# В интересах социологии

Леонид Александрович Ашкинази

В интересах социологии


Написанные разными людьми тексты, а еще чаще - разговоры обычно начинаются примерно так: "Вот и опять, как раз когда нет времени" или "Вот снова, когда завален работой..." ну и так далее. То ли это просто попытка убедить других и/или себя в своей загруженности, нужности, востребованности и т.д., то ли просто неудобные совпадения лучше запоминаются? Со мной получается ровно наоборот - не знаю, почему. Меня отвлекают как раз тогда, когда я или не сильно занят, или вообще не могу продвинуться и уже полчаса тупо гляжу на непонятные экспериментальные данные. Звонит мой добрый знакомый, директор некого медицинского учреждения в часе езды. Ну, я вам про него уже рассказывал. Туда часто попадают люди с разными интересными идеями. Которые окружающих слегка пугают, а врачи диагностируют интересные идеи как результат переутомления и - надо бы вам, голубчик, недельку-другую отдохнуть от этой сумасшедшей жизни, или от ваших родственников, или от чего-то еще (хороший врач придумает на ходу, от чего). А за недельку-другую в результате неторопливых разговоров с умным собеседником и при наличии современных лекарств и правда, идея, действительно, начинает вести себя тише. Так, что она уже не беспокоит окружающих, а окружающие не беспокоят ее. А иногда идея вообще уходит в архив.


Итак, звонит мне мой добрый знакомый, главный врач этого замечательного заведения, и просит, естественно, как всегда, слегка проконсультировать - у пациента интересная физическая идея, причем с каким-то социологическим подтекстом, а я помню, вы вроде то ли в этой области работали, то ли интересуетесь...


Ну, я ему объясняю, что социология не область, а наука, не хуже физики, и, короче, могу приехать, это срочно? Не срочно, отвечает он, и Элен взяла три дня из отпуска, у нее что-то с теткой, надо помочь, она выйдет на работу с понедельника, но сначала свяжитесь со мной, вдруг она того, еще задержится. Киваю и благодарю за заботу.


Получаю в понедельник подтверждение, привожу в порядок бумаги на столе - и за руль.


Короче, приезжаю. Встречает меня Элен, ведет не в сад, погода нынче не та, спрашивает -- кофе сначала или потом, я, как всегда, говорю гордо, что работа прежде всего, она радостно улыбается... Приятно, когда человек тебе радуется, это в моей жизни случается реже, чем хотелось бы. Сажает она меня в фойе, приводит она мэна, представляет нас друг другу и на задний план удаляется, мою безопасность блюсти.


И рассказывает мне мэн, что он куда только ни писал, и физикам, и в административные органы, что надо бы интенсифицировать работы по созданию машины времени, да только никто его слушать не хочет, какие-то глупости отвечают.


Так, - думаю, - это что-то новенькое. Изобретателей машины времени я нескольких повидал, симпатичные люди, с искрой в глазах, мастера обычно на все руки. Эдисон бы на них не нарадовался! А это... да-а, новое слово... но ведь сам-то не изобретатель... так что вроде без претензий... не понимаю!


А почему, - спрашиваю, - вы полагаете, что надо интенсифицировать? А потому, - ответствует мэн, - я социолог, исследователь, а это позволит одну ключевую проблему социологии решить. О как! - думаю я с восторгом. А мэн и объясняет: в социологии есть проблема - как отличить собственную эволюцию человека от навязанной обществом? Например, хотим мы понять, как эволюционируют студенты. Но сегодняшних студентов мы исследовать можем, а тех, что были студентами десять и двадцать лет назад, - нет. Они к сегодняшнему дню сильно изменились, они уже на 10-20 лет старше, это другие люди. Получается, что мы можем исследовать только то, что уже когда-то исследовалось, о чем есть старые данные! Вы не социолог, вы физик, мне главный врач говорил, но вы ученый, вы понимаете, как это науку губит.


Прекрасно понимаю, - говорю, - кстати, у меня по социологии несколько публикаций с коллегами есть, так что мы с вами не чужие друг другу! Назвал я мэну фамилию, а он мне свою, и выяснилось, что мы даже публикации друг друга видели. Потому что оба студентами занимались. Но он-то - как профи, а я так, совместно с коллегами...


Ну да ладно. Почти прослезились от радости, успокоились, и говорю я ему: проблема это известная, и решение могло бы быть именно такое, как вы имеете в виду. Брать десяток, например, только что в университет поступивших и перебрасывать их на 20 лет назад, а через пять лет забирать их обратно и сравнивать с теми, кто вместе с ними поступил, но эти пять лет учился здесь.


Гениально! - говорит он. - Как вы все мгновенно поняли и четко изложили! Вот что значит физик!


Но, - продолжаю я, - тут, как физик вам скажу, есть одна проблема. Люди все разные, это эксперимент испортит. Надо сначала дождаться, когда биологи клонирование на поток поставят. Тогда мы сможем одинаковых людей в эксперименте использовать.


Мэн просиял и начал меня всячески благодарить. А тем временем Элен за мной пришла и официальным голосом пригласила к главному. Попрощались мы с мэном, отправился я к главному на официальный кофе, а потом у нас неофициальная часть, понятное дело, состоялась. За окном дождь и ветер, а тут, у вас, тепло, вкусно, и ты, - говорю, а она, ехидно: - уж не хочешь ли на ночь у нас остаться? О, - говорю я, - а это в принципе можно? Тогда следующий раз, да?! А то у меня же свежей рубашки с собой нет, а у меня завтра две первые пары, как я перед студентами выглядеть буду?


Лечу я по ночному хайвэю, и думаю, что следующий раз с собой рубашку и не только рубашку возьму, а все равно грустно. Потому что, - думаю, - вдруг теперь мэн ускорения работ по клонированию требовать начнет?