# Ученые ошиблись

Леонид Александрович Ашкинази

Ученые ошиблись


Ммммя... да. Так вот. Сегодня у нас гость. Издалека...Скажем так, с юга. Да, давайте говорить "с юга". Нам-то бояться некого, мы - не они, но... но мы осторожны. Я пришел в назначенное место немного раньше. Как говорят... они говорят так - "точность - вежливость королей". Одобряю... хорошо сказано. Тихо, тепло, почти темно. Но у нас хорошее зрение. Как сказали бы они - "хорошие оптические сенсоры". Хи-хи. Впрочем, некоторые сказали бы - "ка-а-акие красивые глазки". Они очень разнообразны. В этом их прелесть. Они почти так же разнообразны, как мы. Но... но в последнее время их разнообразие уменьшилось. Это неприятно и... и, может быть, опасно.


Темно, тепло и тихо. Мы любим, когда темно, тепло и тихо. Некоторые из них тоже любят, когда темно, тепло и тихо. Мой он любит. Это сближает. Насколько вообще может сближать. Я здесь не один. Я мог бы быть и один, но молодые не одобряют, когда я один. И на расстоянии прыжка от меня трое... я даже не знаю, в каких направлениях. О, это мастера. Да и по статусу мне положено иметь сопровождающих. Трое - это минимум. Еле уговорил, чтобы не больше, хи-хи.


Наш гость тоже будет не один. Он передал, что с ним трое. Ему тоже по статусу не положено одному. Тем более путешествовать. И наносить визиты тоже одному не положено. Он сообщил, что его титул - "мяттаух окамбомяон", то есть правитель области, точнее, трех областей. Мы в географии почти сто уже поколений пользуемся их кластеризацией и номенклатурой. Наши южные соседи - их представитель вот-вот придет - тоже. Так проще.


Пока его нет, можно представиться. Ну, мой титул звучит чуть-чуть иначе, языки у нас родственные, а смысл ровно такой же. Что бы еще вам пока рассказать... О, мои спутники. Охрана, друзья, помощники - все сразу. Как говорят они - "в одном флаконе". Странное выражение. Хотя... смотря с чем флакон. Двое из них - пара: она, Черная Молния, и он, Бесшумная Смерть. Как-то раз я видел его в неучебном бою. То есть я много чего повидал на своем, как они говорят, "веку", но такого... А третий, который со мной, - уникум в своем роде, он читает настроения и даже, кажется влияет на... Ага, гость идет. Все четверо, трое сзади и с боков, до них метров пятьдесят, они еще меня не чуют, надо запись включить... Да, дорога дальняя, ощутимо утомлены, левый даже прихрамывает...


- Доброй ночи, дорогие и уважаемые. Желаете подкрепиться или отдохнуть с дороги?

- Весьма благодарим за любезное приглашение, - рассаживаются. - Мы не устали, - это ритуальное. - Нам бы хотелось сначала обсудить проблему.

- Мы ценим ваше желание и немедленно удовлетворяем его. Мы готовы выслушать и со всей возможной благожелательностью...

- Простите, что перебиваю. Дорога была дальней...

Ого, какое нарушение этикета. Они и вправду валятся с лап от усталости. Делаю знак подчиненным и одновременно произношу очевидное:

- Наш персонал немедленно подготовит все для вашего отдыха и восстановления сил, включая оперативную медицину, питание, отдых, охрану и эскорт, мы же с вами немедленно рассмотрим самое срочное. Я весь внимание. Да, ваши полномочия нашими надлежащими службами проверены и удостоверены, наши - вашими, конечно, тоже, - гость кивает. - Я весь внимание, дорогие и желанные гости.

- Последние полгода творится странное и страшное. Вы понимаете, о чем я?

- Конечно. У них... странное и страшное.

- Да. При этом гибнут и они, и мы, причем мы гибнем как непосредственно, так и косвенно, как следствие гибели наших них.

- Да, вы правы. Еще хуже замеченное нашими психологами воздействие на их психику того, что они называют "телевизор".

- Да, наши агенты на вашей территории видят этот эффект. Мы потрясены тем, как легко и быстро изменяется психика.

- Некоторые, менее подверженные влиянию и видящие его, называют этот эффект...

- Зомбированием?

- О, у вас его называют так же?

- Да. Мир меняется - в худшую сторону и стремительно, но наши ученые предлагают попытаться затормозить изменения.

- Прошу прощения... не сочтите за поспешность... но разве это в наших силах??

- Предложено следующее. Попробовать переключить их внимание...


(Здесь в записи лакуна - видимо, среди эскорта нашего гостя был кто-то с такими же способностями, как мой третий сопровождающий; не будем обижаться... безопасность прежде всего.)


- Но это трудно осуществить. Во-первых, многим предполагаемым участникам такой акции результат не понравится - мы привыкли к свободной жизни. И, кроме того, неизбежны - особенно на верхних этажах их, как они говорят, "вертикали", неисчислимые жертвы.

- Да. Но на нашей... оккупированной территории... акцию проведем мы.

- И жертв будет еще больше. Там ведь вообще они... особые.

- Да. Расчетное количество жертв - 80%. Это данные матмоделирования. Если в две волны - 36% прорветcя... Треть... Но ученые говорят, что это может перевесить...

- Для нас ваши ученые тоже сделали расчет? - Интересно, скажет или нет? Мы-то знаем...

- Да. Цифра меньше.

- Но ненамного...

- Увы. Дело в том, что ваша атака будет на верхние... "этажи". А там охрана.


Пауза.


- Хорошо. Нам нужно два дня на подготовку.

- Хорошо. А нам нужна неделя на возвращение. Мы можем немедленно обговорить детали и дату операции с вашим штабом и возвращаться?

- Вы с ума сошли. Простите... Обговорить - да, а информацию передадите по линии связи, у нас они есть по всей территории, на границе с вами есть нормальные местные шлюзы, а далее по вашей сети. Вас проводят в центр управления, все решите, продиктуете сообщение моим секретарям, через сутки оно будет у вас, в вашем центре. А вы спокойно придете в себя, отдохнете, восстановите силы и вернетесь.

- Спасибо.


Пауза. Я вижу, как один из сопровождающих как-то странно оседает на пол, и тихо командую:


- Врача и санитаров гостю, быстро!

- Простите моего сопровождающего, но дорога была...

- Я все понимаю, пожалуйста, чувствуйте себя как дома и прежде всего - медицина и еда, один час роли не играет...

- Кто знает, что нынче играет роль... - бурчит мяттаух из соседнего государства, и гости в сопровождении моих секретарей и врача удаляются. А я, потерев лапой лоб, иду в центр управления - разрабатывать детали операции.


* * *


Бронированный лимузин тормозит. Охранник с поклоном отворяет дверь, и из кожаной пещеры выползает на свет бледная издерганная немочь... и тут ей под ноги бросается мокрый ободранный комок шерсти - жалобно скулящий бездомный котенок. Выстрелы, пули рвут кусочек мяса в клочья. Охраняемый объект отшатывается, цепляется рукавом за дверцу и оседает на порожек лимузина.


Он-то было решил, что "началось"... а это просто бездомный котенок показал, что вот же он, несчастный, и что нужен, смертельно нужен ему мечтаемый добрый человек-Хозяин...


В этот день в разных концах города и роскошных его пригородов, неведомо как просочившись по канализационным трубам, лазам и подпольям, сотни котов, кошек и котят, повинуясь команде Кота всех котов, нечто вроде их "капо ди тутти капи", бесстрашно кинулись навстречу им, сильным мира сего, чтобы показать тем, что хоть они - жалкие и убогие рабы власти, денег и собственных преступлений, и что хоть никто не любит их, а только боятся, тупо завидуют и тихо ненавидят, но есть еще маленькие и слабые, и, приблизив это маленькое и слабое, они смогут обрести кого-то, кому будут просто нужны, не деньгами и круговой порукой, а просто так... и смогут отвлечься от убийственной авантюры, в которую втягивают страну, народ и людей...


Но бдительная охрана, стволы которой управляются регулярно повышаемой зарплатой и страхом, что напарник предаст на секунду позже и застрелит не того, кого попытаюсь списать в долгожданный расход я, а как раз меня, по старому советскому принципу "умри ты сегодня, чтобы я дожил до завтра", рвала своими пулями несчастных, пытавшихся остановить безумие их начальства.


* * *


Темно, тепло и тихо. Мы любим, когда темно, тепло и тихо. Некоторые из них тоже любят, когда темно, тепло и тихо. Мой он любит. Это сближает. Насколько вообще может сближать. Я здесь не один. Я мог бы быть и один, но молодые не одобряют, когда я один. И на расстоянии прыжка от меня трое... я даже не знаю, в каких направлениях. О, это мастера...


Операция провалилась. Хоть жертв оказалось меньше, чем предполагали ученые, - они переоценили меткость охранников - сильных мира того. Но ученые переоценили и способность их замечать что-то у себя под ногами. Большинство просто решительно перешагивало и семенило дальше, к своим деньгам и интригам. Странно еще то, - думал Кот всех котов в ласковой темноте родного подвала, - что в тех, захваченных агрессором, растерзанных областях соседней страны жертв оказалось меньше. Обманутые циничными политиками, зомбированные и оболваненные циничными средствами их массовой, как они говорят, информации люди оказались - по крайней мере в этом - более людьми... Или просто менее давно стали не-людьми. То есть пока просто лучше помнят нормальные человеческие реакции. Реакции нормального человека-Хозяина - думал Кот всех несчастных котов...


И он хотел теперь одного - лечь на бок, вытянуть лапы и покинуть мир, в котором отправил на смерть сто тридцать семь своих пушистых соплеменником. Он хотел одного. И жалел об одном - что не сможет этого сделать. Потому что третий из его сопровождающих может прочитать - да и сейчас, наверное, читает его если не мысли, то уж точно чувства - и не даст... скажет, что нужен всем котам, кошкам и особенно котятам, и сейчас еще более нужен... И будет рвать на себе шерсть, и уговаривать, и грозить, что последует за... а потом бесшумно скользнет Черная Молния, и глядя в сторону, скажет - хочешь?


А он хотел одного - лечь на бок и вытянуть лапы...