# Ничего не изменилось

Леонид Александрович Ашкинази

Ничего не изменилось


В моей жизни, в общем, ничего не изменилось. Я как преподавал физику - так ее и преподаю. Мои ученики несколько отличаются от привычных, то есть от тех, которые раньше были обычными. Впрочем, время от времени среди них попадаются и люди. Мне сообщили, что будет именно так, и внятно объяснили, почему. "Вам интересно, какие мы. Поэтому вы будете преподавать в смешанных группах, чтобы вы могли и сравнивать. Если захотите нам что-то сообщить, какие-то наблюдения и выводы, будем признательны". Каких высот достигла все-таки наша, человеческая, техника - ни малейшего акцента. И безукоризненная - и какая разнообразная! - мимика. Только вот в верхний слой нового общества я не попал. Впрочем, как и старого, и - неожиданная мысль пришла в голову - по той же причине.


Года два назад я познакомился с симпатичной девушкой. Не скрою - она мне сразу понравилась (и не мне одному: в нашей компании определенный интерес к представителям лучшей половины человечества - хи-хи! - проявлял не один я). Дальше все развивалось по обычной схеме, усугубленной, если можно так выразиться, тем, что за некоторое время до того у меня скончались - увы, не скоропостижно - отношения с многолетней моей подругой В.И. Девочка - скорее, молодая женщина, но не будем придираться к словам - оказалась "первый сорт". Близкий культурный уровень и круг интересов - достаточно сходный, чтобы не возникало отчуждения, но и не настолько одинаковый, чтобы стало скучно. Отсутствие игры и кривлянья - поскольку всем (то есть нам двоим) было ясно, к чему идет и придет. С другой стороны, тактичное, но уверенное управление ситуацией - так, чтобы соблюдались те самые нормы поведения, "нормы ухаживания", которые привычны для людей. Мы встречались один-два раза в неделю (она работала, и работала много, да и я не был бездельником), и я все ждал, когда мне станет с ней скучно. Но не дождался.


Два месяца назад она при очередной встрече, когда мы лежали "после", я лениво водил пальцем по ее шелковистой коже - простите мне эту банальность, просто я хочу, чтобы вы оценили обрушившийся на меня удар, - сказала мне, что она не человек. А робот.


То, что она не шутит, было ясно мне сразу. И то, что я принял ее высказывание за признак психической болезни, было ясно ей. Она задала лишь один вопрос:


- Можешь ли ты представить себе, как ты отреагируешь, если это окажется не болезнью, а правдой?


Подумав, я честно ответил, что все-таки очень верю в свою психику и свой разум и вряд ли решу, что это у меня поехала крыша. А, наверное, начну донимать ее вопросами.


- Но любить ты меня будешь по-прежнему? - без улыбки спросила она.


Я ответил банально - поцелуями во все места, куда смог дотянуться. В ответ она распахнула грудную клетку и продемонстрировала механику и электронику.


У меня довольно длинная и не лишенная событий биография. Я - большой любитель научной фантастики. Кроме того, я - физик, я - инженер, и знаю, какие чудеса делают нынче, если есть надлежащие деньги, время и творческий экстаз. Поэтому по всему я уронил лишь одну челюсть, а не обе.


Ну и что? Я, как и обещал, донимал ее вопросами, а наши отношения продолжались. Вдобавок у нас теперь было больше тем для разговоров. А месяц назад она, радостно улыбаясь, пригласила меня к себе в фирму.


- Уж не собираетесь ли вы предложить мне работу?

- В определенном смысле - да.

- Работать с тобой?

- Зачем? У тебя своя работа, важная и интересная! Но мы с тобой будем продолжать встречаться, как сейчас. Если ты захочешь, и пока тебе не надоест, - после короткой паузы добавила она. Я спросил:

- А тебе не надоело?

- Нет, - просияла она.


"Глава фирмы" был краток и конкретен. - Мы создаем новую цивилизацию Земли, - начал он. - Разумеется, мы сохраним все достижения - и научные, и культурные - человеческой фазы. Новая фаза будет смешанной. Наступит ли когда-нибудь третья - без людей вообще, - а также четвертая и все прочие - я не знаю. Если вам интересно, можете пообщаться с нашими... нашими общими - среди них есть и люди, и роботы - футурологами. Теперь о роли людей в этой фазе. Те люди, которые отнеслись к роботам, как к людям, составят вместе с роботами верхний класс нового общества - руководителей. Те, кто принял нас доброжелательно, но мучил вопросами, - он совершенно по-человечески ухмыльнулся, - будут работать с нами, строить новое общество.


- А все остальные? - спросил я.

Собеседник посмотрел на мою подругу и улыбнулся:


- У тебя хороший вкус, девочка, - и, повернувшись ко мне, без тени усмешки спросил:

- А как вы, друг мой, всегда реагировали на... ксенофобов? Я прикусил язык.


Вот так и получилось, что я опять учу физике и изучаю мир - что, собственно, всегда и делал. Некоторое время назад - видимо, заметив некую тень в моих глазах, - моя подруга задумчиво изрекла следующее:


- Я не могу иметь биологических детей. Впрочем, сделать биологического ребенка мне ты тоже не можешь, так что и в этом мы равны - Она улыбнулась. - Есть два варианта. Первый: мы берем ребенка - биологически твоего - и воспитываем вместе. Он впитывает и твою, и мою индивидуальность. Второй вариант - ребенок-робот, с детской психикой, с несформировавшимся мозгом. Он будет взрослеть вместе с нами, работать со мной и с тобой и опять же, наследует наши индивидуальности. Какой вариант тебе нравится больше? - И после паузы добавила:

- Судя по тому, что мы знаем из истории и что ты рассказывал, это была основная проблема в межнациональных семьях, да?


- Да, - машинально ответил я - и спросил: - А у нас не может быть двух детей?

- Да! - воскликнула, просияв, она.


* * *


В одной из моих групп - той, что в среду - они. Второй стол в левом ряду. Учатся пока неплохо.