчина, казалось, опешил, и на его лице отразилось искреннее удивление.
       - Я прилично владею немецким и английским, - сказал он, - немного знаю ещё кое-какие, но этот язык я слышу впервые!
       - То есть, вы хотите сказать, что вы не Творец? - задал вопрос Лис уже по-русски.
       - Не понял?... - приподнял брови Михаил Петрович. - Творец чего? Знаете, если вы станете нести всякую чушь, то наш разговор не имеет смысла.
       - Понятно, - вздохнул Лис, - значит, я, судя по всему, разговариваю не с тем человеком, который мне нужен. Я не очень рассчитывал, что верховный босс - это вы, но все-таки... Мне необходимо говорить только с вашим хозяином, в противном случае мы, безусловно, зря теряем время.
       - Мне тогда придётся... - начал Михаил Петрович, но вдруг замолчал, оборвав фразу.
       Несколько секунд он сидел, словно прислушиваясь к невидимому собеседнику, и, наконец, сказал:
       - Я готов вас выслушать и передать всё боссу. Не понимаю, какую ерунду вы наговорите, но... Боссу виднее.
       - А вам и не надо ничего понимать. Как я догадываюсь, босс ваш меня слышит, поэтому я просто скажу всё, что хотел, а вы сидите и молчите.
       Пока Лис произносил краткую заранее подготовленную речь на языке Творцов, Михаил Петрович терпеливо молчал, разглядывал потрескавшийся асфальт вокруг скамейки. Ему наверняка было страшно любопытно, но, кроме первого неподдельного удивления, ни одно движением не выдало этого любопытства.
       Когда Лис закончил говорить, Михаил Петрович, не произнося ни слова, достал сигарету, закурил и откинулся на спинку скамейки. Очевидно, молчал и его босс, обдумывая слова Лиса. В конце концов, Михаил Петрович подал голос:
       - Босс желает далее продолжать разговор непосредственно с вами. - Он вынул из одного уха крошечный конус телесного цвета и подал Лису.
       - Какие доказательства ты можешь представить, что всё именно так, как ты говоришь? - зазвучал у Лиса в ухе голос приятного тембра.
       Лис пожал плечами, продолжая следить за поведением Михаила Петровича и одновременно посматривая по сторонам:
       - Практически никаких, но мы ведь не начинали агрессию, не выпускали шаровиков в ваш мир...
       - Значит, он нашёл их, мне следовало догадаться, - как бы рассуждая вслух, произнёс голос в ухе Лиса. - Ладно, допустим, я тебе поверю. Пока же могу сказать, что я не выпускал никаких шаровиков в мир Терпа, это сделал мой враг. Давай договоримся: я, повторяю, готов поверить тебе, при условии, что ты согласишься помогать мне в его уничтожении. Кажется, у нас в этом есть совместная заинтересованность, и немалая.
       Как понимал Лис, гипотеза Терпа подтверждалась: на Земле находились как минимум двое, ведущих между собой борьбу. Полной уверенности получения доказательств именно такого положения дел у Лиса, конечно, пока быть не могло, но, скорее всего, с ним сейчас разговаривал не Ингвар Янович. Такое являлось большой удачей, поскольку от Ингвара Яновича он ничего хорошего ждать не мог, особенно, если тот узнает человека, уже дважды заставившего его споткнуться.
       - У меня нет оснований питать дружеские чувства к тому, кто выпустил шаровиков в мир Терпа, но как вы... как ты докажешь, что это не твоя работа? - Лис демонстративно перешёл на "ты", поскольку так к нему обращался и собеседник.
       - Если твои истинные намерения совпадают с тем, что ты тут мне говорил, ты быстро поймёшь, как обстоят дела. А пока придётся поверить мне на слово, у тебя просто нет другого выхода.
       - И у тебя, похоже, тоже.
       Слышно было, как собеседник с шумом вдохнул воздух.
       - Ты прав, поэтому-то я с тобой и разговариваю. Кстати, как тебя называть? Терпа я засёк на Земле уже давно, а тебя не знаю вообще.
       - Можешь называть меня Лисом.
       - Хм, хорошо, если ты оправдываешь своё имя...
       - Но тогда уж и ты представься, - перебил Лис.
       - Хм, справедливо... Ладно, ты можешь называть меня Сварогом.
       - Вот как? Ладно, Сварогом так Сварогом. А, может быть, Кришной, Ра, Яхве, Одином - и кем ещё там?
       Собеседник в ухе Лиса неожиданно засмеялся:
       - А у тебя, чёрт возьми, есть чувство юмора. Ладно, если ты согласен сотрудничать, то должен будешь вместе с женщиной явиться ко мне. Я должен убедиться, что ты говоришь правду...
       - У тебя чувство юмора тоже не слабое: почему ты решил, что мы вот так возьмём и сунем голову в петлю?
       - Потому, что у тебя нет выбора. Или ты будешь помогать мне и играть против одного противника, или, считай, что за тобой будут охотиться двое. Нам обоим нужны Ключи.
       - Ну, тут ты не совсем прав - к несчастью у меня остался лишь один. Оцени мою откровенность.
       - Вот как? - мрачно сказал невидимый собеседник. - Это плохо.
       - Ладно, предположим, я к тебе явлюсь, - продолжал Лис, - но как ты собираешься узнать правду о моих намерениях? Ввести мне "препарат правды"?
       - М-м... - собеседник почему-то несколько замялся, - ну, разумеется. Я должен убедиться во всём точно.
       - Ага, ты будешь знать обо мне всё, а я о тебе ничего. Я соглашусь на подобное, только если одновременно и ты вколешь себе сыворотку правды. Побеседуем начистоту в равных условиях.
       - Слушай, Лис, так мы ни о чём не договоримся!
       - Вот и я о том же!
       Сварог вздохнул:
       - Мы оба теряем время, и имей в виду: хочешь помочь Терпу - не теряй время. Я потому и согласился на переговоры, что у меня не так уж много других вариантов. Фактически, я преднамеренно сдал Терпа моему врагу. Он явно не знал и пока не знает, что Терп был не один, а с вами. Это даёт хорошие шансы одолеть его. Правда, если бы я знал, что у Терпа с собой Ключ...
       - Если ты не врёшь, то что мешает ему тоже применить "препарат правды" и уже сейчас знать всё, что знает Терп?
       - Только то, что у него нет ПП, я точно знаю.
       - Но, слушай! - Лис вдруг сообразил то, что пока до него не дошло. - У него же есть шаровики, и времени достаточно, насколько я знаю, чтобы просканировать мозг. Кроме того, я пытался побывать на квартире Терпа ещё позавчера в ночь, и имел стычку с людьми, устроившими там засаду. Если это, конечно, не твои люди.
       - Чёрт побери, а ведь ты прав - я не подумал о шаровиках! Нам тем более надо скорее встретиться. Ты уверен, что тебя и твою женщину не выследили?
       - Надеюсь, - пожал плечами Лис, - иначе я бы вряд ли сидел тут. Кстати, как зовут нашего общего врага? Мне как-то удобнее, когда я знаю имена врагов, а не только союзников.
       - У тебя комплексы, но, возможно, ты в чём-то прав. Эта личность называет себя Инглемазом...
       - Хм, созвучно... Может быть, поэтому он назвался ещё и Ингваром Яновичем?
       - Откуда ты знаешь? - удивился Сварог. - Ладно, это сейчас не так важно. Пока же уходи побыстрее, и убедись, что за тобой не следят. Будешь уверен, что слежки нет, позвони мне на мобильный... - Сварог продиктовал номер.
       - Почему такая спешка? - немного забеспокоился Лис.
       - Потому что... я совершенно не подумал о шаровиках в таком плане, и я не знал, что ты совался на квартиру Терпа. Всё, отдай устройство связи Михаилу и уходи.
       Лис хмыкнул, но спорить не стал, ориентируясь на явную тревогу в голосе Сварога. Он вынул рацию из уха и отдал скучавшему Михаилу Петровичу, кивнул на прощание и направился к ступеням лестницы, поднимавшейся налево из Исторического сквера.
       Лис мельком взглянул на противоположную сторону сквера, где стояла Монра - та спокойно опиралась на парапет.
       Лис намеревался подняться по лестнице с противоположной стороны и, зайдя за угол здания металлургического техникума, чтобы не быть на виду у возможных наблюдателей, позвонить Монре по телефону и условиться о месте встречи.
       Неторопливо, как будто прогуливался, Лис поставил ногу на первую гранитную ступеньку. Он был уже на самом верху лестницы, когда сзади раздались негромкие хлопки. Закричала женщина. Лис обернулся.
       Михаил Петрович лежал недалеко от скамейки, на которой они сидели, на светлом пиджаке виднелись красные пятна. Кричала женщина, прогуливавшаяся с коляской неподалёку. От скамейки через зелёный газон сквера бежали два молодых человека.
       Лис резко повернулся в сторону, где ждала Монра, и у него перехватило дыхание: какие-то люди запихивали её в микроавтобус, выехавший прямо на тротуар.
       Понимая, что вряд ли успеет, Лис оттолкнул парня с девушкой, оказавшихся на дороге, и побежал по плотине, на ходу вытаскивая лучемёт.
       Конечно же, расстояние было слишком велико. Микроавтобус, взвизгнув колесами, съехал с поребрика, заставляя резко тормозить идущие по проспекту машины, и скрылся в транспортном потоке, не успел Лис пробежать и половины расстояния, отделявшего его от места событий. Пытаться стрелять не представлялось возможным.
       Лис остановился, одновременно соображая, что если поблизости располагались вражеские наблюдатели, то он выдал себя с головой.
       Словно в подтверждение этих мыслей рядом снова завизжали тормоза, и светло-серая машина иностранного производства (марку Лис не разглядывал), въехала на тротуар, чиркнув порогом по камню бордюра.
       Дверцы не успели распахнуться, выпуская троих дюжих молодцов, а Лис уже всадил в машину не целясь почти половинный заряд лучемёта-авторучки, и присел, закрывая голову руками, практически одновременно со взрывом.
       С машины сорвало капот, вспыхнул потёкший из топливопровода бензин, и запылало что-то в салоне. Выскакивавшие из машины люди покатились по асфальту, на ком-то загорелась одежда. Завизжали оказавшиеся рядом прохожие, кидаясь врассыпную.
       Не оборачиваясь, Лис побежал по тротуару мимо импровизированного летнего кафе, рядом с которым стояла Монра. Сзади раздалось хлопки, и над ухом свистнула пуля: кто-то из преследователей выстрелил, но промахнулся. Пожилой мужчина, в изумлении застывший почти на пути у Лиса и разглядывавший пылающий автомобиль, охнул и повалился на землю.
       Петляя, Лис опрокинул одни из столиков и побежал к кустам, окружавшим фонтан "Каменный цветок".
       - Стоять!
       Навстречу, как назло, выдвигался милицейский наряд, очевидно привлечённый взрывом и криками. Вряд ли они слышали выстрелы из пистолета с глушителем, но молоденький милиционер уже замахивался дубинкой.
       Не раздумывая, ударом плеча Лис сшиб парнишку, пнул второго милиционера в пах, перемахнул через упавшие тела и выскочил на тротуар перед зданием бывшего обкома партии. Перебежав улицу Пушкина, он дворами выбрался к кинотеатру "Салют", а оттуда подворотнями оказался на улице Карла Либкнехта. Тут было всё спокойно, царила обычная уличная суета.
       Лис огляделся и, переводя дыхание, перешёл на шаг, чтобы не привлекать внимания посторонних. Пройдя метров тридцать, напротив здания пединститута он тормознул потрёпанного синего "жигулёнка".
       Попросив наобум водителя довезти до политехнического института, Лис стал внимательно следить, нет ли "хвоста". "Хвост", похоже, отсутствовал.
       Как только они миновали здание радиотехнического факультета, Лис отменил первоначальный заказ, и попросил водителя ехать к снятой ими квартире. При условии, что у Ингвара Яновича не было "препарата правды", этот адрес пока точно оставался неизвестен врагу.
       Лис понимал, что в любом случае сюда больше возвращаться не придётся. Поэтому он дал водителю пятьдесят рублей, остановил машину во дворе прямо напротив подъезда, и приказал ждать, пообещав затем ещё сто. Быстро скидав в сумку всё нужное, что они оставляли в квартире, Лис положил под телевизор обещанные хозяйке деньги и вышел, пробыв в доме не более пяти минут.
       Упав на заднее сиденье, он наугад попросил водителя ехать на Уралмаш: стоило крепко поразмыслить, а движущийся автомобиль представлялся достаточно надёжным местом на какое-то время.
       Хотя, попав в пробку на проспекте Космонавтов и сидя в медленно ползущей машине, Лис думал о том, что, знай преследователи о его местонахождении, лучшую ловушку трудно придумать. Но вряд ли такое возможно знать.
       Чего же он добился, не послушав Монру и устроив вылазку на Землю? Терп и Монра схвачены, а самому Лису ничего, похоже, не остаётся, как связываться с неведомым Сварогом. Фактически, Лис должен отдаваться на милость этого неизвестного Творца. При всём при том, никто не мог гарантировать, что сегодняшнее происшествие в Историческом сквере не подстроено этим самым Сварогом. Вообще не исключено, что он и Ингвар Янович - одно и то же лицо.
       Но, пошевелив мозгами, Лис сделал заключение, что подобное всё-таки маловероятно. Зачем, скажем, Сварогу убирать Михаила Петровича? Нельзя, естественно, исключить, что на самом деле всё просто инсценировка, и Михаил Петрович жив, но не слишком ли сложно тогда всё получается? Сварогу, если он и некий Инглемаз одна личность или просто действуют заодно, проще было бы схватить Лиса непосредственно в Историческом сквере или, в конце концов, там же ликвидировать.
       Наконец после завода имени Калинина пробка рассосалась, и машина побежала быстрее.
       - Куда лучше ехать? - спросил водитель, прерывая мысли Лиса.
       - Всё равно, - ответил Лис, отрешённо глядя в его коротко стриженый затылок. - Сделайте круг по Уралмашу, потом можно снова в центр. О деньгах не беспокойтесь.
       Водитель понимающе кивнул:
       - Я крутанусь по Машиностроителей, а потом через Веер назад?
       - Хорошо, - согласился Лис, смутно припоминая, что же такое Веер, - только давайте не той же самой дорогой. Вообще, договоримся так: мне надо посидеть, подумать. Возите меня, пока мне не надоест. Сколько скажите, столько и заплачу.
       - Ну, я тогда по Шефской назад. Хотите, можно через ЖБИ проехать.
       - Валяйте! Только у ближайшего киоска остановитесь - попить возьму.
       Лис вытащил сигарету и закурил - стереотип, иллюзия помощи в размышлениях, действующая не только в мире Земли.
       Само собой, трудно встать на позицию этого Сварога, но если всё же попытаться, то, вполне вероятно, он тоже может считать, что в Историческом сквере всё подстроено Лисом, если предположить, что Лис и Ингвар Янович заодно.
       Если принять версию, что Инглемазу необходимо добраться до Сварога, то всё складывается для первого неплохо: именно Лис при таком раскладе выводит Инглемаза или Ингвара, мать его, Яновича на Сварога. Так что Сварогу можно больше опасаться Лиса, чем наоборот. М-да...
       Минут десять Лис сидел практически без мыслей. Машина спокойно доехала до конца улицы Машиностроителей и повернула направо на Т-образном перекрёстке с намёком на кольцевое движение. Лис никак не мог вспомнить, как же называется улица, по которой они ехали сейчас, пока не рассмотрел табличку на одном из зданий - "Донбасская". Впрочем, ничего удивительного: он никогда хорошо не знал район Уралмаша.
       В кармане запищал телефон - Лис вздохнул и вынул трубку.
       В мягком вкрадчивом, нарочито безразличном голосе почти не чувствовалась злоба, но зато угадывалось плохо скрываемое торжество.
       - Теперь, значит, тебя зовут Лисом, - осведомился Ингвар Янович, так как Лис не сомневался, что это звонил он.
       - Ну, и что с того? - ответил Лис на языке Творцов, дабы водитель ничего не понимал.
       Если у врага не имелось ПП, то по времени никак не получалось, чтобы Инглемаз успел просканировать мозг Монры. Очевидно, она намеренно назвала номер, и Лис нисколько не осуждал подругу. Наоборот, это был абсолютно правильный ход: Монра позволяла не только Инглемазу связаться с Лисом, но, самое главное, Лису выйти на Инглемаза!
       - Признаться, не ожидал, что наши пути снова пересекутся. Не думал, что такая мразь, как ты, выпутается. Каюсь, я тебя недооценил.
       - Послушай, Ингвар Янович, - вздохнул Лис, - оскорблений я наслушался от тебя ещё давным-давно. А если я тебя начну материть - не остановишь! Давай ближе к делу.
       - Если так, - голос в трубке стал жёстким, - то ты интересуешь меня постольку поскольку. Мне нужен Сварог, и побыстрее...
       - Нужен - иди и возьми его! Но, значит, без моей помощи ты Сварога достать не можешь? - любезно поинтересовался Лис.
       - Не перебивай! У меня теперь снова есть Ключ, и со Сварогом я разделаюсь, вопрос лишь во времени. Но! - Инглемаз сделал ударение. - Мне необходимо покончить с этой сволочью, как можно скорее. Не убей мои уроды человека, встречавшегося с тобой, и не будь у тебя второго Ключа, ты вообще был бы мне не нужен. Условия таковы: хочешь получить назад своих друзей живыми - отдаёшь второй Ключ и выводишь меня на Сварога. А я, так и быть, обеспечу вам возможность убраться с Земли.
       Лис отметил, что Инглемаз торопится. Возможно, у него существовали какие-то ограничения по времени, или он не уверен, что легко справится с противником.
       - Я на твой счёт уже давно не заблуждаюсь, - сказал Лис. - Где гарантии?
       - А никаких гарантий! - ехидно ответил Инглемаз. - Тебя я, в конце концов, отловлю, и прежде, чем сдохнуть, ты намучаешься вдоволь...
       - Ну, да, - вздохнул Лис, - ты уже как-то обещал мне море пыток.
       Несколько секунд Инглемаз молчал, пытаясь не выйти из себя. "Злись, - подумал Лис, - психуй, может быть, наделаешь ошибок".
       - Это обещание можно будет теперь выполнить, - сказал, наконец, собеседник. - Кроме того, если для тебя что-то значат твои друзья, то я даже не буду их убивать, а оставлю жить тут, на Земле. Перепишу их мозги, например, в каких-нибудь привокзальных пьянчужек и оставлю коротать время под забором. Подумай, каково им будет, повелителям миров! Особенно Монре, которую, пока она не сдохнет от сифилиса или туберкулёза, будут трахать бомжи! По ней будут ползать вши, баба будет вонять, как свинья в хлеву!
       - Впечатляет, и ты, похоже, хорошо знаешь эти запахи... Но почему ты решил, что я клюну на подобные страсти? Раз ты не можешь дать мне никаких гарантий, зачем мне тебе верить? Если ты всё равно сделаешь то, что только что пообещал? Монре и Терпу я уже никак не помогу, а тебе облегчу задачу. Лёгкой добычи захотел? С чего ты решил, что я кинусь выручать друзей и подарю тебе собственную драгоценную задницу? Я её поберегу, милый, и постараюсь тебе нагадить как можно больше, будь уверен! Во-от такую кучу навалю, и посмотрим, кто дерьмо будет нюхать!
       - М-да, думай я, что ты Творец, я бы на это не рассчитывал. Но я хорошо знаю вас, людишек, особенно подобных тебе. Такие как ты, романтичны, сентиментальны, вы верите в некие бредовые идеалы и именно поэтому проигрываете, но хлопот доставить можете, не спорю. А тебя я хорошо помню, ты как раз из таких: тебя ведь и тогда больше интересовали не деньги, а знание...
       - Ну, да, людишки, - перебил, соглашаясь, Лис. - А ты, значит бог? Жаль, я не сохранил кусок стекла из моего серванта, выбитый твоей божественной башкой. Богоподобные осколки, гвозди с Креста Христова!
       Ингвар Янович, или Инглемаз, был, очевидно, всё-таки уверен в прочности собственной позиции и потому достаточно спокоен. Он засмеялся, хотя и немного натянуто:
       - Предупреждаю: оскорбляя меня, ты ухудшаешь своё положение. Не рассчитывай, что я сорвусь. Давай по существу, я жду.
       - Ну, что ж,... - медленно процедил Лис. - Если по существу, то мне необходимо время, и я придумаю, какие гарантии обеспечить. В любом случае, просто так голову на плаху не положу. И не стращай меня пытками друзей, я хоть и сентиментален, но не до идиотизма. Я очень даже практичен: раз мы все умрём, то какая разница, умрут они чуть раньше меня или будут мучаться чуть дольше? А тебе это будет стоить дорого, уверяю. В общем, куда позвонить, когда я что-то решу?
       Инглемаз думал несколько секунд, потом сказал:
       - Ладно, у меня тут кое-какие дела, даю тебе время до утра, думай. А я пока узнаю от твоей женщины как можно больше. Может быть, я и сам вычислю Сварога, и тогда ты станешь мне вообще не нужен. Тогда я даже развлекусь охотой, - Он хохотнул, - охотой на Лиса!
       - Я спрашиваю, куда тебе звонить, если я надумаю? - игнорируя смех, повторил Лис. - На номер, который зафиксировался у меня на телефоне?
       - Я тебе сам позвоню утром, если ты мне ещё будешь нужен. - Инглемаз, продолжая нарочито противно смеяться, отключился.
       Лис сложил трубку, и какое-то время сидел, вертя телефон в руках.
       - Вы на каком языке разговаривали? - дружелюбно спросил водитель. - На иностранца сами не похожи...
       - По-ту-рец-ки, - медленно по складам проговорил Лис.
       - Да? - оживился водитель, слегка поворачиваясь назад. - С турками работаете? Шмотки из Турции возите?
       - Слушай, - вздохнул Лис, - а ты мне показался нелюбопытным. На дорогу лучше смотри.
       Водитель обиженно примолк, а Лис снова задумался.
       Скорее всего, Ингвар Янович (Лис машинально продолжал называть его именно так) блефует. Если он пока не вышел на Сварога, значит, не уверен, удастся ли ему это вообще, а у Сварога, вероятно, остались кое-какие возможности для борьбы.
       Значит, есть три "путя", то бишь, пути. Первый - бороться одному и, значит, против двоих могущественных противников. Результат вполне очевиден, дальше рассматривать его не стоит.
       Второй вариант состоял в принятии предложения Инглемаза. Плата - освобождение Монры и Терпа. Однако было весьма сомнительно, что по счёту будет заплачено, а как получить предоплату, Лис придумать не мог. Не исключено, что Инглемаз и не собирался реально использовать Лиса в борьбе против Сварога. Вполне могло быть, что так он хотел максимально простым способом устранить ещё одного противника, противника хоть и не слишком могущественного, но явно неудобного в виду малой предсказуемости. Наверняка Инглемаз изучил Сварога намного лучше, чем мог себе представлять Лиса.
       Оставался третий вариант - стать союзником Сварога. В этом случае хоть на какое-то время останется всего один противник, а что будет потом - неизвестно, но особых иллюзий относительно Сварога Лис тоже не питал.
       Существовал, правда, ещё один вариант, ранее предлагавшийся Монрой: бросить всё и уйти в миры Творцов. У Лиса был Ключ, он кое-как умел им пользоваться, и в любом случае, пока у Инглемаза или Сварога, в зависимости от того, кто победит в их схватке, появится время для преследования, Лис затеряется в сотнях искусственных вселенных. Если не оставаться долго на одном месте, его накроют нескоро, а если победит Сварог, то он явно будет искать Лиса не столь остервенело, как вторая сторона, а, возможно, не станет искать вообще.
       Но тут работало как раз то, о чём говорил Инглемаз: Лис являлся человеком, который никогда бы не бросил друзей, пока не убедился, что помочь уже ничем не сможет. Одним словом, вариантов существовало лишь три, из которых лично ему годился только один.
       Лис раскрыл, было, трубку телефона, но передумал. Кто знает, если известен его номер, нет ли у противника возможности отследить, откуда идет передача?
       - Слушайте, - Лис наклонился вперёд к водителю, - откуда тут поблизости можно позвонить?
       Водитель недоумённо покосился на мобильник, но лишних вопросов задавать не стал.
       - Автоматы здесь поломаны, скорее всего... - Мужчина пожал плечами. - Лучше с почты какой-нибудь.
       Машина ехала по улице с дурацким названием Шефская.
       - Ну, давай к ближайшей почте, какую знаешь.
       Из двух зол выбирают меньшее, решил Лис, а Сварог представлялся ему сейчас меньшим злом: по крайней мере, он не испытывал личной неприязни к Лису. Это, как никак, создавало лучшие предпосылки для союзничества.
       Поэтому в почтовом отделении Лис с междугороднего таксофона набрал номер, оставленный Сварогом.
      
      
      Г Л А В А 9
      
       Сварог назначил встречу на тридцатом километре Тюменского шоссе. Лис должен был ждать в закусочной у автозаправки, располагавшейся с правой стороны по пути из города.
       - Ты уверен, что наш общий друг тебя сейчас не прослушивает? - поинтересовался Лис.
       - Абсолютно! Если ты звонишь из случайного телефона-автомата, то он никак нас не подслушает. Я же разговариваю с телефона, которым вообще до этого не пользовался: всегда держу несколько номеров для страховки. Одним словом, будь через... часа два там, где условились.
       Естественно, Лис понимал, насколько рискует, но уже в двадцатый раз сказал сам себе, что выбора у него по большому счёту нет. В конце концов, выбор он сделал давным-давно, когда ещё в мире Терпа согласился драться на стороне Творцов.
       Какими бы мотивами Лис не объяснял собственные действия тогда и позже, он признавал, что ключевым моментом стал именно тот, когда в подвале дома контрабандиста Тарлана в неярком свете масляных светильников он увидел зелёные глаза и бронзовую гриву Монры.
       Лис вышел из почтового отделения и, расплатившись, отпустил машину. Подождав, пока она уехала, он перешёл улицу и купил в киоске первую попавшуюся газету и пластиковый пакет с каким-то сумасшедшим рисунком. Затем поймал другую машину и доехал до парка у бывшего Дворца пионеров.
       По дороге Лис повторно прокрутил в памяти разговоры с Инглемазом и особенно со Сварогом. Какое-то чутьё подсказывало, что тут существуют определённые шансы. Терять нечего, поэтому - больше жёсткости!
       Погуляв по аллеям минут десять, он улучил момент, когда в поле зрения находилось минимум людей, и нырнул в кусты у старого полуразвалившегося искусственного грота.
       План был, конечно, не ахти какой, но соваться с последним Ключом в руки Сварога Лис не хотел. С помощью "препарата правды" Сварог сможет узнать от него всё, но облегчать задачу потенциальному противнику или союзнику, Лис не хотел.
       В кустах у полукаменной, полуземляной стенки воняло мочой, кое-где громоздились кучки кала, некоторые совсем свежие. Выбрав свободное местечко, Лис ножом быстро подрезал дёрн, выкопал ямку и уложил в неё Ключ, обёрнутый в газету и пакет.
       Аккуратно заровняв следы копки, он веточкой сдвинул кучку дерьма так, чтобы она прикрывала зарытый клад, и вышел из кустов, на ходу проверяя ширинку. Наблюдавший со стороны ни на секунду не усомнился бы, что молодой человек облегчённо отдувается, справив в кустиках малую нужду.
       На улице имени известного уральского писателя Лис поймал другую машину, тоже "жигулёнок" не первой свежести. Он уже обратил внимание, что водители как раз подобных автомобилей останавливаются охотнее всего.
       Шофёр сначала наотрез отказался ехать за город: явно боялся, и Лис не мог понять почему, но потом, вспомнил прочитанное об уровне преступности и прочих прелестях современной жизни в России и горько рассмеялся:
       - Дружище, да не позарюсь я на твою машину! Короче: вот двести рублей, деньги вперёд, и вези меня куда сказано. Не хочешь - заработает кто-то другой.
       Аргумент явился весьма действенным, и всего минут через тридцать пять с учётом выезда из города Лис оказался на месте условленной встречи. Он укладывался в назначенное время, и даже с запасом.
       Место это для него было незнакомое, хотя много лет тому назад он не раз ездил в сторону Тюмени в городок Заречный, расположенный рядом с Белоярской атомной электростанцией. В советские времена в магазинах этого небольшого городка, практически не городка, а посёлка, имелся хороший выбор товаров, которыми коммунистическое правительство скрашивало опасности быта сотрудников атомного объекта.
       Въехать в Заречный было не очень просто: пост ГАИ, располагавшийся на дороге у самой границы городка, не впускал машины с иными, чем у местных жителей индексами номеров. Однако в посёлок можно было войти пешком, оставив автомобиль на свой страх и риск у обочины и прогулявшись примерно пару километров. Так попадать в посёлок не запрещали, особенно при наличии паспорта.
       В начале восьмидесятых годов Лис-Богдан ездил в Заречный по старой дороге, проходившей через деревню Косулино и имевшей чуть больше одной полосы движения в каждом направлении. Сейчас же на Тюмень успели проложить новую трассу с разделёнными потоками.
       Там, где Сварог назначил встречу, находилась бензозаправка, рядом с которой велось строительство какого-то павильона - то ли магазина, то ли придорожного кафе, а, возможно, и того и другого сразу.
       Чуть в стороне почти у самой дороги стоял обшарпанный вагончик и пара деревянных грибков со столиками, где орудовали какие-то кавказцы, по говору, похоже, азербайджанцы, жарившие шашлыки. Аромат жареного мяса, несмотря на тревогу, вызвал у Лиса обильное выделение слюны.
       По шоссе проносились автомобили, иногда кое-кто сворачивал к заправочной станции.
       Лис прошёлся вокруг и, немного подумав, устроился под одним из азербайджанских грибков. Он вынул сигарету и, покуривая, стал разглядывать проезжавшие машины, гадая, от нечего делать, на чём может приехать такая личность, как Сварог.
       Из вагончика вышел черноволосый парень и направился к Лису.
       - Чо, брат, шашлык брать будэшь? Пиво холодное...
       Лис покосился на кавказца, чуть наклонив голову, и ещё раз почувствовал, несмотря ни на что, вполне здоровый голод. По часам до встречи оставалось минут двадцать.
       - Несите, сэр! - кивнул Лис.
       - Ва, сэр! Ты чо, иностранец? - заулыбался парень. По-русски он говорил с сильным акцентом, но, тем не менее, вполне сносно.
       - Почти, - усмехнулся Лис. - Пару шашлыков и пару пива, если только, конечно, и то, и другое свежее.
       - Обижаэшь, брат! Нэ свэжее нэ дэржим.
       - Ну, разумеется, - согласился Лис, думая совсем о другом, - всё натуральное. Как "Абсолют".
       - Абсолутно натуралное! - подтвердил духаньщик, не вполне поняв Лиса.
       Шашлык, видимо, был уже готов, потому что всего через пару минут парень вновь возник перед Лисом с тарелкой, на которой горкой лежали кусочки жареного мяса, приправленные маринованным репчатым луком. На столике мигом оказались две запотевшие бутылки пива "Стрелец", баночка кетчупа и пучок какой-то зелени. Лис одобрительно покивал, хотя понимал, что в таком месте и у таких хозяев шашлык может быть даже из пёсика. Но натуральный, одним словом.
       Игнорируя поставленный рядом пластиковый стаканчик, Лис с удовольствием отхлебнул из холодного горлышка бутылки. Кавказец кашлянул:
       - Извыни, брат, давай рассчитаэмся, сам понимаеэь...
       - Да нет вопросов... - спохватился Лис, поставил бутылку на стол и полез в карман. - Сколько с меня?
       - Сто двадцать рублэй...
       Лис кивнул и отдал деньги. Официант-духанщик поблагодарил и отошёл, а Лис занялся шашлыком, оказавшимся, вопреки опасениям, не таким уж плохим.
       С дороги свернул серый БМВ. Лис, жуя, покосился, но машина проехала к заправке и встала у колонки с надписью "АИ-95".
       Он не представлял, какой план действий предложит Сварог, но мог догадываться, что выжить в сложившейся ситуации будет непросто. Не то, чтобы он не привык рисковать жизнью, но за пятнадцать лет Лис нарисковался достаточно, а за последние три недели степень риска вообще всё время шла только по нарастающей.
       Сколько можно! Даже когда он плыл на кое-как сделанном тримаране от острова к острову в Торцевом океане на планете Терпа, Лис не испытывал такого напряжения. Там жили хищные рыбы и звери, существовала стихия со шквалами и штормами, но отсутствовали враги-люди, а даже если и попадались потом таковые, то всё же не столь могущественные...
       "Заказать, что ли, водки? Наверняка у них есть..." - подумал Лис.
       Правда, через несколько секунд он отказался от своего намерения: на встрече со Сварогом необходимо сохранять полную ясность ума.
       Белая "девятка" притормозила у обочины и медленно катилась, чуть поднимая пыль, красиво просвечивавшую золотистым в лучах клонившегося к закату солнца. Водитель явно что-то или кого-то высматривал. Лис сделал глоток из бутылки и прикинул, успеет ли выхватить лучемёт в случае необходимости.
       Машина свернула на проезд, ведущий к закусочной, и остановилась напротив месте, где примостился Лис. Высокий коротко стриженый человек в шёлковой цветастой рубашке и светлых брюках направился прямо под грибок.
       "Да неужели...?" - удивился Лис. Ему казалось, что такая личность, как Сварог, должна ездить на чём-то более солидном. Видимо, тоже соблюдает конспирацию.
       На вид человеку было максимум лет тридцать пять, ростом повыше Лиса, хорошо сложенный, с короткой спортивной (или тюремной?) стрижкой, весьма распространённой сейчас: удобно, в жару голова не потеет, минимум шансов поймать педикулёз, и за патлы в драке схватить не получится.
       Несмотря на короткую стрижку, легко угадывалось, что волосы у незнакомца тёмно-русые, почти каштановые. Светло-серые глаза резко и жёстко выделялись на загорелом лице. Красивый мужик, черты лица, возможно, чуть грубоватые, но правильные. Общее впечатление немного портил чересчур пронзительный и настороженный взгляд, но в целом вылезший из машины смотрелся приятно. Хотя, конечно, Лис по собственному опыту понимал, что всё это может быть просто гримом.
       Мужчина остановился в трёх шагах и несколько секунд рассматривал Лиса. Затем ещё раз бросил короткий взгляд по сторонам и в два движения очутился под грибком, присев на одну из четырех деревянных табуреток, вкопанных в землю.
       Лис снова отхлебнул пива, цыкнул зубом, прогоняя засевшие в междурядье волокна мяса, и пристально посмотрел в глаза незнакомцу.
       - Не будем терять времени на перегляды, - сказал Сварог, - поехали. Кстати, за тобой "хвоста" не припёрлось?
       - Я уже ни в чём не уверен, - ответил Лис, - но, по-моему, никого нет. Давай хоть познакомимся. - Лис протянул руку.
       Сварог дёрнул головой:
       - Не стоит здесь разглагольствовать, поехали!
       Лис пожал плечами, взял недопитую бутылку и поднял с земли сумку:
       - Ну, поехали.
       Сварог рванул машину с места так, что взвизгнули шины.
       Лис, забросил свои пожитки на заднее сиденье и несколько деланно потянулся.
       - Да, в моё время здесь таких машин не делали... - мечтательно заметил он. - Хорошо идёт с места.
       Сварог бросил на него короткий взгляд и вдруг спросил:
       - У тебя есть план действий?
       - План действий, ты шутишь! - невесело усмехнулся Лис и отхлебнул пива. - Ну, какой у меня может быть план действий? Я тебя хотел послушать, поскольку, как я понимаю, у нас общий враг. Ты его знаешь лучше, ты и должен предложить, что нам делать. - Лис сделал ударение на слове "нам". - А, вообще, для начала, я хотел бы поставить условие...
       - Условие, вот как?! Наглости тебе не занимать! - Сварог улыбался, но создавалось впечатление, что улыбка скрывает злость.
       - При чём тут наглость? - возразил Лис. - Мне совершенно не хочется быть марионеткой в твоих или чьих-то иных руках. Я хочу понимать ситуацию и знать, кто есть кто в этом деле. Знать, за что я борюсь, в конце концов. Разве я очень много требую, учитывая наше положение?
       Сварог не ответил. Лис тоже молчал. Так они проехали пару километров, после чего Творец притормозил и встал на обочине. Выключив двигатель, он откинулся на дверь машины и посмотрел на Лиса чуть со стороны, как бы оценивая.
       - А ты действительно смелый человек. Отметь, я говорю тебе "человек"! Инглемаз бы сказал "ванвир"!
       - На этом разговор и закончился бы! - Лис развёл руками.
       - Да как знать! - На лице Сварога показная сдержанность боролась с желанием выплеснуть ярость и раздражение. - А если бы тебя начали пытать?...
       Лис покачал головой:
       - Ну-ну-ну! Угрозы пыток, конечно, производят впечатление, но давай не будем блефовать! Я сразу заявляю, что готов тебе помогать. Хотя я тебя не знаю, но так уж получилось, что у Инглемаза со мной определённые счёты, да и у меня на него зуб. Не то, чтобы я злопамятный, но так уж вышло, что я как бы изначально на твоей стороне. Давай сперва сделаем вот что. У нас остаётся время до утра, когда мне нужно давать ответ Инглемазу, посему - предлагаю обменяться информацией. Повторяю, я хочу понимать, что происходит, и у меня есть к тебе кой-какие вопросы.
       Сварог пристально смотрел на Лиса, буравя его взглядом. Так продолжалось несколько секунд. Лес выдержал своеобразную психологическую атаку, демонстративно допил пиво и аккуратно, чтобы не разбить, выбросил бутылку через опущенное стекло в канаву на обочине.
       Отвернувшись от Сварога и посвистывая, он посмотрел в окно на высившиеся невдалеке сосны. Сосны стояли красивые, ровные, как на подбор, со слегка позолоченной зеленью верхушек, а редкий подлесок был весь продёрнут лучами садившегося солнца, фотографически чётко высвечивавшего проходы между стволами. Там, в лесу сейчас было, наверное, очень хорошо, пахло смолой, хвоей, травами...
       Сварог молчал, постукивая пальцами по рулю. Лис смотрел в окно и думал, как здорово сейчас просто сидеть бы на какой-нибудь полянке и, например, жарить шашлык, попивая пивко. И чтобы рядом галдела хорошая компания, и никаких мыслей о идиотском Инглемазе, о шаровиках и прочих вместе с этим типом, разглядывавшим его сейчас и напряжённо сопящим.
       Наконец Сварог кашлянул и сказал:
       - Давай всё-таки договоримся для начала: вопросы здесь буду задавать я.
       - Прошу прощения, уважаемый сэр, но вы очень долго думали, чтобы сказать столь простые слова - Лис постарался, насколько было возможно в салоне машины, вытянуть ноги. - Давай всё-таки определимся: или мы играем на равных, или я просто не буду с тобой разговаривать. Если ты не согласен на такие условия, я сейчас выхожу, и больше мы не встречаемся... или встречаемся, но уже иначе. Кстати, можешь не волноваться, к Инглемазу на службу я не пойду ни при каких обстоятельствах.
       Сварог вздохнул и неожиданно очень спокойно сказал:
       - Самоуверен, нечего сказать. Я, кстати, примерно о чём-то таком и думал.
       - Ты о чём? - Лис приподнял бровь и покосился на Сварога.
       - Ты хочешь спасти своих друзей-Творцов?
       - Безусловно, хочу. - Лис повернулся к водителю и ласково посмотрел на него. - Но, вслепую принимая твои директивы, я не могу быть уверен, что действительно помогаю им...
       Сварог хотел что-то сказать, но Лис предупреждающе поднял руку:
       - Подожди, дай договорить! Мне, в принципе, почти наплевать, что происходит на Земле, мне только хотелось бы, чтобы шаровики здесь не хозяйничали. Мне показалось, что она, в смысле - Земля, всё меньше становится похожей на лучший из миров, но не шаровикам её переделывать. По моему мнению, пусть земляне барахтаются в собственном дерьме, но без этих ублюдков. Такова моя позиция, и это, значит, раз! Затем, мне необходимо спасти Монру и Терпа и, если я буду уверен, что здесь не начнётся переделка людей в шаровиков, мы трое сразу же смотаемся в мир Граней. Это - два! Поскольку шаровиками рулит, как я понимаю, Ингвар Янович, он же Инглемаз, это значит, что разделаться нужно и с ним. Вот чего я хочу. Ну, как, тут наши цели, вроде, совпадают? В свою очередь я, давая обязательство действовать против Инглемаза на твоей стороне, хочу знать, что реально происходит на Земле. Я хочу понимать, кто ты сам, кто Инглемаз, как вы связаны с Творцами, и ещё хочу получить некоторую сопутствующую информацию.
       Сварог молчал, продолжая пристально смотреть на Лиса. Однако теперь во взгляде горела не столько злость и раздражение, сколько светился неподдельный интерес.
       - А, знаешь, ты меня убедил. - Сварог покивал, как бы взвешивая все аргументы. - Почти. Одно условие: я должен тебе верить абсолютно. Поэтому ты дашь применить на себе "препарат правды".
       - А ты тоже сделаешь себе инъекцию? - поинтересовался Лис.
       Казалось, что Сварог сейчас взорвётся, но он взял себя в руки и усмехнулся.
       - М-да, ты и впрямь оправдываешь своё прозвище. В данной ситуации это даже хорошо, но ты - сложная личность...
       - Никогда и не собирался быть настолько простым, но что здесь сейчас сложного? - удивился Лис. - Мы ведь уже об этом говорили, зачем мусолить по сто раз одно и то же. Ты заинтересован в том, чтобы уничтожить Инглемаза с шаровиками, тут мы заодно. Как только цель будет достигнута, я с Монрой и Терпом ухожу, а ты остаёшься здесь полным хозяином. Ты, как мне кажется, интереса к мирам Творцов не проявляешь. Коли так, то великолепно, это меня вполне устраивает, на таких условиях я готов к сотрудничеству!
       Сварог снова шумно вздохнул и покачал головой:
       - Я же говорю - ты сложная личность: тебе слово, ты в ответ десять!
       - Сколько надо для объяснения, столько и говорю. Ну, так что - по рукам?
       Сварог побарабанил пальцами по рулю, включил двигатель и, пропустив проезжавшую мимо машину, преувеличенно спокойно тронулся с места.
       - Твоё счастье, что у меня нет времени! - сказал он, посматривая в зеркало заднего вида. Чувствовалось, что Сварог злится, но у Лиса почему-то сейчас возникло впечатление, что это злость на самого себя.
       - Слушай, - вздохнул Лис, - снова ты начинаешь! Ещё раз, давай договоримся: я рассказываю тебе всё, что у меня на уме... Дам я сделать укол, дам! - поспешно заверил он, видя, что Сварог хочет что-то сказать. - Даже дам сделать себе первому, а уж после ты мне расскажешь всё так же... откровенно...
       Сварог скривился и вдруг засмеялся:
       - Да-а-а, если я и второй раз проколюсь на союзнике... Ну, тогда туда мне и дорога!
       - Второй раз - в каком смысле? - удивился Лис.
       - Ладно! - махнул рукой Сварог. - Считай, что договорились. Последних надёжных ребят здесь у меня перебили, и времени нет, приходится рисковать, иначе Инглемаз меня, рано или поздно выловит. Скорее - рано, чем поздно. Перебираться в другую страну тоже рискованно, а там всё то же самое, эта сволочь прибрала к рукам все мои группы. Если мы, конечно, не собираемся стать просто землянами и начать ничем неприметную жизнь...
       - А, так вот, в чём дело! - Лис понял, что строил догадки в правильном направлении. - У тебя не осталось подручных? Но у тебя же наверняка остались какие-то средства для работы на Земле, хотя бы деньги в банках и тому подобное?
       - Денег, естественно, сколько угодно, но не это главное. Я пока не знаю, как ты попал в мир Терпа, но разве ты отказался бы от него, предложи тебе кто-то вернуться на Землю и стать тут, скажем, "обычным миллионером"?
       Лис с пониманием смотрел на Сварога.
       - Вижу, не согласился бы, - продолжал тот, - и я примерно то же самое имею в виду. А времени создавать новую сеть своих людей у меня нет.
       Лис лишь хмыкнул и покивал.
       - Пока вот, что, - продолжал Сварог. - Там, в бардачке лежат тёмные очки. Надень!
       Лис открыл ящик для мелких вещей на панели машины и вытащил на первый взгляд совершенно обычные тёмные очки, правда, с каким-то слишком толстыми дужками.
       - Ты решил поиграть в шпионов? - усмехнулся он. - Тогда уж у меня имеется специальный комплект для изменения внешности из Дворца Терпа.
       - Я не об этом! - Сварог дёрнул плечом. - Кстати, внешность можешь вернуть свою собственную, если ты сейчас загримирован. Я хочу знать, как ты реально выглядишь.
       - А ты?
       - Я такой, какой есть, - ответил Сварог и уточнил: - Сейчас.
       - Ну, хорошо, - кивнул Лис.
       - Насчёт очков, - продолжал оказавшийся в трудном положении "Некто". - Мне необходимо принять кое-какие меры предосторожности: как бы то ни было, не нужно, чтобы ты видел, куда мы едем. Это будет соответствовать плану, который я тебе хочу предложить. Надень очки!
       Лис пожал плечами, надел очки и вдруг перестал видеть. Ощущение оказалось такое, словно глаза завязали плотной повязкой - он не видел ничего даже вскользь, мимо края оправы. От неожиданности Лис сорвал странное устройство с носа.
       - Мне не нужно, чтобы ты видел, куда я тебя везу, - повторил Сварог. - Это гарантирует, что никто не сможет выкачать эти сведения из тебя.
       - В случае моего провала, - заключил Лис.
       - Именно, - кивнул Сварог. - Надень и не снимай, пока я не скажу.
       Машина достаточно долго куда-то неслась по прямой, потом после нескольких поворотов дорога заметно ухудшилась, и, наконец, они явно съехали на просёлок, и двигались так ещё минут пятнадцать.
       Чуть качнувшись, "девятка" остановилась. Вокруг было тихо, проникновенно шумела на лёгком ветерке листва деревьев, посвистывали какие-то птички. Издалека доносился шум редких машин.
       - Очки пока не снимай! - предупредил Сварог, распахивая дверцу.
       Скрипнули открываемые ворота, Сварог вернулся за руль и въехал куда-то, очевидно, во двор. Здесь он повторил свои действия, закрыв невидимые Лису ворота, и за руку вывел своего гостя или пленника из машины.
       Проведя Лиса метров двадцать по земле, заросшей высокой травой - Лис чувствовал это по тому, как путались ноги, Сварог помог ему подняться по ступенькам. Лис сосчитал - шесть. Звякнули, похоже, обычные ключи и его легонько подтолкнули вперёд.
       Когда дверь за ними захлопнулась, Сварог разрешил снять очки, и Лис получил возможность осмотреться.
       Он оказался в помещении, которое можно было бы назвать дачной верандой. Сперва оно показалось Лису огромным, но через мгновение стало понятно, что такое впечатление производят зеркальные стёкла в двух больших окнах, расположенных на взаимно перпендикулярных стенах. Рядом с одним окном находилась входная дверь.
       Прямо напротив первой двери в бревенчатой стене имелась вторая, ведущая внутрь дома. Слева по стенам веранды куда-то на второй этаж поднималась лестница из двух пролётов и связывавшей их горизонтальной площадки.
       На веранде стояли, похоже, очень дорогие кресла, диван, столик и два каких-то шкафа.
       Лис ткнул пальцем в окно:
       - Снаружи ничего не видно?
       - Скажем так: снаружи видно совсем не то, - сказал Сварог, - и обычным людям сюда не проникнуть, если ты имеешь в виду воровство на дачах.
       Он открыл дверь в бревенчатой стене, и Лис попал в коридор длиной метров пять, упиравшийся в широкие стеклянные двери. Справа по коридору через пару метров друг от друга располагались две закрытые двери. Слева через приоткрытую дверную створку виднелось кухонное помещение - во всяком случае, там стояла вполне узнаваемая газовая плита, а чуть дальше имелась ещё одна закрытая дверь. Лис заметил, что в кухне окно тоже зеркальное. Свет во всех помещениях либо горел раньше, либо включился за мгновение до того, как они вошли.
       - Иди в зал, - Сварог показал на стеклянные двери прямо, - устраивайся, а я сейчас приду.
       Хозяин постоял, ожидая, пока Лис войдёт в комнату, после чего проскользнул в одну из дверей на правой стене коридора.
       Зал в доме Сварога имел размеры примерно шесть на шесть метров, и был обставлен мебелью выглядевшей антикварной. Больше всего бросались в глаза огромный старинный буфет со множеством резных украшений занимавший больше половины одной из стен и большие старинные напольные часы с гирями и маятником за стеклянной дверцей. Часы методично щёлкали.
       В левой стене от входа имелась всего одна дверь, чуть приоткрытая. Лис заглянул туда. Смежная с залом комната служила спальней, и тоже была обставлена в старинном стиле.
       Лис бросил сумку на пол, сел в одно из кресел с резными подлокотниками и повторно окинул взглядом комнату, в которой находился. Помещение могло считаться шикарным по меркам "обычного" человека, как выражались Творцы, но от такой личности, как Сварог, Лис ожидал большего, хотя вряд ли он мог сказать, чего же конкретно ожидал. С другой стороны, для сверх конспиративного места сам дом был явно слишком большим, чтобы оставаться незаметным, по крайней мере, своими физическими размерами снаружи.
       Вошёл Сварог и сел напротив Лиса в точно такое же кресло.
       - У тебя слишком большой дом для тайного убежища, - заметил Лис.
       - Внешне дом выглядит, мягко говоря, несколько иначе, поэтому пусть тебя это не волнует. Сейчас я хочу узнать в общих чертах твою историю: кто ты и откуда появился, как связан с Творцами? Я послушаю, а потом изложу план действий. Кроме того, как мы договорились, я буду готов ответить на твои вопросы. Ублюдок Инглемаз дал тебе срок до утра, так что время у нас есть, а потом или - или. Как договаривались, для правдивости рассказа тебе придётся принять соответствующий препарат.
       Лис кивнул и Сварог протянул руку, коснувшись шеи Лиса маленьким, с огрызок карандаша цилиндром. Такого устройства Лис раньше не видел.
       Лёгкий укол - больше Лис ничего не почувствовал, лишь через несколько секунд у него слегка закружилась голова или, скорее, почудилось, что закружилась - ощущение быстро прошло. В целом, сознание оставалось совершенно ясным, как и должно было быть. Лис ощутил некоторую расслабленность, но с удивлением отметил про себя, что препарат действует странно: ему казалось, что если бы он сейчас захотел, то вполне мог обманывать Сварога. Впрочем, если сам никогда не принимал "препарат правды", то и не имел возможности с чем-то сравнить.
       Лис потёр виски и начал рассказывать, лишний раз сам для себя вспоминая и систематизируя всё произошедшее с ним за пятнадцать лет и за последние недели. Несколько раз Сварог задавал вопросы, однако такие, на которые Лис и не думал сейчас давать ложные ответы. Про Ключ Сварог не спрашивал, и поэтому, естественно, Лис ничего не говорил. Только в самом конце рассказа возникла ситуация, которой Лис предпочёл бы избежать, но решил ответить всё, как есть, хотя продолжал считать, что, мог бы и солгать. Но он искренне полагал, что лучше сказать правду.
       - Значит, - спросил Сварог, - сейчас на Землю вы явились, чтобы разделаться с этим, как ты называешь, Некто? То бишь, со мной?
       - Не с тобой как с таковым, я же говорил, - покачал головой Лис. - Ни я, ни Терп, ни Монра ничего не знали о тебе конкретно. Мы планировали убрать того, кто использует шаровиков, и через них может навредить мирам Творцов, нам, ну и земной цивилизации. А это был, насколько я понимаю, Ингвар Янович, если, конечно, вы не заодно. Но если вы заодно, то тогда, откровенно говорю, это и к тебе относится. Правда, в таком случае, догадываюсь, ты не хотел бы так избавиться от данного типа. Вот, в общем, всё! - Лис развёл руками и посмотрел на Сварога.
       Тот сидел, медленно кивая, и задумчиво глядя перед собой. Лис шумно вздохнул:
       - Теперь давай, выполним вторую часть нашего уговора. Расскажи, кто ты, кто он, и о твоём статусе здесь на Земле. Но давай откровенно, как договаривались, - И Лис указал на цилиндр, лежавший на столе.
       Сварог помолчал немного, постукивая пальцами по подлокотнику кресла. Похоже, ответы Лиса, полученные в состоянии, когда допрашиваемый не мог лгать, окончательно успокоили его. Сварог как-то странно усмехнулся и, взяв цилиндрик, повертел в руке.
       - Что ж, твои ответы меня устроили: у меня сложилось впечатление, что ты не врёшь.
       - Ха, "не врёшь"! - язвительно проворчал Лис. - Вколол мне "препарат правды" - конечно не вру! Но, имей в виду, я и так рассказал бы тебе всё, что ты сейчас услышал.
       - Вот-вот, - согласился Сварог, - я так и рассчитывал, это была проверка. Дело в том, что нет у меня "ПП", "препарата правды"! Признаюсь: нету! Просто попробовал старый трюк! - Сварог ухмыльнулся и развёл руками.
       - Ты серьёзно? - спросил Лис и по лицу Сварога понял, что вопрос лишний. - М-да, наколол, нечего сказать! То-то я смотрю - инъектор незнакомый. Но я подумал, что существуют вещи, которых я мог и не видеть раньше. - Он тоже усмехнулся.
       - Вот именно, на это я и рассчитывал!
       - Но, уважаемый, "ПП" есть у меня! - Лис кивнул на свою сумку. - Давай, сделаем друг другу настоящие укольчики для уверенности!
       - Считаю, теперь уже нет необходимости, - покачал головой Сварог. - Можешь рассматривать это как высокую степень доверия к тебе.
       - Хм... - пробормотал Лис.
       Он хотел сказать, что не станет возражать, если сам хозяин всё же введёт препарат себе, но затем решил не перегибать.
       - А что же ты мне такое вколол? - осведомился Лис.
       - Обычный лёгкий транквилизатор. Ты ведь чувствуешь себя нормально?
       - Абсолютно, - подтвердил Лис. - Ну, ладно, приступим ко второй части обмена информацией?
       - Секунду, - Сварог помотал пальцем и достал из кармана второй цилиндрик, похожий на первый.
       - Смотри, - сказал он, - у меня есть средство, которого, к счастью, я знаю точно, нет у Инглемаза. Теперь, захватив твою Монру, он обладает и "ПП", что сделает подонка более самоуверенным, а быть самоуверенным плохо. И это - часть моего плана. - Сварог поднял цилиндрик, зажатый между двумя пальцами, как сигарету. - Этот препарат блокирует действие так называемого "ПП". Я, в принципе, мог бы тебя обмануть, дать сделать инъекцию и себе, а ты бы думал, что я рассказываю тебе абсолютно всё.
       - Это ты к чему? - поинтересовался Лис.
       - К тому, чтобы ты оценил, насколько я с тобой откровенен: даже сделай мы друг другу инъекции, я мог ввести себе антидот, а ты оставался бы уверен в правдивости моих ответов.
       - Ага, моя оценка этого жеста должна привести к тому, что я посчитаю лишним использовать препарат на тебе?
       - Правильно, но самое главное, на наличии этого препарата сейчас строится мой план. Я его тебе изложу, но ты же хотел узнать обо мне, не так ли?
       - Просто горю от нетерпения! - подтвердил Лис.
       - Считай, что я тебе доверяю, цени! Могу сказать, рассматриваю тебя не совсем обычным землянином. Уже то, что ты провёл в мире Терпа пятнадцать лет, и у тебя ни разу не возникло желание, например, притащить какую-нибудь штуку в мир Земли и на ней банально озолотиться, говорит о многом. Надеюсь, я в тебе не ошибаюсь, рассказывая вещи, которые, вполне возможно, больше не знает вообще никто.
       - Ну-ну, спасибо, - пробормотал Лис. - С нетерпением жду...
      
       Слушая Сварога, у Лиса стало появляться чувство, что, уже немного зная Творцов, можно было догадываться о чём-то подобном.
       "Насколько же их общество разобщено и индивидуализировано", лишний раз подумал он. Да, впрочем, действительно: разве их можно называть обществом? Отдельные разбросанные по граням пространства или пространств индивидуумы. Удивительно, как они ещё могут с кем-то сотрудничать?
       С другой стороны, ведь совершали же абсолютно человеческие поступки Монра и Терп! Хотя, конечно, как знать, если бы на месте Сварога в своё время оказался тот же Терп, как бы он повёл себя. А уж как бы повёл себя Нимрат, и думать не хочется. Хотя, возможно, Терп во многом отличался от "среднестатистического" Творца тем, что много времени пробыл на Земле среди "обычных" людей. Это что-то изменило в нём и сделало поведение более похожим на естественное поведение нормального человека. С другой стороны - а что есть понятие "homo normus"?
       Согласно рассказу Сварога, получалось, что он, как и Инглемаз, являлся в настоящее время, наверное, одним из самых старых, если можно было так выразиться, Творцов. По-своему, даже для Творцов он был весьма нестандартной личностью. Лис не спросил Сварога о возрасте, но приблизительная прикидка давала никак не менее тридцати-сорока тысяч лет!
       Некоторые моменты, рассказанные Сварогом, не вполне соответствовали уже слышанному Лисом, например, от Эльота, Монры и Терпа. Однако такое, вероятно, можно списывать на то, что более молодые Творцы многое не знали сами, а передавали, в общем-то, слухи, в любые времена и в любых местах доносящие сведения о реальных событиях в сильно искажённом виде. Как ни смешно, такое оказывалось сродни пересудам старух, сидящих у подъезда на лавочке, и рассуждающих об убийстве ревнивым мужем жены в соседнем доме. В конце концов, в таких рассказах и муж окажется не мужем, а любовником, и жена не женой, а тёщей, и так далее.
       В незапамятные времена, о которых у таких "молодых" представителей Творцов как Терп и Монра, остались самые смутные впечатления, Сварог входил в группу немногих уцелевших учёных, занимавшихся исследовательской работой.
       Сварог был исследователь по натуре, безусловно, властолюбивый, как все Творцы, но именно исследователь, учёный-экспериментатор. Такое качество, по мнению Лиса, сильно выделяло его среди всех встречавшихся до настоящего времени Творцов. Лишь Терп в этом смысле как-то напоминал Сварога
       Как раз группа учёных, куда входил Сварог, обнаружила в те незапамятные времена "выход" в мир Земли и Ключи.
       - Если бы я нашёл все штучки один, как ты, - сообщил Сварог, - я, скорее всего, похоронил бы это знание в себе.
       Но Сварог присутствовал при обнаружении первого Ключа не один, и скрыть эти сведения, по крайней мере, от членов той научной группы не мог. Все коллеги, правда, единодушно сошлись во мнении о неразглашении сведений, но сработала древняя и справедливая во всех вселенных мудрость о том, что известное двоим, почти всегда знает и свинья. И, так или иначе, информация распространилась среди оставшихся Творцов.
       На удивление, массового нашествия в мир Земли, суливший, казалось, выход в большой космос, которого когда-то так не хватало цивилизации Творцов, не началось. Видимо, к тому времени цивилизации как таковой уже не осталось. Многие Творцы, обзаводившиеся собственными вселенными, где могли чувствовать себя полновластными, находящимися в недосягаемости богами, не захотели соваться в новый и полный опасностей мир, тем более что совсем недавно закончилась решающая битва с шаровиками.
       Только сравнительно небольшая группа на первых порах отважилась выйти на Землю и начать создавать колонию на острове, впоследствии ставшем в земных легендах Атлантидой.
       Инглемаз тоже входил в эту группу. Он оказался среди тех, кого послали уничтожить захваченные шары, и все эти Творцы исчезли, как исчез и сам Инглемаз. За общей неимоверной неразберихой тех времён многое позабылось, но, главное, шаровики сгинули - и всех это устраивало.
       Но учёные из группы Сварога всё-таки сумели скрыть от остальных Творцов главное открытие на Земле, так и оставшееся тайным достоянием двадцати трёх человек, изначально работавших со Сварогом.
       Это было то ли место, то ли устройство, то ли явление, которое условно назвали "Центр".
      
      
      Г Л А В А 10
      
       Центр представлял собой систему помещений, распределённых - именно, распределённых! - в неких смежных пространствах с выходом на Землю. По большому счёту собственно Центром можно было назвать только сравнительно небольшой участок физического пространства, некую "комнату", своеобразный пульт управления переходами между этими смежными пространствами. Хотя, давая такие определения как, например, "небольшой" или "пульт", сам Сварог признавался, что это, скорее всего, чисто субъективные понятия.
       Определить или хотя бы описать действительные размеры "помещения", где располагался "пульт управления" не удавалось. Причём оказалось, что пульт позволял "дублирование" самого себя, так что мог быть воспроизведён в нескольких точках физического пространства или пространств. Вполне возможно, что он и не воспроизводился там вовсе, а просто изначально существовал. На вопрос Лиса, как подобное происходит, Сварог развёл руками.
       - Но ты им научился пользоваться? - то ли спросил, то ли констатировал Лис.
       - Научился, - с некоторым сомнением ответил Сварог. - В некоторой степени, так же, как Ключом.
       Из пространства пульта управления можно было строить "коммуникации", суть - знакомые Лису точки перехода, в любые места материальных миров. Такое свойство представляло собой принципиальное отличие от простых точек перехода между искусственно созданными вселенными, хорошо известными Творцам и примкнувшему к ним Лису. Поэтому, опасаясь распрей среди только-только начавших обретать покой остатков их цивилизации, группа Сварога в своё время и решила не сообщать никому об открытии Центра.
       Во всяком случае, так объяснял подобные действия Сварог. Лис с определённым пониманием отнёсся к такой позиции. Он и сам когда-то очень быстро пришёл к выводу, что на Земле ни к чему знать об обнаруженной им точке перехода в виде полукруга, с которого и начались его приключения.
       При изучении Центра при самых различных обстоятельствах погибли шесть членов группы Сварога. Ещё троих не стало при первых вылазках в смежные пространства. Таким образом, к моменту, когда группа более или менее разобралась с некоторыми функциями Центра, в ней насчитывалось лишь четырнадцать Творцов.
       Лиса очень заинтересовало свойство так называемых смежных пространств. Никто из первоначальной группы, по словам Сварога, так и не поняли истинной картины мира смежных пространств Земли и увязки его с миром Творцов. Главное - обнаруженное явление шокировало членов группы не менее, если не более, чем открытие когда-то ограниченности пространства их родного мира деморализовало всю цивилизацию.
       Более того, после многих сделанных в мире Земли открытий, собственная история их замкнутой вселенной начала представляться в совершенно ином свете. Все сходились во мнениях, что, скорее всего, возможны два варианта. Первый заключался в том, что исходная вселенная Творцов могла являться просто некой естественной репликой, смежной с пространством Земли, но каким-то уже совершенно непостижимым образом изолированной внутри самой себя. Во втором случае следовало признать, что вселенная эта - есть тоже не более, чем компактная искусственная вселенная, неизвестно когда и кем созданная, аналогично тому, как создавали свои мини вселенные сами Творцы, нашедшие способ создания в "нормальном" пространстве таких ограниченных "подпространств".
       Лиса заинтересовало, каким же образом поддерживается энергетический баланс искусственных вселенных, поскольку со школы и в институте хорошо усвоил принцип Гамильтона и, как аксиому, закон сохранения энергии, которая не может появляться "ниоткуда". И, если вселенные Творцов являются искусственными образованьями, то на поддержание их стабильного существования должна затрачиваться прорва энергии. Откуда же она берётся? Когда-то Компьютер Дворца ответить на этот вопрос не смог, что крайне озадачило Лиса, и у него вообще сложилось впечатление, что эта тема - некое табу.
       Сварог признал, что почти так и есть, но не столько табу, сколько сводящая с ума тайна.
       - Это самая большая загадка для нас, - сообщил он. - Почти очевидно, что в основе всего лежит энергия гравитации, именно с её помощью создаются искусственные вселенные и обеспечивается их энергетический баланс.
       - Но ведь гравитация - это масса, а значит, вещество! - возразил Лис. - Ты хочешь сказать, что вы, манипулируя этим самым пространством, так и не поняли строения вещества?!
       - У меня, да и не только у меня, давно сложилось впечатление, что Творцы вообще не сами открыли способ создания так называемых искусственных вселенных. Возможно, идея была подброшена...
       - Подброшена? - удивился Лис. - Кем?
       Сварог пожал плечами:
       - Вряд ли удастся узнать. Когда начинаешь об этом думать, буквально, охватывает отчаяние. Никто из нас нигде никогда ни разу не сталкивался даже с маломальским намёком на возможный ответ. Мы давно стараемся и не думать на эту тему, воспринимая положение дел, как данность. Откровенно, впечатление такое, словно кто-то сделал так - и просто ушёл, ушёл навсегда и неизвестно куда. Дискутировать можно бесконечно. Я, да и любой другой из наших, действительно, почти ничего не знаем. Существовала вселенная Творцов, где наша цивилизация, как цивилизация, практически себя изжила, но мы, так или иначе, научились создавать миниатюрные миры для услады нашего ущемлённого самолюбия. Потом как-то нашёлся выход в "большой" мир, а правильнее сказать, миры. Всю информацию по данному вопросу можно уложить в эти несколько слов, а остальное будет просто переливанием из пустого в порожнее.
       Больше всего, по словам Сварога, Центр по своему главному принципу напоминал переход, шлюз, тоннель между пространствами, смежными тому, где находилась Земля. Причём имелись ввиду не искусственные вселенные Творцов, а совершенно независимы параллельные пространства. Все такие пространства, куда "заглядывали" участники группы, напоминали друг друга, как если бы некто породив близнецов, позволил им после этого развиваться абсолютно самостоятельно: генотип один, а фенотипы различаются.
       В то же время около сорока тысяч лет тому назад группа Сварога поставила эксперимент на уже формировавшемся тогда человечестве Земли. Предки современного человека во всех отношениях напоминали предков Творцов. Развитие было ускорено, и предки землян перескочили не менее чем несколько миллионов лет эволюции. Тогда же возникла идея ускорить и социальное развитие, что достигли, по общему признанию, за счёт уменьшения продолжительности жизни индивидуумов.
       Земля вообще длительное время оставалась большой лабораторией для группы Сварога, прежде всего пытавшейся разобраться в феномене Центра. Однако принципиального результата здесь достичь не удалось. Когда стало ясно, что группа бессильна понять принципы феномена, коллегам всё труднее стало уживаться друг с другом. Здесь, видимо, сказались и общие проблемы сосуществования в ограниченных замкнутых коллективов, и раздражение от невозможности понять необъяснимое, и уже в полную силу дававший себя знать индивидуализм Творцов. Конфликты рождались из мелочей, множились, нарастали, и дальше так продолжаться не могло при условии, что "избранные", сами себя определившие таковыми, хотят принципиально сохранить существование Центра в тайне от своих остальных соплеменников.
       Как косвенно догадался Лис, личные распри грозили самыми серьёзными исходами, и тогда приняли радикальное решение, с которым на удивление согласились все члены "группы четырнадцати": они решили "поделить" между собой вселенные, сообщающиеся с Центром.
       Условно выбрали четырнадцать миров, отстоящих друг от друга не менее чем на четырнадцать параллельностей, как стали называть "большие" смежные вселенные. Каждый член группы получал в распоряжение условный центральный мир и в принципе, похоже, практически бесконечное количество других миров, так сказать, "транслокальных" к его базовому миру в направлении, не пересекающем параллельности базовых мира бывших коллег. Там он мог вести любые эксперименты на своё усмотрение. Во избежание конфликтных ситуаций никто не имел права без серьёзной причины (о которой обязан был предупреждать соседа), приближаться к базовой вселенной любого бывшего коллеги "ближе", чем на семь транслокальных вселенных.
       Но, несмотря на столь сильное желание размежеваться, бывшие соплеменники договорились оказывать друг другу помощь в экстренных ситуациях, если таковые возникнут.
       Лис про себя отметил, что, видимо, характер перемещения между вселенными, упоминаемыми Сварогом, и выбранными за "базовые", отталкиваясь от вселенной Земли, носит некий "последовательный" характер, хотя вселенные и "параллельные". Правда, он весьма смутно представлял себе такую структуру, да ещё и при наличии неких "транслокольностей", но уточнять не стал. Не это сейчас было главное, а окончательно путать себе мозги раньше времени не стоило.
       Сварогу по жребию в качестве его базового мира выпал мир Земли. Кстати, как утверждал он, никто не горел желанием брать эту вселенную себе, так как именно здесь оставался единственный контакт с соплеменниками, а, значит, и возможность потенциально конфликтных ситуаций.
       - Почему же вы просто-напросто не бросили Землю? - удивился Лис. - Ну, предоставили бы этот мир сам себе - и дело с концом.
       - Здесь оставался выход к Творцам, а за ними нужен был присмотр - своеобразная "нагрузка" для того, кому этот мир доставался. Если мир Земли остался бы без присмотра, то сохранялась вероятность, что Творцы рано или поздно могли найти Центр, и уже сложившемуся положению вещей пришёл бы конец. Было решено, что пусть лучше они сидят в своих карманных вселенных.
       - То есть вы, "комитет четырнадцати"...
       - Группа, - совершенно серьёзно поправил Сварог.
       - Ну, группа, ваша группа, уничтожила остров с колонией Творцов, а потом влияла на тех, кто слишком активно пытался проявлять себя на Земле?
       - В общем-то, так, - признал Сварог.
       - Почему тогда не решили проблему радикально: просто не истребили всех?
       - Ну, зачем же так! - Сварог помотал головой. - Вопрос так не стоял - всё-таки соплеменники. Только, когда иначе было уже нельзя, признаю, приходилось действовать радикально. Но тех, кто особо не лез, куда не надо, никто не трогал.
       - А как же Терп? Насколько я знаю, он для своего мира даже позаимствовал людей на Земле.
       - Да, это имело место, но тогда ему повезло: во-первых, я уже давно пребывал на Земле один, а как раз в тот период и я здесь отсутствовал. Я даже не сразу понял, что он осуществил подобные манипуляции. У меня есть ещё один мир, которым я занимаюсь также плотно, как Землёй, так что мне приходится отлучаться. В конце концов, то, о чём ты говоришь, было не так уж страшно, и я решил не принимать никаких мер. Ну, вывел несколько раз по несколько тысяч человек - на Земле не убудет! Активно же Терп в жизнь этого мира не лез. Лет сто назад он, правда, почти забросил свою планету Граней и практически обосновался здесь, но, насколько я видел, никак не пытался влиять на ход местного развития. Я некоторое время наблюдал за ним, но он в основном копался в книгах, торчал в библиотеках, в общем, я не считал его опасным. Если бы Терп стал таковым, то, конечно, пришлось бы его убрать.
       - Хорошо, - кивнул Лис, - ну а как ты связан с Инглемазом? Каким образом он сумел так тебя кинуть?
       - Я, собственно, к этому и подвожу, - криво ухмыльнулся "хозяин Земли".
       При условии, что Сварог говорил правду, история показалась Лису до примитивного глупой. Или его потенциальный новый союзник врал, или он допустил самую большую оплошность, какую только могла себе позволить личность в его положении. Видимо, принимая слова Сварога на веру, следовало заключить, что, являясь, фактически, людьми, Творцы были не лишены всего набора слабостей, присущих роду человеческому, и порой делали ошибки, да какие!
       Дело складывалось так. После того, как Земля по жребию досталась Сварогу, тот решил управлять развитием нарождающейся цивилизации людей, созданных, без всяких преувеличений, по образу и подобию Творцов. Вначале всё производилось весьма просто: являясь к отдельным малочисленным племенам под видом разнообразных богов, Сварог достаточно эффективно направлял их развитие. Но человечество в виду ограниченной продолжительности жизни, было очень плодовитым. Это Творцам пришлось допустить, иначе вид не выжил бы вообще.
       Племена множились, и Сварогу стало всё труднее контролировать каждую конкретную популяцию. Затем начали возникать государства, развивалась культура и наука, и представать перед народом в виде некоего реально наблюдаемого божества становилось проблематично. Тогда Сварог перешёл к тактике "невидимого", но всезнающего и всевидящего бога, что сразу же привело к формированию монотеистических религий.
       В первый раз Сварог почти пришёл в отчаяние в период великого переселения народов: он планировал всё совсем не так. Как раз в это время ему приходилось часто отлучаться на соседнюю копию Земли, и орды варваров на Земле-1 окончательно доконали Римскую Империю, которой в замыслах Сварога предстояло претерпеть существенную трансформацию, но никак не сгинуть, и сыграть основополагающую роль в формирование зародыша глобальной земной цивилизации. И тогда Сварог решил завести помощника.
       Лис улыбнулся и вспомнил знакомый с раннего детства куплет (его покойный отец был большим любителем Владимира Высоцкого, и дома у них часть звучали записи барда).
       - "Но работать без подручных может грустно, а может скучно..." - пропел Лис.
       Сварог невесело скривился, демонстрируя понимание цитаты:
       - Увы, как это не смешно...
       - Но тогда, если серьёзно, тебе же необходимо иметь целый штат смотрителей, постоянно и целенаправленно вносящих какие-то коррективы согласно твоему плану, - заметил Лис. - А, вообще, ты уверен, что знаешь, как надо действовать? Ты понимаешь, что - правильно, что - неправильно? Я абсолютно серьёзно спрашиваю. Как мне казалось, для проведения полностью осознанной политики необходимо иметь наработанный материал для сравнения и...
       - Именно! Ты угадал! - Сварог встал с кресла и прошёлся по комнате. Казалось, он очень доволен пониманием Лиса. - Я давным-давно воспроизвёл все земные условия в параллельном пространстве.
       - То есть, создал там нечто подобное?
       - Да, я же уже говорил, что все эти пространства являются в определённой степени репликами друг друга. Но я постарался воссоздать в максимальном приближении условия этой Земли с уже имевшимися расами, соответствовавшие периоду тридцать тысяч лет тому назад. Где-то я успевал выполнить определённые воздействия, где-то нет, и развитие идёт по-разному! Вообще имеется лишь одна схожесть. Естественно, и там и там есть группы людей, которых можно называть учёными, занимающимися вопросами истории, философии и так далее. Так вот, в обоих мирах, - Сварог усмехнулся и покачал головой, - многие из них делают выводы о закономерности именно имеющегося у них пути развития. Они находят тысячи объяснений "неизбежности" исторических процессов и доказывают, например, что если какой-то народ в данный момент достиг конкретного уровня развития, то иначе и быть не могло. Если, скажем, некий полководец выиграл битву, то выстраивается абсолютно нерушимое, по мнению таких историков и философов, доказательство, что сей стратег просто не мог проиграть. Это ерунда, как ты уже, видимо, понимаешь. Конечно, определённые закономерности всегда существуют, но они настолько общие и при этом настолько тесно функционально увязаны друг с другом, что любое развитие, а особенно социально-историческое, суть поливариантно. Например, как кубики: элементы вроде бы одни и те же, а построить из них можно массу различных конструкций. К счастью, везде существуют и философы, хорошо это понимающие. Есть ещё много миров формально под моей юрисдикцией, я даже не успеваю следить за всеми. Но вернёмся к моим проблемам с Инглемазом.
       Его Сварог впервые заметил в Древнем Риме. Инглемаз под видом различных влиятельных фигур Империи на протяжении длительного времени играл активную роль в происходящих там процессах. Когда Сварог понял, что под разными личинами выступает некий Творец, первым желанием, само собой, было ликвидировать непрошеного деятеля.
       Однако, проанализировав действия Инглемаза, Сварог пришёл к выводу, что многие из них очень похожи на попытки противодействовать распаду имперской структуры. Такая активность полностью соответствовала планам Сварога, а так как он уже подумывал, если не о полностью доверенном лице, то хотя бы о близком помощнике, то установил контакт с Инглемазом.
       Сварог предложил Инглемазу сотрудничество, рассказав тому кое-что о своём пребывании на Земле. В тайне, естественно, осталось существование Центра и все, связанные с этим, нюансы. Инглемаз с энтузиазмом согласился помогать.
       Несмотря на продуманность легенды, Сварогу очень быстро стало трудно скрывать некоторые факты. Например, отлучки в мир второй Земли и параллельные пространства, которые он пытался объяснять необходимостью "присматривать" за собственной миниатюрной вселенной. Объяснения эти показались Лису шитыми белыми нитками, но Инглемаз, по словам Сварога, принял их легко и не требовал от своего коллеги-руководителя большего.
       - Сейчас мне само странно, почему быстрое согласие не задавать лишних вопросов не насторожило меня в должной мере, - сказал Сварог. - Но факт остаётся фактом: я, увы, проявил излишнюю самоуверенность и считал, что у меня всё под контролем.
       Сам Инглемаз рассказал, что входил в группу Творцов, занимавшуюся когда-то уничтожением оставшихся шаровиков. По его словам, группа вывезла шары в один из заброшенных искусственных миров, созданных давным-давно Творцами, и там уничтожила. При этом возникла конфликтная ситуация, когда некоторым членам группы пришла в голову мысль оставить часть шаровиков, чтобы шантажировать других Творцов и заставить их поделиться хорошо обустроенными мирами и техникой. Сам Инглемаз уверял, что был категорически против подобного шантажа.
       По версии Инглемаза произошла стычка, часть Творцов погибла, а часть сторонников использования шаровиков, якобы, бежала и где-то затерялась. Инглемаз считал, что они сгинули в одном из недоделанных заброшенных миров. Сам он долго скитался по миниатюрным вселенным, и несколько раз чуть не погиб, поскольку многие хозяева устраивали настоящую охоту на непрошеного гостя.
       Попытки привести в порядок некоторые из ничейных вселенных не увенчались успехом, в виду отсутствия у него необходимого оборудования. В конце концов, Инглемаз отправился на Землю, обосновался и жил под видом землянина, находя определённые прелести в таком существовании.
       - Ты уничтожал всех, кто вмешивается в дела на Земле, - удивился Лис, - но почему не тронул его?
       - Тут особый случай. Я же сам, в общем-то, искал подручного, как поётся в той песенке. Сначала я долго наблюдал за действиями Инглемаза, и они мне тогда даже понравились. Конечно, всё получилось глупо: я попался на желании видеть то, что мне хотелось видеть. Признаюсь, я сильно запутался в делах этой Земли, тут складывается сложная ситуация, а я многое не успеваю сделать вовремя, и такое положение сложилось уже очень давно. Я увидел грядущие проблемы ещё во времена римлян и греков. Ошибкой, безусловно, было создание полирасового мира с множеством народов, языков, религий, хотя есть и другие факторы. На Земле-два схожие проблемы, и я старался не допускать такого расслоения. Я, наверное, взялся за трудную для одного индивидуума задачу, пусть даже и с такими огромными, казалось, возможностями: тут действительно нужен штат в десятки, если не сотни, сотрудников. Но просто всё бросить я уже не могу. Не буду сейчас тебе объяснять сложность положения, чтобы у тебя не появилось желания играть роль спасителя человечества, а мне бы не пришлось разбираться ещё и с тобой. Всё равно быть спасителем у тебя не получится, лишь напортишь.
       - Почему же? - саркастически поинтересовался Лис.
       - Поверь, так уже бывало не раз, именно поэтому я свёл общение с людьми к самому необходимому деловому минимуму, целенаправленно не внедряю никаких идей и стараюсь не говорить лишнего при частных прямых контактах с представителями рода человеческого. Всё равно истолкуют не так, как надо. Естественно, сотни и тысячи лет тому назад это проявлялось заметнее. Пообщаешься с кем-то более плотно, чем обычно, а они то начнут проповедовать, что следует подставлять левую щёку, когда тебя ударили по правой, то, наоборот, придумают, что молиться нужно не менее пяти раз в день, а всех "неверных" перерезать. Сейчас попроще - не думаю, что ты, например, стал бы создавать какую-то новую религию и уж тем более жертвовать собой на чём-то вроде креста, но плоды прошлых ошибок я пожинаю и сейчас... В общем, ситуация сложная уже давно без всякого Инглемаза, тому много причин, вдаваться не буду. Мне удаётся, точнее - удавалось гасить большинство могущих стать фатальными конфликтов, подправлять кое-что, но я не могу находиться только здесь. И я подумал, что мне может быть полезна некая приближённая личность для выполнения серьёзных поручений. Я решился не сразу, а после долгих размышлений, и мне казалось, лучше подойдёт кто-то из Творцов, раз уж так получилось, что таковые вообще сохранились. Нужен был обязательно не землянин, чтобы однозначно не возникало желания "помогать своим", а если говорить о Творцах, важно, чтобы этот кандидат имел минимум контактов с этими самыми Творцами...
       - Да все они, то есть, вы, по-моему, друг с другом практически не общаетесь, - перебил Лис.
       - А мне вообще нужен был затворник в определённом смысле, и Инглемаз, казалось, являлся почти идеальной фигурой. Касательно его деятельности, например, можно сказать, что когда он подменил сына Марка Аврелия и стал императором, то сумел очень быстро прекратить войну с германскими и сарматскими племенами на Дунае... Ты знаешь, кстати, кто такой Марк Аврелий?
       - Имя знакомое, видимо, связано с Древним Римом, а конкретно..., - Лис дёрнул плечом. - Философ, что ли?
       - Почти, - махнул рукой Сварог. - Император-философ - но это отец, а Инглемаз, повторяю, подменил сына. Но, в общем, получалось почти то, что я считал нужным. У Инглемаза, разумеется, имелись недостатки: любил ударяться в загулы и оргии. Я даже подозреваю - это он римлян научил...
       - А этому надо учить? - ухмыльнулся Лис.
       Сварог пару секунд смотрел на него.
       - Но подобное поведение обычно для большинства Творцов в собственных мирах, - пояснил он, - да и на Земле иной раз они такое вытворяли!
       - И ты тоже? - снова быстро вставил Лис.
       - И я иногда тоже, - признал Сварог. - Иногда просто необходимо разрядиться.
       - Понимаю, но чему же сверхъестественному в этих вопросах можно научить? Были бы возможности!... - оттопырил губу Лис.
       - Я наблюдал за Инглемазом достаточно долго, и прекращение войны с племенами германцев было, естественно, не единственным правильным, с моей точки зрения, действием. Он отличался несвойственной многим Творцам смелостью, и я думал, что при должном направляющем воздействии, он может стать очень полезен. Кроме того, как раз в упомянутый момент Инглемах попал в серьёзную передрягу - его прирезали в гладиаторских казармах, а я вытащил умирающего с того света. Рассчитывал, что и Творцы могут быть благодарными.
       - Ого, - Лис округлил глаза, - и тебе не чужда сентиментальность!?
       - Очень редко, скажем, раз в тысячу лет, - усмехнулся Сварог.
       - Почему же ты всё-таки не выбрал Терпа, например? Он интересовался Землёй, часто сюда выбирался. Ты же его тоже засёк, и не мешал почему-то??
       - Ну, во-первых, тогда Терп просто не был в поле моего зрения. Я обращал на него внимание, но между делом, как говорится. А вот последние годы я следил за ним с определённым интересом, и даже знал, где находятся его тайные квартиры. Но, так или иначе, Терп мне не подходил. Может быть, я даже подумал бы тогда и о втором помощнике, тем более что подозрения относительно Инглемаза уже почти подтвердились, но в этот период Терп активно общался с женщиной, тоже Творцом, а двое Творцов сразу, да ещё женщина, мне были не нужны. Но самое главное, я видел, что Терп по натуре таков, что стремится воздействовать на мир по своему разумению, он собственный мир делал-переделывал, любил экспериментировать, я проверил. Поэтому он мне не подходил: я опасался, что он начнёт серьёзно вмешиваться в развитие дел на Земле.
       - Почему же тогда ты так долго терпел Терпа на Земле?
       - Повторяю, если бы он начал осуществлять здесь какие-то серьёзные вмешательства, и я бы такое заметил, его существованию пришёл бы конец. Но Терп вёл себя спокойно, просто наблюдал. В основном, интерес сосредотачивался на попытках понять ситуацию на Земле. Он даже начал кое о чём догадываться - не столько о моём существовании, сколько о возможности наличия такового, поэтому мне стало даже любопытно. Я не сомневался, что ситуация под контролем, и не трогал Терпа. Правда, незадолго до вашего совместного появления здесь он сам, можно сказать, начал охоту на меня, точнее, на эту, вызывающую воздействия силу, о наличии которой Терп догадывался. Но на моём месте уже находился Инглемаз, я сам скрывался от него, и мне подобное развитие событий было даже на руку. Вот тогда я стал серьёзно подумывать, не взять ли Терпа в союзники - хотя бы против Инглемаза. Но тут появились вы все вместе, и я решил рискнуть с тобой, тем более что события стали складываться как нельзя лучше для моего плана. Теперь ты - практически первый не только из землян, но первый из Творцов, кто узнал столь много.
       - "Столь много" - большая натяжка! - вставил Лис.
       - И тем не менее! Я не должен рассказывать подобные вещи землянину, но нет выбора.
       - Что ж, - примирительно и без сарказма сказал Лис, - в любом случае я польщён. Мы сейчас действительно связаны одной целью, или цепью. Я, правда, не могу понять, зачем Инглемаз погнался за мной в мире Терпа, где я был в абсолютном неведении о событиях на Земле? Вообще-то шаровики гнались за несколькими Творцами, ну и меня заодно, как я понял, тоже решили изловить. Но зачем, если Инглемаз ещё не покончил с тобой здесь? Где логика?
       - Я могу объяснить это желанием взять всё, абсолютно всё под свой контроль. Работая со мной, Инглемаз узнал, что на Земле находится Терп. Затем он, видимо, выбрался на разведку в так называемый мир Граней, во Дворец, где в то время как раз не было ни Терпа, ни тебя, но о тебе он там что-то узнал. Возможно, там изначально побывал даже не сам Инглемаз, а его шаровики, информация о твоём пребывании зафиксировалась в системах Дворца, и шаровики, отправленные уничтожать Творцов, решили разделаться и с тобой, предполагая, что ты и ты из нашего круга. Похоже на этом этапе Инглемаз задался целью убрать всех Творцов, но тут он несколько переоценил свои силы и поспешил. К большому для меня счастью, - добавил Сварог.
       - Но как шаровики прошли туда так легко? - удивился Лис, и, видя, что Сварог разводит руками и укоризненно качает головой, спохватился: - Ах, ну да, разумеется, о чём это я?!
       - Вот именно! - сказал Сварог, продолжая кивать. - При наличии Ключа Инглемаз мог открывать пути в любой мир Творцов.
       - Ну да, ну да, - покивал Лис. - Удивляюсь, как ему удалось заставить подчиняться шаровиков, раз они изначально лютой ненавистью всех вас? Я, правда, видел у него какой-то прибор, как бы гипнотизирующий их, но те, с кем я общался, не выглядели какими-то зомби и действовали вполне осознанно.
       - Похоже, ты описываешь устройство для инициирования шаровика, пребывавшего в режиме консервации в шаре, а устройства для подчинения я не знаю, - сказал Сварог. - Безусловно, то, что они подчиняются Инглемазу, очень странно, но факт. Возможно, он сумел как-то с ними договориться...
       Лис почесал затылок:
       - Не знаю... Я пытался убедить шаровиков, что мне ни к чему воевать - бесполезно! Неужели они поверили сказкам про посланца "Великого Ничто"?
       - Кстати, этот момент весьма интересен: у шаровиков давно возникло нечто вроде религии, но никто её специально не изучал.
       Несколько секунд они молчали, затем Лис, понимая, что не это сейчас главное, всё же задал вопрос, который уже давно хотелось задать:
       - Слушай, а все легенды, предания, имеющие хождение на Земле о, якобы, посещениях пришельцев, НЛО и прочих штучках? Это как-то связано с тобой, вообще с Творцами и вашей историей?
       - Увы, да! Насчёт неопознанных летающих объектов - ну ты же и сам можешь догадаться. Мне иногда приходится присутствовать в каких-то местах, а возможность или время протянуть переход от Центра или установить точку перехода есть далеко не всегда, да и не всюду это удобно по массе соображений. Иногда некоторые мои действия засекают, и, к сожалению, всё чаще и чаще, но большая часть НЛО, разумеется, просто выдумки. Ну, а что касается разных легенд, исторических находок и тому подобного, то многое из этого - последствия деятельности Творцов. Надо сказать, свои пребыванием здесь в течение длительного времени и совершенно не скрываясь, Творцы много напортили в чистоте эксперимента. Они внесли огромное количество искажений в развитие земного человечества ещё тысячи лет назад. В принципе можно, конечно, всё начать почти заново, но жалко уже потраченного времени, да и, если честно, я как-то даже привязался к вашему чёртову человечеству со всем его проблемами. Мне хотелось бы довести это дело до более приёмлемого состояния.
       - А что значит "заново" - не понял Лис.
       - Применить глобальный катаклизм. Например, можно сместить ось планеты. Это приведёт к изменению контуров океанов и материков, будут затоплены огромные пространства суши, а где-то, наоборот, освободится дно морей. Последует длительный период возросшей вулканической и сейсмической активности. Нынешняя цивилизация практически перестанет существовать, и всё начнётся "с нуля", снова с пещер и лесов.
       - Жёстко! - проворчал Лис. - Ты крутой "отец народов"!
       - Говорю же: пока я не планировал столь радикальных мер. Ведь снова потребуются тысячи лет терпеливого ожидания, а тут ещё серьёзная проблема с Инглемазом!
       - Понимаю, - вздохнул Лис, - но что же дальше происходило у тебя с твоим "избранником"?
       - На первых порах, как я говорил, Инглемаз неплохо помогал мне. Но, спустя некоторое время, у меня начали появляться подозрения, потом окончательно подтвердившиеся. Мой помощничек, которому я оказал такое доверие и даже спас от смерти, без моего ведома за моей спиной сам начал влиять на развитие Земли.
       - И как же он это делал?
       - Методы самые обычные: устранение некоторых личностей, оказание финансовой помощи таким лидерам и группировкам, которым при естественном ходе дел никто никогда никакую помощь не предоставил бы. Внушение людям и в первую очередь крупным общественным деятелям с помощью специальных средств определённых идей и тому подобные вещи. Вполне возможно, что он, как и многие представители цивилизации Творцов, подсознательно считает себя чем-то обделённым по сравнению с земным человечеством, живущим в более масштабной вселенной. Может быть, поэтому Инглемаз и начал стараться создать этому человечеству "весёлую" жизнь, наслаждаясь страданиями. Но, возможно, я утрирую. Оказывал же он стабилизирующее воздействия в те времена, когда я установил с ним контакт! Хотя, может быть, его чем-то привлекала жизнь именно в Римской Империи, и он просто стремился сохранить то, что нравилось? Как никак, Инглемаз лет триста провёл там под видом разных состоятельных людей.
       - Ну, а в чём потом стало проявляться, создание им человечеству "весёлой", как ты говоришь, жизни?
       - Он стремился к заведомо проблематичным ситуациям, как садист любуясь трудностями, переживаемыми человечеством.
       - Неужели он настолько примитивен? - искренне удивился Лис.
       - Не примитивен, отнюдь, но я очень сильно в нём ошибся: он оказался просто патологическим типом. Судя по всему, ему нравится единообразие мышления среди низших, по его мнению, существ. Первая крупная акция, проведённая в тайне от меня, вызвала бурное развитие инквизиции в Западной Европе. А я тогда ещё голову ломал: всё это казалось каким-то странным отклонением.
       - Почему же ты не пресёк подобные действия сразу? Куда смотрел?! Ты на либерала не похож!
       - Сначала я просто не понимал происхождения этих эффектов - в принципе, вариации хода исторического развития возникают и сами по себе, и немало. Но очень сильные подозрения у меня появились после революции во Франции в конце восемнадцатого века. Правда, во всех этих случаях Инглемаз не мог действовать совершенно открыто, поскольку я тогда лично присутствовал на Земле, и там удалось быстро кое-что выправить. Конечно, сам факт такого кровавого помешательства не мог остаться без серьёзных последствий. Ты, возможно, вспомнишь, что французские революционеры начали совершенно бессмысленные казни, занялись переименованием месяцев календаря - бредовое занятие и чрезвычайно дурной прецедент в истории, деяние, отвлекающее впустую массу времени и людских сил. Если бы я тогда сразу догадался о причинах явления, многое вообще осталось почти без последствий. Но примерно через пятьдесят лет я покинул Землю на довольно долгий по здешним меркам срок, а когда вернулся, то пришёл в ужас: чуть-чуть не дошло до атомной войны.
       - А, ты имеешь в виду Карибский кризис? - спросил Лис. - То есть, ты отсутствовал лет сто пятьдесят...
       - Это уже следствие! - махнул рукой Сварог. - Я имел в виду атомные бомбы, сброшенные на Японию.
       - И это его рук дело?! - изумился Лис.
       - Не он сам их сбрасывал, естественно. Но я просчитал: такое развитие событий - прямой результат его активной деятельности в конце девятнадцатого - начале двадцатого века, особенно в Российской и Германской Империях, а потом и в Китае, но там у него не хватило времени. Кровь революции во Франции показалась по сравнению с этими новыми акциями жалким ручейком, а самое главное тут - последствия для общего направления развития человечества. Например, в России люди, пришедшие к власти в результате серии революций начала двадцатого века, никогда бы не добились этого без финансовой поддержки Инглемаза и применения им на некоторой части населения психотропных средств с генетически пролонгированным действием. В России он вообще развернулся масштабно и рассчитал правильно: срабатывал эффект большой территории.
       - В смысле? - не понял Лис.
       - Ну, это же понятно: чем больше страна по площади, тем сильнее процессы, происходящие в ней, влияют на всю цивилизацию планеты. Так вот, когда я наконец понял, что за этим стоит Инглемаз, то выкинул его вон. Надо было просто убить гадёныша, но я настолько разозлился, что хотел заставить его помучаться, окунуться во все гадости мира, им самим и сотворённые. Я вышвырнул его без средств к существованию, отрезав, как считал, возможности вернуться в любой мир Творцов.
       - Видимо, как раз в этот период мы с ним и столкнулись, - задумчиво сказал Лис.
       - Именно! К сожалению, я не учёл, что Инглемаз, судя по всему, готовился и к такому повороту событий. К тому же, на Земле разбросано много забытых мобильных и стационарных точек перехода в миры Творцов. Какие-то пришли в негодность или уничтожены, но какие-то продолжали действовать. Даже если Инглемаз не имел ничего в запасе, то, зная, что искать, он, в конце концов, видимо, что-то нашёл. Затем где-то в мирах Творцов он откопал Ключ.
       - Значит, Инглемаз проник и в Центр? - спросил Лис.
       - Нет, к счастью, эти функции Ключа понять не легко. Я и мои бывшие партнёры разбирались очень долго. Но он захватил так называемую резиденцию Центра - систему помещений, примыкающих непосредственно к нему.
       - Так... - пробормотал Лис и задумался.
       Сварог тоже замолчал, ожидая продолжения реплики Лиса. Лис лихорадочно прикидывал, стоит ли сказать Сварогу про Ключ. При наличии Ключа Сварог может проникнуть в Центр и нанести неожиданный удар Инглемазу. Тогда отпадает необходимость в неких хитроумных планах, всё станет проще простого. Но... тогда, как только Ключ окажется у Сварога, Лис становится не нужен.
       - Так-так, - поспешно повторил Лис, стараясь замаскировать своё замешательство. - Ты уверен, что он не мог проникнуть в Центр даже с Ключом?
       - У Ключей есть особенность: они открывают вход к терминалу Центра лишь будучи настроены, "запрограммированы" на данный терминал. Да и вообще, если бы Инглемаз туда проник, он и разговаривал бы с тобой иначе, а, скорее всего, вообще не разговаривал. В общем, как я уже говорил, с помощью Ключа он попал в какую-то из моих резиденций, а я как раз отсутствовал, что позволило ему сбить с толку моих охранников. По всему миру у меня, само собой, имелись люди, работавшие на меня, но они никогда не знали настоящего облика хозяина. Он меня подставил на моей же предосторожности, понимаешь? Получив доступ внутрь моей системы, Инглемаз стал для них фактически мной, и, как я очень быстро понял, сам сделал так, что руководство групп его в лицо как раз таки знало! Но я сейчас не имею представления, какую внешность он выбрал, иначе мог бы скопировать её и где-то снова обмануть охрану. Однако я не уверен, что мерзавец не дал этим людям какие-либо более тонкие устройства распознавания личности, например, на генетическом уровне. Тогда любая моя попытка контакта с моими же, в сущности, людьми может оказаться смертельной. Незадолго до "переворота" я, правда, создал в нескольких местах новые группы, о которых он ничего не знал, но их было слишком мало. В России, например, такую группу возглавлял человек по имени Михаил Петрович. В конечном счёте, эти группы - не самое главное, просто я лишился доступа к терминалам Центра, а, используя их, этот маньяк может натворить больших бед. Сами по себе люди, работавшие на меня, а теперь, того не ведая, на Инглемаза, не являются проблемой: не станет предателя, я создам новые организации. Мне главное - попасть в Центр...
       - Подожди, - перебил Лис, поражаясь, что такая мысль не пришла в голову раньше, - я что-то не понимаю. Сколько у него всего Ключей? Один он добыл, как ты считаешь, в мирах Творцов, это - раз. Второй получил, когда захватил Терпа. Но где же твой Ключ? У тебя же он должен быть, как я понимаю, Ключ, настроенный на этот Центр, ведь так? Ты-то туда попадал с его помощью! Где же тогда твой Ключ? Явно не у Инглемаза, уж очень ты спокоен. Тогда где он?
       - Вот, - усмехнулся Сварог, - а я всё ждал, когда ты задашь такой вопрос. Ответ прост: так получилось, что мой Ключ находится внутри Центра.
       - А как же ты перемещался на вторую Землю и так далее?
       - Когда проходы установлены из Центра, то можно перемещаться и без Ключей, но давай обсудим это потом.
       - Ладно, согласен, - кивнул Лис и, решившись, сказал: - Но буду до конца откровенен: у меня есть ещё один Ключ, но он тоже, как я понимаю, сейчас бесполезен. Его-то никто на данный терминал Центра не настраивал.
       - Верно, - кивнул Сварог и, прищурившись, посмотрел на Лиса. - Но говорил, что рассказываешь всё откровенно. Что ещё скрыл?
       - Я же не спрашиваю тебя, что скрыл ты, - подмигнул Лис. - Но, если серьёзно, то практически больше ничего. Просто нечего больше скрывать. А про Ключ я молчал, поскольку думал, что узнай ты про него, ты немедленно пустил бы меня в расход.
       - Нет, - серьёзно ответил Сварог, - я делаю на тебя несколько большую ставку, и сейчас ты оценишь моё доверие. План таков: утром ты позвонишь Инглемазу и договоришься о встрече с ним...
       - Ничего себе, доверие! - Лис вскочил и нервно заходил по комнате. - Я должен отдаться ему в лапы? А ты рассчитываешь, что он сам приедет на встречу со мной, и ты его прихлопнешь? Сильно сомневаюсь!
       - Естественно, сам он не приедет. Он пришлёт кого-то, и тебя к нему привезут.
       - Ну! - согласился Лис, останавливаясь напротив Сварога. - И, что это даст?
       - Сам Инглемаз торчит сейчас внутри моей резиденции, и тебя приведут туда же, а там есть вход в терминал Центра. Я расскажу, как открыть двери - оцени, насколько я тебе доверяю!
       - В первую очередь я оцениваю, насколько у тебя нет иного выхода! Но ты считаешь, что он меня запросто подпустит к входу в этот твой Центр?
       - Нет, - терпеливо пояснил Сварог. - Инглемаз точно знает, что мой Ключ где-то в резиденции. Он там, наверное, уже все уголки осмотрел, но ничего не нашёл, поскольку Ключ внутри Центра. Сядь и послушай!
       План Сварога основывался на том, что Инглемаз в принципе пока не умел пользоваться Ключом для проникновения в Центр, но он также и не знал, что в Центр можно попасть далеко не со всяким Ключом. Поэтому опасение, что Сварог может вновь завладеть таким устройством, безусловно, должно было заставить Инглемаза торопиться и совершать отчаянные поступки...
       Когда Сварог закончил говорить, Лис молчал несколько минут. Молчал и Сварог, уставившись на то ли союзника, то ли гостя, то ли пленника
       - Ну, и как тебе мой план? - наконец осведомился он.
       Лис пожевал губами, словно дегустируя некое блюдо:
       - А у тебя, действительно, нет выхода, если ты доверяешь мне коды открывания дверей. Задумал ты, дьявол, конечно, неплохо: я, как Александр Матросов, бросаюсь грудью на амбразуру... Знаешь, кто такой Александр Матросов?
       - При чём тут это? - возмутился Сварог, и Лис не понял, знает он про Матросова или нет. - У тебя тоже нет выхода.
       - Ну, в принципе, выход у меня есть. Я человек не тщеславный, мне так называемые "большие" вселенные не нужны, мне хватит "маленьких" вселенных Творцов. Я могу повернуться и отправиться туда. Инглемаз будет стараться меня изловить, но на это уйдут годы. А, может быть, он вообще на меня наплюёт? Разберётся со всеми делами в Центре, займётся Землёй, Землёй-два, а, может, и три, и четыре, и не до меня ему будет. Почему ты думаешь, что я последую твоему плану как камикадзе, а не слиняю?
       - Я уверен, ты не бросишь друзей! - холодно улыбнулся Сварог.
       - Как ты хорошо обо мне думаешь! - заметил Лис.
       Несколько минут они снова сидели молча. "В одном эта сволочь права", - подумал Лис, - "а, может, не такая уж он и сволочь?..."
       - Относительно имплантируемого лучемёта, - сказал, наконец, Лис. - Нельзя сделать запас зарядов побольше? Две гранулы, как ты их называешь по пять импульсов - маловато.
       - Нет, - Сварог покачал головой. - Иначе будет заметно, что у тебя что-то есть, и можно всё провалить. А, самое главное, у меня просто больше нет здесь таких штучек. Себе я оставляю тоже всего две.
       - Угу, - кивнул Лис, - неплохо, всё неплохо! Я, конечно, сажусь задницей на сковородку, но риск - благородное дело. Но вдруг он не поддастся на такой трюк, и у меня не будет шансов прорваться к Центру?
       - Инглемаз в любом случае привезёт тебя в резиденцию, поскольку вход находится здесь рядом.
       - Да я не об этом. Что если он вообще не купится на сообщение о Ключе, якобы, где-то мной спрятанном? Между прочим, Ключ-то я на самом деле спрятал.
       - Не важно! Главное, он будет думать, что ты рассказал всё под действием "ПП", и поверит тебе. Гадёныш душу отдаст, лишь бы завладеть последним из известных ему Ключей, и он сам отправится на то место, где ты, якобы, спрятал такую ценную вещь. А вот там буду ждать я! Если мне удастся Инглемаза ликвидировать, вопрос снимется вообще. Тогда я просто прорвусь к Центру, а охрана уже не будет иметь решающего значения, поскольку они не знают, что делать.
       - Хорошо, это люди не знают что делать и ничего не понимают, - Лис с сомнением смотрел на Сварога. - А шаровики? И, что если Инглемаз не даст тебе возможности пришить его в парке? Может он туда и поедет, но явно поедет не один.
       - Но есть ещё ты, вторая часть моего плана. Пока Инглемаза не будет в резиденции, тебя где-то запрут. Ты с помощью имплантированного лучемёта вскроешь дверь, ликвидируешь стражу, и добираешься до Центра.
       - С десятью-то зарядами? - насмешливо спросил Лис.
       - Я не сказал тебе, что, во-первых, лучемёт этот - особый. Он из штучек, которые мы давным-давно нашли в Центре. Пробивная способность сумасшедшая. А, во-вторых, добудешь и другое оружие, когда убьёшь охранников. Я уверен, что в самой резиденции Инглемаз поставил шаровиков, а снаружи использует охранников-людей. И у шаровиков, конечно, будут боевые лучемёты.
       - Но на шаровиках, скорее всего, броня! - возразил Лис. - Маловато пяти зарядов!
       - Я же говорю, для оружия, которое ты получишь, броня не имеет значения. На одного солдата, одетого в броню, будет достаточно одного выстрела, увидишь сам. Ну а потом тебе придётся подобрать обычный лучемёт.
       - Тогда бы уж хорошо простой автомат... - мечтательно сказал Лис.
       - Это зачем? - теперь уже удивился Сварог.
       Лис объяснил, подробно рассказав, как открыл чудесные возможности автомата Калашникова против серой брони Творцов.
       - Любопытно, - Сварог покачал головой, - действительно, век живи, век учись.
       - Неужели ты этого не попробовал? - вскинул брови Лис. - Ну, ладно, не важно. Я открою тебе дорогу в Центр, а дальше-то что?
       - Ты только доберись туда. Оказавшись там, я разделаюсь с Инглемазом, даже если ничего не выйдет в парке.
       - Как? - спросил Лис.
       - Там существуют способы, пока говорить тебе не буду. Я тоже должен как-то подстраховаться.
       - Ну, что ж, - Лис покрутил пальцами в воздухе. - Но, всё-таки предлагаю скорректировать твой план и добавить большей убедительности. Мне тут пришла в голову одна мыслишка. То, что предлагаешь ты, не слишком заставляет Инглемаза спешить. Во всяком случае, не больше, чем он уже спешит. А давай сделаем так: я рассказываю ему, что встречался с тобой, что ты ввёл мне так называемый антидот...
       - Ты идиот!? - Сварог тоже вскочил с кресла.
       - Успокойся! Значит, всё-таки самое главное - попасть в Центр?
       - Разумеется, - кивнул Сварог, буравя Лиса взглядом.
       - Ну, тогда, тем более, мой план реальнее! И безопаснее, как для меня лично, так и для тебя. Послушай! Я говорю, что встречался с тобой, что ты предложил вот этот самый план и дал мне антидот от "ПП"...
       Сварог мотнул головой и закатил глаза, но промолчал.
       - Слушай! Инглемаз ведь не всё знает о тебе, так? Я рассказываю, что, встретившись с тобой, я всё взвесил и решил встать на его, а не на твою сторону.
       - Ты думаешь, он поверит, что ты решил переметнуться к нему? Учитывая ваши предыдущие встречи!
       - Я наплету что-нибудь про тебя, скажу, что ты представился мне худшим вариантом для Земли, чем он, ну и так далее. Я сумею придумать всякую белиберду. Самое главное, у него Монра и Терп, я хочу максимально обезопасить их жизни и потому, мол, решил с ним вступить в сделку, сдавая твой план. Поскольку на меня "ПП" действовать не будет, я не расскажу, где Ключ.
       - Нет, ты точно дурак, - уже спокойно сообщил Сварог. - Эту информацию Инглемазу даже не потребуется из тебя выбивать под пытками. Время у него будет, он просканирует твои мозги с помощью шара - и всё!
       Лис удовлетворённо засмеялся:
       - Вот! - Он поднял указательный палец. - Я знаю об этом, но на поиск настолько конкретной информации подобным методом нужно не менее шести часов, верно? Поэтому я объявляю, что если Инглемаз не соглашается на мои условия, а они состоят в том, чтобы отпустить Монру и Терпа в их миры и предоставить мне проверенную точку перехода, то через такое-то время, меньшее, чем нужно на сканирование, информация о Ключе попадёт к тебе или что-то в этом роде. Я ещё подумаю, как изложить всё более убедительно, но в первом приближении будет звучать именно так. Это уж точно заставит Инглемаза спешить и броситься за Ключом самому. И тогда или ты его накроешь, или я доберусь до Центра. Не сомневаюсь, отсутствие Инглемаза в резиденции повысит мои шансы. Ну, как?
       Сварог глухо посвистел сквозь зубы.
       - Хм, - сказал он, - но почему ты надеешься, что Инглемаз поверит подобной истории? Она куда более невероятная, чем мой план.
       - Ну подумай: иметь это, - Лис показал глазами на цилиндрик антидота, валявшийся на столе, - и рассказать такое своему врагу может либо идиот, либо человек, говорящий правду. Может быть, я самонадеян, но почему-то уверен, что при всём отношении ко мне идиотом Инглемаз меня не считает. Значит, он поверит.
       - Твой план безумен, - констатировал Сварог.
       - Да, но как раз в этом, возможно, шанс на удачу! Кажется, один великий земной физик изрёк: "Эта идея не настолько безумна, чтобы быть истинной". Мой план безумен, и это может сработать. Да у нас и нет выхода!
       Сварог походил взад-вперёд по комнате, остановился у буфета и поскрёб пальцем дверцу.
       - Признаю, - согласился он, - твоя мысль создать Инглемазу цейтнот, действительно, очень удачная, и это действительно может подтолкнуть его к поспешным действиям. Что ж, я согласен, давай рискнём.
       Лис криво усмехнулся и развёл руками. Несмотря на то, что оба плана заставляли его самого фактически бросаться на амбразуру, услышав о согласии Сварога, он почувствовал странное облегчение. Появлялась чёткая схема дальнейших действий, пусть чрезвычайно опасных, но именно чёткости конкретной цели и плана её достижения так не хватало последние дни.
       - Слушай, - попросил Лис, - надеюсь, у тебя тут найдётся что-нибудь выпить?
      
      
       Г Л А В А 11
      
       - Пора, наверное, уже и поужинать, - то ли вопросительно, то ли утвердительно, заметил Сварог.
       - Нет возражений, но сначала дай чего-нибудь хлебнуть, и покрепче: мне необходимо немного промыть мозги. Или у тебя нет?
       - Почему же, - хмыкнул Сварог, - есть. У меня здесь вообще неплохие запасы. Коньяк подойдёт?
       Лис энергично покивал и спросил для порядка:
       - Хороший коньяк?
       - Обижаешь! - ухмыльнулся хозяин.
       Сварог открыл одну из многочисленных дверец буфета и поставил на стол бутылку без этикетки и два пузатых бокала на низкой ножке.
       Бутылка оказалась пыльной, с залитой сургучом пробкой. Лис провёл по стеклу пальцем и недоумённо посмотрел на Сварога.
       - Очень старый по вашим меркам коньяк, - пояснил тот, наливая в бокалы примерно на треть. - Франция, девятнадцатый век, более сто лет выдержки!
       - У тебя такие запасы!?
       - Кое-что припрятано для особых случаев. Ну, за удачу!
       - Да уж, - пробормотал Лис. - Мне она особенно потребуется.
       Сварог поинтересовался, что приготовить на ужин. Лис молча развёл руками, качая головой и оставляя всё на усмотрение хозяина, поскольку не сомневался, что некачественных продуктов здесь быть не может.
       Сварог кивнул и начал накрывать на стол.
       - Помочь? - спросил Лис. - Даже неудобно сидеть, когда меня обслуживает заведующий Землёй.
       - Можешь не ехидничать, - Сварог покачал головой. - Чего только мне не приходилось делать в жизни в разных местах!
       - Ну-ну, - пробормотал Лис: - А ты, кстати, как питаешься?
       - Ты же знаешь, - Сварог развёл руками, - что я, как и все Творцы, мало отличаюсь от людей Земли. Ну, разве гены дефектные отсутствуют, и нет ограничения программы продолжительности биологической жизни. В общем, я ем как обычные люди.
       На столе появились тарелки с овощным салатом, бифштексы, от которых поднимался пар, сыр, разные приправы, белый и чёрный хлеб и обёрнутая салфеткой бутылка красного вина без этикетки. Почти всё, кроме вина, Сварог с короткими интервалами извлекал из-за одной дверцы буфета.
       Лиса не интересовало, что там было встроено у Сварога - ну, какой-то синтезатор, наверное, и даже лучше, чем имевшийся во Дворце Терпа, но это не меняло сути дела, и не являлось сейчас важным.
       Он посмотрел на часы, купленные всего два дня назад в маленьком земном городке. С момента первой встречи со Сварогом прошло всего около трёх часов.
       - Приятно, когда тебя обслуживает бог, - добродушно съязвил Лис, наблюдая, как хозяин дома разливает вино в хрустальные бокалы. - Бог, питающийся бифштексами и запивающий их вполне земным вином. Реально начинаешь понимать, что мир создан по образу и подобию. Ну, разве что коньяк пьёт за несколько тысяч баксов - простым смертным не потянуть.
       Сварог поморщился:
       - Для меня всегда остаётся загадкой, почему стереотипы присутствуют везде?
       - Где это везде? - участливо осведомился Лис.
       - Да везде, в любых сообществах, в частности - на Земле. Мне, так или иначе, приходится общаться с людьми, и не только с теми, кто входит в специальные группы, работающие на меня - с таким общением всё ясно. Но часто у меня бывают встречи и беседы, где приходится говорить на общие темы с людьми, живущими в данном мире. Конечно, ничего не объясняя, но намёки на принципы устройства мира тоже делать приходилось. В разные времена, естественно, по-разному. Я считал, что так необходимо поступать для подталкивания движения мыслей в правильном, как мне казалось, направлении. Один из таких намёков когда-то давным-давно и породил высказывание - "по образу и подобию". Возможно, это результат заданной вам небольшой продолжительности жизни: люди, сознавая краткость отпущенного им срока, стараются понять всё как можно быстрее. А, если даже не понять наверняка, то хотя бы объяснить для самих себя в доступных и полностью исчерпывающих непонятную тему определениях и терминах, которые и становятся, в конце концов, подобными клише. Как правило, так и рождаются разные религиозные течения. Заметь: а вот у Творцов религия существовала лишь на самых ранних этапах развития общества. Я начинаю делать вывод, подтверждающийся практически, что религии в формах, подобных земным, есть только в случаях, когда человеческая жизнь сильно ограничена во времени... Ну, ладно, прошу! - Сварог указал на стол. - Можно приступать к трапезе!
       Лис, пожал плечами, придвинул достаточно высокое, почти как обычный стул, кресло к столу, несколько секунд помолчал и взял бокал.
       - Знаешь, - сказал он, - я тут вспомнил, что мой покойный папа, выросший на юге, очень любил говорить тосты. Такая особенность, видимо, передалась и мне. Имей в виду, - Лис усмехнулся, - я говорю совершенно искренне, без "ПП"! Так вот, давай выпьем за взаимопонимание между нами. И хоть ты посылаешь меня на почти невыполнимое задание, думаю, что в чём-то, если не во всём, я тебя понимаю и даже где-то, можно сказать, сочувствую. Богом быть, действительно, очень трудно, И могу себе представить, насколько же тебе трудно сейчас, коли ты прибегаешь в такой степени к моей помощи. Может быть, я ошибаюсь, но почему-то мне кажется, что ты, извини, не такая сволочь, как этот Инглемаз. Поэтому я совершенно сознательно соглашаюсь помогать тебе. Я не знаю, возможно, я в чём-то нестандартная личность, хотя таковой себя не считаю, но мне никогда не хотелось иметь власть над людьми, я никогда не сходил с ума от того, что мне кто-то подчиняется. Но сам я всегда хотел иметь возможность быть независимым, точнее, жить так, чтобы никто не командовал мной по своему хотению. Я говорю всё для того, чтобы ты понял: против Инглемаза я иду сознательно и по собственной воле. В общем, за взаимопонимание!
       Сварог поднял бокал, повертел в пальцах, кивнул Лису и чокнулся с ним.
       - Неплохо, - констатировал Творец, и Лис не совсем понял, относится это к произнесённому тосту, или к выпитому вину. - Надеюсь, в критических ситуациях ты менее многословен. Хотя, конечно, будь не так, ты явно не сидел бы сейчас здесь со мной. Однако ты наверняка слышал посыл, что жить в обществе и быть свободным от него нельзя. Между прочим, абсолютно верное утверждение. Даже я, хотя и номинально не живу в обществе Земли, не свободен от него на сто процентов. Так-то. Ну а насчёт того, можешь ли ты себе представить - вряд ли. Понимаешь, тысячи лет я пытался направлять развитие мира Земли, и всё острее чувствую: у меня не получается. Чтобы успевать за всеми изменениями, на самом деле нужен штат сотрудников, которые будут в точности выполнять твои распоряжения, сотрудников, которым можно доверять, а это становится невозможным, как только количество членов коллектива превышает некую величину, и очень часто величина эта равна единице. Человечество не должно знать, что кто-то стоит за его движением по дороге истории. Узнай люди, тут такое начнётся!
       - Тебе нужны не сотрудники, а, скорее, соратники, - заметил Лис, прихлёбывая из бокала.
       - Ну да, а подобное куда невозможнее! С соратниками никогда не может быть полного взаимопонимания, начнутся споры, несогласия с принятыми решениями, и прочее. Так, по крайней мере, хоть один всё решаешь. Но очень трудно работать с исполнителями, которым нельзя рассказать и одного процента истины! Нельзя, чтобы информация о моей деятельности стала достоянием людей. Ведь если помощники будут реально хоть о чём-то догадываться, найдётся такой, кто захочет поделиться этим с кем-то ещё.
       - Для этого ему надо представить доказательства, а иначе он просто попадёт в сумасшедший дом, - сказал Лис и отрезал кусок бифштекса, - Как бы то ни был, я же говорю: я тебе не завидую.
       - Вот как? - Сварог усмехнулся и приподнял брови, внимательно глядя на Лиса. - Спасибо за откровенность!
       - Да, может не во всём, лукавить не буду, но кое в чём точно. Возможно, я рассуждаю примитивно, но мне кажется, что ситуация напоминает чем-то один роман, написанный здесь, на Земле - у него очень подходящее название: "Трудно быть богом"...
       - Читал, - вздохнул Сварог. - Достаточно примитивно, конечно, на данную ситуацию непохоже, но, тем не менее, неплохо.
       - Неужели читал? - удивился Лис. - Уж не подумал, что у тебя находится время что-то подобное читать.
       - Есть, представь себе, иногда это бывало даже необходимо. Опять же мне во все времена приходилось поддерживать контакты с людьми искусства и литературы, существенно влияющими на развитие человеческого общества. Само собой, я никогда не давал каких-то прямых намёков и подсказок, но, кое-кто, особенно фантасты, многое почерпнули из бесед со мной.
       - Разумеется, они не знали, кто ты?
       - Разумеется! Всё происходило в виде ни к чему не обязывающего светского общения и рассуждений о том, о сём. Один лишь раз я высказал очень прямой намёк на устройство миров Творцов, естественно, в чистом виде как гипотезу возможности такого. А писатель оказался чрезвычайно талантливый, фантазия у него работала великолепно, и он выдал на эту тему целую серию, кажется, аж из пяти или шести книг. Конечно, он там всё, мягко говоря, творчески развил, поскольку знал куда меньше, чем, скажем, ты сейчас знаешь.
       - Что-то я такого ничего не припомню, хотя в своё время перечитал кучу фантастики, - сообщил Лис, прожёвывая кусок мяса. - Или это издавалось уже тогда, когда я на Земле отсутствовал?
       - Хронологию сейчас не упомню, - Сварог сделал гримасу. - Писатель - американец, и я не знаю, переводили ли его книги в России вообще. Вполне возможно, что переводили, писатель известный. В оригинале серия называлась "World of Tiers".
       - "Мир уступов", так примерно? - Лис поднял брови. - Нет, никогда не слышал.
       - Да какое это имеет значение! - Сварог чуть дёрнул щекой, постукивая пальцами по бокалу. Лис уже заметил, как Творец любит этот жест - постукивание пальцами.
       - В общем-то, конечно, не имеет, - согласился Лис. - Но ты хочешь сказать, что вся земная фантастика строится на твоих идеях?
       - Вся - ни в коем случае, только кое-что! Если бы люди вообще не имели воображения, то мне противно было бы здесь находиться. А я к человечеству в целом, хорошо отношусь по многим вполне понятным причинам.
       - Ну, да, и именно поэтому рассматриваешь возможность смещения земной оси, - усмехнулся Лис. - Но, если всё пришло к такой ситуации, то зачем же вы настолько ограничили продолжительность жизни людей? Почему было не создать какие-то более благоприятные условия существования? Ну, и так далее, и тому подобное.
       - Ты, вроде бы, умный человек, - пожал плечами Сварог и налил в бокалы ещё вина, - а говоришь сейчас совершенную чушь. То есть, следовало создать на Земле заповедник, что ли? Ты же побыл в известной степени на моём месте, находясь в мире Терпа...
       - Но я же не выступал там в твоей роли, если я правильно понимаю роль, которую ты играешь здесь! - перебил Лис. - У меня и в мыслях не возникало оказывать какое-то целенаправленное влияние на тот мир. Наоборот, я старался, чтобы ничего подобного не происходило. Я просто жил, наслаждаясь приключениями, так сказать, не пытался играть роль бога и что-то менять по своему разумению, хотя и там отношения между людьми не всегда совершенны. Кстати, "заповедником" я бы и тот мир не называл: я не раз чуть головы там не лишился!
       - Тот мир - теплица по сравнению с Землёй: климат везде чрезвычайно благоприятный, все природные циклы стабильны. Никаких катаклизмов в силу замкнутости пространства и выверенного автоматического поддержания стабильности системы там не может быть, в принципе, если опять же не создать таковые искусственно. Люди живут намного дольше, нет никаких серьёзных болезней. Но посмотри на результат: Терп вытащил туда людей с Земли почти две тысячи лет назад, а они так и остались на примитивном уровне развития.
       - Знаешь, сравнивая жизнь на Земле и там, я вообще стал думать: столько ли блага в быстром и всестороннем техническом прогрессе? - сказал Лис, вспоминая облака едкогих выхлопных газов, стелящиеся над улицами Екатеринбурга. - На мой взгляд, в такой форме, как он происходит здесь, прогресс погубит человечество.
       - Это мы ещё посмотрим! Устраним Инглемаза, подправим кое-какие его художества и я уверен: человечество Земли выкрутится. И потом, это ведь и моя задача.
       - На мой взгляд, ты её как-то странно, решаешь, уж извини. Сотни поколений людей едва дотягивающих до семидесяти лет долбятся в поисках лучшей жизни, так сказать, а ты сидишь и нет-нет что там "корректируешь"!
       Сварог пристально посмотрел на Лиса:
       - Не могу, всё-таки, взять в толк, ты сознательно говоришь глупости или нет? Что есть счастье по большому счёту?... - Он на мгновение запнулся, - Даже я не знаю. Как, по-твоему, я могу сделать людей счастливыми? Ты действительно думаешь, что можно представиться людям богом и сказать: Слушайте меня, плохих покараю, добрым и справедливым воздам! Живите по совести, и вот вам десять заповедей! Ну. И так далее. Среди самих людей находились такие, которые пытались обращаться к массам с такими лозунгами, а как заканчивали? Либо создавали ад на Земле, либо сами обрекли себя на муки. Всякими методами хотели осчастливить: кто за шиворот притащить несмышлёную толпу к идеалу, кто словом, а кто и примером личного мученичества. С теми, кто силу прикладывал, сам знаешь, как бывало, а те, кто на слово полагался... Все знают: "мессия" оказался на столбе с перекладиной, которую ограниченные последователи тут же сделали символом веры. Конечно, и он не ведал, что творит. Человек был замечательный, совершенно искренне хотел всем счастья, но образования не хватало. А в твоём понимании - разве можно дать людям все блага, используя некие высшие силы? Дать-то в принципе можно, ну а что будет? Благополучное болото, и ничего больше. Ты, например, попав во Дворец Терпа, не остался там, получая от жизни одни удовольствия, а прошёл все грани его мира, зачастую рискуя жизнью. Но, думаешь, многие поступили бы также?
       - Ну, возможно, я такой уникальный, - усмехнулся Лис. - Хотя я получал удовольствия именно от риска, и мне было интересно.
       - Ты не уникальный, но таких немного. Пока немного. Таких, кто предпочтёт сытость и спокойствие трудностям и опасностям во имя того, чтобы узнавать новое. Но их становится больше, система совершенствуется, хотя и очень медленно - искусственно так не сделать, в массе это формируется сотнями поколений. И человечество, и человек должны пройти собственную дорогу, одну из граней мироздания. Причём, характерно: чем короче жизненный цикл индивидуума, тем быстрее идёт прогресс общества в целом. Хотя всё равно процесс развивается медленно.
       Лис, не вполне понимая, смотрел на Сварога. На языке закрутился намёк вопроса, который пока чётко сформулировать не получалось. Сварог облизнул губы и продолжал:
       - Если же под попытки такого преобразования создавать религию, то она рано или поздно, и скорее рано, начинает отходить от задачи, заложенной создателем или пророком - называй, как хочешь,- и превращается в инструмент управления толпой в интересах определённой группы людей.
       - Нюансы, связанные с религией, я понимаю. Я всегда примерно так и считал. Лично я никогда не мог поверить в сверхъестественное существо, веру в которое пытается формировать церковь. Но, знаешь, - Лис хмыкнул, - я, как ни странно, всегда верил в бога...
       Сварог вскинул на Лиса глаза.
       - Но, - продолжал Лис, - я верил в бога, живущего в душе человека, если она существует, эта душа. Может быть, душа и есть Бог, которого каждый сам себе строит, формируя эту самую душу своими действиями? Хотя, конечно, довольно бредовая философия, потому что полным-полно очень и очень поганых душ. Они-то откуда берутся?
       Лис запнулся и замолчал. Сварог тоже молчал и смотрел на Лиса, наверное, ожидая продолжения.
       - Тебе смешно меня слушать, могу лишь догадываться, как всё выглядит с твоей точки зрения, - чуть смущённо улыбнулся Лис. - Я вообще-то редко задумывался о подобных вещах, очень редко. Но иногда, сидя один ночью у костра в мире Терпа, я думал, не является ли вся человеческая жизнь неким испытанием? Да, я знаю - так примерно и вещает, скажем, христианская религия: жизнь телесная послана тебе как подготовка к жизни вечной, и так далее. Живи как праведник, и на небесах тебе воздастся. Но я никогда не мог поверить в нормы, предписываемые церковью. Не всё, разумеется, но в целом я такие штуки не приемлю, а от большинства меня прямо-таки коробит. Ну что за ерунда - подставить левую щёку, если тебе по правой заехали?! Мне куда более по душе норма "око за око".
       Сварог молча слушал.
       - Я не ангел, мне приходилось много раз убивать, но всегда только для того, чтобы физически выжить самому. Давным-давно, когда я был ещё совсем юным, - Лис снова усмехнулся, - отец сказал мне: старайся относиться к людям так, как бы ты хотел, чтобы они относились к тебе. Ты знаешь, я запомнил эти слова, и, уже потом, будучи взрослым, поймал себя на мысли, что практически всегда именно так и старался жить. Я никогда не читал специальных философских трудов, но меня достаточно давно стали посещать мысли, что жизнь человека - это действительно испытание, и когда она заканчивается, то приходится держать ответ, как ты жил. И не на высшем, так сказать, суде перед господом богом, а перед самим собой. И потому, на мой взгляд, получается, что бог у каждого в душе свой.
       Сварог молча долил в бокалы вина.
       - М-да, - пробормотал Творец. - Надо признать, у тебя сильная и, вроде бы, здоровая натура... - Он помедлили: - И сильное воображение.
       - Был бы я человеком, скажем, хотя бы пятнадцатого или шестнадцатого столетия на Земле, - сказал Лис, - твоё существование, возможно, и заставило бы меня поверить в церковного бога... Хотя всё равно, вряд ли. Тем не менее, возвращаясь к тому, что ты перед этим говорил, и относительно моих слов о справедливости, я, наверное, понимаю, что ты имеешь в виду. Но просто очень обидно, сколько хороших людей сгинуло, прожив так мало и так, в общем-то, несчастливо... - Он вздохнул.
       Сварог довольно долго разглядывал Лиса.
       - А почему ты считаешь, что эти люди сгинули? - наконец спросил он.
       - То есть, ты хочешь сказать... - начал Лис.
       Творец поднял руку, предупреждая слова:
       - Всё, разговоры на сегодня окончены! Давай отдыхать, а завтра с утра обсудим кое-какие нюансы. Мне много чего надо объяснить тебе, чтобы бы ты мог действовать наилучшим образом там, где ты окажешься.
      
       * * *
      
       Лёжа в постели на прохладных хрустящих простынях в одной из комнат с такими же зеркальными стёклами, как и везде в этом доме, Лис долго не мог уснуть. Горел ночник, но слабый свет не мешал - уснуть не давали мысли. Вспоминая всё, сказанное Сварогом, он пытался составить для себя более или менее приемлемую картину окружающего мира во взаимосвязи с воздействием деяний Творца и ему подобных на земную жизнь.
       Лис понимал, что у него нет даже простой информации для составления каких-то, претендующих на научность, выводов, но всё-таки не рассуждать, хотя бы сам с собой, он не мог.
       Ему казалось, что уже известно достаточно, чтобы сделать вывод, о причинах начала конца цивилизации Творцов именно как "цивилизации", сообщества индивидуумов, связанного рамками культурных, производственных и, если так можно выразиться, "человеческих" отношений. Лис не сомневался, что этому послужила как раз невозможность выйти в дальний космос и достичь звёзд при общем высоком техническом потенциале, сформировавшемся к тому времени. То есть установление факта бессилия вырваться за рамки некоего ограниченного мира в совокупности с техническим уровнем, делающим существование отдельной личности независимым от кого бы то ни было, плюс колоссальная по земным меркам продолжительность жизни и породили ситуацию, когда общество Творцов распалось на набор отдельных индивидуумов. Безусловно, нужно учитывать и скромную численность населения, особенно после войн с шаровиками. При высочайше м уровне технических возможностей.
       Само собой, прямо говорить о том, что факт возможной бесконечности собственной вселенной играет для землян какую-то роль, пока никак нельзя. Для земного человечества, по крайней мере, некоторой его части, задумывающейся об этом, возможность полёта к звёздам остаётся и ещё неизвестно, сколько времени останется, лишь чисто умозрительным вариантом, а подавляющее большинство землян о ней вообще не думают. Но , очень может быть, даже само наличие такой возможности вырабатывает определённое подсознательное мировоззрение, очень условно, но консолидирующее человечество перед лицом "необъятного" космоса. Почти также, наверное, было с Творцами, пока они не упёрлись в некую "границу" мира, пересечь которую не смогли, и, как следствие, испытали сильнейший шок. В чём-то, возможно, эти люди, как общество, уподобились паукам, запертым в одной банке.
       Да, Творцы - практически люди, ну, вроде только нет у них такой рудиментарной растительности на теле, насколько Лис мог заметить, хотя и не спрашивал, не результат ли это уже искусственного воздействия или же у них всё генетически "так и было".
       Любопытно, конечно, что они нашли выход в одну только вселенную Земли-один, назовём её так. Или не успели сделать большего, или... А что - "или", то кто знает?
       Что сие может означать в увязке с информацией, полученной от Сварога, если попытаться всё систематизировать? Творцы научились создавать искусственные вселенные, живя сами вроде бы в таковой же. По словам Сварога, вселенная Земли - не искусственная, хотя в ней существует какой-то непонятный всюду простирающийся Центр, что тоже наводит на определённые мысли. Ну, да ладно...
       Значит, кто-то создал вселенную Творцов, а, может, и не её одну, а потом всё бросил? Или продолжал следить за результатами поставленного им эксперимента? Но тогда почему Сварог и остальные, по его словам, никогда ни с кем не сталкивались? Этот самый Центр, вероятнее всего, имеет отношение к гипотетическим создателям исходной вселенной Творцов, но куда же так бесследно сгинула таинственная сверх-цивилизация?
       Интересно, какие теории рождались у Творцов-учёных, когда уже точно было установлено, что выйти за пределы собственной вселенной невозможно? Интересно, каково это - знать, что твоя цивилизация, возможно, кем-то спланирована, направлена в развитии или даже всё ещё направляется?
       У землян подобные теории имеются в самом, что ни на есть, первичном виде: мир создан Господом, Аллахом или кем-то там, но подразумевается сверхъестественное существо, коему человек, в принципе, не ровня (хотя, неизвестно, не Творцов ли это влияние?). А что, если на уровне всего общества осознаётся, что твою планету, жизнь на ней и тебя самого создали, "сделали" некие существа, возможно, в принципе, сами ничем не лучше тебя? Как тогда ощущения?
       А сознавать-то такую возможность тяжело - вот, наверное, удар-то по самолюбию! Ну они и кинулись создавать собственные искусственные миры, где могли чувствовать себя "богами" со всеми свойственными людям слабостями. В известной степени реванш, который стал настоящим началом конца их цивилизации. Воистину: великое знание рождает великую скорбь!
       Хотя ну и что, если даже всё именно так обстит? Ну, например, он сам - он знает, что человечество Земли фактически создано, "выведено" как некий подвид Творцов. Ну, и что?! Его гораздо больше заботит влияние, оказываемое действующим инкогнито "Богом" на народы Земли, чем факт замены неких структур в генетическом коде питекантропов или других предположительных предков Homo sapiens по образу и подобию неких "высших" существ. Сам себе Лис может признаться, что подобное его нисколько не задевает - ну отсутствует подобный комплекс! Может быть, потому, что трахался с "богиней" и видел, как та испытывает вполне человеческое удовольствие?...
       Хотя, после того, что Лис узнал сегодня от Сварога о наблюдениях за Инглемазом-патрицием, нисколько не удивляли ослики, с превеликим удовольствием использовавшиеся римскими матронами. Были, были у римлян учителя из Творцов, и не такое попробовавшие. Впрочем, не судья он Творцам: жизнь почти бесконечная, вот и приходится придумывать разнообразие во всём, в частности - в сексе. Ну, ладно, ослы, ослами, а касательно религий, очевидно, что Творцы или уже единолично Сварог оказали колоссальное влияние на их формирование на Земле.
       Из разговора с хозяином дома Лис однозначно делал вывод о том, что все современные земные религии, видимо, есть во многом порождение деятельности самого Сварога. И, похоже, сам Сварог рассматривает подобный результат если не "минусом", то уж никак не "плюсом" для развития земной цивилизации. Но, получается, что минус этот создан самим Сварогом, и при том, последний хотел, казалось, добиться положительных результатов и направлять развитие на Земле по "нормальному" руслу. Ведь ему не нравится религиозный и идеологический фанатизм, и он желает блага землянам, по крайней мере, утверждает так. Но, сказано давным-давно: благими намерениями вымощена дорога... если не в ад, то и не в рай, уж точно. Куда же она вымощена - вот вопрос!
       Имечко у него, кстати, тоже - ничего себе, интересно, что тут первично?
       "Бедные Творцы", - подумал Лис в первую очередь, естественно, о тех, к кому успел привязаться - о Монре и Терпе. Каково им будет узнать новую правду, настоящую правду об изначальном мире и месте своих миниатюрных вселенных в нём. При условии, что они ещё живы, конечно, поскольку он не мог быть уверен, что Инглемаз сдержал слово, и его друзья целы и невредимы. Однако в любом случае рассказать им что-то сможет только Лис, который сам имеет немного шансов выжить при исполнении плана Сварога.
       "Стоп", - снова сказал себе Лис, "а что, собственно, ты можешь рассказать? Ничего конкретного ты не знаешь, а стоит ли передавать туманные намёки Сварога даже при появлении подобной возможности? Если не узнать гораздо больше, то всё так и останется лишь догадками".
       Жалел ли он, что стоит перед таким испытанием? Лис утвердительно мог ответить, что нет. Он сам выбрал эту дорогу, хотя и не знал, куда она приведёт - не мог не выбрать!
       Как бы ни повернулись события три недели назад, даже, не встреть он Творцов и доберись один во Дворец Терпа, Лис всё равно столкнулся бы там с шаровиками Инглемаза, и, возможно, тогда вряд ли встречал сегодняшний день. А так всё-таки ему повезло: пока остался жив, узнал кое-что и, самое главное, у него была Монра. Продуктом какой бы цивилизации - вторичной ли, третичной - она ни являлось, Лис благодарен судьбе за то, что лишний раз довелось ощутить красоты и совершенства, кои существуют в разных мирах. Лишь ради более полного осознания факта, что красоту создаёт никакой не бог, а человек во всех своих проявлениях, стоило жить немного дольше.
       И ещё один урок, который Лис мог считать пройденным, заключался в том, что всем в мире, в конце концов, вершит человек, поскольку нельзя считать, например, Сварога не человеком. Хотя и гадостей от человека появляется много. Издержки производства, никуда не деться.
       Лис вдруг усмехнулся своим мыслям. Смешно получается, бога как такового, безусловно, нет, но, выходит, что все исконные представления человечества о некой высшей силе, правящей миром, оказались, как ни крути, не такими уж беспочвенными. И, характерно, сила эта действует именно "по образу и подобию"! Только правит она миром как-то странно.
       Каша, каша, каша! Даже не каша, а просто винегрет: накрошены кусочки чего-то, а по ним разве поймёшь, что за вид имели целые овощи?...
       Сама вселенная Творцов представляется неким подуровнем, дефектом "настоящего" пространства, брошенным полигоном. Хороша сверхцивилизация получается: взять и оставить целый мир фактически на произвол судьбы. Или, может быть, Сварог говорит не совсем то, что происходит на самом деле? Ведь если всё так, как можно судить по отрывочным высказываниям, то складывается очень странная и не вполне последовательная картина.
       "Или он говорит не совсем то, или совсем не то, или же я просто стараюсь сделать выводы о некоем целом, видя ничтожно малый фрагмент", - подумал Лис. Как в притче о слепцах и слоне, ощупывавших животное в разных местах. Или, ещё смешнее, о трёх слепых монашках, которые последовательно начали трогать мужской член, пытаясь понять, что же это такое. А член от прикосновений постепенно менялся, менялся, менялся... Так монашки ничего и не поняли. Точнее, каждая по очереди поняла, но каждая - разное. Многогранный предмет оказался, как мир в целом. Чем от данного органа жизнь отличается, а?... Да, правильно: жизнь жёстче.
       "Придурок ты, всё-таки", - чуть ли вслух не сказал Лис себе самому. - "Завтра с вероятностью девяносто девять процентов тебе голову оторовут, а ты тихо сам с собой шутки шутишь, просто мастурбацией психологической занимаешься. И любишь ты себя, ох, чёрт возьми, любишь!"
       Но, с другой стороны, что же тут плохого? Лишь полный идиот не любит сам себя. Разве он выжил бы пятнадцать лет в мире Терпа, не любя себя и не шутя, хотя бы и "сам с собою"? Разве проплыл бы между островами в океане на противоположном торце планеты, выискивая нужную точку перехода, чтобы вернуться во Дворец? Разве уцелел бы в своих долгих странствиях? Может быть, и проплыл бы, и уцелел бы - но с меньшей вероятностью!...
       Какой интересной казалась первая загадка, с которой Лис когда-то столкнулся: разобраться, кто такие Творцы, понять их мир и всё, с этим связанное. Тогда ответом на все вопросы казалась встреча с этими таинственными существами. Ну вот и встретился, и даже женщиной их обладал, но много ли выяснил? Остаётся вагон вопросов.
       Неужели получается, что мир, где он проболтался пятнадцать лет - всего лишь задворки заброшенного полигона? Загадка раздувается, как воздушный шарик, и становится всё больше и больше. Интересно, когда лопнет? Казалось, что Лис уже достаточно хорошо узнал грани планеты Терпа, а выясняется, что граней этих, в принципе, огромное количество! Мир - многогранный, в общем, предмет - и сколько лет для понимания сего постулата.
       Но Лис не жалел об этих годах - именно тогда и там он почувствовал себя настоящим человеком. Не богом, не суперменом, а просто человеком, мужчиной, способным выжить в казалось бы безвыходных ситуациях. Он не жалел о последних неделях, о том, что всё-таки встретил Творцов, и, самое главное, Монру.
       Он не жалел даже о том, что не убил Ингвара Яновича в своей квартире в тогдашнем Свердловске. Если бы Лис пристрелил псевдо-латыша до того, как случайно, расхаживая в нервном возбуждении перед поверженным врагом, то не наступил на уже составленный круг и явно всю оставшуюся жизнь прозябал бы "простым инженером", мучаясь угрызениями совести по поводу убийства.
       Вот уж действительно, бесконечно человеческое ублюдочничество в пространстве и пространствах! Давным-давно на Земле, читая какие-нибудь криминальные хроники, Лис не понимал людей, творящих преступления, убивающих с особой жестокостью, насилующих, обманывающих так, что эти обманы стоят жизни кому-то. Так же он не мог понять, что же двигало бывшим, именно "бывшим", Творцом Инглемазом, поскольку, в любом случае Лис считал Творцов людьми, пусть не совсем обычными, но людьми. И поэтому сейчас он убил бы врага без сожаления.
       Зачем было Инглемазу предавать Сварога? Если ты почувствовал какую-то тайну, а тебе доверили пусть даже часть её, то постарайся расположить к себе эту противоположную сторону и стань для неё незаменимым помощником, другом, наконец. Постарайся понять, но зачем требуется предавать?
       Часы показывали начало третьего утра. Лис подумал, что хорошо бы поспать хотя бы несколько часов, ведь днём ему потребуется вся выдержка и сила, но сон упрямо не шёл. Он перевернулся на спину, и, заложив руки за голову, стал разглядывать в слабом свете ночника выглядевший деревянным потолок, скорее всего, и являвшийся таковым.
       Ладно: будет день, будет пища, как говорится. А пищи завтра навалится много, обожрёшься, не переваришь, ещё и запор будет, не дай бог. Лис снова посмотрел на часы и закрыл глаза.
       - Спать, спать, спать! - приказал он вслух. - Надо сосчитать: один, сто, тысяча...
       "Би-бип, би-бип, би-бип" - засигналил будильник, установленный на семь утра, и Лис открыл глаза, казалось, и не закрывавшиеся вовсе. Проведя достаточно времени в прериях и лесах, он привык спать урывками, и даже короткий сон хорошо снимал усталость и освежал.
       Секунд тридцать Лис лежал в кровати, собираясь с первыми утренними мыслями, затем потянулся, разминаясь, и вскочил на ноги.
      .... (всего 22 главы)

  • Комментарии: 1, последний от 02/05/2010.
  • © Copyright Долинго Борис Анатольевич (writer@r66.ru)
  • Обновлено: 23/03/2014. 429k. Статистика.
  • Роман: Фантастика
  • Оценка: 7.19*7  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.