Авраменко Олег
Резонанс бытия

Lib.ru/Фантастика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Комментарии: 5, последний от 23/10/2010.
  • © Copyright Авраменко Олег (olegawramenko@yandex.ua)
  • Обновлено: 15/02/2018. 255k. Статистика.
  • Роман: Фэнтези Источник Мироздания
  • Оценка: 7.42*11  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Последняя на данный момент книга из цикла "Источник Мироздания". Вполне возможно, что последняя вообще. Поэтому, по ходу развития её собственного сюжета, в ней также даны ответы на некоторые вопросы, доставшиеся в наследство от предыдущих книг. В частности, вскрываются неожиданные обстоятельства, связанные с первым путешествием Артура в Срединные миры.

  • Данную книгу в формате ePub можно приобрести здесь.



    Шестая книга цикла 'Источник Мироздания'



    Глава 1
    Дейдра

    Вызов застал меня в кабинете Бренды. Она как раз сделала перерыв в работе, и мы не спеша пили кофе, чисто по-женски сплетничая. Вернее, сплетничала в основном Бренда, а я лишь поддерживала разговор. При всей своей серьёзности, она была большой охотницей поболтать, и по сравнению с ней меня можно назвать молчуньей. Хотя никто так не называл - я тоже за словом не лезу в карман и могу заговорить кого угодно. За исключением, разумеется, Бренды и ещё нескольких женщин в нашем роду.
    Я поставила недопитую чашку на стол и уже собиралась демонстративно посмотреть на часы, но Бренда опередила меня. Словно прочитав мои мысли, она слегка повернула левую руку и взглянула на свой золотой браслет со встроенными в него миниатюрными часиками, причём сделала это так, чтобы привлечь моё внимание. Потом состроила на лице огорчённую мину и обратилась ко мне почти с теми же словами, которые заготовила и я сама:
    - Ой, как быстро летит время! Извини, Дейдра, но меня ждёт одно важное дело. Договорим как-нибудь позже.
    - Конечно, - согласилась я, поднимаясь с кресла. - И, кстати, мне тоже пора. Хорошо, что напомнила. Можно, я воспользуюсь твоей 'нишей'?
    - Само собой, - ответила Бренда, надевая поверх блузки стильный жакет. - Тебя не затруднит переправить меня в Экватор? Не хочу лишний раз беспокоить Брендона.
    В отличие от меня, Бренда не имела доступа в Экваториальные миры из Безвременья. Ей нужно было либо идти по Туннелю через бесконечность (а путь этот неблизкий), либо ухватиться за адепта, находящегося по другую сторону упомянутой бесконечности, и совершить прыжок (самый распространённый способ, и Бренда обычно прибегала к помощи Брендона). Но, поскольку я была рядом, она решила немного поэксплуатировать меня.
    - Нет проблем, - сказала я. - Ну что, пойдём?
    - Да.
    Мы вместе вошли в примыкающую к кабинету 'нишу' - небольшую комнатку, где защитные чары, блокирующие доступ к Туннелю во всём Авалоне, были модифицированы таким образом, чтобы пропускать адептов Источника. Я взяла Бренду за руку, вызвала Образ, и через мгновение мы очутились под ярко-зелёным небом Безвременья, у подножия пологого холма, поросшего густой лиловой травой. Краем глаза я успела заметить на его вершине белый силуэт моей тёзки и тётки, Хозяйки Источника, но она тут же исчезла - вероятно, увидела в наших мыслях, что мы явились не к ней, и решила нам не мешать.
    - Тебя куда доставить? - спросила я. - В Солнечный Град?
    - Без разницы, - уклончиво ответила Бренда. - В любое место по твоему выбору, а дальше я уже сама.
    После этих слов мои смутные подозрения, зародившиеся ещё в тот момент, когда она, очень кстати для меня, прервала нашу беседу, переросли в уверенность.
    - Ты к Фионе, да? - сказала я.
    Застигнутая врасплох моей проницательностью, Бренда растерянно моргнула.
    - Как ты догадалась?
    - Очень просто. Она меня тоже позвала. Полагаю, через минуту после тебя.
    - Понятно. И ничего не объяснила?
    - Нет. Просто пару дней назад Фиона связалась со мной по зеркалу, мы немного поболтали, и между делом она сказала, что на рубежах Порядка происходят странные вещи. Я спросила, какие именно, а она ответила, что лучше мне увидеть собственными глазами. Попросила пока помалкивать об этом и немедленно прибыть к ней, когда позовёт. Это всё.
    Бренда кивнула:
    - У меня был примерно такой же разговор. Что ж, давай посмотрим собственными глазами.
    - Давай. Вести буду я.
    Мы перешли из Безвременья в пустынную Рощу Пробуждения, что находилась в Дневном Пределе Страны Вечных Сумерек. Это было одно из моих излюбленных мест в Экваторе, куда я направлялась, если хотела с кем-нибудь переговорить или просто подумать, что делать дальше. Там я и вызвала на связь Фиону.
    'Дейдра?' - мигом откликнулась она с лёгкими нотками удивления.
    'Собственной персоной, - ответила я. - А ты, небось, ожидала, что первой будет Бренда?'
    'Ну, в общем, да. Но как...?'
    'Она со мной'.
    'Ага. Отлично. - Фиона немного усилила мысленный контакт. - Пеленгуй меня'.
    'Готово. Принимай гостей'.
    В следующий момент мы с Брендой оказались на возвышенности, рядом со стройной девушкой, одетой в шитую золотом тунику и в позолоченные сандалии на босу ногу. Из украшений на ней были только серёжки в ушах и кольцо с Небесным Самоцветом на среднем пальце левой руки. Её распущенные белокурые волосы свободно развевались на порывистом ветру.
    Глядя на Фиону, невысокую, хрупкую и изящную, с трудом верилось, что вот уже пять лет она стоит во главе одной из Мировых Стихий. Её официальный титул, Страж Порядка, не имел женского рода, поэтому в колдовских Домах Фиону предпочитали называть Владычицей Порядка, а радикальные митраисты, равно как и последователи других культов и сект, обожествляющих Порядок, величали её Светлейшей (или Пресветлой) Госпожою, Повелительницей Небес, а то и Дочерью Всевышнего[1].
    Фиона встретила нас своей очаровательной улыбкой.
    - Привет, тётя. Привет, Дейдра. Давненько вы у меня не бывали.
    - Всего лишь два месяца, - заметила Бренда.
    - Три с половиной, - сказала я небрежно.
    Фиона фыркнула. Она была значительно моложе нас обеих (хотя внешне это никак не выражалось, ведь все ведьмы выглядят молодо, а некоторые, вроде меня, даже чересчур), поэтому для неё понятия 'давно' и 'недавно' отличались от наших. Разные поколения колдунов и ведьм относились ко времени по-разному, и нередко это служило причиной всяческих недоразумений. Например, если дед Янус говорил 'позже', то речь вполне могла идти о годах и даже десятилетиях.
    - Так что у тебя происходит, Фи? - спросила Бренда, оглядываясь по сторонам. - Что ты хотела нам показать?
    - Подождите немного, скоро увидите.
    А пока что мы видели только безжизненный и унылый в своём геометрическом совершенстве пейзаж одного из миров Внешнего Обода. Впрочем, следует признать, что с тех пор как Фиона стала Владычицей Порядка эти миры перестроились, изменившись в лучшую сторону с точки зрения человеческой эстетики. В них добавилась толика беспорядочности - пусть и кажущейся. На самом же деле весь окружающий ландшафт по-прежнему подчинялся строгой математической закономерности, просто описывающие его аналитические функции существенно усложнились, создавая обманчивое впечатление случайных нерегулярностей, вроде мелких кочек и рытвин у нас под ногами. Однако Порядок не признавал никаких случайностей, так что все эти кочки, рытвины и прочие 'неправильности' были полностью упорядочены в соответствии с невидимой невооружённым глазом закономерностью.
    Тем временем к Фионе пожаловали ещё две гостьи - две Виктории, бывшие близняшки Вика и Тори, старшие дочери Софи. Раньше их постоянно путали даже ближайшие родственники (я не в счёт, я их всегда различала), но с недавнего времени эта неразбериха прекратилась. Полтора года назад Вика стала адептом Хаоса и лишилась связи с Источником. Сохранить обе Силы она не могла, так как должность Собирающей Стихии уже была занята Тори, а Вселенная не нуждалась в двух обладательницах такого огромного могущества. Вика прекрасно знала, на что идёт, ей было неимоверно трудно отказаться от Источника, но всё же она сделала это ради Мирддина, Хранителя Хаоса, с которым уже давно тайком крутила любовь, а после принятия новой Силы официально сочеталась с ним браком и стала соправительницей Хаоса. С тех пор она превратилась в персону нон-грата для большинства колдовских Домов, зато сторонники Хаоса начали почитать её наряду с Мирддином.
    При сложившихся обстоятельствах разительное сходство между Викой и Тори было чревато для обеих не слишком приятными недоразумениями, поэтому они решили, что одна из них должна внести коррективы в свою внешность, чтобы их легко различали с первого взгляда. Понятно, что меняться пришлось Тори, поскольку их общая с Викой внешность в представлении колдовского сообщества очень быстро стала ассоциироваться с Хаосом. Как и все родственники, я ожидала, что Тори ограничится лишь самыми поверхностными изменениями - глаза, волосы, некоторые черты лица. Она и вправду поменяла цвет своих глаз на зелёный, а её каштановые волосы стали светло-русыми, примерно как у меня, только не вьющиеся. Но это были мелочи - Тори с помощью Источника произвела радикальную коррекцию своего генотипа, и в результате полностью изменила свой естественный облик, стала совсем не похожа на себя прежнюю. Не такой красавицей - говорили некоторые. Это ещё как сказать - возражали другие, в том числе и я. Теперь Торина красота была более мягкой и нежной, как у той же Фионы, а слегка пухлые губки и чуточку вздёрнутый носик делали её просто очаровашкой. Она немного сбавила свой рост, несколько сузила талию и бёдра, уменьшила грудь, отчего её стройная фигура сделалась хрупкой и даже более изящной. Ну, и в качестве завершающего штриха, Тори помолодела - стала выглядеть не на двадцать лет, как раньше, а только на восемнадцать.
    Не успели сёстры поздороваться с нами, как вдруг перед ними возник Агнец, указал перстом на Вику и грозно молвил:
    - Как смеешь ты, отмеченная печатью Диавола...
    - Заткнись, Ариэль! - сердито приказала Фиона. - Ну, разве можно быть таким остолопом? Я же всех вас предупредила, что собираюсь пригласить Викторию из Хаоса. Она мой гость, понятно?
    Агнец немедленно пал ниц.
    - Прости меня недостойного, Пресветлая Госпожа. Я просто забочусь о твоей безопасности.
    - Спасибо, позаботился. А теперь сгинь.
    Не вставая с колен, Агнец сгинул. А Фиона смущённо обратилась к Вике:
    - Извини. Ариэль совсем молодой, он был создан на смену предыдущему Ариэлю незадолго до того, как я стала Стражем. Старшие ещё не успели как следует выдрессировать его.
    - Ничего, - сказала Вика. - Будь уверена, что церберы, даже в присутствии Мирддина, не станут вилять перед тобой хвостами. - Потом она смерила меня и Бренду взглядом. - Вижу, зрители уже собрались. Скоро начнётся вторжение?
    - Так ты уже знаешь? - удивилась Фиона. - Откуда?
    - Просто догадалась. У нас в Хаосе такая же проблема.
    - Что за проблема? - спросила Бренда. - О каком вторжении вы говорите?
    Никто ответить ей не успел, так как в этот момент появился Феб в элегантно разодранном рокерском наряде[2].
    - Приветик, Фи, - жизнерадостно произнёс он. - Привет, девочки, - это к Вике и Тори. А затем к нам с Брендой: - Здравствуйте, милые тётушки.
    Я досадливо поджала губы. Терпеть не могу, когда меня называют тётей, а тем более тётушкой. И негодник Феб прекрасно об этом знает, но не упускает случая подразнить. Когда-нибудь я хорошенько отлуплю его - посмотрим, как он будет отбиваться.
    - Надеюсь, я ничего не пропустил? - между тем продолжал Феб. - Мне пришлось задержаться, пока мы доиграем песню. Конечно, это был не концерт, а просто репетиция, но всё равно не хотелось прерываться на середине.
    - Всё нормально, - сказала Фиона. - Ты прибыл в самый раз. Вот, уже начинается.
    Она указала на гряду невысоких холмов метрах в двухстах от нас, где как раз стали открываться многочисленные Туннели. Из каждого хлынула целая толпа приземистых кривоногих существ с зеленовато-серой кожей. Они были вооружены короткими мечами, луками, секирами, дубинками с шипами, копьями, а их предводители держали в руках кривые сучковатые посохи явно магического предназначения.
    - Офигеть! - произнёс потрясённый Феб. - Это же гоблины! Глазам своим не верю...
    Мне тоже с трудом в это верилось. Однако факт был налицо: гоблины пересекли весь Экватор, продрались через Полярную Зону Порядка и оказались здесь, в мире Внешнего Обода. Воистину - офигеть! Другого слова не подберёшь.
    Гоблины принадлежали к числу разумных рас, сотворённых в незапамятные времена Хаосом для борьбы с Порядком. Тут уместно отметить, что и Порядок некогда занимался тем же самым, наплодив свыше дюжины разновидностей мыслящих созданий, призванных противостоять Хаосу. Причём в обоих случаях речь шла не просто о тварях, вроде церберов и Агнцев, целиком подчинённых той или иной Стихии, а о существах подобных людям - обладающих свободой воли, способных принимать самостоятельные решения и действовать сообразно собственным убеждениям. Впрочем, сами люди отказывались признавать этих существ равными себе и обычно называли их чудовищами, а в колдовских Домах употребляли собирательный термин 'химеры' (что, кстати, имело пренебрежительный оттенок, так как по-эллански, на языке Сумеречных, слово 'химера' означает 'коза').
    Никаких достоверных сведений о войнах с участием химер не сохранилось, поскольку это происходило ещё до Титаномахии, однако предания гласили, что собранные из них армии оказались небоеспособными - при непосредственном столкновении химерических воинств Порядка и Хаоса они взаимно истребляли друг друга, не давая преимущества ни одной из сторон, а в сражении с колдунами неизменно терпели сокрушительное поражение. В конце концов, обе Стихии разочаровались в своих бестолковых детях и в дальнейшем сосредоточили всё внимание на людях - существах, созданных более компетентным творцом. Так, скажем, Титаны были колдунами и ведьмами, принявшими Силу Порядка. Что же касается Хаоса, то он поступил более изощрённо и породил Гигантов, оплодотворив человеческих женщин своим семенем. В результате получились получудовища-полулюди - и как раз вторая половина их сущности делала Гигантов необычайно опасными.
    Ну, а уцелевшие племена химер обитали, всеми забытые, на границах Полярных Зон. Они не обладали колдовским Даром в человеческом понимании и не имели доступа к Формирующим, однако их шаманы были способны использовать рассеянную в мирах энергию Порядка или Хаоса (в зависимости от происхождения их расы), чтобы творить кое-какие чары, в частности, открывать Туннель. Это позволяло им кочевать по окраинам Экватора, порой они вторгались в человеческие миры - но простые смертные, как правило, давали достойный отпор пришлым чудовищам, которых не спасала даже их магия. А от колдовских Домов все без исключения химеры предпочитали держаться подальше. Точно так же они старались обходить десятой дорогой Порядок с Хаосом - причём без разницы, кто породил их; и тот и другой внушали им ужас. На протяжении всей известной (то есть, документально подтверждённой) истории не было зафиксировано ни единого случая участия химер в противоборстве Стихий.
    И вот на наших глазах происходило невероятное - полчище вооружённых гоблинов вторглось во Владения Порядка, и намерения у них были явно далеки от мирных. Они не замедлили продемонстрировать это, когда перед ними возникла рота Агнцев под командованием (если только я не ошиблась) Рафаила - Блюстителя Внешних Рубежей. Очевидно, по предварительному распоряжению Фионы, Рафаил сначала потребовал от гоблинов убраться прочь, но те не стали его слушать и ринулись в бой.
    Впрочем, нет, не в бой. Само понятие боя подразумевает соизмеримость сил противников - а здесь было просто побоище. Несмотря на численное превосходство гоблинов (по моим прикидкам, из Туннелей уже выбралось несколько тысяч, и они всё продолжали прибывать), Агнцы укладывали их штабелями, не потеряв ещё ни одного бойца. А гоблины, даром что издавали воинственные кличи, размахивали мечами, секирами и дубинками, стреляли из луков, бросали копья и творили заклятия с помощью посохов, выступали в роли стада скота, безропотно идущего на убой. Сверкающие клинки Агнцев разили их с быстротой и безжалостностью молний, не оставляя им ни единого шанса уцелеть.
    Я, Бренда и Феб смотрели на происходящее с распахнутыми от изумления глазами. А сёстры - просто с любопытством. Теперь я поняла, о чём говорили Фиона с Викой перед появлением Феба. Судя по всему, не только Порядок подвергался нападению химер. То же самое было и в Хаосе - только туда, по логике, должны были вторгаться химеры Порядка. Лично я поставила бы на кентавров.
    - Если не ошибаюсь, - произнесла Вика, - это не единственный очаг вторжения.
    - Не ошибаешься, - ответила Фиона. - На данный момент гоблины высадились уже в двадцати трёх мирах Обода, ещё девять групп на подходе. Они всегда наносят рассеянный удар. Не думаю, что за этим стоит какой-либо тактический замысел. Просто разные племена ещё могут договориться о совместном походе, но биться бок о бок не желают, опасаясь удара в спину.
    - В Хаосе кентавры действуют похожим образом, - сказала Вика, тем самым подтвердив мою догадку.
    - А другие химеры? - спросила Фиона.
    - У нас были только кентавры. Все три раза.
    - Всего лишь три раза? - Фиона покачала головой. - У меня уже девятнадцатое вторжение. Дважды были мантикоры, пять раз тролли, в остальных случаях - гоблины.
    - И давно это началось?
    - Полтора месяца Основного Потока.
    Тори укоризненно посмотрела на неё:
    - А мне ты ничего не сказала. На прошлой неделе я была у тебя, но ты и словом не обмолвилась.
    - Сначала хотела разобраться в происходящем, - объяснила Фиона. - И кстати, ты тоже мне ничего не сказала. Про кентавров.
    - Тогда она ещё не знала, - заметила Вика. - Собственно, первое их вторжение случилось как раз неделю назад. Я рассказала Тори о кентаврах позавчера, после того, как ты связалась с нами обеими и упомянула о странных вещах, что происходят на твоих рубежах.
    - А вчера, - добавила Тори, - мы с Викой и Мирддином наблюдали за третьим вторжением кентавров. Церберы расправились с ними не так лихо, как вот сейчас действуют твои Агнцы, но надо учесть, что кентавры умнее, ловчее и сильнее гоблинов.
    - Да, - сказала Фиона, - гоблины сущие дохляки. Тролли, хоть и тупые, как пни, зато громадные. А самые опасные - мантикоры. Во время предыдущего набега они тяжело ранили одного из Агнцев. Рафаил собирался добить его, но я запретила.
    - Достойное восхищения милосердие, - наконец отозвалась Бренда, отвлёкшись от созерцания того, как сотня Агнцев методично громила гоблинскую армию. - Как я понимаю, Фи, вначале ты подозревала, что этих химер науськивает Хаос?
    - Была такая мысль, - призналась Фиона и быстро взглянула на Вику. - Только не думай, что я винила Мирддина. Просто Хаос мог действовать без его ведома. Как в тот раз, когда на Феба напал цербер.
    - Мирддин всё тщательно проверил, - ответила Вика. - Он ручается, что Хаос никоим образом не причастен к этим вторжениям.
    - А я ручаюсь за Порядок. Тем не менее, пленённые гоблины, тролли и мантикоры в один голос утверждали, что служат своему отцу, Хаосу, и их святая цель - низвергнуть гнусный Порядок.
    Вика кивнула:
    - Мы с Мирддином захватили нескольких кентавров, и на допросе они дали такие же показания. Только отцом называли Порядок, а врагом - нечестивый Хаос.
    - Коллективное помешательство? - предположил Феб.
    - Может быть, - сказала Фиона. - Но чем оно вызвано, вот вопрос. Массовый гипноз, чары... если и так, то их следов я не обнаружила. Все пленные вели себя вполне адекватно, просто были искренне и твёрдо убеждены, что их священный долг - борьба с Порядком.
    - В определённом смысле, - произнесла Тори, - разумными существами управлять проще, чем животными. Достаточно лишь вдолбить им в головы какую-нибудь идею, а потом они уже действуют самостоятельно, руководствуясь своими убеждениями. Находятся лидеры, которые эту идею превращают в идеологию, организуют массы и ведут их за собой. В данном случае - на штурм Порядка или Хаоса.
    - И у гоблинов, - взяла я слово, - такими лидерами являются те типы с магическими посохами. Шаманы, верно?
    - Да, - подтвердила Фиона. - Готовясь к походу, они наполняют свои посохи рассеянной энергией Хаоса, поэтому могут творить заклятия даже здесь, в Порядке. Две недели назад Агнцы захватили живьём весьма незаурядного шамана - умного не только по гоблинским меркам, но и по человеческим. У нас с ним получилась довольно содержательная беседа: он не плевался, не оскорблял меня, а спокойно и аргументированно доказывал, что я служу злу, поэтому должна умереть, а Порядок необходимо разрушить. Его рассуждения чем-то напоминали мне речи наших радикальных митраистов о Хаосе.
    - Он ещё жив? - спросила Вика. - Или уже казнён?
    По самой постановке вопроса я догадалась, как поступил Мирддин с попавшими в плен кентаврами. Поняла это и Фиона.
    - Он мёртв, но я его не казнила, - ответила она. - Всех пленных после допроса я отпускаю на свободу, и Агнцы доставляют их на границу Экватора. К сожалению, они всегда возвращаются и гибнут в схватках с патрулями.
    - Да уж, - задумчиво промолвила Бренда. - Действительно странные вещи происходят - и в Порядке, и в Хаосе. Полагаю, об этом следует сообщить главам всех Домов. Или, по крайней мере, главам наших Домов. Почему ты не пригласила сюда деда Януса, Артура и Брендона?
    Фиона замялась.
    - Ну, я подумала, что сначала...
    - Можешь не продолжать. Ты уже пять лет как Страж Порядка, а по-прежнему комплексуешь. Робеешь перед Янусом и Артуром, стесняешься их беспокоить, а Брендона не позвала из опасения, что двое других обидятся... Что за глупости, в самом деле! Фи, детка, пойми наконец, что теперь ты сама королева. Даже больше чем королева - ты повелеваешь Мировой Стихией. Не будь ребёнком, повзрослей.
    Тут за Фиону вступился Феб:
    - Пожалуйста, тётушка, не дави так. Ты же сама себе противоречишь - убеждаешь Фиону, что она великая и могучая, и одновременно отчитываешь её, как маленькую девочку. Коль скоро она Владычица Порядка, то ей и решать, с кем посоветоваться в первую очередь. По-моему, компания у нас и так подобралась неплохая. Ты - сестра Артура и Брендона. Дейдра - дочь Артура и бывшая Хозяйка Источника. Тори - Собирающая Стихии, а Вика - соправительница Хаоса. Я же, как сын понтифика Олимпа и правнук короля Януса, вполне могу представлять Сумерки.
    Фиона благодарно взглянула на Феба.
    - Ещё должны были прийти Кевин[3] и мой отец, - добавила она. - К сожалению, оба оказались заняты. Сейчас у Кевина важное правительственное совещание, которое он не мог отложить, а отец отправляет вечернюю службу в Главном храме.
    - Надеюсь, ты попросила Эрика помолиться за души невинно убиенных гоблинов, - язвительно заметила Бренда, немного обиженная тем, что Феб свёл на нет весь эффект от её воспитательного спича. - Ну, ладно, оставим это. Итак, одни химеры стремятся уничтожить Порядок, иные - Хаос. Но как они собираются это сделать? Теоретически, одну Стихию можно сокрушить, обрушив на неё всю мощь другой Стихии. Тогда во Вселенной наступит Ночь Брахмы, после чего начнётся новый цикл бытия. Однако магия гоблинов, хоть и происходит от Хаоса, не является его подлинной Силой. Точно так же, как тепло от огня уже не принадлежит самому огню, а представляет собой свободную энергию.
    - В том-то и дело, - сказала Фиона. - Я просто в упор не вижу, как они могут причинить Порядку хоть малейший урон. Спрашивала об этом у того гоблинского шамана, о котором уже вам рассказывала, но как раз тут у него напрочь отказывала логика и наш разговор становился бессмысленным.
    - И всё же, - настаивала Бренда, - предположим такой фантастический вариант, что гоблины одолели Агнцев, а новый отряд не прибыл. Что дальше?
    - Вот, сами посмотрите.
    Фиона на секунду сосредоточилась, посылая мысленную команду своим подчинённым. Агнцы немедленно прекратили сражение и с удивительной синхронностью исчезли.
    Гоблины, которых оставалось уже меньше двух сотен, на минуту замерли в недоумении, подозревая, что за этим кроется какая-то военная хитрость. Но потом уцелевшие шаманы (я насчитала пять живых особей с посохами), посовещавшись между собой, отдали приказ, и вся толпа гоблинов ринулась в нашем направлении.
    - Они действуют строго по плану, - объяснила Фиона. - Первый пункт - добраться до Внешнего Обода. Второй - уничтожить всех врагов на своём пути. Они не знают, кто мы такие, но уверены, что враги, поскольку находимся на территории Порядка, а Агнцы нас не атакуют.
    На полпути к нам первые ряды гоблинов с разбега налетели на созданный Фионой прозрачный силовой барьер. Он отбросил их назад, и они столкнулись с бегущими следом соплеменниками. В результате почти весь отряд оказался на земле, а с десяток гоблинов получили разной тяжести ранения, напоровшись на оружие своих же товарищей. Тем не менее, все они поднялись и дружно навалились на барьер, в тщетной попытке пробиться сквозь него. Один из шаманов попробовал разрушить чары барьера своей магией, но добился только того, что полностью разрядил посох.
    - Тролли на этом этапе застопорились, - прокомментировала Фиона, - и мне пришлось стать невидимой, чтобы принудить их к дальнейшим действиям. Однако гоблины умнее.
    И действительно - вскоре шаманы убедились, что к нам не пробиться, и решили игнорировать нас. По их приказу воины прекратили давление на барьер и стали выстраиваться в колонну по двое. А шаманы соединили свои посохи, из них посыпались красные искры, и в пространстве возникла брешь, которая постепенно расширилась до гоблинских размеров и приобрела форму круга. Внутри неё пылал холодный огонь Порядка.
    - Ни хрена себе! - сказал Феб. - Они открыли Горнило!
    - Сделать это не так уж трудно, - заметила Тори.
    - Но с помощью магии Хаоса...
    - Это нельзя назвать магией Хаоса, - возразила Фиона. - Бренда верно подметила насчёт огня и тепла от него. И в любом случае, происхождение чар не имеет значения. Каждому предоставляется шанс обрести Янь.
    Что верно, то верно. Такова была философия Порядка. И Хаоса тоже. Хотя, по большому счёту, касалось это только людей, обладающих колдовским Даром. Любой из них мог прийти в Порядок или Хаос, объявить о своём желании приобщиться к соответствующей Стихии, и его беспрепятственно допустят к посвящению. Зато путь к Источнику был открыт только для избранных, чьи кандидатуры одобряла Хозяйка. Такая разница в подходах объяснялась тем, что Силой Источника, по своей природе созидательной, могли овладеть слишком многие колдуны и ведьмы. А Порядок и Хаос несли в себе конфликтное, разрушительное начало, поэтому претенденты на их Силу либо гибли, либо становились безумцами. За всю историю было известно только несколько случаев овладения Силой Порядка или Хаоса без губительных последствий для рассудка[4].
    Несмотря на вышесказанное, среди колдунов и ведьм время от времени находились такие, кто решался рискнуть в надежде, что ему-то как раз повезёт. А пять лет назад, когда у Порядка появилась Владычица, число желающих заполучить его Силу резко возросло - они рассчитывали, что теперь ситуация изменилась к лучшему и у них появился неплохой шанс. Но умница Фиона быстро сориентировалась и во всеуслышание объявила, что не намерена плодить безумных адептов, поэтому отныне на завершающем этапе посвящения Порядок будет проверять психическое состояние неофитов и уничтожать тех, кто обрёл Янь ценой потери рассудка. За пять лет правления Фионы вступить на Стезю Порядка решилось примерно полсотни человек, не считая тех, кого ей удалось отговорить от этого шага - с каждым из претендентов она лично проводила беседу, порой по несколько часов кряду. Многие прислушивались к её доводам и отказывались от своих намерений, ну а те, кто оставался при своём мнении, уходили к Цитадели и назад не возвращались.
    Точно так же не грозило вернуться и гоблинам, которые один за другим исчезали в Горниле. Мощь Порядка сжигала их сразу, но они упрямо шли навстречу своей смерти, выкрикивая что-то вроде: 'Мы разрушим Цитадель до основанья...'
    - Пленных брать не собираешься? - спросила я.
    - Уже сделано. В других местах вторжения Агнцы захватили несколько шаманов. Позже я допрошу их, чтобы узнать из какого мира они явились. Потом велю отпустить... чтобы они вернулись и погибли.
    - Небось рассчитывают, - предположил Феб, - что таким образом заслужат тёпленькое местечко в своём гоблинском раю.
    - Именно так.
    Тем временем последний гоблин растворился в ледяном пламени, и Фиона лёгким мановением руки закрыла Горнило.
    - Вот и всё, - произнесла она. - Сколько я ни пыталась втолковать пленным, что никакую Цитадель они не разрушат, а те всё твердили: 'Разрушим, разрушим, не мы, так другие'... Полный идиотизм!
    - А кентавры рвались к Лабиринту Хаоса, - сказала Вика. - В последний раз у Мирддина была мысль пропустить нескольких, но потом он передумал.
    - Я тоже не сразу на это решилась, - кивнула Фиона. - Опасалась подвоха. Как оказалось, напрасно. Порядок сжигает химер безо всякого вреда для себя.
    - Дело не во вреде. Просто ты не живёшь в Цитадели, а для нас Лабиринт - ещё и наш дом. Сама мысль о том, что он проглотит толпу кентавров... ну, в общем, не слишком приятна. Да и смысла в этом нет. Церберы отлично справляются с охраной рубежей Хаоса.
    - А Агнцы, как вы сами могли убедиться, успешно охраняют Порядок, - заметила Фиона. - Меня беспокоят не сами набеги химер, а то, что может за этим стоять. Какая неведомая сила заставила их напрочь позабыть об извечном страхе перед Порядком и Хаосом? Какую цель она преследует, чего добивается?
    - Может быть, Нергал снова объявился? - предположила я. - Допустим, он уцелел, зализал раны и на этот раз решил не связываться с колдунами, а переключил своё внимание на химер.
    - Нергал уничтожен, - категорически заявила Тори. - В этом нет никаких сомнений.
    - Я видел собственными глазами, - поддержал её Феб. - И помогал Софи.
    - Если бы он уцелел, - добавила Вика, - его слуги сохранили бы с ним хоть какую-то связь. Но они её потеряли - все вместе, одновременно.
    - Ну, ладно, - уступила я. - Пусть не Нергал, а какой-то другой космический некрофаг, которому тоже удалось проникнуть в нашу Вселенную. Теперь он посылает химер на бойню, чтобы питаться энергией их смерти.
    - Что ж, эта гипотеза заслуживает рассмотрения, - признала Тори. - Только я вижу в ней один серьёзный изъян. Кто бы ни натравил кентавров, гоблинов и прочих уродцев на Порядок и Хаос, он тем самым привлёк к ним наше внимание. А твоему гипотетическому некрофагу это совершенно ни к чему. Он ведь легко мог заставить химер истреблять друг друга - пищи хватит надолго, а риск вызвать подозрения ничтожно мал.
    - Это уж точно, - согласилась Бренда. - Колдовскому сообществу глубоко плевать на химер. К примеру я, с тех пор как вышла из детского возраста и перестала читать сказки, даже не вспоминала о них. Так что в словах Тори есть резон.
    Тем временем на недавнем поле брани появились Агнцы. Они стали собирать убитых гоблинов и вышвыривать их по Туннелям за пределы Порядка.
    - А у нас, - заметила Вика, - церберы просто сожрали кентавров.
    - И не напоминай, - содрогнулась Тори. - Почитай со всего Хаоса сбежались на дармовую конину.
    - Пожалуй, здесь нам больше нечего делать, - отозвалась Фиона. - Давайте ко мне - перекусим, чего-нибудь выпьем и продолжим разговор.
    После слов Вики и Тори о пиршестве церберов мысль о еде не вызывала у меня никакого энтузиазма, однако я не прочь была погостить у Фионы. Феб тоже согласился. А Бренда покачала головой:
    - Спасибо, Фи, но лучше я вернусь в Авалон. Надо доложить обо всём Артуру.
    - А я - в Хаос, - сказала Вика. - Мирддин ждёт известий о ситуации в Порядке. Тори, ты со мной?
    - Нет, - сказала она, покосившись на Фиону. - Я ещё немного задержусь. А тебя могу подбросить.
    - Не стоит, - ответила Вика. - Я как-нибудь сама, своим ходом. - И обратилась ко всем нам: - Счастливо, друзья. Увидимся.
    Сила Хаоса (как и Порядка) позволяла мгновенно перемещаться только в пределах родной Стихии. Во всей остальной Вселенной приходилось пользоваться обычным Туннелем. Правда, в отличие от рядовых колдунов и ведьм, манипулирующих Формирующими, обладатели Инь или Янь могли моментально разгоняться до огромной скорости. Вот и Вика, даже находясь на границе Порядка, настолько быстро открыла Туннель и так стремительно исчезла в нём, что создалось впечатление, будто она ушла в прыжок.
    Потом нас покинула Бренда, отказавшись от моего предложения доставить её в Безвременье. Вместо этого она воспользовалась помощью своего мужа Колина, находившегося в Авалоне, и, ухватившись за него, перепрыгнула через бесконечность, отделяющую от нас Срединные миры.
    - Вот так, Дейдра, - прокомментировала Тори. - Провалилась твоя хитрая попытка спихнуть на Бренду и разговор с Хозяйкой.
    - Ничего такого я не планировала, - солгала я, убедившись, что мой разум надёжно заблокирован[5]. - Разговор с Хозяйкой - моя обязанность, и я не собираюсь перекладывать её ни на Бренду, ни на тебя.
    Тори хитро усмехнулась, явно не поверив мне, но от её следующего замечания меня спасла Фиона.
    - Феб, Дейдра, - сказала она, - спрячьте подальше ваши Образы Источника, сейчас переносимся. А ты, Тори, не забудь и о своём Инь.
    - Не забуду, не забуду, - ответила Тори. - Сколько ещё тысяч раз ты будешь меня предупреждать?
    Над её головой ярко сверкнул Знак Янь, и она ушла первая. Фиона, взяв нас с Фебом за руки, последовала за ней.


    Глава 2
    Вика

    Достигнув Грани, она совершила прыжок и оказалась посреди каменистой пустоши, над которой по тёмному небосводу кружились в беспорядочном хороводе яркие звёзды. Здесь начинался Внутренний Круг Хаоса, в центре которого находился Тёмный Лабиринт. Ни Софи, бывшая Собирающая Стихии, ни Тори, её преемница, не могли воспользоваться своей Силой Хаоса, чтобы мгновенно перенестись к самому Лабиринту, а были вынуждены идти пешком. Зато Вика, не просто адепт, но и соправительница Хаоса, не была скована такими ограничениями, ей только приходилось делать здесь промежуточную остановку.
    Следующий прыжок привёл её к стене из базальтового монолита, края которой (если они и были) скрывались в непроглядной тьме. Пятно света из невидимого источника освещало лишь пространство вокруг самой Вики и участок стены перед ней с высоким арочным проходом, внутри которого царила абсолютная чернота. Нижний край арки располагался выше уровня земли, и к нему вело семь ровных, гладких ступеней.
    Вика поднялась по ступеням и вошла под арку. На секунду её окутал мрак, а потом она зашагала по ровной, усыпанной мелким гравием дорожке, мимо цветущих вишнёвых деревьев к видневшейся в центре сада беседке. Внутри Лабиринт Хаоса мог принимать самые разные формы, вернее, он содержал в себе бесчисленное множество форм, и Вика, будучи полноправным адептом, могла свободно переходить из одной в другую. Она выбрала ту, где в данный момент находился её муж.
    Мирддин сидел в беседке за шахматным столиком и предавался своему любимому виду досуга - играл сам с собой. Раньше к нему время от времени приходила Софи, и тогда они разыгрывали между собой партию, получая удовольствие от интеллектуальной схватки равных по силе игроков. А вот Вика и Тори всегда с треском проигрывали Мирддину - они никогда не увлекались шахматами, предпочитая карточные игры.
    Когда Вика вошла в беседку, Мирддин поднял на неё взгляд и спросил:
    - Ну, и что там было?
    - Вторжение гоблинов.
    Он кивнул:
    - Как я и предполагал.
    - Но не только, - добавила Вика. - Порядок атакуют ещё и тролли с мантикорами. Но гоблины чаще.
    - То есть, это началось раньше чем у нас?
    - Примерно на месяц. Сейчас сам услышишь. И увидишь.
    Шахматный столик перед Мирддином исчез, а на его месте возник другой стол с голографическим проектором. Вика сняла с ушей серьги и вставила их в специальные считывающие гнёзда.
    - Ох уж эти новомодные штучки! - проворчал Мирддин. - Просто записала бы на свой Самоцвет - и никакой мороки.
    Не обращая внимание на его слова, Вика присела на скамью и включила проектор. Над столом возникло чёткое, объёмное изображение Агнца, который говорил:
    - ...ты, отмеченная печатью Диавола...
    По ходу воспроизведения Вика регулировала масштаб и ракурс, чтобы показать самое важное. Мирддин смотрел и слушал в основном молча, лишь несколько раз просил повторить тот или иной эпизод. А когда запись закончилась, он произнёс:
    - Обрати внимание: Фиона не очень-то верит в массовое внушение, а гипотезу Дейдры о новом некрофаге и вовсе проигнорировала. У неё было время хорошенько поразмыслить и, кажется, она пришла к той же догадке, что и я.
    - Так у тебя есть объяснение? - спросила Вика. - А мне ты ничего не сказал.
    - Ну, во-первых, - заметил Мирддин, - не объяснение, а всего лишь предположение, рабочая гипотеза. Во-вторых, эта мысль возникла у меня только вчера вечером, а весь сегодняшний день я её обдумывал. Ты же с самого утра где-то пропадала, а когда вернулась, я просто не успел с тобой поговорить - почти сразу тебя вызвала Фиона. Поверь, я не собирался ничего скрывать. Ведь ты моя жена, и у меня нет от тебя тайн.
    - В самом деле? - слабо улыбнулась Вика. - Совсем-совсем никаких? Всё-всё мне рассказываешь?
    - Ну, обо всём, что я знаю и что пережил, рассказать физически невозможно. Пришлось бы несколько десятилетий только тем и заниматься, что говорить. Но вспомни: я хоть раз отказывался отвечать на твои вопросы? Нет, ни разу. Всегда, о чём бы ты не спрашивала, я отвечал честно, без утайки.
    Как всегда, логика Мирддина была неуязвима. И он нисколько не лукавил - хотя во многих Домах его называли Лукавым. Возможно, он таким и был, но только не с Викой. Она действительно не могла припомнить ни одного случая, когда бы на её прямой вопрос он не давал такого же прямого ответа. Хотя, разумеется, тут была своя хитрость: ведь, чтобы задать правильный вопрос, нужно знать, о чём спрашивать...
    - Так что там насчёт твоей догадки? - осведомилась Вика.
    - Давай подождём немного, - предложил Мирддин. - Скоро придёт Тори и расскажет версию Фионы. А я, если возникнет необходимость, дополню её.
    Он поднялся и вышел из беседки, Вика последовала за ним. Окружающий их мир за неуловимое мгновение изменился, и теперь они стояли на открытой веранде двухэтажного дома, а в полусотне шагов от них набегали на песчаный пляж морские волны. Был вечер; где-то там, позади, солнце клонилось к закату, и тень от дома уже протянулась почти до самой кромки воды.
    Эта конфигурация Лабиринта была создана специально для Вики, она любила море, ей нравилось жить на морском побережье. И здесь, в этом доме, они обычно жили, хотя сам Мирддин предпочитал закрытые пространства и роскошно убранные покои, обставленные на средневековый лад - с непременными гобеленами на стенах и свечами в массивных канделябрах. А вот на Вику подобная обстановка производила гнетущее впечатление.
    Устроившись в шезлонге, Мирддин закурил сигару. Раньше он предпочитал курить трубку, но потом заметил, что Вике это не нравится (хотя она даже словом не обмолвилась) и изменил свои привычки. Он был на многое готов ради неё. Слишком на многое - и Вику это пугало. Пугало до дрожи в коленках, до спазмов в животе. Пугало до смерти...
    - А как ты думаешь, - произнесла она после некоторых колебаний, - я тоже честно отвечаю на все твои вопросы?
    - Об этом тебе лучше знать самой. Ну, а я просто стараюсь не спрашивать тебя о том, о чём ты можешь мне солгать.
    - Значит, ты допускаешь, что я способна обманывать тебя?
    - Конечно, способна. Я тоже часто лгу, бываю неискренним, прибегаю к увёрткам - но только не с тобой. Тебя я обманывать не могу. Ты слишком дорога мне, гораздо дороже, чем я тебе. - Мирддин ласково посмотрел на неё. - Только не подумай, что это упрёк. Я прожил на свете достаточно долго, чтобы принимать тебя такой, какая ты есть, и довольствоваться тем, что ты в силах мне дать... Но ладно, хватит об этом. Лучше искупайся, если хочешь.
    Ей действительно хотелось искупаться. А ещё она знала, что Мирддин обожает за этим наблюдать.
    Вика побежала к морю, и с неё на ходу, словно сама по себе, слетала одежда и уносилась прочь, подхваченная порывами ветра. До берега она добралась уже голышом, миновала отмель и с наслаждением окунулась в воду, пахнущую солью, йодом и водорослями.
    Около четверти часа Вика плавала, забираясь всё дальше в море и ныряла до самого дна. Наконец, вдоволь порезвившись, легла навзничь и, покачиваясь на волнах, засмотрелась в безоблачное небо. Она стала думать о тех своих поступках и намерениях, которые скрывала от Мирддина. Гадала о том, как он отреагирует, если узнает о них. Вернее, не 'если', а 'когда'. Рано или поздно он обязательно узнает, но если это произойдёт слишком рано, то...
    Как всегда при таких мыслях, Вику охватил страх.


    Глава 3
    Дейдра

    В отличие от Лабиринта Хаоса или Безвременья у Источника, Цитадель Порядка не годилась в качестве жилища; она вообще не имела материальной формы, а представляла собой чистое средоточие вселенского Янь. В Небесных Чертогах, где обитали все предводители Агнцев, Фиона селиться не захотела - они были слишком неуютны и помпезны, под стать Чертогам Смерти в Хаосе. Поэтому ангелы-зодчие (одни из младших существ Порядка, которые обычно занимались дизайном миров) ударными темпами построили для своей Владычицы Звёздный Замок - собственно, даже не замок, просто большой и красивый трёхэтажный дом-дворец в стиле барокко, где она устроила свою резиденцию. Звёздным он был назван потому, что плыл в космическом пространстве, заключённый в прозрачную магическую сферу, заполненную воздухом, который постоянно сохранял чистоту и свежесть. Зрелище из окон, а особенно с террас и балконов, открывалось изумительное - Фиона хорошенько поработала, подправляя расположение звёзд таким образом, чтобы их упорядоченность оставалась незаметной.
    Звёздный Замок, хоть и находился в самом центре Владений Порядка, был ограждён от прямого воздействия его Силы - неприятного для адептов Источника, тягостного для обычных колдунов и губительного для простых смертных, а также для всей нормальной флоры и фауны из Экватора и Срединных миров. Фиона любила украшать свои комнаты живыми цветами, она держала трёх кошек и канарейку, приводила сюда гостей - друзей и родственников, и порой брала к себе свою дочурку, четырёхлетнюю Морвен, которая росла в Солнечном Граде под опекой Эрика и Дженнифер. А раньше здесь много времени проводил Рик, с которым Фи была помолвлена. К счастью, до свадьбы дело не дошло, она вовремя опомнилась и рассталась с этим негодяем. Возможно, я слишком предубеждена против него, вот Кевин считает Рика своим лучшим другом и замечательным человеком, но факт остаётся фактом - даже Источник не помог Фионе полюбить его, хотя в последний раз Хозяйка никаких препятствий не чинила.
    Вообще, многие склонны преувеличивать влияние Источника на человеческие чувства и в качестве классического примера приводят ту давнюю историю с моими отцом, мамой и Хозяйкой - тогда ещё просто принцессой Дейдрой Лейнстер из Авалона. Однако я уверена, что отец полюбил маму задолго до этого, а Источник лишь раскрыл ему на это глаза... ну, и, в качестве побочного эффекта, на время сделал его немного одержимым. Что же касается Фионы и Рика, то тут есть простое и очевидное объяснение, не зависящее от моего к нему отношения. Фиона давно любила Феба и где-то в глубине души, не отдавая себе в том отчёт, лелеяла надежду, что они, несмотря на близкое родство, будут вместе. А Рика она всегда рассматривала просто как запасной вариант, как замену Фебу, причём неравноценную. Это восприятие так прочно укоренилось в её сознании, что Источник не смог ничего изменить.

    Мы оказались в вестибюле на первом этаже Звёздного Замка, где нас встречали две черноволосые девушки в коротких платьях с белыми передниками. Я назвала их девушками только потому, что они так выглядели, хотя на самом деле были не людьми, а гуриями - ангелами-прислужницами. Обычно, за пределами Порядка и в мирах Обода можно было встретить только его старших существ - Карающих Ангелов, грозных воинов, которые предпочитали именовать себя Агнцами Божьими[6] (по традиции, оба их названия принято писать с заглавных букв). В периоды эскалации противостояния с Хаосом Порядок создавал ещё несколько видов тварей-убийц, достаточно примитивных, зато многочисленных, которые служили для Агнцев пушечным мясом. Но кроме этих воинственных существ, в самом Порядке, по словам Фионы, обитало ещё одиннадцать разновидностей довольно мирных созданий, имеющих свои обязанности, не связанные с противоборством Стихий. К примеру, из гурий состояла вся обслуга в Звёздном Замке, в Небесных Чертогах, а также в Западном Раю, где проживали рядовые Агнцы.
    Гурии тщательно обтёрли нашу обувь, после чего Фиона велела им приготовить угощение и накрыть стол на передней террасе второго этажа. Мы вчетвером поднялись на тот же этаж и прошли в гостиную, которая примыкала к упомянутой террасе.
    - Прошу, друзья, располагайтесь, - сказала нам Фиона. - А я ненадолго отлучусь - переоденусь во что-нибудь попроще.
    - Я тебе помогу, - тотчас вызвалась Тори.
    Она явно ожидала отказа, но, к её удивлению, Фиона согласилась:
    - Ладно, пойдём.
    Они направились к двери, ведущей в личные покои Фионы. На ходу осмелевшая Тори легко обняла её за талию. Фиона сделала было движение, чтобы высвободиться, но в последний момент передумала. Я поняла, что таким образом она решила подразнить Феба.
    Сам же Феб, со свойственной мужчинам рассеянностью, не уловил нюансов происходящего и принял эту игру за чистую монету. Когда девочки скрылись за дверью, он, вольготно устроившись на диване, пробормотал:
    - Неужели у них... - и осёкся.
    Я покачала головой:
    - Ничего между ними нет. Иначе бы Тори сияла от счастья, а Фиона смущалась.
    - Ага! - наконец дошло до него. - Значит, Фи просто дурачится?
    - Да.
    Он тихо вздохнул:
    - А жаль.
    Я вопросительно посмотрела на него:
    - А ты был бы не против?
    - Почему я должен быть против? - пожал плечами Феб. - Я бы только порадовался, что она себе кого-то нашла. Пусть даже девушку. Тори очень милая и, главное, любит её. Хотя лучше бы она сошлась с... с каким-нибудь хорошим парнем.
    Я почувствовала заминку в его последних словах. Значило ли это, что у Фионы появился кто-то на примете? Или не у неё самой, а у Феба, который пытается её с кем-то свести? Однако спрашивать не стала - из опасения, что если верен второй вариант, то Феб, чего доброго, ещё уговорит меня посодействовать его замыслу. А я ведь такая, что соглашусь. Есть во мне что-то от сводницы.
    - Интересно, - произнесла я, - ты хочешь этого для блага Фионы или ради собственного спокойствия?
    Он в замешательстве потупился. А после некоторых колебаний ответил:
    - Если честно, и то и другое. Я искренне желаю Фионе счастья - просто потому, что люблю её. И одновременно испытываю перед ней чувство вины - потому что сам я счастлив с Ланой. Счастлив - и ничего не могу с собой поделать. Счастлив - хотя ещё пять лет назад мечтал об одной лишь Фи и не представлял своей жизни без неё.
    - Да, бывает, - сказала я, глядя сквозь большое окно на террасу, где сновали на фоне ярких звёзд гурии, накрывая для нас стол. - Бывает, двое людей созданы друг для друга, но что-то не позволяет им быть вместе, потом один из них находит себе пару, а другой... - Я умолкла, поймав себя на том, что начинаю иносказательно говорить о себе. - Это хорошо, Феб, что ты переживаешь за Фиону. Но только не надо винить во всём себя. Просто так сложились обстоятельства.
    Я подошла к висевшему на стене большому зеркалу, слегка поправила волосы и лукаво подмигнула своему отражению. Многие мои родные и знакомые считали, что я выгляжу слишком юной, даже чересчур юной, и мне бы стоило добавить себе хоть пару годков, чтобы выглядеть просто молоденькой. Особенно настаивал на этом мой сын Гленн - подозреваю, он стеснялся того, что его мать похожа на школьницу. Но тут я не собиралась никому уступать. Мне нравилась моя внешность, нравился мой стиль одежды, и меня совсем не заботило, какого мнения на сей счёт придерживаются остальные...
    Наконец в гостиную вернулись Фиона и Тори. Фи сменила тунику и сандалии на лёгкие серые брюки, зелёную блузку и мягкие тапочки. Выглянув в окно, она сказала:
    - Уже почти готово. Пойдёмте.
    Мы вышли наружу и расселись за большим круглым столом, который так и ломился от всяческой снеди. По команде Фионы, окна гостиной затемнились, а террасу залил мягкий свет, который совсем не мешал нам любоваться звёздами.
    Гурии наполнили наши бокалы вином и отошли в сторону, ожидая дальнейших распоряжений. Я сделала небольшой глоток и сразу перешла к мороженому - вид мясных блюд по-прежнему вызывал в моём воображении неприятные картины с церберами, пожирающими кентавров. Вот такая я впечатлительная.
    Зато Феб и Тори принялись за еду с отменным аппетитом. Фиона ограничилась маленьким бифштексом, после чего стала медленно попивать вино, глядя на нас с задумчивой улыбкой. Наконец отослала жестом гурий и произнесла:
    - Итак, раз Бренды с нами нет, мы можем поговорить без утайки.
    - А что Бренда? - удивилась Тори. - Она же твоя любимая тётушка. Ты ей во всём доверяешь.
    - Доверяю свои тайны, но не чужие. Такие, как существование второго космического мира, и главное - его происхождение.
    - А он-то тут при чём?
    - Может, и ни при чём. А может... Но лучше всё по порядку. Допрашивая пленных гоблинов, троллей и мантикор, я чем дальше, тем больше убеждалась, что у них искажённое представление о действительности. Я прочитала кипу исторических хроник, ознакомилась с работами тех немногих исследователей, которые занимались изучением химерических племён. Хотя 'немногих' - слово неверное, лучше сказать 'редких'. Несмотря на безразличие колдовского сообщества к химерам, за прошедшие тысячелетия разных материалов о них накопилось предостаточно. И везде говорится об одном и том же: все химеры панически боятся и Порядка и Хаоса, их ужасает мощь и безжалостность обеих Стихий. К примеру, для тех же гоблинов Порядок - чужд, страшен и смертоносен, а Хаос - жестокий отец, жаждущий смерти своих детей. Ни в одном из документальных источников я не нашла ни малейшего намёка на то, чтобы они поклонялись Хаосу. Точно такая же ситуация с остальными химерами, со всеми без исключения. Однако у тех, кто атаковал Порядок, совсем другая мифология. Они тоже боятся Хаоса, не решаются к нему приблизиться, но уже по другой причине - так как считают, что сами в незапамятные времена навлекли гнев своего отца, отказавшись сражаться с Порядком. И теперь стремятся искупить свой грех. Мы уже обсуждали вариант коллективного помешательства в результате какого-то внешнего воздействия, например, массового внушения. Но я полагаю, что нельзя исключить и другую возможность - а именно, искажение реальности.
    - То есть, ты хочешь сказать, - спросила Тори, - что зародыши новых Вселенных, которые вызвали в космическом мире эффект расщепления прошлого, повлияли также и на некоторые миры химер?
    Фиона не спеша закурила и только потом отрицательно покачала головой:
    - Нет, я не это хочу сказать. Миры, из которых приходили гоблины, тролли и мантикоры, не локализованы вблизи зародышей, они беспорядочно разбросаны по границе Полярной Зоны Хаоса. К тому же есть ещё и кентавры, обитающие по эту сторону Экваториального Пояса. Если искажение реальности имело место, то оно, вероятно, произошло в результате ваших действий по материализации мнимой реальности и созданию второго космического мира. Это было не локальное событие, а акт вселенского масштаба, в котором участвовали и Источник, и Порядок, и Хаос. По ходу дела был расщеплён и Ричи[7], хотя в то время он находился в Авалоне. Я очень сомневаюсь, что побочные следствия вашей игры первозданными Силами, ограничились только этим.
    - Значит, - отозвалась я, - ты думаешь, что вместе со вторым космическим миром были созданы и другие миры, в частности, миры химер?
    - Вот именно. Миры, где гоблины, кентавры, тролли, мантикоры, а может, и другие виды, имеют иное представление о своих взаимоотношениях с Хаосом и Порядком. В таком случае отпадает необходимость строить гипотезы о массовом внушении или ещё о чём-то подобном. Достаточно лишь, чтобы в прошлом этих миров, в том прошлом, которого на самом деле не было, которое существовало как набор нереализованных вероятностей, возобладала та историческая линия, где Хаос и Порядок обошлись со своими созданиями немного мягче, чем было на самом деле. А время - даже несуществующее псевдовремя мнимой реальности - способно творить удивительные вещи. Взять, например, Еву, - тут Фиона пристально посмотрела на Тори, - которая пятьсот лет тому назад по-разному поступила в двух разных реальностях, что впоследствии коренным образом отразилось на судьбе многих планет.
    Мы с Фебом недоуменно переглянулись. Разумеется, мы знали Еву, подругу Вики и Тори. Одно время у неё был роман с моим братом Шоном, тогда она частенько появлялась в Авалоне, но, к сожалению, у них ничего не получилось и года через два они расстались. Лично на меня Ева производила приятное впечатление, хотя была чересчур замкнутой. Раньше я считала, что она родом из космического мира, позже, когда узнала, что таких миров два, стала подозревать, что Ева не из первого, а из второго, существование которого по сей день держится в строжайшей тайне. Но теперь из слов Фионы следовало, что она жила в обоих мирах, причём жила несколько веков назад. Или я что-то не так поняла...
    - Ты знаешь про Еву? - удивилась Тори. - Откуда?
    - Это получилось случайно, - стала объяснять Фиона. - Где-то три с половиной года назад, ещё когда Рик жил со мной. Может быть, вам известно, что он помешан на истории Сицилианского Корпуса и Протектората, а его кумир - адмирал Конте, который возглавил восстание против мафиозных кланов на Терре-Сицилии и после их свержения стал президентом планеты. Однажды Рик в моём присутствии просматривал очередную историческую видеохронику и прокомментировал: 'Если бы не эта властолюбивая стерва, всё сложилось бы иначе. Хотя тогда, наверное, я не появился бы на свет'. Естественно, после такого заявления меня заинтересовало, что же это за стерва. Выяснилось - Ева Конте, урождённая Монтанари, жена адмирала. На той записи ей было лет сорок, да и внешность другая, но что-то в ней показалось мне знакомым... Как я понимаю, ваша Ева сделала себе пластическую операцию?
    - Да, - подтвердила Тори. - А при первом же омоложении эти изменения были окончательно закреплены. Странно, что ты её узнала по видеохронике. Ведь ни Рик, ни Кевин ничего не заподозрили.
    - Они же не знают о существовании второго космического мира, возникшего из первого. Еве следовало изменить имя, тогда бы и я не догадалась. А так, из чистого любопытства, я провела расследование и выяснила много интересных вещей. В частности, что касается Евы, - теперь Фиона говорила непосредственно для нас с Фебом. - В первом космическом мире она вышла замуж за президента Конте, постепенно стала принимать всё более активное участие в политике, пользовалась наравне с мужем огромной популярностью на планете, не в последнюю очередь благодаря ей Конте шесть раз подряд избирали президентом Терры-Сицилии. А потом, как считают историки, именно она убедила его провести конституционный референдум, в результате которого на планете была учреждена наследственная монархия с довольно широкими полномочиями короля. После смерти Конте королевский титул унаследовал его старший сын, а реальную власть заполучила Ева. Она была мудрым государственным деятелем, однако её цели и устремления расходились с идеалами мужа. Именно в период её фактического правления Сицилианский Протекторат, как оборонительный союз свободных планет, распался, а Королевство Терра-Сицилия превратилось в небольшую империю, состоящей из метрополии и нескольких планет-колоний. Именно поэтому Рик назвал Еву Конте властолюбивой стервой - он считает Протекторат едва ли не самой светлой страницей в истории Галактики... Ну, разумеется, - тут Фиона ухмыльнулась, - после Галактической Империи, которую создают Кевин и Анхела.
    - А наша Ева, - добавила Тори, - была просто шокирована, когда узнала, какую неприглядную роль сыграла она, вернее, её двойник, в первом космическом мире. Вот во втором мире, в её родном, Ева не вышла замуж за адмирала Конте, а вскоре после восстания на Терре-Сицилии исчезла из своего времени и перенеслась на пятьсот лет вперёд. Там Протекторат до сих пор существует, объединяя чуть ли не половину населённых планет Галактики, а Ева, позаимствовав у Кевина разработанный им принцип межзвёздной связи, в течение последних двух десятилетий всячески способствует укреплению этого союза, но сама держится в тени, заниматься политикой не намерена. Боится опять... то есть тоже... - Тори запуталась в обстоятельствах, что и не мудрено. - Короче, опасается, что и у неё проснётся непомерное властолюбие.
    - А что насчёт Рика? - спросил Феб. - Ну, касательно того, что он мог бы не появиться на свет.
    - Всё очень просто. В первом космическом мире четырежды правнучка адмирала Конте и Евы вышла замуж за наследного принца Терры-Кастилии, а их младший сын впоследствии стал первым королём Астурии и основателем династии Альваресов Астурийских.
    Феб присвистнул.
    - Вот это да! Получается, ваша Ева вроде как предок Анхелы и Рика?
    - Именно что 'вроде как', - с ехидцей произнесла Фиона. - Примерно так же, как ты - отец нашей Морвен. У неё половина твоих хромосом, хотя в этом нет ни малейшей твоей заслуги. За тебя пришлось постараться Источнику.
    Он вздрогнул, как от сильной пощёчины, и густо покраснел. Да уж, сегодня Фиона была в ударе. Сначала устроила лёгкий, но демонстративный флирт с Тори, явно Фебу назло, а теперь безжалостно вонзила шпильку ему в самое сердце. Всё-таки не зря он испытывает чувство вины...
    - Итак, что мы имеем, - решила я вернуть разговор в прежнее русло. - Первый вариант: за странным поведением химер стоит чья-то злая воля. Нам неизвестно, кто или что их направляет, какие цели преследует, но вряд ли это безобидное баловство. И вариант второй: никакого умысла не было, просто, как выразилась бы Бренда, случился глюк системы. В последнем случае отсутствие злодея не делает ситуацию менее опасной, поскольку предполагаемый глюк наверняка имеет глобальный характер и вполне может привести к системному краху.
    - Именно этим вторым вариантом я предлагаю вам заняться, - сказала Фиона. - Вам троим, а также Вике - то бишь всем адептам, посвящённым в тайну второго космического мира.
    - Ещё об этом знает Патрик, - напомнил ей Феб. - Ты нам обоим о нём рассказала, когда объясняла случившееся с Ричи.
    - Подключите и Патрика, - согласилась Фиона со скепсисом в голосе; она очень любила своего сводного брата, но считала его способным только бренчать на гитаре. - А остальные пускай прорабатывают первый вариант.
    - Но они наверняка захотят, - заметил Феб, - чтобы расследование возглавила Тори, как Собирающая Стихии. И вообще, всех нас будут постоянно дёргать.
    - Не будут, - пообещала Фиона. - Я скажу, что у вас другая задача - при содействии Прядка, Хаоса и Источника тщательно проверить целостность системы... ой, чёрт, Дейдра, ты меня запутала компьютерной аналогией!... имею в виду целостность мироздания. Дескать, её нарушение могло вызвать в некоторых мирах химер искажение реальности. То есть, это почти вся правда, за исключением того, что мы догадываемся о причинах нарушения целостности. Уверена, что Хозяйка с Мирддином поддержат мой план.
    - Тогда мне надо поспешить в Безвременье, - сказала я. - После рассказа Бренды отец обязательно захочет поговорить с Хозяйкой.
    - Не беспокойся, успеешь, - вместо Фионы ответила Тори. - Как только мы перенеслись сюда, Фи стократно замедлила движение Звёздного Замка во времени. Или, кому как больше нравится, ускорила здесь его течение. Так что одной нашей минуте соответствует меньше секунды Основного Потока.
    - Ну, это другое дело.
    Я постаралась, чтобы в моём голосе не прозвучало неудовольствия. Отправляясь вглубь Порядка, мы перевели нашу связь с Источником в пассивное состояние. Иначе было нельзя - любые, даже непроизвольные манипуляции Образом Порядок мог воспринять как акт агрессии. А в Звёздном Замке, кроме того, был перекрыт доступ к Формирующим. Но если для Тори, владевшей Силой всех трёх Стихий, это не создавало ни малейших неудобств, то мы с Фебом напрочь лишились способности ориентироваться в пространстве и времени. Поэтому Фиона, хотя бы из вежливости, была обязана поставить нас в известность о своих манипуляциях.
    А вот Феба, похоже, это ничуть не задело. Он был не настолько умелым притворщиком, чтобы так убедительно изображать равнодушие.
    - Раз так, то спешить некуда, - произнёс он, отодвинув тарелку и налив себе ещё немного вина. - Никто не успеет испортить деду Янусу сюрприз... не очень приятный, надо признать. Хотя, Фи, ты могла бы предупредить, чтобы я прихватил с собой видеокамеру. Янус чертовски дотошный и наверняка потребует, чтобы я в деталях описал всю бойню от начала и до конца.
    Тут Фиона улыбнулась, протянула руку, и на её ладони возник небольшой хрустальный шар.
    - Здесь записаны все вторжения, включительно с сегодняшним. Удивляюсь, что ни Бренда, ни Вика об этом не попросили.
    - Ха-ха! - сказала Тори и прикоснулась пальцами к своим серёжкам в ушах. - Космический хай-тек, у Вики было то же самое. Полный охват панорамы во всех направлениях, изображение сверхвысокой чёткости, натуральный звук.
    - А у меня всё записано на Самоцвет, - сообщила я. - Уверена, что Бренда поступила точно так же.
    Феб огорчённо вздохнул, принимая из рук Фионы шар, и мельком взглянул на свой Самоцвет.
    - Вот я лопух...
    - Между прочим, - добавила я, - от такого тоже не откажусь. И Хозяйке, и отцу захочется увидеть не только сегодняшнее.
    Фиона призвала ещё один шар и вручила его мне.
    - Могу дать и тебе, - обратилась она к Тори, - чтобы ты доставила Мирддину. Но не вижу в этом смысла - держу пари, он пожелает встретиться со мной в самое ближайшее время. И мы, конечно, встретимся - после того, как я побываю в Солнечном Граде и поговорю с родными. А на днях, когда известия разойдутся, во всех Домах начнётся переполох. Сам факт массовых атак на Порядок и Хаос, пусть даже со стороны таких бестолковых существ, как химеры, вызовет всеобщую тревогу. Именно потому я долго молчала, надеялась, что эти дурацкие набеги прекратятся сами собой. К сожалению, не прекратились, и мало того, к гоблинам, троллям и мантикорам присоединились кентавры. Не хочу прослыть Кассандрой, но есть у меня опасение, что этими четырьмя видами дело не ограничится. Так что пора подключать всё колдовское сообщество и вместе решать, какие меры следует предпринять. Впрочем, вас это напрямую не касается, вы займётесь отдельной миссией. Полагаю, Тори, как Собирающая Стихии и ответственная за целостность мироздания, лучше меня разберётся, что нужно делать. Было бы неплохо привлечь Софи, хотя бы в качестве консультанта. С её опытом...
    Фиона умолкла, увидев, как мы с Тори дружно качаем головами.
    - Не получится, - сказала Тори. - Она не захочет ни во что вмешиваться. Все её слова о том, что теперь она просто мать и жена, вовсе не преувеличение. Всё так и есть на самом деле.
    Я молча кивнула. Да, это правда. Софи с самого начала говорила мне, что не нуждается в таком могуществе, что её тяготит ответственность за судьбы мира, что она мечтает зажить нормальной человеческой жизнью, без всяких подвигов и великих свершений. Пять лет назад её мечта сбылась и она лишилась своего статуса Собирающей Стихии, передав эстафету Тори. А сама, к удовольствию своего мужа Бриана и младших дочерей, зажила той самой нормальной жизнью. К сожалению, для меня в её новой жизни достойного места не нашлось...
    - А я думаю, - отозвался Феб, - что Софи не сможет остаться в стороне. В конце концов, это же она напортачила со вторым космическим миром.
    - Ошибаешься, - ответила Тори. - Напортачили мы с Викой. Этот мир был материализован по нашему требованию. Фактически, мы предъявили ультиматум, и Стихиям пришлось уступить нам. Мы поддались эмоциям, пошли на поводу у своих привязанностей... и не жалеем об этом. Так что, по большому счёту, трагическая история с Ричи - наша вина. И если Фиона права, то мы виноваты и в искажении реальности в мирах химер.
    - Сейчас уже не имеет значения, кто виноват, - сказала я. - Есть проблема - надо её решать, а не искать виновных. Полагаю, прежде всего следует изучить миры, откуда были вторжения, и выяснить, насколько отличается мировоззрение тамошних химер от нормы. Только лишь допроса пленных, по-моему, недостаточно. Нужно собрать больше информации.
    - Её уже собирают, - ответила Фиона. - Этим занимается один человек, мой помощник. Разумеется, я ничего не сказала ему о предполагаемом искажении реальности, а тем более о том, чем оно может быть вызвано. Просто поручила разведать ситуацию в нескольких гоблинских мирах. Его предварительные отчёты подтверждают мои выводы.
    - О-о-о! - протянула Тори одновременно лукаво и ревниво. - Так у тебя уже есть помощник? И давно?
    - Да нет, меньше двух недель. - Спокойный тон Фионы, отсутствие даже намёка на смущение свидетельствовали о том, что подозрения Тори не имели под собой оснований. Притворяться Фи умела ещё хуже, чем Феб. - Он из тех, кого мне удалось отговорить от самоубийственной прогулки по Стезе. Причём трижды: первый раз ещё три года назад, во второй - в прошлом году, а недавно он снова пришёл - и так совпало, что именно в это время было очередное вторжение гоблинов.
    - И он попал в один из атакованных миров? - удивилась я. - Причём в то самое место, где были гоблины?
    - Нет, такого уж невероятного совпадения не случилось. Просто все Агнцы, патрулирующие Внешний Обод, имеют чёткую инструкцию доставлять ко мне для беседы каждого, кто хочет вступить на Стезю Порядка. Вот они и доставили. Я попросила его молчать об увиденном и предложила послужить Порядку, отправившись на разведку в гоблинские миры. Он охотно согласился.
    - Понятно, - кивнула Тори. - Воспользовавшись обстоятельствами, ты убедила его, что он может быть полезен и без Силы Порядка... Кстати, кто он такой? И откуда?
    Вот теперь Фиона пришла в лёгкое замешательство.
    - Бьёрн Зоранссон из Асгарда.
    - Ага, - сказал Феб, - из детей Одина. Их религия, как и митраизм, восходит к Порядку. Так что помощника ты выбрала из правильного Дома... - Тут он на умолк, поражённый внезапной догадкой. (Та же догадка секундой раньше посетила и меня, но я не спешила вмешиваться.) - Постой-ка! Ведь 'Зоранссон' означает 'сын Зорана'. Это совпадение или...?
    - Да, - подтвердила Фиона. - Он сын того самого Зорана из Даж-Дома, которого мой отец убил на дуэли[8]. А его мать - Ингеборг Бьяртурдоттир из Асгарда, троюродная правнучка короля Гунвальда.
    - Очаровательно! - произнесла Тори. - Надо же, нашла кому довериться!
    - А что мне оставалось делать? Он оказался свидетелем атаки гоблинов не по моей воле, а по глупости Агнцев... хотя, конечно, я признаю, что причиной послужила некоторая некорректность в моих инструкциях. Так что выбора у меня не было.
    - Почему же, был, - возразил Феб. - Ты могла не уговаривать его снова, а просто пустить на Стезю.
    Фиона бросила на него испепеляющий взгляд.
    - Иными словами, послать на верную смерть. Очень надеюсь, что ты сказал так не подумав. Ведь я провожу собеседование со всеми, кто приходит в Порядок за Силой не столько ради них самих, сколько ради себя. Потому что каждый, кто вошёл в Горнило, остаётся на моей совести. К сожалению, не в моей власти полностью закрыть доступ на Стезю, но я делаю всё от меня зависящее, чтобы свести их количество к минимуму.
    Феб вздохнул.
    - Извини, Фи, я действительно не подумал. Просто этот Бьёрн... он внушает мне опасения. Пусть его отец погиб в честном поединке, однако я сомневаюсь, что в его глазах это оправдывает Эрика.
    - Наверное, не оправдывает, - согласилась Фиона. - Скорее всего, он ненавидит моего отца, а возможно, и весь наш Дом. Но для него я не принцесса Света, не дочь Эрика, а Страж Порядка - Стихии, которую он почитает. Да и в любом случае, что он может мне сделать? Ведь я не просто адепт, а истинный Страж, и в своих владениях неуязвима для обычных колдунов - точно так же, как Хозяйка в Безвременье или Мирддин в Хаосе. А встречаться с ним за пределами Порядка я не собираюсь.
    - Тут Фи права, - наконец решила я вступить в разговор. - Но меня беспокоит другое. Дав позволение этому парню служить Порядку, ты берёшь на себя ответственность за его поступки. А он может здорово скомпрометировать тебя. Я не знакома с ним лично, никогда раньше не слышала о нём, зато знала его отца. Зоран был идиотом - и не только в обыденном, но и в медицинском значении этого слова. А яблоко от яблони далеко не падает.
    - Как правило, - уточнила Фиона. - Но бывают исключения. Все три раза, когда он приходил за Силой Порядка, я имела с ним длительную беседу, и он произвёл на меня впечатление весьма умного человека.
    Тори фыркнула:
    - Ничего себе умный человек, который трижды пытался вступить на Стезю! Не понимаю, каким олухом надо быть, чтобы до сих пор не понять одну простую вещь - овладеть Силой Порядка или Хаоса и при этом не рехнуться можно лишь с помощью Источника.
    - Он это понимал, Тори. С самого начала понимал, что его шансы ничтожно малы.
    - Тем не менее, рвался в бой, - сказала я. - Значит, он фанатик.
    - Безусловно, фанатик. Но особого типа. Он относится к той редкой разновидности здравомыслящих фанатиков, к которой принадлежал и наш дед-прадед, король Утер.
    Я чуть не рассмеялась.
    - Ну, это ты загнула! Утер никогда не пытался принять Силу Порядка.
    - Однако хотел. Очень хотел, но не решался. Из рассказов Агнцев я узнала любопытную вещь. На протяжении своей жизни Утер много раз приходил в миры Обода, порой даже открывал Горнило, но так и не вступил на Стезю. Иногда он разговаривал с Агнцами, хотел заручиться их обещанием, что они убьют его, если он сойдёт с ума. Само собой, Агнцы сделать этого не могли - ведь любой адепт, даже безумный, стоит выше них. И пообещать неосуществимое они тоже не могли - создания Порядка не способны лгать, они лишь увиливают от прямых ответов. Ничего от них не добившись, Утер уходил, чтобы снова прийти через несколько лет. Так продолжалось почти до самой его смерти.
    Это стало для меня откровением.
    - Значит, если бы Стезя функционировала так, как сейчас, Утер попытался бы её пройти?
    - По всему выходит, что да. Единственное, что его останавливало, это страх стать безумным королём Света. Вот почему я сравнила с ним Бьёрна Зоранссона. Тот ещё при нашем первом разговоре честно признался, что давно мечтал о Силе Порядка, только раньше боялся сумасшествия. Дескать, обретёт Янь, но потеряет рассудок, а потом явится в Асгард, свергнет с престола короля Гунвальда Мудрого и станет новым королём - Бьёрном Безумным. А внесённые мной изменения в правила, которые отпугнули многих претендентов, сам Бьёрн воспринял как шанс для себя.
    - Да, странный он человек, - произнёс Феб.
    - Весь в своего отца, - подхватила я. - Только его идиотизм проявляется в очень изощрённой форме.
    Я как-то не сообразила, что тем самым фактически признала идиотом и своего покойного деда Утера.


    Глава 4
    Бьёрн

    Здесь жили странные гоблины. Они совсем не боялись Порядка, обожали Хаос, а люди-колдуны не внушали им трепет.
    Когда Бьёрн приблизился к их стойбищу (все гоблины вели образ жизни кочевых охотников), ему навстречу вышло десятка два аборигенов, вооружённых луками, копьями и дубинками, а сопровождал их низенький, даже по гоблинским меркам, шаман с кривым сучковатым посохом. Бьёрну трудно было судить о возрасте гоблинов, впервые он увидел их живьём лишь двенадцать дней назад по времени Основного Потока (по его собственному прошло больше), а прежде встречал разве что на картинках в книжках. Однако шаман явно был очень молод, а его отряд наполовину состоял из самцов преклонных лет, а наполовину - из ещё зелёных юнцов. В прямом смысле зелёных - как правило, кожа гоблинов с возрастом меняла свой цвет с ярко-зелёного у детей до грязно-серого у стариков. Ни одного гоблина с зеленовато-серым окрасом кожи, что служило признаком зрелости и отменного здоровья, в этой толпе не было.
    Такая же картина наблюдалась и в других мирах из списка Владычицы, которые Бьёрн уже успел посетить. Все охотники в расцвете сил и все опытные шаманы ушли на войну - на самую дурацкую войну з всех, которые только мог придумать самый бездарный полководец. С точки зрения здравого смысла было совершеннейшей глупостью штурмовать Порядок, располагая лишь холодным оружием и примитивными магическими посохами. Тем не менее, здешние гоблины так и поступили. Причём не отдельные особи, у которых внезапно сорвало крышу; подобное безумие охватило всех гоблинов в указанных мирах. И в то же время, гоблины из других миров, расположенных чуть ли не по соседству, продолжали жить обычной жизнью, занимались охотой, помаленьку воевали между собой и с другими химерами, иногда нападали на человеческие миры, но Хаосу не поклонялись, о разрушении Порядка не помышляли, а когда признавали в Бьёрне колдуна, старались с ним не ссориться. Эти же...
    Бьёрн остановился, поднял руку и произнёс на гоблинском языке, которому всего за пару часов обучила его Владычица, прибегнув к комбинации чар и гипноза:
    - Приветствую вас, охотничий народ. Я пришёл к вам с дружбой.
    Это была неправда. Он пришёл сюда совсем с другой целью. Изучая по поручению Владычицы миры, обитатели которых атаковали Порядок, Бьёрн действовал в три этапа: сперва, оставаясь незамеченным, наблюдал за поведением гоблинов; потом похищал и допрашивал гоблинских самок, детей, а также самцов, не являющихся охотниками или шаманами (то есть, представителей тех социальных групп, которые не участвовали в походах и не попадали в плен к самой Владычице). Последним этапом было открытое появление на территории одного из стойбищ с целью на практике проверить уровень агрессивности не ушедших на войну гоблинов. Как и в предыдущих мирах, здесь этот уровень зашкаливал.
    - Не нужна нам твоя дружба, человек, - ответил на приветствие Бьёрна шаман. Визгливый голос помешал его словам прозвучать надменно, однако враждебность в них слышалась отчётливо. - Своим присутствием ты осквернил земли нашего народа, поэтому умрёшь как шакал. Мы бы подарили тебе жизнь в обмен на лошадь. Но у тебя её нет. Или ты её спрятал?
    Бьёрн ездил верхом только при крайней необходимости - например, в крупных колдовских городах, где действовали блокирующие чары. А путешествовать на лошади по Туннелю считал чистым пижонством.
    - Ничего я не прятал, - сказал Бьёрн. - Не люблю трястись на спине животного, предпочитаю другой способ передвижения. Тебе, шаман, он должен быть знаком - ведь именно этим путём твои старшие собратья повели воинов вашего племени в далёкий поход.
    Шаман мигом насторожился.
    - Что ты можешь знать о нашем священном походе, человек?
    - Больше твоего. Во всяком случае, о бесславном конце этого похода. Я был там, когда ваши воины атаковали Порядок, и собственными глазами видел, как все они полегли, не сподобившись убить ни единого Агнца.
    Гоблины возмущённо взвыли, зарычали, натянули луки, затрясли дубинками, замахнулись копьями, а шаман поднял свой посох и нацелил на Бьёрна.
    - Ложь, ложь! - воскликнул он, брызжа слюной. - Ты не мог этого видеть.
    - А вот и видел, - сказал Бьёрн, хотя на самом деле он присутствовал при вторжении гоблинов из другого мира, но это уже были частности. - Вместе с моей госпожой, Владычицей Порядка, я наблюдал за гибелью ваших воинов. Мы оба смеялись над их неуклюжестью и бессилием.
    - Поганый лжец! - взбеленился шаман. - Наши воины живы, они вернутся с победой домой, потом возьмутся за вас, людишек. А ты умрёшь прямо сейчас. - И отрывисто приказал: - Убейте его!
    Двое лучников немедленно выстрелили, а ещё один гоблин метнул в Бьёрна копьё. Их разделяло всего каких-нибудь пять или шесть шагов, и казалось, что промахнуться было невозможно. Тем не менее обе стрелы, резко изменив траекторию, пролетели мимо цели, а копьё словно увязло в воздухе и бессильно упало наземь у ног Бьёрна.
    Тогда шаман выстрелил из своего посоха огненным сгустком, но Бьёрн без труда поймал его в ладонь, дополнительно подпитал энергией Формирующих и швырнул в сторону леса, где он оглушительно взорвался, рассыпав вокруг множество искр, словно фейерверк.
    Для нормальных гоблинов такой демонстрации колдовской силы оказалось бы достаточно, чтобы напрочь позабыть о своей воинственности и взмолиться о пощаде. Однако Бьёрн имел дело гоблинами крайне ненормальными, которые вместо этого всей толпой ринулись в бой, рассчитывая одолеть его за счёт своей численности. Он встретил их одним ошеломляющим заклятием, и все они, включая шамана, как подкошенные рухнули наземь.
    Бьёрн обошёл лежащие неподвижно тела и двинулся к стойбищу, откуда к нему, размахивая оружием, уже бежали новые гоблины. Он швырнул им навстречу пару огненных шаров, которые взорвались в воздухе над ними, не причинив никому вреда. Гоблины никак не отреагировали на этот предупредительный залп, и следующие удары Бьёрн наносил уже с таким расчётом, чтобы взрывные волны оглушали их и сбивали с ног. В результате до него добралось только четверо, с которыми он легко разделался своим клинком, без применения чар.
    Бьёрн не хотел никого убивать, даже гоблинов. Тем не менее, за неполные две недели он убил их немало - заклятий для обезвреживания противника, вроде тех же ошеломляющих, наперёд не слишком-то напасёшься, а творить их на ходу довольно хлопотно, гораздо легче использовать несложные, зато эффективные смертельные чары или просто задействовать чистую энергию, черпаемую из Формирующих. Бьёрн не был сентиментальным глупцом и не собирался подвергать свою жизнь напрасному риску. Когда против него выступили почти все взрослые самцы стойбища, он полностью переключился на смертоносную магию, включительно с теми заклятиями Силы Порядка, которые вложила в его клинок Владычица, а более мягкие чары приберёг для самок и детей.
    Окончательный итог проверки на агрессивность вполне согласовывался с результатами таких же проверок в других мирах. Гоблины сражались отчаянно, но постепенно их пыл угасал, а страх становился всё сильнее. Потеряв примерно половину своих соплеменников, они наконец убедились, что даже с одним человеком-колдуном им не совладать, и в панике разбежались. Урок был преподан.
    По короткому Туннелю Бьёрн перешёл в один из человеческих миров, расположенных поблизости, прямиком в гостиничный номер, который снял накануне. Здесь занимался рассвет, за окном слышался гул проезжающих внизу автомобилей и отдалённый рокот летящего самолёта. Бьёрн отцепил от пояса меч с ножнами, положил его на кровать, а сам отправился в душевую, на ходу стягивая с себя грязную рубашку. Во время своих путешествий по Экватору он всегда останавливался в развитых мирах, и не только потому, что любил комфортные условия (хотя мыться в ванне или под душем было всё же предпочтительнее, чем в речке). Кроме прочего, в тех обществах, которые простые смертные именуют индустриальными и постиндустриальными, в магию всерьёз не верят, а значит, за колдунами и ведьмами не гоняются, странное поведение и необычную одежду, как правило, списывают на чудачества и не пристают с лишними расспросами, особенно, когда у тебя есть деньги. Ну, а для колдуна раздобыть любое количество местных денег не проблема.
    Приняв душ и высушив волосы, Бьёрн оделся во всё чистое и подошёл к трюмо с большим зеркалом. Оттуда на него смотрел молодой человек несколько выше среднего роста, с тёмными волосами (унаследованными от отца), светло-серыми глазами (это уже от матери) и бледным, как у большинства агардов, лицом. По своей комплекции был чересчур худощавым, даже хрупким, что никак не вязалось с его именем, которое означало 'медведь'. (В детстве сверстники дразнили его недоношенным медвежонком, но потом, когда он начал изучать магию, резко перестали. Буквально сразу после пробуждения Дара Бьёрн проявил незаурядные способности к колдовству, в частности, очень быстро научился создавать и метко бросать маленькие огненные шарики, которые не причиняли серьёзного вреда, но больно обжигали кожу...)
    Бьёрн сосредоточился и начал накладывать на зеркало чары, чтобы связаться с Владычицей. Он отчитывался перед ней после проверки каждого гоблинского мира, а теперь настало время для итогового доклада - ведь сегодня был исследован последний мир из её списка. Бьёрн надеялся, что Владычица останется довольна его работой и поручит ему новое задание.
    По зеркальной поверхности пробежала мелкая рябь, потом за стеклом воцарилась матово-белая мгла, словно от густого тумана. Спустя всего несколько секунд туман рассеялся, и Бьёрн увидел Владычицу на фоне просторной, роскошно убранной комнаты с большими окнами, в которых ярко сияли звёзды.
    Как всегда, Владычица была в алой с золотым шитьём тунике и позолоченных сандалиях. Бьёрн, впрочем, сомневался, что она постоянно ходит в этом церемониальном наряде. Скорее, получая от него вызов, Владычица ускоряет время в своём Звёздном Замке и за те несколько секунд, пока устанавливается контакт, успевает переодеться. Неужели она думает, что он стал бы почитать её меньше, если бы увидел в обычной домашней одежде?...
    Бьёрн опустился на одно колено, прижал правую руку к груди и склонил голову.
    - Приветствую тебя, Светлейшая!
    - Здравствуй, Бьёрн, - просто ответила Владычица. За её спиной возникло кресло, и она удобно расположилась в нём, закинув нога на ногу. - Поднимись, пожалуйста. И можешь присесть.
    - Благодарю, госпожа.
    Когда Бьёрн пододвинул стул и сел, Владычица продолжила:
    - Вообще, я ожидала, что, закончив с последним миром, ты прибудешь в Порядок. Хотела поговорить с тобой лицом к лицу, без зеркал.
    Бьёрн едва не застонал от досады. Какой же он недотёпа! Ведь это было очевидно: выполнил задание - лично явись с докладом. А из-за своей неуместной робости, из-за боязни навязываться Владычице, он упустил шанс снова встретиться с ней и, может, даже побывать в её Звёздном Замке...
    - Если Светлейшая пожелает, - неуверенно начал Бьёрн, - то я немедленно...
    - Нет, не стоит, - сказала Владычица. - От границы Полярной Зоны Хаоса путь неблизкий, а ждать я не хочу. Раз уже начали, продолжим. Рассказывай, что было сегодня.
    Бьёрн подчинился. И хотя сегодняшние события мало чем отличались от вчерашних, он во всех подробностях поведал ей о своих наблюдениях за гоблинами, о том, что говорили на допросе пленные, и, разумеется, о спровоцированном им конфликте с жителями одного из стойбищ. Раньше Бьёрн этим и ограничивался, но на сей раз решил высказать свои соображения - как-никак, это был итоговый отчёт:
    - Я сомневаюсь, госпожа, что гоблинами кто-то манипулирует. У меня создалось стойкое впечатление, что они действуют целиком по своей воле, а их ненормальное поведение можно объяснить объективными факторами. - Он замялся в нерешительности. - Хотя это объяснение звучит не слишком правдоподобно.
    - Вот как? - произнесла Владычица с неподдельным интересом. - И что же это за факторы.
    - Ну, ещё в самом начале я решил побольше узнать о гоблинах, чтобы лучше справиться заданием. Поэтому раздобыл несколько книг о химерах и прочёл их...
    - Несколько? - переспросила она. - Это сколько?
    - Восемь, Светлейшая. Всё, что нашёл в Королевской библиотеке Асгарда.
    - И ты, - догадалась Владычица, - ушёл в быстрый поток времени, чтобы прочесть их?
    - Да, госпожа. Правда, я не читал от корки до корки, а только самое важное и, в основном, о гоблинах. Большинство авторов придерживаются мнения, что химеры боятся Порядка и Хаоса не инстинктивно, а вследствие длительного опыта, приобретённого ещё в доисторические времена. Те события вызвали мощный резонансный эффект, который распространился по всему пограничью Полярных Зон и на протяжении прошедших тысячелетий подпитывал чувства химер по отношению к обеим Стихиям, не позволяя стереть в памяти поколений давний страх. Аналогично объясняется и боязнь перед колдовскими Домами, причём в данном случае нет необходимости в таком сильном и длительном резонансе, поскольку гоблины и прочие химеры, хоть и нечасто, но регулярно сталкиваются с колдунами и ведьмами, а последствия этих столкновений всегда одни и те же.
    - Я знакома с этой теорией, - кивнула Владычица. - И в целом согласна с ней. Значит, ты полагаешь, что на наших гоблинов резонанс не воздействовал?
    - Именно так, госпожа. Звучит, конечно, фантастически, я это признаю. Но всё становится на свои места, если допустить, что по какой-то неведомой причине некоторые гоблинские миры много столетий назад выпали из сферы действия резонансного эффекта. А по свидетельству пленных, их племена издревле живут в своих мирах, иногда совершают набеги на соседние, но всегда возвращаются назад. В такой изоляции их панический страх перед Порядком, Хаосом и колдунами постепенно унялся, передаваемые из поколения в поколение предания видоизменялись, пока не утвердилась новая мифология с добрым отцом-Хаосом и его врагом Порядком. И о силе колдунов тамошние гоблины основательно подзабыли, так как давно с нами не сталкивались, а их сказания о грозных Домах Властелинов при отсутствии резонанса не производили должного впечатления. Когда я к ним приходил, они вначале принимали меня за простого смертного, который в одиночку не опасен, но даже после демонстрации колдовской силы не сразу признавали моё превосходство. Природная воинственность не позволяла им отступить после первой же неудачи, однако потом, убедившись, что я способен сам одолеть всё стойбище, поступали как обыкновенные гоблины при встрече с колдуном - обращались в бегство. Другое дело, те воины и шаманы, что атаковали Порядок. Насколько я могу судить по вторжению, за которым ты столь любезно позволила мне наблюдать, они до самого конца вели себя ненормально и продолжали биться даже тогда, когда понимали, что обречены. Но и тут нет никакого противоречия - по-моему, всё дело в той самой мифологии. Для этих гоблинов погибнуть в борьбе с Порядком означает получить прощение Хаоса и заслужить счастливую загробную жизнь.
    - Это уж точно, - согласилась Владычица. - Они сущие фанатики. А твоя гипотеза очень и очень любопытна. Жаль только, что проверить её невозможно. Ведь наличие или отсутствие резонанса бытия нельзя обнаружить непосредственно - он проявляет себя лишь косвенно, по своим последствиям. Их же приходится ждать, в лучшем случае, несколько десятилетий, а обычно - целые столетия.
    - Если Светлейшая позволит, - осторожно произнёс Бьёрн, - то время можно обмануть, переселив одно из племён гоблинов в пригодный для жизни мир в сверхбыстром потоке.
    - Это ничего не даст. Конечно, мы можем подтолкнуть гоблинов к переселению в какой-нибудь из соседних миров, устроив в их родном природные катаклизмы. Но как, не выдавая нашего вмешательства, заставить их переселиться в наперед выбранный нами мир? Тем более в мир, находящийся в быстром потоке, куда их шаманы просто физически не способны открыть Туннель. А принудительная депортация уже сама по себе коренным образом повлияет на их воззрения. Хотя...
    Владычица умолкла и задумалась. Бьёрн почтительно молчал и, пользуясь тем, что она смотрела в сторону, исподтишка разглядывал её изящную фигуру. В прошлом он ненавидел Владычицу (тогда ещё просто Фиону из Света), ведь она была дочерью того самого принца Эрика, который убил его отца Зорана. А теперь он ей служит. И готов ради неё на всё, буквально на всё. Странная прихоть судьбы...
    - У меня есть идея, - наконец заговорила Владычица. - Шансов мало, но стоит попробовать. Только не с гоблинами, а с кентаврами.
    - С кентаврами, госпожа? - удивился Бьёрн. - Неужели они тоже... - И тут он сообразил. - Кентавры атакуют Хаос?
    - Да, - подтвердила она, - уже трижды вторгались за Грань. А на Порядок, кроме гоблинов, нападали тролли и мантикоры. Но это неважно. Сейчас имеют значение только кентавры. Они дети Порядка, их шаманы используют его рассеянную энергию, что позволит Агнцам выслеживать их миры. Поэтому сделаем так... Да, кстати, ты давно общался с друзьями или родными?
    - Позавчера разговаривал с тёткой. После этого больше ни с кем. Мой Самоцвет заблокирован для всех вызовов, кроме твоего.
    - Вот и хорошо. Не советую снимать блокировку. Примерно десять часов назад я обнародовала информацию об атаках химер. Главы Домов ещё не решили, что предпринять, пока проводят совещания. Но если ты выйдешь на связь, тебя вполне могут отозвать на родину. Что нежелательно - у меня есть для тебя новое задание.
    - Я весь в твоём распоряжении, Светлейшая, - с готовностью ответил Бьёрн.
    'Весь целиком, без остатка, - добавил он про себя. - Вся моя жизнь до последней секунды принадлежит тебе...'


    Глава 5
    Дейдра

    В Авалоне было утро, и я парилась ванне. Обычно люди в это время принимают душ, но только не я. Душ в моём распорядке числится вечером, а с утра для меня нет большего удовольствия, чем полчасика после сладкого сна понежиться в горячей воде с ароматной пеной. А чтобы вы не подумали, будто потом, находясь в разомлевшем состоянии, я провожу уроки магии с детишками, добавлю: следующим пунктом у меня идёт купание в Источнике - а уж он так взбадривает, что будь здоров.
    Впрочем, сегодня никаких уроков не намечалось. Не только потому, что была суббота, но и потому что было лето, время больших каникул[9], когда дети отдыхали от учёбы, а учителя - от детей. Хотя последнее ко мне не относилось, в этом плане я тоже отличалась от большинства и начинала скучать за занятиями уже на второй неделе каникул. Не то, чтобы я так сильно любила детей, порой эти дьяволята доводили меня до бешенства, просто я всегда обожала учить - кого угодно и чему угодно. Ну, а поскольку никаких талантов, кроме колдовских, у меня не наблюдалось (бальные танцы не в счёт из-за слишком большой конкуренции среди учителей), то естественным образом я выбрала магию.
    На практике, однако, всё было не так легко, как может показаться с моих слов. Далеко не сразу я осознала своё призвание, а жажду учить других долгое время воспринимала всего лишь как один из многих моих капризов (кстати, точно так же относились к этому и все мои родные). Кроме того, будучи урождённым адептом Источника, я с детства привыкла пользоваться только его Силой, а колдовать с помощью Формирующих совсем не умела - по той простой причине, что в этом не нуждалась. Между тем, все колдуны и ведьмы, за исключением крайне узкого круга адептов, оперируют именно Формирующими. Поэтому, прежде чем учить других, мне следовало научиться самой; и не только научиться, а приучить себя обходиться без Источника. Не скажу, что это было очень трудно, скорее раздражающе неудобно - как однажды выразился Кевин, всё равно что пересесть с круто навороченного 'Макинтоша' за примитивный 'Спектрум'.
    В конце концов я хорошенько натренировалась, и Бренда позволила мне помогать ей в обучении её сына Бриана. Первый опыт оказался весьма удачным, но, несмотря на это, я продолжала рассматривать свою страсть к учительству просто как блажь и на протяжении ещё многих лет лишь изредка подменяла разных преподавателей. Только после рождения Гленна я наконец решилась набрать собственный класс, а через год, убедившись, что мне совсем не надоедают ежедневные занятия с учениками, загрузила себя по полной программе и стала штатным преподавателем колдовских дисциплин. Спустя некоторое время я с удивлением обнаружила, что родители наперёд записывают своих чад в мои классы - желающих всегда оказывалось больше, чем было мест. Детям нравились мои уроки, даром что я была очень требовательной учительницей, а у их пап и мам был свой резон - они считали чертовски престижным, чтобы их отпрысков обучала магии сама королевская дочь...
    Полчаса, отведённые в моём расписании на утреннюю ванну, уже почти истекли, когда со мной через Самоцвет связалась Тори и спросила, может ли заглянуть ко мне в гости.
    'Нет проблем, заходи, - ответила я, мигом определив, что она находится в Авалоне. - Ты сейчас у Софи?'
    'Да. Пришла повидать сестричек'.
    Младшие дочери Софи - Сабрина, Габриэла и даже трёхлетняя Бриален - были ранние пташки и вставали вместе с солнышком. Так что время для их посещения было самое подходящее.
    'Воспользуешься 'нишей'?' - спросила я, выбираясь из ванны.
    'Самом собой. Прогулялась бы коридорами, но сегодня у меня нет настроения никого пугать'.
    Каждое появление Тори или Вики во дворце вызывало всеобщую панику из-за их способности читать чужие мысли. Теперь таких визитов стало вдвое меньше, поскольку Вика, став адептом Хаоса, лишилась доступа в Срединные миры.
    'Моя 'ниша' разблокирована, - сказала я. - Подождёшь меня минутку в гостиной. Я сейчас буду'.
    'Хорошо'.
    Прервав связь, я неторопливо вытерлась мягким махровым полотенцем, высушила чарами волосы и тщательно расчесала их. Затем надела халат, вышла из ванной и через спальню проследовала в гостиную, где меня уже ждала Тори. Одетая в короткое зелёное платье без рукавов, она сидела на диване, пила кофе и курила сигарету. На низеньком столике перед диваном стояла ещё одна чашка - несомненно, предназначенная для меня.
    - Привет, Тори, - поздоровалась я.
    - Привет, - ответила она. - Ты только встала?
    - Да, недавно, - сказала я, взяв чашку с кофе и с наслаждением отпив глоток; в отличие от некоторых снобов, вроде Бренды, я считала, что напитки, приготовленные Источником, ничуть не хуже так называемых 'натуральных'; то же самое касалось и прочих пищевых продуктов, и разных вещей. - Спешить всё равно некуда.
    Прошло уже девять дней, как колдовскому сообществу стало известно об атаках химер на Порядок и Хаос. С тех пор во всех Домах по-прежнему не утихали споры о том, что следует предпринять. Большинство склонялись к проведению карательных акций, призванных поставить зарвавшихся химер на место, снова внушить им страх перед колдунами и Стихиями. (Кстати, за это время список агрессоров пополнился ещё сфинксами и грифонами, так что соотношение между впавшими в буйство детьми Порядка и Хаоса сравнялось - три на три.) При личной встрече с Фионой Мирддин предложил совместно использовать Агнцев и церберов, чтобы, по его собственному выражению, произвести полную зачистку всех химерических миров с искажённой реальностью. Поиск таких миров целиком ложился на плечи Тори - только она обладала способностью выявлять нарушения целостности мироздания. Первые пару дней мы с Викой и Фебом (а ещё Патрик, которого невесть зачем, лишь по причине его осведомлённости, привлёк к делу Феб) пытались хоть чем-нибудь помочь ей, но безуспешно. В конце концов Тори попросила нас не мешать, я сразу вернулась в Авалон, Вика отправилась в Хаос, а Феб и Патрик, прервавшие по этому случаю подготовку к очередным гастролям, присоединились к стихийной охоте на химер, в которой участвовали молодые колдуны и ведьмы из всех без исключения Домов. Кстати говоря, к этой охоте подключились и Мортон с Шейном, коллеги Феба и Патрика по их рок-группе, а вот мой Гленн не захотел участвовать в молодецких забавах и всю эту неделю провёл в Стране Сумерек, в гостях у своего друга Маркелла Ифитида - тоже музыканта, правда, традиционного, вернее, классического. По словам Пенелопы (которая в очередной раз помирилась с Дионисом и до следующей ссоры с ним переселилась в Поднебесный Олимп), Гленн и Маркелл целыми днями репетировали пьесы для фортепиано с контрабасом, причём мой сын явно пребывал не в лучшем расположении духа. Позавчера я навестила его и убедилась, что Пенелопа не ошибалась. Гленн был чем-то сильно огорчён, но наотрез отказывался говорить со мной о причинах своего плохого настроения...
    - А у тебя как дела, Тори? - спросила я. - Что-нибудь обнаружила?
    - Да, - ответила она. - Если, конечно, это подпадает под определение 'обнаружила'. Нигде нет никаких признаков раздвоения миров, даже очень давних.
    - Ты уверена?
    - Теперь уже полностью.
    - Значит, - подытожила я, - вы с Викой не виноваты в происходящем. Ни прямым, ни косвенным образом. Фиона и Хранитель ошиблись.
    - Точно, ошиблись, - подтвердила Тори, однако голос её прозвучал мрачно или, скорее, раздражённо.
    - Ты чем-то недовольна? - спросила я.
    Тори вздохнула.
    - Недавно я была у Фионы. Оказывается, она уже выяснила причину ненормального поведения химер. Пока я вкалывала, как проклятая, выискивая хоть малейшее нарушение целостности, она отправила Агнцев изучить окрестности трёх миров, откуда шли атаки кентавров на Хаос. Они обнаружили пять племён, чьи предки несколько столетий назад покинули эти миры и поселились в других. Тамошние кентавры всё ещё поклоняются Порядку - но поклоняются со страхом; ненавидят Хаос - но ужасаются при одной лишь мысли о столкновении с ним.
    - Значит, после смены мира их агрессивное мировоззрение начало сдавать позиции?
    - Да, именно.
    - А это действительно потомки кентавров из тех трёх миров?
    - Фиона не сомневается. Детали мифов у них общие.
    - Наверное, сказалось влияние других племён.
    - В их преданиях отсутствуют упоминания о контактах, а тем более о смешении с другими племенами кентавров. До их переселения миры были необитаемые. Но в определённом смысле влияние присутствовало. Только не обычное, а резонансное. Существует теория...
    - Так вот оно что! - сообразила я. - Извини, Тори, что перебила, но у меня было время почитать книжки. Значит, Фиона считает, что виной всему резонансный эффект?
    - Да. Точнее, его отсутствие в тех мирах, где химеры помешались на своей ненависти к Порядку или Хаосу.
    Я потянулась к Источнику, получила от него сигарету и закурила.
    - Смелая гипотеза, очень смелая. И, пожалуй, следует говорить не об отсутствии резонанса, а о присутствии другого резонанса. Того, который накручивает одних химер против Порядка, а других - против Хаоса. Не зря они так синхронно начали свои набеги. Но обо всём этом мы можем только гадать. Резонанс бытия нельзя поймать за руку. Насколько Фиона уверена в своём предположении?
    - Почти убеждена. Она собрала много фактического материала... - Тори сделала паузу и снова нахмурилась. - На самом деле, она ничего не собирала, а сидела в своём Звёздном Замке и только командовала. А непосредственно руководил Агнцами в их поисках и собирал материал Бьёрн Зоранссон.
    Наконец до меня дошло.
    - И потому ты так раздражена? Тебя злит, что Фиона не поделилась с тобой своей новой догадкой, а предпочла поручить это дело другому?
    - Да, злит, - призналась Тори. - А ещё меня бесит то, что мысль о резонансе ни разу не приходила мне в голову.
    - Мне тоже, - сказала я. - Ну и что? Я не собираюсь обижаться на Фиону за её проницательность.
    Тори медленно покачала головой:
    - Идея с резонансом принадлежит не Фионе. Её предложил Бьёрн Зоранссон.
    Вот тут я по-настоящему изумилась:
    - Он? Серьёзно?
    - Так сказала Фиона. Не вижу причин, почему ей врать.
    - Нет, это просто невероятно! Сын Зорана - и до такого додумался. У парня действительно есть голова на плечах, независимо от того, прав он насчёт резонанса или нет. - Я помолчала. - Неужели он вправду сын Зорана? С трудом верится. Наверно, его мать погуливала на стороне. С таким мужем это неудивительно... Впрочем, ладно. Кто ещё знает о резонансе?
    - Фиона рассказала мне первой. Потом вызвала Вику, а меня попросила поговорить с тобой и Хозяйкой. Но сначала я решила заглянуть к девочкам.
    - По-любому, Хозяйка уже знает. Ты же шла через Безвре...
    Я осеклась и в мыслях выругала себя. Что называется, утренний тормоз. Тори была Собирающей Стихии, а это значило, что её разум, наравне с разумом Фионы и Мирддина, закрыт для Хозяйки[10]. Мне стало ужасно стыдно за свою, пусть и мимолётную, тупость. Похоже, это тонкий намёк свыше, чтобы я не была столь категоричной, отказывая покойному Зорану в праве на умного сына.
    - Мы с Хозяйкой не обменялись ни словом, - тактично ответила Тори, сделав вид, что не заметила моего ляпа. - Я просто помахала ей рукой и ушла в Авалон. Мы можем прямо сейчас пойти и поговорить с ней. Ты же все равно собираешься на утреннее купание в Источнике.
    - Так и сделаем, - сказала я, допив остаток кофе.
    Мы прошли в 'нишу', очень мило и уютно обставленную. Я взяла Тори за руку, и мы вместе перенеслись в Безвременье - на обычное место у подножия холма, где появлялись все адепты. Вот только на вершине холма никого не было.
    - Промашка вышла, - сказала я. - Видно, Хозяйка решила, что ты просто возвращаешься в Экватор, а меня, когда я с утра иду купаться, она редко встречает. Дожидается моего выхода из Источника, и за завтраком мы беседуем. Можешь, подождать её - она почувствует, что ты осталась, и скоро появится. А ещё лучше, переместись на один сегмент вперёд, там мы сразу встретимся.
    - Хорошо, - кивнула Тори. - Так я и сделаю. Но уже возле Источника. Всё равно туда идти, так лучше не одной, а в компании.
    Мы стали подниматься вверх по холму.
    - Ты меня восхищаешь, Дейдра, - вновь заговорила она. - Каждое утро окунаться в Источник... И ни разу не пропустила?
    - Почему же, иногда пропускала. Но это было давно. А с тех пор, как вы с Викой появились на свет, кажется, ни разу.
    Тори ухмыльнулась, как будто нашла в моих последних словах что-то смешное. Мы достигли вершины холма и начали спускаться к роще гигантских дубов с зелёной корой и фиолетовой листвой.
    - И тебе ни капельки не страшно? - спросила Тори. - Так часто проходить весь Круг Адептов, терпеть игры Источника с твоим разумом, встречаться с фантомами?
    - Совсем не страшно, - ответила я. - Это дело привычки. Как, например, с курением. Одна сигарета в неделю крепко вставляет, а пачку в день даже не замечаешь. Хотя, если честно, я плохо представляю, что значат для всех остальных эти самые 'игры с разумом'. Со мной Источник всегда деликатен и доброжелателен, изо всех его игр со мной самые напряжённые случаются тогда, когда я попадаю в какое-нибудь виртуальное казино. Наверное, это потому, что я урождённый адепт и приняла Силу в момент зачатия. По-моему, Источник воспринимает меня, как свою дочку... конечно, не как родную, родная для него Морвен, а я - вроде крестницы. И как хороший дядя-крёстный, он обращается со мной нежно и заботливо. Правда, с фантомами порой бывает несладко, но тут на Источник нечего пенять - в большинстве случаев это отражение моих личных проблем, моих собственных комплексов.
    - А меня фантомы здорово напрягают, - призналась Тори. - Тени прошлого, призраки настоящего... они часто причиняют боль.
    - И вместе с тем избавляют от боли, - заметила я. - Позволяют высвободить её, а не держать в себе. До того, как моя старшая тёзка стала Хозяйкой, никаких фантомов в Источнике не появлялось, и я не скажу, что это было лучше.
    - Возможно, ты права. Мне трудно судить. Хотя есть один фантом, от встреч с которым мне явно не становится лучше.
    - Это девушка? - спросила я.
    - Да. Но не Фиона. Другая. Которой давно уже нет. Если б она была настоящей... то есть, чтобы Источник знал её лично. Пусть не как адепта, а просто как гостью Безвременья. Но она здесь никогда не бывала, и её фантом - конструкт из наших с Викой воспоминаний о ней.
    Наверное, мне стоило промолчать. Однако в Торином голосе прозвучало столько горечи, что я не удержалась:
    - Она была очень дорога тебе?
    - Да, очень. Я не могу её забыть... впрочем, и не хочу забывать. Просто хочу вспоминать о ней спокойно, без надрыва.
    Мы вышли из рощи на широкую прогалину, посреди которой находился Источник, окружённый мраморным парапетом. Я чувствовала себя немного неловко. Мы с Тори всегда хорошо ладили, но не были столь близкими подругами, чтобы делиться сердечными тайнами. Собственно, у Тори с Викой вообще не было подруг, за исключением, пожалуй, Евы. С Софи они поддерживали всего лишь родственные отношения, особой близости между ними я никогда не замечала. Своих младших сестёр очень любили - но любить ещё не значит дружить. Что касается Фионы, то Тори сама всё портила, слишком настойчиво ухаживая за ней; это не позволяло им сдружиться, и они оставались просто приятельницами. А по-настоящему Тори была дружна только с Викой, правда, в последнее время у них возникли определённые проблемы. Но неужели они так сильно отдалились, что Тори потребовался кто-то другой, чтобы излить душу?...
    Я остановилась возле парапета, за которым уже потихоньку бурлил Источник, готовясь принять меня в свои объятия.
    - Ну, ладно, - сказала я. - Теперь отправляйся в следующий сегмент, там мы и встретимся с Хозяйкой. А мне пора на водные процедуры.
    - Удач... - начала было Тори, но вдруг улыбнулась. - Для тебя это всё равно, что желать удачи перед походом в душ. Встретимся через мгновение.
    - Пока.
    Я сбросила халат, вскочила на парапет и сразу нырнула в Источник. Течение тут же подхватило меня и понесло вниз, мою кожу защекотали крохотные искорки энергетических разрядов. Без малейшего напряжения я втянула в лёгкие воду и перестала дышать - теперь Источник сам снабжал мою кровь кислородом.
    Следующий этап для других был несколько болезненным - когда при входе в Круг Адептов тело начинало интенсивно пропитываться Силой, а разум ещё не успевал, по выражению Бренды, переключиться в защищённый режим и рефлекторно сопротивлялся. Со мной ничего подобного никогда не случалось - я свободно, без малейшего сопротивления вбирала в себя Силу с лёгкостью губки, а когда её концентрация достигла предела восприимчивости, произошло то самое переключение.
    ...Я стояла на обочине широкой трассы, по которой в обоих направлениях проносились машины, от мотоциклов и легковушек до большущих фур. Впереди дорожное полотно перечёркивала поперечная жёлтая надпись: 'ПЕРВЫЙ УРОВЕНЬ'. Рядом со мной находился мой красный 'Мустанг' с откинутым верхом - вернее, точная копия машины, которая сейчас стояла в королевском гараже Нового Камелота. По воскресеньям я любила прокатиться с ветерком по автостраде 'Авалон - Порт-Ниор', мне нравилась быстрая езда, и Источник нередко устраивал мне подобные аттракционы - от обычных поездок, вроде этой, до настоящих авторалли.
    Без лишних раздумий, я уселась в кресло водителя, запустила двигатель и выехала на трассу, быстро набирая скорость. Когда пересекла жёлтую надпись, остальные машины, и встречные, и попутные, начали вести себя так, будто за рулём сидели либо в стельку пьяные шофёры, либо блондинки (только не обижайтесь девочки, я и сама почти блондинка - волосы у меня русые). Впереди идущие ни с того ни с сего притормаживали, начинали вилять, когда я их обгоняла, встречные при этом то и дело выезжали за разделительную полосу, а задние машины раз за разом норовили въехать мне в корму. Тем не менее, от всего этого я получала массу удовольствия.
    Доехав до надписи 'КОНЕЦ ПЕРВОГО УРОВНЯ', я сбавила скорость. Впереди виднелось: 'ВТОРОЙ УРОВЕНЬ', а ближе был подъезд к автозаправочной станции. Возле одной из колонок я заметила заправщика в жреческой мантии, тут же надавила на акселератор и через несколько секунд пересекла маркировку второго уровня. Нет уж, спасибо! С Эриком в Источнике я принципиально не общалась. Подлинной, аутентичной личностью обладали только фантомы адептов, а Эрик таковым не был. Конечно, Источник хорошо его знал по частым посещениям Безвременья, по информации о нём, которой обладали другие адепты со мной включительно, а также Хозяйка. Возможно, для Тори, в случае с той неизвестной мне девушкой, этого было бы достаточно. Но для меня - нет.
    Между вторым и третьим уровнями мой 'Мустанг' остановил полицейский, у которого, вместо форменной фуражки, на голове красовалась корона Света.
    - Здравствуйте, барышня, - произнёс он и оценивающе посмотрел на меня. - А не слишком ли вы молоды, чтобы водить машину?
    - Я уже совершеннолетняя, - решила подыграть я и протянула ему удостоверение.
    Внимательно изучив его, он сказал:
    - Прошу прощения, ошибка вышла. Вы удивительно молодо выглядите для своих лет.
    Я резко вырвала из его рук свой документ.
    - Ну всё, довольно, государь сержант Брендон. Поломал немного комедию, и хватит. Если хочешь, садись, подвезу тебя до следующей остановки.
    - Охотно, - ответил он, обошёл машину и устроился на пассажирском месте. Снял с головы корону, зашвырнул её за кресло. - Вперёд, племяшка.
    Я поехала дальше. Брендон закурил и снова смерил меня взглядом. Вернее, не так меня, как мою одежду. Ну, а на мне был обычный наряд - белая блузка с синей завязкой на воротнике, короткая клетчатая юбка, белые носки и красные туфельки на низких каблуках.
    - Классный прикид, Дейдра. Решила поиграть в малолетку?
    Из этих слов следовало, что для создания фантома Источник использовал давний отпечаток личности Брендона, как минимум тех времён, когда я ещё следовала имиджу вечной невесты.
    - Это не игра, - сказала я. - А мой новый стиль. Впрочем, не такой уж и новый.
    - Держу пари, Артур с Даной не в восторге, - заметил Брендон. - Да и Кевин вряд ли рад тому, что теперь каждый может увидеть, какого цвета трусики носит его старшая сестра.
    Я торопливо одёрнула юбку.
    - Обычно их никто не видит.
    - Я тоже не видел. Это была шутка. Лично мне нравится твоя одежда, она вполне соответствует твоему 'эго'. На Земле Хиросимы, где я когда-то жил, такие костюмы носили ученицы частных школ. Правда, у них ещё были симпатичные пиджачки.
    - Иногда я надеваю и пиджак, - сказала я, уклоняясь от лобового столкновения с выехавшим на встречную полосу лимузином. - Но мне кажется, что Источник прислал тебя вовсе не для того, чтобы поговорить со мной об одежде.
    Брендон пожал плечами.
    - А при чём тут Источник? Он просто присылает к тебе тех, кого ты сама хочешь увидеть.
    - Крайне упрощённая трактовка, - возразила я. - Да, действительно, чаще всего фантомы появляются по моему желанию - сознательному или подсознательному. Однако с тем же успехом их может подослать Хозяйка или сам Источник, руководствуясь своими, непостижимыми для нас мотивами. Хотя в случае с тобой, наверное, сработало моё подсознание. После первого уровня я проехала мимо Эрика. Принципиально не разговариваю с ним в Источнике.
    - Вы в ссоре?
    - Нет. В реальности у нас хорошие отношения. Дружеские.
    - Так вы с ним разошлись?
    Ага! Значит, фантом Брендона явился из того четырёхмесячного отрезка прошлого, когда у нас с Эриком был роман. Вероятнее всего, из третьего месяца - когда наши отношения представлялись и нам, и нашим родным настолько серьёзными, что все ожидали скорого объявления о помолвке.
    - Да, разошлись, - подтвердила я. - Очень давно. Мы так и не поженились.
    - Жаль. Вы были замечательной парой.
    - Мне тоже жаль. До сих пор об этом жалею.
    - А Эрик?
    - Нет, он счастлив. У него есть жена, которую он любит, и дети, которых обожает, а ещё маленькая внучка, в которой души не чает.
    - О, так я уже прадед! Старею, старею...
    Настоящий, живой Брендон, попавший в будущее, сейчас набросился бы на меня с расспросами о своих потомках. Но у фантома, хоть он и обладал всеми чертами личности Брендона, было иное предназначение - говорить обо мне. Поэтому он спросил:
    - А ты замужем?
    - Нет. И с того времени не была. Зато у меня есть сын Гленн. Уже взрослый.
    - А кто отец?
    - Ты его не знаешь. Гнусный, отвратительный негодяй. Давно вычеркнула его из своей жизни.
    Брендон кивнул:
    - Что ж, от неудач никто не застрахован. Но не унывай - на свете есть немало достойных мужчин.
    - Достойных хватает, - грустно ответила я. - Вот только Эрик один.
    Он надолго задумался, наблюдая за тем, как лихо я выкручиваюсь из аварийных ситуаций. Наконец произнёс:
    - Да, тяжёлый случай. А ты не думала, что твоя сосредоточенность на Эрике могла возникнут вследствие замещения. Ты просто выбрала его, как самый подходящий объект для переноса чувств, и теперь не решаешься нарушить сложившийся статус-кво из страха вернуть прежнее.
    Я поняла, что он имел в виду.
    - Твои более поздние версии придерживаются иного мнения. Они считают, что Эрик тут ни при чём, а в нашем с тобой случае имело место вытеснение в результате известного нам обоим события.
    Брендон понял, что я имела в виду. И густо покраснел. Хотя, по большому счёту, стыдиться ему было нечего. Ну, или почти нечего. Вся вина лежала на мне - и порой я задавалась вопросом, не была ли история с Риком моей расплатой за то, к чему я когда-то принудила Брендона...
    - Вполне может быть, - сказал он, оправившись от неловкости. - Надеюсь, ты не жила всё это время, как монашка? Вредно для психики, знаешь ли.
    - Не беспокойся, всё нормально. Три года спустя я чуть было снова не вышла замуж, но в последний момент передумала. А потом... потом была подруга. Очень долго.
    - И такое случается, - невозмутимо произнёс Брендон. - Это лучше, чем совсем ничего. Но ты сказала 'была'. Уже всё закончилось?
    - Да, - вздохнула я. - Она устала разрываться между мной и мужем.
    Брендон снова задумался.
    - Что тут сказать. Разве только то, что на свете есть немало достойных женщин.
    - Хватает, - согласилась я. - Но Софи одна.
    Я как раз совершала обгон пьяно вилявшего грузовика, когда крашеная блондинка на спортивной тачке неизвестной мне марки нахально прошмыгнула между нами, едва не вытеснив меня на встречную полосу. Я сердито крикнула ей вслед, чем ей положено заниматься вместо вождения, потом немного смущённо покосилась на Брендона, но пассажирское кресло уже было пустым...
    В самом конце третьего уровня меня обогнала ещё одна блондинка, теперь уже натуральная - вернее, ставшая таковой с помощью Источника. Она пленительно улыбнулась мне, приглашающе махнула рукой и свернула к придорожному мотелю.
    А я без малейших раздумий поехала дальше. Несомненно, эта Софи была из прошлого более чем пятилетней давности, и если бы я последовала за ней, мы бы приятно провели время - за разговором и не только. Несколько раз я поддавалась соблазну, но после этого мне становилось ещё горше. Никакая иллюзия не может заменить реальную жизнь...
    Между четвёртым и пятым уровнями опять была заправочная станция, где хозяйничала красивая девушка с длинными каштановыми волосами, собранными в пучок, одетая в белые облегающие шорты и жёлтую майку. На этот раз я съехала с трассы и остановилась возле соседствующего с заправкой магазинчика. Девушка, подхватив пластиковое ведро, подбежала ко мне.
    - Заправляться не буду, - сказала я ей. - Бак почти полон. Давай просто поговорим.
    - Хорошо, - согласилась она. - Только помою стекло.
    Девушка достала из ведра мочалку, пару раз провела по ветровому стеклу, лишь испачкав его пеной, после чего уселась передо мной на капот.
    - Угадай, кто я?
    - Ну, - медленно протянула я, - в Источнике труднее судить, чем в реальности, но, скорее всего, ты Вика.
    - Почему так решила?
    - Простая арифметика. Точнее, теория вероятностей. Источник знает Вику только с этой внешностью. А типажей для Тори у него два - шатенки и блондинки. Выходит, больше шансов на то, что ты - Вика.
    - Угадала, - кивнула она. - А Тори, значит, стала блонди?
    - В общем, да. Хотя не из тех, которых принято называть породистыми. Не как Софи, а скорее как я. А ещё сильно изменила всю свою внешность. Это для того, чтобы вас сразу различали. Ведь теперь ты...
    - ...адепт Хаоса и жена Мирддина. Я получила эту информацию от Источника. Хотя помню себя лишь до последнего прохождения Круга Адептов. - Она растерянно тряхнула головой. - Просто не могу в это поверить!
    - Во что из двух?
    - И в то и в другое. И в своё замужество, и в 'хаосизм'. Особенно в последнее. Ладно, я ещё могла выйти за Мирддина - из симпатии, из жалости, из сочувствия...
    - Разве ты его не любишь? - удивилась я.
    - Нет. И никогда не любила.
    - Однако вы долгое время были любовниками.
    - Это не одно и то же. Может, для тебя эти два понятия эквивалентны, но я их чётко различаю. Я могу спать с человеком, потому что он мне нравится, потому что мне приятно и интересно с ним. Так было с Мирддином. Он много раз просил меня выйти за него, и я бы, возможно, согласилась, если бы не дополнительное условие - принятие Силы Хаоса. Без этого наш брак не имел бы смысла, ведь люди женятся для того, чтобы создать семью, рожать и воспитывать детей. А Мирддин, как Хранитель, настолько прочно связан с Хаосом, что зачать от него ребёнка способна только женщина, несущая в себе Инь.
    - Да, знаю, - сказала я. - Быть может, это в конце концов и побудило тебя принять предложение Мирддина? Хотя бы из жалости, из сочувствия.
    Вика скептически хмыкнула.
    - Я, конечно, хорошая девочка. Но моя благотворительность не безгранична, она имеет свой предел. Это Источник. Я не представляю, как могла отказаться от него.
    - А если ты не совсем отказалась? Вернее, не навсегда? Может, ты лишь на время уступила Мирддину, чтобы родить ему наследника, а с Хозяйкой договорилась, что потом она снова пустит тебя к Источнику?
    - Будь это так, я бы не медлила с ребёнком. Но прошло уже полтора года, срок более чем достаточный, а никакого ребёнка нет. Кроме того, если верить Источнику, со времени последнего купания в нём я больше ни разу не бывала в Безвременье и не общалась с Хозяйкой. А через пятьдесят шесть стандартных дней Основного Потока стала адептом Хаоса.
    - Почти два месяца, - произнесла я. - Немало.
    - Да, немало, - согласилась Вика.
    Впрочем, как оказалось, мы имели в виду совсем разное. Я подумала о том, что за два месяца она могла сделать переоценку своих чувств к Хранителю и осознать, что любит его по-настоящему, а не только симпатизирует и сочувствует ему.
    Но у самой Вики было другое на уме:
    - Обычно я раз в неделю окуналась в Источник. Иногда чаще, иногда реже, но никогда не делала больше месячного перерыва. А тут - целых два месяца.
    - Или даже больше, - добавила я, - если провела их в быстром потоке. Возможно, всё это время ты набиралась решимости, чтобы принять Силу Хаоса. И именно по этой причине избегала приходить к Источнику - боялась передумать.
    - Могло быть и такое. Хотя не верю... А Тори что говорит о моём поступке?
    - То же, что и ты. В смысле, ты-настоящая. Дескать, это был трудный шаг, но ты на него решилась ради Мирддина.
    - Опять же, не верю. Скорее всего, я-настоящая лгу. А Тори либо лжёт вместе со мной, либо я её обманула.
    - Вы можете обманывать друг дружку?
    - Запросто. Поначалу не умели, быстро выдавали себя, но позже научились. А с недавних пор, когда Тори предала меня ради того, чтобы стать Собирающей Стихии[11], я лгу ей с огромным удовольствием.
    - Понятно, - сказала я. - Но предположим, что вот сейчас на моём месте находится Тори. Ты бы солгала ей? Стала бы уверять, что всё в порядке и ты совсем не удивлена своими будущими поступками?
    - Нет. Я бы сказала ей то, что и тебе. Но мы в Источнике никогда не встречаемся.
    - Почему?
    - Дело в том, что мы крайне необычные близнецы. Как объяснила нам Хозяйка, Источник воспринимает нас как два разных состояния одной личности.
    - Вроде того, как было с двумя Ричи?
    - Нет, с нами совсем иначе. Источник всегда различал нас безошибочно, просто, когда я окуналась в него, а он посылал мне фантом Тори, то при нашей встрече она тотчас превращалась в меня. В итоге я встречалась сама с собой, только более ранней.
    - Ага, значит, вот как... - Я задумалась. - Это многое проясняет.
    - Что именно?
    - Причины нашей встречи. Я уверена, что у меня не было даже подсознательной мысли поговорить с тобой. До сих пор грешила на Хозяйку, но теперь думаю, что наш разговор устроила Тори.
    - А разве она это может? Не думала, что Собирающая обладает такой властью над Источником.
    - Нет, конечно, не обладает. Но, как адепт десятого уровня, Тори могла попросить Источник об услуге, не прибегая к посредничеству Хозяйки. Полагаю, она что-то заподозрила, вот и решила выяснить, каков был твой настрой за пару месяцев до этого. Сегодня мы вместе пришли к Источнику, и она воспользовалась подходящим случаем. А позже сама окунётся в Источник, встретит там мой фантом и узнает всё о нашем с тобой разговоре.
    - Что ж, ясно. Это полностью в стиле Тори. Вроде и не просила тебя об услуге, но получила, что хотела. И попутно избавилась от необходимости что-либо тебе объяснять.
    Я передёрнула плечами.
    - Лично меня это вполне устраивает. Не хочу вмешиваться в ваши сестринские дела, а исполнить роль курьера - пожалуйста, нет проблем.
    - Ну, и хорошо, - сказала Вика, соскользнув с капота. - Так и передай Тори: двумя месяцами ранее я даже не помышляла о браке с Мирддином и о Силе Хаоса. Определённо, тут дело нечисто.
    Я пообещала, что передам (вернее, не я, а мой фантом), и продолжила путь в потоке всё больше наглеющих машин. После пятого уровня ко мне подсел Кевин в самой последней, позавчерашней версии. Он чаще всех остальных навещал меня в Круге Адептов, что и неудивительно - Кевин всегда был моим самым любимым братом, но в реальном мире мы виделись с ним редко и я очень по нему скучала. Он был занят государственными делами ничуть не меньше, чем отец, почти всё своё время проводил в космическом мире (в первом, разумеется, о втором он не знал), а когда наведывался в Авалон, то всегда спешил, с ним было невозможно нормально поговорить. Периодически я чуть ли не насильно приводила его к Источнику, где о времени можно было не беспокоиться, но даже там Кевин, разговаривая со мной, одновременно думал о своей чёртовой Галактической Империи. Зато его фантомы были целиком сосредоточены на мне, и в беседе с ними я хоть отчасти удовлетворяла свою жажду общения с братом.
    Мы с Кевином, мило болтая, проехали три уровня. Он был весел, сыпал шутками - свежими и бородатыми, плоскими и заумными, мы вместе ругали пьяных шофёров, насмехались над неумёхами-блондинками, само собой, братец не преминул покритиковать и мою манеру вождения, также не обошлось без дежурных шпилек по поводу моей одежды. В общем, мы приятно пообщались, и я надеялась, что Кевин останется со мной до конца, но увы - к завершению восьмого уровня он исчез.
    А перед девятым голосовала на обочине вульгарная на вид девица в сапожках на высоких каблуках, в чёрных чулках-сеточках, в короткой кожаной юбке и в топе, едва прикрывавшем грудь. Её обычно тёмные волосы пылали рыжим огнём, а на лице было не меньше килограмма косметики.
    'Натуральная шлюха', - подумала я, останавливая машину.
    - Сама такая, - вслух ответила она (порой Источник так дразнит меня, сообщая фантомам мои мысли). Затем устроилась в кресле рядом со мной. - Только учти, с девками я не работаю. Тем более, с родными сёстрами.
    - Больно ты мне нужна, - сказала я и так резко рванула с места, что завизжали шины. - Просто мне стало интересно. Никогда тебя раньше здесь не встречала.
    - Ха, ещё бы! Водил не ублажаю, у меня другая клиентура. Попала сюда из-за тебя.
    Я недоумевала: какая же особо извращённая часть моего подсознания возжелала повстречать в Источнике мою наименее любимую сестру Алису?
    Собственно, сидящая со мной в машине девушка не была настоящим фантомом Алисы, а всего лишь эмулянтом, искусственно синтезированной личностью на основании информации, которой обладал Источник. Причём эта эмуляция имела ярко выраженные признаки гротеска - подлинная Алиса никогда так не одевалась, обычно она выглядела весьма прилично и даже респектабельно, знала меру в косметике и не красила волосы. Алису нельзя было назвать шлюхой в классическом понимании этого слова. Она была, мягко говоря, потаскушкой, а грубо выражаясь, блядью - то есть, денег не брала и спала только с теми, с кем сама хотела.
    - Ну, что молчишь? - спросила Алиса. - Язык проглотила?
    - В некотором роде, - призналась я. - От шока. Не понимаю, зачем ты здесь. Нам и в реальном мире нечего сказать друг другу.
    - Ой, не гони! Есть чего - и мне, и тебе. Ты презираешь меня, считаешь, что я позорю нашу семью. А всё потому, что я, в отличие от некоторых, не лицемерю, не притворяюсь пай-девочкой, не подчиняюсь дурацким условностям. Я просто живу в своё удовольствие и беру от жизни всё, что мне хочется.
    - Мне плевать на твою личную жизнь, - сказала я. - Меня не интересует, с кем ты спишь, как часто меняешь мужчин, чтó вы делаете в постели... и не только в постели. Но я категорически не воспринимаю твою отвратительную привычку афишировать свои похождения. Наша семья не святая, о каждом из нас ходят слухи и сплетни, но твоё отличие от остальных заключается в том, что ты сама распространяешь о себе сплетни. О своих забавах рассказываешь всем, кто готов тебя слушать, да ещё с такими подробностями, что даже отъявленные бабники краснеют от стыда. Просто удивительно, что с такой матерью, как ты, Шейн вырос ещё более-менее нормальным мальчиком. Наверное, только потому, что в постоянной погоне за всё новыми и новыми мужчинами у тебя просто не хватало времени на его воспитание, и этим занималась наша мама.
    - Ты бы про Шейна помолчала! - огрызнулась Алиса. - Я хоть нагуляла его на стороне. А ты - от кого-то из родственников. То ли от Эрика, то ли от Малкольма, то ли от Бриана. Справедливости ради скажу, что в версию с Кевином я не верю.
    - И на том спасибо! - с сарказмом произнесла я. - Но чьим бы сыном Гленн ни был, у него есть огромное преимущество перед Шейном. Он не стыдится своей матери.
    Тут Алисе крыть было нечем, и она ещё пуще разозлилась.
    - Тоже мне мать! Посмотри на себя получше. Какая нормальная женщина захочет выглядеть малолеткой? На тебя встаёт только у подростков и у извращенцев-педофилов. Даже лесбиянки из тебя не получилось. Ты просто сопливая дурочка, которая долго сохла по Эрику, пока тот не нашёл себе настоящую женщину, и тогда ты прилипла к Софи, как банный лист к заднице. Удивительно, что она так долго провозилась с тобой. Сейчас, небось, ты украдкой хнычешь, жалея себя, вместо того, чтобы найти мужика или хотя бы девчонку...
    'Мустанг' нёсся по трасе, а мы с Алисой продолжали перепалку. Как выяснилось, нам действительно было что сказать друг другу. Хотя фантом Алисы представлял собой всего лишь эмуляцию, её слова обо мне бесспорно принадлежали ей-настоящей. Она часто бывала в Безвременье, когда Диана или Бронвен (ко мне Алиса давненько не обращалась) водили её из Срединных миров в Экватор и обратно. Так что её мысли были хорошо известны Источнику. Только не подумайте, что тем самым он выдавал чужие секреты. Фантом Алисы говорил то, что хотела мне сказать сама Алиса, не присутствуя при этом лично. Такой шанс был ей предоставлен. То же самое касалось и других фантомов-эмулянтов.
    В конце девятого уровня я с облегчением рассталась с Алисой и свернула с трассы на стоянку, в дальнем конце которой сидел на бордюре, перебирая пальцами струны акустической гитары, худощавый парень, очень похожий на моего отца Артура, только с более светлыми волосами. К счастью, на своего отца он не походил ни капельки.
    Я не впервые встречала его в Источнике. Он тоже был фантом-эмулянт, но я всегда обращалась с ним как с настоящим.
    Остановившись возле него, я вышла из машины. Он отложил гитару и выпрямился.
    - Привет, Гленн, - сказала я.
    - Привет, Дейдра, - ответил он.
    Гленн уже давно не называл меня мамой. Я всегда была против 'тёти' и 'тётушки', а вот обращение 'мама' мне слышать хотелось. Только сын на это категорически не соглашался.
    - Хочешь знать о своём отце? - спросила я. Это было стандартное начало.
    Он мотнул головой.
    - А зачем? По-любому, я не запомню.
    Иногда я всё же рассказывала. Всякий раз реакция Гленна была очень болезненной, что укрепляло меня в решимости сохранить тайну. Года четыре назад Рик заразился идеей во всём покаяться, и тогда я пригрозила его убить. На полном серьёзе пригрозила. Рик поверил и спасовал.
    - Мне было проще, - продолжал Гленн, - когда я считал отцом Эрика.
    - Я старалась поддерживать твоё заблуждение. К сожалению, Фиона всё испортила.
    - А я больше не жалею, - внезапно сказал он. - Совсем не жалею, что Фиона не моя сестра.
    А это уже что-то новенькое. И очень, очень нехорошее...
    - И давно ты собирался об этом сказать?
    - Да уже давно. Но всё никак не решался. А сегодня - в смысле, для меня сегодня, - я говорил с Хозяйкой.
    - О чём?
    - Об Источнике, конечно. О чём ещё с ней говорить? Мы с Фебом возвращались в Авалон, и я попросил его... Вернее, только хотел попросить, чтобы он оставил меня в Безвременье, но Хозяйка прочла мои мысли и сама сказала ему уходить. А потом ответила мне, что нет, я не числюсь в её списке. Мол, адептов и так хватает.
    - Это правда, - подтвердила я. - А вообще, странно. Раньше я не замечала за тобой таких амбиций.
    - Дело не в амбициях. Я просил у Хозяйки Силу Источника только для того, чтобы сменить её на Силу Порядка. Хотя на сам Порядок мне глубоко наплевать. Ты понимаешь?
    Да, теперь я поняла.
    - Не глупи, сынок. Силы Стихий - это серьёзно. Нельзя примешивать личные чувства, когда...
    - Ой, прекрати, Дейдра! - перебил он меня. - Источник только и делает, что играет с личными чувствами. Можно подумать, я не знаю, как ты появилась на свет. И в книжках я читал, что любовь - самая могущественная Сила во Вселенной.
    - В метафорическом смысле. И немного - в метафизическом. Но даже если так, не кажется ли тебе, что ты путаешь любовь с увлечением?
    - Нет, не кажется. Я ведь не с бухты-барахты так решил, это приходило постепенно. С тех пор, как пять лет назад... ну, ты сама помнишь.
    Ещё бы не помнить! Ни за что не забуду тот день, когда я пришла в Сумерки Дианы и увидела, как Гленн целовался с Фионой...
    - Ты должен понимать, - сказала я, - что тогда Фи была расстроена из-за Феба и Ланы. Она просто искала утешения.
    - Я это понимаю. Но заметь, что искала у меня. Не ушла вместе с Шейном, не побежала к Рику... Знаешь, я терпеть его не могу. Раньше он мне импонировал, когда я ещё думал, что вы с ним можете сойтись. Но он сошёлся с Фионой - хорошо, что у них ничего не получилось.
    Хоть в этом мы оба были единодушны. Но в остальном...
    - Ты часто видишься с ней?
    - В последнее время частенько, - смущённо ответил Гленн. - Но стараюсь не надоедать.
    - И сколько это 'в последнее время'?
    - Вот уже три года. С тех пор, как она порвала с Риком.
    - Она догадывается о твоих чувствах?
    - Конечно, догадывается. Хотя делает вид, что мы просто друзья.
    'Как ты могла, Фи! - сердито подумала я. - Ведь просила же тебя - не трогай Гленна...'
    - Кто-нибудь знает о твоих визитах к Фионе?
    - Кажется, никто. Правда, порой, когда я был у неё, без предупреждения заявлялась Тори, но со мной ни разу не сталкивалась. Фи всегда успевала переправить меня на Внешний Обод. А с остальными не возникало проблем, они всё равно не могли попасть в Звёздный Замок без помощи Фионы или её Агнцев.
    - А кто у неё бывает? - из чистого любопытства спросила я.
    - В основном наши, из Авалона. Своих родных в Солнечном Граде она навещает сама. Однажды, кажется, в прошлом году, в моё присутствие приходила ты. Раза два - тётушка Бренда. Как-то была кузина Эрика. И ещё Вика - до того, как приняла Хаос. С Патриком и Фебом я ни разу не пересекался, и это понятно - ведь обычно я хожу к Фионе, когда у нас ночь, а потом отсыпаюсь в быстром потоке. Зато на Сабрину нарываюсь регулярно.
    С Сабриной, дочерью Софи и Бриана, Фиона дружила давно.
    - Она часто приходит?
    - Довольно часто, хоть и реже, чем я. Может быть, раз в неделю. Фиона призналась, что за эти пять лет Сабрина стала ей ближе, чем родные сёстры. Как она сама выразилась, друзья познаются в беде, в Порядке и в Хаосе. Фи называет её своей лучшей подругой, а меня - своим лучшим другом. - Гленн секунду помолчал. - Она часто употребляет слово 'друг'. Как будто заклинает - то ли меня, то ли саму себя. Но если бы Фи видела во мне просто друга, то не стала бы так тщательно скрывать наши встречи.
    - Да уж, - согласилась я, - конспирация у вас на высоте. Я ничего не подозревала и сплетен никаких не слышала... Да, кстати. - Здесь, в Источнике я могла сказать это смело. - Мне кажется, что Феб догадывается о ваших с Фионой тайных свиданиях. А может быть, знает о них наверняка.
    - Почему ты так решила?
    - Недавно он чуть не проговорился. Имени не назвал, но было ясно, что речь идёт о ком-то хорошо ему знакомом. Думаю, о тебе.
    Гленн на минуту задумался.
    - Нет, вряд ли. Тогда бы я почувствовал, что Феб злится на меня.
    Я не стала это комментировать. Настоящему Гленну я бы, конечно, попыталась объяснить, что Феб не из тех людей, которые ведут себя подобно собаке на сене. Но переубеждать фантом не имело ни малейшего смысла. Вместо этого я спросила:
    - Так ты считаешь, что с Силой Порядка добьёшься от Фионы взаимности?
    - Уверен в этом. Куда она денется! Я ведь и так нравлюсь ей, а если стану её адептом... - Он вздохнул. - Но Хозяйка отказалась мне помочь. А под конец лицемерно заявила: 'Если хочешь служить Порядку, ступай на его Стезю', - и отправила меня прочь из Безвременья.
    'Вот сука!' - зло подумала я.
    - Ты же не собираешься этого делать?
    - Нет, не собираюсь, - твёрдо ответил Гленн. - Я ещё не сошёл с ума.
    Несмотря на его уверенный тон, я боялась, что он мне солгал. И проверить это не было никакой возможности. Фантомы говорят только то, что при тех или иных обстоятельствах могли бы сказать их прообразы. А настоящий Гленн, если и планировал совершить подобную глупость, не признался бы мне ни за что...
    Впервые за многие годы я подумала о том, чтобы прервать прохождение Круга Адептов - очень уж не терпелось вернуться в Безвременье и сказать Хозяйке пару ласковых слов. Но мне оставалось пройти лишь один уровень, десятый, бонусный, и я решила, что выяснение отношений может немного подождать. Тем не менее, на последнем участке трассы я спешила, как на пожар, выжимая из 'Мустанга' максимум, на что он был способен, при этом не брезговала нарушением правил движения, из-за чего позади меня то и дело сталкивались автомобили. Сама я невредимой добралась до конца уровня - и, не сбавляя скорости, пересекла финишную черту...


    Глава 6
    Бьёрн

    В Асгарде шёл пятый час вечера, а для самого Бьёрна день только начинался. Такие нестыковки были обычным делом для колдунов и ведьм, особенно тех, которые не сидели на месте, а часто путешествовали по мирам с разным течением времени. Эту проблему Бьёрн мог решить запросто: прободрствовать всю ночь, а под утро уйти в один из миров умеренно быстрого потока, там выспаться и вернуться уже приспособленным к местному распорядку дня.
    Впрочем, сейчас Бьёрн не собирался долго задерживаться в Асгарде. Он прибыл лишь для встречи с главой Дома, королём Гунвальдом, а ещё чтобы повидать мать и тётку, недовольных его длительным отсутствием. Потом его ожидало новое задание от Владычицы - исследование миров сфинксов и грифонов с целью дополнительного подтверждения его гипотезы о нарушенном резонансном эффекте. Бьёрн был готов приступить к работе немедленно, но Владычица настояла на том, чтобы он взял на денёк выходной и навестил родных (к тому же было бы крайне невежливо игнорировать приглашение короля), а она тем временем собиралась обсудить уже фактически подтверждённое открытие с Собирающей Стихии, известить об этом Хаос и Источник, а кроме того, проконсультироваться со своим родственником, Шоном из Авалона, который слыл крупным специалистом по резонансу бытия. Последнее не слишком порадовало Бьёрна - он понимал, что принц Шон, во всеоружии академических знаний, не замедлит перехватить у него инициативу. Однако перечить Владычице он не стал и отправился на родину.
    Первым делом Бьёрн зашёл к себе, чтобы сменить свою дорожную одежду на более подобающий для встречи с королём наряд. Его жилище располагалось на восьмом этаже между пятой и шестой западными башнями Валяскьяльва - место далеко не самое престижное, но всё же это был королевский дворец. Бьёрн не имел титула принца - в конце концов, в Доме Одина, как и в других старых Домах, чуть ли не все колдуны и ведьмы могли похвастаться дальним родством с королевской семьёй. Вместе с тем, Бьёрн был достаточно близким родичем ныне царствующего Гунвальда X, чтобы претендовать на некоторые привилегии. В частности, на квартиру во дворце. Кроме того, ему было даровано право официально называть себя просто Бьёрном из Асгарда или Бьёрном Зоранссоном, опуская своё родовое имя (Хеймдалль, по матери), что приближало его по статусу к принцам. Это было определённой компенсацией за то, что на родине отца, в Даж-Доме, Бьёрна считали бастардом...
    Переодевшись, он навестил свою мать Ингеборг и провёл с ней полчаса, рассказывая, чем занимался в последнее время. Его служба Владычице Порядка уже перестала быть тайной, но Ингеборг не выказала ни малейшего возмущения тем, что он работает на дочь человека, который убил его отца. Для матери Бьёрна Зоран остался в прошлом, к тому же они были женаты совсем недолго - меньше четырёх месяцев, да и брак их был заключён не по любви, а по расчёту. Когда у Ингеборг родился сын, она не захотела переселяться с ним в Даж-Дом (собственно, и при жизни Зорана она больше времени проводила в Асгарде); это очень разозлило Володаря и он отказался признавать Бьёрна своим потомком.
    Впоследствии Ингеборг вышла замуж за человека, которого сама себе выбрала, и родила от него двух сыновей. Нельзя сказать, что она любила их больше, чем старшего, просто они не вызывали у неё тех тягостных воспоминаний, которые были связаны с Бьёрном. Он с самого детства инстинктивно чувствовал стену отчуждения между ним и матерью, поэтому неудивительно, что всегда тянулся к своей тётке Радке, родной сестре отца, которая в течение первых трёх лет часто навещала племянника, а потом и вовсе осталась здесь жить, так как нашла себе в Асгарде мужа - и не кого-нибудь, а королевского внука Брюньяра Хинрикссона.
    Радка принимала деятельное участие в воспитании Бьёрна, именно она внушила ему ненависть к Эрику из Света и ко всей его родне. Сама Радка ненавидела Эрика искренне, люто, самозабвенно, и с годами Бьёрн понял, что её чувства вызваны не только гибелью Зорана, но также и неугасающей ревностью, а ещё осознанием собственной вины - ведь та роковая дуэль случилась из-за неё. Однако, даже разобравшись во всём, Бьёрн не стал меньше любить свою тётку; просто с тех пор больше не верил ей слепо и безусловно...
    Понятно, что Радка отнеслась к его службе Владычице Порядка совсем иначе, нежели мать. Бьёрн терпеливо и безропотно выслушал её гневный, исполненный упрёков монолог, даже не пытаясь оправдаться. Он хорошо знал свою тётку и понимал, что она не воспримет никаких аргументов, пока не выскажет всё, что накипело у неё на душе.
    - Мне просто противно было слышать вчера короля, - говорила она, уже постепенно исчерпываясь, - когда он расхваливал тебя. Мол, мы все должны гордиться нашим Бьёрном, на которого пал выбор Владычицы... Тьфу! Тоже мне повод для гордости! Служить цепным псом у этой девчонки, как будто ей своих Агнцев не хватает. Будь ты глупее, я бы подумала, что за этим кроется какой-то хитрый замысел. Но ты же прекрасно понимаешь, что принцессе Фионе навредить невозможно. Теперь она не ведьма, даже не адепт, а Страж Порядка...
    - Вот именно, - наконец решился перебить её Бьёрн. - Она Страж Порядка, Владычица. Меня не касается её происхождение, мне всё равно, что раньше она была принцессой Фионой из Света, я служу в её лице Порядку - духовному отцу наших предков, асов и альвов. Точно так же я служил бы и любой другой Владычице. А если ты требуешь доказательств, что я не собираюсь прощать принцу Эрику смерть отца, позволь мне отомстить ему через его сына Паоло. Только теперь, разумеется, я буду вынужден действовать тайно.
    Бьёрн не впервые вызывался убить Паоло, единственного официально признанного сына Эрика (на подозрении находился ещё один, Гленн из Авалона, но ситуация с ним была неопределённой, а сам Бьёрн вообще не верил, что Эрик отец Гленна). Всякий раз Радка отговаривала племянника от его намерения - она не нуждалась в кровавых жертвоприношениях на алтарь своей ненависти. Хотя, как подозревал Бьёрн, только обрадовалась бы смерти Дженнифер, которую ненавидела ничуть не меньше, а может, и больше, чем самого Эрика.
    - Значит, тайно? - произнесла Радка чуть ли не обвиняющим тоном. - Дорожишь расположением своей принцессы?
    - Я дорожу службой у Владычицы, - уточнил Бьёрн. - А она, оставаясь человеком, сильно привязана к своей семье.
    - Тогда ты просто лицемер. Говоришь, что почитаешь Владычицу, но готов сделать ей больно - лишь бы она не узнала, что в этом повинен ты.
    Дальнейший их разговор продолжался в том же ключе. Под конец тётка в очередной раз запретила Бьёрну трогать принца Паоло, а когда он уже собирался уходить - близилось время, на которое его вызвал к себе король, - Радка сказала:
    - Ах да, чуть не забыла. Вчера приходил принц Феб из Сумерек, искал тебя. Просил передать, что хочет с тобой поговорить.
    - Феб? - переспросил Бьёрн. - С какой стати?
    - А ты не догадываешься?
    Он тихо вздохнул:
    - В общем, догадываюсь...
    Упоминание о Фебе из Сумерек подпортило Бьёрну настроение перед встречей с королём. А между тем Гунвальд был очень доволен им: позавчера он вместе со свитой нанёс визит Владычице Порядка, которая в их беседе весьма лестно отозвалась о Бьёрне. Тут следует отметить, что в Порядок, помимо претендентов на Силу, приходило немало желающих просто служить Владычице, но прежде все они получали вежливый отказ. Поэтому королю Асгарда было приятно узнать, что первым, чью службу она согласилась принять, оказался его подданный. Тем самым Дом Одина, образно говоря, утёр нос остальным Домам, почитавшим Порядок, - за исключением, разумеется, Дома Света, чья представительница возглавляла эту Стихию.
    Гунвальд, обычно скупой на похвалы, на сей раз не пожалел добрых слов для своего троюродного праправнука и даже намекнул на возможность предоставления ему титула принца. Вместе с тем, он предостерёг Бьёрна от принятия Силы Порядка - не зря нынешнего короля Асгарда называли Мудрым. А ещё спросил, какие он испытывает чувства в связи с тем, что отец принцессы Фионы некогда убил его отца на дуэли. Бьёрн почти в точности повторил то, что недавно уже говорил своей тётке, и его ответ Гунвальд охарактеризовал как 'слова, достойные зрелого мужа'.
    Из разговора с королём Бьёрн сделал вывод, что его частная инициатива, продиктованная сугубо личными мотивами, оказалась неожиданно полезной для престижа всего Дома. Покидая с этой мыслью королевские апартаменты, он столкнулся на выходе со слугой, который доложил, что в Зале Перехода под Валяскьяльвом его ожидает принц Феб из Сумерек.
    Первым порывом Бьёрна было покинуть королевский дворец и воспользоваться Залом Перехода Трудхейма, но в следующую секунду он решил, что бегство - недостойный выход из положения, тем более для 'зрелого мужа', каким его считал король Гунвальд. Поэтому, после недолгих колебаний, направился к ближайшей группе лифтов, которые вели в глубокое подземелье, где прекращали действовать блокирующие чары.
    Бьёрн не находил ничего удивительного в том, что кузен и бывший любовник Владычицы так быстро узнал о его возвращении в Асгард. Феб из Сумерек пользовался уважением в Доме Одина, и многие здесь тоже считали его наследником Громовержца - только не Зевса, а Тора. Причём с веским на то основанием, поскольку Феб приходился внуком принцессе Помоне из Сумерек, чьей матерью была Хьёрдис Сигурдардоттир, родная сестра предыдущего короля Асгарда, Гунвальда IX. Судя по всему, Феб, не желая тратить время на дальнейшие поиски, при своём вчерашнем посещении Валяскьяльва просто попросил кого-нибудь из знакомых (или даже нескольких таковых) сообщить, когда появится Бьёрн. Странно ещё, что он так задержался - ведь для него, как адепта Источника, никакие расстояния не были препятствием.
    Выйдя из лифта в огромном Зале Перехода, освещённом множеством висевших под потолком люминисцентных шаров, Бьёрн огляделся вокруг и увидел поодаль Феба, который стоял у стены и разговаривал с двумя асгардами, мужчиной и женщиной. На нём был простой, без всяких украшений тёмно-синий костюм удобного, не сковывающего движений покроя, а на поясе висел короткий лёгкий меч. Заметив Бьёрна, он извинился перед своими собеседниками, пожал мужчине руку, женщине вежливо кивнул и направился к королевским лифтам. Бьёрн с притворной невозмутимостью зашагал ему навстречу.
    - Приветствую тебя, Феб из Сумерек, - произнёс он, когда их разделяло всего два шага.
    - И тебе привет, Бьёрн из Асгарда, - ответил Феб. - Извини, что не стал подниматься наверх. Я решил дать тебе возможность уклониться от нашей встречи, если ты её не желаешь.
    - О чём речь! - запротестовал Бьёрн, от всей души надеясь, что он не покраснел. - Для меня большая честь...
    - Ой, пожалуйста, - перебил его Феб, - оставь эти церемонии. Давай обойдёмся без выкрутасов. И будем называть друг друга по имени. Договорились?
    - Хорошо, Феб.
    - Тогда поехали наверх. Или найдём другое место для разговора, если тебе больше нечего делать в Асгарде.
    Бьёрн подумал, что ему надо бы сменить своё роскошное одеяние из чёрного шёлка с серебряным позументом на что-нибудь поскромнее. Но ради этого не стоило возвращаться в Валяскьяльв.
    - Здесь я свои дела уже закончил. Теперь собираюсь в Порядок, получить от Владычицы новые инструкции.
    - Отсюда до Внешнего Обода добрый час пути по Туннелю, - заметил Феб. - А я доставлю тебя за секунду. Но сначала поболтаем немного. От пива не откажешься?
    - Спасибо, не откажусь.
    - Значит, решено.
    Феб не стал входить под ближайшую арку, а просто положил руку на плечо Бьёрна. На короткое мгновение фиолетовая дымка скрыла за собой Зал Перехода, а когда рассеялась, они оказались уже в другом месте - на краю лужайки перед двухэтажным домом с красной черепичной крышей. По глубокому синему небу, большому красному солнцу, зависшему над горизонтом, оранжевому цвету травы и листвы на деревьях, а также по чёрным лепесткам роз в двух клумбах посреди лужайки, Бьёрн догадался, что они находятся в одном из миров Сумерек. А несколько секунд спустя, сориентировавшись в пространстве с помощью Формирующих, нашёл подтверждение своей догадке - это была Сумеречная Зона.
    Из-за дома доносился протяжный плач электрогитары. А вернее - двух гитар, чьи звуки мастерски переплетались, образовывая сложную, насыщенную, исполненную светлой грусти мелодию.
    - Добро пожаловать в Сумерки Дианы, штаб-квартиру нашей рок-группы, - произнёс Феб. - Сейчас мы приостановили концерты, воюем с гоблинами, троллями и мантикорами, но после ратных трудов понемногу репетируем. Пойдём, познакомлю тебя с Патриком и нашими жёнами.
    Они двинулись было в обход дома, когда из парадной двери вышла девушка в красной кофте и синих брюках. Увидев её, Феб недовольно и даже раздражённо нахмурился. А она быстро сбежала с крыльца и лёгким шагом приблизилась к ним.
    - Здравствуй, Феб. - Потом перевела взгляд на Бьёрна. - А ты, если не ошибаюсь, тот самый Бьёрн Зоранссон, помощник нашей Фионы?
    Он кивнул:
    - Рад познакомиться... э-э...
    - Виктория из Хаоса. Можно просто Вика.
    Застигнутый врасплох, Бьёрн едва сдержался, чтобы не отпрянуть, но полностью скрыть свою реакцию ему всё же не удалось. Виктория из Хаоса - или просто Вика - звонко рассмеялась:
    - Ну, полноте, Бьёрн из Асгарда! Ведь мы не враги, а всего лишь служим разным Стихиям. К тому же сейчас Порядок и Хаос действуют сообща.
    - Ты заходила к Амалии? - спросил у неё Феб.
    - Ага. Но не успели нормально поговорить. Только что меня позвала Фиона - хочет сообщить какую-то важную новость. А Тори уже была у неё и подтвердила, что это действительно бомба.
    - Так Тори тоже здесь?
    - Нет. Она связалась со мной сразу после Фионы. Сейчас, наверное, уже в Авалоне. Собирается повидать сестричек, потом вместе с Дейдрой отправится к Хозяйке, чтобы поведать ей о новом открытии. - Вика снова посмотрела на Бьёрна. - Полагаю, ты в курсе, что там обнаружилось? Это действительно бомба?
    - Можно сказать и так, - подтвердил он.
    - Ну, тогда я поспешу. Ещё свидимся. - С этими словами Виктория исчезла.
    - А что за новое открытие? - спросил Феб у Бьёрна, когда они остались одни.
    Бьёрн с сожалением развёл руками.
    - Я не уполномочен ничего говорить. Если Владычица сочтёт нужным, она тебе сама всё расскажет. Извини.
    - Ничего, всё в порядке. Пойдём.
    Они обогнули дом, позади которого находился защищённый чарами от ветра и дождя помост с музыкальными инструментами. На нём находилось двое человек с гитарами - русоволосый парень и девушка-блондинка, которые и играли ту мелодию, которую Бьёрн услышал ещё перед домом. Парень сидел просто на помосте, держа свою гитару на коленях, а девушка стояла лицом к нему и спиной - к подошедшим Бьёрну и Фебу. Когда она, не переставая перебирать струны, повернулась к ним, Бьёрн поразился её необыкновенному сходству с Владычицей.
    Безусловно, это была Лана, жена Феба. По поводу их брака ходило много разговоров, некоторые со знающим видом утверждали, что король Янус категорически запретил Фебу жениться на принцессе Фионе из-за их близкого родства, и тогда он, назло прадеду, нашёл себе простую смертную девушку, почти точную копию своей троюродной сестры.
    Бьёрн, однако, сомневался в правдивости такой версии. Скорее всего, Феб отдал предпочтение Лане благодаря её увлечению той же музыкой, которая нравилась ему самому. И тем не менее, сделать ребёнка одной, а жениться на другой - это характеризовало его не с лучшей стороны. Будь он даже тысячу раз наследник Тора и Зевса...
    Когда они доиграли, Феб представил обоих Бьёрну (парень оказался Патриком из Авалона, сыном Кевина). Потом обратился к Лане с просьбой принести пива и какую-нибудь закуску, предложил гостю сесть в плетённое кресло перед круглым пластиковым столом, сам расположился в соседнем кресле, а Патрик так и остался сидеть на помосте, разве что придвинулся к самому его краю и свесил вниз ноги.
    - Так-так, - произнёс он, смерив Бьёрна пристальным взглядом, в котором сквозили любопытство и настороженность. - Значит, вот какой ты, сын Зорана. Давно хотел увидеть человека, которого наша Фи избрала своим помощником.
    - Прошу прощения, - отозвался Бьёрн, которому совсем не понравились ни тон, ни взгляд, ни слова Патрика. - Это что, смотрины?
    - Можешь считать, что смотрины. В конце концов, Фиона не чужая для нас. Она моя сводная сестра.
    - И мать моей дочери, - добавил Феб.
    - Вернее, - не выдержав, уточнил Бьёрн, - ты отец её дочери. Оба утверждения, на первый взгляд, кажутся эквивалентными, но в данном случае между ними есть большая разница. Ты чувствуешь её?
    Феб только досадливо прикусил губу и помрачнел. А вот в глазах Патрика сверкнули зловещие молнии.
    - Ты тут не шибко умничай, сын Зорана. По-твоему, если ввернёшь какое-нибудь учёное словечко, типа 'эквивалентный', то все станут считать тебя мудрецом? Ладно, ты уже доказал, что умнее своего отца. Тот, говорят, был таким тупицей, что не только 'эквивалентный', а даже 'одинаковый' не мог правильно произнести.
    Возмущённый Бьёрн собирался вскочить, но Феб крепко схватил его за плечо и удержал на месте. А Патрику строго приказал:
    - Извинись. Сейчас же.
    - За что? - удивился Патрик. - Он первый начал.
    - Нет, - настаивал Феб. - Первым начал ты, со своего ироничного вступления. А он ответил колкостью - причём не в твой адрес, а в мой. Если кто и имел право наехать на него, так это я. Но я промолчал...
    - И зря.
    - Нет, не зря. Я привёл сюда парня для серьёзного разговора. Привёл на нашу территорию, а правила гостеприимства обязывают хозяев корректно относиться к гостю. Ты же начал не очень корректно, а продолжил и вовсе по-хамски. Поэтому извинись.
    Патрик вздохнул:
    - Хорошо, извиняюсь.
    - Извинения приняты, - немедленно ответил Бьёрн и расслабился.
    Феб отпустил его плечо.
    - Будем считать, что инцидент исчерпан. Теперь поговорим спокойно.
    - Вряд ли у вас получится, - прозвучало со стороны приятное женское контральто, явно не принадлежавшее Лане.
    Бьёрн оглянулся и увидел, что от дома, вместе с женой Феба, к ним идёт ещё одна девушка - не такая яркая блондинка, как Лана, и не настолько красивая, но очень даже симпатичная. Обе держали в руках подносы с бутылками пива, пустыми бокалами и несколькими тарелками с закусками. Они проворно расставили еду и напитки на столе, Лана взяла оба подноса и собиралась уже уходить, но другая девушка присела на край помоста рядом с Патриком, ткнула ему в руки открытую бутылку пива и вновь заговорила:
    - Сперва позволь представиться, Бьёрн. Меня зовут Амалия, я жена Патрика и, подобно Лане, не ведьма. Или, как вы предпочитаете изящно выражаться, простая смертная.
    - В этом нет ничего оскорбительного, - проворчал Патрик, отхлебнув пиво прямо с горлышка бутылки. - Уже миллион раз тебе говорил. Мы ведь тоже смертные, но...
    - Но не простые. А сложные. Нетривиальные. Сверхординарные.
    - Амалия, пожалуйста, - попросил Феб. - У нас тут мужской разговор...
    - Да-да, вижу, какой мужской. В лучшем случае мальчишеский. Не успели начать и уже поцапались. Хорошо ещё, что отослали Шейна с Мортоном, а Гленн окопался на Олимпе и ничего не знает о вашей встрече. Будь они здесь, то вообще никакого разговора не получилось бы. Да и в этом, сокращённом составе, вряд ли выйдет что-нибудь путное.
    - А ты нам хочешь помочь? - вежливо спросил Бьёрн.
    - Постараюсь, - ответила Амалия, напрочь проигнорировав молчаливые протесты Феба и Патрика. - Так вот, повторюсь, я не ведьма, но ты не должен обманываться моей внешностью молоденькой девочки. На самом деле мне тридцать четыре года, то есть мы примерно сверстники. И жизненного опыта у меня не меньше твоего. И в людях я разбираюсь неплохо. По крайней мере, уже написала две книги, и в моём мире они хорошо расходятся.
    - Не просто хорошо, - с гордостью уточнил Патрик, - а отлично.
    - Поэтому, - заключила Амалия, - у меня есть все основания считать, что моё участие в вашей беседе будет не лишним.
    Убедившись, что её подруга никуда не собирается уходить, Лана тоже решила остаться и устроилась на коленях у Феба. Тот нежно обнял её за талию.
    - Тогда, - произнёс Бьёрн, - не поможешь ли ты сформулировать тему разговора? А то я не совсем понимаю, зачем понадобился здесь.
    - Ну, в этом ты не одинок. Феб и Патрик тоже не очень понимают, а твёрдо знают лишь одно - что ты им не нравишься. Дело тут не в твоих личных качествах, о которых они (как, собственно, и я) имеют весьма смутное представление. Мальчики отнеслись бы с предубеждением к любому постороннему, которого Фиона взяла бы себе в помощники. А с тобой и вовсе случай особый.
    - Из-за моего отца?
    - Да. Из-за твоего отца и из-за отца Фионы. Из-за дуэли между ними, в которой твой отец погиб. Говорят, что поединок был честным, но почему-то мне кажется, что для тебя это служит слабым утешением.
    - Меня бы это совсем не утешило, - заметил Патрик. - Я бы на твоём месте искал способ отомстить.
    - Я, наверное, тоже, - сказал Феб. - Хотя, разумеется, не стал бы действовать через детей. Но я - это я. А вот ты... тебя я не знаю. Зато точно знаю, что я не стал бы служить у дочери человека, который убил моего отца.
    - А я бы, может, и стал, - снова отозвался Патрик. - Но только для того, чтобы найти способ напакостить убийце.
    - Видишь? - произнесла Амалия. - Вот где зарыта собака. И сколько бы ты ни клялся, что твой поступок продиктован идейными соображениями, они в это не поверят.
    - А если это правда? - спросил Бьёрн. - Если я действительно хочу служить Порядку? Служить, невзирая на личности. Неужели я должен был отказаться от такого шанса, величайшего шанса в моей жизни, только потому, что мой отец тридцать с лишним лет назад погиб от руки отца Владычицы Порядка? И кстати. Теперь считается установленным фактом, что Бриан, король Логриса, убил своего брата, принца Уриена. Так почему же, если следовать вашей логике, дети Уриена, принц Колин Лейнстер и Бронвен, королева Света, не отказались от Силы Источника, когда его Хозяйкой стала дочь короля Бриана?
    Удар попал в цель. Патрик даже разинул рот от изумления - прежде он, похоже, над этим не задумывался. А Феб на некоторое время растерялся. Впрочем, ненадолго.
    - Уриен Лейнстер был негодяем и преступником, - сказал он. - Его смерть стала расплатой за организованное им убийство принца Гандара, единственного сына короля Бриана. И Колину, и Бронвен хватило мужества признать этот факт и смириться с ним. А вот старший из детей Уриена, принц Эмрис, не смирился. И мстил - сначала посодействовал похищению королевской дочери, нынешней Хозяйки, потом приложил руку к убийству самого короля. Ну, а ты, Бьёрн? Готов ли ты смириться, как Колин и Бронвен, или...
    - Замолчи, Феб! - резко прервала его Амалия. - Думай, что говоришь. Разве тебе не понятно, что такой постановкой вопроса ты загоняешь Бьёрна в угол? Даже если он и вправду смирился, то теперь не сможет этого сказать, так как тем самым фактически признает своего отца негодяем.
    - Не я первым упомянул Уриена. Он сам привёл этот пример.
    - Да, привёл, - согласился Бьёрн. - В качестве иллюстрации. Я вовсе не собирался ставить знак равенства между принцем Уриеном и моим отцом. Уриен действительно был негодяем и преступником, а мой отец - просто молодым и горячим. А если вы спросите меня, смирился ли я с его смертью, отвечу вам так: я принял это как объективный факт.
    Патрик фыркнул:
    - Чушь! Просто отмазка.
    - А как ты относишься к Эрику из Света? - спросила Амалия. - Скажи откровенно.
    Бьёрн помедлил.
    - Ладно, буду с вами честен. Я его ненавижу. Не могу иначе относиться к убийце моего отца.
    - А как насчёт Фионы? Что ты к ней чувствуешь?
    - Я почитаю её как Владычицу Порядка.
    - Только не надо прикрываться Порядком, - сказал Феб. - Тебе задали прямой вопрос, так что изволь не выкручиваться, а отвечай начистоту.
    - Давай сформулируем немного иначе, - предложила Амалия. - Как ты относился к Фионе, прежде чем она стала Владычицей Порядка?
    Конечно, Бьёрн мог бы ответить на этот вопрос. Честно, правдиво, без тени лукавства.
    Он мог бы рассказать, как семнадцатилетним юношей решил пренебречь запретом своей тётки и спровоцировать ссору с принцем Паоло, чтобы потом вызвать его на поединок. В то время (впрочем, как и сейчас) сын Эрика слыл человеком странным, крайне замкнутым и нелюдимым, он редко появлялся в Царстве Света, а обычно проживал то в одном, то в другом мире простых смертных, в какой-нибудь глуши, вдали от людских поселений, где проводил своё время за чтением книг, охотой и рыбалкой.
    Один из приятелей Бьёрна, чья мать была родом из Царства Света, сумел раздобыть информацию о местонахождении Паоло, и Бьёрн немедленно отправился туда. Целых два дня он издали следил за своим будущим визави, набираясь храбрости, чтобы явиться в открытую, а когда наконец решился, случилось непредвиденное - в гости к Паоло пришла девушка, которую Бьёрн поначалу принял за его подругу. Но затем, подобравшись к ним как можно ближе, из их разговора он понял, что это принцесса Фиона, старшая дочь Эрика и Дженнифер, сводная сестра Паоло.
    Почти три часа они вдвоём просидели на берегу реки, где Паоло удил рыбу, и неспешно беседовали. Потом Фиона ушла, и Бьёрн ушёл тоже, напрочь позабыв о своих планах. Вернее, он не позабыл - а просто передумал. И на всём обратном пути в Асгард он видел перед своими глазами милое лицо Фионы в обрамлении золотистых волос, а в его ушах звучал её нежный, проникновенный голос и звонкий, жизнерадостный смех. Тогда Бьёрн ещё не понимал, что влюбился, но это слово всё настойчивее стучалось в дверь его души.
    С тех пор он при любой возможности инкогнито посещал Солнечный Град в дни тамошних праздников, затёсывался в толпу простых прихожан во время торжественных богослужений в Главном храме Митры и оттуда наблюдал за Фионой, которая, вместе с другими членами королевской семьи, стояла на видном месте по правую сторону от алтаря. В течение многих лет Бьёрн поклонялся ей издали, а впервые заговорил с ней только три года назад, когда наконец осмелился прийти в Порядок за Силой.
    А мысли о вендетте оставили его уже давно. И хотя Бьёрн время от времени продолжал выказывать перед Радкой готовность вызвать Паоло на дуэль, это был просто блеф. Ни при каких условиях он не решился бы на поступок, который причинил бы Фионе хоть малейшую боль...
    Да, Бьёрн мог бы об этом сказать. Но не Фебу с Патриком, и не Амалии, хотя она импонировала ему своей трезвой рассудительностью, и даже не Фионе, Владычице Порядка и владычице его сердца. Он мог бы рассказать об этом только своему отцу, если бы тот пришёл из царства теней, чтобы потребовать отмщения. Он бы рассказал ему для того, чтобы извиниться и объяснить, почему отмщение невозможно...
    - Я не испытываю враждебности ни к кому из детей Эрика, - ответил Бьёрн. - Это касается и Владычицы. Даже раньше, когда она была не Владычицей, а просто принцессой Фионой, я не желал ей зла.
    - А знаешь, - вдруг произнёс Патрик, - ведь это можно проверить. Ты в курсе, что Феб - адепт высшего уровня? Он способен навести такие чары, которые моментально убьют тебя, если ты скажешь хоть слово неправды.
    Бьёрн посмотрел на Феба. Он утвердительно кивнул.
    Амалия хотела было возразить, но Феб остановил её, едва она раскрыла рот:
    - Спокойно, Амалия. Я ценю твоё мнение и часто прислушиваюсь к твоим советам. Но только не тогда, когда дело касается магии или музыки. Тут я разбираюсь гораздо лучше. - Он ссадил со своих коленей Лану и повернулся к Бьёрну: - Так что, ты согласен?
    Бьёрн глубоко вдохнул, затем медленно выдохнул, успокаиваясь.
    - Да, согласен. Но у меня есть условия.
    - Какие?
    - Сначала мы согласуем список вопросов. Сформулируем их так, чтобы они не допускали никаких двусмысленностей и предусматривали только два варианта ответа - 'да' или 'нет'. Дальше, вопросы будет задавать Амалия. Ты дашь слово молчать, а Патрик либо уйдёт, либо позволит мне наложить на него заклятие безмолвия.
    - С чего это вдруг? - возмутился Патрик.
    - А с того, - объяснила Амалия, опередив Бьёрна, - что ты несдержан. Я бы сама не доверилась твоему обещанию молчать. А что до чар, Феб, то не слишком ли это круто - смерть? Измени их так, чтобы неправдивый ответ вызывал лишь болевую реакцию.
    Он покачал головой:
    - Невозможно. Это прошло бы с простым... с обычным человеком, но в таком случае сгодилось бы и подчиняющие чары. К сожалению, на колдуна они не подействуют в полной мере. С их помощью можно заставить его совершить какой-нибудь поступок, но полного контроля над разумом они не дадут. Развязать язык колдуну способна только угроза неотвратимой смерти. Это значит, что допрос отменяется.
    - Почему? - спросил Бьёрн.
    - Чары срабатывают правильно, когда речь идёт о конкретных фактах. С намерениями и мотивами всё гораздо сложнее, тут человек склонен обманывать даже самого себя. Допустим, я спрошу у тебя, собираешься ли ты причинить Фионе вред. Допустим, ты с полной убеждённостью ответишь, что нет. Но если где-то в твоём подсознании скрыта хоть толика неприязни к ней, о которой ты даже сам не подозреваешь, мои чары истолкуют это так, что ты сказал неправду. Пусть очень маленькую, но неправду. А смерть, хоть маленькая, хоть большая, всё равно остаётся смертью.
    Бьёрн содрогнулся при мысли о том, что могло случиться.
    А Патрик разочаровано произнёс:
    - Да, западло... Тогда зачем ты вообще это предложил? То есть, конечно, предложил я. Но ты меня поддержал.
    - А разве не ясно? Это было...
    Вдруг Феб умолк, а в следующую секунду вскочил на ноги и снова крепко схватил Бьёрна за плечо. Только на этот раз не для того, чтобы удержать его на месте, а наоборот - чтобы быстро поднять с кресла.
    - Явился Гленн, - сообщил он. - Идёт прямо сюда. Пора закругляться.
    Последовало мгновенное перемещение, и Феб с Бьёрном оказались посреди безжизненной пустыни, над которой немилосердно палило голубое солнце. После мягкого вечернего света Сумерек у Бьёрна заслезились глаза, а от перепада давления (воздух здесь был разрежен) ему заложило уши. С последним он справился без проблем, привычно задействовав простенькое заклятие, специально предназначенное для таких случаев.
    - Что случилось? - спросил Бьёрн. - Почему такая спешка?
    - Ты сам слышал - пришёл Гленн.
    - Сын Дейдры? Ну и что?
    - Об этом чуть позже. А сейчас... - Феб сделал паузу, чтобы закурить сигарету. - Значит, так. Отсюда до Внешнего Обода несколько минут пути по Туннелю. Отправляйся к Фионе и продолжай ей служить. Твоё согласие на допрос почти убедило меня в твоей искренности. Подчёркиваю - почти. Но не совсем. Ты вполне мог догадаться и схитрить. На этот случай предупреждаю: если ты вздумаешь чем-нибудь навредить Фионе, я тебя убью. Без всякой дуэли, а просто поймаю и распылю на атомы. Никто не будет знать, куда ты подевался, и никто меня не заподозрит. Я ясно выражаюсь?
    - Да уж, более чем ясно.
    - Теперь насчёт Гленна. Советую держаться от него подальше. Из нас он самый непримиримый к тебе. Ему по барабану твои мотивы, его бесит сама мысль о том, что ты, сын Зорана, ошиваешься возле Фионы. Если он станет искать тебя - убеги или спрячься. Не заводись с ним.
    - Заводиться с ним не собираюсь, - ответил Бьёрн. - Но и прятаться не буду.
    - Значит, ты дурак, - флегматично сказал Феб. - И скоро станешь мёртвым дураком.
    - Неужели он так могуч?
    - Нет, но очень зол. При встрече вы с ним обязательно поссоритесь и дело закончится поединком. Если он убьёт тебя, тогда, ясное дело, ты покойник. А если ты убьёшь его, то всё равно долго тебе не жить. Я обязательно поймаю тебя и прикончу... Если, конечно, меня не опередит Дейдра.


    Глава 7
    Дейдра

    ...С завершением Круга Адептов иллюзорный мир вокруг меня исчез, и я вновь оказалась в воде. Меня окружал рой светящихся голубых искр, а далеко-далеко вверху еле виднелось крохотное светлое пятнышко - выход из Источника в Безвременье. Течение подхватило меня и понесло к нему, искры сопровождали моё стремительное всплытие, но постепенно тускнели по мере того, как вокруг становилось светлее. У самой поверхности моё движение замедлилось, я рефлекторно выдохнула из лёгких воду, а в следующий момент уже с наслаждением вдохнула воздух, слегка прищурившись от яркого света, излучаемого небом Безвременья.
    У самого парапета стояла Хозяйка в своём обычном белом одеянии и держала в руках мой халат. Я брассом подплыла к ней и взобралась на парапет. Моё тело мгновенно высохло, а невесть откуда взявшийся ветерок своим ласковым дуновением игриво пощекотал мою кожу и совсем уж легонько потрепал мои волосы.
    Хозяйка, протянув мне халат, заметила:
    - Сегодня твоё прохождение оказалось довольно насыщенным.
    - Ещё бы! - холодно произнесла я, надела халат, соскочила с парапета на траву и вступила в свои мягкие тапочки. - Беседа с Гленном была весьма занимательной.
    Хозяйка посмотрела мне в глаза.
    - Зря ты на меня злишься.
    - Нет, не зря! Ладно, ты отказала Гленну, это твоё право. Наверное, я на твоём месте поступила бы точно так же. Но подстрекать его к самоубийству... это, дорогая тётушка, бессердечное свинство.
    Она покачала головой.
    - Эх, Дейдра, Дейдра! Я была лучшего мнения о твоей сообразительности. Ты так и не поняла, что я наоборот - пыталась помочь Гленну. Мы обе хорошо знаем Фиону. Вернее, я хорошо знала её пять лет назад, но за это время она вряд ли сильно изменилась как человек.
    - Как человек, нет, - подтвердила я. - Несмотря на свой новый статус Стража Порядка, несмотря на рождение дочери, она осталась всё той же девочкой Фи.
    - И другие, кто с ней общается, так считают, - кивнула Хозяйка. - Теперь представь ситуацию, что Гленн решится пойти по Стезе Порядка. Как поступит Фиона?
    - Ну, попытается остановить его.
    - Не просто попытается, а остановит. Даже в том случае, если ему удастся перехитрить её и войти в Горнило, она нарушит правила Порядка и перехватит его на Стезе.
    - А потом, ты думаешь, уступит его прихоти?
    - Да, думаю, уступит. И не прихоти, а любви. Гленн действительно её любит, тут я не выдаю его тайны, ведь он сам тебе это сказал. Что же до Фионы, то ей он всегда нравился. Впрочем, из моей задумки ничего не вышло. Твоему сыну хватило благоразумия не принять мой совет буквально, и, вместе с тем, он недостаточно циничен, чтобы шантажировать этим Фиону. Так что не переживай за него. А если я поступила неправильно, искренне прошу у тебя прощения. Я не хочу с тобой ссориться. На свете есть несколько человек, чьей дружбой я очень дорожу. И ты - одна из них.
    'А самый первый, конечно, Брендон', - не удержавшись, подумала я.
    Хозяйка улыбнулась.
    - Самый первый - твой отец. Это касательно дружбы. А Брендон занимает особое место... Ну, ладно, пойдём. - На краю прогалины, поодаль от Источника, возник стол со стульями. - Тебе пора завтракать.
    - Но сначала перенесёмся на один сегмент вперёд, - сказала я. - Там нас должна ждать Тори.
    - Она не там, - сказала Хозяйка. - Она здесь.
    Только сейчас я обратила внимание, что Источник продолжает бурлить, а в нескольких шагах от меня на траве аккуратно сложена Торина одежда.
    - Она окунулась вслед за мной?
    - Не сразу, - ответила Хозяйка, когда мы вместе направились к столу. - Сначала мы поговорили, Тори рассказала об открытии Фионы, но вела себя несколько напряжённо. Когда ты встретилась с Викиным фантомом, я поняла, чего она с таким нетерпением ждала, и сообщила ей, что её задумка удалась. Она тут же извинилась и побежала к Источнику.
    - Слишком поторопилась, - заметила я. - Ведь новый отпечаток моей личности сформировался до Круга Адептов. От него она ничего не узнает. Всё равно придётся либо спрашивать у меня, либо ждать до завтрашнего утра.
    - Не придётся. Я сразу поняла её ошибку и приказала Источнику сделать ещё один отпечаток - после твоего прохождения десятого уровня. И как раз сейчас Тори разговаривает с твоим фантомом.
    - Вот и хорошо. Мне самой не придётся ничего ей рассказывать. Не имею ни малейшего желания лезть в их отношения. Хотя, конечно, интересно...
    - Мне тоже, - призналась Хозяйка. - Говорю это совершенно откровенно, потому что сама не понимаю мотивов, которыми руководствовалась Вика. Мне жаль было потерять такого адепта.
    - Значит, - спросила я, - если Вика передумает и захочет вернуться в лоно Источника, ты пустишь её?
    - Нет, - решительно ответила Хозяйка. - Ни при каких условиях. Я очень ценю Вику, но прощать её отступничество не собираюсь. Это моё последнее слово.
    Что ж, последнее так последнее...
    Мы расположились за столом, и я принялась за свой завтрак, который сегодня состоял из четвертушки отварной куриной грудки, овощного салата и стакана сока. Хозяйка взяла красное наливное яблоко и стала есть его, нарезая маленькими дольками.
    - Так что ты думаешь о догадке Фионы? - поинтересовалась я.
    - Со слов Тори я так поняла, что это уже не догадка, а установленный факт. В той мере, в какой вообще можно считать фактом наличие резонансного эффекта.
    - Да уж, - согласилась я. - К сожалению, это не раздвоение миров, которое Тори могла бы точно определить. Придётся искать по косвенным признакам. Полагаю, тут будет не лишней помощь Шона.
    Мой младший брат Шон с детства увлекался историей, а когда вырос, стал специализироваться на сравнительной истории групп параллельных миров. Тут без учёта резонансного эффекта никак нельзя обойтись. Историки привыкли рассматривать его просто как социокультурный феномен, но для Шона этого было мало. Он хотел разобраться в самом механизме резонанса бытия, научиться выявлять его непосредственно. В итоге это подтолкнуло брата к серьёзному изучению теоретической магии, которая, по существу, была наукой о структуре мироздания и фундаментальном взаимодействии Стихий. Несмотря на все усилия, ему, как и всем его предшественникам, так и не удалось подвести под резонанс строгую научную базу, выявить фундаментальные процессы, ответственные за его функционирование. Тем не менее, Шон сделал большой вклад в изучение резонансного эффекта, открыл явление инверсного резонанса и заслуженно считался самым крупным специалистом в этой области.
    Хозяйка неоднократно предлагала Шону принять Силу, но он долго отказывался, не желая брать на себя такую огромную ответственность, и предпочитал оставаться просто учёным. Однако жажда новых знаний и стремление ухватить резонанс хотя бы за кончик хвоста в конце концов взяли верх, и год назад Шон стал адептом Источника вместо перешедшей на сторону Хаоса Вики.
    - Его уже привлекли, - кивнула Хозяйка. - За четверть часа до вас в Безвременье приходил Шон и попросил переправить в Экватор. Его вызвала Фиона, правда, не объяснила зачем.
    - Ну, теперь, с участием Шона, поиск миров с аномальным резонансом будет поставлен на систематическую основу. Хотя вряд ли удастся найти их все.
    - Само по себе это не страшно, - сказала Хозяйка. - Исходя из того, что колдовское сообщество до сих пор ни разу не сталкивалось подобными настроениями среди химер, а для столь мощного проявления резонансного эффекта требуется не одно столетие, можно сделать вывод, что таких миров существует не очень много, вряд ли больше тысячи, иначе бы их наверняка обнаружили гораздо раньше. Населяющие эти миры химеры не представляют серьёзной угрозы ни для Порядка, ни для Хаоса - Агнцы и церберы без труда справятся даже с их объединённым нашествием, а если они и дальше будут атаковать разрозненно, то тем более. Когда наличие аномального резонанса будет окончательно подтверждено Шоном, я обращусь к Фионе, Мирддину и главам всех Домов с предложением не устраивать масштабных карательных акций, а ограничиться усмирением химер только из тех миров, откуда будут идти атаки на Порядок или Хаос. Ни к чему колдунам и ведьмам отягощать свою совесть геноцидом, пусть даже речь идёт о таких жалких существах, как химеры. В конце концов, они тоже разумны; им, как и людям, дано творить и видеть суть вещей.
    Не питая ни малейшей симпатии к химерам, я всё же не могла не согласится с Хозяйкой. Мысленно - на слова не стала тратиться. А она между тем продолжала:
    - По сравнению с первоначальной версией об искажении реальности вследствие материализации миров-двойников, ситуация с резонансом представляется мне менее опасной. Но это только в том случае, если аномальный резонансный эффект возник спонтанно. Другое дело, если он был умышленно спровоцирован - кем-то или чем-то.
    - Спровоцирован? - удивилась я. - Разве можно умышленно спровоцировать резонанс, если никому доподлинно не известно, как он работает?
    - Не никому, а нам не известно, - уточнила Хозяйка. - Резонанс бытия - это процесс или совокупность процессов, происходящих во Вселенной. Любое явление, если оно не вызвано извне, как было в случае с Нергалом, прямо или косвенно связано с Источником, Порядком и Хаосом. И резонансный эффект - не исключение.
    - Если только, - произнесла я, - отбросить гипотезу Промысла Божьего. К слову, весьма распространённую среди историков.
    - А я с этим решительно не согласна. Я верю, что тот, кто сотворил мироздание, был достаточно мудр и устроил его так, чтобы всё сущее развивалось само по себе, не требуя постоянного божественного вмешательства. Нет, Дейдра, резонанс бытия не лежит за пределами постижимого. Его можно понять, его можно предсказать, и не исключено, что его можно направлять. И в чём я точно не сомневаюсь, так это в том, что он является порождением Мировых Стихий.
    - Но тогда, если у Источника есть ты, у Хаоса - Мирддин, а у Порядка - Фиона...
    - Это вовсе не означает, что наша троица всесильна и мы в курсе всего, что творят подвластные нам Стихии. Кому, как не тебе это знать, ведь когда-то ты и сама была Хозяйкой.
    - Ненастоящей. Просто временно исполняла её обязанности.
    - Не суть важно. Главное, ты понимаешь, что Источник - это одно, а его Хозяйка - совсем другое. То же самое касается Хранителя Хаоса и Стража Порядка. Самый яркий тому пример - зародыши новых Вселенных. Мы с Мирддином не понимали, что они такое, считали их раковой опухолью на теле мироздания. Зато Источник и Хаос понимали, но с нами информацией не делились, так как мы всё равно ничего не могли поделать, они лишь требовали найти Собирающую Стихии. И Порядок понимал, однако, не имея своего Стража, избрал радикальный путь решения проблемы, попытавшись устроить Ночь Брахмы[12] и таким образом избавиться от зародышей. А когда нашлась Софи и собрала Силы всех трёх Стихий воедино, то сразу поняла, в чём дело.
    - Многие считают, - заметила я, - что Собирающая Стихии является представительницей некоего четвёртого полюса существования, не имеющего конкретного местоположения.
    - Да, знаю. И оспаривать не собираюсь, хотя сама этого мнения не разделяю. Собирающая Стихии находится в зависимости и от Источника, и от Порядка, и от Хаоса, тогда как я, Фиона и Мирддин совершенно не зависим друг от друга. Двое последних могут приходить в Безвременье только с моего позволения и только как гости, их природа чужда Источнику, и он, подобно мне, не умеет читать их мысли. А Тори здесь не чужая, Источник воспринимает её своей, он способен видеть её чувства и помыслы... Кстати, вот ещё один пример того, что я не обладаю всей информацией, доступной Источнику. В отличие от него, для меня Торин разум закрыт, а Источник не делится со мной полученными от неё сведениями. Я могу лишь угадывать кое-какие её секреты, когда она проходит Круг Адептов, встречает там фантомов и общается с ними. Аналогично дела обстоят и с Фебом... - Уловив мою невольную мысль, Хозяйка добавила: - В который раз повторяю тебе, Дейдра, что не собиралась наделять его разум защитой. Это сделал сам Источник, исходя из своих собственных соображений, а я не смогла ему помешать. Вернее, не сумела, поздно спохватилась. И с этим уже ничего не поделаешь. Между прочим, Феб уже два месяца не окунался в Источник. Подозреваю, он что-то задумал и не хочет нечаянно это выдать.
    - Тебе или Источнику?
    - Мне. Если бы Феб опасался Источника, то избегал бы ходить через Безвременье. Но он спокойно здесь появляется, только под разными предлогами отказывается входить в Источник - видно, боится подсознательно вызвать чей-то фантом, который может натолкнуть меня на догадку.
    'Ну и ну!' - подумала я. Определённо, сегодня был день секретов. И не столько их раскрытия (Гленн), сколько выявления того, что они существуют (Вика, а теперь - Феб). Что же касается Феба, то на месте Хозяйки, я бы тщательно проанализировала его последнее прохождение Круга Адептов и...
    - Разумеется, я это сделала, - ответила Хозяйка. - Но в его последнем прохождении не было ничего примечательного. Потом я проанализировала и другие... короче, проанализировала все. И обнаружила нечто странное, происшедшее восемь и девять месяцев назад.
    - Ты хотела сказать 'восемь или девять месяцев'?
    - Нет, - покачала она головой. - Я сказала именно то, что хотела сказать. Семь месяцев и двадцать девять дней назад, а также девять месяцев и шесть дней назад Феб встретился в Источнике с одним и тем же фантомом. Не могу сказать, с чьим, но ты сама можешь догадаться. Этого человека Феб встречает постоянно, их встречи эмоционально насыщены, но однообразны. А эти два разговора и вовсе были идентичны - до последнего слова, до последнего взгляда, до последнего жеста. Это был один и тот же разговор.
    - Кто-то совершил подмену?
    - Несомненно. И кто ещё мог это сделать, кроме Источника. Во второй раз Феб встречался с кем-то другим, но Источник утаил от меня эту встречу, перекрыв её той, которая состоялась месяцем раньше.
    Я взяла стакан с яблочным соком, медленно выпила половину содержимого и, откинувшись на спинку стула, закурила.
    - Выходит, Феб с Источником что-то затевают за твоей спиной?
    - Похоже на то. После этого разговора Феб некоторое время выжидал, возможно, что-то взвешивал, решал, а два месяца назад, судя по всему, взялся за дело.
    Два месяца назад. Примерно в то же время, как теперь нам известно, начались атаки химер на Порядок. Неужели она думает на Феба? Что за глупости! Ведь если аномальный резонанс в химерических мирах и был раскручен искусственно, то произошло это очень и очень давно.
    - Безусловно, - согласилась Хозяйка. - Для столь коренной перемены в мировоззрении химер должно пойти немало столетий. Другой вопрос, почему набеги начались именно сейчас, причём так резко и внезапно. Уже ясно, что мы имеем дело не с обычным, запаздывающим резонансным эффектом, а с более редким его типом, синхронным. Однако синхронность - понятие условное. По логике вещей, массовым вторжениям химер должны были предшествовать редкие и разрозненные атаки отдельных племён на протяжении нескольких лет или даже десятилетий. Но тут, по-видимому, сработал так называемый 'принцип домино' - ещё историки используют термин 'резонансная лавина'. Бывает, что уже назревшее во многих мирах событие долго не происходит, а потом, под влиянием какого-то незначительного фактора, внутреннего или внешнего, процесс запускается в одном мире и очень быстро распространяется на другие миры. Как лёгкий толчок одной костяшки в ряду домино приводит к падению всех остальных.
    - Ты подозреваешь, что такой толчок мог дать Феб?
    - Вряд ли. Хотя не исключаю, что он сделал это невольно, выполняя тайные указания Источника.
    - Фактически, ты подозреваешь Источник?
    - Скажем так: я допускаю такую маловероятную возможность. А что касается Феба, то он явно ни о чём не догадывается. В ваших с Брендой мыслях я видела его первую реакцию на вторжение гоблинов. Он был потрясён. Позже я спрашивала Тори, и она мне подтвердила: в тот момент на какую-то секунду Феб опустил блоки, и его переполняло искреннее изумление.
    - Ей ты тоже рассказала о своих подозрениях насчёт Феба и Источника?
    - Нет, просто поинтересовалась, как каждый из гостей Фионы отреагировал на гоблинов. Конкретно про Феба я ей ничего не говорила. Но ты можешь рассказать.
    - Ага! - сообразила я. - Просишь, чтобы я попыталась в этом разобраться, а через меня хочешь подключить к расследованию и Тори?
    - Допустим.
    - Тогда, возможно, Тори попросит меня помочь с Викой.
    - Вполне возможно. Так сказать, услуга за услугу. Собственно, твоя встреча с Викой в Источнике и навела меня на мысль, поручить это дело вам с Тори. Кроме того, как раз два месяца назад произошло ещё кое-что. И если два близких во времени странных события, имею в виду начало атак химер и внезапный отказ Феба окунаться в Источник, я ещё склонна рассматривать, как случайное совпадение, то три - ни в коей мере. Это третье наверняка связано либо с первым, либо с вторым.
    - Так что же случилось? - спросила я, ещё пуще заинтригованная.
    - Об этом я предпочитаю рассказать вам с Тори вместе. Подожди немного.
    - Это сколько?
    - Совсем недолго.
    И в самом деле - увлечённая разговором, я не заметила, как Источник уже совсем успокоился. Отсюда следовало, что Тори сейчас находилась как минимум на восьмом уровне.
    - На десятом, - подсказала Хозяйка.
    - Ого! Быстро идёт.
    - Чересчур быстро, - неодобрительно поморщилась Хозяйка. - И очень небрежно. Ей была нужна только информация о Вике. Я не засчитаю Тори это прохождение.
    Я вопросительно посмотрела на неё:
    - А что изменит твой 'незачёт'?
    Она улыбнулась:
    - Для самой Тори ничего. Это мой личный рейтинг. Возможно, тебе приятно будет узнать, что ты стабильно удерживаешь в нём первое место.
    Я ответила ей улыбкой и допила свой сок.
    - Ну, в конце концов, я ведь бывшая Хозяйка Источника. Пусть и не настоящая.
    Прошло совсем немного времени, когда со стороны Источника послышался всплеск и над водой появилась голова Тори с потемневшими от влаги волосами.
    - Эй! - крикнула она нам. - Приятного аппетита.
    Мы с Хозяйкой встали из-за стола и двинулись к Источнику. Быстро оглянувшись, я увидела, что стол со стульями исчез.
    - А как же...?
    - Тори никогда не ест после Источника, - объяснила Хозяйка. - Только выпивает чашку кофе. И предпочитает сидеть на траве.
    Между тем Тори доплыла до края водоёма, выбралась на парапет, и её волосы тотчас высохли и посветлели. К тому времени, когда мы подошли к ней, она уже полностью оделась, получила от Источника щётку для волос и стала расчёсываться. Кстати сказать, я в этом никогда не нуждалась - мои волосы, высыхая после купания в Источнике, сами укладывались в аккуратную причёску.
    - Тори, - строго произнесла Хозяйка, - ты меня разочаровываешь.
    - Да, знаю, - ответила она. - И дико извиняюсь. Обещаю в следующий раз перебить втрое больше монстров, чем обычно.
    - Ты там борешься с монстрами? - полюбопытствовала я. - И часто?
    - Чаще, чем хотелось бы.
    - Ровно столько, - сказала Хозяйка, - сколько требует твоё подсознание. Ты очень агрессивная девочка, Тори. Не в пример Дейдре.
    - Ну, почему же, - невесть по какой причине обиделась я. - Совсем недавно Источник отправил меня в мафиозное казино, где я выиграла несколько миллионов в покер. А потом мне пришлось прокладывать себе дорогу сквозь толпу криминальных типов, которые хотели вернуть в кассу своего босса честно заработанные мной деньги.
    На Торином лице появилось мечтательно-меланхоличное выражение.
    - О, казино, покер... Помню эти сладкие деньки.
    Она швырнула расчёску в Источник и опустилась на траву, подвернув под себя ноги, обтянутые тонкой прозрачной тканью колготок. Мы присели рядом, и Хозяйка протянула ей чашку с дымящимся кофе.
    - Угощайся.
    - Спасибо, Дейдра. - Затем Тори посмотрела на меня и немного растерянно улыбнулась. - Как-то странно это прозвучало. Раньше я всегда общалась с вами порознь и привыкла, что когда нахожусь в Безвременье, то Дейдра - это ты, - взгляд на Хозяйку, - а за его пределами - ты, - снова взгляд на меня.
    - Не только у тебя такая проблема, - сказала я. - Вот у моего отца в таких случаях вообще ум за разум заходит. 'Вчера разговаривал с Дейдрой... не с тобой, Дейдра, доченька, а с другой Дейдрой, Хозяйкой Источника'.
    - Зато у тебя, - заметила Хозяйка, - никаких проблем, казалось бы, возникать не должно, ведь ты не имеешь обыкновения говорить о себе в третьем лице. Тем не менее, ты уже давно не называла меня по имени. Лет тридцать, если не больше... Но это так, между делом. Если Тори уже готова, можем перейти к делу.
    - А что я? - пожала плечами Тори. - Я полностью в норме. Могу говорить о делах. Это касается резонанса?
    - Возможно, касается. А может, и нет. Случившееся по времени совпадает с началом атак химер. Но также совпадает и с другим событием - о нём тебе позже расскажет Дейдра. А я хочу поделиться с вами одной арифметической проблемой. Двадцать первого апреля по времени Авалона в Источнике появилась новая суть[13].
    - Да ты что?! - поразилась Тори. - Кто-то из наших умер?
    А вот я сразу отбросила этот вариант. Большинство адептов Источника проживали в Авалоне, и за эти два месяца Основного Потока (или полтора по нашему времени) я неоднократно их видела. Дионис и дед Янус здравствовали в Сумерках, Бронвен и Брендон - в Царстве Света, Юнона - на Истинном Марсе, Кевин и Анхела - на Астурии, в своём космическом мире, а вечный странник Джона недавно связывался со мной - просто чтобы поговорить. Я была одной из немногих родственников, кто поддерживал с ним отношения.
    - Совершенно верно, Дейдра, - подтвердила Хозяйка. - Все адепты на месте, все живы-здоровы. А эта суть невесть откуда пришла, и непонятно, кто она. Ни со мной, ни с другими сутями не общается, ушла на максимально доступную ей глубину и оттуда не высовывается.
    - А что Источник?
    - Он явно темнит. Раз принял её, значит, должен хоть что-нибудь о ней знать. Но утверждает обратное.
    - Может быть, - предположила Тори, - случилось ещё одно раздвоение? Как с Ричи.
    - Полностью исключено. После тех событий я очень тщательно всё проверила. Все мои адепты существуют в единственном экземпляре, за это я ручаюсь.
    Мы с Тори задумались. Особенно я. Ситуация и впрямь была из ряда вон выходящей. В своё время, занимая место Хозяйки, я не рисковала напрямую общаться с сутями, но могла определять их личностные характеристики. На самом элементарном уровне - кто они, кем были при жизни. Чувствовала и Диану, и Вивьену (Хозяйку времён Артура Первого), и других Хозяек (как до, так и после Вивьены), и четырёх адептов, убитых Вивьеной, и даже адептов глубокой древности, которые правили Вселенной задолго до возникновения цивилизации колдовских Домов. Конечно, в это трудно поверить, но...
    - А если это был старый адепт? Невероятно старый. Я не могу себе представить, чтобы кто-то прожил свыше миллиона лет, но допустим, что прожил. И при этом долгое время, очень долгое, по тем или иным причинам не пользовался своей Силой. Тогда его связь с Источником ослабла до такой степени, что ты не могла её ощутить.
    - Что ж, твоя догадка не лишена смысла, - произнесла Хозяйка; она дала мне до конца высказать своё предположение, чтобы Тори поняла, о чём идёт речь. - Только есть одна проблема. Источник хранит сведения обо всех своих адептах с самого начала времён. Те адепты глубокой древности, о которых ты думала, все до единого умерли и теперь находятся в обиталище сутей.
    - Но если Источник темнит, то...
    - Нет. Эту информацию я проверила давно, как только приступила к обязанностям Хозяйки. Образно говоря, тогда я проводила полную инвентаризацию Источника, ведь после Вивьены и до меня в Безвременье заправляли... гм, не совсем настоящие Хозяйки.
    - А в это обиталище, - отозвалась Тори, - могут попасть только души адептов? Как насчёт других, которые имели более мягкий контакт с Источником? Вроде прежних королей Логриса, которые только пили из него воду.
    - Этого недостаточно. Контакт должен быть более основательным. На сей счёт у меня есть предположение, довольно шаткое, но оно единственное, которое я не могу полностью опровергнуть.
    - И что за предположение? - поинтересовалась я.
    - Что эта лишняя суть при жизни была Мордредом.
    Я громко фыркнула.
    - Ради бога, не говори чепухи! Мордред - это выдумка.
    - Тут ты ошибаешься, - возразила Хозяйка. - Он реально существовал.
    - Да, конечно, существовал. И существует до сих пор. И будет появляться впредь. Но только как резонансный двойник Гилломана Лейнстера под маской измышлённого его придворными историками мифического сына Артура и Моргаузы. Постыдилась бы повторять эту беспардонную ложь своего предка.
    - Гилломан и твой предок, - кротко заметила Хозяйка. - По матери.
    - А мне плевать! - Я почувствовала, что по-настоящему завелась, но уже не могла остановиться. - Я же не пытаюсь очернить Артура. В нашем роду бывало много всякого, но ни разу не доходило до того, чтобы брат спал с собственной сестрой. Племянник с тёткой - увы, да, от правды никуда не денешься. И что брат поднимал руку на брата, тоже случалось. Но не было такого, чтобы сын, да ещё рождённый от инцеста, пытался убить родного отца. Эта лживая история такими белыми нитками шита, что даже сами Лейнстеры через несколько поколений перестали верить в неё.
    - Ну, ладно, Дейдра, уймись, - попросила Хозяйка. - Прежде чем впадать в праведный гнев, тебе следовало бы выслушать мои объяснения. Но сначала мы должны ввести в курс дела Тори. Кажется, она немного не в теме.
    И правда - Тори сидела с отмороженным лицом, переводя непонимающий взгляд с меня на Хозяйку и обратно. Я постаралась коротко объяснить:
    - После захвата авалонского престола Гилломан пытался обелить себя, объявив, что короля Артура Первого убил не он, а некий Мордред - одновременно его сын и племянник. Дескать, в юности Артур согрешил с Моргаузой, дочерью Игрейны от предыдущего брака, то есть, со своей сводной сестрой по матери. Понятно?
    Тори растерянно заморгала.
    - Разве была ещё одна Игрейна[14]?
    - Естественно, была. Собственно, наша тётушка Игрейна как раз и названа в её честь. Так же, как наш дед Утер был назван в честь другого короля Утера - отца Артура Первого.
    - Да уж, - покачала головой Тори, - тут действительно запутаешься. Стало быть, отца нашего Артура и отца того Артура звали одинаково?
    - Да, конечно. А ты что, совсем не знаешь истории нашей семьи?
    - Ну... не слишком хорошо. В детстве её не изучала, а потом специально не интересовалась. Ни я, ни Вика. Когда же при нас упоминали о прошлом, то говорили вскользь, с массой недомолвок, как всегда говорят о чём-то общеизвестном, а нам было неловко демонстрировать своё невежество. Каждый раз в таких случаях мы давали себе слово расспросить Софи, но постоянно забывали. Правда, недавно я с одной девчонкой ходила на фильм про короля Артура, только там вообще был полный бред - сын свергнутого императора приезжает из Рима в Британию, достаёт меч из камня и становится королём Артуром...
    - На легенды в мирах простых смертных не обращай внимания, - посоветовала я. - Там почти всегда действие переносится в Британию, потому что в отсутствие колдунов европейцы не смогли так рано заселить Новый Свет. Хорошо, сейчас я коротко расскажу тебе самое главное, а потом дам книгу - и обязательно потребую отчитаться. Договорились?
    - Да.
    - Ну, так вот, начнём с короля Амброзия, чьим сыном был Мирддин, который в большинстве исторических хроник известен как Мерлин...
    - Это я знаю! - обрадовалась Тори. - Отцом Мирддина был Амброзий, только не король Света, а другой Амброзий - король Логриса. А король Артур Первый был племянником того короля Амброзия.
    - Хорошо хоть это ты знаешь. Только, пожалуйста, не перебивай. Вернее, перебивай не тогда, когда понятно, а когда непонятно. Король Амброзий погиб на войне с атлантами, и власть перешла к его младшему брату Утеру, поскольку Мирддин отрёкся от прав на престол - он был колдуном и учёным, а не воином и правителем. Добровольность отречения подтверждает как сам Мирддин, так и то, что у дяди и племянника сохранились хорошие отношения, Мирддин даже согласился стать его советником. Позже у Утера и его жены Игрейны родился сын Артур. Он был их первым ребёнком и последним - родив его, королева стала бесплодной. Легенда о том, что Утер где-то спрятал Артура, выдумка от начала и до конца - он рос в Авалоне, а его главным наставником и воспитателем был Мирддин...
    - Обязательно расскажи о Вивьене, - вмешалась Хозяйка. - Это будет важно.
    - Да, конечно. Невестой Мирддина была Вивьена, дочь галлийского князя-колдуна Бана Боэнвикского от его первого брака. А от второй жены у Бана был сын Ланселот, типчик ещё тот. Но сейчас речь о Вивьене. Незадолго до свадьбы с Мирддином она исчезла, и все решили, что её похитили по указке одного из многочисленных врагов Бана, но на самом деле всё было иначе. Тогдашняя Хозяйка Источника, Моргана, решила уйти на покой - то есть, умереть и отправиться в обиталище сутей, а своей преемницей избрала Вивьену, которая соответствовала необходимым для будущей Хозяйки критериям, в частности, была дочерью колдуна и простой смертной. Моргана убедила Вивьену принять её предложение и увела девушку к Источнику. Никто не знает, почему Вивьена, когда стала Хозяйкой (а на это требовалось всего несколько минут по времени материального мира), не явилась к отцу и Мирддину и не успокоила их. Ей вовсе не обязательно было говорить правду, она могла поведать отцу и несостоявшемуся жениху какую-нибудь волшебную сказочку. Лично мне кажется, что уже тогда начала проявляться её сволочная натура - Вивьена решила помучить Мирддина неизвестностью и одновременно отомстить отцу за то, что он бросил её мать. Надо сказать, что месть получилась на славу. Бан, человек жестокого нрава, приказал подвергнуть пыткам всех своих слуг, на которых пало подозрение в сотрудничестве с врагами, и один из них, чтобы избавиться от страданий, признался в несуществующем преступлении и указал на князя Корнекского. Бан объявил тому войну, во время которой и был убит, а княжество Боэнвик разделили между собой соседи. На этом Вивьена умерила жажду мести и спасла от смерти своего сводного брата Ланселота и мачеху Элайну, поселив их в другом мире. Позже, когда Ланселот вырос, она вернула его в родной мир. Но это ещё впереди.
    Увидев, что Тори заказала себе ещё чашку кофе, я последовала её примеру и на сей раз попросила у Источника капучино.
    - С древних времён, - продолжала я, - все Хозяйки строго придерживались правила, что никто, кроме самих Хозяек, не должен иметь доступа к Источнику. Моргана нарушила его, избрав двух колдунов и двух ведьм, которым даровала Силу. Это были весьма достойные люди, своего рода рыцари Источника, которые на протяжении восьми с лишним столетий верно служили ему и Моргане, не вмешиваясь в дела человеческие. После смены Хозяйки они поклялись в верности Вивьене. Но если для Морганы все четверо были не просто слугами, но и близкими друзьями, которые скрашивали её одиночество у Источника, то Вивьена относилась к ним настороженно и даже с некоторой опаской. По прошествии трёх лет она решила завести собственного адепта - и, естественным образом, выбрала Мирддина.
    - Потому что любила его?
    - Скорее потому, что он любил её. Она нуждалась в человеке, всецело преданном ей. Так Мирддин обрёл огромное могущество, а впоследствии убедил Вивьену допустить к Источнику и Артура, который стал королём в неполные четырнадцать лет, когда умер его отец Утер. В то время Логрис, населённый представителями нескольких бриттских народностей, самыми многочисленными из которых были валлийцы, раздирала межплеменная и межродовая вражда. Артур держался на троне только благодаря мудрым советникам да ещё потому, что самые влиятельные вельможи страны не могли прийти к согласию, кто из них станет королём. Вот при таких обстоятельствах Артур получил от Вивьены Силу, а вдобавок, как символ могущества, меч, выкованный с помощью магии Мирддина и освящённый в водах Источника. Сам Артур называл его Каледволх, а Мирддин предпочитал латинизированную версию - Калибурн; именно последнее название в итоге прижилось.
    - А как же Эскалибур нашего Артура?
    - Это тот самый Калибурн, только перекованный из меча в шпагу-эсток, - объяснила я. - Но его перековали уже в Царстве Света, после смерти Артура Первого. А я рассказываю о событиях в Логрисе. Обладая Силой Источника и незаурядными талантами государственного деятеля, Артур сумел навести в стране порядок и объединить враждующие племена, особенно валлийцев и корнуольцев, которые, впрочем, и раньше были достаточно близки, а теперь вообще считаются одним народом. Скотты (хотя правильнее называть их гэлами), потомки жителей Ирландии и Шотландии, держались особняком. Однако и с ними Артур смог договориться, предоставив северным графствам статус подчинённого королевства во главе с Гилломаном Лейнстером.
    - А вот об этом я кое-что знаю, - снова не удержалась Тори. - С Гилломаном Артур здорово оплошал. Он его потом предал.
    - Ну, насчёт 'оплошал' громко сказано. Не предал бы он, так предал бы другой. Если есть спрос, то предложение всегда найдётся. Но как бы то ни было, в Логрисе надолго воцарился мир. Артур взял в жёны Гвенуйвар или, по-современному, Гвеневер, а свою сестру Моргаузу выдал за герцога Лота, правителя Нового Корнуола. Брак Артура с Гвеневер оказался бездетным, зато Моргауза родила своему мужу четверых сыновей, среди которых, подчёркиваю, не было никакого Мордреда. И если Моргауза, вопреки всем измышлениям, была верной женой, то Гвеневер такой не назовёшь - её роман с Ланселотом действительно имел место и продолжался почти два десятка лет.
    - Артур знал об этом?
    - Да, знал.
    - И неужели ничего не делал?
    - Почему же, делал. Усиленно притворялся, будто ничего не замечает. Он был очень привязан к Ланселоту и без памяти любил свою жену. Короче, скверная была ситуация.
    Тори понимающе кивнула.
    - Впрочем, - добавила я, - шашни Гвеневер с Ланселотом не имели никаких политических последствий, хотя легенды утверждают обратное. Пока Артур правил королевством и сокрушённо наблюдал за ростом своих рогов, Мирддин работал над тем, чтобы дать всем колдунам и ведьмам Логриса большее могущество, нежели та примитивная магия, которой они обладали. Речь, разумеется, шла не о Силе Источника, а о её производных - Формирующих. Это нам кажется, что обряд Причастия прост и очевиден, так как мы знаем его, а Мирддин многие годы безуспешно пытался разработать процедуру, которая позволила бы каждому колдуну, каждой ведьме овладеть способностью управлять Формирующими. Эти планы очень беспокоили Вивьену. Она, безусловно, знала, что по другую сторону бесконечности, в Экваториальных мирах, существует развитая колдовская цивилизация, и понимала, что если Мирддин добьётся успеха, в Срединных мирах, в непосредственной близости от Источника возникнет свой колдовской Дом, да ещё во главе с адептами. Когда же Мирддин в своих исследованиях наконец-то нащупал верный путь, Вивьена по-настоящему испугалась, даже запаниковала. Сам Мирддин считает, что её дальнейшие поступки были продиктованы извращённой заботой о безопасности Источника и Вселенной в целом. Но тут я с ним не согласна. Осуждая её, он продолжает искать ей оправдание. На мой взгляд, Вивьена боялась прежде всего за себя, за своё положение. Боялась, что найдётся другая кандидатура на место Хозяйки, более достойная, чем она. Вивьена была настоящей Хозяйкой Источника, это так; но Хозяйка Хозяйке рознь. Объективно она была слабее своей предшественницы Морганы и уж подавно слабее Дейдры. - Я с улыбкой посмотрела на нынешнюю Хозяйку: мол, видишь, могу называть и по имени. - На почве этого страха у Вивьены поехала крыша, однажды она пригласила в Безвременье Артура с Мирддином и на их глазах убила четверых адептов Морганы. Конечно, она могла убить и всех шестерых, но что-то человеческое в ней всё же оставалось, не позволяя поднять руку на собственных адептов. Затем Вивьена объявила, что отныне им обоим запрещено прибегать к Силе Источника - при первой же попытке они погибнут. Пользоваться Формирующими она им разрешила, однако предостерегла Мирддина от дальнейшей работы над комплексом чар, которые мы называем обрядом Причастия. Тем не менее Мирддин втайне продолжал свои исследования, так как прекрасно понимал, что они с Артуром получили не помилование, а только отсрочку, и единственный способ противостоять Вивьене - это собрать мощную команду колдунов и ведьм, владеющих Формирующими. Два года спустя Мирддин всё ещё разрабатывал необходимые для Причастия заклятия, а Вивьена уже вынесла свой приговор - пока что не ему, а только Артуру. Сама она привести его в исполнение не решалась, и вовсе не из сентиментальных соображений. Одна из слабостей Вивьены, как Хозяйки, состояла в том, что из Безвременья она могла воздействовать на своих адептов лишь при их активной связи с Источником - то есть, когда они вызывали Образ. Другой её слабостью было то, что за пределами Безвременья она лишалась большей части Хозяйкиного инструментария и фактически превращалась в обычного адепта. В частности, Артур мог бы задействовать против неё Силу Источника, не опасаясь фатальных последствий...
    - Слабо в это верится, - прервала меня Тори. - В тот же миг она могла вернуться в Безвременье и оттуда убить Артура - он бы не успел прервать связь с Источником.
    - Безусловно, - согласилась я. - Но это, если исключить небольшую вероятность того, что Артур мог первым же ударом одолеть Вивьену. А она, как я понимаю, хотела исключить даже малейший риск. Потому и сговорилась с Гилломаном, посулив ему взамен Силу (вернее, жалкую пародию на неё) и корону всего Логриса. Во время королевского приёма в Старом Камелоте Гилломан поднял мятеж, с помощью полученного от Вивьены заклятия нейтрализовал колдовские способности Артура и смертельно ранил его. Мирддина как раз не было рядом, а когда он подоспел, то оказалось уже поздно - магия Формирующих не могла исцелить короля. И тогда Мирддин решился на отчаянный шаг... - Я умолкла и прикоснулась к своему перстню. - Лет пятнадцать назад Мирддин записал на мой Самоцвет коротенький отрывок из своих воспоминаний. Просто для пробы, чтобы я оценила, как чётко и ярко врезались в его память события, происходившие в столь давние времена. Эта запись так и осталась в Самоцвете. Хочешь увидеть?
    - Не возражаю, - ответила Тори и поставила на траву чашку с недопитым кофе.
    Повернув перстень камнем внутрь, я мягко сжала в своей руке её ладонь, чтобы наши Самоцветы соприкоснулись[15]. Закрыв глаза, Тори стала смотреть и чувствовать...

    ...Как только я вызвал Образ, у меня закружилась голова. Нечто подобное испытывает заядлый пьяница, сделавший глоток вина после нескольких месяцев воздержания. Моё сердце застучало в бешеном темпе - и не только от вполне понятного волнения, но и от самого банального страха. Панического страха.
    Теперь я был полностью во власти Вивьены. В любой момент она могла обрушить на меня смертоносный удар. Моё положение было сродни положению человека, сунувшего голову в пасть льва. Свою голову, разумеется. И в пасть живого льва. Причём настроенного крайне агрессивно...
    Однако удара не последовало. Возможно, Вивьене опять не хватило духу убить меня. А может, она догадалась, что я собираюсь к Источнику, где окажусь в её полной власти, и потому решила не спешить с расправой. Хотя последнее вряд ли. При встрече со мной лицом к лицу ей будет гораздо труднее привести свой приговор в исполнение - и она это прекрасно понимала. Так что, скорее всего, у неё просто не поднялась на меня рука. Уже в который раз.
    Ах, Вивьена, Вивьена...
    Убедившись, что Сила подчиняется мне, я поднял с каменного пола бесчувственное тело короля и решительно шагнул в Безвременье.
    После царившего в тронном зале полумрака, яркий дневной свет неприятно резанул мне в глаза. Я на секунду зажмурился с непривычки (как давно я был здесь в последний раз!), потом раскрыл глаза и, быстро оглядевшись по сторонам, убедился, что за прошедшие два года ничего вокруг не изменилось. Даже в самых мельчайших деталях здесь всё оставалось таким же, каким было при моём последнем посещении. И при первом тоже. Безвременье никогда не меняется - оно неподвластно действию времени. На то оно и Безвременье...
    Я стоял на своём обычном месте - у подножия холма, поросшего густой травой лилового цвета. Над моей головой ярко сияло зелёное небо, местами отливавшее бирюзой. По пологому склону холма ко мне медленно приближалась стройная темноволосая женщина в снежно-белых одеждах - Вивьена, Хозяйка Источника.
    Она была изумительно красива. Я зачарованно смотрел на неё и думал о том, как легко полюбить её внешность - её лицо с тонкими правильными чертами, её большие голубые глаза, её густые тёмно-каштановые волосы, такие шелковистые на ощупь, её изящную фигуру, - полюбить это очень легко, такое любят все. Но полюбить Вивьену со всем тем, что у неё внутри, - с её чёрной душой, с её злобным нравом, с её жестокостью, коварством и вероломством, с её пугающим безразличием к человеческой жизни, - на это способен только безмозглый кретин.
    Увы, я был таким кретином. И продолжаю им быть...
    Вивьена подошла ко мне и устремила на меня пронзительный взгляд своих небесно-голубых глаз.
    - Ты всё-таки пришёл, - промолвила она. - Ты посмел прийти!
    - Да, посмел, - ответил я, глядя на неё с вызовом. - Но не ради тебя, не обольщайся. Я пришёл, потому что Артур умирает.
    Вивьена посмотрела на смертельно раненного короля, которого я продолжал держать на руках. Её губы искривились в злорадной ухмылке, а в глазах вспыхнули огоньки дьявольского торжества.
    - Я рада, что он умирает. Давно пора. Ты хочешь похоронить его в Источнике?
    Безусловно, она понимала, что я пришёл не затем, но давала мне возможность отступить с наименьшим уроном для моего самолюбия. С её точки зрения это было чертовски благородно!
    Я отрицательно мотнул головой:
    - Нет, Вивьена. Я хочу, чтобы Источник исцелил его.
    - Ха! И ты думаешь, я позволю тебе это сделать?
    - Нет, не думаю, - сказал я. - Но я не собираюсь испрашивать твоего позволения. Я просто пойду к Источнику, а ты можешь убить меня... если сможешь. Также ты можешь добить Артура - здесь или уже в Источнике. Однако предупреждаю, что в таком случае я тоже умру. Сейчас наши с ним жизни связаны неразрывными узами, и ты не в силах разорвать их, не убив при этом меня.
    - Я вижу, - сказала Вивьена, и голос её слегка дрогнул. - А что может помешать мне убить тебя?
    - Ничто, - ответил я с деланным равнодушием. - Если хочешь, убей. Если посмеешь.
    Глаза Вивьены потемнели, как небо перед грозой.
    - Ты пытаешься играть на моём великодушии?! - гневно произнесла она.
    Я криво усмехнулся:
    - Отнюдь, дорогая. Ты и великодушие - понятия несовместимые. Если я играю на чём-то, так это на твоём эгоизме. Ты не решаешься убить меня, потому что я нужен тебе.
    - Ты считаешь себя таким неотразимым? - Вивьена смотрела на меня с высокомерной пренебрежительностью, но где-то в глубине её глаз затаился страх. Тот самый страх, который не позволял ей расправиться со мной. Страх перед одиночеством, на которое она сама себя обрекла... - Ты слишком высокого мнения о себе, Мирддин! Незаслуженно высокого.
    - Как раз наоборот, - возразил я, качая головой. - Мне даже страшно подумать, как низко я пал, раз ты сочла меня достойной для себя парой. Временами я ужасаюсь глубине своего падения.
    Вивьена буквально оцепенела от негодования. Воспользовавшись её замешательством, я отстранил её со своего пути и зашагал вверх по склону холма.
    Я почти физически ощущал, как она буравит взглядом мой затылок. Каждое мгновение я ожидал удара в спину, но заставил себя не оглядываться и ни в коем случае не ускорять шаг. Я шёл спокойно, без спешки, как человек, непоколебимо уверенный в себе и в своей правоте. Я нёс к Источнику умирающего Артура - моего короля, моего друга и младшего брата, моего воспитанника...

    Тори распахнула глаза и несколько раз моргнула.
    - Это всё?
    - Да. Совсем немного. Захочешь продолжения, обращайся к Мирддину.
    - Возможно, обращусь. Воспоминания действительно очень чёткие. Особенно с учётом того, сколько времени прошло с тех пор. Если он так помнит всю свою жизнь, я ему не завидую.
    - Вряд ли, - сказала я. - Просто бывают такие моменты, память о которых никогда не померкнет. Даже при всём желании.
    Тори коротко рассмеялась.
    - Это ты мне говоришь?... Ну, ладно. Что было дальше, я более или менее представляю. Но, полагаю, ты хочешь закончить свой рассказ.
    - Собственно, об этом периоде уже почти нечего рассказывать. Мирддин погрузил раненного Артура в воды Источника, и тот исцелился, но не вынырнул обратно. По каким-то своим соображениям Источник унёс его вдоль потока Формирующих в бесконечность. Именно так Мирддин узнал о существовании миров Экватора. Вивьена беспрепятственно выпустила его из Безвременья, и он поведал людям известную сказку о том, что Артур спит глубоким сном, похожим на смерть, в тайной пещере. Гилломан Лейнстер после кровопролитной гражданской войны сел на трон в Авалоне, северная гэльская знать заняла главенствующее положение во всём Логрисе, а большинство родственников Артура и его приближённых дожили свой век в изгнании - кто в Галлисе, кто в Готланде, кто в Атлантиде, а Гвеневер с Ланселотом и вовсе отбыли в Старый Свет, в Уэльс. Мирддин же отправился в бесконечность вслед за Артуром. По пути он использовал Силу Источника, но Вивьена его не тронула. Тут и заканчивается авалонская часть истории о короле Артуре Первом.
    - Этого пока достаточно, - отозвалась Хозяйка. - А я, прежде чем раскрыть вам одну тайну, о которой никто из живущих, кроме меня, не знает, специально для Тори добавлю, что Вивьена в конце концов полностью сошла с ума и покончила с собой, не потрудившись подыскать преемницу. Однако Источник не мог долго оставаться без Хозяйки - хоть какой-нибудь, настоящей или нет, - поэтому перехватил душу одной умирающей ведьмы, наделил её призрачным телом и сделал своей Хозяйкой. Долго она не продержалась, так что вскоре Источнику пришлось искать себе новую. Чехарда с призрачными эрзац-Хозяйками длилась без малого четыреста лет Основного Потока, пока последнюю из них, Диану, не сменила Бронвен... - (При этих словах я не сдержалась и пренебрежительно фыркнула.) -...которая, к счастью, задержалась ненадолго. Потом была ты, Дейдра, и о тебе я ничего плохого ни сказать, ни даже подумать не могу. Для девочки-подростка, да ещё не наделённой необходимыми для Хозяйки качествами, ты справилась просто отлично.
    - Спасибо на добром слове, - сказала я. - Но если ты пытаешься задобрить меня, чтобы вернуться к мифическому Мордреду...
    - Он не мифический. Он действительно существовал. Только повремени с протестами, пока я не закончу. Мордред не был сыном Моргаузы - теперь успокоилась? Но в определённом смысле он всё-таки был сыном Артура.
    - И в каком это 'определённом смысле'?
    - В таком же, в каком малышка Морвен является дочерью Феба.
    Мы с Тори изумлённо переглянулись. Такого поворота я совсем не ожидала. Тори - тем более.
    - Значит, Мордред был зачат от Источника? - произнесла я. - А кто его мать? Одна из двух ведьм-адептов Морганы?
    Хозяйка сделала выразительную паузу вроде той, какую порой делают посреди песни наши мальчики-рокеры, чтобы потом с новой силой врезать по своим инструментам и на пару секунд совсем оглушить слушателей.
    - Нет, - наконец сказала она. - Матерью Мордреда была Вивьена.
    Чуть выше я говорила, что мы с Тори были изумлены. Теперь же я просто не в силах подобрать слова, которые в полной мере отразили бы всю глубину нашего потрясения. Сказать, что мы онемели, будет слишком мягко.
    С едва заметной улыбкой на губах Хозяйка ожидала, когда мы заговорим. Наверное, не хотела ставить нас в неравное положение: ведь мои вопросы она могла прочесть у меня в мыслях, а у Тори - нет. А может, ей просто было интересно, кто из нас первой опомнится.
    Первой оказалась я. И вопрос мой был до крайности банальным:
    - Вивьена? Но разве она могла?
    - От Источника могла. Только от Источника и больше ни от кого, кроме Источника. Таким образом у Мордреда, подобно Морвен, было два отца. Первый, отец по духу - сам Источник. И второй, отец по крови - тот, с чьим фантомом Вивьена зачала сына. То есть, Артур.
    - А почему не Мирддин? - К Тори наконец вернулся дар речи.
    - Я располагаю фактами, а не мотивами, - ответила Хозяйка. - Знаю лишь, что зачатие произошло по инициативе Вивьены, а не Источника. Я не раз вызывала её фантомы, но те, которые знали о Мордреде, наотрез отказывалась обсуждать этот вопрос, а более ранние реагировали одинаково - заливались истерическим смехом и говорили: 'А это я здорово придумала!'
    - М-да, странно, - произнесла Тори. - В том отрывке воспоминаний отчётливо чувствуется, что при всей их вражде Вивьена продолжала любить Мирддина, а он - её. Тем не менее, она выбрала Артура, который, насколько я поняла, не испытывал по отношению к ней подобной раздвоенности. Для него она однозначно была врагом. А фантомы адептов способны только на те поступки, на которые согласились бы их прообразы. Или Вивьена силой принудила Артура?
    - Нет. Просто она выбрала ранний отпечаток его личности, когда он ещё симпатизировал ей, даже немного был влюблён в неё - пока не повстречал Гвеневер.
    - Ага, понятно, - кивнула Тори, - юный Артур. Ещё зелёный адепт Источника, восхищённый Хозяйкой. Надо признать, что Вивьена была удивительно красивой женщиной.
    'Уж ты бы точно не отказалась от неё', - подумала я, чем вызвала у моей тёзки улыбку.
    - А когда родился Мордред? - спросила я.
    - Пятьсот девятнадцать лет назад по отсчёту Основного Потока.
    - Гм-м. Небось, в то время Вивьена была уже порядком свихнувшейся.
    - Совершенно верно, - кивнула Хозяйка. - Однако ей хватило изобретательности назвать мальчика Мордредом. Дескать, раз появляются резонансные двойники несуществующего сына Артура, то почему бы не исправить ситуацию, сделав Мордреда реальным.
    - Он не был адептом?
    - Нет. Но, как его дитя, был в достаточной мере связан с Источником. Поэтому я и предположила, что недавно появившаяся суть принадлежит ему.
    - Да, в самом деле, такое возможно, - признала я. - А что с ним случилось дальше?
    - Первые несколько месяцев он провёл в Безвременье. Не знаю, какие были первоначальные намерения Вивьены - возможно она собиралась сама его вырастить, но потом ей хватило благоразумия сообразить, что здесь неподходящее место для полноценного развития личности ребёнка. Поэтому Вивьена поступила так, как в своё время с Ланселотом, - отдала Мордреда на воспитание в мир простых смертных. Часто навещала его, а когда он подрос, стала обучать магии Формирующих.
    - Он жил в Экваторе или в Срединных мирах?
    - В Экваторе. Вивьена строго придерживалась своего давнего решения, что колдунам Срединных миров дозволено владеть только силами низшего порядка. В Безвременье мать приводила его лишь однажды, в двенадцатилетнем возрасте, он мельком видел Источник, но не понял, что это такое. Вернее, понял не совсем правильно - воспринял всё в трактовке артуровских легенд, распространённых в его мире. Источник он счёл волшебным озером, а свою мать - Озёрной Леди. В тех легендах, которые знал Мордред, Вивьена была положительным персонажем, и он недоумевал, почему мать назвала его таким плохим именем.
    - Ты встречалась с его фантомом? - сообразила Тори.
    - Да, ещё в начале своего правления. Источник знал Мордреда из мыслей Вивьены и по его короткому визиту в Безвременье. Он предстал передо мной семнадцатилетним юношей - каким был при последней встрече с матерью. А потом, во время очередной прогулки по мирам, он исчез и на вызовы Вивьены больше не отвечал. Тогда я решила, что он погиб, а теперь думаю, что просто сбежал от чрезмерной опеки матери. В нашей беседе он дал мне понять, что в последнее время часто ссорился с Вивьеной.
    - Не помешало бы и мне поговорить с ним, - сказала я. - Завтра это устроишь?
    - Хорошо. Только не надейся узнать ничего нового. Я вытянула из него всё, что могла. А я очень дотошный собеседник.
    - Не спорю. Просто мне хочется понять, что это за парень. Или, вернее, кем он был. А как ты думаешь, Источник мог отслеживать его после бегства от Вивьены?
    - Вряд ли. Тогда получается, что он скрывал это и от меня, и от неё. А стало быть, уже в то время имел относительно него свои планы. Но тогда, с точки зрения Источника, было бы логично вообще скрыть от меня существование Мордреда. Не вижу никакого смысла сообщать мне только часть правды.
    - Наверное, ты права, - согласилась я и принялась рассуждать: - Итак, Мордред сбежал от своей полоумной матушки, и этот поступок свидетельствует в пользу его здравомыслия. Вполне вероятно, что в конечном итоге он присоединился к одному из Домов[16], предварительно сменив имя, которое считал плохим. Полагаю, нам следует проверить, кто из колдунов умер двадцать первого апреля и в течение нескольких предшествующих месяцев. Ведь кто знает, сколько времени маялась его душа, пока нашла своё истинное пристанище.
    - Это уже сделано, - ответила Хозяйка. - Ещё два месяца назад я попросила Брендона, не объясняя ему сути дела, чтобы он поручил надёжным людям осторожно собрать в всех Домах Экватора информацию об умерших за последние три года. Ни одна кандидатура не подошла.
    Я лукаво взглянула на неё.
    - Так, значит, ты первым делом обратилась к Брендону. Но ничего ему не объяснила. А нам открыла тайну. Почему?
    - Потому что вы, девочки, у меня на особом счету. Ты, Тори, Собирающая Стихии, а ты, Дейдра, что бы там сама об этом ни думала, всё же моя предшественница. Брендон, Артур и даже Янус - они всего лишь короли, на них лежит забота о своих Домах и о колдовской цивилизации в целом. Вы же в ответе за судьбы целой Вселенной - и вам от этого не отвертеться. Есть ещё Фиона, Мирддин и Вика, но их привлекать я пока не намерена. Сейчас это дело находится в исключительной компетенции Источника.
    Она не упомянула Софи и Диану, которые считали свою вселенскую миссию завершённой и плевать хотели на призывы к совести и ответственности. Им, что называется, удалось отвертеться. Правда, Софи оставила за собой полномочия главы рода Собирающих Стихии - но это, по большому счёту, было частью её материнских обязанностей. А вот Бронвен Хозяйка проигнорировала принципиально. Она считала её хорошей подругой (хоть и с гадючим характером), но особой крайне безответственной, неуравновешенной и склонной к разным авантюрам.
    - Не исключено, - произнесла Тори, - что Мордред, присоединившись к одному из Домов, впоследствии был отправлен в изгнание либо сам ушёл, и о его судьбе ничего не известно.
    - Это тоже учтено, - сказала Хозяйка. - Люди Брендона проверили всех посторонних колдунов, пришедших в Дома за период в двести лет со времени исчезновения Мордреда. После отсева осталось семь человек, их поиски сейчас ведутся. - Я почувствовала, как на мой Самоцвет поступает информация. - Ознакомьтесь с этими материалами, подумайте, чем можете помочь.
    - Ну, первое, что приходит в голову, - предложила Тори, не скованная предрассудками колдовского сообщества, - это незаметно раздобыть для анализа ДНК образцы ткани их потомков, желательно детей. Полагаю, если Источник способен сделать женщине ребёнка, что он демонстрировал как минимум дважды, то ему не составит труда предоставить нам немного генетического материала Вивьены.
    - С Вивьеной не получится, - возразила я. - Если Источник скрывает личность Мордреда, то с него станется подсунуть нам фальшивку.
    - Верно, - согласилась Хозяйка. - Придётся использовать материал Артура Первого. Только, Дейдра, не пугайся - взламывать гробницу нет необходимости. В королевской сокровищнице Царства Света хранится медальон королевы Аргарад с прядью волос её мужа.
    - Короля Артура Первого, - добавила я, уловив в Торином взгляде немой вопрос. - Это уже из дальнейшей истории нашего предка. В Экваториальных мирах Артур был женат трижды. Аргарад - его третья жена, если считать с Гвеневер, и вторая королева Света. А мы - её потомки.
    - Этот медальон, - продолжила Хозяйка, - Брендон согласился предоставить в распоряжение Дженнифер, а сама Дженнифер согласилась провести необходимые анализы, когда появятся образцы для сравнения.
    При упоминании Дженнифер я слегка загрустила. Она мне всегда нравилась, я не желала ей зла... но не могла простить ей того, что она вышла замуж за Эрика. До сих пор не могла.
    Хозяйка на секунду умолкла, сочувственно взглянула на меня и вновь заговорила:
    - А просить Брендона о большем, о сборе самих образцов, я не решилась. Одно дело, когда его люди добывают ту или иную информацию - в конце концов, это нормально, все Дома шпионят друг за другом. Но собирать генетический материал - тут уже попахивает враждебными действиями.
    - Мы это сделаем, - вызвалась Тори. - Нас не поймают.
    Меня не поймают, - уточнила я. - Тебя в любом Доме быстро узнают, и тогда начнётся обычный переполох.
    - Вот и хорошо. Знаешь, как здорово ловить рыбу в мутной воде? А если серьёзно, то я просто изменю облик, и меня никто не узнает. Скажу по-секрету, что я частенько так делаю, когда хочу спокойно и без приключений прогуляться по какому-нибудь колдовскому городу. Даже в Авалоне, Олимпе и Солнечном Граде меня ни разу не узнавали.
    - Так, ладно, - сказала Хозяйка, опередив мою ответную реплику. - Вы уже сами разберётесь, кто этим займётся. Работы хватит вам обеим - и аномальный резонанс, и Мордред, и Феб.
    - А при чём тут Феб? - удивилась Тори.
    Вопреки моим ожиданиям, Хозяйка сама принялась объяснять ей, в чём проблема с Фебом. Я слушала повторный рассказ вполуха, а мои мысли были заняты Мордредом - сыном Вивьены, Источника и Артура Первого. И ещё я думала о том, не собирается ли и нынешняя Хозяйка таким же точно образом завести себе ребёнка. А если да, то чьим он будет по крови - Брендона или всё-таки моего отца, Артура Второго?
    Не прекращая говорить, моя тётушка-тёзка быстро взглянула на меня и послала мне мысль:
    'Вопрос чисто умозрительный. Я до такой степени настоящая Хозяйка, что мне это недоступно'.
    В её взгляде была тоска и горечь...


    Глава 8
    Вика

    - Ты совсем потеряла осторожность, - сердито произнёс Феб, когда она обогнула заросли декоративного кустарника, под прикрытием которых появилась здесь, и подошла к нему. - Зачем снова была в Сумерках Дианы?
    Они встретились в парке, на окраине крупного города в одном из человеческих миров. Как всегда, Вика прибыла с некоторым опозданием - и вовсе не потому, что женщине не подобает ждать мужчину. Просто в пределах Экватора она вынуждена была идти по Туннелю, пусть и с очень большой скоростью, а Феб перемещался мгновенно, и только на подходе к условленному месту отпускал свой Образ Источника и полностью переключался на Формирующие. Он поступал так на тот случай, если Хозяйка вела за ним слежку.
    Феб лишь недавно освободился от навязанной ему отцом и Янусом роли главы делегации Сумерек на совещании представителей всех колдовских Домов, спешно созванном сразу после обнародования Фионой известия, что причина странного поведения некоторых химерических племён наконец установлена. Вика, узнавшая об этом несколько раньше, по поручению Мирддина весь минувший день исследовала с отрядом церберов гоблинские миры в поисках подтверждения этого открытия. Ей (вернее, её церберам) удалось обнаружить племя гоблинов, которое три или четыре столетия назад покинуло свой родной мир - один из тех, откуда шли атаки на Порядок. Как и в случае с кентаврами, эти гоблины, оказавшись в другом мире, уже начали пересматривать свою мифологию и больше не помышляли о ратных подвигах во имя отца-Хаоса. Так что признаки присутствия аномального резонанса были налицо.
    Впрочем, встреча с Фебом не имела к этой проблеме никакого отношения. У них были свои дела, совершенно не связанные с химерами.
    - Я уже объясняла тебе, - ответила Вика, присев рядом с ним на скамейку. - Просто хотела повидать Амалию. Что тут такого? В конце концов, мы с ней давно знакомы.
    - С Амалией больше дружила Тори, - заметил Феб. - Но она к нам уже давно не заходила. А вот ты в последнее время зачастила. Вдруг кто-нибудь заинтересуется этим, начнёт подозревать...
    - Ой, ради бога, не будь параноиком! Если кто и начнёт подозревать, то только из-за твоей реакции на мои визиты. А ещё по тому, как ты ведёшь себя, когда мы случайно встречаемся на людях. Всем своим видом ты словно говоришь окружающим: 'Не подумайте ничего такого, мы просто родственники, у нас нет никаких тайн, мы вовсе не собираемся одурачить Хозяйку, глупо даже думать об этом...'
    Феб смутился и перевёл взгляд на находившийся невдалеке от их скамейки фонтан, у которого резвилась детвора. Мальчишки и девчонки, а также их родители раз за разом заинтересовано поглядывали на молодую парочку, привлечённые не совсем обычным нарядом Феба - он, видимо, из-за спешки прибыл на встречу в бело-голубом хитоне принца Сумерек. Впрочем, это был мир, где людей с детства приучали уважать свободу самовыражения личности, к тому же Феб в своём наряде смотрелся весьма респектабельно, не то что всякие панки или хиппи, просто слишком по-иностранному. Зато на Вике была универсальная для миров этого типа одежда - короткая чёрная юбка и свитер.
    - И всё же, - заговорил Феб, - нам следует реже появляться в одних и тех же местах. Если ты снова воспылала дружбой к Амалии...
    - Да не воспылала я! - вдруг разозлилась Вика. - Мне просто одиноко, разве тебя не ясно? У меня и раньше не было настоящих друзей, кроме Тори с Евой, но зато были некоторые родственники или просто знакомые, которые нормально относились ко мне. А теперь одни отвернулись от меня, другие держатся настороженно. Тори... от неё я сама отдалилась - ещё пять лет назад, после той неприятной истории с доносом на меня. А когда я приняла Инь, дистанция между нами ещё больше возросла. Одной Евы мне мало, тем более, что она постоянно занята. Новых же друзей заводить трудно, вот я и вспомнила про Амалию. Да и с твоей Ланой мне приятно общаться. Она вроде не против, только поначалу боялась моей телепатии. Но теперь, кажется, поверила, что я не читаю её.
    - А ты действительно не читаешь?
    - Честное слово! Раньше мы с Тори не могли без этого обойтись, иначе просто не понимали людей. Но за последние тридцать лет, общаясь с колдунами и ведьмами, поневоле научились понимать взгляды, интонации, жесты, мимику лица... В общем, поверь мне, я не читаю ни Лану, ни Амалию. Конечно, улавливаю их эмоции, но это всё.
    Феб ненадолго задумался.
    - Извини, Вика. Мне раньше это в голову не приходило. Казалось, что раз есть Мирддин...
    - Пожалуйста, не надо о нём, - вырвалось у Вики, и она тотчас пожалела, что не смогла сдержаться.
    - Как это? - Феб изумлённо уставился на неё. - У вас появились проблемы?
    Вика резко встала, собираясь уйти. А точнее, просто исчезнуть, стремительно нырнув в Туннель - всё равно в этом мире они больше не появятся; они никогда не встречались дважды в одном месте.
    Но затем передумала и села обратно. Положила на колени свою сумочку, достала из неё небольшой футляр для хранения драгоценностей и спросила деловым тоном:
    - Так что там у тебя? Сколько ещё приготовил?
    - Восемь фрагментов, - ответил Феб, доставая из кармана похожий футляр, но более плоский.
    - Отлично.
    В футляре, скреплённом защитными чарами, находился крохотный обломок Небесного Самоцвета - из тех, что остаются после огранки больших камней, которые вставляли в перстни, серьги и медальоны. Такие обломки, в просторечии 'самоцветики', использовали главным образом для записи неактивированных заклятий с тем, чтобы передать их кому-нибудь другому.
    Вика бережно взяла камешек и переложила его в свой футляр, рядом с ещё одним таким же.
    - А сколько у тебя? - спросил Феб.
    - Только семь. Но всё равно ты отстаёшь - теперь уже не на пять, а на четыре.
    - Ничего, наверстаю. Главное, что осталось совсем немного. - Он вздохнул. - Скорее бы всё закончилось. Скорей бы...
    'Для тебя скоро закончится, - подумала Вика, пряча футляр сумочку. - А для меня только начнётся'.
    - Мы и так уже затянули, - между тем продолжал Феб. - Мне кажется, Хозяйка начинает что-то подозревать.
    - А я тебе говорила, что зря ты перестал окунаться в Источник. Делал бы это реже, ладно, но делал бы. Уверена - если что, он бы тебя прикрыл.
    - А вдруг нет? - уже в который раз повторил Феб. - У Источника совсем другое мышление, нечеловеческое. Он может не понять меня, или понять с точностью наоборот. Нет уж, пусть лучше Хозяйка подозревает. Будет очень занятно, если окажется, что она считает меня причастным к этой истории с химерами.
    - С какой стати?
    - А ты разве не обратила внимания? Так получилось, что мы начали работу над заклятием в то самое время, когда состоялась первая атака гоблинов на Порядок. А за два дня до неё я последний раз был в Источнике.
    Вика удивилась:
    - В самом деле? Но даже если так, Хозяйка не могла на тебя подумать. Химеры готовились к этим походам задолго до твоего рождения.
    - А жаль. Так бы она пошла по ложному следу.
    - Лучше бы она не шла ни по какому следу, - произнесла Вика и поднялась. - Ну, ладно. Раз тебе кажется, что Хозяйка тебя подозревает, то советую поторопиться со своими фрагментами. Я тоже ускорю работу.
    Она собиралась уходить, но Феб схватил её за руку.
    - Погоди. Я хочу поговорить о...
    - Нет, лучше не надо.
    - А я думаю, что надо. - Феб тоже поднялся, и теперь они стояли лицом к лицу. - Ведь это непосредственно касается нашего плана. Если ты не в ладах с Хранителем, то он может тебя подозревать. А значит...
    - Ничего не значит, - отрезала Вика. - Он меня ни в чём не подозревает, просто... Ох, и дёрнул же меня чёрт за язык! Мне жаль, что я сболтнула лишнее, хотя жалеть уже поздно. Поэтому скажу тебе честно: я стала адептом Хаоса не ради Мирддина. Мной руководили другие мотивы, о которых не знает никто, в том числе и Тори.
    - Мне о них тоже лучше не знать, - быстро произнёс Феб.
    - А я и не собиралась говорить, - покачала головой Вика. - Я не настолько эгоистична, чтобы перекладывать на тебя свои хлопоты.
    С этими словами она вошла в Туннель, за несколько секунд удалилась от этого мира на приличное расстояние, затем сделала короткую промежуточную остановку в одном из необитаемых миров и дальше пошла по Туннелю медленно, пользуясь только Формирующими. Это была одна из предохранительных мер на тот маловероятный случай, если Хаос (а вернее, Мирддин с помощью Хаоса) вдруг попытается выследить её.
    Потратив на дорогу около четверти часа, Вика наконец оказалась в большой пещере, расположенной глубоко под землёй. В этом районе не наблюдалось сейсмической активности, но для пущей верности пещера была укреплена мощными чарами. Прямоугольный участок пола в её центре, выровненный явно не без участия магии, был покрыт замысловатым узором из небольших, тщательно огранённых камней красного и синего цвета - рубинов и сапфиров. Кстати, рубины примерно вдвое превосходили количеством сапфиры. Все они были намертво впаяны в базальт.
    Вика взяла из футляра обломок Самоцвета, полученный от Феба, и аккуратно перенесла все восемь фрагментов заклятия в сапфиры. То же самое она проделала со своими заклятиями - только поместила их в рубины. Потом приподняла бархатную подкладку футляра и достала из-под неё третий, спрятанный обломок, который содержал ещё десять фрагментов, которые, как и предыдущие, были предназначены для рубинов.
    Наконец Вика принялась вплетать новые фрагменты в ткань единого заклятия. Это была тонкая и кропотливая робота, особенно с теми фрагментами, которые зависели от Силы Источника. Тем не менее, Вика справилась с ней - ведь раньше она была адептом этой Стихии и её навыки никуда не делись.
    И последний штрих - небольшая подпитка ещё неоконченного заклятия энергией Формирующих, чтобы оно не ослабевало со временем.
    Вика отступила на пару шагов и окинула взглядом весь узор, бóльшая часть которого, насытившись очередной порцией энергии, слабо светилась. Да, уже скоро, осталось совсем немного...
    За последние два стандартных месяца Вика прожила без малого полгода, раз за разом уходя в миры с быстрым течением времени, чтобы там спокойно, без спешки, ни на кого не озираясь, работать над составлением своих фрагментов этого мегазаклятия. Феб, конечно, тратил не так много времени, ведь на его долю приходилось почти вдвое меньше фрагментов, чем у Вики. Кстати, сам он об этом понятия не имел и считал, что они делают всё поровну. В этой пещере Феб никогда не бывал и даже не знал, где она расположена. Такое решение было принято с его подачи - он с самого начала опасался слежки со стороны Хозяйки и не хотел случайно выказать ей место, где хранились результаты их совместных с Викой трудов. И вообще, Феб принимал сумасшедшие меры предосторожности, чтобы не выдать своих планов. В частности, он прибегал исключительно к Формирующим при конструировании своих фрагментов заклятия, что заметно замедляло его работу, и только на завершающей стадии 'оживлял' их энергией, взятой от Источника, маскируя это действие каким-нибудь другим - как правило, мгновенным прыжком. Паранойя Феба сыграла Вике на руку, иначе ей пришлось бы поделиться с ним и своими собственными планами, не имеющими прямого отношения к их совместному замыслу. А так он, конечно, обидится на неё, когда узнает всю правду, ведь ни одному человеку не может понравиться, что его использовали вслепую. С другой же стороны, Феб в душе будет благодарен ей, что она не взвалила на него и эту ношу - совершенно ему ненужную.
    'Ты славный парень, Феб, - подумала Вика. - Из нас получилась отличная команда. Только жаль, что я не могу довериться тебе до самого конца...'


    Глава 9
    Гленн

    Когда он вышел из Туннеля в условленном месте, ему не понадобилось снова вызывать Фиону. Тут его уже поджидал Агнец, который горделиво сообщил:
    - Я прибыл по приказанию Пресветлой Госпожи, чтобы провести тебя к ней.
    - Хорошо, - сказал Гленн. - Я готов.
    Агнец положил ему на плечо руку, открыл Туннель и одним стремительным рывком, за каких-нибудь два десятка секунд пересёк остаток Экватора и всю Полярную Зону. На Внешнем Ободе Туннель закончился, зато здесь, в родной Стихии, для Агнца не существовало расстояний. Он мгновенно перенёс Гленна в вестибюль Звёздного Замка и сразу исчез, оставив его на попечение черноволосой девушки в белом переднике. Гурия поприветствовала гостя, тут же опустилась на корточки и принялась обтирать бархатной тряпкой его туфли. Впрочем, тряпка в её руках была скорее для проформы - пыль и грязь она удаляла в основном с помощью магии. Эту процедуру проходили все посетители замка - у Фионы был настоящий пунктик насчёт чистой обуви.
    Быстро обработав туфли Гленна до блеска, гурия выпрямилась и произнесла:
    - Госпожа просила подождать в гостиной на втором этаже.
    Гленн кивком поблагодарил её и стал подниматься по широкой, укрытой красным ковром лестнице. Когда он подходил к двери гостиной, оттуда выскользнула другая гурия (или та же самая, кто знает) с пустым подносом, а уже в самой комнате, на небольшом столике перед диваном, Гленн обнаружил хрустальную вазу с шоколадными конфетами, две чашки чёрного кофе и два бокала с охлаждённым апельсиновым соком. Никаких спиртных напитков в гостях у Фионы он никогда не употреблял.
    Устроившись на правой стороне дивана, Гленн взял чашку кофе и нервно закурил. Раньше перед встречей с Фионой он чувствовал приятное волнение, ему не терпелось увидеть её и провести с ней хоть немного времени (а порой, когда она была в хорошем настроении, это 'немного' растягивалось на несколько часов). Но теперь всё было иначе - Гленн не хотел сюда приходить, не хотел видеть Фиону, не хотел с ней разговаривать... Вот только, когда она сама связалась с ним и пригласила его к себе в гости, у него не хватило сил отказаться. Он был таким слабаком...
    Когда Гленн докурил сигарету и собирался взять следующую, в гостиную вошла Фиона. На ней было простенькое, но очень прелестное цветастое платье, а её распущенные и слегка всклокоченные волосы волнами спадали на плечи и грудь. Именно такой она больше всего нравилась Гленну - не Страж Порядка, не Владычица и Пресветлая Госпожа, и даже не принцесса из Дома Света, а просто Фиона, красивая и умная девушка, с которой ему было так легко и приятно... до недавнего времени.
    - Привет, Гленн.
    - Привет, Фи.
    Как обычно, она чмокнула его в щеку, присела рядом с ним и взяла свою чашку кофе.
    - Давненько мы не виделись, - сказала Фиона. - Я уже соскучилась по тебе. Знаешь, ты меня в последнее время разбаловал, навещал по два-три раза в неделю. Но потом вдруг резко прекратил.
    - А с какой стати тебе скучать? Сейчас тебе хватает общения. - Гленн хотел произнести это спокойно и бесстрастно, но получилось резко и агрессивно. - В Порядок толпами валят делегации от всех Домов, орды химер рвутся разрушить Цитадель, а вдобавок у тебя появился помощник. - Последнее слово он буквально процедил, с презрением и ненавистью. - И какой помощник - сын того самого Зорана из Даж-Дома!
    Фиона вздохнула.
    - Я так и думала, что ты плохо это воспримешь. Но не ожидала, что настолько плохо.
    - А чего ты ожидала? Приблизила к себе чужака, да ещё такого чужака, скорее врага, чем просто чужака, а меня... Мы же с тобой друзья, в конце концов! Но ты не обратилась ко мне, не попросила помочь, хотя я был рядом, а нашла другого.
    Она взяла его за руку и заглянула ему в глаза.
    - Вот именно, что другого, Гленн. Не такого, как ты.
    - И чем же я плох?
    - Я не говорила, что ты плох. Просто... ты только что сам сказал, что мы друзья. И добавлю, близкие друзья. Но для этой работы мне был нужен не друг, а слуга. Мой слуга и слуга Порядка. Человек, который взялся бы выполнять мои поручения не в качестве дружеской услуги, а из преданности Порядку. Тебе же Порядок безразличен. Возможно, в последнее время ты начал симпатизировать ему, но только из-за меня. А Бьёрн из Асгарда служит мне как Владычице, потому что я - Страж Порядка. Ты видишь разницу?
    - Допустим, вижу, - буркнул Гленн. - Ну и что с того? Пусть он тебе служит, если так хочет. А я твой друг, твой близкий друг, а значит, вправе рассчитывать на твоё доверие, на твою искренность. А на деле что получилось? Полтора месяца ты держала с секрете нападения гоблинов и прочих уродов. За это время я раз пятнадцать, если не больше, приходил к тебе. Но ты ни словом, ни полсловом об этом не обмолвилась. Неужели боялась, что я не смогу держать язык за зубами? По-твоему, я такой ненадёжный и мне нельзя доверять?
    - Не выдумывай, Гленн. Я тебе полностью доверяю. Но ведь не всё зависело от тебя. Тогда я ещё не хотела вовлекать Хозяйку...
    - Это отмазка, Фи, - перебил он её. - Ты же прекрасно знаешь, что обычно Феб и Дейдра просто перебрасывают меня друг к другу через бесконечность. За те полтора месяца, если не ошибаюсь, я только раз был в Безвременье и виделся с Хозяйкой, когда Феб тоже решил наведаться в Авалон. Но я легко мог избежать этого. Я мог не появляться в Безвременье как угодно долго, и никто бы насильно меня туда не тащил. Так что придумай другое объяснение, более убедительное.
    Фиона отвела взгляд.
    - Если честно, я давно собиралась тебе рассказать. Но никак не складывалось. Когда ты приходил, я... ну, хотела хоть ненадолго отвлечься от забот, не думать о Порядке, о химерах. С тобой мне так хорошо, так уютно, с тобой я могу расслабиться, отдохнуть душой. Понимаешь...
    - Да, теперь понимаю, - с горечью произнёс Гленн, нисколько не польщённый этим признанием. - Я тебе нужен только для развлечения. Как комнатный пёсик или придворный шут. А довериться мне, поделиться со мной проблемами... нет, на это я не гожусь. Потому-то тебе и понадобился Бьёрн из Асгарда. Как же быстро, однако, он заслужил твоё доверие! Очень странно, если подумать. И крайне подозрительно.
    - На что ты намекаешь? - в голосе Фионы послышалось недоумение.
    - А как ты сама думаешь? - ответил он вопросом на вопрос. - Почему из целой толпы идиотов, желающих служить Порядку, ты выбрала не просто идиота, но и сына идиота, которого заслуженно прикончил твой отец? Или, может, ты придерживаешься другого мнения и считаешь виновным Эрика? Может, таким образом решила искупить отцовскую вину? А может, и не только таким образом? Может, твоё искупление зашло гораздо дальше отношений Владычицы со слугой?
    Фиона вскинула голову и пронзила его сердитым взглядом.
    - Не смей так говорить!
    Гленн заставил себя цинично усмехнуться:
    - Что, правда глаза колет?
    Она резко вскочила с дивана. От нечаянного, но сильного толчка ногой столик опрокинулся, ваза с конфетами со звоном разбилась, на пол вылились остатки кофе и нетронутый апельсиновый сок.
    Гленн тоже поднялся. Здравый смысл подсказывал ему, что он должен немедленно извиниться, но уязвлённая гордость не позволяла прислушаться к голосу разума.
    - Ты ревнуешь, Гленн, - неожиданно спокойно произнесла Фиона.
    Он и сам это понимал. Но упрямо возразил:
    - Глупости! С чего бы я ревновал?
    - Ты ревнуешь, - настойчиво повторила она. - Как раньше ревновал к Фебу, Рику, Тори. Но сейчас ты переступил все границы. Стал меня оскорблять.
    - Я тебя не оскорблял. Я всего лишь...
    - Если ты не заметил в своих словах ничего оскорбительного, то тем хуже для тебя. Значит, ты не такой, каким я тебя считала. Ты не добрый, не милый - ты злой. Но я тебя не осуждаю, в этом большая доля моей вины. Я слишком заигралась с тобой, внушила тебе ложные надежды, невольно заставила тебя поверить в то, чего не было и быть не может.
    Гленн почувствовал слабость в ногах, болезненное щемление в груди, а у него в горле застрял тугой комок. Только теперь он понял, как далеко завела его несдержанность. Понял, что теряет Фиону...
    - Фи, пожалуйста, не надо!
    - Нет, Гленн, я должна. Так больше не может продолжаться. С самого начала наша дружба была обречена. Ты хотел от меня слишком многого, чего я не могла тебе дать.
    От обиды и отчаяния нём снова вскипела ярость.
    - Не могла, говоришь? Как бы не так! Пять лет назад ты чуть было не дала. Жаль, что Дейдра помешала.
    Хорошо, что помешала. Но, к сожалению, она пришла слишком поздно. Вред уже был причинён. Ты вообразил, что я... что между нами может быть что-то большее, чем просто дружба. А это не так. Мы можем только дружить... Вернее, - Фиона вздохнула, - могли дружить. Но больше не можем.
    - Из-за этого проклятого Бьёрна?
    Она раздражённо топнула ногой.
    - Оставь его в покое! Бьёрн тут ни при чём. Ты сам виноват со своей глупой, бессмысленной ревностью.
    - А ты не виновата, да? Ты кругом права. Брось! Не изображай из себя святую невинность. Если бы моя ревность действительно была глупой и бессмысленной, ты бы так не сердилась. Значит, между вами...
    - Всё, хватит! - гневно прервала его Фиона. - С тобой невозможно разговаривать. Зря я вообще пригласила тебя.
    - Да, зря! - дерзко ответил ей Гленн. - А я дурак, что пришёл. Какого чёрта здесь забыл, не понимаю. Ведь теперь у тебя есть Бьёрн Зоранссон... пока что есть. Держу пари, что рано или поздно он сбежит от тебя. Так поступают все мужчины, с которыми ты спишь - Феб, Рик...
    Фиона подступила к нему почти вплотную. Гленн ожидал от неё пощёчины, но она просто схватила его за руку - и в следующий миг они оказались в мире Внешнего Обода.
    - Убирайся прочь! - произнесла Фиона ледяным тоном. - И больше не приходи. Никогда!
    С этими словами она исчезла, оставив Гленна одного.
    - И не приду! - крикнул он уже в пустоту. - Даже если позовёшь, всё равно не приду.



    Желаете читать дальше?
    Тогда вам сюда или сюда.




  • Комментарии: 5, последний от 23/10/2010.
  • © Copyright Авраменко Олег (olegawramenko@yandex.ua)
  • Обновлено: 15/02/2018. 255k. Статистика.
  • Роман: Фэнтези
  • Оценка: 7.42*11  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.