# Радикальное решение

Леонид Александрович Ашкинази

Радикальное решение


Светлане К., которая подарила


две из пяти идей


Гаттаух-окамбомон, глава региона, царственно почесываясь, ждет, когда коллеги и подчиненные угомоняться.


- Собрал я вас вот почему...


Шум стихает. Любопытство довлеет. На то и расчет.


- Наша эволюция век назад остановилась и началась деградация. Мы все это знаем, это не секрет. Ученые детально изучили вопрос и недавно представили нашему вниманию свои выводы. Я лично и подчиненная мне экспертная группа, вы их всех знаете, ознакомились с материалами и пришли к выводу об их релевантности. Да и многие из вас частично знакомы с этими материалами, поскольку исследования велись не секретно, промежуточные результаты докладывались на тусовках и публиковались на коре деревьев.


Гаттаух делает назидательную паузу и многозначительно почесывается. Ему можно. Он вождь.


- Если бы дело ограничивалось только плавной деградацией, можно было бы разработать меры по стабилизации и реверсу, тем более, что ученые не зря едят общественные бананы, и подготовили соответствующие предложения. Но ситуация осложнилась тем, что пятнадцать лет назад процессы деградации катастрофически ускорились. Но и это, увы, еще не все.


Короткая пауза.


- Ученые утверждают, что такое ускорение деградации не могло произойти само, случайно, без причин... Обработав большие данные предыдущих исследований и прозрений посредством многослойного искусственного интеллекта, состоящего не только из камешков, но еще и из прутиков...


Гаттаух делает умелую паузу. Аудитория зачарованно вздыхает и перестает чесаться -- даже укромно. Науку она уважает.


Вот он, опыт работы с аудиторией! -- восхищенно думает Всевышний, наблюдая эту (как и все прочие) сцену.


... они показали, что в глубине нашего общественного сознания все эти сто лет росло и крепло некошерное свинство и это оно -- а не что иное -- разрядилось в особой точке. Особой в чисто математическом смысле, а значит -- и в социальном.


Пауза.


- Наличная ситуация требует быстрых и радикальных действий. Следуя рекомендациям наших авторитетных ученых, я предлагаю вернуться на деревья.


Воцаряется трагическая тишина. Часть присутствующих частично в курсе дела и знала, чего ждать. Но одно дело -- знать, и другое -- вот так, средь бела дня, такое услышать.


Один из присутствующих интеллектуалов-шимпанзе набирается смелости и подает голос.


- Скажи, о вождь... Как мы будем кормить наши тупофоны? Ведь розетки, куда вставляются зарядки, они же расположены внизу, и они всегда были расположены внизу, и мудрецы говорят, что они и не могут быть не внизу...

- У этой проблемы есть решение -- отвечает орангутанг-гаттаух. Ученые показали мне модель устройства, которое они почему-то называют странным словом "пилот", хотя оно не только не управляет ничем летящем, но и вообще никуда не летит. Оно весит полтора пуда и не проходит в дупло, но в принципе может решить проблему. Но это только первая модель, она может позволить подключать зарядки на высоте в две косые сажени, а нужно хотя бы раз в пять больше...


Участники заседания, среди которых треть -- павианы-инженеры, и треть -- шимпанзе-ученые, начинают яростно и продуктивно обсуждать проблему уменьшения веса удлинителей с полутора пудов до пуда и увеличения рабочего расстояния хотя бы раза в два. Они яростно чешутся, шерсть вот-вот полетит клочьями. Инженеры эмоциональны, а ученые -- еще более. Гаттаух-окамбомон, глава региона, царственно кивает и ждет, когда коллеги и подчиненные угомоняться. Он знает -- когда они утомятся, они попросят кофе с булочками и выработают какое-никакое, а мнение и предложение. Многолетняя практика показала, что при концентрации павианов менее половины с вероятностью более половины это будет мнение, а при концентрации более половины с вероятностью более половины это будет и мнение, и решение. Вождь давно является вождем, часто наблюдает подобное, и поэтому имеет в виду классическую вероятность.


Но он не знает, что спасение может прийти с другого направления, и что оно уже близко. Потому что великий Антониу Гутерриш, глава дезорганизации разъединенных наций, хранитель целости волков и заботник сытости овец, который денно, нощно, рассветно и сумеречно, посредством нескольких телевизоров и разговоров в коридоре напряженно следит за ситуацией в мире, готовит предложение об ослаблении санкций, а именно о разрешении поставки партии удлинителей (он использует традиционное наименование). Скорее всего дезорганизация радостно даст разрешение, заявив миру этой акцией о своем существовании, и цивилизация, которую мы без помощи телевизора и разговоров наблюдаем вокруг себя, сможет вернуться в крону деревьев и получить шанс на спасение от того, что она сделала сама с собой. Может быть, это поможет и всем остальным. Кому-то поумнеть, кому-то -- протрезветь, а кому-то -- и выжить.


Но и Гутерриш знает не все. Потому что еще выше, там, "на самом верху", происходит следующее. Ему, тому, Кто на самом верху, пришла только что в голову гениальная в свой мысленности, но не слишком простая в своей реализации мысль. Мысль начинается с того, что надо бы вызвать наконец на ковер Илона Маска, а он возомнил лишнего и пытается вмешаться в исторические события, включая и выключая связь. Впрочем, при его медицинском диагнозе это простительно, он, наверное, видит мир как включатели и выключатели. А раз так, то надо включить в него идею поручить своим инженерам придумать способ передавать со своих спутников на смартфоны наших персонажей потребную для их работы электроэнергию. Тогда и удлинители не потребуются, и не надо будет рассверливать дупла и портить вид первозданной тайги кабелями. То есть "пилотами", которые почему-то никуда не летят.


А если они не придумают, то придется -- думает тот, Кто на самом верху, завести в тайгу бобров, чтобы они рассверлили дупла под удлинители.