# Сон 8

Леонид Александрович Ашкинази

Сон 8


Рано или поздно это должно было случиться, -- думаю я. - Так что рвать себе волосы на жопе, как говорили мы в студенческие времена, не надо. А внутренний голос услужливо вопрошает: -- Ты что, себя самого стесняешься, зачем про студенческие времена вспомнил-то, а?


Да какая, блин, разница... группа и так не слишком большая, и вот на занятие не явился никто. И это не одиннадцатый класс во втором полугодии, когда они днюют и ночуют с материалами ЕГЭ в обнимку, а со мной в стадию платонической любви переходят, это середина первого семестра...


Лампы сияют, проектор под потолком висит, камера на стене, из коридора ни звука, из розеток ничего не торчит, выключатели вообще идиоты ставили... даже столовка не работает... не здание, а кладбище.


Одно утешение, -- шепчет внутренний голос, -- что вся группа разом слиняла, договорились, значит, способность к самоорганизации проявили... есть она у них...


Мне так фигово, что даже не хочется возражать. В 1995 году померла наша лаборатория и моя экспериментальная физика, в 2015 помер мой МИЭМ и мои студенты, дьявол любит троицу, вот и школьники кончаются.


Я пытаюсь вспомнить, как мы выбирались из пещеры Ручейной, что на хребте Алек, когда наверху ливень начался -- против подземного водопада... вот, молодец, здоровая защитная реакция, хвалю, -- хихикает внутренний голос...


В открытую дверь входит человек. Уборщик? -- думаю я. -- Лицо какое-то восточное. Пожилой. Сдержанно улыбается. Садится на крайний стул во втором ряду. Молчит.


Ессно, молчу и я.


Чуть-чуть наклоняет голову и тихо спрашивает: "Группа целиком прогуляла?" и после короткой паузы продолжает: "Вот паршивцы".


Я сдержанно киваю. И думаю -- не уборщик это. Хотя кто их разберет, восточных людей. А если не, то кто? Да и лицо почему-то кажется знакомым. Может, я его еще когда МИЭМ был, в нашем здании видел?


Визитер открывает рот и с некоторой - небольшой - задержкой произносит.


"Вы, наверное, знаете, что врачи при китайском императоре получали зарплату, пока он был здоров, а когда болел, деньги у них с карточки списывались?"


Мне что-то во фразе кажется странным, но я киваю.


"Так, может, эта новация и до российского образования дошла? Вот ваш президент с моей Срединной Империей заигрывать пытается... может, и это заимствуют... "


О ужас, думаю я. Узнал. Я его узнал. Я о нем писал. Это ж...


Конфуций понимает, что я его узнал, улыбается и печально продолжает:


"Вот и вам теперь будут платить за то, что вы вашим школьникам не нужны. А если потребуетесь... впрочем, вычитать с вас, Леонид, не очень-то и получится..."


Пауза.


Шум в коридоре. Вваливаются четверо, передний лепечет что-то про "двадцать минут поезда метро не было". В другую дверь аккуратно входят девочки... Я с ужасом вижу, что группа почти в сборе, что мой собеседник исчез. Рубашка прилипла к спине. Минут двадцать, -- думаю я, -- не поворачиваться к аудитории спиной, так?